Битва за Париж

Адриан быстро шагал по улице. Ледяной ветер обдувал его лицо, взъерошивая волосы с каждым разом всё сильнее и сильнее. Здания быстро менялись, словно карты в руках дилера. Прохожие люди узнавали знаменитость, но все что он сделал — это надел капюшон на голову. Просто ему не нужны проблемы с отцом, ну как минимум в данный момент. Габриель думает, что Адриан в лагере, а фото в интернете, где он гуляет по пригороду явно бы вызвали сомнения насчёт его местонахождения. На улице заметно похолодало. Да, на улице осень, но совсем недавно было довольно тепло. Казалось, что буквально через несколько дней пойдёт дождь. А учитывая какой год, то возможно и снег с ледяными кусками размером с кулак. 2020-й спасибо. Сейчас герои были максимально в невыгодном положении. От них ждали ответа целую ночь. Но они, конечно же, не стали раскрывать свои личности. Властям это не понравилось, и был отдан приказ полиции, чтобы с помощью камер видеонаблюдения они раскрыли личности. Любой ценой. Для героев оставалось только одна единственная надежда. Позвать помочь её мог только Адриан. Он знал, где она таиться — в доме, который на вид точно такой же как и обычные дома в Париже. Но в нем есть продолжение, ведущее глубоко вниз. Сейчас, как ни странно, этот дом являлся лучом света во тьме, но очень тусклый. Нет не сам дом спасение, а тот, кто там находится. Блондин подошёл к этому дом. На вид… Господи, да обычный дом Парижа. Желтоватый оттенок стен, огромные окна, перегородки у окон и обычная Парижская крыша. Но есть одно «но». Этот дом стоял отдельно от других, но в близи, создавая очень узкий коридор между обычным домом и «особенным». В этом коридоре не было света, да и днём крайне сложно его рассмотреть там. Со стороны коридора у нужного дома была кирпичная стенка. Знали только избранные, то есть три человека в мире, что, нажав на определённые кирпичи, стена раздвинется. Адриан прикоснулся к нужным кирпичам, которые находились на небольшом, но и не близком расстоянии друг от друга. Сразу перед парнем распласталась винтовая лестница, которая ввела во тьму. Адриан шагнул вперёд. Как только он прошёл на пару метров дальше, стена закрылась, оставляя парня во мраке. Казалось, что впереди ступеней лестницы нет и один неверный шаг, и ты летишь в неизвестность. Вот и поминай как звали. Но уверенность в душе юноши росло с каждой секундой, и он делает шаг. Почувствовав поверхность, он осмелился и ускорил шаг. Казалось, что ступени подстраиваются под идущего. *Господи. Что за бред я несу? * — нервно шепчет автор, открывая очередную пачку таблеток «Ядебил» Пройдя секунд двадцать, ему фиолетовым цветом подсветилась дверь. Блондин отворил её и в глаза врезался очень яркий свет. Глаза неистово начали болеть, и парень закрыл рукой, оставляя небольшую щель, через которую он хоть что-то видел. Наконец привыкнув, герой города мог увидеть очертания пробирок с синевато-фиолетовыми жидкостями, а то и ядрёно красным. Парень сделал несколько шагов и прошёл чуть дальше. В глаза бросился розовый раствор в трёх пробирках и с точно таким же цветом дым в двух резервуарах.  — Ну привет! — сказал рядом стоящий незнакомец. Он стоял к нему спиной, а на голову был надет капюшон.

