Весна юности

— А вы вернетесь за мной? — спросил обидчивый и тонкий голосок на заднем сидении. — Конечно, милая. Только обещай, что не будешь доставать тетю и дядю. Если они мне пожалуются на твое поведение, я немедленно приеду и отругаю тебя, — ответила женщина. — А вы просто так будите меня навещать? — Да. Не переживай, ремонт будет длиться пару месяцев, а затем мы заберем тебя и проведем остаток лета вместе. Сакура отвернулась к окну. На ее коленях сидел плюшевый кролик, у которого уже была пришита на второй раз лапка. Девочка так любила его таскать за собой и играть, что он просто уже не выдерживал ее напора любви и давал по швам в прямом смысле. Сегодня родители решили отвезти дочку к родственникам матери, так как будут делать ремонт в доме. В скором времени у них будет пополнение в семье в виде близняшек. Пока врачи говорили, что будут две девочки. Родители уже даже выбрали имя — Рин и Рэм. Когда Сакура узнала о таких новостях, то отреагировала довольно странно. Вроде это здорово, но тогда мама и папа будут уделять все свое время младшим сестрам. А ей? Неужели она будет забытым ребенком. И сейчас ее страх усиливался, потому что они везли ее к тете. А вдруг они оставят там, откажутся и бросят? А у тети тоже два ребенка — девочка Мива и мальчик Тобио. Такие мысли не давали Сакуре покоя, поэтому она каждый раз хотела убедиться, что родители приедут и заберут ее с собой. Наконец показалась вывеска «Добро пожаловать в Мияги». Это означало, что где-то через час Сакура встретится со своими родственниками и останется пожить у них на два месяца. Ну что же, удачи им. Дедушка, который Сонодзаки-сан, он иногда звал внучку перчиком, потому что ее характер можно описать острым и немного раздражающим в каких-то планах. К примеру, иногда Сакура капризничала и этим добивалась того, чего хотела, хотя ребенку еще не исполнилось и пяти лет! Или могла напроказничать и делать вид, что это не она, настаивать и через крики добиваться своего. А самое худшее — когда девочка делала все молча. Это означало, что она в ужасном расположении духа, и можно укрываться в убежище. Машина остановилась возле большого дома в японском стиле. Ворота открылись, и на дорогу вышла женщина в домашнем индийском халате и сланцах. Она замахала рукой и широко улыбнулась. За ее спиной появилась девочка, похожая очень на свою мать, и пожилой мужчина. Отец припарковал машину и вылез вместе со своей женой. Та побежала обнимать невестку, отца и племяшку. Сакура вылезла следом и прижала игрушку, хмуро уставившись на родственников, словно те хотят убить ее. — Боже мой, какие вы у нас большие! — сказала тетя, притрагиваясь к животу с детьми. — Юма, ты на каком месяце? — На пятом пока. — А пол не известен? — Ну, врачи предполагают, что две девочки. Но пока еще ничего не понятно. А где мой братец и племянник? — Они в саду, — сказала Мива, указывая на дом. Девочка подошла к кузине и улыбнулась. — Привет, Сакура. Ты помнишь меня? — Нет. — Я Мива! Мне двенадцать лет, а тебе? — Пять будет в августе, — ответила за дочь мама. — Она у нас еще малышка, — сказал дедушка и улыбнулся. — Ну что, пройдемте чаю пить? Родители побыли в гостях примерно полтора часа, а потом уехали обратно в Токио. Сакура совсем помрачнела, отказывалась ужинать и играть. Мива пыталась развеселить свою соседку по комнате и сестру, но у нее ничего не получалось. В итоге она сдалась и ушла. А вот младший брат Тобио просто вылупит свои синие глаза и молча смотрел на приезжую гостью, словно у той уши, как у эльфа, или еще чего. В итоге тетя и дядя пока оставили племянницу одну, чтобы та освоилась. Честно сказать, Сонодзаки с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться или не показать всем свое «нутро», которое так и рвалось. В голове были мысли только о маме, а губы так и тряслись. Прошла примерно неделя с тех пор, как Сакура поселилась в доме у тети и дяди. Первые три дня она отказывалась есть и говорить, а потом стала проявлять признаки социализации. Поначалу девочка стала выходить из комнаты, чтобы покушать, потом чтобы посмотреть, что делают остальные обитатели дома, а последним шагом стал разговор с тетей. Взрослые облегченно выдохнули, когда племянница освоилась более-менее и стала даже играть с Мивой и Тобио. Правда дети говорили, что Сакура постоянно ночью плачет и не может уснуть. Казуё, как знаток детей, у него как-то получалось с ними ладить, решил поговорить со своей внучкой, которую так редко видел. Обычно под вечер девочка куда-нибудь уходила и плакала по маме. Этот день был не исключением. Казуё вышел из комнаты и увидел в ванне Миву и Тобио, которые чистят зубы и готовятся ко сну. Дети сказали, что Сакура сидит на веранде и плачет. Мужчина пошел по дому в поисках внучки. Он вышел на веранду и увидел маленький клубочек на скамейке, который весь дергался и всхлипывал. Казуё подошел и сел рядом, приобняв внучку. Та слегка оттолкнула его и вытерла слезы. — Ты по маме соскучилась? — Да. Они оставили меня тут, а сами забыли! Они обещали приезжать, а прошло уже много времени. — Саку-чан, твой папка работает пока что. А еще родители делают ремонт в твоей комнате и детской. — И что. Они забыли про меня, наверное. — Не говори так, твоя мама никогда не забудет про тебя. И твой папа. Ты все-таки первая их дочка, они тоже любят тебя. Слушай, Сакура, неужели ты хочешь сидеть и плакать тут? У нас столько интересного, зачем по родителям тосковать. Хочешь завтра со мной и с Тобио погулять в лесу? — Да. А Мива-тян? — У нее тренировка. Так что проведем завтрашний день вместе. Сакура вытерла остатки слез и кивнула. Дедушка предложил ей пойти умыться, внучка, на удивление, спокойно согласилась и пошла в ванную.

