Искупление.

      Суета в доме Уизли, «Норе», дошла до своего апогея ещё за несколько дней до долгожданного празднества. Миссис Уизли руководила процессией по приготовлениям жёсткой рукой, не желая что-либо упустить из виду. Гермиона невольно была втянута в предсвадебные хлопоты и всеобщую беготню.       Она прекрасно понимала, что обязана помочь, хотя бы в знак благодарности за гостеприимство и заботу рыжего семейства по отношению к себе, но у девушки были дела поважнее. Её уже некоторое время сопровождало тревожное предчувствие, потому Грейнджер заранее начала собирать в свою бездонную бисерную сумочку самые необходимые вещи, на случай их с мальчиками экстренного бегства.       Внутри всё завывало.       «Какая глупая авантюра», — думалось девушке.       Она постоянно вспоминала о родителях, что теперь, после переезда в Австралию, и не подозревали: у них, где-то в Великобритании, есть дочь-волшебница. Не подозревали, что эта бессовестная всезнайка идёт на верную смерть, а куда именно — и сама не знает. Гриффиндорка не могла понять, о чём думает Гарри Поттер. Какие указания дал ему Альбус Дамблдор? Куда они отправятся? Есть ли вообще план у Мальчика-который-выжил?       Вечером, за день до торжества, Гермиона несколько раз всё перепроверила и решила, каким бы абсурдным это не казалось, попытаться немного развеяться, выкинуть всё из головы и хоть на пару часиков забыть о том, какое же страшное и опасное приключение предстоит их золотому трио.

***

      Свадьба Флёр Изабель Делакур и Уильяма Артура Уизли была назначена на 1 августа. День оказался жарким и солнечным. Снаружи дома, над газоном и живой изгородью, близ белоснежного тканевого шатра, беззаботно порхали бабочки и жужжали пчёлы. Гермиона специально встала пораньше, дабы спокойно собраться: сходила в душ, аккуратно уложила блестящие вьющиеся волосы, надела лёгкое платье цвета сирени и сиреневые же туфли. За последнее время ей редко удавалось нарядиться, потому в такой важный день хотелось выглядеть приемлемо. К трём часам девушка была полностью готова и сейчас рассматривала собственное отражение в зеркале. Увидев за окном, как в отдалении начали появляться разряженные люди в причудливых костюмах и шляпах, Грейнджер выдохнула, взяла свою бисерную сумочку и спрятала в неё палочку.       — Вот. Гоблинская работа, между прочим! Принадлежала моей семье с незапамятных времён… — послышалось на лестнице ворчание, когда волшебница вышла из комнаты Джинни, которую они вынуждены были поделить между собой после приезда родителей Флёр. — И будь с ней аккуратнее. Нос выше. Такие вещи следует носить с гордостью. Волосы пригладь, никому не нужна твоя шевелюра — всё внимание должно быть на диадеме…       Старая, как сама смерть, высокая костлявая колдунья, чем-то напоминающая фламинго, грубо поучала будущую невестку, не забывая отпускать нелестные комментарии в адрес Флёр, сегодня ещё более ослепительной, чем обычно. Старухой была тётя Мюриэль. На ней красовалась обшитая рюшами мантия лавандового и бордового цветов. Слава об этой бабке, благодаря младшим Уизли, успела далеко разойтись — если те собирались над кем-то пошутить, то всегда упоминали свою кошмарную родственницу. Например, Джинни однажды сказала, что с Роном никто не стал бы целоваться, кроме, конечно, тётушки Мюриэль. Завидев Гермиону на ступеньках, женщина насупила брови и выплюнула:       — Боже, это ведь магловка? Скверная осанка и костлявые лодыжки.       Грейнджер как ни в чём не бывало — она давно научилась не обращать внимание на подобные колкости — спустилась по лестнице и пошла на улицу. Уже там быстро заметила Гарри под оборотным зельем и Рона. Оба парня были в узких тёмных костюмах, которые явно стесняли их движения. Гарри, казалось, вообще дышит с большим трудом.       — Роскошно выглядишь! — часто моргая, веснушчатый друг воззрился на спешившую к ним Гермиону.       — И вечно этот удивлённый тон, — саркастично заметила Гермиона, но тепло улыбнулась. — Твоя тётя Мюриэль с тобой не согласна. Мы столкнулись на лестнице.       — Не бери в голову, она всем грубит.       — Вы о Мюриэль говорите? — спросил Джордж, вышедший с Фредом из шатра. — Да, мне она сказала, что у меня уши какие-то несообразные. Метла кривая. Жаль, дяди Билиуса больше нет, вот кто умел повеселиться на свадьбах.       — Это не тот, который повстречался с Гримом, а ровно через сутки умер? — изгибая брови, поинтересовалась Гермиона.       — Ну да, странный был мужик, особенно под конец… — согласился Джордж.       — Зато до того, как поехать кукухой, он был душой любого свадебного пира, — закончил за брата Фред. — Выдувал целую бутылку огненного виски, а после выскакивал на танцпол, подбирал подол мантии и начинал вытаскивать букеты из…       — Да, человек и вправду очаровательный, — признала Гермиона, пока Гарри загибался от хохота в три погибели.       — А сам почему-то так и не женился, — сказал Рон.       — Действительно, почему же? — отозвалась Грейнджер.       К младшему из братьев подошёл запоздалый гость и вручил приглашение. Это был худой, тёмноволосый, отличавшийся нездоровым цветом лица, большим носом и чёрными густыми бровями молодой человек. Он напоминал хищную птицу. Парень имел мрачный и хмурый вид, горбился и косолапил.       — Прекрасно выглядишь, — Виктор Крам отпустил девушке комплимент. Его акцент, казалось, стал ещё хуже. Грейнджер взвизгнула, порозовела и уронила расшитую бисером сумочку, громкий стук от удара которой явно не соответствовал её размерам.       Гриффиндорка заметила, как заалели уши Рона. Он явно был вне себя от злости. Уизли пробежался глазами по приглашению Крама с таким лицом, будто ни единому стоявшему там слову не верил, и спросил нарочито громко:       — Как это ты здесь оказался?       — Флер пригласила, — удивлённо ответил Виктор.       Гарри, в отличие от Рона, никакого зла на Дурмстранговца не державший, пожал ловцу руку, а затем, решив, что лучше увести гостя подальше от друга, предложил проводить Виктора до отведенного тому места.       — Представляешь себе?! Какого Мерлина Флёр пригласила Крама на свадьбу!.. — негодовал Рон. — Они вроде бы не такие уж и закадычные друзья, да и в правилах Турнира Трёх Волшебников не значилось, что соперники потом должны будут звать друг друга на семейные посиделки!..       — Боже, Рональд, успокойся. Флёр действительно пригласила Виктора из-за Турнир-…       — Ты ведь с ним до сих пор переписываешься?! — Уизли взял её за плечи и повернул лицом в сторону. — Смотри! За ним все вейлы увязались, а ему мало! Заметила, как он пялится то на Полумну, то на Джинни?..       — Рональд, последний раз я переписывалась с Крамом некоторое время назад. И мне уж точно безразлично, на кого он смотрит. — Гермиона выбралась из хватки друга и, оглушённая его ревностью, двинулась в шатёр, дабы посмотреть на гостей.       Девушка догадывалась, что рыжий к ней неровно дышит, но не могла допустить возможность разрушения их многолетней дружбы. Хотя, порой ей и самой казалось, что она что-то чувствует к Рону, но думать о подобном в их нынешнем положении слишком опрометчиво.       В шатре было поистине сказочно. У стен стояли столики с белыми атласными скатертями. В центре — пурпурная ковровая дорожка, по обе стороны от которой рядами расположились изящные золотые стулья, большей частью занятые гостями. Опоры шатра оплели гирлянды из белоснежных и золотых цветов. Там, где Биллу и Флёр предстояло скрепить свой союз, близнецы повесили сверху огромную связку золотых воздушных шаров. Молли на славу постаралась над украшениями.       Гермиона, по очевидным причинам, сразу успела заметить Хагрида. Лесник был одет в свою несуразную парадную мантию и радостно замахал, когда увидел знакомую кудрявую голову в толпе. Грейнджер помахала в ответ. Недалеко от великана стоял Ли Джордан — приятель близнецов Уизли. Гриффиндорка была с ним мало знакома, потому решила не идти через весь зал, чтобы поздороваться. Возможно, она увидела бы ещё кого-нибудь, если бы сзади к ней не подошли Гарри, Рон и близнецы.       — Время усаживаться, — сказал Фред. — Не то о нас новобрачная споткнется.       Троица заняла свои места — во втором ряду, прямо за Фредом и Джорджем. Гермиона немного порозовела, уши младшего из братьев Уизли по-прежнему горели. Грейнджер услышала, что Рональд наклонился к Гарри и прошептал что-то очень гневное про бородку Виктора, но лишь закатила глаза. В шатре царило напряжённое ожидание, гул голосов стих. В тишине иногда раздавался негромкий возбуждённый смех.       