***

ДО КАТАСТРОФЫ 2 ДНЯ 20 ЧАСОВ

***

 — Ты на часы смотрел? — грубо спросил неизвестный.  — Ну… Одиннадцать утра. — ответил Адриан, убирая телефон, где он посмотрел на часы.  — Какого лешего ты вообще припёрся так рано? Это тебе ещё повезло, что я не спал. Ты же знаешь, что у меня очень хорошая реакция. Услышав во сне какой-то шум рядом со мной, я могу зарезать человека.  — А что не так с этой чёртовой лестницей? — проигнорив вопрос, спросил Агрест.  — А… Ты про это. — незнакомец бросил какую-то таблетку в пробирку, от чего содержимое зашипело, а наружу вылетел розоватый дым. — Если бы ты хотел меня убить, то до двери бы не дошёл. Ты бы просто провалился вниз и всё. А так… Раз ты жив и стоишь рядом со мной, то значит тебе что-то от меня нужно. — человек продолжал смешивать реагенты, не поворачиваясь к белокурому.  — Да. — подтвердил Адриан и облокотился о близстоящий стол. — Нас хотят убить. Ни власти, ни полиция не верят нам. То, что на видео монтаж, они в упор не видят. Маринетт вся дрожит и плохо спит. Я знаю, что будет война, но я пришёл не рассказывать как у меня дела, а просить о помощи. Мы не справимся одни. Пожалуйста, помоги. — неизвестный слегка повернул голову в сторону парня, но даже так Адриан увидел его ярко фиолетовые глаза. Они светились во темноте, а днём становились яркими. Адриан прочитал в его взгляде некое злобу и недоверие. Но неизвестный резко опустил глаза на пол, а через мгновение вернул голову в исходное положение.  — Да блин. Я знаю, что подставил тебя. Я просил много раз прощения. Я исправился, и ты это знаешь. Но я не понимаю, почему ты злишься. — не выдержал блондин.  — Я не злюсь, Адриан. Я разочарован. — спокойным голосом ответил незнакомец.  — Прости. — голос парня стал, как у котёнка. — Я правда не хотел.  — Хотел, не хотел. Мне всё равно.  — Но…  — Всё! Ты свободен!  — Да ну в смысле?  — Пошёл вон! Адриан быстро вышел из этого «террариума» с грустью на лице. Страх перед неизбежным заполняет от кончиков пальц на ногах до волосяных луковиц на голове. Вдвоём с Бражником справиться будет очень сложно. Еще учесть, что он стал в разы сильнее, да и мастер у него в плену. Если всё взвесить, то можно предположить, что герои проиграли. Победить вдвоём очень сложно. Да даже практически невозможно. Руки холодеют от одной лишь мысли о войне, лицо бледнеет, а по спине бегут мурашки. В груди появляется неприятное ощущение сдавленности, из-за которого подкашиваются ноги.  — Чёрт! — прошипел парень и направился в сторону временного убежища.

***

 — Котёнок, ты чего такой грустный? — заботливо спросила Маринетт, положив руку на плечо парня. Адриан сидел на диване, гипнотизируя несчастную книгу, стоящую на полке. Он перевёл взгляд на девушку и встретился с её небесными глазами. Они сводят его с ума, гипнотизируя не хуже, чем профессионал гипноза. Смотря в эти глаза, они гипнотизируют тебя самого. Становится сложно даже соврать, потому что глаза девушки улыбаются. Маринетт очаровательная и очень добрая девушка. Даже только за доброту она достойна самого лучшего, и уж точно не вранья. Но она очень скромная и целеустремлённая. И для достижения невероятно высоких целей, ей достаточно, чтобы рядом был её любимый человек — Адриан. Ни машина, ни дорогой телефон, ни связи, а просто Адриан.  — Да… Да просто… — ему казалось, что она знает куда он ходил. Врать он не хотел, ведь знал, что она не переносит этого. — Был у знакомого, который мог бы нам помочь, но он отказал, потому что он хорошо помнит прошлое. Злопамятный он. Я его случайно подставил, и теперь он мои просьбы всячески игнорирует. — взгляд парня упал вниз, будто потерял что-то. Маринетт села рядом с ним, прорываясь между его сильных рук, чтобы обнять: «Всё будет хорошо. Мы есть друг у друга — и это главное. Мы сильные и умные, справимся» — прошептала она ему и зарылась носом в его шею.

