Скиталец.

Здание Академии шиноби. Десять лет после нападения Девятихвостого.

      Ирука рассказывал детям о нападении Биджу девятихвостого на селение, большинство из них с большим интересом и вниманием ловили каждое слово молодого учителя, лишь на задних рядах несколько ребят обсуждали совсем неизучаемый предмет.       — Нейджи, а ты уверен, что будет не как в тот раз? — спросил один из них.       — Наруто, нам с тобой тогда было всего по три года, мы даже не знали, что поджигали взрывные печати, — зашипел на него в ответ собеседник.       — Ага, вот только от трепки в лице Хиаши-сана нас это не спасло, — недовольно напомнил о той детской промашке Узумаки.       — Но зато чего стоит его лицо в тот момент, когда он не увидел своего особняка на положенном месте, — с довольной улыбкой напомнил гений Хьюга.       — Ага, особенно выпученные глаза и отвисшую челюсть, — тихо хихикая, добавил третий голосок. — Или потом его лицо, когда он узнал, кто именно взорвал наш дом.       — Нет, Хината-химе, в том момент у него было очень страшное лицо. — уверенно заявил Наруто.       — Тише, голубки, сейчас Ирука спалит нас и вызовет родителей, — шикнул на них четвертый участник заговора. — Лично мне не хочется опять огрести от матери, уж больно у нее рука тяжелая.       — Шикамару, ну мы же не заставляем тебя в этом участвовать, — заметила Хината, невинно хлопая глазками.       — Мне так и одного раза хватило, как вы надо мной подшутили, я лучше получу с вами за компанию, чем стану объектом для прикола, — объяснил свое участие в предприятии трио Нара.       — Все готово, — прервал дальнейшие препирательства голос Нейджи. — Ждем перемены и приделываем это на место. Шика, мы на тебя надеемся.       По окончанию урока все юные шиноби дружной толпой брызнули из аудитории, лишь Шикамару продолжил спать на своем месте, хотя все уже привыкли к его поведению и не обращали внимания. Следующим предметом в расписании на сегодня стояли основы фуиндзюзу. После первого звонка класс быстро наполнился гомонящими детьми, после второго явился Ирука, и, быстро успокоив класс, стал рассказывать историю образования техник печати. Во второй половине он закончил с вводом в историю, после чего решил занять место за своим столом. Как только он сел на стул, тот с громким хлопком взорвался, а класс наполнился едким дымом, от неправильно сделанной взрывной печати. Ирука, не пострадавший от взрыва лишь благодаря реакции и отточенным до автоматизма действия, оперативно стал выводить детей из аудитории, а через несколько минут все ученики были на улице. Собрав их, Ирука объявил об отмене оставшихся занятий и отправил всех по домам.

Квартира семейства Узумаки-Хьюга.

