Мы никогда не умрём

Не живи, кланяясь.

Умирай, возвышаясь.

Bleach, том сорок пятый.

                           Сначала была боль. Жгучая, рвущая на кусочки, ядовитая. Сводящая с ума. Казалось, в мире не существовало ничего больше, кроме боли. Она была повсюду, она была всем и одновременно ничем. Она вцепилась крепко, и отпускать не намеревалась.       Затем, были голоса. Такие родные и в то же время незнакомые. Звучавшие приглушенно, неизвестно откуда.       Они тоже были полны боли.       — Карин! Карин!       — Карин-сан!       — Карин-доно!       — Карин-чан!       — Моя искорка! Прийди в себя, умоляю!       Наконец, спустя, как казалось, вечность, боль не могла больше удерживать её в своём плену, и отступила.       Карин сделала вдох.       В ту же секунду она пожалела об этом.       Внутри всё горело адским пламенем.       Затем она открыла глаза. Стало ещё хуже. К горлу подступила тошнота, сопротивляться которой было невозможно. Сил приподняться самой или попросить о помощи не было, и она уже готова была захлебнуться в собственной рвоте, как тут чьи-то руки скоро пролезли под её спину и наклонили над кроватью. Картинка перед глазами была размытой, но по ощущениям Карин узнала Тессая. Кто-то другой собрал её волосы, чтобы не мешались. Урахара. Третья рука осторожно сжимала её плечо. Йоруичи. Четвертая рука крепко переплела их ладони. Куукаку.       После пришло долгожданное облегчение, а вместе с ним — ломота по всему телу. Боль отступила, напоследок оставив по себе жгущий отпечаток в районе грудной клетки, в том месте, где находился её шрам.       Чёрт возьми, не так она планировала начать сегодняшний день.       — Что случилось? — едва слышно прохрипела Карин, после того как выпила стакан воды, заботливо поданный Дзинтой.       — Что случилось спрашиваешь? — спокойным тоном переспросила Куукаку, который не сулил ничего хорошего.       — Полно тебе, Куукаку, сейчас совсем не время устраивать истерики. Разве не видишь, в каком она состоянии?       — Иди ты знаешь куда, Йоруичи? У меня от её криков чуть сердце не остановилось!       Карин ничего не помнила, кроме боли. Сосредоточившись на ощущениях, она обнаружила, что её горло саднило так, будто кто-то расцарапал его изнутри. Поверить в то, что она кричала, теперь не составляло большого труда. Помимо него также ломило кости и мышцы по всему телу сжимались в судорогах. С каждой секундой Карин всё больше ощущала себя глубоко пожилой бабушкой, а не шинигами в самом расцвете сил.       Бесило неимоверно.       — Карин, тебе уже лучше? — осторожно поинтересовался Дзинта.       С трудом повернув голову в его сторону, она кивнула, выдавливая из себя слабую улыбку. В её голове этот жест выглядел приободряющим, но беспокойство на лицах Уруру и Дзинты никуда не делось.       Тессай приложил к её лбу мокрую тряпку, отчего она невольно выдохнула, расслаблено прикрыв глаза. Блаженство, однако, было мимолётным.       — Карин-сан, ты знаешь, что с тобой случилось?       Что-то в тоне Киске непрозрачно намекало ей, что прикинуться не получится. Тяжело выдохнув, Карин моментально скривилась, ощущая отдачу в области шрама. Открыв глаза, она направила взгляд в потолок, не желая видеть эмоции на чужих лицах.       — Догадываюсь. Скорее всего причина в том, что Айзен уничтожил пустого, который украл мой занпакто, — кратко и сухо изложила Карин.       В комнате воцарилось гробовое молчание.       — Какого чёрта? Почему я об этом не знаю? — взорвалась первой Куукаку.       — Я сама об этом узнала совсем недавно.       — Куросаки-сан рассказал? — уточнил Урахара. Карин кивнула в ответ.       — Что этот малец о себе думает? Как он посмел умолчать о таком? — яростно шипела Куукаку.       Карин, не выдержав, воскликнула:       — Потому что это в первую очередь касается меня! — после чего зашлась в приступе хриплого кашля.       Куукаку тут же подошла к кровати с ещё одним стаканом воды в руках, после чего принялась поглаживать Карин по спине. В её глазах чётко отражались злость, беспокойство и вина. Успокоившись, Карин качнулась вперёд, уткнувшись лицом в живот Куукаку.       — Мой шрам начал болеть через пару дней после того, как мы отправили Ичиго в Сейрейтей. Я не придавала этому большого значения, потому что боль наступала внезапно и длилась совсем недолго. Потом, когда Ичиго вернулся, он рассказал мне о том, что Айзен уничтожил пустого, забравшего Мангецу. После этого шрам стал болеть чаще, но я не ожидала, что может случиться настолько тяжёлый приступ.       Куукаку тяжело вздохнула, но ничего не сказала, лишь подняла руку выше и стала гладить её по голове. От этого простого жеста Карин стало на порядок легче.       — Значит теория о том, что после смерти пустого душа твоего занпакто не вернётся в меч, подтвердилась, — с плохо скрытым сожалением в голосе бормотал Урахара. — Думаю ты права, это похоже на закономерную реакцию тела на смерть твоего занпакто, пусть даже подобного до этого не случалось. Сначала часть твоей души изъяли, а затем уничтожили, такое точно не могло произойти без последствий. Занпакто ведь не существуют отдельно от шинигами, это же совершенно очевидно! Но поскольку после изъятия ты смогла хорошо восстановиться, я не стал сильно погружаться в эту тему. Теперь же… Чёрт, как я мог допустить такую ошибку?       Карин на мгновение перестала дышать, прекрасно понимая, к чему всё идёт.       Занпакто рождается и умирает вместе со своим владельцем. Об этом говорят на первой лекции в академии. Это один из нерушимых постулатов, что делал шинигами теми, кем они есть. Один без другого не существует.       Вот и вся правда, простая и беспощадная, от которой Карин так долго убегала.       — Сколько? — едва слышно прошептала она.       — Не знаю, — честно ответил Киске.       — Сделаешь так, чтобы я смогла увидеть падение Айзена?       — Чего бы мне это не стоило.       Его рука нашла её ладонь, осторожно накрывая сверху. Карин сжала его ладонь в ответ, не в силах выразить свою благодарность вслух. Рука Куукаку, замершая на голове Карин, безудержно дрожала. Послышался тихий шорох сбоку, и на её колено опустилась лёгкая рука Йоруичи. Тессай, стоявший у изголовья кровати, сжал её плечо. Уруру и Дзинта, тихонько пошмыгивая, залезли на кровать, усаживаясь рядом с ней.       Никто больше не проронил ни слова.       В этот момент, вопреки всякому здравому смыслу, Карин чувствовала себя невероятно счастливой.       