Худшие страхи

— Кто-кто? Архивариус? Он и есть этот… Повелитель? — Да, именно это я и сказала, Кощей. — Откуда такая уверенность, Настя? — А оттуда, Василиса, что пока я… точнее моя душа была заперта в магической шкатулке, я много всего слышала. В том числе и те моменты, когда Повелитель оставался один. — Певица посмотрела на черное небо. Уже который день никто не видел солнца. С тех пор, как все потерянные нашлись, и первая битва с Повелителем вроде как завершилась победой сказочных, прошло три дня. Хотя всем жителям города показалось, что уже целая вечность. До сих пор шел подсчет убитых и раненных. Король и королева самолично навещали раненых, поддерживали родственников убитых. Тот факт, что правители наконец-то вернулись, серьезно поднял настроение выживших. Радимир выступил с пламенной речью, которая подняла в остатках людей боевой дух. Поскольку город был в кольце армии противника, помощи извне ждать не было смысла. — Значит, будем прорываться своими силами! Воины рода Медной Хозяйки, — король кивнул братьям Анастасии, — оказали нам хорошую поддержку. — Поддержку?! — Василиса снова взвилась не на шутку. Никто никогда не видел директора колледжа такой… неуравновешенной. — Ваше величество, при всем уважении, но эти люди… — Василиса, как ты смеешь перебивать короля? — как можно спокойнее бросила Настя, хотя изумрудные глаза ее уже светились недобрым пламенем. — Довольно! — повысила голос Елена. — Замолчите обе! Женщины притихли, им обеим было стыдно за свою вспыльчивость, но надолго ли? К счастью, в городе было слишком много дел, чтобы тратить время на пустые ссоры или перепалки. Убитых нужно было похоронить, а раненных — лечить. Лекарей не хватало, поэтому все маги, у которых сохранились хотя бы какие-то целебные настойки, приносили запасы в травмпункт, созданный прямо на центральной площади, точнее на месте того, что от нее осталось. Под навесами, на кушетках сидели маги, волшебные существа, а вокруг сновали целители и просто те, кто вовремя подносил то чистые бинты, то воду, то нужные лекарственные травы. Друид Ин Ибн Дюк не остался в стороне. Как никак, он — профессор ботаники и хорошо разбирался в свойствах целительных трав. Саша и Вася не отходили от него, с трудом перенося вид крови и страшных ран (все-таки видеть насилие по телевизору и в реальности — вещи совершенно разные). Васе несколько раз становилось настолько плохо, что он выбегал из-под навесов и долго держался за что-нибудь твердое, тяжело дыша. — Вася? Вась, ты чего? — к нему подошел Влад и опустил руку на плечо парню. Сидоров лишь шумно сглотнул. — Ясно. — Князь окинул быстрым взором все, что происходило внутри травмпункта. Он пришел сюда за помощью. — Так, подними голову. Дыши глубоко, но медленно. Прикрой глаза, если тошнит. — Спасибо… — выдавил Сидоров, когда ему немного полегчало. — Какой стыд… Но там так… мерзко… И как они только это терпят? — Мерзко, не спорю. А терпят, потому что нервы крепкие. — Влад несильно хлопнул его по плечу. — И желудки. Привыкай, Василий. Пока война не закончится, ты увидишь еще много крови, смерти, ранений и… — Приободрять ты ваще не умеешь. — Вася весь позеленел и принялся опять дышать. — Кстати, как твоя голова? — Паршиво. Но я в отличии от тебя не позеленел еще. Парни невесело посмеялись, и Влад вошел под крышу. Внутри, несмотря на то, что это был лишь навес, было душно. Пахло мерзко: кровью, мазями, травами… и еще какой-то гадостью. Но у князя были сильные желудок и нервы. А голова беспокоила. Он долго игнорировал боли, да и на руке оказалась глубокая рана. Он помнил, как один из волколаков пытался его укусить… И, кажется, один хватанул-таки его зубами. «Как бы бешенством не заразиться…» Влад сидел под навесом уже