***

Уже с утра в доме никого не было. Тетя и дядя ушли на работу, а Мива на тренировку по волейболу. Дедушка дал отоспаться своим внукам, а сам пока попытался сделать оладушки, правда выходило это из рук вон плохо. Благо дочка оставила кашу в кастрюле, поэтому мужчина разогрел ее и поджарил тосты. Первым из комнаты выполз Тобио. Он привык просыпаться рано, правда сегодня встал на час позже. Мальчик умылся и по просьбе дедушки пошел будить кузину. Сакура спала на раскладушке, обняв своего плюшевого зайку. С кровати на пол свисали ее темно-русые волосы. Девочка приоткрыла рот и глубоко дышала. Тобио подошел к сестре и аккуратно ткнул пальцем, но ответа не последовало. Он повторил, но Сакура не отзывалась. Приняв меры, мальчик обошел кровать и дернул со всей своей силы одеяло. Сестра, конечно, не упала, но проснулась. — Дедушка попросил тебя разбудить. Мы идем есть и гулять, — сказал только Тобио и положил одеяло обратно. — Оууф. Спустя десять минут Сакура приползла на кухню и уселась за стол. Дедушка дал ей кашу и налил сока. У него прям отличное настроение. Мужчина уже сам позавтракал и теперь просто смотрел, как его внучата уплетают кашу. Примерно в десять часов троица вышла на улицу и пошла вверх по улице. Рядом с домом раскинулся небольшой лес светолюбивых деревьев. Сквозь листья и ветки проникали лучи солнца и падали на мохнатую землю, заросшую мхом и травой. Тобио и дедушка молча шли, взявшись за руку. Сакура оглядывалась, изучая местность, по ней было видно, что этот лес заинтересовал ее. Казуё усмехнулся про себя, вспоминая тот первый раз, когда отвел сюда Тобио. Мальчик был совсем еще маленький, но он так забавно бегал по траве и с интересом изучал окружающий мир, что мужчина просто не мог запретить ему брать в руки всякие палки, цветы или землю. Но самое красивое еще предстоит увидеть. Дедушка и его внуки прошли по лесной дороге и вышли на другую, которая заканчивалась с просветом где-то впереди. Сакура сглотнула и вытянула голову, стараясь разглядеть, что там такого. Наконец они вышли к огромному полю, где начинали набирать свой цвет полевые цветки. Какие-то уже давно стояли, распустившись, а какие-то только проклевывались и готовились показать себя во всей красе. От такого вида захватило дух: огромное пестрое поле, вокруг лес, а сверху прозрачно-голубое небо. Девочка даже отпустила руку дедушки и приоткрыла рот, дыхание перехватило. Казуё отпустил детей, а сам сел в тенек, наблюдая, как Тобио собирает цветы, а Сакура, все еще пораженная такой красотой, не знает, что ей делать. Вскоре дети разошлись и начали играть друг с другом. Нет ничего приятнее, чем смотреть, как твои внуки резвятся. Еще такие маленькие человечки, а в будущем что их ждет? Кем они вырастут? Смогут ли они сохранить в душе этот пейзаж и продолжать оберегать все, что создала природа? И беречь себя. Казуё не заметил, как быстро пронеслось время. Когда мужчина глянул на часы, был почти обед. Дедушка забрал внуков, они быстрым шагом вернулись домой и принялись накрывать на стол. Скоро должна была прийти Мива с тренировки, а это означает, что она будет готова съесть любого. Казуё с заботливым выражением парил над кастрюлями, стараясь приготовить что-то полезное и вкусное. Тобио взял мячик и начал катать его со стенкой. Сакура сидела на диване и внимательно наблюдала за ним, словно пытаясь разобрать, что ее брат делает. Послышался щелчок, в дом зашла старшая сестра в спортивном костюме. Ее щеки были розовыми, часть волос растрепалась и выпала из хвоста, а глаза ярко блестели. Она кинула сумку в