Черный мотылек

— В следующий раз не приставай, пожалуйста, к живым людям, если решишь вернуться в резиденцию в нетрезвом состоянии, — нравоучительным тоном заключил Пейн, нахмурившись. — Еще поучи меня! — недовольно прошипел Обито. Конан в этот раз милосердием не отличилась и решила оставить пьяную тушу прямо в гостиной, а сама благополучно удалилась в свою комнату. На утро нукенин чувствовал не только ужасную мигрень, но и дикую боль во всем теле от ночной позы. Как-то он очень неудачно извернулся на этом диване! Помощь в виде заветной пилюли от похмелья не пришла, поэтому приходилось довольствоваться малым. Нудный тон Тендо только сильнее вгонял в депрессию. — По какой причине ты решил напиться после миссии? — Бог категорично не желал прекращать этого акта суда над несчастным Учихой. — По причине иди нахуй, — коротко резюмировал молодой человек, — Захотелось. — Это детская отмазка. Ты же не хочешь мне сказать, что Обито Учиха, взрослый самостоятельный мужчина, злоупотребил алкоголем из-за нашего не самого приятного разговора? Терпение заканчивалось, Пейн умело давил на больные места. Но нет, Обито никогда вслух не скажет, что причиной его алкогольного опьянения стало непонимание. Непонимание самого себя. — Это ТЫ мне говоришь? Да ты сам нытик! — огрызнулся Обито, — Я-то хотя бы по уважительной причине ною, и без огромных сисек твоей подруги, между прочим! На пару секунд установилась тишина. Узумаки, казалось, был готов учинить драку, поскольку подобные высказывания в адрес Конан его бесили сильнее всего на свете. Никогда и никому в жизни Нагато не был готов простить такое посягательство на честь Ангела! — Быдло, — выдал Пейн. — Что, правда глаза колит? — ниндзя встал с дивана и потянулся, чтобы хоть как-то начать приводить себя в чувство. — Говори обо мне что хочешь, но никогда не смей так выражаться о Конан. Ты и пальца ее не стоишь, — серьезно заявил молодой человек, нахмурившись, кажется, еще сильнее обычного. Как будто Обито этого не осознавал и не был с этим согласен. — Ладно, успокойся. Может быть я говорю это от зависти, а может я как мелкий глупый пацан оскорбляю девочку, чтобы привлечь ее внимание. А быть может меня бесит, что ты чаще думаешь о ней, чем о важных вещах. Я не знаю, что конкретно служит причиной подобного поведения, но я абсолютно точно уверен в том, что на самом деле никакого злого посыла в моих словах нет, — Учиха решил разрядить обстановку, — Кстати, иронично, но сама Конан реагирует на подобное куда профессиональнее тебя. — Она не ставит тебя на место, потому что не хочет мешать нашим планам, — точно подметил лидер, скрестив руки на груди, — Как вы с Зецу успели так быстро завершить миссию? Учиха отошел на кухню и налил себе стакан воды, повернувшись к Пейну спиной. Маска была сдвинута на макушку. Глоток, приятное чувство тут же разлилось по всему телу. Обито начал чувствовать себя легче. — Да просто Четвертый Казекаге сошел с ума от бедности. В переносном смысле, — шиноби допил воду и вернул маску на место, — Он заключил сделку с Орочимару. — Подробности. — Как тебе известно, Страна Ветра сейчас в ужасном положении, а виной всему полная небоеспособность Сунагакуре. У них совсем нет денег на закуп провизии из других стран, обмундирование тоже по пальцам можно пересчитать. Склады практически пустые. Приток шиноби крайне низок из-за… — Обито старался подобрать правильное выражение, — Одного ученика Академии. Собаку но Гаара, джинчуурики Однохвостого Шукаку. Наконец-то полезная информация. — Значит, Песок уже четко определился с джинчуурики? — уточнил Пейн. — Да. Сын Казекаге точно так же сходит с ума и убивает всех без разбору, кто к нему с вопросами лезет, — Учиха усмехнулся, — К