Искупление.

      На улице стояла глубокая ночь. Дорога опустела. Заведения, которыми была усыпана днём довольно оживлённая улица, были закрыты.       — Я подумала, что для начала нам стоит переодеться и где-нибудь переждать, — торопливо затараторила Грейнджер, затаскивая ребят в переулок. Зайдя в него поглубже, дабы спрятаться от любопытных глаз, волшебница открыла сумочку и принялась вытаскивать оттуда сменную одежду. — Перед поездкой в «Нору» я сняла все свои сбережения. Мы могли бы переночевать в каком-нибудь отеле, а потом…       — Когда ты успела взять нашу одежду? — удивился Рон между делом, снимая с себя запыленный фрак.       — В вечер перед свадьбой.       — Не устаю тобой восхищаться.       — Площадь Гриммо, — подал голос Гарри, уже стоявший с голым торсом. Действие Оборотного Зелья закончилось и теперь, всё что его отличало от обычного Поттера — отсутствие очков, которые Гермиона, кстати говоря, тоже не забыла и, сейчас, любезно протянула другу. — На дом Сириуса наложены все возможные защитные заклинания и его нереально обнаружить — отличное место, чтобы укрыться. Мы могли бы остаться там на какое-то время, придумать план, вместо того, чтобы носиться по всей Британии.       Гарри замолчал, поймав на себе удивлённые взгляды друзей. Он знал, что те будут не рады его предложению, но что бы настолько…       — Ты, небось, совсем с ума сошёл, если считаешь, что там будет безопасно. Снейп прекрасно осведомлён о штаб-квартире Ордена, забыл? Если он туда наведается — нам крышка. Да и за домом следят, — выпалил Рон, переодевшись. — Гермиона, ты взяла старые джинсы! Здесь карманы узкие, палочку никак не засунуть!       — Ой, ну, извините! — рявкнула девушка и вполголоса прокомментировала, куда Рону стоит засунуть свою палочку.       — Твой отец говорил, что против Снейпа наложены заклятия… и даже если они не сработают, — Грейнджер отвлеклась и явно намеревалась спорить, поэтому Гарри заговорил громче, — Что с того? Я не против с ним увидеться!       — Но…       — Гермиона, только не говори, что действительно считаешь, будто эта идея хуже, чем твоя? Серьёзно, переночевать в отеле? О, да, это безумно безопасно. Выбора у нас нет.       Волшебнице при всем желании было нечего возразить. Вдруг, они опомнились и обернулись — рядом стоял ошарашенный Малфой. У него шла кровь из носа. Грейнджер поняла, что они сейчас, мягко говоря, сболтнули лишнего. Рональд, особо не думая, перешёл в нападение:       — Какого хрена ты всё ещё здесь?! Хотел сбежать — ты на свободе. Нечего за нами таскаться теперь. Спасибо, все дела, но я даже сейчас не верю, что ты нам никакой подлянки не устроил.       — Во-первых, Поттер? Серьёзно? Я подумал, ладно, эти попались. Их хоть в расход пустить не жалко, но ты чего?! Знаю, что у тебя в голове дерьмо совиное, но неужели никто из ваших не смог лучше позаботиться о твоей безопасности? Оборотное зелье… Если бы я вас не вытащил, ты бы уже сидел на коленях перед Тёмным Лордом без возможности его разглядеть — с твоей-то близорукостью и без очков! Во-вторых, я и не собираюсь тут задерживаться. Надеюсь, что вы не провалитесь. Удачи.       Орден, штаб, площадь Гриммо — Драко не понимал ровным счётом ничего из этого набора слов. Ему бы стоило трансгрессировать раньше, пока вся троица не вспомнила о его существовании и не начала задавать вопросы, но неожиданное появление Поттера заставило застыть на одном месте. Он только что вытащил Поттера. Настоящего Поттера, прятавшегося под Оборотным зельем. В это сложно было поверить, но вот он, стоит сейчас и надевает на себя очки. Живой и невредимый. Видимо, действительно пора уходить. Слизеринец понял: троица замышляла что-то серьёзное, судя по подготовке Грейнджер и её бездонной сумке, на которую Рон уставился, как идиот.       Гермиона, в свою очередь, была убеждена, что Малфой, уже спасший их однажды, сможет оказаться, как бы корыстно это не звучало, полезным снова. Отпускать его было нельзя. Поэтому, увидев, как пепельноволосый развернулся и уже собирался, наверное, переместиться, девушка резко схватила его за запястье.       — Стоп! — троица парней порядком удивилась. Сцена, мягко говоря, комичная: грязнокровка Грейнджер пытается остановить Драко Малфоя. — Рон, Гарри, а вы не подумали, что он может оказаться нам полезным? Нет, чтоб расспросить его, узнать, возможно, выведать что-то для нас важное, вы его прогоняете! Это уже не говоря об отсутствии банальной благодарности за спасение!       — И что ты предлагаешь, Гермиона? — Уизли переключился на девушку. — Взять его с собой?       — Да хотя бы так.       — А если за ним хвост? А если этот трус лишь шпионит за нами, чтобы потом вернуться к мамочке и послушно всё доложить?! Мы и так уже много чего растрепали. Самым лучшим решением будет стереть ему нахрен память и оставить, в качестве благодарности, в живых!       — Да незачем ему было так рисковать. О, только попробуй заикнуться, что Малфой вместе с Пожирателями решили разыграть весь этот цирк только чтобы выведать у нас что-нибудь! Это полный бред! Да и представление о благодарности у тебя какое-то сомнительное!       — Если жизнь дорога, то ничего сомнительного!       Драко был в ярости. Какого черта они сейчас решали всё за него? Кто сказал, что он вообще собирается идти с ними? Возьмём его с собой, серьёзно? Он что, домашний зверёк, чтобы решать, куда его девать? Нет-нет-нет, никаких площадей гримов-грюмов или как их там больше не будет. Это первый и последний раз, когда он помог Поттеру. На этом его миссия окончена.       Крепко сжав в рукаве палочку и уже приготовившись её использовать в случае чего, Драко нахмурился, выдернул руку из хватки Грейнджер и отступил. Никто из них не посмеет стереть ему память.       — Я всё ещё здесь, если вы не заметили, — процедил он, утерев рукавом рубашки окровавленный нос. — И мой ответ — нет. Я никуда с вами не пойду. И память себе стереть не позволю.       — А кто тебя вообще спрашивает? — тут же напал на него Рон, явно взбешенный предложением Гермионы взять с собой врага в их единственное, возможно, хоть сколько-то безопасное место.       — Рон, подожди, — спокойно, но не без усилия, произнёс Гарри, останавливая друг. — Пожалуйста, Малфой, ты можешь подождать нас? Мы должны кое-что обсудить.       Пожалуйста? С каких пор они вдруг перешли на этот приторно вежливый тон? Драко впал в небольшое замешательство, видимо, как и Уизли. Ему не особо хотелось стоять в стороне и думать, что же такого секретного они обсуждают (хотя и дураку понятно, что обсуждать троица намерена его), но…       — Ещё раз, прошу тебя, постой немного, — повторил Гарри, взяв Рона и Гермиону за запястья. — Ты спас нас и… Мы просим ещё о пяти минутах твоего времени.       Получив снисходительный кивок, Гарри благодарно кивнул в ответ и дождался, пока Драко скроется за углом дома.       — Ты чего вытворяешь?! — не выдержал Рон, набросившись теперь на друга.       — Гермиона права, — тихо произнес Гарри. — Нам следует взять его с собой. Он нужен нам, — сказал Поттер, сам не особо веря в то, что сейчас пытается объяснить Уизли. — Возможно, он сможет нам помочь в поиске крестражей. Он — Пожиратель, поэтому может что-то знать.       — Да кто этой крысе хоть что-то расскажет? По-твоему, ему доверяли что-то важное? Хотя это бесполезно в любом случае, ведь он ничего нам не выдаст!       — Он нас спас. Даже не так, он спас вас, про меня он ничего не знал. Он наверняка преследовал какую-то свою цель и…       — Стоп-стоп-стоп, — не выдержал Рон, замахав руками. — Давайте начнём сначала, ладно? Я немного не понимаю, как мы пришли к тому, что Малфой нам жизненно необходим.       