Первым ушёл Киске, что-то бормоча про источники. Вместе с ним ушли и Тессай с Йоруичи, явно разбираясь о чём идёт речь. Уруру и Дзинта залезли к ней на кровать, ложась по обе стороны и прижимаясь так тесно, насколько это было возможно. Карин успокаивающе гладила их по головам, не до конца понимая, кого из них это должно было успокоить. Куукаку сидела на полу возле кровати, повернувшись к ним спиной. Её голова была опущена вниз, придавая её силуэту нехарактерно обессиленный, побеждённый вид. Вина перед Куукаку медленно заполняла собой все её мысли, но Карин не могла выдавить из себя ни слова.       Через какое-то время дверь в её комнату открылась вновь. Подняв голову, Карин увидела стоявших в проходе Киске и Тессая. Оба выглядели уставшими, но на их лицах читались идентичные решительность и энтузиазм. Недоумённо вздёрнув бровь, Карин поинтересовалась, в чём дело.       — Мы вырыли горячий источник в подвале, он должен помочь быстрее восстановиться и снять боли, — воодушевлённо ответил Киске.       Звучало заманчиво, подумалось Карин. Вот бы ещё у неё были силы, чтобы встать. Уловив её нерешительность, Тессай сказал:       — Я донесу вас к источникам, Карин-доно.       Она смогла выдавить из себя искреннюю, пусть и слабую улыбку, благодаря Тессая за заботу. Дзинта и Уруру тут же поспешили слезть с кровати. Тессай уже подошёл к ней, как впервые за долгое время подала голос Куукаку:       — Оставь. Я сама донесу свою племянницу куда нужно.       — Ну что вы, Куукаку-сан, Тессаю совсем не сложно, да и вам, вероятно, будет неудобно, — непрозрачно намекая на отсутствие одной руки, сказал Киске.       — Я понесу её сама, — отчеканила непреклонно Куукаку.       Скорее всего, она вдогонку зыркнула на Урахару своим фирменным испепеляющим взглядом, потому что тот тут же пошёл на попятную. Тессай явно был несогласен с этой идеей, но благоразумно не стал озвучивать свои мысли. Не теряя времени, Куукаку поднялась с пола, поворачиваясь к Карин лицом. Одним лёгким движением она подхватила Карин, устроив её на своём боку, точно ребёнка. Карин едва успела обхватить её талию ногами, прежде чем Куукаку поспешила следом за Урахарой.       Куукаку была выше неё всего на пару-тройку сантиметров, но в её хватке Карин будто вновь стала той маленькой девочкой, что ходила за своей любимой тётушкой по пятам и без конца просила взять её на руки. В любой другой ситуации она бы покраснела от стыда, но теперь хотелось чтобы этот миг никогда не заканчивался.       Едва оказавшись на лестнице, Карин увидела нововозведённый горячий источник. Его размеры поражали — в нём спокойно могло поместиться с десяток людей. Чуточку больше её поражало то, как эта троица сумела возвести его за столь короткий срок. Подняв голову, она мгновенно пересеклась взглядом с Киске. Будь в Карин хоть капля сил, она бы наверняка бросила какую-то беззлобную шутку про его энтузиазм, граничащий с одержимостью. Всё, что ей оставалось — постараться донести свою благодарность без слов. Киске понимающе кивнул в ответ.       Немного успокоившись, Карин без всякого сопротивления позволила снять с себя верхнюю одежду и опустить в горячую воду. Облегчение наступило моментально, но вместе с ним пришла и усталость, похожая на ту, которая появляется в конце загруженного дня. Только благодаря каменному выступу под водой, на котором сидела Карин, она не пошла ко дну. Ноги не держали совсем, но теперь это ощущение не казалось неприятным. Закрыв глаза, она сосредоточилась на лёгком покалывании воды, приносящем облегчение.       Какое-то время её мысли ничто не занимало.       Из полудрёмы Карин резко вернуло в реальность ощущение опасности.       — Ичиго! — непроизвольно воскликнула она, открывая глаза и вскидываясь с места.       — Что такое? — недоумённо спросила Куукаку, сидевшая на земле позади неё.       Карин бегло оглянулась вокруг, находя Йоруичи и Урахару, стоявших чуть вдали.       — Киске, проверь по радару, есть ли кто-то с нетипичной реяцу в районе старшей школы.       Не мешкая, он достал из кармана телефон, долго в него всматривался, что-то выискивая, и сказал:       — Ничего необычного в том районе не наблюдается, кроме Куросаки-сана и его друзей. Был пустой, совершенно посредственный, но Куросаки-сан быстро с ним разобрался, — нахмурившись, Урахара добавил: — Ты что-то почувствовала?       Услышанный ответ совершенно не удовлетворил Карин. На мгновение она даже засомневалась в том, что почувствовала, но быстро закопала в себе всякие сомнения. Она пока что была в здравом уме, а значит здесь явно было что-то нечисто.       — На мгновение я ощутила вспышку реяцу занпакто. Она доносилась из места, где находится Ичиго. Но это совершенно точно был не его Зангецу. От этой реяцу веяло опасностью, огромной силой и дикой жаждой крови. Я затем попыталась найти реяцу владельца этого занпакто, но безуспешно. Этот кто-то очевидно хорош в сокрытии своего присутствия.       Киске задумчиво хмыкнул.       — Я так понимаю, эта реяцу тебе незнакома?       Карин отрицательно качнула головой.       — Что ж, эта новость довольно неприятная. Будем тщательнее мониторить места, в которых часто находится Куросаки-сан. Нужно как можно скорее узнать, кто за этим стоит.       Недолго думая, Карин поспешила полностью вылезти из воды. Подхватив лежавшее на полу полотенце, она быстро вытерлась насухо и заявила:       — Я пойду туда, где сейчас находится Ичиго, чтобы не упустить этого… Кто бы то ни был. Я думаю, что он до сих пор где-то неподалёку.       На мгновение после её слов застыла тишина. Затем последовали красочные, недовольные восклицания. Сложно было разобрать, кто высказывался громче — Йоруичи или Куукаку. Киске сохранял молчание, выражая своё несогласие укоризненным взглядом, однако было видно, что отговаривать её от этой затеи он не собирался.       Какой молодец. Выучил, с кем имеет дело.       С тяжёлым вздохом поправив козырёк шапки, он сказал:       — Наденешь на себя измеритель реяцу, чтобы я мог знать, какое твоё состояние, — ещё раз тяжело вздохнув он добавил, уже чуточку мягче: — Не хочешь, чтобы кто-то из нас пошёл с тобой?       — Я планирую простую разведку. Кто следит за Ичиго, что ему нужно от него. Только если будет прямая угроза жизни Ичиго я вступлю в открытую конфронтацию и, если пойму, что сама не справлюсь, дам сигнал, — спокойно объяснила Карин, пытаясь показать, что она не бросается бездумно к опасности.       О том, что она немного кривила душой, им знать было совсем необязательно.       — Карин, ты совсем меня не жалеешь, — обречённо пробормотала подошедшая к ней Куукаку. Неотрывно глядя Карин в глаза, она положила руку на её щеку, добавив чуть тише: — Будь осторожна, хорошо?       Сглотнув подступивший к горлу ком, Карин дала слово.       Её бы ни за что на свете не отпустили на разведку при любых других обстоятельствах. Пожалуй, впервые Карин была настолько рада своей необычной способности ощущать и контактировать с чужими занпакто. Как минимум, если бы не она, то они ни за что на свете не обнаружили бы, что за Ичиго кто-то следит. Или это могло случиться слишком поздно. Ещё больше она была рада тому, что за последние десять лет уровень её способностей прилично вырос, позволяя уловить след чужого занпакто на таком большом расстоянии. Исходя из этого, если бы пошёл кто-то другой, они вряд ли бы смогли обнаружить этого преследователя — свою реяцу он скрывает мастерски. У неё же был не только шанс, но и прпеимущество в виде элемента неожиданности.       Открытым оставался вопрос о том, связан ли каким-то образом этот преследователь с Айзеном. Если да, то ничего хорошего это не сулило. Если нет, то ситуация не становилась проще. Новая переменная практически всегда сулила новые хлопоты. По крайней мере мотивы Айзена были им ясны.       Сцепив зубы, Карин бесшумно передвигалась по городу, скрывая своё присутствие с момента, как она переступила порог магазина. Мысленно она благодарила Сой Фон и её тщательный подход к обучению офицеров карательного отряда, без которого ей вряд ли бы удалось так хорошо скрываться в своём обессиленном состоянии. Реяцу Ичиго ярким маяком вспыхивала неподалёку от школы. Скорее всего, уроки уже закончились, и он направлялся домой. Рядом с ним, гораздо слабее, ощущались реяцу его друзей. Ни намёка на преследователя. Карин, однако, готова была поспорить на что угодно, что он до сих пор ошивался где-то неподалёку. И если она подойдёт достаточно близко, она сможет ощутить его присутствие через занпакто.       Спустя несколько минут Карин наконец увидела неспешно идущего впереди Ичиго вместе со своей компанией. Бегло окинув взглядом округу, никого подозрительно она не обнаружила. Впрочем, её это не сильно расстроило. Бесшумно запрыгнув на одно из ветвистых деревьев, она сделала глубокий вдох. Закрыв глаза, Карин погрузилась в неглубокую медитацию. Отринув весь окружающий шум, она сосредоточилась на более глубоких ощущениях. Её интересовала лишь духовная энергия — каждая маленькая частичка, что незримо окутывала их. Тщательно прощупывая своё окружение, наконец, она обнаружила то, что искала.       Точнее кого.       Подняв голову вверх, Карин смотрела на полупрозрачный силуэт, не принадлежавший этому месту. Над деревьями, посреди облаков возвышался занпакто, и рядом с ним наверняка его хозяин, которого она по-прежнему не видела. В его виде не было ничего выдающегося, однако одна деталь сразу же бросалась в глаза. Лицо занпакто было скрыто за маской, одного взгляда на которую хватило, чтобы понять — в ней не было ничего обычного. В ней таилась сила, от которой Карин становилось не по себе. Вопреки всякому здравому смыслу, от этого занпакто фонило энергией пустого. Так, словно она являлась его неотъемлемой частью. Карин казалось, что она уже улавливала нечто подобное раньше, но не могла вспомнить где.       Недовольно поморщившись, Карин запрыгнула настолько высоко, как могла, чтобы иметь возможность уловить голос занпакто, но при этом оставаясь скрытой за ветвями дерева. Осторожность ещё никому не вредила. Теперь она могла видеть не только маску на его лице, а также хищный блеск в глазах. Карин и до этого не питала иллюзий насчёт безобидности преследователя, но ощутив его занпакто вблизи, всякая надежда на то, что при самом плохом раскладе она с ним справится, разбилась вдребезги.       — Мы хотим на волю, хозяин. Нам скучно, хозяин.       Голос этого занпакто был высоким и звонким. Их разделяло приличное расстояние, а Карин могла слышать его так, словно они стояли в на расстоянии вытянутой руки. Из того, что она успела увидеть за это короткое время, занпакто был явно не из молчаливых и застенчивых. Существовала высокая вероятность того, что тот ответит, если она обратится к нему напрямую.       Карин тут же поспешила проверить свою теорию.       — Если вам скучно, я готова немного поболтать с вами,— мысленно произнесла она.       Не отрывая от него глаз, Карин сумела разглядеть, как в один момент тот встрепенулся, и затем весь ощетинился.       — Кто ты? Почему мы тебя не видим? И как ты можешь говорить с нами?       Не сдержавшись, Карин тихо фыркнула. Большинство занпакто именно так реагировали на её попытку начать диалог. Её немного смущало, что дух говорил о себе через «мы», но за то время, что она провела в Готее, ей встречались и более странные повадки у занпакто.       — Я всего лишь та, кто видит занпакто. Не думаю, что моё имя вам о многом скажет. Я невольно услышала, что вас одолела скука, и подумала, что новая компания поможет её скрасить. Не представляю, насколько это тяжело — так долго сидеть и ничего не делать,— как можно более участливо и обтекаемо говорила она, в попытке выудить любую информацию.       Занпакто не разочаровал.       — Это абсолютно невыносимо! Уже который час мы должны сидеть тихо, пока хозяин наблюдает за каким-то младенцем! Как бы мы не просили хозяина скреститься мечами с этим младенцем, он отказывает нам!       Было приятно знать о том, что преследователь не собирался убивать Ичиго, однако расслабляться было рано.       — Несправедливо, однозначно. Зачем же обременять себя столь унылым занятием, может вам лучше заняться чем-то другим?       Карин видела, как занпакто уже собирался на эмоциях выпалить всё как оно было, но в одно мгновение его настроение переменилось так резко, что она невольно сделала шаг назад. Даже голос, прозвучавший в ответ, звучал совершенно иначе.       Безумнее.       Опаснее.       — Мы можем вместо этого проткнуть твои внутренности насквозь, насекомое. Как тебе такое?       Ну вот и познакомились.       Реяцу занпакто, до этого неощутимая, в одно мгновение вспыхнула так резко, что заставила Карин пошатнуться. В следующее мгновение она так же резко успокоилась, преображаясь из грозной бури в тихий ветерок. Обхватив рукой ближайшую крепкую ветвь, Карин перевела дыхание. Ей с подобной силой не тягаться даже в своей лучшей форме. Она очень многим рискует, пытаясь выманить из укрытия этого неизвестного шинигами. От занпакто веяло не только хищным безумством, но и силой, сравнимой с той, что имелась за плечами бывалых капитанов Готея. Из прямого столкновения живой ей точно не выбраться.       