коридоре, поздоровалась и пошла проверять запасы еды в холодильнике. — Мива, мой руки, сейчас будем обедать, — сказал дедушка, пробуя свой суп с морепродуктами. — Сакура, Тобио, вас это тоже касается! Сонодзаки сползла с дивана и вместе с Тобио пошла мыть руки. Затем дети уселись за деревянный стол и посмотрели в тарелки. Мива понюхала стряпню дедушки и накинулась на нее с великим аппетитом. За пару минут она одолела первую порцию и пошла за добавкой. Тобио тоже приступил к еде, правда откидывал в сторону мидии, которые он не кушал. Единственная, кто не притронулся к еде, была Сакура. Она не особо жаловала морепродукты, особенно в какой-то красной жиже. Девочка скрестила руки и хмуро смотрела на суп, где плавали креветки, кальмары и другие живности. Казуё же с интересом смотрел на ее мимику, ухмыляясь. — Сакура, ты не любишь этот суп? — Да. Я вообще не ем этих кальмаров. — А ты пробовала? Я особенно готовлю этот суп, смотри, а то жалеть потом будешь. — Нет! Я не буду это есть, — внучка вышла из-за стола и с топотом пошла в комнату. — А зря, — Мива пожала плечами и отправила новую ложку в рот. — Она вообще что-то ест? Вчера Сакура отказалась от маминой пасты с соусом с грибами! Это было так вкусно. А еще она не ест рис с соевым соусом. Она вообще привереда в этом плане. — Ну ничего, тебе же больше достается, — усмехнулся дедушка. — Захочет есть — съест все. Сакура сидела на своем спальном месте и смотрела в окно. Как никогда хотелось домой, к маме, в свою кроватку. Родители всегда готовили то, что нравится девочке. А тут она должна давиться этими склизкими кальмарами и вонючими грибами. Радость от цветочного поля куда-то пропала, осталось только грусть. Хотелось расплакаться и прижаться к кому-то, но точно не к тете, дяде или дедушке. А к маме или папе. Уже столько времени прошло, а они никак не приезжают. От мыслей девочку оторвала Мива, которая зашла в комнату. Она молча прошла к кровати, взяла домашние вещи и переоделась. Затем подняла с пола волейбольный мяч и вышла в коридор, закрыв двери. Сонодзаки смотрела на нее щенячьими глазами, но сестру это не проняло. За дверью послышались оживленные разговоры, а потом смех. Сакура вышла на цыпочках из спальни и глянула на стеклянную дверь, ведущую в сад. На улице были все — брат, сестра и дедушка. Мива отбивала мяч Казуё, тот принимал и посылал его Тобио, мальчик старался повторять его движения, но не получалось. Вместо этого у ребенка покраснел нос, потому что он ловил все время переносицей или лбом. Смирившись и заинтересовавшись происходящим, Сакура выползла на веранду и притаилась, наблюдая за семьей. — Не хочешь с нами? — спросил Казуё, словив мяч. — Сакура, ты умеешь играть в волейбол? — Нет, — покачала головой девочка. — Пошли! Мы тебя научим, — Мива замахала рукой, подзывая. Кузина неуверенно надела сланцы и встала в круг. — Можешь пока ловить мяч, а потом дедушка научит тебя принимать! Оказалось, было довольно забавно играть. Правда, Сонодзаки пару раз путалась, ей тоже прилетало по носу. Когда у нее ничего не выходило, девочка так сердилась и краснела, за что Мива дала ей прозвище «перчик». Она так потом будет называть ее всю жизнь и иногда дразнить. Компания даже не заметила, как день сменился на вечер. Когда Сакура и Тобио потратили всю свою энергию, которая казалось бесконечной, дедушка отправил детей домой. Мива жадно присосалась к стакану с водой, делав большие глотки. Из-за этого она подавилась и закашлялась. Сакура зашла в дом и даже не знала, как описать свои эмоции. Похоже, тут не так уж и плохо, как казалось поначалу.