счастью или нет, но он со своей командой скоро отправится на квалификацию в Коноху. — Экзамен на чуунина. — Ага. Вот, тащемта, и все: Казекаге попросил у Орочимару помощи для деревни, а Орочимару взамен попросил с помощью Однохвостого разрушить Коноху. И Песок в плюсе остается, потому что на них все заказы свалятся, и змей, наконец, займет свою нишу на руинах. Лидер стал размышлять о том, как Акацуки лучше поступить. Два джинчуурики в одной деревне, вероятнее всего все закончится очень плохо. Да и еще нападение Орочимару, которое погоду тоже не скрасит. В таком случае оптимально отправить в Коноху опытных шиноби под прикрытием, предварительно приписав им ранги генинов. И желательно быстрых живучих сенсоров, чтобы они пережили нападение и собрали как можно больше информации о джинчуурики. Получится ли схватить хотя бы одного? Только если «под шумок». Акацуки еще рано так явно раскрывать себя и нагло инициировать битвы, однако ситуация в данный момент складывается удачно. Если отправить в эти земли того, кто в них отлично ориентируется, шанс на удачный исход велик. Итачи отлично подойдет для этой миссии, а Кисаме прикроет его. — Вижу, шестеренки в голове твоей куклы задвигались. Никак решил что-то, м? — Обито сел за стол и закинул руки за голову. — Мы отправим команду генинов на экзамен, а вместе с ними двух джоунинов-сенсоров. Скооперируемся с Итачи и Кисаме и оставим это на них. — Хм, звучит как план. Так твои джоунины смогут без палева собрать все сведения о джинчуурики. Останется только подгадать момент для Итачи и Кисаме. Это самое сложное. В принципе, плана лучше тут было и не придумать. — А кого отправить хочешь? Не жалко детишек? — Учиха вновь усмехнулся. Пейн опустился на стул возле стола и еще раз принялся размышлять. Теперь идея послать команду Суйрен загорелась еще ярче, поскольку КПД именно этого состава был превосходным. Девочки очень быстрые, бесшумные, живучие и внимательные, а еще с ними есть сенсор. Они успешно смогут пережить не только сам экзамен на чуунина, но и нападение Орочимару. Им не составит труда вовремя покинуть Коноху в случае угрозы жизни вместе с джоунинами. — Команда Ясу, — Тендо посмотрел на Обито, который чуть не наебнулся со стула от удивления. — Чего?! — гневно удивился Учиха, — Ты что, издеваешься надо мной?! — Подожди, ты не дослушал. Во-первых, ты знаешь, что их невозможно поймать. Во-вторых, Ясу перестанет насиловать мой мозг, если я наконец выпущу ее погулять. — Ага, ясно, то есть вот какие у тебя приоритеты. А здравый смысл идет к черту?! Всего-то из-за капризов малявки?! — распинался нукенин. — Вы с ней очень похожи, — Бог хмыкнул и категорично задрал свой идеальный прямой нос. — Сравнил палец с жопой. — В этом случае Ясу палец. — Это еще почему?! Нагато и хотел бы сказать, что только жопа способна так развоняться, если ее потревожить пальцем, но в силу своего воспитания лишь красноречиво посмотрел на недовольного Обито. — Ладно. Ты у нас бог и на тебе вся ответственность. Если Ясу сбежит, то будешь сам лично бегать за ней и искать ее, — Обито устало выдохнул и откинулся на стуле, сдавшись, — Еще мне кажется, что ты либо переоцениваешь своих генинов, либо недооцениваешь генинов других селений. Туман вот, например, убийц с пеленок воспитывает, там есть типы и пошустрее козявки. — Они наберутся опыта, это испытание сделает их сильнее и расширит спектр развития. К тому же. Ты экзамен как-то сдал в свое время. — Тоже верно. Молодой человек не хотел признавать себя слабаком, однако все равно был вынужден признать, что в те года он был весьма и весьма слабым, а ведь это был период войны. — Так ты, получается, до сих пор генин? — удивился Обито, посмотрев на