Но как любил говорить Кайен, кто не рискует ради близких, у того их попросту нет.       Её риск, к счастью, продолжал окупаться.       В том месте, где Карин могла видеть силуэт занпакто, постепенно материализовался и его хозяин. Первая мысль, что пришла ей в голову, как только она смогла хорошо его разглядеть, была: «Это ещё что за придурок?». Весь его внешний вид буквально кричал об этом: дурацкая стрижка, яркая, безобразно сочетающаяся одежда, странная поза и слишком широкая, зубатая улыбка. Она больше напоминала оскал, и невольно Карин подумалось о том, что занпакто и его хозяин не так уж отличаются друг от друга. Даже если бы она раньше не успела прочувствовать на себе силу его занпакто, Карин всё равно не позволила бы обмануть себя этим нарочито простецким внешним видом. Повестись на такой старый приём ей, как бывшему капитану, было бы как минимум стыдно.       Карин, не теряя концентрации, держала свою реяцу под контролем, не раскрывая своего присутствия.       — Я и не знал, что играю в прятки не один! — звонко и чересчур весело обратился в никуда шинигами. — Впрочем, так даже веселее! Не дашь подсказку, в каком направлении искать, красавица?       Бровь Карин невольно дёрнулась в раздражении. Его манера речи потрясающе действовала на нервы. Она была уверена, что он специально так делал, поэтому в конце концов отмахнулась от этой провокации, точно от назойливой мухи.       — Только если скажешь мне кто ты, — ровно ответила Карин, в ту же секунду бесшумно перепрыгивая на другое дерево, чтобы шинигами не определил её точное местонахождение по голосу.       Теперь она могла лучше видеть, как он чётко повернул голову в том направлении, где она до этого находилась, и как он хищно прищурил глаза.       — У тебя такой милый голосочек, почему продолжаешь прятаться? Неужели боишься меня? — цокнув досадливо языком, шинигами продолжил: — Поверь мне, я совсем безобидный! И чтобы доказать тебе это, я представлюсь. Меня зовут окариХ иждниШ, а тебя как, прекрасная незнакомка?       Сначала Карин честно подумала, что у неё начались проблемы со слухом. Затем ей показалось, что он издевается над ней. Почти сразу стало ясно, что ей вовсе не показалось. Потом её осенило — он всё-таки представился, только сделал это наоборот! Значит, его настоящее имя…       Хирако Шинджи.       Одним махом это объясняло сразу несколько вещей.       Первое — он здесь не от имени Айзена. Это было хорошей новостью. Второе — он также не являлся их союзником. Это не обнадёживало. Третье — она знала, с кем имеет дело (спасибо Киске). Это давало ей огромное преимущество, которым Карин собиралась воспользоваться по полной.       — А меня не зовут, я сама прихожу, — небрежно сказала она, вновь меняя местонахождение.       В игру «кто кого достанет» могут играть двое.       Услышав её слова, шинигами на мгновение замер, а затем громко рассмеялся.       — Вот уж точно, я тебя сюда не звал, но теперь даже рад, что ты явилась! — в мгновение его настроение переменилось, и он зазвучал серьёзнее: — Что же тебе здесь нужно, загадочная леди? А может, кто? Неужели все эти усилия ради меня?       — Как знать, может и ради тебя? Или здесь есть кто-то ещё, стоящий внимания? — парировала Карин.       Затем она прыгнула вверх, порядком сокращая расстояние между ними. Это был довольно рискованный ход, но с каждой минутой ей всё тяжелее давался контроль над своей реяцу. Даже простое передвижение с места на место требовало от неё немалых усилий. Нужно было как можно скорее получить ответ на интересующий её вопрос и сматываться.       Хирако находился к ней спиной, поэтому Карин не могла увидеть реакцию на её слова. Ей только и оставалось, что ждать его следующего хода, но молчание с его стороны затягивалось. Невольно напрягшись всем телом, Карин достала из кармана кофты специальную бомбу, которую перед выходом ей всучила беспокоящаяся Куукаку. Она прекрасно дезориентировала противников вне зависимости от уровня их силы, давая шанс на побег.       Спустя время, показавшееся ей вечностью, Хирако повернулся и глянул прямо ей в лицо, говоря:       — Очевидно, Куросаки Ичиго чего-то да стоит, если за ним стоит такая восхитительная защитница.       Чёрт, он не только нашёл её, но и догадался зачем она здесь.       Впрочем, рано или поздно это должно было случиться.       Пора идти ва-банк.       Заблаговременно заведя руку, в которой находилась бомба, за спину, Карин осторожно рассеяла кидо, делавшее её невидимой, уделяя особое внимание тому, чтобы её реяцу оставалась полностью скрытой. На лице Хирако тут же расползлась широкая, зубатая улыбка, от которой ей, откровенно говоря, было не по себе.       — А вы с ним похожи, — будто говоря сам с собой, удивлённо пробормотал он.       Карин стоило неимоверных усилий не отреагировать на его слова, прозвучавшие слишком близко к правде. Вместо этого она поспешила направить разговор в более выгодное для неё русло.       — Что же такому как ты нужно от Куросаки Ичиго?       Улыбка Хирако каким-то образом стала ещё шире.       — Какому такому, прелестный цветочек?       — Такому придурковатому вайзарду, — усмехнулась Карин.       Ей доставило огромное удовольствие видеть, как исказилась его улыбка.       — О как волнующе! Очаровательная незнакомка так много знает обо мне! Приятно, приятно, — продолжал гнуть свою линию Хирако. — Не желаешь оказать мне ответную услугу?       Её терпение было на исходе.       — Чего я желаю, так это чтобы ты больше не приближался к Ичиго.       — А то что? — дерзко ответил Хирако.       — А то за последствия я не отвечаю.       Конечно же, это только сильнее его раззадорило.       — Звучит заманчиво. Почему бы нам не проверить…       Не успев договорить, его речь прервал телефонный звонок. Скривившись, он достал из кармана брюк телефон и, не поднося его к лицу, поднял трубку. Даже на расстоянии Карин могла слышать, как с другого конца на него кричали. Признаться, её это даже немного потешило. Звонок завершился так же резко, как и начался. Вернув телефон на место, Хирако вновь обратил своё внимание на неё.       — Что ж, моя прекрасная незнакомка, к сожалению, мне уже пора. Однако в следующую нашу встречу я точно узнаю твоё имя! — поклонившись шутливо и подмигнув ей, он бесследно исчез в сюнпо.       Что за индюк.       В следующий раз она сделает из него отбивную.                     

