Над пропастью в чертополохе

Что сможет нас остановить? Что есть и чему никогда не суждено быть. Led Zeppelin "What Is And What Should Never Be"

Первое, что почувствовал Дин, когда очнулся, был запах больничного белья. Лунный свет, пробиваясь сквозь высокие окна больничного крыла, ровными полосами падал на ряды пустых кроватей. Приподнявшись на локтях, Дин увидел на соседней кровати Каса. Он сидел, подложив под спину подушку, и смотрел в ночное небо. Его голые руки и торс, залитые белым светом, выделялись на фоне простыни. Кас и так не был особо крепким, а сейчас казался совсем болезненным. Дин тихо кашлянул, привлекая к себе внимание. Кас обернулся. - Как себя чувствуешь? - Нормально, - хрипло ответил Дин, проведя рукой над бровью. Пальцы прошлись по холодной и жирной мази. Винчестер сел, опустив ноги на холодный пол. Кто-то заботливо снял с него форму для тренировок, оставив в одних трусах. - Сэм в порядке, – поспешил сказать Кас. – Его отвели в башню. Профессор Морт отреагировал очень спокойно, в отличие от Миссури… Профессора Моусли. – поправил себя Кас. Профессор Моусли была деканом Хаффлпаффа и преподавала прорицание. – Она решила, что мы с тобой устроили драку. Дин хмыкнул. - Бобби приказал Сэму не опровергать эту историю. Он сказал, что Сэм не должен привлекать к себе лишнее внимание со стороны Артефула. Ты сам знаешь, он за своих до смерти замучить может… Последняя фраза была сказана фигурально, но Дин ощутил пробежавший по коже холодок. Потерев руками замерзшие плечи, он пересел к Касу. - Как думаешь, нас исключат? Кас оторвался от созерцания небес и посмотрел на Дина. Сейчас хаффлпаффец был похож на мраморную статую – такой белой под лунным светом выглядела его кожа. Голубые глаза стали удивительно глубокими, а под ними залегли черные тени. - Сомневаюсь, - покачал головой Кас. – Но даже если пойду долиной тьмы – не устрашусь зла, ибо ты со мной. - Кас, ты сильно головой ударился? – с неподдельным сочувствием спросил Дин. - Это цитата из Библии. Нам читали в приюте. Вокруг опять стало тихо. - Кстати, Кас, что это была за вспышка? Это ведь ты сделал? – спросил Дин после нескольких минут молчания. - Да, – мрачно улыбнулся Кас. – Я когда-то читал об этом заклинании, но не думал, что у меня получится. Это называется «Ядовитый свет». При сильном ударе он способен даже выжечь глаза противникам, но тех я лишь ослепил… Если честно, то было очень глупо использовать его. Я мог навредить тебе или Сэму, последствия могли быть ужасны… Но я увидел, как ты упал, и очень испугался. – Едва слышно договорил Кас. - Ты правильно сделал, – так же тихо ответил Дин. Ему вдруг стало неловко, и он слишком громко спросил Каса, не сильно ли его приложило о стену. Вместо ответа Новак развернулся, демонстрируя свою спину. Начинаясь под лопатками и заканчиваясь чуть выше поясницы, шли два ровных, симметричных пореза. С помощью колдовства они уже практически затянулись, но все еще выглядели пугающе. - Тебе будто крылья срезали… - с нотой сочувствующего восхищения произнес Дин. Кас повернулся обратно, оказавшись совсем близко к лицу Дина. В этой светлой темноте, в тишине, обрамляемой каменными стенами и ветром за ними, все казалось нереальным, распологающим и простительным. Дин даже ничего не успел понять, когда Кас коснулся его губ. Поцелуй был быстрым и неловким. - Что ты делаешь?! – закричал Дин, вскакивая с кровати. Этот возглас нарушил мистическую тишину вседозволенности и простительности. Кас ощутил, как похолодели его щеки. - Дин, я люблю тебя. Кас попытался взять Винчестера за руку, но тот отдернул ее, словно от прокаженного. - Кас, никогда больше так не делай! Никогда! Не трогай меня! – разгневано зашептал Дин. Упав на свою кровать, он отвернулся в сторону и накрылся одеялом. Кас тоже лег. Это вызвало боль в спине, но он даже не обратил внимания. Он был готов променять все, что в этот момент горело у него внутри, на телесную боль. Он так долго ждал этого момента, удачного момента. Еще несколько часов назад ему было страшно за Дина, он был напуган мыслью, что может потерять его. И как легко ему стало в тот миг, когда Дин вновь оказался рядом! Теперь ничего не осталось, кроме ощущения собственной ничтожности. Горло сдавили рыдания. Он хотел задохнуться, но инстинкт вынудил Каса сделать вдох. Он старался сдержать слезы, но им было плевать на старания парня. Дин. Дин не понял его. Эта мысль жгла Каса, как раскаленное железо. Давясь слезами, он закрыл глаза, но даже тогда видел лицо Дина, полное омерзения. «Я больше никогда не сделаю так, обещаю», - подумал Кас. Он с ужасом представил следующее утро и - с еще большим ужасом – свою последующую жизнь. Сегодняшний поступок перечеркнул все, что ранее питало в нем надежду.