Never let me go

Наступил тот злосчастный день – вторник. Йесон полдня провёл в школе вождения, я же работал, а затем пришёл домой и отрубился. Ровно за час я вышел, сел на мотоцикл, завёл мотор и поехал в Тэгу. Снег сегодня не падал, но небо хмурилось, отдавая серым оттенком. Казалось, вот-вот пойдёт снег. Я с самого начала не хотел идти на свидание с Чанмином, если эту встречу можно так назвать. Но если согласился, значит придётся. Ветер дул сильный, но я не замечал его потому, что на мне надет шлем. Но кожей даже через одежду я чувствовал холод. Мои мысли летали далеко не на дороге, по которой ехали автомобили и грузовики. Что-то меня останавливало. То ли это внутренний голос говорил: «Не езжай. Возвращайся», то ли Йесон. Но любопытно узнать, что же хочет от меня этот тип. Темнота слишком быстро накрыла город своей чёрной вуалью. А я уже входил в бар. Музыка играла на всю катушку, люди веселились. Я подошёл к барной стойке, сев на высокий стул. - Пэпси, пожалуйста. Бармен немного удивился, но сразу спохватился, принимаясь исполнять мой заказ. - Кюхённи, привет, - я узнаю этот слащавый голос везде, - Я думал, ты уже и забыл про нашу встречу. - Как видишь – нет, - нахмурил брови я. Чанмина я даже не заметил, он сел рядом со мной за барной стойкой и улыбнулся. Тут-то я и вспомнил о своём плане – как споить Чанмина. - И ещё две бутылки французского красного вина, - ухмыльнулся я и взглянул на шатена. - Ой, не стоит. Сегодня я угощаю, - какой же он мерзкий, меня сейчас вырвет… ~ Мы опустошили две бутылки вина, затем – три бутылки соджу. Чанмин заказал себе ещё и мартини. Я чувствовал себя далеко не в порядке. Хотелось убежать из этого места и поскорее оказаться дома с Йесоном. Позже Чанмин предложил потанцевать, и я просчитал, предположив, что это место – бар. Это был настоящий клуб, гей-клуб. Только почему я не заметил этого сначала? Шатен хорошо танцевал, даже очень. Я лишь на месте перебирал ногами, как неуклюжий пингвин. - Скажи, Кюхён, кто для тебя Чонун? – его дыхание опалило моё ухо, и от этого стало вдвойне противней. - Просто друг, - решил отвертеться я, но комок застрял в горле. - Я-ясно, - растянул слово Чанмин, а затем сгрёб меня в охапку и неожиданно впился своими губами в мои. - Ты! Ты что вообще вытворяешь? – резко оттолкнув его, я вытер губы тыльной стороной ладони. - Я думал, ты не против, - ухмыльнулся шатен. - Никогда. Больше. Не прикасайся. Ко мне. Ублюдок! – казалось, сейчас я набью этому козлу его миленькое личико, а затем отправлю его всего в мясорубку и сделаю фарш. Что за ужасные мысли, Кюхён? Ты же хороший мальчик, вроде… - Успокойся, я больше не стану тебя трогать, - Чанмин ошарашено отошёл на шаг назад, вскидывая руки в примирительном жесте. - Геи. Они что, все такие приставучие? – выплюнул я и пошёл прочь из этого поганого клуба. Хотя я знал, что сам являюсь таким, что Чонун тоже такой, но надо же было мне поставить этого ублюдка на место. ~ Ехал я по ночным улицам Тэгу весь злой и нервный. Вернувшись домой, я сразу снял одежду и направился в ванную, чтобы искупаться и почистить зубы. Но добирался я не так легко, как хотелось. Пьяной походкой я побрёл к ванне, но меня остановили на месте слова Чонуна. - Где был? Медленно повернувшись, мило улыбнувшись и почесав затылок, я ответил: - В кафе, - голова кружилась. - Да? – блондин настиг меня в один шаг и грозно посмотрел в глаза, - А почему перегаром несёт? - Это… Я выпил много, - смотреть в глаза Йесона я не мог при любом желании, - Решил подумать на счёт работы. Может, мне стоит уволиться? Это так выматывает… - А кто зарабатывать будет? Сам же жаловался, – нахмурил брови блондин, - И не ной, как девчонка. Не будешь же ты безработным, как я. А теперь иди в душ – искупайся, и спать. Такого грозного Чонуна я в жизнь ещё не видел. Аж сердце бешено застучало. ~ Прохладные струи воды успокаивали и остужали моё разгорячённое тело. Может, стоит измерить температуру? Если рассказать Чонуну про Чанмина, он будет злиться. А то и вообще выгонит меня, я ведь люблю его и не хочу, чтобы он переживал. Просто постараюсь больше не пересекаться с его дружком, и всё будет в порядке. ~ Всю неделю я избегал Йесона, и когда наступили выходные, он поймал меня, втащив в нашу общую спальню и устроив вынос мозгов. Я, конечно, и не подозревал, что Йесон может быть таким истеричным и нервным. - А теперь рассказывай, что ты делал вечером во вторник. - Я что, должен перед тобою отчитываться за все свои поступки? Где был, с кем гулял, - разозлился я не на шутку. - Мы живём в одном доме. И я думал, для тебя наши отношения