***

 — Сер, мы заметили подозрительную активность под землёй. — сказал один из работников дирекции безопасности территории.  — Ой… Да скорее всего мини землетрясение. Не обращайте внимание. Тут есть проблемы, которые будут по важнее, чем эти маленькие толчки под землёй.

***

ДО КАТАСТРОФЫ 12 ЧАСОВ

***

Маринетт уснула, сидя за столом и читая книгу. Происходящее очень сильно выматывает. Девушку в последнее время мучали ночные кошмары. Она может проснуться среди ночи в холодном поту от одного и того же сна. С момента, когда власти захотели убить героев и начали розыск, ей стал сниться этот сон. Она стоит в пустоте, будто парит в воздухе. Сначала она совершенно одна, что уже начинает напрягать. Воздух до такой степени холодный, что пальцы рук и ног немеют, а при вздохе холод обжигает горло, а всё внутри будто покрывается толстым слоем льда. Каждый выдох девушки заканчивается паром, который рассеивается в воздухе, будто унося вместе с собой частичку её самой. Через некоторое время появляется Адриан и Бражник. Тёмный мужчина пронзает её парня ножом, вонзая его в сердце. Она не может даже пошевелиться. Холод не даёт ей сделать движение головой, заставляя смотреть на происходящее. Глаза и щёки обжигают слёзы. К счастью между сном и реальностью есть граница. Маринетт всегда успокоиться, если её обнимет парень и будет шептать на ушко различный бред. Просто она будет знать, что он рядом. Вообще, быть любим человеком — это, когда ты понимаешь, что из всех семи миллиардов людей в этом гнилом мире, которых интересуют только лишь свои проблемы, потребности и желания, есть человек, у которого ты стоишь на первом месте. Ты хоть ему в три часа ночи позвонишь, и он тебя не пошлёт, поворчит, конечно, но выслушает тебя, и, если надо, приедет. Будет дарить тебе своё тепло. Этот человек будет думать о тебе, переживать. А хорошо ли тебе? А не замёрз ли ты? Хочешь ли ты есть? Никто тебя не обижает? Любого, кто на тебя хоть дыхнёт, испепелит в прах. Бросится под пули, чтобы прикрыть тебя. Будет желать, чтобы ему было больно, а не тебе. Он тебя поддержит и не предаст, конечно, если это твой человек. Да сука он просто твой смысл жизни. Девушка резко подрывается с места. Неизвестно каким это таким волшебным образом она оказалась на кровати, а рядом спал блондин. Ночная мойка была насквозь мокрая, дыхание сбилось, а сама девушка не понимала продолжение сна ли это или уже реальность. Адриан почувствовал, что Маринетт проснулась, и медленно, словно боялся спугнуть, принял сидячее положение. Он понял, что кошмар приснился ей снова, и положил руки ей на плечи. Синевласка испугано посмотрела на него. Они смотрели друг другу в глаза очень долго, но как только Маринетт поняла, что не спит, то кинулась к нему в объятия, обнимая как можно сильнее, заливаясь слезами.  — Котёнок… — всхлипнула она  — Мари… — прошептал Агрест, перебирая волосы. Она посмотрела на него из-под мокрых ресниц. Даже сквозь темноту юноша видел её красные от слёз глаза. Всё внутри сжалось от боли. Он не хочет видеть её слёзы. Не хочет, чтобы она чувствовала боль. Он будет оберегать её, потому что очень любит, до конца своих дней. В эту ночь герои так и не смогли выспаться. Больше часа Адриан старался успокоить девушку, но ей было просто страшно закрывать глаза, потому что ей одна и та же картина мерещилась. По среди ночи она снова просыпалась, а Адриан успокаивал, дежуря рядом с ней. Утром они еле держались на ногах. Маринетт чувствовала себя виноватой, но блондин её не винил, потому что кошмары снятся всем. И эта его девушка, он не может её винить. Это его вина, что он не уберёг её. Когда они обнимались у окна, они увидели розоватый дым, который поднимался из-под земли, заполняя город.