Увидев, что Гарри и Гермиона внимательно на него смотрят, он набрал побольше воздуха в легкие и начал:       — Мы сейчас с вами говорим о Малфое младшем. Давайте вспомним, что это за человек, если его вообще можно так называть. На протяжении всего нашего с ним знакомства он подставлял нас, пытался добиться нашего отчисления из Хогвартса, обзывал тебя, Гермиона, на минуточку, грязнокровкой. Из-за него мы отбывали наказание в Запретном Лесу, я ел слизней, мы практически потеряли Клювокрыла из-за его выходок, Хагрида чуть не уволили! Отец Драко напал на нас в Отделе Тайн и, не приди к нам Орден на помощь, мы бы погибли. Мы потеряли там Сириуса! А дальше… о-о-о, дальше ещё хуже. Он стал Пожирателем и мне плевать, что он нас спас. Малфои — трусы, что не упустят возможность перебежать с одной стороны на другую, более выгодную.       Гарри хотел было что-то вставить, но Рон отрицательно покачал головой и продолжил свою тираду:       — Что он сделал на шестом курсе? Убил Дамблдора, да. И, Гермиона, не начинай снова про то, что он погиб не от его руки. Кто починил Исчезательный шкаф? Я до сих пор не понимаю, как ему это удалось, но он сделал это и впустил Пожирателей в Хогвартс! В школу с самой лучшей защитой. Он чуть не угробил мою жизнь, отравив эту чёртову медовуху. Он проклял Кэти Белл. Сломал тебе нос, Гарри! Миона, он испортил твои зубы своим дурацким заклинанием! И давайте не забывать, что, кроме всего этого, мы ежедневно слушали не самые лестные комментарии о себе. Но это мелочи по сравнению с тем, что я перечислил выше. И после всего этого вы предлагаете взять его с собой! — рыжий помолчал, переводя дыхание. — Да, он видел Темного Лорда, может, говорил с ним, но вы серьёзно предполагаете, что он знает что-то важное?! Ваша глупая затея выведать у него что-то просто бессмысленна. А брать его с собой… да, Гермиона, очевидно, что тебе захотелось завести домашнего хорька. Уж не знаю, может, из жалости, но… В любом случае, как только он всё узнает… Гарри, он сдаст нас, как только узнает обо всём! Его за это наградят, а нам — крышка! Сегодня произошло что-то странное, Малфой спас нам жизнь, верно, но это никак не оправдывает его. Я ему не верю и уж тем более не стану доверять его словам, не говоря о поиске крестражей.       У Гермионы чуть не отвисла челюсть, пока она слушала Рона. Парень говорил абсолютно правильные и адекватные вещи. И даже ненависть, которой были пропитаны слова Уизли, была оправданной. Малфой действительно творил кучу дерьма в прошлом, и ни у кого из них нет резона думать, что он не поступит также и в этот раз. Но Грейнджер, свободная от слепой злобы, казалось, понимала немного больше, а потому твёрдо намеревалась переубедить друга.       — Рональд, — начала она не спеша. — Я прекрасно понимаю твоё негодование. Малфой — полный урод и не заслуживает прощения за всё то, что успел натворить. Мы абсолютно не представляем… — Поттер закивал, понимая, к чему клонит подруга. — …задумал он что-то или нет. Может, как только мы выйдем с ним из переулка, нас схватят Пожиратели. Но мы уже побывали в змеином гнезде, и Драко нас спас, как бы там ни было. Если ты не испытываешь к нему хоть толики благодарности, то внемли голосу разума. Мы в тупике. Этот фальшивый медальон и остальные крестражи… Если есть хоть малейший шанс, что с Малфоем мы наткнёмся на зацепку — упускать его нельзя. Я тоже ему не доверяю. И Гарри ему не доверяет. Но это не значит, что мы находимся в положении, когда можем позволить чувствам взять верх над собой. Мы не будем спускать с него глаз. И, да, я действительно хочу взять его с собой, ибо думаю, что ему, видимо, ещё и податься некуда. Кажется, Малфою не менее тяжело пришлось, чем нам в своё время.       — Я презираю Малфоя, но, тем не менее, согласен с Гермионой. — Гарри положил руку на плечо другу, что, скрепя сердце, развёл руки в стороны.       — Ладно! Ваша взяла! Мы ещё один раз угодим в очевидную ловушку, и в этом будете виноваты только вы! Отлично, — продолжил Уизли, — зовите своего Малфоя сюда.       