***

Прошел месяц с тех пор, как Сонодзаки оставили в доме тети и дяди. Девочка стала более смирной, хотя иногда бывало, что она проявляла свой характер и перечила. На одни выходные приезжали родители и показывали фотографии ремонта. Они уже успели сделать первую детскую и теперь приступят ко второй. Раньше это была гостевая комната, поэтому отделку делать не нужно. Только переклеить обои, сделать теплый пол и купить мебель. После выходных с родителями Сакура снова стала нелюдимой, раздражительной, вечно отказывалась от еды и капризничала. Дедушка знал формулу, по которой мог снова смирить этого ребенка и сделать его послушным. В понедельник Казуё вышел из своей спальни и спустился вниз, сын и сноха сидели за столом и завтракали. Мужчина и женщина поздоровались и продолжили свой диалог. Сегодня Казуё пойдет в спортивный зал, где тренировал волейбольную команду района. У многих взрослых начались отпуска, поэтому времени стало больше на хобби. Так как сын и сноха уходят на работу, а Мива на тренировку, то Тобио и Сакура пойдут вместе с ним. Дети еще спали в своих комнатах и не представляли, что их ждет. Мужчина налил себе кофе, взял омлет и пошел к столу. За пару минут кухня опустела, взрослые разошлись на работу. Казуё смотрел телевизор, который висел в зале и был виден. Первой из своего убежища выползла Мива, она сонно терла глаза и что-то щупала языком за щекой. Внучка поздоровалась и пошла в ванную, у нее сегодня будет собрание и небольшая прогонка перед завтрашнем тренировочным матчем. Девочка подавала довольно большие надежды и грозилась стать довольно опасной соперницей. Да и ей, вроде как, очень нравился волейбол. Когда время доходило до девяти, дедушка поднял своих младших внучков, собрал и пошел вместе с ними в спортивный комплекс, находящийся в паре остановок. Шли неспеша, так как коротенькие ножки Тобио и Сакуры не успевали за взрослыми шагами Казуё. Да и торопиться некуда. Они проходили мимо магазинчиков с цветами, булочных и молочных ларьков. Дети с интересом наблюдали за прохожими и рабочими. Вскоре показалась большое здание: красивое, с новым фасадом, новым спортивным комплексом, который включал в себя футбольное поле, бассейн и поле для бейсбола. Для детей это казалось чем-то вроде дворца. Троица прошла мимо охранника, поздоровалась с ним и завернула в тренировочный зал. Сакура первый раз увидела волейболистов. Это были женщины, точнее мамы, такие внушающие и серьезные. Правда, как только зашел Казуё, все кинули свои мячи и побежали здороваться. Мужчина представил своих внуков и оставил их в уголке. Тобио взял потрепанный мяч и молча кивнул Сакуре. Та поняла, что он хочет поиграть. Они встали рядом со стенкой и принялись просто кидать мяч, а затем называть съедобное и несъедобное. Через какое-то время детям надоело и они просто сели на скамейки и внимательно, с каким-то замиранием и восторгом смотрели, как взрослые колотят мячи, у них так красиво и плавно это получалось. Казуё был рад, что привел внуков с собой. Они оказывали какое-то влияние на волейболистов, те старались еще больше, хотели показаться крутыми перед младшим поколением. К обеду тренировка Казуё закончилась. Мужчина забрал свои вещи, внучков и пошел с ними домой. — Вам понравилось? — спросил мужчина. — Да! — Сакура была переполнена восторгом. — А как эта игра называется? — Волейбол. Вот приедешь к нам в следующем году, я научу тебя. Ты уже постарше будешь. Может Тобио тоже к нам присоединиться. — Дедушка, а что мы сегодня будем делать? — спросил мальчик, вскинув свою голову наверх. Мужчина задумался. — А что вы хотите? — Играть! Во что-нибудь, — сразу выкрикнула Сакура. — Только с тобой. — Хо-хо, я сто лет не играл в куклы. Ну ладно, придумаем что-нибудь. Кстати, что думаете насчет кексов с шоколадной глазурью? — Да! — крикнули внуки. — Ты купишь их? — Неа. Мы сами испечем. Только зайдем в магазин. Через двадцать минут компания вернулась домой. Он пустовал все это время, в ожидании хозяев. Все помыли руки, переоделись и пришли на кухню. Казуё убрал волосы Сакуры, Тобио и свои за банданы, надел фартуки и достал продукты. Для начала нужно было сделать тесто. Мужчина достал муку, яйца и шоколадную смесь. Пока он отвлекался и искал чашку, дети успели добраться до еды. Тобио достал муку и с интересом разглядывал в руках. Сакура дунула, и все содержимое попало в лицо брату. Дети засмеялись и принялись макать руки в это мягкое облачко. Казуё развернулся и увидел внуков в боевой раскраске. Наверное, нормальный взрослый бы наругался и рассердился, но зачем портить все удовольствие? Мужчина встал между внучкой и внуком, показывая им, как готовить тесто. Те с