много времени, но ни один из целителей к нему так и не подошел. Парень знал причину: Василиса объявила на весь город, что Морок здесь, причем совсем близко. И плевать, что он давно потерял свою способность и снова стал человеком. Девочки тут же встали на защиту парня, и Настя вместе с ними. Елена и Радимир ради дочери и военного времени согласились принимать князя. Впрочем, у них другого выбора просто и не было: город до сих пор в кольце. «Проходят мимо, даже не смотрят… Словно и нет меня вообще…» — Господа лекари, — под навес зашла Настя. По обыкновению левая часть ее лица была скрыта под прядями волос. — Анастасия! — друид тут же принялся прихорашиваться. Он был давним ее поклонником. — Чем могу помочь? Женщина осмотрелась и остановила свой взгляд на Владе. — Благодарю. Но это я пришла, чтобы помочь. Господин профессор, — Настя подошла к друиду почти вплотную и зашептала, — у вас сидит человек раненный. Почему ему никто не помогает? Не осматривает… — Анастасия, это же он… Морок и… — У него есть настоящее имя — Владислав. И он ранен. Неважно, что он натворил в прошлом, сейчас он здесь и нуждается в лечении и уходе. Так, быстро подготовьте побольше чистой воды, таз, полотенца чистые и иглу с нитками. Ин Ибн Дюк опешил от такого заявления, но все же выполнил просьбу женщины. Настя просто кивнула в знак благодарности и направилась к Владу. — О, пришла таки одна сестра мило… — парень поднял уже затуманенный взор наверх и осекся. — А, это ты, Настя. — Не обижайся, приятель, но выглядишь ты паршиво. Давай-ка осмотримся. Пока Саша (именно его друид послал принести все, что просила Настя) натаскал чистой воды, принес бинты, сама певица внимательнее осмотрела рану на голове князя. Рана оказалась неглубокой, но ее нужно было помыть и перевязать. Влад почувствовал облегчение, когда смоченное в воде полотенце коснулось его головы. Это почти привело его в чувства. Он прикрыл глаза, сосредоточившись на прикосновениях полотенца, Настиных пальцев, которые так осторожно перебирали пряди его волос. «Вот если бы колючка так делала…» — Что-то тебя в жар бросило, — Настя пощупала пульс Влада, убрала полотенце в таз с водой и попросила Сашу налить еще. — Не нравится мне это. Влад, точно больше нигде ранений нет? А это что такое? — от внимательных глаз не укрылось бурое пятно в области плеча. — Ого! Плохо дело! Надо срочно промывать и зашивать. Давай, снимай рубаху. — Чего?! Ты что затеяла, а? — парень резко дернулся, но от боли у него словно искры посыпались из глаз. Он так сильно сжал челюсти, что зубы заскрежетали. — Давай-давай, шустрячком! Пришлось подчиниться. Влад никогда в жизни не чувствовал себя настолько униженным. Он никогда не терпел, чтобы кто-то видел его слабость. Но Настя словно бы и не замечала ничего, просто спокойно делала свою работу. Она промыла рану несколько раз, потом взяла жесткую нитку, специально для зашивания ран, обмакнула ее в какой-то пузырек, отчего нить начала бледно светиться. Болеутоляющего не было, поэтому пришлось зашивать по живому. — Тише ты! Не рыпайся! — шипела на князя Настя, наклонившись к ранению так близко, что парень почти чувствовал кожей ее дыхание. — А то я тебе эту руку к одному месту пришью! Рана была глубокой, сильно пульсировала, кровоточила, поэтому Влад испытывал боль. Даже у князя Тьмы был свой болевой порог. Раньше, во взрослом теле он бы не так остро реагировал на эту боль, но… — Так, — Настя небольно хлопнула его по затылку, когда Влад снова зашипел и дернулся от прикосновения иглы, — мне что, засовывать тебе в рот кляп, чтобы не скулил? Терпи, ты же мужчина! Все, кто находился под навесом, с непониманием, даже отторжением смотрели на эту картину. Не из-за того, что Настя вся перепачкалась