лидера. — Я вне ранговой системы шиноби. Я бог. — Бог-генин, — не отставал Учиха. Неожиданно на кухне оказалась Конан, материализовавшись из бумаги. Все замерли, смотря на сие представление. Хаюми поправила свою хламиду, после чего оценивающе посмотрела сначала на Пейна, потом на Обито. — Конан, что-то случилось? — спокойно задал вопрос лидер. — Нет, я пришла готовить обед. Тендо посмотрел на часы, что показывали двенадцать часов дня. Действительно, скоро Ясу вернется с учебы, а Обито начнет столоваться по всей резиденции, не в силах поесть по-человечески на кухне и за столом. — Конан, — серьезно начал Обито, смотря на девушку. — Я тебя слушаю, — Ангел расстегнула хламиду и сняла ее, аккуратно сложила на диване и приступила к готовке. Каждый раз, когда Обито видел Конан в этом платье, в его голове происходил диссонанс. Он никак не понимал, каким образом неприкрытая сексуальность и чистая невинность могли сочетаться в этой девушке. Она как будто не понимала, что это платье нихрена не подходит скромной личности, но в то же самое время прекрасно осознавала, что бередит чьи-то умы и чувства, и откровенно пользовалась этим. Глупо было отрицать, что Конан была обладательницей идеального тела: стройного, с пышной грудью и ягодицами, при этом с аккуратной талией и бледной гладкой кожей. Запретный плод особенно слаще, когда он заманивает своей красотой и запретностью! Открытые части тела давали простор для фантазии, невольно хотелось к ним прикоснуться. А еще Обито сильно удивлял и несколько смущал тот факт, что Хаюми не носила лифчика, это отлично было видно благодаря фасону платья. И при этом ее огромная грудь стояла сама по себе! Ну насколько же этой девушке повезло в генетической лотерее! Раньше, буквально несколько лет назад, Обито был уверен, что внешность женщины неважна. Женщина может привлечь просто так, по неизвестным причинам. Очень часто молодой человек возвращался мыслями к Рин и вспоминал, что Нохара, в общем-то, была обычной и ничем не выделяющейся девочкой. Обычный цвет волос, обычный цвет глаз, тело детское и стандартное. Ей не дали возможности вырасти и расцвести, но Учиха любил ее и такой. Маленькой, простой, обычной. Теперь же Обито видел перед собой невероятно яркий контраст. Конан уж точно нельзя было назвать обычной девушкой. Речь не только о странном цвете волос, но и об ее образе в целом. Ее красоту нельзя было назвать кричащей или агрессивной, Хаюми такая же скромная как и Рин. Но в то же самое время и не скромная, получается…объяснить свои наблюдения и выводы Учиха не мог. Ангел не скрывала красоты своего тела, но при этом ее красота оставалась недоступной. Конан знает, что она очень красивая, но при этом словно не ценит своей красоты и всегда молчит о ней. Как будто это ничего и не значит для нее. Слишком невнятно и непонятно. Слишком невнятно и непонятно, почему же это так зацепило Обито. — Извини. Я был слишком груб с тобой прошлым вечером, — после короткого, едва слышимого выдоха, произнес Учиха, мысленно понадеявшись, что над ним не станут смеяться. Действительно, говорить такой девушке напрямую, что у нее шикарные сиськи, это очень грубо. Обито знал и отдавал себе отчет в том, что Конан не падшая шлюховатая женщина, которую легко купить на подобные «комплименты». И ему реально стало очень стыдно. Пейн ничего не говорил. Нагато просто нравилось смотреть на подругу детства и видеть, что у нее все хорошо. А еще ему безумно нравилось наблюдать за ней, когда она занималась домашними делами, прямо как в детстве. В такие моменты его каменное сердце словно покрывалось трещинами и вновь начинало биться. — Если ты пообещаешь больше так не делать, то извинения приняты, — спокойно ответила