Скиталец.

Двенадцать лет с момента нападения Девятихвостого. Академия Шиноби.

      Ирука ходил по классу, раздавая листки с контрольным тестом на знание всех предметов изученных за пять лет в академии, попутно объясняя правила проведения теста и систему оценки работ. Наруто быстро пробежал взглядом по вопросам, ничего сложно там не было, если хотя бы чуть-чуть слушать лекции. Как только Умино объявил о начале теста, Узумаки быстро ответил на предложенные задания и улегся наглым образом спать, ибо ночью, из-за непоседы Асами, поспать не удалось — у неё то уже занятия закончились, и она готовилась к летнему отдыху.

      POV Наруто.

      Сегодня к нам в гости снова пришел Шимура-сан. Он принес для Эми с Асами билеты и документы на отдых у моря. Вообще он интересный человек, многое умеет, еще больше знает. В гости к нам стал приходить года два назад, когда Какаши-семпай из окна выпал и вывихнул руку. Я даже сначала очень удивился визиту в наш дом главы АНБУ, но позже узнал, что Эми была АНБУ до рождения Асами. Потом он помог мне определить мою родную стихию, и даже обучил паре техник. А еще вчера попросил обязательно после получения протектора зайти к Хокаге. Я до сих пор ломаю голову зачем, но лучше оставить это на потом, а пока у меня полтора часа, чтобы вздремнуть.       

End POV Наруто.

      Из лап Морфея Узумаки вырвал мелок, брошенный сенсеем и разлетевшийся на мелкие кусочки от встречи со лбом спящего. Резко распахнув глаза, Наруто принял сидячее положение, а по классу прокатилась волна смешков. Не обратив на происшествие никакого внимания, блондин сдал Ируке свою работу и, дождавшись кивка от того, отправился на полигон, где предстоял спарринг с другими учениками. Всего каждому предстояло по два боя, один — со своими одногруппниками, второй — с детьми из параллельной.       Через двадцать минут все участники были на полигоне, Ирука подробно объяснял правила и запреты, установленные на эти поединки. Первыми сражались Киба с Шикамару, потом Хината против Харуно Сакуры, было еще много поединков, но Наруто их просто не смотрел, прилагая все усилия, чтобы не уснуть прямо стоя. Наконец, сенсей объявил Наруто и его соперника, Учиха Саске. В мыслях Узумаки тут же пронеслась мысль, что Умико мстит ему за взорванный в прошлом полугодии класс химии, ибо Учиха был силен как в тайдзюцу, так и ниндзюцу, а джинчурики засыпал на ходу. Нет, в целом у него с Ирукой были хорошие отношения, но тот обладал долгой памятью и иногда таким образом мстил наследнику Четвертого за мелкие пакости, которые сыпались на него со стороны квартета Узумаки.       Сенсей только подал знак к началу поединка, как Учиха одним ударом опрокинул Наруто на землю, что сразу отбило всякое желание спать у сына Кушины. Он не позволит этой выскочке побить себя на глазах у всех, злость и желание разукрасить смазливое личико Саске придавали силы. Встав в стойку, Наруто приготовился к продолжению боя, и наследник некогда одного из сильнейших кланов Конохи не заставил себя ждать, удары сыпались на блондина со всех сторон, но почти все он блокировал или отводил, изредка уклоняясь, работая на контратаках и изучая манеру боя противника. Было хорошо видно, что его не успели до конца обучить этому стилю боя, арсенал связок и серий ударов был приличный, но многие из них были рваными и незавершенными. После пяти минут боя, инициатива стала переходить в руки Наруто, Учиха пропустил несколько ударов в корпус и один в голову, были видно, что пока у него нет активированного шарингана, победить его не очень сложно. Несколько стандартных комбинаций и связок ударов заставляют уставшего Саске уйти в глухую оборону. Точное попадание кулака Наруто в голову Учихи дезориентирует того на секунду, за которую Узумаки успевает сделать подсечку, и вот уже его тушка с приданым от удара сына Кушины, с ускорением несется к земле, где и остается лежать бессознательной кучкой мяса и костей.       Ирука побледнел, видимо представил какой его ждет вечером разнос от Третьего, а Наруто, не скрывая своей радости, занял место среди одногруппиков; к нему тут же подошли несколько парней и стали живо обсуждать бой, единственной девочкой в мальчишеской компании оказалась Хината. Узумаки старался не обращать внимания на молнии и угрозы, которые в него метала Харуно Сакура. Сейчас был его час триумфа, и портить его он ни кому не позволит.       Тем временем, два чунина-медика привели Учиху в чувство, а его лицо — в первозданный вид. Ирука дал отмашку к продолжению боев, большинство прошли без эксцессов и происшествий, и только бедному Саске снова не повезло. Его еще похлеще, чем Наруто, отделал Рок Ли, единственный ученик академии, не способный создавать ниндзюцу.       После окончания спаррингов, Ирука отпустил юных шиноби по домам, объявив перед этим, что завтра всех ждет распределение по командам.

