Черный мотылек

Они вдвоем отошли на задний двор Академии, перед этим убедившись, что никто за ними не подглядывал. В какой-то момент времени до Саске дошло, по какой причине Ясу могла не знать судьбы своего клана. Изоляция. Деревня Скрытого Дождя очень тщательно фильтрует поступающую информацию, возможно весть о падении клана Учиха там и вовсе считается государственной тайной. Но даже в таком случае правительство обязано было сообщить Ясу. — Ты без родителей живешь? — Саске скрестил руки на груди, смотря на новоиспеченную знакомую. — Ага. А почему ты спрашиваешь? — куноичи с любопытством посмотрела на юношу. Получается, что Ясу осталась последней девушкой Учиха. Радоваться ли такой новости? На самом деле Саске в свои почти четырнадцать лет мыслил очень далеко. Он желал не только отомстить за свой клан, но и восстановить его в будущем. Как же приятно, на самом деле, узнать, что в мире еще выжила одна представительница его клана, причем, судя по всему, чистокровная. Конечно возродить былые масштабы уже точно не получится, потому как для таких целей требовалось как минимум больше девушек, а как максимум — и парней тоже, но хотя бы одно семейство было вполне реально. Тем более гены у этой дуры, если судить по ее развитому шарингану, сильные и наследники получатся способные. Вот только была одна проблема — эта девчонка Саске очень сильно не нравилась, характер у нее какой-то гадкий. И при этом всем она кого-то ему очень сильно напоминала, но юноша не мог вспомнить. Как бы то ни было, а теперь появились хоть какие-то шансы все вернуть. Саске чтил свой клан. С самого детства ему прививали идею о том, что клан Учиха — величайшая родословная, которая обладает сильнейшими навыками и неописуемым потенциалом. А уж сколько ярких сильнейших личностей было в этой истории, даже не перечесть всех по памяти. Как же невероятно жалко потерять все в считанные минуты. Все величие, все наследство, все знания — все это кануло в лету из-за личных амбиций ублюдка Итачи, который своими действиями похоронил огромный культурный пласт. Саске это очень сильно бесило. Внезапно до парня дошла одна мысль. А Итачи знает о существовании этой девчонки? Он попытается ее убить? — Скажи честно, ты придуриваешься или правда не знаешь, что нашего клана больше не существует? — строгим ровным тоном произнес Саске, нахмурившись и одарив свою собеседницу требовательным категоричным взглядом. Ясу замерла. Эти слова прозвучали для нее настолько чужеродно, что в первые мгновения она даже не смогла их правильно интерпретировать в своей голове. Как это «больше не существует»? Куда они все делись? Люди же не могут вот так просто взять и исчезнуть, тем более в таких количествах. Девочка опустила взгляд. Сознание резко подкинуло ей и тот факт, что за все время, которое Ясу провела в Конохе, ни одного человека, похожего на Учиху, она так и не встретила. Да и на нее все смотрели как-то косо… Ерунда какая-то! Если бы клана больше не существовало, то кто-нибудь бы точно рассказал ей об этом! Да хотя бы тот же Обито, он же все знает и часто путешествует по миру! Как такое возможно?! — В смысле «больше не существует»? Он…расформирован? — неуверенно спросила Ясу в ответ, посмотрев в недовольные глаза Саске. Понятие «клан» в современности утратило свое значение, чем многие представители древних семейств очень недовольны. Раньше кланом назывались не просто пара-тройка семей, а десятки ветвей, родословных. Сейчас численность любых кланов настолько сильно сократилась, что в мире произошел некий парадокс лысого*. Вкратце, если представить себе нескольких людей в ряд, где у первого человека на голове пять волосин, а у каждого последующего на одну меньше, то возникнет логичный вопрос — какого именно по счету человека можно уже называть лысым? Вроде бы логично сказать, что самого последнего, ведь у него и вовсе на голове нет волос, но с другой стороны, всех предыдущих назвать волосатыми язык тоже не повернется… В общем, какое-то негласное сборище «знающих» людей решило, что времена