      За большим обеденным столом сидел весь квартет и Асами, так же отпущенная с занятий в связи с происшествием. Они с аппетитом уплетали приготовленный Эми обед и обсуждали случившийся провал. Хозяйка же квартиры находилась, по словам дочери, на тренировке.       — Нет, Нейджи, объясни мне, как ты умудрился так спутать символы? — возмущено спрашивал Узумаки. — Я еще понимаю с мощностью ошибиться, но не с начинкой же.       — Наруто, прекрати ругать Нейджи, у него, в отличие от тебя, клан прославился не техниками печати. Так что заканчивай, и если что не нравится, сам бы мог сделать, — осадила блондина Асами.       — Я бы с радостью, да они мне не дали, — ответил обиженно Узумаки.       — Асами, если бы её сделал Наруто, то класс бы не дымом заволокло, а частями Ируки забрызгало, — ехидно заметила Эми, незаметно появившаяся в комнате.       — Здравствуйте Эми-сан, — дружно поздоровались гости блондина.       — Ты уже закончила с миссией, Эми-онэсама? И что на этот раз дал старик Хирузен? — поинтересовался Наруто.       — Просто доставить свиток в один из ближайших торговых городов. Наруто, надеюсь ты помнишь наш договор? — осведомилась женщина.       — Конечно, — недовольно ответил блондин.       — Вот и хорошо. Не забудьте оставить за собой порядок прежде, чем уйдете на полигон, мне же нужно отдохнуть после миссии, — проговорила джонин, удаляясь из гостиной.       — Наруто, что имела в виду Эми-сан, когда сказала, что классы бы забрызгало частями Ируки-сенсея? — подала голос, молчавшая до этого Хината.       — Это все из-за его отвратительного контроля чакры, он, конечно, легко и быстро осваивает техники печати ввиду врожденной предрасположенности к ним, но вот вкладывает даже в самую простую из них столько чакры, что можно целый дом взорвать под фундамент, — просветила собравшихся в этом вопросе младшая сестра блондина. — А уж если он возьмется запечатывать что-то в свиток — быть беде.       — Асами, ну зачем ты так все перевираешь? — негодующе спросил Наруто, злобно зыркнув на девочку.       — Перевираю? — недоуменно спросила та. — А кто вместе с кунаем в воскресение запечатал и половину столешницы от нашего прежнего стола? Я? Или может мама?       — Знаешь, Наруто, думаю тебе надо попросить помощь у Хиаши-сана в освоении контроля чакры, я уже могу вполне сносно стоять на воде, ходить правда пока не получается, но все же, — предложил Нейджи.       — А не откажет? — спросил Наруто.       — Ну, если никаких особо важных дел с кланом не будет, то он вполне может уделить время нам, — ответила за брата Хината.       — Хорошо, в таком случае, предлагаю в субботу собраться у вас? — внес свою лепту в участие в разговоре Шикамару. — Что насчет завтра?       — Думаю, Саске надо проучить, после уничтожения почти всего его клана, ему многое стали прощать, если старик Третий не может успокоить выскочку, мы сделаем это за него, — внес свое предложение Нейджи, которому последний Учиха был не по вкусу вообще, особенно некоторые выходки в частности.       — Согласна с нисаном, — поддержала маленького гения клана Хината.       — Тогда, Шика, с тебя идея, с нас исполнение, — подвел итог Наруто.       — Узумаки, почему сразу с меня? — лениво спросил Шикамару.       — Ты же в нашей компании гений стратегической мысли, — ответил на вопрос Нары Нейджи.       — Хорошо, тогда через два часа на нашем полигоне? — уточнила Хината.       — Угу, думаю, всем этого времени хватит, — согласился Наруто, и под довольный взгляд сестры приступил к мытью посуды.       Шикамару с Нейджи быстро ретировались, прихватив с собой Хинату, Асами, убрав всю посуду со стола, уселась за него, дожидаясь, когда старший брат закончит.       — Наруто, ты вчера ночью ничего странного не ощутил? — спросила она, внимательно смотря на брата. Он на секунду замер, но после чего медленно положив последнюю тарелку в сушилку, вытирая руки, повернулся к сестре.       — Странное тепло и размытый силуэт, что висел у моей кровати. Ты это имела в виду? — спросил Узумаки.       — Угу. Он был такой теплый, я даже не знаю, как тебе описать его прикосновение, — проговорила девочка.       — Так, словно это мама, только она может дарить столько тепла в одном прикосновении, — поделился собственными ощущениями с сестрой своими вчерашними ощущениями от встречи с ночным посетителем.       — Да, именно, было очень похоже, — согласилась та с братом.       — Давай больше не будем об этом, лучше расскажи, как у тебя дела в академии? — ушел от темы Наруто.       — Ну, все как всегда, Инудзуки задирают, Нара спит, а Яманако и Акимичи пытаются его разбудить, — улыбаясь, рассказывала девочка. — А по метанию кунаев мы с Чиёко были первыми.       — Чиёко, это Учиха которая? — уточнил Узумаки.       — Ну да, она вообще интересная, правда немного неразговорчивая была по началу, но потом быстро втягивается и остановить её словоизвержение бывает просто невозможно, — продолжала рассказ Асами. — И кстати, мне можно с вами?       — Хочешь потренироваться с нами? — спросил джинчурики.       — Ну да, Нейджи с Хинатой обучаются у Хиаши-сана, а он — самый сильный из Хьюг, и думаю, научил их уже чему-нибудь, — объяснила своё желание присоединиться к их квартету сестренка.       — Хорошо, думаю Хината с Нейджи не откажут тебе в помощи. Сейчас давай приготовим чего-нибудь Эми-нисан, а то мы съели весь обед, — нроговорил Наруто, Асами, одобрительно кивнув, начала искать поваренную книгу.

Субмир.

