Never let me go

Слишком многое свалилось мне на плечи за эти дни, и я не знал к кому пойти, в чью жилетку поплакаться. На работе я ни с кем почти не дружил, лишь общался, поэтому пришлось нести этот тяжкий груз самостоятельно. Сперва я переживал за Чонуна, как он там, что с ним случилось. Но когда я сам всё увидел, да ещё и Чонджин подлил масла в огонь, больше приходить к Чонуну в больницу не хотелось. Сначала у меня был шок потому, что такое зрелище я видел впервые за всю жизнь. Чтобы парень целовался с парнем – это уже вошло у меня в привычку и никаких возражений не возникало. Но чтобы брат обнимал собственного брата, сидя возле него на кушетке, и впивался в его губы, впихивая туда ещё и язык – это уже слишком даже для меня. Увольте! Меня бесила вся эта ситуация, застигшая меня врасплох. И удивляло то, что Чонун не отстранился от брата, не оттолкнул его, прогоняя и крича вслед все маты, которые только знал. Он отвечал Чонджину взаимностью и обнимал его точно так же, как и тот его. Интересно, у них в семье так принято? Если да, то мне самое время пойти повеситься от горя. Что самое странное, Йесон мне всегда рассказывал обо всём, о своих даже самых сокровенных секретах. Так почему же он не рассказал мне о Чонджине? Его брат – гей, который не хотел жениться, заводить детей, над кем все постоянно издевались, и которого не приняли родители. Но откуда у этого ребёнка вдруг появилась страсть к инцесту? Без понятия. Но теперь понятно, почему Чонджин пригрозил мне не общаться с Йесоном. Он по уши в него влюблён. Значит, если Йесон спокойно отреагировал на его поцелуй, то и ему брат небезразличен. Но почему Йесон мне ничего не сказал об этом? Почему всё держал в секрете? Ведь тайное всегда становится явным. И этим он сделал мне только больнее. Очень больно. Уколол в самое сердце. А сам мне устроил скандал, почему это я ночью разгуливаю неизвестно где с его другом Чанмином… И ещё поверил его бредням, а не мне. Из всего случившегося я осознал одну вещь – Чонун мне полностью не доверяет и, видимо, не так уж сильно и любит, раз устраивает скандалы на каждом шагу и целуется со своим родным братом. Как же это бесит! Было ощущение, будто тысяча шипов вонзились в сердце, сами розы обвили всё тело своими зелёными ножками и также впились в кожу, а красивый красный цвет роз превратился в чёрный, увядший. И повсюду были разбросаны лепестки. Мои думы довели меня до пещеры, к которой я всегда любил ходить с Чонуном. Поставив мотоцикл возле скалы, я стал карабкаться вверх по камням. День с самого утра не задался – снег растаял и превратился в грязную воду, а солнце выбралось из горизонта и теперь своими лучами слепило глаза. Обычно я никогда не ходил в такие места в одиночестве. Раньше моей компанией был Чонун, но всё меняется. В самой пещере было темно и страшно, поэтому я присел на край скалы и свесил ноги. Такие солнечные дни были мне не по душе. А ведь у нас с Йесоном практически ничего не началось, всё оборвалось в какой-то момент, что я даже и не заметил этого. Сейчас я не ревновал, а я снова осознал, что меня предали, во второй раз. И почему судьба так поступает со мной? Снег не падал целую неделю, и больше не посыплется с неба. И нет белоснежного ковра, устилающего землю. Словно это говорило о том, что сказка кончилась, наша с Чонуном сказка. А всё из-за чего? Из-за того, что я пошёл с Чанмином в гей-клуб? Или потому, что я пришёл пьяным? А может, когда Чонджин мне позвонил в первый раз? Когда всё это началось? Скорее всего, когда я повстречал этого блондина с отросшей чёлкой и вороньими глазами, который был вовсе не блондином, а брюнетом. Вдруг на телефон пришло сообщение, и я нехотя достал мобильник. Чанмин. Этот кретин. Снова. «Привет, Кюхённи, ты так неожиданно ушёл в прошлый раз с нашего свидания… Давай встретимся в кафе? Позвони мне». Никуда идти не хотелось, тем более с этим слизняком. ~ Не было смысла о чём-либо говорить. Но всё же я позвонил Чанмину, и сейчас сидел с ним в кафе. Оно было моим любимым, но на данный момент находиться