red moles, terrible crimes

      Хюнин Кай не помнит, сколько еще сидит под дверью. Когда Тэхён уходит, к горлу подкатывает настоящая истерика, Кай плачет, рвёт на себе волосы и стучит в двери. Как будто это чем-то поможет… Он ведь сам виноват. Абсолютно во всем. Иногда надо просто простить. Но такое Кай не намерен отпустить, а потому и не выходит в подъезд, чтобы увидеть Кана, а лишь молчит первые несколько минут. Когда истерика проходит, Кай сам не замечает, как засыпает прямо там же. Свернувшись в калачик. он зарывается носом в колени и очень надеется на то, что больше не проснется. А если и проснется, то хотя бы не этим неудачником, и не с этим именем. Но жизнь несправедлива, а потому парень просыпается не только Хюнин Каем, но ещё и с неприятной тянущей болью в шее. Оно и понятно, кто вообще спит под дверью? Он тянется к телефону и смотрит на время несколько секунд, не веря своим глазам. В смысле уже 17:36? Кай, пыхтя, поднимается с пола и оглядывается так, будто первый раз видит эту квартиру. Ну, нет, так больше не пойдёт. Он не хочет и не может здесь больше оставаться. Медленно идёт в комнату, садится за рабочий стол, включает ноутбук и пишет в поисковой строке «расписание поездов Сеул — Пусан» Покупает билет на 20:40 и идёт на кухню. Ставит кипятиться чайник, ненароком замечая своё отражение в зеркале. Да, не лучший видок. Каю хоть и глубоко всё равно, но все же, что-то сделать с этими родинками надо. Пока он усердно скрывает все красные точки щедрым слоем консилера, то замечает несколько рамок с фотографиями на столе. Подходит ближе и внимательно рассматривает. Вот, на первой фотографии, он ещё совсем маленький стоит рядом с папой и мамой. Улыбается так искренне, как могут только дети. Родители тоже улыбаются, но совсем по-другому. А, вот, рассматривая фото во второй рамке, Кай улыбается и сам. На ней запечатлён один из самых важных моментов в его жизни — поступление в институт. Субин на тот момент уже учился там, а Чонин пришёл поддержать, хотя в будущем поступил туда же. Тут они счастливы. Кай уверен, это потому, что у них ещё не было соулмейтов. Парень переводит взгляд на третью фотографию и тут же замирает. На ней он, маленький Хюнин Кай внимательно читает книгу, а его бабушка, уже покойная Маретт, ярко улыбается на камеру так, как может только она. Парень чувствует, как к глазам подступают слезы, а потому резко отворачивает все рамки в другую сторону и подходит к шкафу. Достаёт длинную горчичную толстовку с большим капюшоном и потёртые джинсы. Наскоро одевается и идёт в кухню. Пьёт кофе, и даже не убрав за собой чашку, уходит. Несколько минут стоит перед дверью, но потом, окинув взглядом отражение в зеркале, выходит, запирая дверь. Он вышел довольно рано, но хочет дойти до вокзала пешком. Кай включает свой любимый депрессивный плейлист и, уже, когда подходит к вокзалу, неожиданно прислушивается к строчкам любимой песни.

Мне нужен свежий воздух, и мне не страшно. Билет на поезд, куда не важно. Я не боюсь потерять все. Начать заново, оттуда куда занесет.