***

                           На то, чтобы вернуться в магазин, у неё всё-таки не хватило сил. Не прошло и пяти минут после её звонка, как Йоруичи и Куукаку прибежали к ней, сгребли в охапку и так же быстро донесли обратно. Что происходило дальше Карин помнила довольно смутно — шприцы, склянки, отвратительный запах стерильности, светящиеся руки, пищание мониторов и, наконец, блаженная темнота.       Когда Карин открыла глаза в следующий раз, она готова была разрыдаться от того, насколько отдохнувшей себя чувствовала. Складывалось ощущение, будто в её тело вновь вдохнули жизнь. Какое-то время она просто лежала, не в состоянии им насытиться. На долгое бездействие у неё, конечно же, не хватило терпения — не более чем пару минут спустя Карин уже встала с кровати и принялась разминать расслабленные после сна конечности.       На футоне возле кровати лежала Куукаку. Со стороны она выглядела спящей, но, кажется, её сон был поверхностным, поскольку стоило Карин зашелестеть постелью, как Куукаку открыла глаза и тут же села, нахмуренная.       — Как себя чувствуешь? — спросила она первым делом, окидывая Карин пристальным взглядом.       — Прекрасно, — легко улыбнувшись ей в ответ, Карин залезла к ней на футон и в порыве эмоций крепко прижала тётю к себе. — Можешь не волноваться обо мне.       Куукаку фыркнула, легонько ущипнув её за бок.       — Вот ещё придумала. Я всегда буду волноваться и за тебя, и за Гандзю. И только попробуйте сказать что-то против — получите у меня.       Карин тяжело вздохнула, но на её лице вновь расцвела лёгкая улыбка. Она хотела ещё немного подержать Куукаку в своих объятиях, но та завозилась и осторожно отпихнула её.       — У нас нет времени на нежности. Урахара просил привести тебя к нему, как только ты проснёшься.       Едва созревшее в ней хорошее настроение в тот же миг испарилось.       Однако убегать от реальности не было ни возможности, ни смысла, поэтому Карин смиренно повела Куукаку в лабораторию, где, как она предполагала, находился Киске. В своей догадке Карин была абсолютно права. Когда они зашли туда, Киске сидел над микроскопом, что-то рассматривая, а Йоруичи читала какие-то бумаги. Тессай, вероятно, был занят другими делами, поскольку его здесь не было.       — Ты хотел видеть меня, Киске? Уже выяснил причину моего состояния? — прямо, без всяких прелюдий начала разговор Карин, стоило ей закрыть за собой двери.       Урахара вздрогнул на месте, явно застигнутый врасплох её появлением. Карин совсем не была этому удивлена — его нездоровое погружение в процесс исследований уже давно было одной из любимых тем для подколок или нотаций среди других жителей магазина. Тяжело выдохнув, он отодвинул микроскоп подальше от себя, и ответил:       — Выяснил, правда это оказалось не так легко, как я изначально думал.       Карин вскинула брови в наигранном удивлении.       — Вот это да! Урахара Киске искал ответ на сложный вопрос дольше чем пять минут, в то время как простые смертные бились бы над ним годами, и не факт что нашли бы его решение.       — Это действительно досадно, Карин-сан, ведь я и не рассматривал такой вероятности в начале, что теперь вылезло тебе боком.       Невооружённым глазом было видно, что он корил себя за этот промах. Карин же плевать хотела на его комплекс вины. Подойдя к Киске вплотную, она сначала влепила ему хороший подзатыльник, от которого с его головы слетела шляпа, а затем подняла её и надела назад, напоследок ткнув пальцем ему в лоб.       — Давай обойдёмся без самобичевания, у нас плотный график. На носу война против Айзена, ещё и вайзарды зашевелились.       Услышав про вайзардов, Урахара тут же заинтересованно вскинул голову. Даже Йоруичи оторвалась от своего чтения, в то время как Куукаку смотрела на них с недоумением в глазах.       — Вайзарды? Значит, это кто-то из них следил за Ичиго? — уточнил Урахара, на что получил утвердительный кивок от Карин.       Краем уха она слышала, как Йоруичи начала объяснять Куукаку кто такие эти «чёртовы вайзарды».       — Да, он там был один. Тот ещё раздражающий индюк, этот Хирако. Я не смогла выяснить причину, по которой он наблюдал за Ичиго, но уверена, что он скоро объявится снова.       — Хирако-сан очень сильный шинигами, и крайне опасный. Даже мне от него бывало не по себе. Будучи вайзардом он наверяка теперь ещё сильнее. Будь с ним предельно осторожна в будущем, хорошо? — хмурясь, говорил Киске. — А причина, по которой вайзардам стал интересен Куросаки-сан, скорее всего заключается в его силе. Случившееся в Обществе душ только подтвердило нашу теорию о том, что Куросаки-сан обладает способностями вайзарда. Они, вероятно, хотят, чтобы он присоединился к ним.       — И как же они прознали о его силе? — ненавязчиво поинтересовалась Карин.       — Я не контактировал ни с кем из вайзардов уже несколько десятилетий, поэтому здесь я в таком же неведении.       — Могли же прийти нормально и договориться с нами, раз уж им захотелось компании Ичиго, — недовольно пробормотала Карин.       — Вот уж вряд ли, их недоверие и нелюбовь к шинигами со временем только усилились, — подала голос Йоруичи. — Когда я последний раз наведывалась к ним в гости, мы чуть глотки друг другу не перегрызли.       — Тогда чёрт с ними, не получат они Ичиго, — авторитетно заявила Куукаку, с чем сама Карин была более чем согласна.       Урахара задумчиво хмыкнул, услышав эти слова, но ничего добавлять по этому поводу не стал.       — Что ж, раз уж загадка о преследователе Куросаки-сана раскрыта, думаю, стоит перейти к более насущной проблеме, — прямо взглянул на неё Киске. — Причина твоего недуга.       С непроницаемым выражением лица, Карин коротко кивнула, показывая свою готовность выслушать.       — Проблема заключается в том, что твоё тело считает, что в его запасе имеется уровень духовных сил, как минимум равный тому, что был десять лет назад, возможно даже больше, учитывая тот факт, что ты не стояла на месте. Однако после того, как у тебя украли занпакто, ты лишилась той части духовных сил, что были напрямую связаны с занпакто. На этом месте образовалась условная пустота, которую остаток твоих духовных сил заполнить полностью не способен. У меня есть предположение, что до этого ты не испытывала особых проблем, потому что неосознанно вбирала из окружающей среды остатки духовного следа своего занпакто, компенсируя недостачу. Основными источниками, вероятнее всего был сам меч и то место, где ты сражалась с Айзеном. Однако со смертью любой души, будь она шинигами или занпакто, всякий след её присутствия исчезает из этого мира. С того момента у тебя не было возможности дотянуться до крупиц, оставшихся от твоего занпакто. Техники, которыми ты пользуешься, продолжали потреблять прежнее количество духовных сил, но теперь твоё тело выкручивается тем, что компенсирует недостачу с помощью твоих жизненных сил. Отсюда и боли, и прочие неприятные симптомы.       — Есть ли возможность как-то заставить моё тело не делать этого, и пользоваться теми духовными силами, что у меня по факту есть? — задала очевидный вопрос Карин.       Киске отрицательно махнул головой.       — Я пытался отыскать способ, безуспешно. Условный резервуар с нашей духовной силой способен только расширяться, но никак не уменьшаться. По крайней мере, без тяжёлых последствий. Однако выход из этой ситуации всё же существует — донорство.       — Донорство чего? Крови? — недоумённо спросила Карин.       — Донорство духовных сил, конечно же, — глянув на неё с лёгким осуждением в глазах, ответил Урахара. — Гораздо проще заставить твоё тело не брать жизненные силы, если дать ему доступ к другому источнику. Я собрал прибор на основе того, что живые используют для переливания крови, который будет переносить духовную силу из одного организма в другой. Здесь, как и в случае с кровью, далеко не каждый человек подойдёт на роль донора, но больше всего шансов на успех, если взять духовную силу у родственника. Таким образом тело будет думать, что эта сила принадлежит твоему занпакто, поскольку она будет немного отлична от твоей собственной.       Карин перевела взгляд на сидевшую напротив Куукаку. Присмотревшись внимательнее, она обнаружила, что её тётя выглядела бледнее обычного. Не говоря уже о том, насколько тихо она себя вела в течении этого разговора, что для Куукаку было нехарактерно.       — Вот почему я себя так хорошо чувствую. Вы уже провели переливание духовных сил, — напряжённо сказала Карин, не отрывая от неё обеспокоенного взгляда. — Киске, скажи, что будет с Куукаку? Ей это не навредит?       — С меня не убудет, мне эта духовная сила и даром не нужна, — ответила ей небрежно Куукаку.       Карин охватило непреодолимое желание высказать в красочной форме всё, что она думает по поводу сохранения своей жизни за счёт ресурсов другого человека, как тут её не начавшуюся тираду прерывает ответ самого Урахары:       — Из тела Куукаку-сан было взято абсолютно безопасное для её здоровья количество духовных сил. Затем ей был дан специальный препарат, ускоряющий восстановление духовных сил. Пару плотных приёмов пищи — и к завтрашнему утру любые побочные эффекты как рукой снимет, здесь тебе не за чем волноваться.       — А где тогда мне есть о чём волноваться?       — Поскольку это первый подобный случай в истории, у меня нет данных, чтобы спрогнозировать, на сколько тебе хватит этого переливания. Логично будет предположить, что чем больше ты будешь тратить свои силы, тем скорее твоё состояние ухудшится вновь. Если мы допустим падение до критической отметки… Последствия будут непоправимы. С переливанием шансы довольно неплохи — оно уравнивает образовавшийся дисбаланс силы в твоём теле, однако панацеей не является.       Карин выслушала его слова ни разу не вздрогнув, словно речь шла об очередном непрактичном приспособлении Киске, а не о совершенно реальной возможности того, что она в любой момент может умереть. Все эмоции внутри неё отошли на задний план — наперёд вышел холодный рационализм и прагматичность.       — Что насчёт кидо-техники, которую мы используем, чтобы передавать свою силу другому? — озвучила зародившуюся в своей голове теорию Карин.       — Без шансов. Она эффективна исключительно для усиления техник, выполняемых другим шинигами.       — Хорошо, у тебя есть план на самый крайний случай?       Киске склонил голову, пряча глаза за козырьком шляпы.       — Если ситуация будет критическая, есть большая вероятность того, что поместив твою душу в специальный гигай, запечатывающий духовную силу полностью, ты продолжишь жить без особых проблем.       В тот момент внутри Карин всё замерло.       Вот уж нет.       — И превратиться в простого смертного, как Иссин? — получив ещё один кивок в ответ, Карин тут же отрезала: — Ни за что. Я лучше побуду с бунтующими против меня силами, чем совсем без них. Как тогда прикажешь биться с Айзеном?       — Именно поэтому я и не стал реализовывать этот вариант. Однако знай, Карин-сан, если ситуация будет абсолютно критическая, я, как и все здесь присутствующие, выберем сохранить тебе жизнь.       Голос Киске звучал так твёрдо и непреклонно, совсем не похоже на него, что ей сразу стало ясно — спорить с ним бесполезно. Приняв к сведению его завуалированную угрозу, Карин сказала:       — Что ж, тогда мне просто нужно будет не довести себя до такого.       — Уж постарайся, малышка, — подала голос Йоруичи, звуча одновременно серьёзно и шутливо. — Иначе Куукаку от нас мокрого места не оставит.       — И это тебя тоже касается, Карин, — угрожающе добавила Куукаку, вставая со своего места. — А теперь пошли поедим, Урахара говорил, что твой аппетит теперь должен быть в несколько раз больше.       Как по волшебству, стоило заговорить о еде, как желудок Карин тут же громогласно заурчал, а внезапно нахлынувший голод, казалось, готов был съесть её изнутри. Отказываться от такого заманчивого предложения ей резко перехотелось.                                        

***

                                                   — Урахара, как скоро ты сможешь привести сюда Гандзю?       Замерев на месте с ложкой у рта, Карин подняла голову, вопросительно глядя сначала на Куукаку, а затем на Киске. Он, в отличие от неё, не выглядел удивлённым этим внезапным заявлением — значит разговор об этом шёл не впервые.       — Открыть проход для тех, кто принадлежит Обществу душ совсем несложно. Могу заняться этим вопросом прямо завтра, поскольку сегодня время уже позднее. Вам останется только уговорить Йоруичи-сан на то, чтобы она привела его сюда, — деловым тоном ответил Урахара, поправляя козырёк шляпы.       — Она не будет против, — с абсолютной уверенностью в своей правоте ответила Куукаку.       Урахара понимающе усмехнулся в ответ, не став ничего добавлять, и вернулся к своему ужину. Карин, наконец, смогла задать интересующий её вопрос:       — Почему ты хочешь, чтобы Гандзю пришёл сюда? К тому же, я всё хотела спросить, почему он с самого начала не пришёл с тобой?       — Потому что я надеялась, что ты сможешь вернуться со мной домой. Затем я думала, что ты сама вернёшься через какое-то время. Мы бы подождали. Теперь же… Я ни в чём не уверена, поэтому не хочу отбирать ни у него, ни у тебя то драгоценное время, которое мы могли бы провести все вместе, — тяжело вздохнув, ответила Куукаку.       От стыда Карин хотелось провалиться сквозь землю.       