      Крыша резиденции Хокагэ.

      Третий был очень задумчив, результат выпускных экзаменов академии очень его удивил и застал потрудиться, чтобы подобрать более менее уравновешенные по силе и способностям команды. Пришлось даже назначить капитанами команд старых джонинов, тех, кто прошел огонь и воду Третьей войны шиноби, они были немного моложе самого Сарутоби, а по силе и умениям ничуть не уступали ему, постоянно готовя новых и новых АНБУ для защиты деревни, за последние одиннадцать лет ведомство Шимуры сильно увеличилось. Во время восстания Учих, он потерял более полутора сотен человек, но на боеспособности АНБУ и выполнении поставленных перед ними задач это никак не сказалось. Да еще и предстоящий совет, на котором Узумаки будет ознакомлен с деталями своего рождения и узнает, кто его родители. Тензо и команда мастеров печати будет, по словам Данзо, наготове.       — Дикобраз, — позвал одного из личных телохранителей Хокагэ.       — Да, Хокагэ-сама, — отозвался боец, появляясь из неоткуда.       — Пригласи ко мне Данзо, — отдал распоряжение Хирузен.       АНБУ исчез, а на его месте через минуту появился Шимура.       — Ты что-то хотел, Хирузен?       — Да, вот, ознакомься, — протянул Третий листок.       — Хм, когда они должны приступить к выполнению своих обязанностей? — задумчиво ответил Глава АНБУ.       — Завтра они получат команды и должны приступить к их обучению, — отозвал Сарутоби.       — Будет сделано, я свободен? — спросил Данзо, увидев кивок главы селения, без каких-либо спецэффектов, исчез.

Субмир.