в крови, а из-за того, что она так спокойно помогает самому давнему врагу мира Сказок. Разумеется, Василиса потрудилась рассказать каждому встречному о том, что произошло 300 лет назад: предательстве юной Насти, о том, что из-за ее болтливости погибло столько волшебников. Большинство жителей города были поклонниками таланта метаморфа, видели почти все спектакли и концерты с ее участием. На это директор колледжа и рассчитывала. Она была готова на все, чтобы от «Леди совершенство» отвернулись все, особенно ее поклонники, ведь Настя всегда была падкой на внимание. Однако всем было не до этого. До этого момента. — На нас все пялятся. — Процедил Влад. Наблюдение за окружающими отвлекало от боли. — Ты за свою репутацию не боишься? Настя молча покачала головой, продолжая шитье. Ей было жарко, от запаха крови уже начало мутить. Перед глазами расплывались круги, но женщина продолжала аккуратно зашивать рану Влада. Она знала, что главное — это ровно стянуть концы порванной кожи, а нитки, смоченные заживляющим зельем, сами приступят к обеззараживанию, а потом и к лечению. — Потерпи еще немного. Осталось парочка стяжков. Влад вздохнул с облегчением. — Я вижу, ты в полном порядке. Спасибо. — Да ладно. — Нет, Насть, — князь повернулся лицом к подруге, — правда… Спасибо. Метаморф смутилась всего на мгновение, потом усмехнулась: — Что-то ты после долгого общения с девочками стал слишком сентиментальным. — Она хихикнула на рычание Влада, сделала последний стежок и отрезала лишний кусок нитки. — Ну вот, все. Рубаху по-хорошему надо бы выстирать… — Вот, Анастасия, — Вася, которому уже стало лучше, подал ей чистую рубаху. Они с Владом обменялись почти дружескими взглядами. — О, спасибо, Вася. Пока Вася убирал после операции, а Настя тщательно смывала с себя кровь, Влад стащил с себя пропитанную кровью рубаху и надел чистую. Должное лечение заметно улучшило его состояние. Парень только-только успел застегнуть пуговицы, как заметил идущую к нему Варю. «Только ее тут не хватало! Лишь бы ничего не заметила…» — Есть свежие новости. Король зовет всех на совет. — Только и выдавила из себя Ветреная, когда в поле ее зрения оказалась жуткая картина лечебницы. Она до сих пор не могла забыть тот момент, когда на ее глазах начали убивать невинных и беззащитных… В юном девичьем мозгу, никогда в жизни не видевшем настоящего насилия, весь этот ужас не умещался. Варя даже забыла о гордости, о том, что всегда должна быть сильной и хладнокровной. Но как можно быть такой, когда вокруг страдают люди? Влад даже не закончил с пуговицами, быстро вышел из-под навеса, крикнул всем веление короля и быстро повел девушку прочь. — Бедные жители… Как так можно? Многие даже защититься не могли… Влад хотел отшутиться в духе «видишь, я не самое большое и опасное зло», но вовремя прикусил язык. Ему было невыносимо видеть, какой ужас поселился на лице девушки, как она ходила эти три дня, опустив глаза… Он поймал ее за руку. — Ко… То есть, Варя, я хотел… Извини меня… — За что? — насторожилась волшебница. — За тот поцелуй. — И? — Варе даже стало интересно. Чтобы князь Тьмы извинялся за что-то?! Это ново. — И вообще за то, как себя вел. — Быстро отчеканил Влад. — Но вообще-то ты сама виновата. — Чего? — девушка вырвала свою руку. — Оригинально ты извиняешься! — Ну так, я весь из себя особенный. — И снова этот надменный тон, высоко поднятая голова. Влад сделал шаг Варе навстречу. — Ну так, я прощен? Может, закрепим это? — С ума сошел? — волшебница отшвырнула парня от себя магией и быстро зашагала прочь. — Дурак! Так ничего и не понял! — А можно было поаккуратнее?! Тоже мне, пошутить нельзя! Но на самом деле он хотел сказать или точнее сделать другое: обнять, поддержать, укрыть