Опять эта грязнокровка

      Гермиона шла за Малфоем-страшим, все ещё не понимая происходящего. Зачем лорду нужна она? Зачем она вообще пошла к нему и до сих пор не сбежала? Конечно, понять всё происходящее было для нее непосильной задачей, однако, смотря сейчас на Малфоя-младшего, стала беспокоиться, ведь он с каждым шагом становился всё бледнее и бледнее. Казалось, что он просто не дойдет до этого помещения. Но он шел, выпрямляя спину и гордо держа свой аристократический нос. — Сын, прошу простить мисс Грейнджер, но тебе надо подготовиться к приему, который должен пройти в скорое время, — сказал Люциус и как-будто взглядом показал Драко убираться куда-то, причем чем скорее, тем лучше. — Прошу, пройди в свою комнату.       Потупив взгляд, Драко мимолетно посмотрел на Гермиону, будто запоминая, как она выглядит, и поспешил удалиться в ближайшем повороте. Девушка смотрела ему вслед, а после перебросила взгляд на хозяина поместья, который улыбнулся ей, но такой гадкой и презрительной улыбкой, в которой только и читалось: <<—Когда же ты, наконец, сдохнешь-то?>>, и прямым шагом пошел дальше, призывая её идти за ним.       В коридорах было мало картин, но все было в мраморе, от которого так и тянуло холодом и темнотой. Были окна, но они были прямиком закрыты шторами из материала, который не пропускал не малейшего лучика света, дальше она увидела красивейшую лестницу, которая вела на второй этаж и спускалась к библиотеке. Не став подниматься по лестнице, они прошли в следующий коридор, который вел прямиком в зал, где по рассказам некоторых недавно вступивших к пожирателям и проходили встречи.       Остановившись у двери, Люциус резко развернулся к Гермионе, перестав даже улыбаться этой мерзкой улыбочкой, а уже смотрел на нее с явной угрозой. Сердце той с треском лопнуло и собралось — настолько сейчас опасно выглядел человек, что ее затошнило от этого вида. Но показать свой страх девушка просто не хотела, поэтому, собрав в руках свою гордость, посмотрела на него с типичной ухмылкой его сына на лице. — Мисс Грейнджер, милая наша грязнокровочка, сейчас я представлю вам нашего дорогого гостя, и, если вы не будете вести себя хотя бы немного достойно, я лично кину вам Аваду в лоб. — Ох, мистер Малфой, вы сейчас мне угрожаете? — ответила Гермиона, посмотрев на него сверху вниз, хотя была намного ниже, чем сам Люциус. — Нет, мисс Грейнджер, я вас просто предупреждаю. — сказал он и открыл дверь, легонько толкая ее в спину, чтобы она вошла в зал. Глаза осветил свет, что было несуразно для такого помещения, Гермиона все время думала, что Лорд обитает только в темноте, привыкнув к свету. Она посмотрела на потолок, увидев самую красивую люстру на свете, которую только видела. Но, не подав виду, она опустила взгляд, гордо вскинув подбородок и осмотрев помещение, надеясь увидеть множество глаз смотрящих на нее пожирателей. Однако не заметила не одного, кроме трех человек, хотя, можно сказать двух человек и одного недочеловека, никого не было.       Лорд гордо восседал на кресле, рядом с ним стояла Беллатриса, смотря на нее взглядом полной злости и держа в руках палочку, сжимая ее чуть сильнее, чем обычно. Его красные глаза с вертикальными зрачками смотрели прямо в ее карие, пытаясь вызвать страх. И у него получалось это делать, потому что все нутро Гермионы тряслось, а разум кричал: <<Беги!>>       Отведя глаза на Люциуса, она не заметила, как «Тот-Кого-Нельзя-Называть» махнул рукой на дверь, и Малфой-старший, поклонившись, произнес: <<Повелитель>>, и удалился из собственной гостиной. Переведя свой взгляд на молодую женщину, он взглядом приказал ей покинуть помещение, однако она так и стояла, смотря прямо на место, где только что стоял мужчина. Резко переведя безумный взгляд на Гермиону, она улыбнулась самой жуткой улыбкой, на которую была способна, и, услышав змеиное шипение, поспешила удалиться, не отводя взгляда от девушки.       После хлопка закрывающейся двери, Грейнджер уже не могла унять дрожь в руках. Ведь она осталась одна в комнате с, возможно, самым опасным существом, которого она знала. От него нельзя было ждать чего-то определенного, а действия угадать было еще сложнее. Несколько минут они пробыли в полной тишине, было слышно только прерывистое дыхание Гермионы. -- Что я тут делаю? — спросила Гермиона, потупив взгляд, понимая, что из-за волнения вопрос не был сформулирован так, как надо. — Что? — от его голоса сердце пробило грудную клетку. — Что я делаю здесь? — Гермиона решила не отступать от своего.       