Канмусу класса "Планетарный потрошитель"

      С улицы в одном из окон больницы было видно женскую фигуру. Склонившись над электронной книгой, девушка увлечённо читала:       «– Страшно? – спросил Макс; они уже надевали шлемы.       – Конечно. Но штаны пока сухие.       Макс усмехнулся:       – Вот и отлично. Ничего, доставлю в целости и сохранности. На моём… как правильно?       – «Помело». На них летают ведьмы.       – Точно. Знакомая штука?       – Один раз попробовал. Оно от меня сбежало. Все очень смеялись».¹       Было трудно поверить, что несколькими днями ранее привлекательное лицо девушки представляло из себя один сплошной ожоговый рубец с обнажившимися мышцами и почерневшими остатками обгорелой кожи, но хирурги своё дело знали и теперь лишь несколько малозаметных шрамов указывали на проведённую операцию. Через кожу на голове пробивались коричневые волосы – из-за случившегося с девушкой несчастья все её волосы сгорели и теперь отрастали заново.       Впрочем, сама девушка не считала это проблемой – конечно, рост волос был для неё новым опытом, но вряд ли он чем-то отличался от замены повреждённых антенн или пострадавших плит обшивки во время техобслуживания между походами.       «Некоторые инструменты прочно связаны с профессиями: мастерок каменщика, молоток геолога, круг гончара… Строители космических станций придумали «помело».       В сложенном состоянии это просто метровая труба, заканчивающаяся «башмаком» вроде тех, на которые приземляются межпланетные аппараты. Но нажимаешь на кнопку – оно раздвигается в несколько раз; внутренние аккумуляторы импульса позволяют умелому оператору выделывать с таким «помелом» самые невероятные трюки. «Башмак» можно заменить клешнёй или крюком; есть и другие хитрости. «Помело» кажется простым в обращении, но только кажется.       Насосы умолкли, перестав откачивать воздух. Над внешним люком загорелась надпись «ВЫХОД»; потом он отворился, и они медленно выплыли наружу».¹       Девушка оторвалась от читаемой книги, посмотрев себе за плечо. Корветтенкапитен Колбе всё также стоял позади неё словно тень или надзиратель, всем видом выражая сосредоточенность на своей работе.       – Что-то случилось? – сухо поинтересовался он, почувствовав на себе её взгляд.       – Нет, всё в норме, – ответила она, – Хочу удостоверится, что вы не занимаетесь уклонением от своих обязанностей.       – Ага, как же, поотлыниваешь тут с тобой, после того, что случилось.       – Если бы вы относились с большей долей ответственности к своим обязанностям, то этой ситуации не произошло.       – Умоляю, только не начинай читать мне нотации, – Волкер страдальчески закатил глаза, – Мне разговора с начальством хватило.       – Судя по изменившимся алгоритмам вашего поведения, ваш разговор с начальством был более чем продуктивен, – её слова прозвучали больше как констатация факта, а не как вопрос. Волкеру оставалось лишь вздохнуть в качестве подтверждения её слов.       Видимо удовлетворённая его реакцией, девушка вернулась к книге:       ««Дискавери», как крыло ветряной мельницы, вращался в двухстах метрах от «Леонова». Корабли шли параллельными курсами вокруг Ио, которая загораживала полнеба – и закрывала Юпитер. Момент выхода выбрали не случайно: Ио работала как экран, защищающий людей от мощных энергетических разрядов, которые гуляли между двумя мирами. Но радиации хватало и здесь. Оставаться вне укрытия больше пятнадцати минут было бы крайне нежелательно.       Курноу тут же ощутил неудобство.       – На Земле скафандр был в самый раз, – пожаловался он, – Сейчас я болтаюсь как в погремушке.       – Всё в порядке, Уолтер, – вмешалась в радиоразговор бортврач Руденко, – В анабиозе вы потеряли десять килограммов, но они всё равно были лишние… Правда, три вы уже вернули.       Курноу не успел достойно ответить: его мягко, но сильно повлекло от «Леонова».       – Отдыхайте, Уолтер, – сказал Браиловский, – Ускорители не включайте, я всё сделаю сам».¹       Мысленно оставив космонавта Браиловского и астронавта Курноу где-то на половине их пути к дрейфующему «Дискавери», девушка обратилась к базе данных, называемой "воспоминаниями".       Первые дни, несмотря на то, что у неё был полный контроль над этим телом, ей пришлось есть с ложечки и кататься на прогулки в инвалидном кресле в компании санитара. Профессиональная гордость Ишимуры была жутко уязвлена – она, гордость СЕС и первый во вселенной «Планетарный потрошитель», была вынуждена полностью зависеть от окружающих её людей, без помощи которых нельзя было даже достать стоящую под кроватью утку, чтобы сходить по нужде. Ей до сих пор помнилось, как она через несколько дней после пробуждения попыталась пройти пару метров по палате на своих двоих. Не получилось – после первого же шага мышцы ног дрогнули и Ишимура с комфортом разлеглась на твёрдом полу, разбив нос и пополнив запас витиеватой нецензурной английской брани у половины больницы как минимум.       Тем не менее, ничто не вечно во Вселенной и со временем слабость в мышцах прошла, а инвалидное кресло было отправлено пылиться на склад, до востребования. Возвращение подвижности радовало Ишимуру (насколько этот термин применим к компьютеру, обнаружившему возвращение отключённой ранее функции), что вылилось в многочасовые прогулки по корпусу и территории больницы. Корветтенкапитен Колбе, с его же слов, по воле своего начальства был приставлен к Ишимуре "наблюдателем". В чём именно заключались его обязанности он не объяснил, но вполне логично что он должен был следить за всеми её действиями во избежание чего-либо нехорошего.       Собственно, если бы Волкер Колбе добросовестно исполнял свои обязанности, произошедшего удалось бы избежать.

ХХХ

      Конечно, внутреннее устройство и территория больницы проигрывали космическому пространству всухую, но Ишимура нашла способ обойти это препятствие.       Навигационная система Ишимуры включала автоматический маршрутизатор, помогавший с построением маршрутов между планетами и частично бравший на себя обязанности лоцмана (хотя по итогу самостоятельно, без помощи лоцманских кораблей, Ишимура редко стыковалась с чем-либо). Загрузив в маршрутизатор схему больницы и прилегающей территории, Ишимура выстраивала запутанный маршрут, после чего пускалась по нему в небольшой поход.       Такие блуждания "на автопилоте" позволяли Ишимуре обработать свои мысли и собрать дополнительную информацию. Пока она шла, приёмники и антенны на её борту нещадно вонзались в информационную сеть планеты, выискивая данные для составления полной картины происходящего.       История этого мира полностью совпадала с ранней историей Земли, которая была записана в базы данных Ишимуры. Значимые даты, исторические личности, технологические открытия, исторические периоды совпадали от первого до последнего бита. Различаться они начали во втором десятилетии двадцать первого века. В 2016 году по миру прокатилась череда странных событий, связанных с морской стихией – то нефтяная вышка где-то обрушится, то что-то попробует прогрызть корпус подлодки, то странный шторм какой-нибудь остров накроет да так, что несколько суток до него достучаться не могут.       Наверное, в то время никто не думал, что эти события взаимосвязаны. Сейчас же множество источников говорили о том, что это были испытания. Что-то проверяло людей, но ради чего? Ответ был получен в том же году, когда неизвестные существа массово атаковали корабли и портовые города людей. Они не были известны человечеству, они не проявляли каких-то признаков интеллекта и уж тем более не выдвигали каких-либо требований. Ничего из этого, только животная жестокость по отношению к людям, неясно чем мотивированная.       