снова от всего этого военного ужаса, но проклятое высокомерие вновь взяло верх. «Она права. Я действительно дурак! Черт!» — кулак полетел со всей силы в ближайшую стену. — Эй, Владик, тише-тише! Это стена, она не может дать сдачи. — Иди к чертям, Настя! — рявкнул князь. — И без тебя тошно! Эх, сейчас бы вина… Белого… Но Настя не ушла, наоборот подошла ближе. — А где Варя? Вы же вроде вместе пошли. Что, опять поссорились? — Да мы и не мирились! Хотел извиниться за… кое-что, но не получилось. Стало только хуже! Черт, она меня ненавидит! Настя замерла на мгновение. Что-то в голосе ее друга изменилось. Она впервые уловила эти нотки — отчаяние, досада и… — Постой, так ты это из-за… Вари так завелся? Боги, наконец-то это случилось! Он влю…! — Тише ты! Чего орешь-то?! Дура… — А ты не хами, дружок. Ай, ну тебя! Как будто у меня других дел нет, кроме как с малолетним князем возиться? Чао! — А ты-то чего такая заведенная? — усмехнулся Влад. — С мужем поссорилась? — Не твое дело! — Ты в курсе, Настя, что он у тебя жуть какой ревнивый? Надо же додуматься: ревнует тебя ко мне! — Слушай, Влад, а не пошел бы ты… — Куда? — Не скажу. При детях нельзя так выражаться. Да ты и слов таких не знаешь. Вот подрастешь, тогда может быть…

***

      Вот, что произошло за эти три дня. На совете, к которому из мира людей присоединилось еще несколько сказочных, в том числе Леший, а также Сказочник и Визирь, которые таки нашли в себе силы показаться на глаза правителям. Королевская чета была очень рассержена, Елена даже не хотела видеть их не то что рядом с ее семьей, даже в городе. От кого, но от самых близких людей, которые почти что сделали правителей теми, кто они есть, правители не ожидали ножа в спину. Впавшим в немилость пришлось скрыться подальше, покрытыми позором. Из города выхода все еще не было, поэтому Сказочник и Визирь скитались по городу, как неприкаянные. Когда все приглашенные на совет собрались, Радимир изложил нынешнее положение: людей, способных сражаться, было мало, запасы заканчивались, а враг с каждой минутой все сильнее. Но как победить Повелителя, никто не знал, ведь никто не видел его лица. Тут Настя и рассказала, об Архивариусе — величайшем сказителе всех времен. — Его сказки еще мой отец слушал от моего деда. А тот видел великого сказителя лично. Все помнят из истории, что он много путешествовал. Единственный, кто видел все миры Сказки. Но потом его слава померкла. Пришел новый сказитель. Настоящий хранитель сказок — юный Александр Пушкин. Этот факт не мог не расстроить великого мастера. Он и стал искать способы, как вернуть себе былую славу. Вот тогда Зло и нашло его. — Зло? — не поняла Аленка. — В каком смысле? — В самом прямом, царевна. — Настя суровым взглядом смерила черно-фиолетовые тучи. — Это та сила, которая питается всем самым плохим в человеке: жаждой власти, злобой, тщеславием, жестокостью... Но что самое страшное: неверием в чудеса и сказки. Когда человек перестает верить в чудо, это не так страшно, хотя Зло питается и этим. А вот если сам житель сказки разуверится… — женщину передернуло, она панически стала глазами искать Елисея и Асю. — Его мир умирает буквально. — И как же победить это Зло? — раздалось среди собравшихся. — Если великий сказитель находится под властью этой силы, нужно найти ее источник. — Рассуждал король. — Но для этого нужны силы и ресурсы. Ни того, ни другого у нас недостаточно. Железяка! Вперед вышел худощавый парень примерно одного возраста с Сашей и Васей, одетый, как кузнец: грязная, вся в саже рубаха, поверх кожаный фартук, в карманах которого покоились пассатижи, такие же кожаные перчатки по самый локоть, а на голове круглые очки, защищающие от искр во время работы с металлом. Темные