здесь было пыткой. - Кюхён, почему ты такой подавленный? – парень подпёр подбородок ладонью и улыбнулся. Я промолчал, пожав плечами, - Я навещал Чонуна, он в больнице, ты знаешь? - Как он? – спохватился я. - Он идёт на поправку, - ухмыльнулся Чанмин, - Но Чонун спрашивал о тебе, почему ты его не навещаешь… - Да так, времени не было, - отвернулся я и посмотрел в окно. - Вы поссорились, - не спросил даже, а подтвердил Чанмин и усмехнулся, сложив тонкие пальцы в замок. Его полные губы в один момент вытянулись в полуулыбку-полуоскал. - Нет, с чего ты решил? – я занервничал. - Просто… - замешкался шатен. - Что? - Мне так показалось. А если он тебя обижает, ты только мне скажи, и я с ним мигом разберусь, - фальшиво улыбнулся парень и стукнул по моему плечу. - Что-то здесь не чисто. Чанмин, что ты хочешь от меня? – насторожился я. - Какой ты разумный, Кюхённи. Я в тебе не сомневался! – усмехнулся он, - Да, я хочу кое-что. Ты будешь со мной встречаться? -Что-о-о? – моё лицо надо было видеть. - Так мы сможем позлить Чонуна. Я ведь прекрасно знаю, что вы с ним не просто друзья. Интуиция мне подсказывает, - подмигнул Чанмин. ~ В тот день я сломал свою сим-карту и выбросил её в мусорник. Больше всего меня мучил вопрос, ни как Чанмин узнал о наших отношениях, а почему он хочет, чтобы Йесон ревновал. Ответа Чанмину я не дал. Выйдя с ним из кафе, мы пошли покупать мне новую сим-карту. Шатен не собирался покидать моего общества. - Мин, что ты от меня хочешь? – он меня уже достал! - Я хочу с тобой встречаться. - Но зачем? Зачем я тебе нужен? – никак не понимал я. - Ты красивый, одинокий, молодой парень. Ещё с первого взгляда ты мне понравился. Или ты не хочешь изменять Чонуну? - усмехнулся шатен. На этом разговор наш был закончен. Чанмин попросил мой номер, но я дал ему свой второй старый, и затем мы распрощались. ~ На следующий день Мин предложил мне погулять вечером в парке, я не мог отказать потому, что одиночество убивало. Оно пожирало меня изнутри, затопляя все внутренности, словно грязный океан. - А ты знаешь, что Чонуна выписывают? – мы стояли на улице возле заснеженных деревьев. Оказывается, Чанмин курит. - Откуда ты узнал? Тебе сообщили? – я был в шоке, и по моему лицу это было заметно. - Я был у него сегодня утром. Врачи сказали, что можно отлежаться дома, так-то уже всё в порядке. Просто нужен отдых и покой. - Понятно, и где он сейчас? – я не хотел видеть Йесона, но сильно волновался за него. - Пока что в больнице, к нему приехал Чонджин. Он поможет Чонуну собрать вещи и доехать до дома, - шатен сделал затяжку, и кольца дыма прилетели мне в лицо, из-за чего я закашлялся. Чанмин ухмыльнулся, прижал своим телом меня к дереву и обнял за талию. - Что ты творишь? По моему, мы уже говорили об этом… - неприятный запах курева резал, и я отвернулся, пытаясь оттолкнуть парня, - Сейчас же. Отпусти меня. - Хочу, чтобы ты был только моим, - прошептал он куда-то в шею. В этот момент я почувствовал, как кто-то толкнул шатена, и тот упал на землю. Было темно, но я узнал этого человека. - Как ты посмел притрагиваться к моему Кюхёну? – кричал блондин, его брат придерживал его за плечи, не давая сорваться, - А ты! Как тебе в голову могло прийти ошиваться рядом с моим другом и изменять мне с ним? Не звонишь, не пишешь, не заходишь ко мне. Кажется, только я о тебе думал всё это время… Чонджин, да отпусти ты уже меня! - Йесон, я… - слёзы покатились из глаз. - Прощай, Кюхён, я тебя знать не желаю, - Йесон был взбешён, и я это чувствовал всеми фибрами души. Как же мне хотелось всё объяснить, обнять его… - Но я люблю тебя! – выкрикнул я отдаляющейся спине. Парень обернулся, подошёл ко мне и со всего размаху ударил ладонью по щеке. Я схватился за щеку, упав на колени и схватив Чонуна за ногу. Слёзы не переставали лить. Если сейчас всё закончится, я не прощу себе этого. Ведь виноват только я. - Ложь, - сквозь зубы процедил Йесон и попытался отцепить мою руку от своей ноги. Но у него не получилось, и он пнул коленом мне в живот. Я отпустил парня и упал