Доброй ночи

...Устал. Представители элиты уставать не могут. Да, я помню, на сколько рассчитан, и до критических величин еще далеко. Я не могу устать физически. А морально? Спасибо Юпитер за Рауля. "Как думаешь, удалось бы создать модель совета синдиката в лабораторных условиях? Для тестов, к примеру. Думаю, ядовитые рептилии как раз подойдут - можно было бы моделировать некоторые ситуации, делать прогнозы. Хочешь, займусь на досуге?" Неплохая идея, правда же, неплохая. А главное очень точная аналогия. Чуть переставить освещение, подогреть или остудить песок, подпустить вовремя добычу. Аккуратно придерживать, не нарушая инструкции. И никакие ядовитые зубы ничего не изменят. Смело можно гладить, если, конечно, возникнет желание. Но шипения не оберешься. А как же - высшие существа. С федералами еще проще, но они хотя бы забавны, и если шипят, то не только для проформы. Впрочем, Рики выразился ярче: "А у вашей банды извращенцев языки от вранья не болят?" Ох, Рики... Машина несется по ночному городу. Я еду домой. Не к себе, но домой - забавная смысловая тонкость. Еду к маленькому неручному чудовищу. Которое, как пить дать, встретит упрямым взглядом, звериным оскалом, а то и открытой дерзостью. Вопросом: "Ну, и чего ты приперся?" не важно, вслух или мысленно он прозвучит. Как будто я не имею права приходить просто так. Как будто я обязан спрашивать разрешения. Как будто он имеет право меня выгнать. Выгнать он, конечно, не может, зато может сделать что-то другое. Например раздеться и лечь на кровать, демонстративно повернувшись спиной. А то и добавить открытым текстом "Трахать будешь? Или я могу спокойно выспаться?" Или ухватить руками кусок пиццы, и начать жевать, нарочно пачкаясь, и жалобно приговаривая с набитым ртом, что ему, дескать, понадобятся силы. Не то, чтобы это что-то меняло, но воспринимается порой... неприятно. У него много способов выразить недовольство, у моего Рики. Простых и понятных способов. Он умеет бить и рычать - а вот тихо шипеть совсем не умеет. Рики с трудом меня терпит, но я точно знаю, что сколько бы раздражения он ни вылил, будет минута или больше, когда его глаза будут теплыми. Что я услышу облегченный выдох в слове "Привет", или какую-нибудь забавную глупость. А подвижное лицо смягчится, отражая радость, даже какую-то нежность. А еще я знаю, что эта нежность, как и раздражение, будут искренними. Призрак, иллюзия невозможного. Иногда мне кажется, что только ради этого призрака я и приезжаю. Что-то он сегодня придумает? Придумал он, как обычно, кое-что очень простое и действенное. Его не оказалось дома. Это стало понятно еще с порога, но я терпеливо обошел помещение, надеясь, что он просто задремал где-то в уголке, и дышит слишком тихо, чтобы я его заметил. Но нет, Рики не было. Зато его следы были повсюду. Мальчишка на удивление легко поддерживал чистоту - но не порядок. Брошенные посреди комнаты штаны, полотенце на спинке кресла, разбросанные в замысловатом порядке информационные носители. Терминал, так и не выключенный, настроен на канал новостей. Незастеленная кровать. Похоже, его нет с самого утра. Вот так, господин Ясон Минк. Можно, конечно прямо сейчас связаться с Катце - но явно не стоит. Что ж, я сам устроил его на эту работу. Сажусь на кровать. А ведь его может не быть всю ночь, если уж он убежал, не успев позавтракать. В голове стремительно прокручиваются последние отчеты. Что там могло такого случиться? Или он просто решил прогуляться? Может даже навестить старых друзей - вроде бы у обычных людей после рабочего дня принято расслабляться в компании определенного сорта?! Неприятные, совершенно ненужные мысли, передвижения по городу вне рабочей надобности я