волосы зачесаны на бок, а нежно-зеленые глаза растерянно смотрели по сторонам. — Я здесь, ваше величество. — Парень почтительно склонил голову. — Как твой отец? — Рука почти зажила. Говорит, что уже завтра готов приступить к работе. — После паузы парень добавил. — Но, ваше величество, у нас очень мало металла. Даже если те изделия, что остались целыми, переплавить… Нужно больше металла. — Король, — подал голос Кирилл — высокий стройный мужчина с совсем короткой стрижкой, но сзади была одна прядь заплетенная в черную, как смоль и жесткую, как конская грива, косу. Его золотистокарие глаза сверкали магией. Не сложно догадаться, что он был одним из братьев Насти. — Тут мы можем помочь. — Кирилл зачем-то начал шевелить пальцами так, чтобы камни в его перстнях сверкали всеми цветами радуги. — Гора нашего предка Медной хозяйки находится на территории города. — Верно. — Поддержали брата Олег, Руслан и Юрий — его братья. А Настя добавила: — Там, кстати, можно устроить и убежище. Хранители сокровищ горы охотно помогут нам. Радимир одобрительно кивнул. Василиса опять хотела что-то возразить, но метаморф ей не дала. — Однако, ваше величество, даже если мы запасемся металлом, провизией, среди нас мало тех, кто может действительно оказать сопротивление врагу и его армии. Это была правда. Радимир, Кощей, а так же Леший и Кот остались решать эту проблему, а Настя, ее братья, Патруль с мальчиками, а также Железяка и еще несколько кузнецов отправились к медной горе. По пути вновь обретенные братья и сестра много говорили, смеялись, вспоминая детство и последние минуты той битвы за мир сказок. Кирилл и Юрий как обычно выступили в роли строгих родителей, отчитывая Настю за легкомыслие. Разумеется, от них не укрылся факт, что Влад еще жив и по прежнему находится рядом с Настей, как и то, что князь сильно покалечил девушку во время битвы. И если Кирилл с Юрием более сдержанно отнеслись к этой новости, то Олега и Руслана пришлось долго успокаивать. Молодые воины, вечно кровь в голову ударяет… Но младшие братья Насти не собирались так просто спускать Владу его поступок. Парень после этого старался слишком часто не мозолить этим воякам глаза. «Эх, поскорее бы надеть доспехи, да взять в руки старый добрый меч…» — Стоило ли так резко раскрывать свою личность? — спросил Юрий — низкий и сбитый мужчина с первыми нитями серебра в темнорусых, как у Насти, волосах. Он отрастил крысиный хвостик-бороду, которую всю от самого подбородка до кончика покрывали маленькие металлические колечки с алмазной стружкой. — Ты это о чем? — Настя по детской привычке хлопнула брата по его бородке, отчего раздался приятный чистый колокольный звук. — Я об этом, сестра. — Юрий заботливо открыл левую часть лица женщины. Там красовалась белая полумаска из воска. — Василиса же только этого и добивалась. — Уверена, такого она точно не ожидала. Видели, как вытянулось лицо этой суч… — Настя прикусила язык, виновато покосившись на девочек. — А вообще, я давно знаю, от чего она бесится. — Не боишься, что она тебя засудит за предательство? — поинтересовался Кирилл. Настя покачала головой. — Эх, Настасья… Хоть ты и старше нас, но такая еще… девочка. Ты же замужняя женщина, мать двоих детей… Кстати, Елисей большой молодец. — Кирилл снова начал сжимать и разжимать пальцы с перстнями. — Какая сила льется из его маленьких пальцев. Война закончится, пусть в волшебный колледж поступает. Хватит нам одного дезертира в семействе. — Это что еще за намеки, брат? И хорошо, что я не закончила колледж. Они бы убили во мне творческий потенциал. — Настя на ходу достала из-под одежды голубой с перламутровыми переливами драгоценный камень на длинной цепочки и вставила в отверстие в выпуклом основании горы.

