Три сердца в унисон

Он чувствовал, что они втроём понимают друг друга настолько, что уже не нуждаются в словах.

      На стенде у мраморной лестницы висело объявле­ние, возле которого столпилось полсотни учеников. Рон, как самый высокий, встав на цыпочки, громко прочитал через головы:       «Турнир Трёх Волшебников. Делегации из Шарм-батона и Дурмстранга прибывают в Хогвартс в ближай­шую пятницу — 30 октября в 6 часов вечера. Уроки в этот день закончатся на полчаса раньше…»       Объявление взбудоражило обитателей замка. Куда бы Т/И ни шла, только и слышно: «Турнир Трёх Волшеб­ников», «Турнир Трёх Волшебников»…       Все как с ума по­сходили: кого допустят к конкурсу, какие виды волшеб­ства войдут в состязания, отличаются ли от них хоть чем-нибудь заморские студенты?       И, конечно, замок подвергся генеральной уборке. Не­сколько потемневших портретов хорошенько почисти­ли и помыли, к их вящему недовольству. Портреты ёжи­лись в своих рамах, сердито бурчали, кривя влажные ро­зовые лица. Рыцарские доспехи заблестели и задвигали руками без скрипа и скрежета. А Аргус Филч в ярости ки­дался на ребят, забывших вытереть ноги, и даже довел двух девочек-первоклашек до слез.       И вот наступил долгожданный день. Войдя утром в Большой зал, студенты на миг замерли — ночью на стены вывесили огромные флаги всех факультетов: Гриффиндорский — красный с золотым львом, Когтеврана — брон­зовый орел на синем фоне, желтый с черным барсуком пуффендуйцев и зеленое знамя с серебряной змеей Слизерина. Позади профессорского стола развевалось неве­роятных размеров полотнище с гербом Хогвартса: боль­шая буква «X» в окружении льва, орла, барсука и змеи.       Фред с Джорджем уже завтракали. Но опять сидели отдельно от всех и о чём-то шептались, что было им от­нюдь не свойственно. Т/И подошла к ним.       — Вы всё ещё не оставили эту затею?       — Они нас обманули! — воскликнул Фред.       — Никому не говори пока, — предупредил Джордж.       — Ты же меня знаешь.       — Это надо ж было так влипнуть, — сокрушался Джордж.       — Да-а, дело дрянь, — мрачно сказал Джордж Фреду. — Если он всё же откажется говорить с нами, придется пи­сать письмо, послать совиной почтой или прямо вручить. Он явно нас избегает, но мы своего добьемся.       — Кто вас избегает? — подсел к ним Рон.       — Исчезни, — буркнул Фред раздражённо.       — А почему дело дрянь? — спросил Рон Джорджа.       — Младший брат слишком приставучий.       — А что вы думаете о Турнире? Хотите в нем участво­вать?       — Я спросил у МакГонагалл, как будут выбирать учас­тников, а она не говорит, — сокрушался Джордж. — Ве­лела замолчать и заняться трансфигурацией енота.       — Интересно, что войдёт в состязания? — задумался Рон. — Держу пари, мы всё рав­но победим, правда, Гарри? Нам к опасностям не привы­кать.       — Не привыкать-то не привыкать. Но не перед судей­ской бригадой, — остудил брата Фред.       — А кто обычно судит? — спросил Гарри.       — Всегда директора школ-участниц, — подала голос Гермиона.       ***       Открылась дверца, украшенная гербом: две скрещен­ные золотые палочки, из каждой вылетают по три крас­ные звёзды; с облучка прыгнул мальчик в голубой мантии, наклонился, что-то нашарил на полу кареты и развернул золотые ступеньки. Тут же почтительно отпрыгнул назад, и из кареты появилась черная лаковая туфля размером не меньше детских санок, и сразу же за ней изумленным зри­телям явилась ее обладательница. Таких великанш Т/И никогда в жизни не видела.       — Дорогая мадам Максим! Добро пожаловать в Хогвартс!       — Дамблёдорр, — произнесла мадам Максим груд­ным голосом. — Надеюсь, вы пребываете в добром зд’гавии?       — Спасибо. Я в превосходной форме.       — Мои ученики, — небрежно махнула она назад ог­ромной ручищей.       Их было десятка пол­тора, и все они дрожали от холода в мантиях из тонкого шелка. Кое-кто обмотал голову теплым шарфом.       Откуда-то из темноты донёсся престранный звук.       — Озеро! — крикнул Ли Джордан. — Гляньте на озеро.       