тоже сам ему не ограничил. Не начинать же, в самом деле, поиски посреди ночи! Да и куда он денется? Придет. Придет потому, что ему некуда деться. Кажется, я сейчас усмехаюсь очень холодно. От постельного белья едва заметно пахнет его кожей. Раздеваюсь. Смешно, я собираюсь улечься на кровать с несвежими простынями. Ну и что? Раз уж я потратил время на то, чтобы приехать сюда, ехать обратно не имеет смысла. Ложусь прямо в его запах. Постель совсем не чувствуется несвежей, только холодной. Точно знаю, что в комнате тепло, структура ткани тоже не должна давать такого ощущения. Значит, холод ни при чем. В доме есть одеяла, но нужны не они, нужен Рики. А Рики нет. Обнимаю подушку. Совершенно непонятно почему, но так теплее. Просыпаюсь от звука открывшейся входной двери. Неровные шаги, тихий шорох упавшей на пол куртки. Явился наконец. Подавляю желание подняться. Я устал. Рики бродит по квартире, а я сплю, и просыпаюсь снова от ощущения, что в комнате стало чуть-чуть теплей. Его взгляд ощущается непонятно, почти физически. Вот только он не торопится подойти. Так удивлен открывшимся зрелищем? Секунды текут одна за одной, а нахальный пет так и не соизволяет улечься в постель. Садится в кресло и продолжает меня рассматривать. Раздражение сжимается в солнечном сплетении колючим клубком. Ощущение, как и холод, немотивированно ничем, и оттого вдвойне неприятно. Хорошо хоть, от него в самом деле не пахнет алкоголем! Надо поднять голову и приказать подойти - только это по сути ничего не даст. Зачем мне все то же усталое раздражение, но уже в его глазах? Зачем мне очередная провокация: "В общем, я сплю, а ты давай, не стесняйся, хозяин?" Для чего мне нужна его дерзость? Ничего я не хочу, Рики. Разве что побыть немного рядом с кем-то, кто... не напоминает рептилию. Только едва ли ты это захочешь понять. Да и незачем тебе. Но даже взгляд его ощущается лучше, чем что-либо за сегодняшний день. Колючий клубок в груди тает. Похоже, он просто любуется. Точно, любуется, я чувствую, как взгляд скользит по коже, от шеи до ягодиц, по ногам до кончиков пальцев и обратно, как ощупывает лицо. Может быть это даже тот самый, теплый взгляд, жаль, нельзя проверить. Что ж, это тоже неплохо. Немного живого, горячего восторга, после целого дня холодных, фальшиво-любезных взглядов - даже более чем неплохо. Что ж, если ты так боишься меня разбудить, что согласен спать в кресле - пускай. Это лучше чем раздражение, лучше, чем провокации, и много, много лучше, чем ничего. Согреваюсь немного под этим взглядом, и снова засыпаю, на этот раз глубоко. И снова просыпаюсь, буквально через минуту, от того, что подушка обретает собственную жизнь и норовит вывернуться из рук. - Ну, отдай! - Ммм? - Под ладонями вместо ткани вдруг оказывается живое, такое горячее и родное, что отпустить нет никаких сил. Что ж ты делаешь со мной, маленький? - Ничего. - Тихий, сердитый шепот. - Ничего. Спи! А я и сплю. Я с самого начала этого и хотел. А вот ты, чудовище, опять перевернул все с ног на голову. Я ведь на самом деле совсем не понимаю тебя. И никогда не понимал. Рики ерзает немного, не провоцируя, а просто устраиваясь поудобнее. А мне наконец становится тепло по-настоящему. Впервые за весь этот день, или даже намного дольше. - Ммм... - И запах от его макушки, гораздо сильнее чем от подушки, на которой она лежала. А он еще и урчит тихонько, словно задавшись целью на один вечер стать самым лучшим снотворным для утомленного представителя элиты. Как будто ему действительно было нужно уснуть вот так, рядом со мной, и ничуть не меньше, чем мне рядом с ним. Как будто неуловимый призрак невозможного реальней, чем я думаю. Кажется, я сейчас улыбаюсь очень глупо.