***

— Ну что, господа кузнецы! Прошу, смотрите, выбирайте! — Святые пассатижи! — только и выговорил Железяка, щурясь от блеска камней. — Это же настоящая сокровищница… Тут такие камни и металл… — юный кузнец взял в руки лист белого железа. — Мой прадед с таким работал и отцу рассказывал. Капризный материал, но какие из него доспехи выходят прочные… — Да. Наша семья многие века снабжала Сказочный мир металлом и драгоценными камнями. Кстати, — Настя прошла в центральную комнату в самом центре горы и с помощью того же камня открыла дверь в потайную комнатку, — вот тут мне кое-что понадобится. Девочки, пойдем со мной. Саша, Вася, Влад почти одновременно посмотрели вслед девочкам. Последней заходила Маша. Но в последний момент обернулась, краем глаза заметив, как Железяка тут же отвернулся. Его уши покраснели. Внутри комнатки по полу были также разбросаны драгоценности, ткани, украшения, а у стены стояла шкатулка из малахита на пьедестале. — Какая красивая! — восхищенно прошептала Снежка. Ей казалось, что шкатулка такая хрупкая, словно сделана из тонкого льда. — Настоящее чудо! — Говорят, что ее сама Хозяйка сделала. Только она знала, как сделать малахит таким тонким, похожим на первый лед… — метаморф открыла крышку, что-то забрала оттуда, несколько раз обернувшись на девочек. — Да, они должны помочь. — Настя! — в проходе оказался Олег — самый младший из детей их семейства. Светлые волосы с золотыми отливами, но полностью черные глаза, тонкие губы, аристократические скулы. Но за такой сказочной внешностью скрывался искусный фехтовальщик и первоклассный наездник. — Чего тебе, Олежа? Воин прошел в комнату и указал изящным тонким, как у музыканта, пальцем на запылившийся в углу доспех. Он был весь мятый, из красивого черного металла. — Так это?.. — Да, это твои доспехи. Те самые. — Так вот куда они делись! Настя, это ты их стащила?! Женщина скрестила руки на груди. — А что такого? Тебе они все равно были малы, а я в них прекрасно помещалась. Олег смахнул слой пыли с нагрудника. — Ладно… А шлем где? — А он… Понимаешь, братец… Короче, проверку на прочность не прошел. Олег? Олег, спокойно! — Я его сейчас убью! ТЕБЕ КОНЕЦ, МОРОК!!!

***

      Недаром говорят, что затяжное затишье несет за собой страшную бурю. Когда отряд возвращался с запасами железа и еды из медной горы, Повелитель снова напал. На этот раз воинов было так много, что казалось, они обратились в живую чуму, которая волной набросилась на всех его защитников. Однако на этот раз воины Повелителя не ставили цель убить кого-то. Они целились в запасы. Девочки стояли за спинами взрослых, вмешиваясь в битву только в самом крайнем случае. Противники пытались спалить еду, но Снежка накрыла телеги ледяным покровом, а Маша наращивала колючие заросли вокруг возов с железом. Аленка и Варя тушили возы, которые уже загорелись. От мальчиков было мало толку, хотя у каждого было оружие: у Саши тот самый кладенец, у Васи — рогатка, Влад прихватил меч из сокровищницы, а Железяка орудовал самой большой булавой, какая только бывает: вместо круглого шара с шипами к рукояти была приделана настоящая наковальня. И когда парень бил ею по врагам, металл их брони пел. Чисто и высоко. Мальчики никак не могли сосредоточиться на битве, все время поглядывая на своих подруг. В один момент Влад заметил, как к Варе, стоящей спиной, направляется один из воинов Повелителя. — Варя! Волшебница обернулась и… увидела только спину князя. Парень успел вовремя остановить меч, целью которого было сердце девушки. Влад впал в ярость. Он быстро и точно наносил удары, оттесняя врага от Вари. Девушка не могла отвести от него глаз. Ее сердце билось сильно-сильно. Но уже не от страха, а от волнения и восхищения. «Он только что спас мне жизнь… Хотя я наговорила ему столько всего…» — Влад, лови! Настя бросила парню новый меч, когда его собственный, не выдержав многочисленных выпадов, сломался. Рука удобно обхватила рукоять, лезвие сияло голубым, синим и фиолетовым светом. Варя с немым восхищением наблюдала, как крутится меч в руках князя. Так изящно и опасно он двигался… В душе волшебницы вспыхнул огонек веры. В город вернулись все живыми, хотя и смертельно уставшими. Несмотря