что-то да значат, - кажется, Чонун сейчас заплачет. - Да, значат. Но что с того? Мне нельзя уже и отвлечься от работы, выпив в кафе? - С Чанмином? – а вот этого я не ожидал совсем, - Что так смотришь? Да, он мне сказал, что вы вместе там пили и развлекались на полную катушку! Честно, я от тебя не ожидал такого, Кюхён, - он что, решил убить меня взглядом? Не получится. - Да, он пригласил меня. Но ничего между нами не было! – заорал я. Кажется, это не Чонун сейчас заплачет, а именно я. - Он мой лучший друг. Он бы не соврал мне, чем вы там занимались… - А я для тебя кто тогда? Пустое место? Нет, ну реально! Ты поверил этому козлу? - Кюхён! - Да пошёл ты! Видеть тебя не желаю… ~ Чонун грустным взглядом смотрел на то, как я собирал свои вещи из нашего – теперь уже из его – дома. Я не хотел уезжать, не хотел расставаться, ссориться из-за его чокнутых друзей. Надо было мне не встречаться с Чанмином, ничего бы и не произошло. Это он так решил отомстить за мой отказ? Ну ничего, смеётся тот, кто смеётся последним. Мне хотелось поцеловать Йесона на прощание, взять за руку, обнять сильно-сильно или попросить прощение на коленях. Но это же я, а я так не делаю. Поэтому коротко взглянув на хмурого задумчивого парня, я сел в свою – теперь уже не его – машину, положил в неё вещи и уехал домой. ~ Пока не пропало желание, я разгрёб все вещи, когда приехал на квартиру. Затем сел в машину, поехав обратно к Йесону. Оставил хонду в его гараже, а ключи повесил на крючок возле входной двери, успев попрощаться с Юки и написать сообщение: «Машину я оставляю тебе. Прощай». Завёл свой мотоцикл и умчался подальше. Думать ужасно не хотелось, но… Эти мысли всё равно крутились в голове от такой мощи. Как он мог поверить какому-то Чанмину, а не мне? Ну конечно, они же лучшие друзья уже долгие годы, а я – так себе, на какое-то время. И ещё эти чёрные глаза, полные грусти… Почему он отпустил меня? Почему не остановил, не сгрёб в охапку? Значит, я ему не так уж и дорог, как всегда думал. Ещё меня пугала мысль – как я смог в тот вторник вернуться живым и невредимым домой на мотоцикле, когда был пьян? Я даже и не помню дороги. Чудеса. Такое бывает, белая полоса жизни, затем чёрная, и снова белая. Это невозможно остановить, это можно лишь ощутить. Всё, хватит думать, хватит страдать, Кюхён. Он тебя не достоин! Кто он тебе? Правильно, лишь друг, собеседник. Тогда что обозначают те поцелуи и объятия? Разговоры ни о чём, а в то же время обо всём… Как жалко осознавать, что этих разговоров больше не будет. А я так хочу рассказать Чонуну о своих проблемах. ~ На телефонные звонки и сообщения я не отвечал. В них не было: «Прости», «Извини меня», «Возвращайся», «Я скучаю». В них было: «Где ты?», «С кем ты?». А я смеялся на всю комнату, когда читал эти смс. Думал, почему же Чонун до сих пор дружит с Чанмином, если тот – такая сволочь? Как друг может спать с твоим парнем, а потом рассказывать об этом ему? Ведь не было секса, ничего не было. А Чанмин жестоко солгал Йесону, а меня впечатал лицом в грязь. Пока что он празднует и ликует, но скоро сам будет в этой грязи. И на моей улице будет праздник. ~ Буквально через дней пять мне позвонили из городской больницы и сообщили: - Чо Кюхён? Ваш друг Ким Чонун… Он попал в аварию и сейчас находится в больнице под осмотром. Всё хорошо, но он хочет, чтобы Вы приехали. - Да-да. Хо-хорошо… Я приеду. Сердце упало в пятки, и я перестал что-либо видеть перед собой. Как будто сбой системы. Как такое вообще возможно? Я сплю? Йесон попал в аварию? Ни о чём не думая, я понёсся в больницу. Сердце бешено стучало всё это время, хотелось быстрее узнать, что с Йесоном всё в порядке. А может, он так из-за меня? О Боже! Что ты наделал, Чо Кюхён? Какой же ты ублюдок! ~ Зашёл в палату с пакетами апельсинов. Вокруг всё было белым. Казалось, не только стены, но и моя жизнь окрасилась в белый цвет. Я медленно приоткрыл дверь палаты и сделал неуверенный шаг. На кушетке лежал Чонун с перебинтованной головой, руками, грудью. В глазах помутилось, слёзы покатились по щекам. Хотелось закричать, но воздуха в лёгких резко не стало, и я как рыба открывал и закрывал рот в немом крике. Ещё бы чуть-чуть, и пакеты упали на холодную плитку, а фрукты покатились бы по полу, как в немом кино. Передо мной предстала такая картина – рядом с Йесоном присел Чонджин, его младший брат. Он гладил Йесона по голове, а затем вдруг впился в его губы. Что, простите? Пакеты действительно упали на кафель, но двое братьев не обратили на это никакого внимания. Я быстро выбежал в коридор, а затем и вообще из самой больницы.