интересом смотрели и не отводили взгляда. Затем троица сделала шоколадный крем, придала кексам форму и поставила в духовку. Через полчаса можно было добавить последний штрих и наслаждаться десертом. В муке, в шоколаде и крошках Сакура и Тобио сидели довольные и болтали ногами, поедая кексы. Казуё смотрел на них и лишь радовался каждой проведенной вместе минуте. Но впереди еще мытье посуды и чистка кухни. Первым занялась внучка, даже сама вызвалась. Дедушка протер все от грязи и убрал по местам кастрюли, тарелки и блендер. Все-таки годы дают о себе знать. Уставший, да еще от жары, Казуё пошел к себе в спальню. Он включил телевизор и принялся читать газету, лежа на кровати. Мужчина надеялся, что дети сейчас уснут от такого насыщенного дня, но эти два негодяя принеслись в комнату, залезли на мягкое ложе и давай прыгать. Дедушка взял внуков в охапку и отнес в спальню Мивы, уложив в кровать. — Обещаете, что будите спать? Ваш дедушка тоже хочет отдохнуть. — Обещаем, — кивнули дети и прикрыли лица одеялами. Удовлетворительно кивнув, мужчина вышел из спальни и прикрыл двери. Только он собирался отойти, как услышал смех и скрип. Вернувшись в комнату, дедушка увидел скачущих на кровати Тобио и Сакуру. Как только Казуё зашел, эти два негодника быстро спрятались под одеяло и сделали вид, что спят. — У этих стен есть уши. Будите вести себя плохо, дом вам потом отплатит. Видимо, эти слова так повлияли на маленьких детей, что они легли, как солдатики, и больше не прыгали по комнате. Вскоре послышалось из спальни сопение. Мужчина приоткрыл двери и посмотрел на милые и спящие лица внуков. Такие маленькие и сладкие булочки, что хотелось разбудить и пообнимать, как котят, но нельзя. В памяти колыхнулись отцовские годы, когда дочка и сын вели себя точно так же. Сакура почти скопировала поведение мамы: непоседа, вечно вставит везде свои пять копеек, будет делать по-своему и спорить. А Тобио был тихим, отстраненным, но с сестрой такой же непослушный проказник. Правда вот Мива всегда слушалась и была более-менее спокойной и податливой. С ней вот таких проблем не было. Казуё вышел на веранду и сел в кресло, облокотившись на спинку. За забором виднелись высокие деревья, скрывающие большое поле с цветущими растениями. Мужчина в душе наслаждался каждой минутой, проведенной с внуками. Мива так быстро выросла, казалось, что вчера только бегала в подгузниках и кусала дедушку за руку, дергала мамины волосы, а сегодня уже послушная ученица, волейболистка и просто красавица. А Тобио? Вот вроде недавно лежал в кроватке и сосал мячик сестры, а сейчас стал побольше и начал соображать. Редко уже в рот сует всякую гадость. И в воспоминаниях всплывал момент, когда Куросе позвонил из больницы и радостно поздравил со второй внучкой. И вот не успеешь оглянуться, как эти детишки станут большими и самостоятельными. А дряхлый дедуля уже не будет их особо интересовать. Поэтому нужно ловить каждый момент, каждую секунду и отпечатывать ее в памяти, как фотографию. Когда Сакура и Тобио проснулись, дом снова ожил. Дети носились в пижамах и пытались догнать друг друга. Казуё смотрел за ними из зала и умилялся. Правда, вскоре пришла Мива, пообедала и забрала брата с сестрой играть в игрушки. Вскоре дети попросили пройти в комнату и отведать игрушечного чая и кексы. Казуё уселся на пол напротив мишки, вежливо поздоровался с ними и попробовал воду и якобы пирог из песка. Сакура, Мива и Тобио с таким замиранием сомтрели на реакцию дедушки. Мужчина попросил добавки, и дети кинулись на улицу, стряпая новую порцию кексов и заваривая воду с сорняками. От своих дел отвлек приход родителей. Тетя и дядя с большими пакетами вернулись с работы. Хозяйка дома сразу встала за плиту, а хозяин выслушивал от дочки рассказ про тренировку. Тобио и Сакура просто сидели рядом и наблюдали за всеми движениями обитателей этого дома. Казуё говорил про работу со снохой, они обсуждали провождение отпуска. Через час большая семья сидела за столом и кушала рис с отбивными. — Сакура, звонила твоя мама. Они сказали, что в конце июля заберут тебя домой. Им осталось заказать мебель и все. — В конце июля? А сколько осталось? — Осталось совсем немного. Скоро будешь спать в своей кроватке! — Да, ты мне говорила, что соскучилась по своим игрушкам, — улыбнулся дедушка и взглянул на внучку. Но та не ответила улыбкой или радостным взглядом. Даже наоборот, уставилась в тарелку и принялась тыкать вилкой в еду. Но мужчина не придал этому значения. С приближением отъезда Сакура снова стала меняться в обратную сторону. Так быстро менять характер и поведение никто не мог из семьи. Тетя снова не понимала причины, Мива пыталась