девушка, посмотрев на Обито. — Ладно, — буркнул Учиха и отвернулся. Конан лишь покачала головой и продолжила готовить. — Я решил, что команда Суйрен отправится на экзамен в Конохагакуре. Ты не против? — наконец подал голос Тендо. — Что? — Ангел удивилась, — Ты решил, что они готовы? Это очень рискованно. — Ты тренировала этих девушек и знаешь их лучше меня. — Почему ты решил дать шанс именно им? Далее последовало подробное объяснение всего плана. Конан к концу рассказала уже была уверена в том, что ее дети подойдут для этого действа идеально, однако некоторая толика тревоги сохранилась в ее сердце. Просто обыкновенное переживание за Ясу, как матери переживают за своих детей. С этим чувством, пожалуй, ничего не поделать, только довериться своему дитя. — Если что-то пойдет не так, то Итачи с Кисаме быстро подоспеют и спасут девок. Ты зря беспокоишься, — заключил Обито. Его вкусовые рецепторы были раздражены, поскольку всю кухню заполнил аппетитный аромат жаренного мяса. Ох черт, как же Обито безумно хотел мяса! — Надеюсь, их не задержат по дороге, — Ангел вздохнула, — Пейн, ты желаешь обедать с нами? В неформальной обстановке Конан всегда обращалась к Нагато по родному имени. Но сейчас обстановка как раз была неформальной, но имя все равно не было произнесено. Значило это лишь то, что Конан предлагала обед именно этому телу, а не его создателю. Вообще, вопреки некоторым убеждениям, это было возможно. Любое из тел Пейна могло выполнять абсолютно любые человеческие функции, в том числе и поедание пищи. В таком случае чакры на контроль определенного тела нужно было в разы меньше, это плюс. Но минус в том, что чакру в любом случае нужно будет потратить либо на процесс пищеварения (а эта песня крайне долгая и неприятная), либо на процесс расщепления еды. И то, и другое — лишняя трата времени и внимания. Гораздо проще просто покормить самого «кукловода». Даже здесь умудрились затесаться негативные моменты. Узумаки банально не прочувствовал бы себя частью семьи. Как-то раз произошло весьма странное событие! Ясу решила познавать мир практическим путем, поэтому напала на Тендо и начала заталкивать печенье ему в рот, потому как мирным путем Пейн учтиво отказался от сладости. Дурак. На самом деле юной Учихе было интересно, способны ли эти куклы питаться и наслаждаться едой. Способны. Нагато чувствует все, что чувствуют его тела. И если тело чувствует вкус печенья, значит и Нагато ощутит его. Вот только желудок его останется пуст. — Нет, извини. Я могу просто присутствовать с тобой, если хочешь, — и все-таки лидер решил отказаться. — Как пожелаешь. Обито тоже предпочитал кушать отдельно где-нибудь. Он не хотел, чтобы кто-то видел его лицо, даже эти люди. Нужно отдать должное Конан — она все равно каждый раз предлагала ему поесть на кухне вместе с ней и Ясу, опционально с другими членами Акацуки. Хоть это предложение было бесполезным и каждый раз заканчивалось одинаково, Учихе все равно было приятно, что о его человеческой стороне хоть кто-то еще помнил. — А ты, Обито? — Ангел начала нарезать салат. — Я позже. Нужно прийти в себя. — А почему мне никто никогда не предлагает мяса? — Зецу выползли из стены, белая половина обиженно посмотрела на остальных членов Акацуки, — Я что, шутка для вас? Пустое место? — Блять, ну началось… — устало выдохнул Обито. — Потому что сырое мясо у нас не залеживается, — Конан насупилась, — Да и я же предлагала вам как-то раз. Вы ответили, что питаетесь слишком не эстетично. — Было дело, — вздохнула белая половина. — Кустам не положено мясом питаться, так что умолкните, — брякнул Учиха. — Так ты вообще-то не сильно от нас и отличаешься, овощ… — грубым низким голосом отозвался Черный Зецу. С