Гарри вышел из переулка и завернул за угол, где стоял блондин, позвал Драко. Тот явно не был расположен к разговору. Для него Поттер и его свита всегда выглядели странно, но сейчас, когда эта троица замышляла что-то особенно непонятное, их лица выглядели так, словно по ним гиппогриф пробежался. Что они теперь задумали? Уизли всё же уломал их испытать на Малфое «Обливейт»? Или чего похуже? Только Драко начал продумывать план, как быстро увернуться от заклятий и куда спрятаться, как вдруг…       — Малфой, мог бы ты остаться и помочь нам? — вполголоса заговорил Гарри.       — Что? — не выдержал он, вопросительно изогнув бровь. — В каком это смысле?       — Нам нужна некоторая информация о Волан…       — Не произноси его имени, — быстро перебил Драко, выставив руку вперёд.       — Я не боюсь его имени!       — Да мне плевать, чего ты боишься, а чего — нет. Нас сразу найдут, если ты не заткнёшься.       — О чем это ты?       — На его имя теперь наложен запрет. Если произнести его вслух, здесь тут же появятся несколько Пожирателей, и вас накроют. Вы серьёзно пытаетесь бороться против него, не зная элементарных вещей?       Гарри смолк и перевёл нечитаемый взгляд сперва на Рона, который был удивлён не меньше его самого, а затем и на Гермиону. Мнение насчет того, что Малфой им необходим, явно укрепилось.       — Нам нужна информация о Нем, — сказал Поттер ещё тише.       Информация о Волан-де-Морте? Что они хотят от него услышать? Какой у Тёмного Лорда любимый цвет и сколько тот за день убивает грязнокровок? За кого они Малфоя вообще принимают? Драко говорил с ним лично от силы пару раз в жизни и то недобровольно.       — У меня есть возможность выбора?       — Не притворяйся. Тебя здесь никто не держит, — нахмурившись, недовольно ответил Рон.       — О, ну тогда тысячу раз ≪нет≫. Я помог один раз, но это не значит, что помогу второй, третий, пятый и десятый. С чего мне вдруг рассказывать что-то, а, тем более, играть с вами в прятки?       — С того, что мы тебя не убьём, хотя давно пора! Разве всё это не в твоих же интересах? Кто нам затирал, что порядок… Сами-Знаете-Кого его не устраивает?!       — Какая мне выгода от этой опасной авантюры? Почему я должен идти с вами и рисковать собой? И почему вы решили, что я что-то знаю, а, если и знаю, то обязательно вам расскажу? Угроза моей жизни и так растёт в геометрической прогрессии, я не горю желанием увеличивать свой шанс подохнуть…       — Ты должен идти с нами хотя бы потому, что у тебя, скорее всего, больше нет вариантов. А рассказать всё, что знаешь, потому что это может помочь нам победить Сам-Знаешь-Кого. Тогда почему бы не отбросить всю свою гордость и не остаться? Или ты, Малфой, в который раз испугавшись, решил отступить?       Грейнджер как всегда в своем репертуаре. Эмоции в сторону, рациональность вперёд. Кажется, в последнее время она стала негласным лидером их компании. К ней прислушивались, ей доверяли. Да и она не была бы собой, если бы не продолжила уговаривать Драко согласиться на их предложение. И, если честно, он и сам был с самого начала не уверен в собственном отказе. Во-первых, ему действительно некуда идти. Он, конечно, может прятаться от егерей и скитаться годами по миру, но так ли это возможно и правильно, когда есть реальный шанс помочь одолеть Тёмного Лорда? Во-вторых, Драко неистово желал принять участие во всём этом абсурде. Нет, не ради славы или возможности стать закадычным дружком для Поттера. Он боялся за свою семью, а победа над Тёмным Лордом — единственный стоящий вариант помочь ей. Да, Министерство не забудет про их с отцом принадлежность к Пожирателям, но мать будет в порядке. Может, получится как-то оправдать и отца? Он, конечно, сделал многое для Волан-де-Морта за всё время, но не сделал ещё больше. Теоретически, можно его спасти. А что Драко? Что будет с ним? Он не убивал Дамблдора, но покушения на его жизнь совершал. Однажды он использовал Непростительное заклятие на Кэти Белл, прорвал защиту Хогвартса. Это тоже своего рода преступления, и срок за них может быть немаленьким. А если Снейп вновь выкрутится? Убийство директора повесят уже на Драко. Тогда его ждёт пожизненное заключение в Азкабане, если не поцелуй дементора. Интересно, что хуже?       