Жалкий мальчик.

POV Валя. - Уважаемые пассажиры… «Надоедливые пилоты и бортпроводники. Вечно говорят одно и то же. Бесят. А вообще… Меня вообще всё бесит, да». - Итак, благодарим, что вы выбрали нашу авиакомпанию. Мы взлетаем! «Наконец-то». Спустя двадцать минут мы уже летели, так сказать, среди облаков. Я сидел у иллюминатора и наблюдал за тем, как облака, несмотря на скорость самолёта, медленно «проплывают» мимо. Ну или мы пролетаем мимо них… Хотя, мне то какая разница? Это дело физиков с их теориями относительности и прочей ерундой. Как там? Относительно чего-то тело находится в состоянии покоя, а относительно чего-то двигается? Ахаха. Я такой «классный батан». Даже законов физики толком не знаю. С другой стороны, зачем мне этот закон? В жизни он не пригодится… Если только, как сейчас, пытаться понять, двигаются облака или нет? И относительно чего они двигаются? Двигаются ли они по отношению к нам, тем людям, что сидят сейчас в этом самолёте? Да, это, конечно, очень интересно. Зато я о Диме не ду… Чёрт. Зачем? Ну вот зачем я это сделал? Слёзы наворачиваются на глаза. Не могу себя сдерживать. Сейчас зареву. А всё из-за чего? Из-за того, что кое-кто, скорее всего, даже не удосужился прочитать письмо. Наверняка, выкинул его, как только получил. Эх, Дима, Дима, если бы я только мог надеяться на то, что мои чувства взаимны… надо отвлечься. Парень, ревущий посреди самолёта – это вам не самая прекрасная картина, которую можно лицезреть. К тому же, меня, как сына мэра, знают все стюардессы. - Здравствуйте, Валентин Игоревич, - ко мне подошла одна из них. - Привет. - Вам чего-нибудь принести? - Да. Виски. - Эмм… Сейчас будет сделано. - Дура? - Что? – её глаза широко раскрылись от удивления. - Вообще-то есть закон о запрете употребления алкоголя несовершеннолетними. - Но… - Что «но»? - Нет, ничего. Так вам чего-нибудь принести? - Да. Сделай из этого закона исключение для Лебедева – младшего и принеси мне виски. После этих слов стюардесса как-то странно посмотрела на меня, но пошла выполнять просьбу. Эх, Дима… Я ведь на самом деле, как меня называют дети папиных знакомых, саркастичное хуйло, дитя иронии и лжи, вечный подстёбщик… И только с тобой (про что, разумеется, никто не знает) я наивный дурачок. Хотя… Я ещё сам с собой такой, да. А ещё я научился пить, когда ты перешёл к нам в школу. - Вот, Валентин Игоревич, - девушка протянула мне алкогольный напиток. - Благодарствую. Свободна. - Слушаюсь… Спустя некоторое время, когда я допил эту маленькую бутылочку виски (чисто для того, чтобы хоть немного развеять грусть), я вновь любовался на облака.