Во всём этом безумии и стремительном потоке событий, она и на секунду не подумала о том, что должно быть чувствует Гандзю, оставшись один в Руконгае. Всё это время он сидел с верой в то, что Куукаку вернётся домой вместе с ней, и они смогут продолжить жить, как и прежде. В реальности же Гандзю ждало лишь разочарование и очередная порция боли. Будто до сих пор на них пришлось недостаточно страданий.       Сожаление стало грызть её изнутри, но в то же время она не могла совладать с собой, эгоистично желая, чтобы Гандзю был здесь в ту же секунду. Чтобы они играли в карты до тех пор, пока ему не надоест проигрывать. Чтобы после этого, даже несмотря на своё разочарование, Гандзю нарезал ей целую кучу груш, которую она бы ела, пока не была готова лопнуть. Чтобы Куукаку им обоим отвесила тяжёлых подзатыльников за то, когда они неминуемо начнут о чём-то спорить.       Карин невероятно соскучилась по первому в своей жизни другу. Пусть даже он и был тем ещё свином.       Следом за Гандзю, в её мысли стали прокрадываться другие, дорогие сердцу люди.       Он ведь не один, вопреки всему, ждал её возвращения. Рангику и Тоширо непрозрачно намекнули об этом в своём разговоре с Ичиго. Как она сможет встретиться с ними, зная, что своими руками отберёт у них новонайденную надежду? И дело было вовсе не в том, что она не собиралась возвращаться в Сейрейтей.       Как ей сообщить им новость о том, что в любой момент она может умереть?       А как ей сказать об этом Ичиго? Карин претила сама мысль о том, чтобы он расстраивался из-за неё. На его плечах и без того лежал неподъёмный груз. А за её спиной по-прежнему пряталась огромная ложь, которая и без того неминуемо ранит Ичиго. Один из главных страхов Карин — подвести Ичиго — теперь не казался всего лишь продуктом её тревожности. Он превратился в вероятность.       Где-то на самом краю сознания пыталась просунуться вперёд мысль об Иссине, но даже теперь, Карин изо всех сил старалась запихнуть её ещё глубже, не находя в себе сил столкнуться с этой стороной реальности.       Да, это было трусостью. Да, ей вряд ли удастся избежать этого. Нет, она не хотела об этом думать, ни сейчас, ни когда-либо ещё.       Из стремительного потока хаотичных мыслей её грубо вырвал звук хлопнувшей двери и обеспокоенный голос Йоруичи:       — Радар обнаружил появление нескольких чрезвычайно сильных пустых в городе. Потенциально меносы, однако могут быть и выше рангом.       Карин резко выпрямилась, сделала глубокий вдох и сосредоточилась на ощущениях. Тут же все её внутренние радары громко запищали.       — Ичиго в обличии шинигами. Рядом с ним есть парочка сильных пустых, он с ними не справится в одиночку… Чёрт возьми, он там не один, этот Хирако совсем рядом с ним!       Все тяжёлые эмоции, грозившиеся разорвать её на части, тут же трансформировались в едва контролируемое раздражение. Резко вставая из-за стола, она на автомате стала раздавать приказы:       — Урахара, займись меносами, до которых доберешься. Я беру на себя Ичиго и разборки с Хирако. Йоруичи, не давай Куукаку пойти за мной, у меня нет возможности концентрировать своё внимание на ком-то ещё.       Не дожидаясь ответа, она поспешила на выход, уловив лишь несколько фраз, брошенных ей вдогонку.       — Эй, не смей использовать на мне свой капитанский голос, соплячка! — недовольно воскликнула Куукаку.       — Карин-сан права, у вас ведь нет опыта сражений с пустыми, к тому же я приду к… — успокаивал её Киске.       После этого, в её ушах звучал лишь свист ветра, пока она стремительно мчалась к месту, где находился Ичиго и чёрт бы его побрал Хирако.       Со стороны могло казаться, что её действия были импульсивны — ринуться навстречу опасности в одиночку, когда твоя жизнь и без этого находилась под угрозой. Но то, что многие предпочитали списывать на безрассудство, присущее большинству членов клана Шиба, на деле являлось простым нежеланием затягивать с действиями, когда всё было предельно ясно и очевидно.       Могли ли они проигнорировать появление сильных пустых в городе? Нет. Мог ли Урахара справиться с ними один? Вполне, однако всегда лучше иметь с собой подкрепление. К тому же эти пустые находились в разных местах, что усложняло задание для одного-единственного человека. Могла ли вместо неё пойти Йоруичи? Безусловно, и она бы прекрасно справилась со своей задачей. Но Карин не могла отсиживаться до решающей битвы с Айзеном по нескольким причинам: ей нужен был боевой опыт с её новообретённым состоянием, чтобы знать лимит своих возможностей; ей нужно было время, чтобы привыкнуть к новым ограничениям; ей нужно было поддерживать тонус.       А ещё она обещала Хирако, что если ещё раз заметит его рядом с Ичиго, то он получит по заслугам.       Карин всегда старалась выполнять свои обещания.       Так и получалось, что выбора отсидеться у неё априори не было. Не то чтобы она этого действительно желала.       По пути, когда до места, где находился Ичиго, оставалась всего пара сотен метров, ей пришлось остановиться, чтобы уничтожить одного пустого, оказавшегося на её пути. По одному его виду становилось очевидно — это тебе не простая сошка. В ранговой системе он как минимум должен быть адьюкасом. С подобным типом пустых она встречалась лишь единожды, и в тот раз она имела при себе занпакто. Карин сомневалась в том, что сможет одолеть его простыми приёмами, поэтому даже не стала пробовать, делая ставку на скорость. Пока этот адьюкас не успел заметить её появления, Карин, не сбавляя скорости, приблизилась к нему вплотную и атаковала его серией сверхбыстрых ударов двумя руками, целясь точно в маску на лице. С громким воплем, пустой упал на землю, и спустя пару секунд рассеялся. Карин облегчённо выдохнула, не до конца веря своей удаче. Либо адьюкасы за пару десятилетий стали слабее, либо она стала сильнее… Об этом она решила задуматься позже, возобновляя свой путь.       Не прошло и минуты, как Карин наконец смогла увидеть Ичиго и Хирако. От картины, что открылась перед ней, в её жилах закипела кровь, а ярость грозилась затмить здравый рассудок.       В мгновение ока она оказалась между Ичиго и Хирако, замахом ноги нанося удар по запястью вайзарда, заставляя его не только отвести руку, но и выпустить на мгновение меч. Затем, пользуясь моментом, Карин, абсолютно не сдерживаясь, заносит свой кулак и ударяет прямиком в нос. Раздаётся характерный хруст сломанной кости. Карин хищно усмехается.       Никто не смеет заносить на Ичиго меч в её присутствии.       — Я тебя предупреждала, — удивительно спокойно произносит Карин, продолжая кипеть от раздражения изнутри.       — И ты оправдала все мои ожидания, о прекрасная незнакомка! Восхитительной силы удары! — высокопарно произнёс Хирако, что из-за его сломанного носа звучало более жалко, чем в прошлый раз.       