Он долго смотрел на Гермиону. В нем боролась целая сотня чувств, и Драко понимал, что снова находится на распутье: пойти против Тёмного Лорда с бывшими соперниками и терпеть неуважение, скептицизм и ненависть в свою сторону ежедневно, или быть одному, как это предполагалось изначально, и, возможно, жалеть об этом всю жизнь.       — Я соглашусь, но у меня есть условия, — наконец сказал Драко после недолгого молчания. Парень проигнорировал колкость, отпущенную Гермионой, понимая, что за ответ на неё он грозится в очередной раз получить по лицу. Уизли наверняка только и ждал момента, чтобы сделать это. А унижения Грейнджер могут спровоцировать его сильнее, чем оскорбление всего семейства рыжиков.       — У тебя? Условия? — возмутился Рон. — К нам?       — Да, представь себе, — ответил Драко, косо глянув на гриффиндорца. — Вы рассказываете мне всё, что затеяли. Всё, включая то, как собираетесь втроём одолеть Тёмного Лорда.       — Ага, размечтался! Ещё что пожелаете, Ваше Величество? — съязвил Рон, прищурившись.       — Желаю, чтобы ты поскорее засунул свой язык в зад. Я считаю, что это будет справедливая договорённость, — блондин пожал плечами, как бы сообщая, что добавить ему больше нечего.       Рон вновь отвёл друзей в сторону.       — Ты сейчас серьёзно? Мы должны уговаривать его, пока эта крыса ломается? Да ещё и слить потом всё?       — Он только что второй раз помог нам, рассказав, почему нельзя произносить имя Сам-Знаешь-Кого, — шикнул на него Гарри. — Если это правда, то нас снова всех бы поймали.       — Он сдаст нас, как только мы всё ему выложим на блюдечке! Гермиона, ну скажи ему!       Рон ждал поддержки. Поддержки именно от Гермионы. Она знала, что, если в который раз скажет о том, как им может пригодиться Малфой, это ранит чувства друга. Может быть, Уизли даже решит вновь обидеться на неё и откажется разговаривать на несколько месяцев. Более того, Грейнджер понимала, почему Рон так гневается. У него было на это полное право. Но уступать парню она не желала.       — Говорю честно, я тоже не в восторге от этой идеи, — начала она.       — И я, — будто подтверждая слова подруги, буркнул Гарри.       — Вот, вы же понимаете, что это полный бред! Гарри, ты ведь сам сказал, что Дамблдор поручил это именно нам троим!.. — подхватил Уизли. Рыжий воодушевился и, видно, уже было подумал, что вопрос решён. Гермионе предстояло его разочаровать.       — Но мы можем сказать ему не всё. Ограничимся чем-то обширным, например… например, мы ищем части оружия, способного одолеть Того-Кого-Нельзя-Называть. Фактически мы даже не соврём…       — Опять заладила! — Рон всплеснул руками. — В таком случае нам стоило остаться у Малфоев и лично рассказать Реддлу про то, как именно мы хотим его свергнуть. Обошлись бы без посредников!       — Рон, Драко может нам помочь. А в таком случае он должен знать хоть что-то! Тебе стоит чуть больше довериться человеку, что уже дважды спас тебе жизнь, хотя, очевидно, ненавидящий тебя не меньше, чем ты его! — волшебница была вне себя. Мало того, что они сейчас как на ладони, так ещё и эти бесконечные выяснения отношений!       — Ах, он уже у нас не «Малфой», а «Драко». Знаешь, может этот слизень и вернул мне два должка, но на его совести осталось минимум… — Уизли начал манерно пересчитывать грехи слизеринца по пальцам. -… минимум тридцать таких же!       — Убери свою неуместную ревность, Рональд, и возьми себя в руки. Нечего повышать на меня голос! — сквозь зубы процедила Грейнджер. Ещё одно слово, и Гермиона была готова выпалить в него «Эверте Статумом». Казалось, к соглашению они уже точно не придут.       — А сама-то! Орёшь на всю округу! Небось, всех маглов перебудила!.. — перепалка так бы и продолжилась, если бы, слава Мерлину, не вмешался Поттер. Его тоже всё это порядком утомило.       — Хватит! Мы так ничего не решим. Рон, Малфой — полный урод. Но Гермиона права. Предлагаю взять его с собой на Гриммо. Если Снейп растрепал про дом Сириуса, то разницы в том, будет с нами Малфой или нет — никакой. Скажем ему самый минимум. Если он вернётся к Реддлу, не сможет рассказать про план всё. Вариант Гермионы, кстати говоря, очень даже хорош, — девушка торжественно хмыкнула. — Выведаем у Малфоя, что сможем, а там уже решим. Идёт?       — Тогда у меня тоже есть условие, — Рон уставился на Драко и гаркнул. — Я не позволю взять этого хорька в дом Сириуса, а уж тем более, рассказать хоть малую часть из нашего плана, пока он не даст Непреложный обет.       Повисло молчание. Слова Уизли явно всех ошарашили.       — Хорошо, — твёрдо отчеканил Малфой. — Если тебя это успокоит, мы могли бы найти какую-нибудь открытую кафешку…       — О да! — перебил его Рон. — Ещё как успокоит!       — Хорошо, только не кипятись, — кивнул Гарри и тут же вернулся к Драко, который в недоумении вопросительно изогнул бровь.       — Консенсус завершён, полагаю?       — Да, — игнорируя издёвку Малфоя, произнёс Гарри. — Мы введём тебя в курс дела сразу после клятвы.       Драко не сопротивлялся и не возражал, следовательно, дал своё немое согласие на проведение обета. Хотя, скорее всего, он пока не успел всё осознать в полной мере. Гарри подтолкнул парня вперёд, вон из переулка и натянул капюшон, видимо, чтобы хоть как-то скрыться. Малфой не задавал вопросов. Парень морально готовился к тяжёлому разговору и уже не был уверен, хочет ли в нём участвовать. Но, раз уж он сам только что на это подписался, то избежать беседы не получится.       Пройдя по неосвещённой улице вдоль дороги, компания зашла в небольшую захудалую ночную забегаловку у заправки. Над отворившейся дверью звякнул колокольчик; откуда-то из кухни выглянула проворливая молодая девушка и поприветствовала единственных посетителей. Некоторые пластмассовые столы покрывал легкий слой жира, (видимо, их ещё не успели убрать), но, по крайней мере, здесь было пусто. Гарри скользнул в кабинку первым, Рон сел рядом с ним, лицом к Гермионе, которая расположилась спиной ко входу и потому нервничала, — она оглядывалась так часто, что казалось, будто у нее тик, а Драко — рядом с волшебницей.       — Доброй ночи, что будете заказывать? — к ребятам обратилась подоспевшая официантка. Несмотря на позднее время суток, девушка была довольно бодра. От неё пахло кофеином.       — Четыре капучино, пожалуйста, — сделала заказ Гермиона, неловко перебирая сумочку в руках.       — Чем ты их так осветляешь? — неожиданно спросила девушка-официантка у Драко.       Тот даже и не понял поначалу, что обращаются к нему. Однако взгляды всей компании заставили его посмотреть на девушку с не меньшим удивлением.       — Что? — переспросил он, выпрямившись. — О чем Вы…ты…?       — Твои волосы, — улыбнулась она и указала кончиком ручки на макушку Малфоя. — Они почти белые и чуть ли не светятся! И не выглядят как солома после окраски. Что за бальзам у тебя такой?       — Это мой натуральный цвет волос, — ответил Драко, всё ещё не понимая, к чему этот бессмысленный диалог. Какой ещё к черту бальзам?! Она правда считает, что он красится?!       — Волшебство, не иначе, — улыбнулась официантка, отметив что-то в своем блокнотике. — Ваш заказ будет готов через пару минут!       — Нам точно крышка, — выдохнул Рон и хлопнул себя ладонью по лицу, как только девушка удалилась в соседнюю комнату. — Я же сказал, с его дурацкой головой у нас точно будут проблемы! Его волосы все знают!       — Как ты вообще связал эти две вещи? — устало спросил Драко, запустив ладонь в свои волосы, будто пытаясь вспомнить их цвет.       — Платина только у тебя! Даже маглов она пугает! — всё это выглядело так, будто Рон уже и не знал, до чего стоит докопаться, лишь бы друзья отказались от этой опрометчивой затеи.       — Что я по-твоему должен сделать с этим?       — Надень пакет на голову!       — Перестаньте, мы здесь не волосы обсуждать собрались, — перебил их Гарри, все ещё поглядывая на голову Драко, волосы которого действительно казались необычными на фоне серого Лондона. — Кхм… Приступим?       — Вы безумцы, если действительно решили сделать это прямо здесь, — хмыкнул он, посмотрев на Рона. — За чашечкой кофе.       — Мы должны были сразу потащить тебя к нам в штаб? Докажи, что тебе можно хоть сколько-то доверять. Или у нас есть причины этого не делать? — сощурился Рон. Без Непреложного обета он никому не позволит даже заговорить о Площади Гриммо при Малфое.       Драко сомневался. Нет, не потому, что испугался. Парень абсолютно не боялся, каким бы странным это не казалось даже ему самому. Он не знал, стоит ли вновь рисковать из-за Поттера жизнью. Малфой уже дал клятву: защитить свою семью. Так ли необходимо было давать ещё одну? Откуда ему знать, чем это обернётся? Что, если мотивы и цели этой пустоголовой троицы не совпадают с его собственными?       Но почему-то ему казалось будто это будет правильно. Будет правильно, принять хоть какое-то участие в общем деле. Будет правильно, поучаствовать в их странной затее, если это хоть как-то, даже косвенно, способно помочь Люциусу и Нарциссе. Драко отбросил сомнения и кивнул. Он всё ещё не был уверен, выбрал ли наконец сторону, но был уверен, что, как бы там ни было, будет бороться в первую очередь лишь за свою семью.       Драко ничего не ответил и молча протянул Поттеру ладонь, с вызовом смотря в глаза Уизли. У него не было особого выбора. Отказ означал бы преданность Темному Лорду, что было совершенно не так. Оставалось только молиться на совестность конопатого, чтоб тот не запихнул в клятву что-то сомнительное.       — Вещай, Уизли.       Тот словно услышал призыв к действию. Нахмурившись, Рон потянулся за палочкой. Когда Гарри и Драко скрепили руки, из палочки вылетел золотисто-красноватый луч и петлёй обвил их запястья. Гермиона испуганно наблюдала за действием. Конечно, она читала о Непреложном Обете. Это очень интересный вид клятвы и подробнее всего он был описан в книге «Магические обряды и их разновидности». Более того, там даже приводились реальные случаи Непреложного обета: от самых глупых, когда дети заключали его между собой ради забавы, до самых удивительных, решавших судьбы десятков, а то и сотен, тысяч людей. Но, даже прекрасно зная всю матчасть, ей было до ужаса любопытно, как обстоит дело взаправду. Хотелось вот так, на расстоянии вытянутой руки, понаблюдать за происходящим. Гермионе было удивительно, как Драко согласился на клятву. Всё-таки он человек не самых честных правил, да и мораль у него довольно шаткая. Неужели он действительно желает им помочь? Если так, то она явно станет уважать его в разы больше, какой бы гадостной личностью он не был.       Наконец, Рон оборвал молчание:       — Обещаешь ли ты, Драко Малфой, — в пустом зале кафе голос гриффиндорца раздавался эхом. Ребята затаили дыхание. — Что не намереваешься шпионить за нами? Что, узнав о нашей миссии, не выдашь нас Тёмному Лорду? Что будешь помогать нам и не бросишь на протяжении всего путешествия? Что никогда не назовёшь Гермиону грязнокровкой?       Как же это было глупо. Драко никогда не считал себя гением, но в последние пару часов он, кажется, опустился до уровня Уизела. Иначе как можно объяснить его бездумные поступки? Нет, логическое объяснение Драко находил, но не понимал, какой черт дернул его действовать здесь и сейчас. Чего он уж точно не собирался делать, ещё находясь в поместье, так это посмертно клясться Поттеру. Что это вообще за унижение?!       Всё ради семьи, только ради её защиты, но неужели нужно было так рисковать? От Уизли можно было ожидать чего угодно, особенно если знать его отношение к Малфою. И у Драко, пусть он и не подавал виду, внутри всё ходуном ходило. Нельзя, нельзя было так рисковать, можно было обдумать этот вопрос, взвесить все плюсы и минусы, но времени не было. Ему дали две секунды на решение, оставалось лишь гадать, правильным ли оно будет в будущем.       Все клятвы выглядели достаточно сносными, и под конец Драко даже слегка расслабился. Не собирался он сдавать Поттера Темному Лорду, раз спас его оттуда только что. Да и помогать согласился по мере сил и возможностей.       