этими словами существо вновь скрылось в стене, удалившись по своим делам. В большинстве своем Зецу просто подслушивали разговоры других людей и редко принимали в них участие. — Я тогда тоже пойду. Зовите, пишите, деньги присылайте, если скучно будет, — Обито махнул рукой на прощание и исчез. Тендо покачал головой. — Конан, спасибо тебе за то, что так стараешься для таких неблагодарных личностей, — произнес он, прикрыв глаза. Девушка беззлобно усмехнулась. — Мужчины все неблагодарные. — Я тебе благодарен. — Так ты и не мужчина. Ты бог. Забыл? — Конан поставила на стол пиалу с салатом, улыбнувшись Пейну. Подобные слова он произносил часто. Особенно часто, когда Конан просила его починить что-то в резиденции. На, казалось бы, вечно замершем лице Тендо появилась расслабленная уставшая улыбка. Всего лишь на пару секунд. — Ты самая лучшая. — Смари чо могу! — Ясу техникой сложила из бумаги самолетик и наполнила его своей чакрой. Сразу после этого шедевр отечественного самолетостроения полетел в бетонную плиту и вонзился в нее так, словно это был тяжелый укрепленный сюрикен. — Тебя этому Ангел-сама научила? — удивилась Аджисай, смотря на результат работы своей подруги. — Скорее, это я подглядела у нее, — Учиха скромно улыбнулась. — Блин, это очень здорово! Я вот сколько ни пыталась — у меня так не получается, — девочка устало вздохнула, — Мне иногда кажется, что я совсем слабая и ни на что не гожусь. — Глупости ты говоришь, Аджисай! Каждая техника полезна и сильна! Тем более фуиндзюцу — это же вообще высшая школа! Далеко не каждому шиноби даны подобные навыки, а ты вон как печатями владеешь. У каждого свои плюсы и свои минусы, — Ясу обняла сокомандницу и потискала ее в своих объятиях. Аджисай тихо рассмеялась и обняла подругу в ответ, после чего они упали на бетон и рассмеялись уже вместе. — Ну, тогда домой? — спросила Аджисай, встав и протянув руку Учихе. Куноичи взялась за нее и поднялась, после чего начала оттряхивать свою одежду от грязи. — У меня еще кое-какие дела есть. Ты иди без меня. Завтра встретимся, — Ясу кивнула и улыбнулась. — Что за дела такие? — Да нужно зайти кое-куда. Так, пустяки, не переживай. — Эх, хорошо. Тогда до завтра! Девочки попрощались друг с другом. Сразу после этого Ясу побежала по крышам и стенам зданий в сторону ближайшего кинотеатра. Ей нужны были определенные люди. Встреча с Ягурой не пройдет бесследно. Юная Учиха решила, что не может просто забыть о нем и оставить там дожидаться смертного часа. Пока время есть — его нужно максимально использовать, план уже был придуман. Как же хорошо, что девочке удавалось довольно легко сближаться со сверстниками. В подсобке кинотеатра было очень интересно. Все стены были исписаны различными узорами и картинами, часть краски светилась в темноте, привычное освещение заменяли ультрафиолетовые лампы. В помещении было не прибрано, но никому этот творческий беспорядок не мешал. Людей здесь в этот час было не очень много. Ясу подошла к группе молодых людей, что были примерно на 2-3 года старше ее. — Привет! — поздоровалась девочка, мило улыбаясь. — Йо, малявка, — поприветствовал ее светловолосый юноша, скептично улыбаясь, — Че, решила все-таки с нами тусить? — Да не, она пришла рассказать, что под юбкой у Бумажки увидела, — два товарища чуть позади рассмеялись. Бумажкой называли Конан. В этих местах ее не очень любили, но особо жестоко и неприятно никогда не оскорбляли. А прозвище такое закрепилось из-за бумажных крыльев. — Так я-то хотя бы видела. Вы-то вообще под юбки никогда не заглядывали, — Ясу показала им кончик языка и рассмеялась. — Ну так-то справедливо все стелешь. Так че пришла-то? — Мне нужна ваша помощь! Это же вы рисуете на зданиях?