      За огромным столом перед политической картой мира сидели все три местных жителя. Они оживленно обсуждали свежую информацию, полученную на крайней вылазке в реальный мир. Кушина с Минато пунктирными линиями отметили границы пяти великих стран двенадцатилетней давности. Все они незначительно расширили свои границы, а несколько мелких стран объединились вокруг Дождя. Обсуждения продлились до самого вечера, супруга Четвертого отправилась спать, а Намикадзе с Девятихвостым остались сидеть внизу. Через несколько минут они уже сидели на крыльце дома, Лис был крайне задумчив и даже не сразу откликнулся на слова Минато.       — О чем задумался?       — Да так, воспоминания.       — И о чем же?       — О семье, о жене и дочке погибших от руки завистливого соплеменника. Я тогда был простым рабочим, а он - одним из элитных воинов нашего предводителя, Миримэ отказалась стать его супругой, она предпочла богатой жизни, уют и семейное счастье. Он со своим отрядом в тот день вернулись из битвы с дроу, я тебе рассказывал, кто это такие, они выиграли сражение. Он тогда напился, и с двумя своими солдатами вломился в наш дом. Двухмесячную малютку он убил первой, а пока два его солдата держали меня, он медленно убивал Миримэ, я ничего не мог сделать; после того как она, истекая кровью, медленно умерла, он подошел ко мне и, вонзив два парализующих дротика дроу, приказал своими солдатам выкинуть мое тело где-нибудь рядом со входом в пещеры, тогда еще врагов нашего рода. Они беспрекословно выполнили его просьбу и, чтобы удостовериться в том, что я точно не доживу, всадили в меня несколько арбалетных болтов. Когда они уже собирались уходить, их навылет пробили несколько стрел, а из темноты входа в пещеру вышла жрица одного из племен дроу, в сопровождении трех соплеменников, я уже тогда был на грани, и это было последние воспоминание светлого эльфа работяги перед его перерождением в главу легиона танцующих с клинками, ставшего тенью великой провидицы, дочери древа Вечности, одной из тех, кто в моем мире объединил все пять разрозненных и враждовавших между собой семей эльфийской расы. Но до того, как это случилось, прошло восемь тысячелетий. Она не дала матриарху своего клана убить меня, сказав, что их богиня выбрала меня, и что я помогу им объединить всех дроу под властью одного правителя, но сначала, они должны выковать из меня настоящего воина. Долгих два тысячелетия я учился владеть клинками и набирал силу и уважение среди дроу, без жалости и сожалений убивая своих бывших соплеменников. После победы над одним из элитных отрядов рейнджеров, матриарх сделала меня главой танцующих с клинками, после этого столкновения со светлыми, мы прекратили, начав подминать под себя кланы соседних с нами дроу. Мы старались не проливать лишней крови, но через три тысячелетия это стало невозможно, несколько сильных кланов объединились и начали войну против нас, светлые воспользовались этим и попытались уничтожить главное святилище темной богини дроу, вот тогда и настал звездный час танцующих, до этого считавшихся лишь пушечным мясом. Восемь тысяч подчиненных мне бойцов без прикрытия в спешном порядке были отправлены на перехват отряда светлых, остальные же должны были идти прямо к храму на помощь жрицам. Но разведка просчиталась, и светлые уже штурмовали святилище, когда я со своими людьми начал преследовать их по следам. Выйдя в большую пещеру, где находился храм, мы увидели почти пятнадцать тысяч вражеских воинов, мы думали, что, скорее всего, он уже захвачен, но ошиблись. Две сотни жриц уже смогли отбить две волны нападавших и готовы были дальше стоять насмерть за свое святилище, но третью волну они бы не выдержали, мои бойцы с холодной яростью и готовностью смотрели на меня, воодушевленные примером избранниц своей богини, я раньше никогда не видел их такими. Я понял, что они не пушечное мясо, а элита, элита войск будущей империи дроу. В бой я бросился первым, они же, следуя моему примеру, снежной лавиной обрушились на не ожидавших такой силы и жажды крови светлых. Они не оставляли в живых никого на своем пути к стенам храма. В тот день, темная богиня получила огромную жертву, из светлых не ушел никто, а нас, из восьми, осталось, чуть больше тысячи, все в своей и чужой крови, но готовые при необходимости и дальше сражаться. Мне тоже неплохо досталось, из спины торчала стрела, по всему телу были порезы, мои, некогда русые, волосы стали кроваво-красными. Из храма к нам спустились жрицы и провели нас за стены великого святилища, там они с помощью магии и сил дарованных их богиней лечили нас жизненной энергией убитых нами врагов и павших от их клинков наших боевых друзей. А после битвы, старшая жрица спросила у моих бойцов, кем был тот дроу, что привел нас сюда и повел в бой. Она увидела, как они указали на меня, светлого эльфа, несшего на своем теле отметку главы танцующих с клинком.       — Наша мать приняла тебя в свое святилище, это значит, ты, светлый эльф, принял её веру?       — Нет. Я больше не верю богам, я лишь служу эльфийскому народу.       — Значит, она избрала тебя. Покажи мне свои клинки.       Я послушно вынул их из ножен, она, произнеся несколько слов на древнем общем языке древних эльфов, коснулась их. Лезвия от прикосновения засветились, а она произнесла.       — Отныне ты, воин предков, и имя тебе Танцующий со смертью. Хочешь ли ты чего-нибудь попросить у нас, жриц темной богини народа дроу?       — Ты дала моим клинкам силу, а мне имя, я же прошу тебя оказать эту милость и тем из моих воинов, кто сейчас находится в стенах этого святилища, они проливали кровь и готовы были умереть за это место, награди их за это по заслугам.       — Я выполню твою просьбу, отныне, твои воины будут носить отметку нашей богини, она даст им силы и упокоит их души после смерти.       После того сражения нас стали называть легионом смерти, через столетие, все дроу уже были под властью нашего матриарха, мы начали готовить свою армию к сражениям наверху. Но и светлые не спали, и после уничтожения отряда перед святилищем, у них появился лидер за восемь сотен лет, объединивший и сплотивший лесных, светлых и морских эльфов, и, загнав в самые непролазные горы лунных эльфов, отказавшихся подчиняться ему. Два тысячелетия землю нашей родины разрывали опустошающие войны, и лишь после того, как провидица народа Дроу приказала мне сопроводить её на остров единства, войны прекратились. Там, на острове, сошлись пять жриц- дочерей древа Вечности, приведенными в наш мир, чтобы вернуть нас к корням, воссоединить семью, разрушенную глупостью и близорукостью правителей минувших эпох. Конец войны ознаменовался свадьбой Партриахра и Мартриарха, двух враждующих сторон, и, в то же день, я, наконец, смог утолить свою жажду мести за смерть Миримэ и своей дочки, он был среди приближенных Партриарха, его глаза наполнились ужасом, когда он увидел меня, узнал по шрамам, оставленным теми дротиками. Убил я его быстро, просто отсек голову, а когда на меня бросились его люди, я даже не пошевелился, у меня больше не было цели, у меня ничего не было в том мире, ничего не держало. Тех, кто меня убил, дочери Древа просто развеяли в прах, одна из них рассказала, за что был убит советник Партриарха. Мое тело предали огню, чтобы очистить душу от всей крови, что я там пролил, волосы, после битвы у святилища, так и остались кроваво-красными, да и за два тысячелетия легион пролил предостаточно крови. Я все это видел уже будучи вырванным из тела, а после, был мерный теплый поток, в котором я плыл долго, очень долго, но потом, как бы очнувшись от него, вырвался за его пределы, где меня и подобрал Шинигами, — закончил свое повествование Лис.       — Ты для этого рассказывал нам все предыдущие истории?       — Да, ты же должен был понять, о чем я говорю.       — А как ты стал оборотнем? Да тем более таким?       — Об этом я расскажу вам в другой раз. А сейчас нам пора спать, так ведь, Кушина?       — Да, Мамору, теперь я, кажется, чуточку начинаю понимать тебя и то, что ты делаешь.       — Доброй ночи, — проигнорировал слова Узумаки Девятихвостый, отправляясь в дом, супруги еще несколько минут смотрели на кровавую луну, поднявшуюся над этим миром сегодня, после чего и они отправились спать.