Стоя на возвышении у замка, они отчётливо видели внизу чёрную гладь воды, которую теперь уже нельзя было назвать гладью. В середине озера появились завих­рения, затем огромные пузыри, глинистый берег захле­стнули волны, и вдруг в самом центре возникла воронка, как будто на дне вынули огромную затычку. Величественный корабль неторопливо всплывал из воды, мерцая в лунном свете.       Вскоре раздался звук брошенного на мелководье якоря, и на берег спустили трап. С борта потянулись пассажиры, и в иллюминаторах замелькали движущиеся фигуры. Чело­век, шедший первым, был одет в другие меха — гладкие, блестящие, серебристые, под стать волосам.       — Дамблдор! — радостно воскликнул он, поднимаясь по склону. — Как поживаете, любезный друг?       — Благодарю, прекрасно, профессор Каркаров.       ***       — Торжественный миг приблизился.— Дамблдор ог­лядел, улыбаясь, обращённые к нему лица. — Турнир Трёх Волшебников вот-вот будет открыт. Перед тем как вне­сут ларец я хотел бы коротко объяснить правила нынешне­го Турнира. Но прежде позвольте представить тем, кто не знает, мистера Бартемиуса Крауча, главу Департамента международного магического сотрудничества. А также Людо Бэгмена, на­чальника Департамента магических игр и спорта. Мистер Бэгмен и мистер Крауч, организаторы Тур­нира, без устали работали несколько месяцев, и они войдут в судейскую бригаду, ко­торая будет судить состязания. В Турнире, как известно, участвуют три чемпиона, по одному от каждой школы-участницы. Их будут оце­нивать по тому, как они справились с очередным состя­занием. Чемпион, набравший во всех турах самое боль­шое число баллов, становится победителем. Участников Турнира отбирает из школьных команд беспристраст­ный выборщик — Кубок огня. Желающие участвовать в конкурсе на звание чем­пиона должны разборчиво написать свое имя и назва­ние школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, — сказал он. — Им даётся на размышление 24 часа. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Турнире Трёх Волшебников. К участию в Турнире будут допущены только те, кто достиг 17 лет. А чтобы те, кому нет семнадцати, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию. Всем, кто младше указанного возраста, пересекать эту линию запрещено. И последнее: желающие участвовать в конкурсе, прими­те к сведению — для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Турнир до кон­ца. Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним маги­ческий контракт, который нарушить нельзя. Посему хо­рошенько подумайте, действительно ли вы хотите уча­ствовать в Турнире. Ну а теперь, кажется, самое время идти спать. Всем, всем доброй ночи.       — Запретная линия! — воскликнул Фред, выходя из зала, глаза у него возмущённо сверкали. — Её наверняка можно обмануть зельем, ну, которое набавляет возраст. А когда уже имя в Кубке, кричи «ура»! Кубку всё равно, сколько тебе лет!       — Дело не в возрасте, — возразила Гермиона. — Мы ещё очень мало знаем, и нам такие состязания не по плечу.       — Говори только за себя, — обозлился Джордж.       ***       — Интересно, что за задания будут на Турнире? — задумчиво протянула Гермиона.       — Без понятия! — фыркнула Т/И. — Ты хотела бы принять участие?       — Я? Нет, конечно! — удивилась Грейнджер и перевела взгляд на Диггори. — Просто любопытно, насколько они рискуют своими жизнями.       — Е-е-есть! Е-е-есть! — их прервал задорный смех вбежавших близнецов Уизли. — Мы сделали это! Мы сделали это! — повторили они под одобрительные возгласы других учеников. — Сегодня утром приготовили…       — Ничего у вас не получится! — с довольной улыбкой громко произнесла Гермиона, тем самым привлекая внимание к ней и Т/И.       — Неужели? — близнецы оказались по бокам от девушек. — Это почему же, Грейнджер?       — Видите черту? — Т/И указала на парящий в воздухе круг из лёгкой дымки. — Это возрастная черта. Дамблдор её сам провел.       — И что, Т/И? — раздалось почти над самым ухом девушки.       — Неужели не понятно?! — вмешалась Гермиона, громко хлопнув учебником. — Такого гения, как Дамблдор невозможно обмануть при помощи дурацкого трюка вроде зелья старения.       — В этом вся его прелесть! — снова раздался голос Фреда.       — Как раз, потому что оно такое дурацкое! — продолжил Джордж.       — Вы даже встать за черту не сможете, — фыркнула Грейнджер.       — Спорим, что сможем? — азарт загорелся в глазах близнецов.       — Хорошо. На что? — поддалась им гриффиндорка. — Если мы туда попадём, то ты делаешь       за нас домашнее задание весь месяц, — пояснил условия Джордж.       — А если вы туда не попадёте, то вы весь этот месяц не будете проказничать! — коварно произнесла Гермиона.       Парни задумались, но всё же согласились ведь были абсолютно уверены, что зелье сработает.       — Спорим, что вы там и 15 секунд не простоите, если попадёте, — подала голос Т/И, и парни сразу же уставились на неё.       — И что нам за это будет? — спросил Фред, всё ещё находясь близко к ней.       — Мм-м… — задумалась девушка. — Если вы победите, то получите по желанию, каждому, но в пределах моих возможностей. И наоборот. Если выигрываю я, то желания с вас.       — Согласны! — хором произнесли близнецы.       — Пожелай мне удачи, Т/И. И после этих слов Фред чмокнул девушку в щеку. Когтевранка поздно спохватилась, резко подняв голову и уставившись широко раскрытыми глазами на уже повернувшегося спиной Уизли.       — Готов, Фред?       — Готов, Джордж!       — Пей до дна!       Парни встали на лавочку и выпили своё зелье, а затем перепрыгнули через черту вокруг Кубка. Сначала в зале было тихо, но как только они оказались за чертой, то все зааплодировали им, а парни, довольные своей выходкой, танцуя обошли вокруг Кубка.       — Мы стоим здесь, Грейнджер! — сказал Фред, и они с братом тут же опустили свои имена в Кубок.       Вот только, если черту они пересекли, это не означало, что они смогли обмануть сам Кубок. Как только бумажки с их именами коснулись голубого пламени, то их тут же выкинуло за пределы черты. Стоявшие вокруг ученики удивлённо наблюдали за превращением близнецов в стариков. У них отрастали бороды, удлинялись волосы, и их замечательный рыжий цвет превратился в седину.       — 12 секунд, — донеслось следом как приговор от Т/И.       — Ты сказал…       — Ты сказал…       И близнецы сцепились в драке на полу, пытаясь выяснить, кто ошибся. А Т/И, проходя мимо, снова повторила громко:       — 12 секунд, Уизли. Вы должны мне по желанию.       — Я же предупреждал, — послышался низкий голос Дамблдора: в глазах у него плясали весёлые искорки. — Ступайте к мадам Помфри. Она уже лечит мисс Фосетт из Когтеврана и мистера Саммерса из Пуффендуя. Им тоже захотелось себя состарить. Но, признаться, их бо­роды ни в какое сравнение не идут с вашими.       Фред с Джорджем отправились в больничное крыло в сопровождении хохотавшего до колик Ли. Т/И пошла следом.       ***       Освещённый свечами Большой зал был уже почти полон. Кубок огня стоял на преподавательском столе перед пустым креслом Дамблдора.       Фред и Джордж, опять с гладкими лицами, стоически перенесли разочарование. Т/И, Гарри, Рон и Гермиона сели рядом.       — Надеюсь, он выберет Анджелину, — сказал Фред.       — Я тоже! — горячо откликнулась Гермиона. — Теперь совсем скоро узнаем.       — Кубок огня вот-вот примет решение, — начал Дам­блдор. — Думаю, ему требуется ещё минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к сто­лу и проследовать в комнату, примыкающую к залу. — Он указал на дверь позади профессорского стола. — Там они получат инструкции к первому туру состязаний.       Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамен­та. Зал замер. Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, осве­щенный огнем, опять синевато-белым, и Дамблдор гром­ким, отчетливым голосом прочитал: — «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам».       Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и востор­женных криков.       — Так и должно быть! — громче всех кричал Рон.       Пламя вновь покраснело, и Кубок вы­стрелил ещё одним куском пергамента.       — «Чемпион Шармбатона — Флер Делакур!» — возве­стил Дамблдор.       Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дам­блдор поймал его и прочитал:       — «Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори».       — Ну почему он?! Почему? — возопил Рон.       — Превосходно! Мы теперь знаем имена чемпионов. Я уверен, что могу положиться на всех вас, включая уче­ников Шармбатона и Дурмстранга. Ваш долг — оказать всемерную поддержку друзьям, которым выпало защи­щать честь ваших школ. Поддерживая своих чемпионов, вы внесёте поистине неоценимый вклад…       Дамблдор внезапно остановился, и все сразу поняли почему. Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. В воздух взметнулось пламя и выбросило ещё один пер­гамент. Дамблдор не раздумывая протянул руку и схватил его. Поднес к огню и воззрился на имя.       Повисла длинная па­уза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал:       — «Гарри Поттер».       Гарри повернулся к Рону с Гермионой. Все гриффиндорцы глядели на него, разинув рты.       — Это не я бросил в Кубок свое имя, — растерянно проговорил Гарри. — Вы же знаете, это не я.       Гарри поднялся на ноги, запутался в полах мантии и, спотыкаясь, побрел к преподавательскому столу.       Все были в шоке. Т/И вместе с близнецами пошла дожидаться Гарри в гостиной Гриффиндора.       ***       Когда Гарри вошёл, все встретили его громкими аплодисментами. Т/И не разделяла их восторга. Участвовать в турнире — очень опасно. Она переживала за друга.       — Как ты это провернул? Почему не поделился с нами?! — завопил Фред.       — А где же борода? Класс! — взревел Джордж.       — Но это не я, — истово произнес Гарри. — Понятия не имею, кто это сделал.       — Пусть не я, главное — гриффиндорец! — кинулась ему на шею Анджелина.       — Постарайся, Гарри, взять реванш за прошлогоднее поражение! — воскликнула Кэти Белл.       — У нас тут столько еды, Гарри! Иди ешь!       — Не хочу, наелся на празднике.       Гарри ушёл спать. Т/И посидела ещё немного с Уизли, а потом тоже ушла.       ***       Идя в Большой зал, девушка сразу заметила две рыжие макушки. Непроизвольно улыбка сама появилась на её лице.       — Уизли! — Фред и Джордж моментально развернулись, широко улыбаясь. — Спорим, я первая добегу до Большого зала.       — Замётано, — парни подошли к Т/И. — Но если выиграем мы, ты будешь должна нам желание.       — Идёт.       Они сорвались с места одновременно, при этом даже не пытаясь досчитать до трёх. Все эти гонки стали такими обыденными, что они трое знали, когда нужно начинать, без каких-то лишних, совершенно не нужных слов.       На какую-то долю секунды Т/И потеряла близнецов из виду, но уже через мгновение рыжие мчались перед девушкой, расталкивая всех на своем пути.       Первым до нужных дверей добежал Фред, буквально через секунду в него врезались Т/И и Джордж.       — С тебя желание, Т/И, — улыбнулся Фред.       ***       Смех, крики завхоза, топот бегущих прочь от места преступления ног.       Еле выровняв дыхание, Т/И с Фредом спрятались в потайной ход, о котором не знал даже Филч.       — Т/И… Только псих сможет во время того, как Филч спит, перекрасить ему волосы в фиолетовый и заплести косички!       — Эй! Это вообще-то было ваше желание, — возмутилась девушка.       — Мы не думали, что ты согласишься.       — Я привыкла выполнять обещания. Но ты не знаешь самого главного. Я наложила на него заклятие, после которого краска вместе с косичками будет держаться целый месяц! — воскликнула Т/И.       — Ты сумасшедшая, — восхитился Фред.       ***       Сегодня первое задание турнира. Т/И заняла своё место на трибуне рядом с близнецами.       Драконы.       Так вот о чём говорил Чарли. Жаль, что Т/И его не встретила. Девушка была бы не против пообщаться.       — Ну, Т/И, как думаешь, кто победит? — спросили близнецы.       — Не знаю. Наверное, Крам. У Гарри, думаю, будет 2 место.       — Ставка принята.       Первым вышел Седрик, затем Флёр и Крам. Гарри оставили напоследок. Он поднял палочку и крикнул:       — Акцио «Молния»!       