По проходу прошли, улыбаясь и кивая родственникам, мистер и миссис Уизли — последняя облачилась сегодня в новую аметистовую мантию и подобранную ей в тон шляпку. Мгновение спустя в дальнем конце шатра возникли Билл и Чарли, оба в парадных мантиях и с большими белыми розами в бутоньерках; Фред залихватски присвистнул, кузины вейлы захихикали. Зазвучала музыка, все смолкли. Гермиона повернулась к выходу и восхищённо вздохнула — в проходе появились мсье Делакур и Флёр. Невеста словно плыла, её отец подпрыгивал на ходу и радостно улыбался. Флёр была одета в простое белое струящееся платье, но выглядела необыкновенно. Как правило, рядом с ее сияющей красотой люди словно тускнели, сегодня же этот свет делал более прекрасными всех, на кого он падал. Все взгляды были прикованы к ней. Гости восторженно ахали.       Джинни и Габриэль — подружки невесты — в золотистых платьях выглядели красивее обычного. Когда Флёр наконец встала рядом с Биллом, даже стало казаться, словно никакой встречи с Фенриром Сивым у того и не было.       — Ведьмы и колдуны, — заговорил певучий голос, принадлежащий маленькому, с клочьями волос на голове, волшебнику, что распоряжался на похоронах Дамблдора. Теперь он стоял перед Биллом и Флёр. — Мы собрались здесь ныне, дабы отпраздновать союз двух верных сердец…       — Да, моя диадема кого хочешь украсит, — звучным шёпотом сообщила тётя Мюриэль перед Гермионой. — Но у Джиневры вырез, куда это годится!       Гермиона заметила, как Джинни подмигнула Гарри. Тот сразу же смутился и впал в ступор. Его точно что-то беспокоило, поэтому Грейнджер зареклась, попозже спросить у друга, о чём он постоянно думает.       — Уильям Артур, берёте ли вы Флёр Изабелль?.. — матери брачующихся тихонько рыдали в первых рядах. Позади Хагрид достал из кармана платок-скатерть. Глаза Гермионы наполнились слезами. В эти трудные времена люди всё ещё любят друг друга. Это добавляло сил и решимости покончить с тиранией Тёмного Лорда. Грейнджер повернулась к Гарри и улыбнулась.       — Отныне ваши жизни связаны навсегда. — волшебник с клочкастой головой поднял над Биллом и Флёр палочку, и серебристые звёзды осыпали новобрачных словно дождём, спирально завиваясь вокруг их приникших друг к другу тел. Пара поцеловалась и шатёр разразили аплодисменты. Над головами жениха и невесты лопнули золотистые шары, и из них вылетели и неспешно поплыли по воздуху райские птицы и золотые колокольца, вливая пение и перезвон в общий шум.       Через пару секунд всех попросили встать; лёгким движением волшебной палочки грациозно взлетели стулья и столы. Гости оказались в прекрасном солнечном саду под навесом, стоящим на золотых шестах. В центре возник золотой блестящий танцпол, стулья в воздухе, окружив столики под белыми скатертями, мягко опустились на землю.       — Ловко, — одобрил Рон.       Ребята сели за столик. Вскоре младший из братьев Уизли позвал Гермиону танцевать. Удивительно, в громкой музыке и толпе развеселившихся волшебников ей действительно удалось отбросить все дурные мысли, и на душе стало легче. Девушка двигалась в такт, хохотала и улыбалась. Иногда Рон брал её за руки и продолжал танцевать. Так этого не хватало.       — Всё, не могу больше, — пропыхтела Грейнджер, подсаживаясь обратно к Гарри после тридцати минут проведённых в центре танцпола, стягивая с ног туфли и растирая ступни. — Рон пошёл за сливочным пивом.       Гермиона решила, что это более подходящий момент спросить, нормально ли Гарри себя чувствует, и о том, что его так тревожит, но только она было открыла рот, серебристое нечто прорвалось сквозь навес над танцполом. Крупная рысь, поблёскивая, изящно приземлилась среди танцующих и заговорила басом Кингсли Бруствера:       — Министерство пало. Скримджер убит. Они идут.       Дальше всё происходило как в тумане. Гарри и Гермиона вскочили, выхватили палочки. Гости в панике начали трансгрессировать. Защитные чары над «Норой» рухнули. Ребята бросились в гущу перепуганных людей в поисках Рона. Они пробирались через танцпол, когда девушка увидела в толпе фигуры в чёрных плащах и масках, а затем Люпина и Тонкс, поднимающих палочки; их крик «Протего!» повсюду отозвался эхом.       — Рон! Рон! — чуть не плача, звала Гермиона, пока они с Гарри проталкивались сквозь мешанину обезумевших от страха людей. Гарри схватил подругу за руку, когда над их головами пролетела вспышка.       Внезапно появился Рон и схватил Гермиону за другую руку. Она давно придумала, куда, в случае чего, им придётся трансгрессировать и уже собралась переместиться с мальчиками, когда позади прогремел взрыв от Экспульсо, отбросив друзей в сторону. Столы и стулья разлетелись. В ушах стоял звон, а перед глазами ходили чёрные круги, когда Пожиратель смерти выбил у них из рук палочки.       — Схваченных в штаб-квартиру. Будут сопротивляться — Круциатусом их. Мигом усмирит.