      Он одновременно согласен с этим, но и в тоже время его пугают эти несколько слов «я не боюсь потерять всё, начать заново.» Готов ли он все потерять? Начать заново? Потерять друзей, своё имя, прошлое и, наконец, соулмейта. Кай не уверен. Сейчас он собирается просто бросить всё и уехать в Пусан, непонятно зачем. Ведь у него там нет ни родственников, ни знакомых. Он не предупредил друзей о том, куда собрался, и прямо сейчас скидывает очередной вызов от Чонина. Тот написал уже несколько десятков сообщений, но не получил ответа. Каю стыдно, действительно стыдно. Оказывается, он не готов бросить всё и начать заново. Он просто трус, который бежит от проблем. Противно от самого себя. Парень смотрит на время и видит, что до отправки осталось десять минут, а поезд уже прибыл. Не теряя времени, он заходит в вагон вместе с другими людьми и усаживается на свободное место. Рядом с ним, кажется, присаживается его совесть, которую парень встречает впервые за долгое время. Просто замечательно. Оглядывает последний раз родной город и закрывает глаза, прибавляя звук на телефоне, и пытаясь забыться громкими песнями. Зачем он все это делает? Он не знает.

&

— я блять не могу ему дозвониться! орёт Чонин и почти бежит по тротуару. — боже, ты уверен? — спрашивает Субин, догоняющий его. Он проверяет телефон. Все так же не ответил, а впереди уже показывается знакомая многоэтажка, где по идее сейчас должен находиться Хюнин. — да! Я позвонил ему сорок пять раз и написал шестьдесят сообщений! Он никогда так долго не отвечал! А ты! Ты просто пошёл с Ёнджуном развлекаться, ты-, — не успевает договорить, как его перебивает Чхве. — да! Ведь я не знал! Не знал! Мы и так сейчас идём к Каю, что, если он просто спит? Уже ведь 22:13. — нет, не верю! Он ложится спать не раньше часа ночи! — махает рукой Чонин, забегая в подъезд. Он перескакивает несколько ступенек и, наконец, они добираются до нужного этажа. Нин тут же начинает стучать и звонить в дверь. — Кай! Хюнин Кай! Открой немедленно, а то ещё и по шапке получишь! — никто не открывает. Нин дёргает за ручку. Закрыто, — бляяять. Субин присаживается на коврик у двери и вдруг видит что-то блестящее. Шарит рукой и достаёт ключ Кая. Он уверен, что это его ключ, ведь только у Хюнина так много брелоков с кпоп группами. — что? А ну дай сюда! — забирает ключ Чонин, и открыв квартиру, тут же влетает в спальню. — его нет! Кая нет, блять! Стоп подождите… Ноутбук включен… — повисает напряженная тишина и Субин тоже заходит в комнату, замечая отвернутые к стене рамки с фото. — Бин… Субин… — тянет Чонин испуганно, и тот наклоняется над экраном, и тут же охает. — он… — тихо тянет тот. — он, блять, уехал в Пусан, Бин! Пусан, где у него нет даже знакомых, Бин, — визжит Чонин и встаёт из-за стола принимаясь наворачивать круги по комнате, но вдруг резко останавливается. — стоп, я придумал! Пиши Ёнджуну! — радостно восклицает Нин и объясняет, — Чтобы номер Тэхёна спросить, балбес! — да сейчас…

Ёнджун хён, ещё раз привет… Слушай… А, ты не можешь дать номер Тэхёна? Пожалуйста… Пожалуйста!

Тэхёна? Что-то случилось?

Давай я тебе потом расскажу :)

Ну ладно… Вот x-xxx-xxx. Чонин выхватывает телефон из рук Бина и сам печатает на новый номер.

Дарова, Тэхён, слышь, что случилось! ОЙ ? *

Субин закатывает глаза и печатает от себя.

Это Чонин и Субин если что.

Привет? Что случилось?

Ты Кая в последние два дня видел?!

Ну… Да. А что?

Извини, что так резко спрашиваем. Дело в том, что… Кай пропал нах! Он в Пусан уехал!

Что?! Вы шутите?!

Я тебе сейчас бошку виртуально выкручу! Какие шутки! Извини. Так вот. Тэхён, не мог бы ты… НАЙТИ КАЯ

Найти? Вы в адеквате? Как я его найду?