Опомнившись от шока, следом заговорил Ичиго:       — Сенсей, что ты здесь делаешь?       — Отгоняю назойливых мух, — с невозмутимым лицом ответила Карин.       Ичиго забавно хлопал на неё глазами, прежде чем прыснуть со смеху. За спиной послышалось недовольное восклицание Хирако, на которое она не стала обращать внимания.       — Ичиго, не стоит тратить своё время и слушать его бред. Давай лучше пойдём разберёмся с оставшимися пустыми, а Хирако пусть катится к чёрту.       Карин подтолкнула его легонько рукой, чтобы он начал двигаться вперёд, однако Ичиго продолжил стоять на месте.       — Сенсей, ты его знаешь? — спросил он, нахмурившись.       Тяжело вздохнув, Карин собиралась вкратце объяснить, в чём было дело, однако её переплюнул сам Хирако:       — К моему огромному сожалению, мы с ней не знакомы так близко, как мне бы хотелось. Куросаки-кун, не хочешь сказать, как зовут твою прекрасную наставницу?       Данная просьба явно пришлась Ичиго не по душе, поскольку он насупился ещё сильнее и, казалось, вот-вот был готов кинуться в атаку. Этот гад явно знал, на кого следует давить, чтобы выбить из равновесия. Карин поспешила вмешаться.       — Если я скажу тебе своё имя, ты скажешь мне для чего вайзардам нужен…       …Ичиго, осталось невысказанным вслух, поскольку в это мгновение внезапно хлынул мощный поток сразу двух реяцу. Одна из них принадлежала пустому — звучала точно, как Удильщик, но многократно сильнее. Вторую реяцу она знала слишком хорошо, хоть и ощущала её в последний раз двадцать лет назад.       Иссин.       Неужели он вернул себе способности шинигами?       Бегло оглянувшись, Карин обнаружила, что Ичиго рядом с ней напряжённо застыл, явно зациклившись на реяцу Удильщика, а на лице Хирако ярко читалось недоумение — реяцу Иссина ему точно была незнакома.       Что-то решив в своей голове, Ичиго кратко повернулся к ней, сказав:       — Сенсей, я должен бежать, — и тут же понёсся вперёд.       Карин тяжело выдохнула, недовольная горячностью Ичиго, но догонять не стала, зная, что с ним будет всё в порядке. Кроме Иссина в том же радиусе она улавливала присутствие Урахары, а значит ему совершенно ничего не грозило. Карин сомневалась, что Ичиго вообще выпадет шанс занести меч над пустым, когда он доберётся к тому месту.       Цокнув языком, она обратила своё внимание на оставшегося Хирако.       — Моё предложение по-прежнему актуально. Скажешь, зачем вам нужен Ичиго, а я скажу своё имя.       Хирако смерил её долгим, пытливым взглядом. Карин держала голову прямо, сохраняя лицо непроницаемым, но всё равно не могла избавиться от назойливого ощущения, что он её видел насквозь. Наконец, что-то для себя решив, Хирако заговорил:       — Я думаю, ты знаешь ответ на этот вопрос. Очевидно, что Ичиго такой же, как и мы. Будет здорово, если он окажет помощь, присоединившись к нам. Мы бы научили его, как контролировать пустого внутри него.       Сама идея звучала неплохо. Карин прекрасно понимала, что рано или поздно Ичиго придётся учиться контролировать и пользоваться этой частью своей силы. Так же ей было очевидно, что ни она, ни Урахара, ни кто либо другой кроме самих вайзардов не был в состоянии помочь в этом Ичиго. Что ей категорически не нравилось — так это скрытность и обособленность вайзардов. Если убрать эти помехи из уравнения, то они могли бы стать прекрасными, а главное сильными союзниками в предстоящем столкновении с Айзеном.       Кажется, пришла пора поработать ей вербовальщиком.       — Может Ичиго и является вайзардом, но он совершенно точно не такой, как вы, — несогласно махнула головой Карин.       — Почему же?       На её лице мелькнула мягкая улыбка. Попался.       — Потому что он использует свою силу ради защиты тех, кто ему дорог. А вам она нужна исключительно ради мести.       Лицо Хирако сделалось абсолютно непроницаемым.       — Смело с твоей стороны заявлять, что нашей жажды мести недостаточно.       — Уж поверь, я знаю, о чём говорю. Одной мести против Айзена недостаточно — этим мы только сыграем ему на руку. Думаешь во мне нет жажды мести? Я точно так же, как и вы оказалась в мире живых по его вине, потеряв всё, что только можно. Будь моя воля, я раздавила бы Айзена, как таракана, и размазала его внутренности по асфальту. Но если ты не собираешься сражаться ради будущего — своего и близких тебе людей — лучше вообще не высовывайся, только мешать будешь.       После её слов, какое-то время Хирако задумчиво молчал. Карин надеялась, что её пламенная речь возымеет эффект и вайзарды задумаются над тем, чтобы заключить с ними союз. Что-то ей подсказывало, что в их иерархии Хирако занимал не последнее место, и если она сможет склонить его, значит за ним потянутся и другие. Карин тоже не пылала безумной любовью к Готей-13, значительно охладев к этой организации за последний десяток лет, однако в данных обстоятельствах никто не имел права потакать своим нежным обидам. Не тогда, когда цена поражения была слишком велика.       — Интересная точка зрения, незнакомка-которая-теперь-должна-мне-своё-имя, — осторожно ответил в конце концов Хирако.       Раздражённо цокнув, она выполнила свою часть обещания.       — Меня зовут Шиба Карин, доволен?       — Стоило догадаться, что ты из клана Шиба, — оскалился Хирако. — Фамильное сходство на лицо, как и манеры.       Карин скрестила руки на груди, игнорируя его слабую попытку вывести её из себя.       — Дай мне свой телефон, — вместо этого сказала она.       — Неужели настолько понравился? — тут же нашёлся Хирако, не упуская возможности поддержать свой образ.       Не сдержавшись, Карин фыркнула.       — Чтобы ты дал мне знать, когда вы передумаете. Только в этом случае я приведу к вам Ичиго.       Во взгляде Хирако читался скептицизм, однако он послушно протянул телефон, и Карин быстро ввела свой номер в контактную книгу, попутно сохраняя себе и его номер.       — Вздумаешь беспокоить меня по пустякам, я разобью твой телефон тебе об голову.       Хирако поднял руки вверх, принимая невинно-напуганный вид, хотя Карин точно знала, что её угроза ни на секунду не воспринялась им всерьёз.       — Как прикажете, Шиба-доно! А теперь, раз уж Ичиго ушёл по делам, я тоже вынужден откланяться. Работа не ждёт! — в самом деле отвесив поклон, в следующее мгновение Хирако исчез из поля её зрения.       Тяжело вздохнув, Карин побрела навстречу Урахаре, видневшемуся вдалеке. Поравнявшись с ним, она услышала, что на её телефон пришло сообщение. С непроницаемым лицом Карин уставилась на текст, отправленный контактом «Индюк»:       «Я же говорил, что в следующий раз узнаю как тебя зовут, маленькая госпожа (ง ͠° ͟ل͜ ͡°)ง».       На какие только жертвы не пойдёшь ради всеобщего блага.       Даже с идиотами будешь возиться.