Людям было не впервой воевать – планета пережила множество войн разных масштабов. Но эта война стала для них в новинку. Технологии и оружие, создававшееся для убийства человеком человека, было бессильно противостоять новой напасти. Люди могли лишь отступать, не имея возможности дать достойного ответа противнику. Военные были бессильны, политики не могли договориться, а простой люд не знал, что делать. Устоявшийся за десятилетия порядок получил арматурой по затылку и был сброшен в пропасть, окропляя кровью торчащие на пути ко дну скалы.       «Времена смуты, неопределённости, страха, неуверенности, беспорядков и безумных теорий», – так в одном из исторических трудов описывались те месяцы. Жизнь в прибрежных городах исчезла полностью. Островные государства оказались в частичной или полной изоляции.       Часть государств пыталась на фоне этого попытать счастья поднять свой политический рейтинг и выбить для себя преференции. Так Россия – большая страна, расположенная в Североазиатском секторе согласно системе Земного правительства, – заявила, что раз уж у неё есть куча ледоколов и большой опыт в освоении арктических регионов, то только она может их эксплуатировать. Некоторое время это работало – ледокольные конвои ходили, полярные базы действовали, а ресурсы Арктики поступали в закрома России, чтобы она активно торговала ими по завышенным ценам или давала в кредит, чтоб когда-нибудь спросить с должников сполна. Однако потом сначала один конвой заявил об атаке, а затем ещё один и ещё, и ещё. Как оказалось, новые противники человечества не испытывали каких-либо проблем в водах Северного Ледовитого океана и с явным удовольствием топили огромные транспортники и ведущие их ледоколы. В итоге, когда под воду ушла целая русская военная база, утянув с собой три сотни человек и кучу техники, Россия свернула своё амбициозное начинание и решила попытать счастья спекуляцией своими континентальными ресурсами.       В Европе тоже было неспокойно. Потеряв контакт с Америкой, европейские страны оказались один на один с кучей проблем – от беженцев из разрушенных районов до непомерных цен на российские ресурсы. В свете этого большинством стран было принято решение о создании наднационального правительства, которое [временно] объединит Европу в федеративный блок. Новообразованный союз государств, получивший название Европейский континентальный альянс, первым же делом урезал демократические свободы ради установления порядка и восстановления своих территорий. Конечно, не всем это понравилось и кто-то даже пробовал бастовать, но большинство интересовали другие вопросы. В итоге на протяжении остатка 2016 и в начале 2017 годов ЕКА вёл оборонительные операции против Глубинных (так были названы атаковавшие человечество существа), попутно пытаясь сбавить грабительские цены России и разрабатывая свои альтернативные источники энергоресурсов, такие как ветряки, солнечные панели, геотермальные станции и старый-добрый атом. Ради последнего даже расконсервировали закрытые ранее АЭС, послав в длительное путешествие всех "зелёных".       Американские сектора мировые события также не обошли стороной. Тамошние страны оказались в изоляции от всего мира, имея лишь ограниченные средства взаимодействия с другими странами, такие как спутники, космические аппараты и сверхзвуковые самолёты. Если в Северной Америке ещё была какая-никакая стабильность, достигнутая как пропагандой объединения нации перед лицом внешнего врага, так и большим потенциалом в плане сельского хозяйства и инициированной правительством кампании по возрождению американской промышленности (в первую очередь ориентированную на военные нужды), давшей множеству людей рабочие места, то в Южной Америке случился просто парад революций и переворотов. Перенаселённые бедняками трущобы были готовы вестись на любые заверения демагогов, обещавших изгнать всех "понаехавших" и уже планирующих построение рая на Земле лично для каждого. Хунты и диктатуры сменяли друг друга чуть ли не каждую неделю, едва успев стереть со спинок стульев кровь предшественников, а континент постепенно начинал погружаться в состояние хаоса.       