разговорить сестру, но та лишь качала головой и предлагала поиграть во что-нибудь или уходила. Казуё тоже удивился, когда внучка не захотела говорить, а пошла в комнату и легла на кровать, притихнув. Правда, на утро устроила скандал и снова сидела в спальне. Свет на эту ситуацию пролил Тобио, который по секрету узнал, что сестра просто не хочет домой. Дедушка был поражен такой новостью, потому что буквально месяц назад обстановка была совсем другой. Внучка просилась к родителям, постоянно плакала и скиталась по дому, как призрак. На очередной прогулке Казуё решил поговорить с Сакурой, пока Мива и Тобио играют в цветах, носятся по полю и плетут венки. Внучка стояла отдельно и срывала ромашки, а затем гадала. Этому ее научила Мива. — Саку-чан, пойди ко мне, — подозвал девочку Казуё. Внучка села рядом в теньке и посмотрела на брата и сестру, которые резвились в вихре бабочек. — Мне тут птичка принесла новость, что ты домой не хочешь? А чего так? — Дома сестры будут. Родители перестанут уделять мне внимание и забудут. А тут есть ты, Тобио и Мива! Мы всегда в центре внимания. Я просто не хочу, чтобы у меня были родные сестры. — Ну-ну, не говори так. Посмотри на это под другим углом. Просто тебе сейчас кажется, что мама и папа забудут про тебя, но это не так. Родители никогда не бросают своих детей. А еще из плюсов будет то, что ты и твои сестры всегда будут вместе. Вы сможете играть, гулять. Будите близкими подругами, сможете поделиться чем-то в тайне от родителей. Всегда здорово иметь брата или сестру. Это твой друг на всю жизнь, который не бросит. — А мама и папа? — Ну мама и папа тоже, но это немного другое. Вот родятся у тебя сестренки, и в тебе проснется эта братская любовь. Вот увидишь. Уверен, ты будешь хорошей старшей сестрой. — Дедушка, а ты будешь мне звонить? — Конечно. Хоть каждую неделю! — Правда? — Сакура взглянула с такой надеждой. Казуё кивнул. На лице внучки появилась улыбка. — Буду. Только взамен не проказничай, не препирайся с мамой и папой, хорошо? — Постараюсь. — Ну тогда отлично! А теперь иди к Тобио и Миве, они там в прятки хотели поиграть.

***

Наступил октябрь. Для семьи Сонодзаки это был очень важный месяц, потому что в их семье будет пополнение. Дату рождения поставили на двенадцатое число. С приближением в доме накалялась обстановка. Мама становилась более нервной, а папа грубее. Сакура старалась следовать указу дедушки и не вести себя плохо, но получалось это с трудом. Иногда бывало, что уже пятилетняя дочка могла надуться и игнорировать часами родителей, либо хлопнуть дверью и уйти. Бывало, что нервы сдавали уже абсолютно у всех, в итоге каждый член семьи сидел в отдельной комнате и играл в молчанку. Но сколько бы стресса, ссор и ругани не повидали этот дом, в далеке его ждал яркий и солнечный просвет. Наступило долгожданное двенадцатое число. На удивление, но у мамы и правда начались схватки. Родители поехали в родильный дом, оставив дочку на дедушку. Сакура не знала еще, что такое роды, но прекрасно понимала, что ее мама в больнице, поэтому волнение внутри ее росло с каждой минутой. Девочка считала, что за пару минут появятся на свет ее сестры, но кто же знал, что это займет минимум десять часов? Казуё постоянно проверял телефон и старался улыбаться и развлекать внучку. Они занимались дополнительными уроками в садике, которые задавали на дом. Ближе к вечеру новостей еще не было. Родственники звонили, но в ответ слышали: «пока ничего». Сакура лежала на кровати и смотрела на книжку, которую читал ей дедушка. Правда, никто из низ них не вникал в текст, а просто делал вид занятности. За окном уже давно стемнело, а родители уехали еще ранним утром. Казуё уже собирался вставать и звонить своему зятю, но это не понадобилось, так как на первом этаже послышался стук двери. Девочка соскочила с кровати и понеслась вниз, ожидая встретить там папу и маму, но вместо этого возле двери стоял уставший мужчина. Он снял с себя пиджак и повешал на вешалку, рукава были закатаны, а очки сняты и прибраны в карман. — Ну что, Куросе? Как там Юма? — спросил тесть, следуя следом за внучкой. — Двое. Все хорошо, но было сложно, признаюсь. Правда, новость есть. Сакура, у тебя теперь будет и сестренка, и братик. — Правда? — Сакура открыла глаза широко и замерла. — В смысле, так у нас не две девочки? — спросил дедушка. — Да, у нас мальчик и девочка. — А как их назвали? — Рен — мальчик, а Рэм — девочка. Казуё-сан, окажите честь? — Ну, раз такое дело, то давай. Мужчины отправились на кухню. Сакуре посчастливилось, так как сегодня она легла очень поздно спать. Дедушка и отец открыли бутылочку какого-то особого коньяка, достали остатки