Когда Уизли договорил, у Грейнджер где-то за спиной явно материализовался металлический штырь, а иначе как объяснить то, что девушка так резко выпрямилась. Внимание Рона наверняка потешило её самолюбие. Она глянула в глаза Малфою. Их взгляды пересеклись. Он тоже смутился, был сбит с толку последним обещанием. На фоне предыдущих оно выглядело даже смешно. Не называть грязнокровкой, серьёзно? Сделать это будет проще всего, наверное? Невольно посмотрев на Грейнджер, Драко слегка сжал руку Поттера и мысленно усмехнулся находчивости рыжика, требований от которого больше не последовало.       Не хотелось думать о худшем, но дело предстояло явно нелегкое, если уж они тут друг другу Непреложный обет дают. И кстати, почему сделка односторонняя? Может, Драко тоже хотел взять парочку обещаний. Хотя бы с Уизли, чтобы он перестал на него так пялиться. Ещё немного, и точно глаза из орбит вылетят.       У Гарри, видно, тоже ком в горле встал. Он прекрасно понимал, что эта клятва навсегда их свяжет и теперь всё изменится. Сердце от этого было не на месте. Все ждали ответа слизеринца.       Оставалось лишь сказать одно заветное слово и закончить весь этот цирк. Но Драко медлил. Хаотично перебирал все возможные опасные варианты для своей семьи, но не придумал ни одного опасного случая.       — Обещаю, — коротко ответил он и быстро спрятал руку под стол, как только петля на их руках исчезла. Нет, Драко не брезговал Поттером, но ладонь настолько быстро вспотела, что он поспешил скрыть этот момент, обтерев её о штанину. Никто не должен был заметить, что он волнуется и переживает. Уж точно не эти трое.       — Отлично, — улыбнулся Уизли, чувствуя себя защищённым со всех фронтов. Теперь Малфою уж точно не подобрать к ним, по крайней мере, живым.       — Ладно, давайте двигаться, я эту жижу пить не горю желанием.       — Хорошо, предлагаю сразу переместиться на площадь Гриммо. Попробуем связаться с кем-то из Ордена… узнать, что ещё успело произойти без нас. — Гарри вылез из-за стола.       — Дом окружён. Мы сможем проникнуть туда только под… мантией. — Рон последовал за другом.       — Справедливое замечание. — отчеканила Гермиона, запуская руку в свою сумочку.       — Тебя ничего не смущает?! — Уизли комично указал на Малфоя обеими руками. Тот, видимо, сделал над собой огромное усилие, чтобы не закатить глаза.       — А тебя не смущает, что он всё ещё жив? — Грейнджер встала из-за стола.       — К чему ты?..       — А к тому, что, если бы Малфой собирался нас предать, то уже был бы мёртв.       Из сумки показалась очёнь лёгкая серебристая ткань. Грейнджер вытащила её полностью, намотав на рукав, и затянула сумочку. Через секунду мантия была расправлена.       — Гарри был прав, когда сказал, что, кроме площади, нам податься некуда. Не будем глупить и отправимся туда. — Поттер подошёл к девушке и забрал плащ.       — Тогда трансгрессировать будем по двое. Сначала я с Роном, затем Гермионой, потом Драко. Зайдя, — теперь Гарри обращался исключительно к друзьям. — дождитесь нас, хорошо?       Ребята кивнули и Поттер с Уизли отошли чуть в сторону. Убедившись, что единственная официантка занята чем-то на кухне, Рон, вымахавший в настоящего гиганта, согнулся, Гарри накинул на них плащ. Мантия-невидимка сразу оправдала своё название — тела парней исчезли, и только воздух как бы подрагивал в месте, где они только что стояли. Послышалось шуршание, гриффиндорцы пропали. Снова шорох. Голова Гарри вновь вынырнула из-под плаща. Он пригласил к себе Гермиону. Девушка многозначительно посмотрела на Малфоя и исчезла вместе с другом. Когда голова Поттера появилась в третий раз, Драко уверенно шагнул под мантию и чуть согнул ноги в коленях. Увидеть одиноко гуляющие ноги даже в волшебном мире никто бы не захотел.       Гарри схватил его за плечо. Их закружило, ноги оторвались от земли. Через секунду они очутились на тёмной, убогой площади.