      За столом сидели все обитатели дома. У Мамору был неважный вид, как бы силен он не был в качестве биджу, даже ему было не под силу что-либо противопоставить сильнейшему чакроистошению и похмельному синдрому. Два других обитателя были также не в лучшем виде, стараясь не делать лишних движений и говорить как можно тише, они втроем пытались вспомнить причину вчерашней попойки, а главное вспомнить, откуда взяли спирт.       — Ну и у кого какие соображения? — тихо спросил Минато, наливая себе из графина очередной стакан ледяной воды.       — Пили мы за день рождения, вот только за чей, не знаю, — вдруг вспомнил причину разгула лис.       — А кто спирт достал? — все так же тихо проговорил Наминадзе.       — Мы его совместными усилиями из медицинского хранилища Конохи перенесли, с помощью твоих пространственно-временных техник, моих печатей и чакры Мамору, — подсказала так же страдавшая Кушина.       — А я то гадаю с самой побудки, куда всю чакру вбухал, кто ещё что помнит? — на пределе слышимости проговорил Девятихвостый.       — Мы все трое побывали в реальном мире, одновременно, — вспомнила ещё одну деталь вчерашнего веселья бывшая Узумаки.       — Что? — Воскликнул Мамору, подскочив на месте, впрочем, тут же падая назад и хватаясь за голову, как и все остальные. — И как же мы это сделали?       — А этого я не помню, слишком много мы уже к тому времени выпили, — отозвалась Кушина, вставая из-за стола и направляясь к одному из шкафов, где должны быть соления, сделанные из овощей, семена которых в этот мир протащил лис. После пятиминутного поиска, на свет была извлечена банка с солеными огурцами, приготовил которые девятихвостый лично сам, по его уверению — лучшее лекарство после большой пьянки. После того как все отпили рассола и начали приходить в норму, разговор продолжился.       — И что мы натворили в реальном мире? — озвучил самый интересующий вопрос Лис.       — Навестили Асами с Наруто, перепугали Третьего, заставили поседеть Хиаши, упасть из окна четвертого этажа Какаши, да и все вроде, — перечислила их достижения Кушина.       — Однозначно пить нам в таком количестве больше не стоит, — проговорил Минато. После чего ударив себя по лбу, мужчина, извлекая из печати несколько медицинских пилюль, предназначенных для снятия эффектов отравления, и раздал всем нуждающимся. После недолгого продолжения беседы, её участники разбрелись по постелям.

Коноха. Кабинет Хокагэ.

      Третий был сегодня не в духе, пару раз даже сорвался на не в чем особо не виноватых АНБУ. Сейчас в кабинете находился старый друг и верный союзник Шимура Данзо.       — Как обстоят дела с расследованием попытки взорвать Умико? — спросил Хирузен, закуривая свою трубку и откидываясь в кресло.       — Его никто и не пытался подорвать, просто, похоже, Узумаки снова балуется, хотя доказательств его причастности у нас нет, — ответил глава АНБУ.       — А что там с Какаши приключилось, что он попал в больницу с сотрясением и вывихнутым плечом? — осведомился Сарутоби.       — Упал, — коротко ответил Шимура.       — Откуда это он упал, что получил такие раны, да еще и ничего не смог сделать? Он же, как никак, один из сильнейших джонинов селения, — недоумевал Хокагэ.       — Был пьян по случаю своего дня рождения, и ночью, сидя на подоконнике, заснул и выпал из окна четвертого этажа, — пояснил Данзо.       — Ладно, с этим разобрались, что там с теми двумя пытавшимися убить Эми? — осведомился Третий.       — Иноичи и мои химики занимаются ими, по полученным сведениям выходит, что кто-то из джонинов, допущенных к гостайне класс S+, слил противнику информацию, — хмуро ответил глава АНБУ.       — Черт, это плохо. Как только добудешь больше информации — доклад мне на стол, а подозреваемого в лабораторию Орочимару отдашь. Все ясно? — холодно проговорил Сарутоби.       После того, как Шимура ушел, Хирузен еще долго обдумывал сложившуюся ситуацию, ему совершенно не хотелось втягивать Лист в новую кровавую бойню, селение еще не оправилось от последствий нападения Девятихвостого и восстания Учих, подавить которое удалось только с помощью Мангеке Итачи и двух сотен АНБУ, итогом стала казнь всех Учих, старше семи лет, за исключением тех, кто состоял в АНБУ и участвовал в подавлении выступающих. Сейчас один из сильнейших кланов Листа насчитывал всего чуть больше полусотни человек, хотя тех же Сенджу, найденных и приведенных АНБУ Шимуры, было всего двенадцать. Инициатором этих поисков, по его словам, была Узумаки Кушина, она также передала ему дневник Первого, по которому он и отыскал этих внебрачных. У двоих из них геном отца и деда выражен очень ярко.