еды и принялись пить за здоровье мамы, внука и внучки. Затем обзвонили всю семью, те поздравили и ментально с ними празднуют рождение детей. Сакура сидела на стуле и смотрела, как мужчины с каждой рюмочкой все веселели и веселели. Вот уже спустя час дедуля и папа вспоминали первую встречу, первые роды Юмы, свадьбу и многое другое. Только в час ночи решили свернуться и пойти на боковую. Отец взял свою старшую дочку на руки, которая успела задремать на стуле, отнес в комнату и аккуратно укрыл пледом. Правда, при этом он чуть один раз не навернулся на лестнице, благо, тесть оказался рядом и удержал мужчину. Через три дня маму выписали из больницы. Для этого приехали родственники, чтобы встретить и сопроводить до дома, где остались Сакура и ее тетя (жена Кагеямы-сана). Женщина накрывала на стол, так как старшее поколение явно захочет еще раз отпраздновать такое радостное событие. Девочка отказалась помогать, она сидела в своей комнате и смотрела в окно, прижав игрушку-кролика. Сегодня Сакура в кое-то веке надела черное платье с белыми манжетами и воротником. Она ждала с замиранием сердца того момента, когда увидит своего брата и сестру. Но, правда, девочка не представляла, что с ними делать. А можно будет сразу поиграть? Или они слишком маленькие. Вообще, что они из себя представляют. Наконец к дому подъехали две машины, из которой высыпали родственники. По каменной дорожке шел отец и мама с белыми кулечками в руках. Один был обмотан синий лентой, а второй розовой. Внизу послышались голоса и скрип дверей, а затем топот и шум. Сакура двинулась к выходу из комнаты, растерянно подойдя к родственникам. Мама сидела на диване в зале, а на ее коленях лежали, видимо, брат и сестра. Бабушки и дедушки столпились вокруг и задыхались от блаженства. Казуё оглянулся и подозвал Сакуру, которая встала, как столб. Девочка двинулась и остановилась перед детьми. Это были два маленькие человечка, такие похожие, но разные в какой-то степени. — Рен, Рэм, это ваша старшая сестра Сакура. Я надеюсь, что вы все подружитесь и будете помогать друг другу, — мама потрепала малюток и посмотрела на старшую дочь, которая вытаращила глаза. — Сакура, хочешь подержать? — на этот ответ последовал медленный кивок. Женщина взяла своего сына и дала дочке. Та обвила брата руками и посмотрела в лицо, которые сморщилось, но снова разгладилось. Это был маленький человек, который такой теплый, приятный на запах и даже тяжелый. Сакура подняла голову и посмотрела на маму с папой, а потом на дедушку, который улыбнулся и положил свою руку ей на плечо. — Я… Я буду лучшей старшей сестрой! Буду делиться едой и игрушками! — выпалила девочка и, к неожиданности всей родни, заплакала. — Считаю, это лучшее, чего можно было ожидать от вашей сестры, — усмехнулся отец. Остальные бабушки, дедушки, тети и дяди засмеялись и потрепали внучку, которая продолжала по непонятной причине плакать. — Ну что, дамы и господа, прошу к столу?

***

Три года пролетели как-то быстро. Понятное дело, ты забываешь многое плохое, а в памяти остаются только красочные воспоминания. Так, к примеру, Сакура уже не помнила, как сердилась на брата с сестрой, которые любили вырывать ее длинные волосы или тыкать пальцы в глаза. Зато в голове остались воспоминания, как девочка просыпалась ночью от детского плача. Или как Рен и Рэм впервые пошли и нечаянно упали и давай орать, как потерпевшие. Либо кидались едой, вернее, своей пюрешкой. Но зато чем старше они становились, тем интереснее с ними было. Вот-вот, как говорила мама, и с близнецами уже можно и в игрушки поиграть! Правда, Сакура не старалась быть пай-дочкой, но иногда маленький монстренок в душе выходил из себя. Было естественным, что малыши берут все, что на глаза попадется. Так Рен взял куклу сестры, которую та не убрала, и перевел в такой ужасный вид, что оставалось только выкидывать. А Рэм, к ужасу Сакуры, положила глаз на ее любимого зайку, из-за чего девочки подрались. Да-да, как бы старшая не сдерживала силы, но она все-таки перетянула игрушку, а младшая отпустила и покатилась кубарем по полу, завизжав и заплакав. На этой почве у родителей и дочки возникали конфликты, но кроме таких единичных случаев все шло гладко. А еще одним важным событием в семье Сонодзаки стал поход в школу! Теперь Сакура была второгодкой в начальной школе. Первая половина учебного года пролетела как-то быстро. Когда друзья спрашивали, куда хочешь поехать на летние каникулы, то в голове всплывал образ старого дома и табличка с названием «Мияги». Именно туда стремилось сердце Сакуры, которая соскучилась по дедушке, брату, сестре и тете с дядей. Еще с апреля девочка уговаривала родителей