А я знаю?! Как-то найдешь, быстро билет купил и поехал искать, соул хренов. Извини. )))

— он поедет? — недоверчиво спрашивает Бин. — а куда он денется! — фыркает Чонин. — а почему бы нам не поехать? — ну ты дурак что-ли? Он ведь сам должен найти своего избранного! Догоняешь? — не очень, если честно…

&

      Хюнин открывает глаза и видит на табло время: 21:45. Рядом написано Пусан и поезд тормозит. Кай встаёт с места, забирая вместе с собой совесть, и с остальной толпой выходит из поезда. Оглядывается по сторонам и невольно зажмуривается. Всех кто-то встречает. Отовсюду слышится смех и громкое голоса, кто-то обнимается, кто-то целуется. Всех кто-то ждет… Но не Кая. Он совсем один. Ему ужасно хочется ответить друзьям, которые беспрестанно названивают ему, поговорить с ними по телефону. Хоть с кем-нибудь поговорить. Да хоть с мамой. Эта мысль приходит неожиданно, и парень уже тянется к карману, чтобы достать телефон, но в последний момент останавливается. И что он скажет ей? Мама не звонила Хюнину уже месяц, а он, в свою очередь, не звонил ей. Его нервы сейчас расшатаны просто до предела и Кай боится, что сорвется при разговоре, а ему этого не очень то и хочется. Ведь снова вопрос, что сказать? Вот, мол, привет, мам, решил позвонить вдруг. А знаешь, у меня еще соулмейт появился, вот. Еще он убийца. И прямо на моих глазах убил человека, ну, а что, бывает. После этого у меня была истерика, кстати, две недели я почти ни с кем не общался и не ел, а сейчас, вот, уехал в Пусан, не знаю зачем… Ну нет, он теперь точно не будет звонить ей. Хюнин Кай вздыхает грустно и идёт от вокзала прочь. Он ходит и по людным улицам, и по безлюдным. Там, где только богатые здания, и где на заборах написаны не очень приличные слова. Но постоянно, абсолютно постоянно, ему попадаются парочки. Или он замечает только их, Кай не знает. Он исподлобья смотрит на все эти счастливые лица, смех и объятия и понимает, что действительно завидует. Он хочет так же. Чего-то такого обычного, банального, но до жути приятного. Он хочет, чтобы ему желали доброго утра и спокойной ночи. Хочет, чтобы постоянно писали в мессенджере и отправляли кучу сердечек. Хочет, чтобы часто и много обнимали. Он просто… Хочет быть любимым… Хочет, чтобы он занимал какую-то часть в жизни другого человека и… Пожалуй, он хочет, чтобы ему не врали. Чтобы говорили всё как есть. Чтобы они вместе решали все проблемы. Даже самые незначительные, вроде того, кто сегодня будет готовить ужин. А потом в итоге готовить вместе. Вечерами смотреть фильмы, а когда не спится спонтанно собраться и поехать куда-нибудь. Утром просыпаться, смотря на любимое лицо. Боже, он так хочет этого! Просто любить? Кай чувствует, как по щеке одиноко течёт слеза и вытирает её длинным рукавом, приказывая самому себе не плакать, а слезам не течь. Ему все равно, абсолютно. Абсолютно. Кай постоянно заходит в разные, попадающиеся по пути торговые центры, кафе и магазины, просто, чтобы погреться. А потом, так ничего и не купив, выходит из здания, провожаемый подозрительным взглядом охранника. Ноги гудят от длительной ходьбы, а часы на телефоне показывают 2:16. Кай ещё раз оглядывается по сторонам и понимает, что прохожие сильно поменялись. По улицам уже не ходят дети с родителями, пожилые и парочки. Сейчас тут либо одинокие девушки, либо пьяные в хлам компании. Одну из таких и замечает Кай смотря прямо через почти пустую дорогу. Один из безлюдных переулков. Компания парней в нескольких метрах выглядит довольно пьяной, и, кажется, немного не в себе. Кай уже хочет отвернуться, но в последний момент встречается взглядом с глазами одного из парней и сердце пропускает несколько ударов. Боже, кажется, он влип. Кай тут же опускает взгляд, и тут же утыкается в телефон, надеясь, что ему просто показалось. Он уже почти спокойно вздыхает, но неожиданно на его плечо ложится чья-то широкая ладонь, и Кай крупно вздрагивает, но не оборачивается. — эй, парень, — тянет хриплым голосом один из парней и Хюнину становится не по себе от такого неосознанного голоса? — да? — как можно более уверенно спрашивает он, все еще не поворачиваясь. — один сегодня? — спрашивает тот же парень, а другие хмыкают на это. — э-э-э, ну да… — равнодушно отвечает Кай и уже собирается скинуть чужую руку со своего плеча и пойти дальше, но не тут то было. Рука только сильнее сжимает хрупкое плечо и разворачивает к себе. Кай наконец-то