Гарри взмыл высоко вверх. Он летал то в одну сторону, то в другую, соблюдая рас­стояние — под драконий огонь попадать нельзя.       — Давай, давай, — дразнил Гарри, то приближаясь, то отлетая. — Я здесь. Схвати меня. Лови! Вот так…       И дракониха не выдержала, расправила чёрные кры­лья размером с небольшой самолёт. Гарри среагировал мгновенно. Не успела дракониха понять, в чем дело, куда делся враг, а он уж стремглав мчался вниз к гнезду яиц, незащищенному когтистыми лапами. Оторвав руку от «Молнии», схватил золотое яйцо и на огромной скорос­ти взмыл вверх.       Т/И, Фред и Джордж спустились к Гарри и поздравили его с успешным прохождением задания. Все вместе они пошли в замок. По дороге в школу их догнал Чарли Уизли.       — Вы с Крамом заняли первое место, Гарри! — ска­зал он. — Я побежал, надо послать маме сову. Я поклялся ей подробно всё описать — это было что-то невероят­ное! Да, меня просили тебе передать, чтобы ты вернул­ся на несколько минут. Бэгмен хочет поговорить с чем­пионами.       Гарри пошёл к Людо.       — У Гарри первое место, так что с тебя желание, Т/И, — улыбнулся Джордж.       — Эй! Крам победил, как я и говорила, — возмутилась волшебница.       — Но Гарри тоже победил. Не отмазывайся теперь.       Девушка вздохнула:       — Вы же не отстанете?       — Нет, — хором ответили братья.       — Ладно.       ***       Ли Джордан взвесил на ладони золотое яйцо, оставленное Гарри на одном из столов.       — Открой его, Гарри! Посмотрим-ка, что там внутри!       Джордан протянул Гарри яйцо, опоясанное тонень­ким желобком, Гарри открыл ногтями: яйцо было полое и совершенно пустое. Комнату тут же прорезал жуткий, пронзительный вой.       — Закрой! — зажал уши Фред.       Гарри захлопнул.       — Что это такое? — посмотрел на яйцо Симус Финниган. — Похоже на ведьму-банши. Может, тебе с одной из них предстоит сразиться?       — Словно кого-то пытают! — пролепетал побледнев­ший Невилл, опрокинув на пол сосиски. — Наверное, к тебе применят заклятие Круциатус!       — Глупости, Невилл. Это противозаконно, — заявил Джордж — Они не посмеют использовать Круциатус на чемпионах. Этот звук, клянусь, точь-в-точь пение Перси! Гарри, не с ним ли тебе предстоит сразиться? Представ­ляю, та ещё сценка! Перси поет в душе, а Гарри терпит его рулады!       — Гермиона, не изволишь взять тартинку с джемом? — предложил Фред, протягивая тарелку.       Гермиона поглядела на Фреда подозрительно.       — Не бойся, — улыбнулся Фред. — Не колдовал я над ним. Вот сливочных помадок лучше остерегаться.       А Невилл как раз отправил в рот помадку. Услышав слова Фреда, он поперхнулся и выплюнул нежное слад­кое кушанье.       — Шутка, не переживай, Невилл! — рассмеялся Фред.       Гермиона взяла тартинку и спросила:       — Фред, ты всё это принес с кухни?       — А то, — просиял Фред и тоненько пропищал, изо­бражая домашнего эльфа. — «Сэр! У нас есть для вас всё! Всё, всё, всё!»       — А как ты туда проник? — невинным голосом поин­тересовалась Гермиона.       — Проще простого. Там есть картина, корзинка с фруктами, за ней потайная дверь. Пощекочи грушу, та хихикнет, и… — Фред остановился и вопросительно по­смотрел на Гермиону. — А чего это тебя так интересует?       — Ничего, — быстро сказала Гермиона.       — Собираешься вывести их через эту дверь? Органи­зовать забастовку? — хмыкнул Джордж. — Надоело во­зиться с дурацкими листовками и хочешь теперь под­стрекать их к восстанию?       — Пожалуйста, не читай домовикам лекции о пользе одежды и зарплаты! Не расстраивай их! — воззвал к ней Фред. — Собьёшь с толку бедняг, и они перестанут готовить!       Обстановку разрядил Невилл — превратился в здоро­венного кенаря.       — Прости меня, Невилл! — перекрывая всеобщий хохот, крикнул Фред. — Мы именно помадки заколдо­вали!       Чары оказались мимолётные. Невилл недолго красо­вался в золотом оперении. Минута-другая, и он уже сме­ётся вместе с другими.       — Канареечные помадки! — торжественно объявил Фред. — Наше с Джорджем изобретение! Семь сиклей порция — налетай!