окончательно на спину, ударившись головой о дерево. - Чонун, пойдём, - робко попросил его брат. - Чонун. Я, правда, люблю тебя! Я всё сделаю ради тебя, только не бросай меня! Я всё могу объяснить, пожалуйста… - кричал я, - Только, пожалуйста, не бросай меня здесь. - Веселись со своим новым дружком, - выплюнул блондин, толкнув руками мне в грудь, и я снова врезался в дерево, - А ты, друг, называется. И сколько же ты бегаешь за ним, Мин? - Я всё могу объяснить! – шатен привстал, отряхиваясь и ставя руки в примиряющем жесте, - Кюхён сам ко мне приставал. Ему было одиноко, и я не мог отказать, было жаль его. Чонун, я ведь никогда тебя не предавал! - Правда? Тогда не стой рядом с этой шлюхой подзаборной. Пойдём, - стало страшно из-за его грозного взгляда чёрных глаз. Сердце колотилось в бешеном ритме, мне было так чёрство на душе. Будто бы облили грязью и выбросили твоё сердце на помойку, которое ты отдал своему любимому человеку. Тряпка. Ко мне подошёл Чонджин, посмотрел на меня с укоризной, а на его губах играла довольная ухмылка. - Шлюха, - выплюнул он мне в лицо и ударил пару раз в живот. Я скрючился на земле от дикой нарастающей боли. Три силуэта уходили прочь, а я лежал у дерева, выброшенный, побитый, словно собака. Хотелось рыдать, что я, собственно говоря, и делал, а ещё – умереть. Я не помню, сколько часов вот так я пролежал на холоде, плача и поскуливая от боли, как заблудившийся щенок. Рано или поздно за всё нужно платить. Но что такого сделал я? Влюбился? И это грех? Всё плыло перед глазами, я привстал и вытащил из кармана грязных джинсов телефон. Три часа. Целых три часа я провалялся под деревом, зовя на помощь Чонуна. Приближалась полночь. В голове была целая стая мыслей, которая меня одолевала. Голова жутко заболела, я пересилил себя и встал с сырой земли, отряхнулся и пошёл, куда глаза глядят. Сначала я просто шёл. По трассе ехали автомобили, но прохожих не наблюдалось. Мысли были заняты лишь Чонуном, но я не хотел сейчас думать. Больно. Ужасно больно. Как будто большая кошка своими когтистыми лапами расцарапала то место, где находилось сердце, и оставила кровоточить раны дальше. Лучше бы ты, кошка, вырвала это сердце к чертям собачьим, а не мучила меня! Я и сам не заметил, как перешёл на бег. Я бежал, не оглядываясь по сторонам, но уже не плакал, просто шмыгал носом. Было до одури обидно, что со мной так поступил дорогой мне человек, вытер мною грязный пол, как тряпкой, так и не узнав правду, как всё было в действительности. Он тебе не верит, Кюхён. Забудь о нём, как о страшном сне. Словно на меня надели кандалы, тяжело было переступать, сделать обычный шаг. Я остановился возле моста, где ездили машины. Схватился руками за каменную стену моста и устремил взгляд вдаль. Подо мною тоже ездили автомобили. Сейчас было лишь одно желание – перепрыгнуть через эту стенку и улететь вниз. Чонун ведь, скорее всего, где-то в глубине души всегда мечтал, чтобы я научился летать. Чтобы взлететь нужно попытаться оторваться от земли. Хватит бояться, Кюхён. Ты сможешь это сделать. Ведь я никому больше не нужен. Даже Йесон видит во мне ничтожество и, если узнает о моём самоубийстве, через день-два уже забудет. У него ведь есть Чонджин – «милый» братик и Чанмин – «верный» друг. У меня остаётся несколько вариантов: или я сейчас прыгну и проиграю; или я буду страдать дальше, извинюсь перед Йесоном и буду жить, как раньше; или же снова закрою своё сердце на замок и стану безжалостным, эгоистичным Чо Кюхёном, которого предали. Нужно смириться со своим статусом, а ещё найти тот ключ от своего сердца. Сегодня я переродился. Может быть, я подумаю, как отомстить этой троице, а может, оставлю их в покое. Их жизни зависят от меня. Из моего горла вырвался раздирающий душу крик. Я разодрал пальцы до крови о каменную перегородку, и теперь бежал навстречу ветру. Кандалы больше не сковывали моих ног. Бежать стало в один миг легко и просто. Я ухмылялся чему-то и чувствовал свободу. Йесон своим поступком придал мне силы. А думал, что сломает меня. Ха-ха.