видит этих парней в лицо, и внимательно разглядывает, мало ли что. Их всего трое. Один из них, который сжимает плечо и разговаривает, с коротко остриженными бирюзовыми волосами, и татуировкой на лбу и левой щеке. Его глаза тёмные, как ночь, неосознанно смотрят на парня, и он понимает, что тот явно под чем-то. Второй парень, стоящий рядом, выглядит более-менее нормально. Хотя, возможно это потому, что длинные чёрные волосы спадают на глаза и закрывают их. Кай также замечает пирсинг на губе и тоннели в ушах. Вообще, этот парень одет скромнее всех. Черная рубашка и такого же цвета джинсы. Например, на первом парне ярко красная кожанка надета прямо поверх голого тела, а синие рваные джинсы заканчиваются на щиколотке. Кай медленно переводит взгляд на третьего парня. Тот кажется, принимал больше всех. Растрепанные светлые волосы частично закрывают татуированное лицо и глаза с потёкшей подводкой, из-за чего тот выглядит еще более жутко. Но завершает образ расстегнутая грязная рубашка с пятнами, предположительно, ясного происхождения. Яркие зеленые шорты открывают вид на сбитые в кровь колени и на огромные, дорого выглядящие кроссовки. Отлично. Кажется, Каю точно пиз#ец. — тогда, как насчет поразвлечься сегодня? — говорит наконец главный, на что остальные только еще сильнее выпячивают глаза и присвистывают. Кай предположительно понял, про что они. Страх поселяется где-то внутри, и сейчас надо бы просто развернуться и бежать, как можно быстрее в людное место, но Кай только стоит на месте, как вкопанный. И непонятно, страх парализовал его, или, действительно не хочется жить до такой степени. Но, на самом деле Хюнин понимает, что бежать сейчас будет не лучшим решением, тем более, что он один, а парней три. Поэтому он только вежливо улыбается, надеясь, что следующее поможет. — нет, сорян. Меня ждёт парень, я спешу, — перед глазами всплывает знакомый образ с глазами кофейного цвета. — хмм, вот как. Жаль, — наигранно вздыхает парень, и Кай уже тоже хочет облегченно вздохнуть, но тот неожиданно крепче сжимает плечо, — ну, надеюсь, он будет не против, что ты сегодня не вернёшься домой. Джи, Гук, согласны? Парни позади него только радостно кивают, и руки другого парня ложатся на другое плечо Кая. Третий парень разворачивается и подходит к машине, скорее всего их. — Кис, пошли, — улыбается парень с черными волосами и ведёт Хюнина к машине. А у него ноги подгибаются от страха и осознания того, что он понимает, что с ним могут сделать. Он слабо вырывается, но хватка только крепчает. Так он доходит до машины, кажется мерседес бенц. Парень со светлыми волосами кое-как открывает дверь, и Кай уже собирается сесть внутрь, как неожиданно его толкают в спину, на что все трое заливаются противным хохотом. Главный садится за руль, рядом с ним садится блондин, а рядом с Каем на заднее сиденье присаживается брюнет. — эймм, С-Сан, мы веть едэм в т-то самое местооо? — пьяным голосом спрашивает блондин, а парень с бирюзовыми волосами кивает. То самое место. Ух не нравится это Каю, как же не нравится. Поэтому он, не поворачиваясь к двери, пытается ее открыть, но она заперта. Он пытается нащупать руками ту самую штуку, название которой Кай не запомнил, но в этот самый момент встречается взглядом с глазами брюнета. — а я уже думал, почему ты так спокойно ведёшь себя. Перестань, — протянул негромко тот, придвигаясь ближе, на что Кай, теперь уже повернувшись к замку, начал пытаться открыть его. Но его тут же оглушил удар и последнее, что он слышал было. — извини, кис.       Снова постигает разочарование. Перед глазами не потолок спальни, а противное лицо улыбающегося блондина, и крыша машины. — нууу, наконец-то, а ну эта… Выхадии быстраа, — несвязно тянет тот и отходит. Кай садится, думает несколько секунд, а потом выходит из машины. Перед глазами четырёхэтажное здание со множеством неоновых вывесок. Кай почему-то не сомневался, что окажется сегодня здесь. Бордель. А Кай соответственно будет шлюхой — девственницей. Пиздец, это реально происходит сейчас с ним? Это не ебучий сон? Пока парни идут ко входу, Кай медленно разворачивается, и уже собирается бежать, как можно быстрее, но за шиворот толстовки его хватают. — ну, ки-ис, давай спокойно, пошли, — тянет брюнет, и не отпуская Хюнина, идет ко входу. Внутри играет громкая музыка, кто-то танцует, кто-то блюет в уголке, кто-то целуется, а кого-то прямо за барной стойкой.