Конечно, латиноамериканцы, как и все нормальные люди, бросились подальше в надежде пересидеть где-нибудь, пока всё не устаканится. К несчастью для них, с начала 2016 года Северной Америкой правило довольно консервативное правительство, резким отказом ответившее на мольбы принять "пару-тройку" тысяч человек. Тогда мало кого удивила быстрота, с которой американские пограничники обзавелись поддержкой артиллерийских бригад, а на поиски нелегальных мигрантов начали поднимать боевые вертолёты с приказом стрелять на поражение.       Тогда же, с небывалым трудом, Аргентина и Бразилия, имевшие более-менее стабильные правительства, провозгласили образование Латинского мирного союза, который на бумаге должен был стать местным аналогом ЕКА. На деле же ЛМС стал инструментом свержения "неугодных" политиков и постановки "своих" – до сих пор курсировали слухи, что ЛМС был создан ЦРУ/масонами/Маджестик-12/иллюминатами/колумбийской наркомафией ради своих мутных целей, среди которых – впрочем, как всегда – маячило завоевание мира. Помимо разборок между латиноамериканцами (не все загорелись желанием примкнуть к сей своеобразной организации), ЛМС выкатил список претензий к США, требуя компенсаций за подстреленных гражданских. Эта тяжба тянулась до сих пор…       Глубинные пошатнули мировой статус-кво. Карта мира претерпела значительные изменения – старые связи оборвались, проторенные маршруты были заблокированы, какие-то территории были потеряны, а другие приобрели особое значение. За прошедшие годы карта даже несколько раз поменялась, но в целом на текущий момент ситуация выглядела стабильной. Пока что стабильной.       Ишимура была так увлечена поступающими данными и своими размышлениями, что не обратила внимания на висящий на стене указатель. То место, куда она направилась, было озаглавлено словом «Leichenschauhaus»².       Довольно скоро Ишимура уткнулась в металлические двери без смотровых окошек. Согласно показаниям сенсоров, за дверьми царила низкая температура, что навело её на мысль о продовольственном складе или лаборатории, где работали с органикой. Символы на дверях не обозначали какой-либо опасности, а сама дверь не была оборудована даже примитивной системой проверки. Проведя минуту перед дверьми, сканируя помещение за ними на предмет движения, Ишимура резонно решила, что это простой склад и никто на неё ругаться не будет, если она там немного прогуляется. С этими мыслями, она потянула дверь на себя…       Ужас накатил на Ишимуру словно тройной ураган³ на жалкую лодчонку, едва она переступила порог. Подсознание, словно в издёвку, выбросило перед глазами кадры с камер наблюдения из корабельного морга – десятки скатоподобных тварей сновали между трупами, заражая их внеземной инфекцией. Новоявленные некроморфы вскидывали стремительно изменяющиеся конечности, завывая словно одержимые демонами. Откуда-то издалека раздавались отчаянные крики разрываемого некроморфами члена экипажа. Эфир заполнял визгливый и протяжный звук сигналов ИКСов, сообщающих о смерти своих пользователей.       Видение было столь отчётливым, что Ишимуре показалось, что это происходит взаправду. Девушка в ужасе вжалась в стену, ожидая, когда ближайший труп разорвёт тонкую ткань своего савана и накинется на неё, чтобы растерзать костяными клинками. Но тварь медлила, будто позволяя Ишимуре найти хоть какое-нибудь оружие.       Девушка осмотрелась. Ничего похожего на плазменный резак поблизости не находилось. Хирургические инструменты были отвергнуты из-за малых размеров лезвий. Огнетушитель можно было использовать только ради того, чтобы извращённо размозжить себе череп в отчаянной попытке спастись от некротической заразы – да и то не было гарантий, что вашу хладную тушку под что-либо не приспособят. И тут на глаза Ишимуре попался пожарный топор. Примитивное орудие, с которого некогда началась людская цивилизация, висело внутри бордово-красного ящика со стеклянной крышкой. Не мудрствуя лукаво, Ишимура локтем разбила стекло и извлекла топор. Она медленно, словно ступая по минному полю, подошла к ближайшему трупу и занесла топор над головой покойника.       – Ничего личного, просто так ОНИ не смогут тебя использовать, – сказала Ишимура, обрушивая лезвие топора на череп трупа. Раздался противный хруст костей, в лицо полетели капли крови и иных телесных жидкостей, усохший мёртвый мозг чавкал каждый раз, когда в него вонзалось лезвие. Но на голове Ишимура останавливаться не собиралась. Все другие мысли вытеснила лишь одна: «Расчленить, отрезать конечности, сломать всё тело, изничтожить его». Вонзив топор в торс, Ишимура схватилась за руки трупа и потянула что есть сил…       Вернувшийся на свою вотчину патологоанатом узрел жуткую картину безумной бойни в стиле зомби-ужастиков. Тела его "подопечных" были изуродованы до неузнаваемости, пол устилали раздробленные кости и оторванные конечности, кровью были измараны все стены, потолок и оборудование.       – Святый Боже, что здесь произошло? – вымолвил он, осторожно протягивая руку к забрызганному кровью выключателю.       Дотянуться он не успел. Чья-то тонкая забинтованная рука щёлкнула выключателем раньше него, залив морг равнодушным белым светом. Патологоанатом обернулся и увидел стоящую у двери девушку в окровавленной одежде и с пожарным топором в руках. Она пристально смотрела на мужчину будто могла видеть его насквозь.       – Можно стакан воды, пожалуйста? – попросила Ишимура, но перепуганный патологоанатом не мог ясно соображать и бросился к выходу из помещения, испуганно вереща.

ХХХ

      С тех пор куда бы Ишимура ни направилась, Колбе следовал за ней по пятам, стараясь не отставать. Конечно, это немного раздражало, но Ишимура всё же отнеслась к назойливому присутствию Волкера с пониманием – в конце концов, это была его работа, которую он старался выполнить всеми силами.       После инцидента в морге с Ишимурой много говорили специалисты психологического профиля, пытавшиеся выяснить причины её поступка. В итоге, после живописаний событий, творившихся у Эгиды-7, уже некоторым из специалистов понадобилась помощь своих коллег. Заключение у большинства было одинаковым: «Острая форма некрофобии. Признаки посттравматического стрессового расстройства. Функциональные галлюцинации».       Ишимура сверилась с внутренним хронометром, выключая электронную книжку. Через несколько минут в двери постучится женщина, от встречи с которой будет зависеть развитие событий, в которые оказалась втянута «Планетарный потрошитель».

ХХХ

      Альбертина шагала по коридору больницы, мысленно думая о предстоящей беседе. По-хорошему, этим должны были заниматься люди более низких званий, но ситуация была нестандартной, так что адмирал Штельмахер решила разобраться с этим лично.       По пути она ещё раз пристально взглянула на себя в зеркале. После трансатлантического перелёта у неё было очень мало времени чтобы привести себя в порядок, но пять минут в туалете помогли вернуть надлежащий внешний вид. В крайнем случае, отсутствием понимания чужих обстоятельств канмусу редко страдали.       Добравшись до нужной комнаты, она, по привычке, вежливо постучала.       – Войдите! – раздался женский голос из-за двери. На записи это было плохо заметно, но голос новой канмусу отдавал некоторой электронностью – словно разговаривал болтливый сверх меры автоответчик.       Сама того не зная, Альбертина попала в точку. Текущим голосом Ишимуры был один из образцов голоса для системы внутреннего оповещения «Планетарного потрошителя».       В комнате оказалось двое. Первым был корветтенкапитен Колбе, стоявший около окна словно тайный агент, оберегающий важную персону.       