на все старания, больше половины запасов еды были уничтожены. Это серьезно подкосило и без того ослабевший народ. К ночи все собрались у общего костра. Кормили детей из общего котла, сидели молча. У всех было тяжело и страшно на душе. — Мам, — к Насте подошла Ася и ласково обняла ее сзади за шею. — Что, золотце мое? — Я хочу спать. Спой колыбельную. — Ну хорошо, а какую? Девочка разомкнула объятия, взяла Елисея за руку, подводя ближе к костру, посадила его между матерью и отцом и только потом ответила: — Спой ту… Которая про реки изо льда. Настя улыбнулась, взяла дочку за руки. Какое-то время они молча соревновались в быстроте перемены внешности, потом певица сдалась: — Ну хорошо. Иди к маме на ручки. Все собравшиеся никак не отреагировали на этот разговор, слишком были погружены в свои собственные мысли. Варя бинтовала руку Владу, игнорируя суровый взгляд Василисы, а после и вовсе опустила голову ему на плечо. Аленка сидела в компании Саши, так же как и Снежка с Васей (эти весь вечер держались за руки), а у Маши завязался разговор с Железякой. Юный кузнец весь краснел и заикался, но все же поддерживал беседу. Остальные взрослые сидели то по одному, то по двое. И только первые нежные аккорды гитары в руках Андрея заставили всех выживших выйти из состояния оцепенения. Край суровый, море льда, есть река там, помнит всё она. Засыпай скорей, мой свет, и в той реке найдёшь ответ. Настя уложила Асю на руках как маленького ребенка и стала качать и баюкать, то и дело похлопывая по спине. Её воды, лишь нырнуть, всё расскажут и укажут путь. Так доверься глубине, но лишний шаг — и ты на дне. Она поёт для тех, кто слышит, и волшебство та песнь таит. Лишь тем, кто страхов своих выше, дано узнать, что река хранит. Елисей, глядя уже на спящую сестренку на руках матери, улыбнулся и первый раз зевнул. Край суровый, море льда, есть там мама, помнит всё она. В час когда домой придёшь, утратив всё, ты всё найдёшь. Закончив петь, Настя тихонько поцеловала Асю в лоб и смахнула слезинку с щеки. Ее вдруг саму потянуло в сон. Сидевшие у костра люди блаженно вздохнули. Снежка во время песни даже рисовала в воздухе красивые узоры. — Откуда ты эту песню знаешь? — спросил Настю Кощей. — Нам ее бабушка пела в детстве. А что? — Ты знаешь, что это за колыбельная? — Знаю. Она дарует надежду и веру. — Насть! А сыграй что-нибудь еще! — закричала Аленка. Андрей шикнул на нее, кивая на спящую Асю и уже клюющего носом Елисея. — В другой раз, Алена. — Мягко сказала Настя, поднимаясь на ноги. — Всем доброй ночи. Андрей поманил сына за собой. Супруги, едва отошли от костра, словно канули в непроглядную тьму. От этого всем стало жутко. Уложив дочь и сына спать, Настя и Андрей еще долго сидели у палатки. Мужчина накрыл временный дом куполом из громоотводов. Оба родителя были уставшими и измученными. Не нужно слов, чтобы они поняли чувства друг друга — оба чувствовали огромный страх за безопасность своих детей. Они понимали, что эта война отличается от прошлой, 300 лет назад. Теперь у них есть слабость, на которую враг всегда будет давить…

***

      Варя не спала этой ночью. Не из-за постоянного напряжения и возникающего страха от каждого шороха. Влад не давал ей покоя. Девушка совсем запуталась, не понимала, когда он настоящий: когда самодовольно задирает голову и подкалывает ее или когда молча, но яростно бросается на врага с мечом, спасая ей, Варе жизнь? «Что это было в тот момент? Восхищение?..» В итоге Варвара бесшумно выбралась из палатки, которую делила вместе с Машей и вернулась к костру. Вернее тому, что от него осталось. Там уже сидел князь собственной персоной и чистил меч, который ему уже сделал Железяка. Парень был очень доволен клинком. По руке, в меру тяжелый, острый и удобный. — Красивая вещь. — Сказала Ветровая, опускаясь напротив Влада. Она хотела снова развести небольшой костер, но решила, что это привлечет лишние глаза. — Мо… то есть Влад, я хотела… Спасибо, что спас меня. Не ожидала. Влад во все глаза уставился на нее. — Не ожидала? Как только в голову такое пришло? Колючка, ты так плохо обо мне думаешь? — Вернулись к «колючке»? — волшебница поникла. Князь отложил меч и сел к ней