run along tonight
13 января 2020 г., 00:11
Когда ты летишь в пропасть, тебя никто не может спасти.
В тот вечер, когда разум стала поглощать темнота, Ньют долго пытался найти в себе хотя бы луч света.
Алби. Уинстон. Чак.
Алби. Уинстон. Чак.
Алби. Уинстон. Чак.
Его спина уже не чувствует холода ограждения, к которому Ньют прислонился. Сердце заполняется безумием — чернеющей кровью — и сознание мелькает лишь на периферии.
— Томми, пожалуйста, — его леденеющие пальцы сжимают кулон, и парень протягивает их своему последнему воспоминанию.
Пожалуйста, сохрани его. Пусть оно будет рядом тогда, когда я уже не смогу сказать тебе лично.
Он вспоминает, как неловко водил по бумаге ручкой, боясь, что не успеет. Что болезнь коллапсирует внутри его тела и разольется по венам. Что любой момент может стать для него последним.
И когда глаза чернеют, он пытается вспомнить, какого это — любить. И что-то внутри щёлкает, позволяя оставаться самим собой ещё несколько секунд.
Томас не сможет убить его. Не того парня, волосы которого сверкали в лучах первого солнца, которое он увидел после лифта.
Не сможет причинить вред человеку, воспоминания о котором стали первыми в его втором рождении.
Просто не сможет выстрелить в Ньюта.
И тогда, когда последние мысли начинают расплываться, когда все нейроны в его голове плавятся, Ньют цепляется за улыбку Эдисона, за его родинки и улыбку — и вонзает нож себе в то место, которое должно быть сердцем.
Если бы он помнил, где оно должно быть.
И мир исчезает.
Томми
Томми, пожалуйста
Примечания:
О да, я рыдаю.