Встав со своего трона (кресла), он пошел к ней, настолько плавны были его движения, что казалось, будто он не шёл, а летел. Следя за каждым его движением, девушка оставалась на месте, пока он не приблизился на слишком близкое расстояние, разглядывая ее лицо. Пряча глаза, смотря куда угодно, кроме его лица, она резко выдохнула, когда его рука дотронулась до ее лица и прошлась по щеке.       В этот момент двери в зал распахнулись и вошел Драко, застав их в слегка странной позе. Гермиона стояла возле Темного Лорда, а его рука застыла уже даже не на щеке девушки, а на шее, почти возле ключицы. Драко застыл в проходе, не понимая ситуации, и тем более не мог понять, что может произойти в следующую секунду. А Лорд, приблизившись к уху Гермионы, произнес: — Сейчас у тебя будет несколько вариантов развития, но только один правильный. Смотри, Драко поступил неправильно сейчас и я должен его наказать. Но насколько жестоко я накажу его, зависит только от тебя.       Резко развернувшись к парню, она посмотрела ему в глаза, пытаясь намекнуть, чтобы он уходил как можно скорее, но тот так и стоял на месте, как будто его заморозили. А в следующую секунду «Тот-Кого-Нельзя-Называть» уже поднял на него палочку, всматриваясь в глаза Грейнджер, пытаясь понять ее чувства. Однако его встретила стена, сделанная из самого твердого льда, заставляя задуматься, что он сделал правильный выбор на счет этой девчонки. — У тебя есть три варианта событий: ты можешь уйти, но тогда умрет он, возможно, сама ты, и твоя семья, которая находится сейчас в Австралии, думаю, адрес ты и сама знаешь, так что говорить не буду; если останешься и выслушаешь мои условия, то пострадает только он, но совсем не сильно; но есть и третий вариант, где можешь пострадать только ты. Однако его я могу сделать, только если ты согласишься, ведь ты моя гостья сегодня.       В глазах Гермионы резко защипало и полились горькие слезы. Ей захотелось упасть и бить этот чертов мрамор, пока руки не превратятся в месиво из грязи и крови. <<Черт, черт, черт, как они могли узнать, я же спрятала их, никто, кроме меня не знал, где они будут, никто, черт возьми, — лихорадочно думала она, а на лице не было ни одной эмоции, только несколько слезинок скатывались с глаз.       Смотря на это, Темный Лорд ухмыльнулся, а в глазах появилось блаженное спокойствие, он сделал все правильно, опять, шаг за шагом ломая главных марионеток, подавляя их воли, как сделал с Люциусом, с Беллатрисой, даже с Нарциссой, вся их семья была его верными псами, выполняя все его желания, вот только Драко пока что никак не хотел подавляться. — Я выбираю... выбираю третий вариант, — тихо раздался голос Гермионы, а «Тот-Кого-Нельзя-Называть» рассмеялся тихий голосом, злорадствуя, однако она его удивила, кого только не берут на Слизерин в это время.       Переведя палочку на нее, он произнес те слова, которые причиняют боль, которые ломают все кости. Закрыв глаза, Грейнджер почему-то не почувствовала ее, и приоткрыв один глаз, она увидела, как на земле корчиться от боли блондин. Он еще не упал полностью, однако уже стоял на коленях, сжимая кулаки и кашляя кровью. Еще немного, и он вовсе упадет. Слезы капали с его глаз, но он не кричал, сжимая кулаки так, что ногти впивались в кожу, а раны кровоточили. — Извините, мисс Грейнджер я передумал. Драко ждет наказание, так что вы можете отдохнуть.       Через несколько минут Лорд опустил палочку, а Драко, даже не посмотрев на нее, поклонился, и, сказав: <<Простите, мой Лорд>>, удалился. Девушка еще несколько секунд стояла и смотрела на то место, где только что корчился от боли блондин. — Почему? — Ох, моя маленькая девочка, я должен наказывать своих подчиненных, а то они будут отбиваться от рук, а в конечном итоге и кусаться. А вас я попрошу присесть, нас ждет серьезный разговор.       Присев на стул, Гермиона поняла, что одно неправильное действие и на полу будет лежать она, и уже не была уверена, что выдержит такое. — Я хочу вам сказать, что вы достойны великой чести, сегодня вы станете одной из нас. — А если я против такой замечательной чести. — Ох, прошу простить меня, но я вас не спрашивал, я сказал, вы станете одной из нас. У вас просто нет выбора, иначе ваша семья умрет, да и не только она. Вы сами не выйдете отсюда живой, а еще ваш дорогой мистер Поттер, сейчас находится в опасности. И если вы примете неправильное решение, то все они умрут в ту же секунду, как только вы откажете.       Сейчас взгляд Гермионы не выражал ничего, только все органы чувств будто перестали работать, а в горле встал ком. В этот момент ее жизнь медленно рушилась на ее же глазах. Все мечты со светлым будущем рассеялись, появилась только темнота, и ничего больше. А ведь и правда, выбора у нее совершенно не осталось.