Страшно.

Кай опускает взгляд в пол, чтобы больше не видеть этого. Он пытается полностью абстрагироваться от этого мира, хоть и знает. что сейчас вот совсем не вовремя. Он отдаленно слышит, как парни здороваются с барменом и другими, а потом тянут Кая к лестнице. Они поднимаются, кажется, на третий этаж и долго идут по коридору, вдоль закрытых дверей, за которыми слышатся стоны и шлепки.

Страшно. Это действительно происходит сейчас? И его никто не спасёт? Точно, никто…

Парни доходят до определенной комнаты и начинают о чем-то спорить. — я первый, потом вы, ясно? — рыкает лидер. — Сан, я пойду сейчас, блять, ясно? — говорит, кажется, брюнет. — эй, Гук не наглей, мы, кажется, договаривались об этом еще давно. — просто эта шлюха кажется мне довольно интересной… — ох, блять, ладно. Но оставь и мне. Кая буквально заталкивают в комнату и закрывают за ним дверь. — на кровати лежит одежда, переоденься в нее, — слышится за дверью, и Кай судорожно начинает осматривать комнату. Кровать, костюм официантки на ней, торшер. Нет ничего, чем можно защититься. Хотя подождите… Окно…       Хюнин медленно подходит к нему и смотрит вниз. Три этажа. Тянет за ручку, открывает. Становится на подоконник. Времени мало. Прыгать с третьего этажа опаснее, чем с четвертого. Можно удариться головой. Но за окном есть ветви деревьев, за которые можно зацепиться, и высокие кусты. Но рядом асфальт. Хотя жить хочется больше. Кай понимает это неожиданно. Понимает, что прямо сейчас его никто не спасёт. И уж если он раньше не думал башкой, то сейчас вообще не время. — кис, ты готов? 3 За дверью слышатся шаги. 2 Вдыхает ночной воздух и вытягивает одну ногу из окна. 1 Дверь открывается. — кис? Эй?! Ты что дел- 0 Больше Кай не слышит. Прыгает из окна и отчаянно цепляется за все ветки. Перед падением понимает, что хочет жить. А еще, что любит. Падает. Темнота. И никто его не спасет. Ведь никто даже не знает, где он. Он умрёт.