поближе. — Не вернулись. Само как-то… Черт! — он схватил ее за запястья, сжав чуть-чуть больно, но Варя не вырвала руки. — Не умею я говорить. Мусор это все! Нужно делом доказывать… — у парня голова закружилась, когда он посмотрел в эти полюбившиеся фиалковые глаза. — Просто знай, что я… всегда тебя прикрою. Веришь? Варвара очень благодарила ночь за темноту, и Влад не видел, как порозовели ее щеки. Она сплела свои пальцы с его, подалась вперед и поцеловала Влада. — Я верю тебе, Влад. Прошло три месяца       Положение в городе становилось плачевным. Люди недоедали, начали болеть, в то время как враг делался только сильнее. Приходили сообщения о том, что и другие города подверглись нападению. Зло расползалось по Сказке, как настоящее цунами. Труднее всего приходилось детям и старикам. Тогда король Радимир решил отправить их через портал в мир людей. И не только из Волшебного города, но и из других частей Сказки. Вот тут и пригодились способности Визиря открывать порталы. Волшебник был истощен и унижен, но не отказался помочь. И начался массовый поток сказочных жителей к порталу. Кощей, как мэр Мышкина, связался к королевствами по ту сторону портала, они согласились принять беженцев. Василиса распорядилась детей определить в колледж. — Мам, я не хочу уходить! — упрямилась Ася, скидывая с плеч рюкзак. Настя погладила дочку по голове. Волосы девочки стали такими мышиносерыми… Отражали состояние девочки. — Солнце мое, так нужно. Это ненадолго, пока война не закончится. Ты же большая девочка, видишь как тут стало опасно и трудно. И ты не будешь одна, с тобой будет брат. — Конечно. — Елисей взял ее рюкзак. — Давай, сестренка. Мы наконец-то увидим мир людей, о котором мама столько рассказывала. Андрей одобрительно кивнул сыну, от чего мальчик гордо расправил плечи. Ему всегда льстила похвала отца. Родители на прощание обняли детей, Ася не забыла про «чудных, но добрых» дядей, а с патруля настойчиво взяла слово, что они позаботятся о маме с папой и обо всем городе. Девочки пообещали. Их растрогали те гордость и восхищение, что плескались в больших глазах. В самый разгар перемещения в мир людей началась новая атака. На этот раз герои подготовились. Из добытого железа всем воинам сделали хорошие доспехи. Влад выглядел просто шикарно в своих: темно-синие, излучающие голубовато-белое сияние металла. Когда Варя впервые увидела его таким, ее девичье сердце точно пропустило несколько ударов. Уверенность князя отныне просто зашкаливала. Он много тренировался, в фехтовании ему не было равных. Саша с тех пор все время таскался за ним, тайком подглядывая за его тренировками. Олег и Руслан вместе с королем и Кощеем учили военному делу тех жителей, которые были способны держать оружие, Влад, больше не выдержав этих нелепых попыток Абрикосова повторить его приемы, взялся его учить. Вася и Железяка тренировались с более тяжелыми орудиями — булавами. Даже девочки теперь были во всеоружии. Настя подарила им новые силы, заключенные в украшения с драгоценными камнями: у Алены в ушах блестели рубиновые сережки-гвоздики, дарующие ей защиту от любой магии, Маша носила на серебряной цепочке кулон из малахита, обладающего свойствами всегда находить дорогу, Снежка все никак не могла налюбоваться на свой браслет, выполненный в восточном стиле: два кольца, большое и маленькое скреплялись изящной цепочкой, по всей длине которой была россыпь маленьких синих сапфиров*. Они наделили Снегурочку магией целительства. И наконец Варя. Ей Настя подарила тонкий ободок с цветком из аметиста — камня «шестого чувства» и всеведения. Сама же Настя надела на средний палец левой руки серебряный перстень с бирюзой. Этот камень обладал способностью наделять владельца храбростью и уверенностью, а так же «сглаживал» злые силы. — Василиса! — крикнула ей Ядвига, когда последние дети вошли в портал. — Удачи! Неизвестно, когда мы откроем портал снова! — Тетя, они уже совсем близко! — кричала Аленка, пуская в монстра Повелителя очередной огненный шар. — Если они прорвутся к порталу… — Не прорвутся! — Ядвига вытащила ключи из ячеек и бросила их Василисе. Та в шоке смотрела на нее. — Иного пути нет. Нельзя, чтобы Зло проникло в мир людей!