отвезти ее, а те были даже не против. В итоге, как только наступили долгожданные летние каникулы, семья Сонодзаки собрала вещи старшей дочки и отвезла ее в Мияги, к родственникам. Сакура уже не плакала каждую ночь из-за мамы или папы, а даже забывала на какое-то время о них. Этим летним вечером в саду было шумно. Сакура лежала на деревянном полу, от которого так и шел жар. Рядом сидел Тобио, выпивая остатки воды из бутылки. С их лбов стекали реки пота, а футболки словно намочил дождь. Напротив стояла Мива, уперев руки в бока. Она тоже подустала, но держалась крепче всех. Рядом с ее ногой лежал волейбольный мячик, уже такой старенький и потрепанный. Воздух казался таким тяжелым и нисколько не освежающим. Сакура отлепилась от пола и вытерла лицо рукой, посмотрев на сестру. — Ну, вы уже не так уж и плохо играете. Правда, Тобио все равно лучше, — сказала Мива и посмотрела на брата. Сакура метнула в него молниеносный и грозный взгляд, на что мальчик не ответил. — Давайте еще потренируемся! — Так, уже без меня. Можете дождаться дедушку, а я пойду, — Мива поднялась на веранду и прошла в дом, вернее, сразу в ванную. На улице остались младший брат и сестра в полной тишине. Сакура дождалась, когда дверь ванной закроется, а затем оглянулась на Тобио. — Правда, что Мива бросила волейбол? — Да. — Почему? — Спроси у нее сама. — Тобио! — Из-за правила негласного. Что девочки должны стричь волосы, чтобы играть в волейбол. И ее парень что-то там не ободряет это. — Чего?! — Сакура соскочила на ноги и выпучила глаза. — Обрезать волосы?! Никогда! — она откинула свою гриву назад. — Пусть только попробуют! Тобио промолчал и лишь с лицом кота, которому на все пофиг, пошел играть даже в мячик со стенкой. Сакура осталась стоять на веранде и думать про старшую сестру, которая вызывала у нее восхищение. Мива — очень крутая волейболистка, у нее явно есть талант. И неужели она из-за «негласного» правила будет бросать то, что ей нравится? А если это из-за парня, то тем более глупо. Хотя, у самой Сакуры не было отношений, но разве это не логично? И тут стало страшно, что если она в старшей школе влюбится в какого-то парня, который скажет, что придется выбирать между волейболом и им, то что ей ответить? Как поступить? Нет! Дедушка бы не одобрил, что ты подстраиваешься под кого-то и ущемляешь свои права. Надо будет у него спросить об этом как-нибудь. Сейчас дедушка каждый день ходит на работу, вернее, тренирует на площадке мамочек из их района, скоро даже будут соревнования. Правда, тетя заставила обследоваться его, поэтому мужчина еще часто пропадает в больнице, сдает всякие анализы и торчит у врачей. Мива предпочитает проводить время с друзьями, поэтому Сакура и Тобио остаются одни дома. Мальчик теперь не так ярко хочет играть в куклы или машинки, ему гораздо интереснее забавляться с мячом. Поэтому брат и сестра пропадают на улице, играя в волейбол. Было видно преимущество Тобио, он рассказывал, что каждый день бегает с сестрой (когда та еще занималась) и дедушкой, а вечерами они обычно перекидывают мяч. Но Сакура не собиралась сдаваться, иначе это означал проигрыш, а она в душе ненавидела кому-либо проигрывать. Наконец наступил тот день, когда Казуё мог провести его дома, с семьей. Правда, от всей семьи остались только младшие внуки. По традиции троица пошла на свое любимое место — огромное поле с цветами, которые уже набирали свой цвет. Сначала дети наигрались в догонялки, а затем Тобио снова вцепился в свой мячик и где-то пропал. Сакура оглянулась и увидела дедушку, который сидел под деревом и наблюдал за окружающим. Девочка пошла к нему через все поле и уселась рядом, выпрямив спину и откинув темно-русые волосы назад. — Дедушка, — сказала Сакура, помолчав. — Ты сердишься на Миву? — За что? — За то, что она бросила волейбол. — Нет, конечно, это же ее личный выбор. — Но она могла стать крутой волейболисткой! И еще бросила из-за какой-то ерунды. — Сакура, это ее выбор. Думаю, если бы она действительно не хотела, то не бросила. Может давно думала уйти, но не было причин. Хотя, причины даже не нужны, если не нравится, то не делай. И даже не важно, какой у тебя потенциал. — А тебе не грустно? — Грустно. Но я ничего не могу поделать. — Мне просто обидно, что она так делала. Я думала, у нас будет в семье много волейболистов. — А ты что, тоже решила заниматься? — Казуё посмотрел прямо в лицо внучки. Та соскочила и, сжав кулаки, покраснела даже. — Да! Я буду круче Кагеямы и Мивы! Вот увидишь, ты будешь мной гордиться! Сакура села обратно и замолчала. Мужчина усмехнулся и задумался, что ему все-таки очень повезло в этой жизни, за что он безумно благодарен судьбе.