Обладательница голоса сидела на стуле рядом с ним, покорно сложив руки на коленях. Это была высокая бледнокожая девушка худощавого телосложения, из-за чего для привыкшей работать с канмусу Альбертины она казалась подлодкой-переростком. Учитывая фотографии из отчёта, казалось удивительным, что она смогла так сильно изувечить тела в морге чуть ли не голыми руками. Что ж, внешность обманчива.       Волкер отсалютовал. Альбертина кивнула в ответ, после чего посмотрела на сидящую канмусу. Та смотрела на адмирала так, будто видела и её, и что-то за ней, отчего Штельмахер ощутила приступ дискомфорта.       – Здравствуй, меня зовут…, – начала Альбертина, приветливо улыбнувшись.       – Альбертина Штельмахер, – оборвала её Ишимура, – Адмирал военно-морских сил Федеративной республики Германия. Занимаете должность с февраля 2018 года.       – Как ты…?       – Ваша информационная сеть, – пояснила канмусу, – Как глобальная, так и местная. Я знала о вашем визите с тех пор, как корветтенкапитен отправил вам сообщение в девять утра.       Адмирал бросила косой взгляд на Волкера, но тот в ответ лишь пожал плечами, мол он тут ни причём.       – Полагаю, вы пришли сюда, чтобы поговорить со мной, так? – спросила Ишимура.       – Верно.       – Тогда я слушаю, – канмусу откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.       – Ну, – Альбертина замялась, подыскивая нужные слова. Заготовленный заранее план разговора нарушился в тот момент, когда Ишимура прервала её, – если ты можешь подключиться к интернету, ты должна понимать в какой ситуации оказалось человечество.       – Понимаю. Вы в состоянии войны, однако должна вас предупредить – я НЕ военный корабль. Боевые действия – это занятие кораблей с префиксом USM, а не USG как у меня. Это во-первых. Во-вторых – я не в праве заключать какие-либо договоры, не имея связи с корпорацией. Вообще, если говорить честно, таких прав у меня вообще нет, так как я – неодушевлённая собственность СЕС.       Альбертина тяжко вздохнула.       – Ты же понимаешь, как это звучит, особенно последнее?       – Понимаю. Конечно, ситуация в которой я оказалась довольно… своеобразная, – Ишимура подняла руку и подвигала пальцами, – но я действую согласно правилам корпорации. Я не могу участвовать в вашей войне, так как не являюсь боевым кораблём, и не могу заключать сделки как с правительством ФРГ, так и с ООН, не имея соответствующих полномочий со стороны СЕС.       Альбертина вновь тяжело вздохнула, едва сдерживая желание закатить глаза. Она села на стоящую в комнате кровать.       – Господи, дай мне сил, – пробормотала она.       – Только если он обеспечит вас связью с руководством СЕС, оставшимся в 2511 году, – саркастически ответила Ишимура, однако получив неодобрительный взгляд со стороны адмирала и корветтенкапитена явно стушевалась, – Извините, мне не стоило…       – Нет, что ты, всё в порядке, – поспешила заверить её Альбертина, – Герр Колбе, вы можете быть свободы. Я свяжусь с вами, когда закончу.       Волкер отсалютовал и вышел за дверь, оставив дам наедине.       – Знаешь, я тебя тоже отчасти понимаю. Не тебе одной приходится действовать по правилам, не все из которых адекватны в некоторых обстоятельствах. На прошедшем совещании как только не предлагали тебя использовать в бою, но итоговое решение оставили нам, как твоим владельцам.       – То есть я теперь ваша собственность? – Ишимура заинтересованно вскинула бровь.       – Юридически, да. Тебя призвали на нашей территории, так что технически ты наша канмусу.       – Канмусу? Значит так меня обозначили?       – Вообще-то так обозначают всех, подобных тебе. Ты же исследовала наши сети, так что должна была это знать.       – Возможно, я натыкалась на нечто подобное, но не придала этому значение, – Ишимура сделала мысленную пометку разобраться в этом вопросе после ухода адмирала.       – Бывает. Не всегда же нам быть всеведущими и всезнающими, ведь так? – тепло улыбнулась Альбертина, – В общем-то, не все канмусу являются боевыми кораблями. Среди них есть и плавмастерские, и ремонтные корабли, и суда снабжения. Никто же не будет бросать их в бой, верно?       – Верно, возможно, – ответила канмусу после некоторых раздумий, – Предлагаете оформить меня в одну из этих категорий? Грузы-то я возить могу, но вот только мой функционал сильно превосходит любой транспортник, а ремонтом других кораблей я вряд ли смогу заниматься.       – Нет, ты сохранишь своё обозначение и штатные обязанности. К ним просто прибавится несколько новых.       – Знаете, это звучит очень хорошо. Я бы сказала, что просто отлично, но мне кажется, что мои владельцы из СЕС будут против. Думаю, они бы начали возражать уже на этапе оформления меня как вашу собственность.       Альбертина невесело усмехнулась:       – Но ведь их здесь нет.       – Но вы можете с ними связаться, – уловив удивлённый взгляд адмирала, Ишимура пояснила, – А что? Вы смогли, как говорите, "призвать" меня в таком виде, значит у вас есть технологии, позволяющие переносить информацию через пространство-время.       Альбертина встала и сделала несколько шагов по комнате, прежде чем снова заговорить:       – Послушай, Ишимура. Мы были бы очень рады предоставить тебе возможность связаться с начальством. Уверена, они бы тоже были рады услышать, что с тобой всё в порядке. Но у нас нет такой возможности. Не перебивай, – адмирал предупреждающе подняла руку, когда Ишимура собралась возразить ей, – Технология призыва канмусу – это совершенно новая область науки и техники, создание которой иначе как чудом не назовёшь. Обычно ритуал, назовём это так, проходит без эксцессов, но в случае с тобой дали сбой просто колоссальное количество систем. Наши люди спасли тебя, но вот аппаратура была практически полностью уничтожена. На её восстановление уйдут месяцы, а возможно и годы.       Ишимура сидела, уставившись расфокусированным взглядом в угол палаты.       – То есть я сама по себе? – канмусу подняла взгляд на Штельмахер.       – Де-юре, да. Де-факто, нет. Мы можем принять тебя в наши вооружённые силы как представителя гражданского подрядчика, оказывающего свои услуги Объединённому флоту ООН. Тебя обеспечат всем необходимым, если понадобится, тебе проведут обучающий курс, а взамен ты будешь работать на нас по своим основным специальностям.       – То есть в итоге я остаюсь собственностью СЕС, но работаю на вас, так?       – Именно.       – Хммм, – Ишимура потёрла нос, – Тогда вы можете сделать так, чтобы ни у кого не возникло соблазна использовать меня в бою?       – Как я уже говорила, не все канмусу являются боевыми кораблями. Нужно всё согласовать, но тебя оформят как «шахтёрское исследовательское судно».       – Я очень серьёзно вооружена по вашим меркам, – заметила Ишимура.       – Это всем известно. Некоторые в командовании напирали на это, желая поставить тебя в одну линию с боевыми кораблями. Это может стать проблемой, – Альбертина задумчиво почесала подбородок. Примерно с минуту она расхаживала взад-вперёд по комнате, в итоге резко взмахнув руками, – Ааа, к чёрту! Оборонительное вооружение – это всё равно оборонительное вооружение, даже если его дохрена!       Ишимура склонила голову вбок, с интересом наблюдая за разворачивающейся сценой.       – Слава Альтману, вы это осознали, – улыбнулась она.       Альбертина улыбнулась в ответ, издав сдавленный смешок.       – Вы сказали, что к моему списку обязанностей вы хотели добавить дополнительные. Могу я узнать, что это за обязанности? – спросила Ишимура.       – Конечно, – ответила Штельмахер, – В первую очередь нам бы хотелось исследовать тебя. Ты же космический корабль, созданный с помощью технологий, опережающих наши на 500 лет. Плюс было бы неплохо для нас узнать о твоей исследовательской деятельности. Помимо этого, начальству интересно следующее: некоторые канмусу управляют отдельными базами в качестве смотрителей. Командование Объединённого флота хотело бы поручить тебе управление такой базой. База будет резервной, не на передовой, плюс рядом будет действующая военная база, персонал и канмусу которой прикроют тебя в случае любой опасности.       – И где эта резервная база расположена?       – Пока что наверху не определились до конца, но выбирают пока что между островами Юнаска, Кыска, Никольский и полуостровом Юкатан. В случае с первыми тремя за твоё прикрытие будут отвечать в Датч-Харборе. Если выберут Юкатан, то тебя будут прикрывать силы на Кубе, во Флориде и на побережье Мексики.       Взгляд Ишимуры вновь стал слегка расфокусированным – видимо она подключилась к сети и рассматривала карты указанных мест.       – Кыска и Юнаска расположены довольно далеко, вряд ли подкрепления успеют добраться туда вовремя. С Никольским может даже что-то получится – он довольно близко, прийти ко мне на помощь успеют. Юкатан… даже не знаю. Выглядит вроде вполне защищённым, но мне желательно знать точное место базы…       Внезапно Ишимура замерла, словно её ударило током.       – Погодите. Вы же не знаете, смогу ли я вообще двигаться в вашей атмосфере.       – Это – тоже часть запланированных исследований, – сказала адмирал.       – А если я выхлопом своих двигателей сожгу вам что-то важное, что тогда? Оштрафуете? Вычтете из зарплаты?       – Полагаю, назначение наказания за нечто подобное относится не к моим обязанностям, а к обязанностям военного трибунала. Меня если что за такое по головке не поглядят, так что мы в одной лодке. Будь добра ничего случайно не взорвать, окей?       Ишимура лишь вздохнула, пожав плечами.       – Окей, – ответила канмусу, – но ничего обещать не могу.       Ишимура встала со стула и подошла к адмиралу.       – Итак, раз уж мы всё обговорили, как насчёт оформить наши договорённости хотя бы в устной форме? Я записываю, если что.       – Сбросишь мне на почту?       – Укажете адрес – сброшу.       – Хорошо, давай сделаем это.       Штельмахер встала по стойке смирно, подняла руку и заговорила самым официальным тоном:       – Я, Альбертина Штельмахер, адмирал военно-морских сил Федеративной республики Германия и Объединённого флота Организации объединённых наций, принимаю услуги по добыче полезных ископаемых, медицинским исследованиям и административному управлению, предоставляемые подрядчиком в лице Concordance Extraction Corporation, обязуюсь всячески способствовать их деятельности и способствовать сохранению имущества и жизней сотрудников и представителей подрядчика. Также я обязуюсь способствовать обеспечению представителей подрядчика всем необходимым для исполнения их обязанностей.       Ишимура также подняла руку и произнесла в ответ:       – Я, USG Ишимура, звездолёт класса «Планетарный потрошитель», как представитель Concordance Extraction Corporation обязуюсь оказывать услуги по добыче полезных ископаемых, медицинским исследованиям и административному управлению Объединённому флоту Организации объединённых наций. Также я обязуюсь подчиняться прямым законным приказам представителей Объединённого флота Организации объединённых наций, кроме случаев, угрожающих представителям корпорации и выходящих за пределы допустимой самообороны.       Они опустили руки и заметно расслабились. Альбертина прошествовала к прикроватной тумбочке, чтобы налить себе воды из графина.       – Мисс Штельмахер, я же имею право проследить за тем, чтобы этот договор был оформлен в бумажном виде в соответствии с нашими словами? – спросила Ишимура.       – Полагаю, что это твоё законное право как заинтересованной стороны и участника договора, Ишимура, – кивнула адмирал.       – Вот и ладно.       – В таком случае, мы договорились?       – Да, мисс Штельмахер.       Они пожали друг другу руки, скрепляя сделку.       Так, несколько дней спустя, в списке подрядчиков Объединённого флота ООН появилась Concordance Extraction Corporation.