меняются, а вместе с ними меняются и понятия. И раньше кланы действительно были многочисленными, но сейчас большинство из них за рамки трех семейств не выходило. И вот примерно по этой причине кланы расформировывались, когда даже от этих жалких семейств не оставалось никого. Саске подошел к девочке ближе и заглянул в ее глаза. Не врет, действительно ничего не знает. — Ты чего?.. — Ясу смутилась и сделала шаг назад, отведя взгляд. Она не любила, когда кто-то так пристально пялился на нее. — Все были убиты несколько лет назад, — сообщил юноша, нахмурившись сильнее, — Их убил Итачи Учиха, бывший АНБУ Конохи и мой старший брат. Время в этот миг словно замерло. Ясу широко раскрыла глаза и замерла, не веря своим ушам. Такого просто не может быть… Как это они все убиты? Итачи их убил? Нет, это неправда! Зачем Итачи убивать весь свой клан, да и как он справился один?.. Саске выглядел так, словно говорил это серьезно и не врал. Да и зачем ему обманывать Ясу? Тогда почему Итачи ничего не рассказывал ей все это время?! Ведь они не первый год знают друг друга! Как этот человек может так лицемерить?! Столько лет обманывать ее и не рассказывать ничего о клане! Теперь понятно, как Итачи оказался в Акацуки и по каким делам. Неважно, какие у него мотивы — нет оправдания такому преступлению! Сколько же людей он погубил? Женщин, детей, стариков…неужели он мог так бессердечно лишить жизни каждого? Да кто он такой, чтобы распоряжаться судьбами этих людей! Юноша по взгляду девчонки понял, что та находилась в какой-то прострации и потерялась между добром и злом. Ее реакцию понять можно… — Пошли, — Саске взял Ясу за руку и беспрепятственно потащил ее за собой, — Я покажу тебе. Ясу не стала сопротивляться и последовала за парнем, вскоре они перешли на бег и перемещались уже не только по дорогам, но и по крышам. Было непонятно, куда он ее вел. Да и вообще все было непонятно. Зачем Итачи сделал это? Как он может после такого спокойно жить? Разве его не мучают ночные кошмары ну или хотя бы просто совесть? Девочка внезапно очень много мыслей посвятила Итачи. Он всегда был очень странным человеком, неоднозначным и непонятным. В один миг он был холодным и суровым, порой даже не разговаривая ни с кем, в другой момент он мог даже улыбнуться и рассказать Ясу что-нибудь интересное. Иногда они вместе тренировались, он обучал ее метать сюрикены и кунаи, практический весь базис любого шиноби дополнил именно этот нукенин. Да что с ним такое, черт возьми? Они с ним были не до такой степени близки, например с тем же Кисаме у Ясу отношения сложились куда ближе, хоть особо и не выходили за рамки «коллег по цеху». Однако даже этого хватало, чтобы у девочки сложилось нейтральное отношение к Итачи. Она с самого начала заметила, что с этим человеком что-то было не так, что он слишком часто врал и скрывал какую-то истину. Тогда, пару лет назад, Ясу решила в это не лезть, да и до сего момента, в принципе, лезть и не хотела, но теперь выбора просто нет. С Итачи нужно поговорить и попытаться узнать всю правду. Должна была быть причина, чтобы он вот так просто взял и зарезал весь клан. Оставил только Саске. Уже что-то не сходится! Если бы Итачи хотел избавиться от своего клана полностью и на корню, то он убил бы не только Саске, но и попытался бы убить Обито вместе с ней. Им руководило что-то другое. Отставить обиды. Сначала все узнать, а потом уже решать — обижаться на него или нет. Судя по всему, Саске сам обиженка полная, чем-то даже он напоминал Пейна в своей худшей интерпретации. Он с такой ненавистью и отвращением произнес имя своего брата, что даже мурашки по коже побежали от этого ужаса, который внушала темная аура Саске. И с ним тоже было что-то не то. Ясу уже откровенно перестала понимать, почему в ее жизни доминирующее количество знакомств — именно с психически нездоровыми людьми. К нормальным девочка относила только Конан и своих подруг, а вот все остальные улетели в бан. Кисаме был скорее нормальным, чем нет, но у него тоже иногда проскакивали какие-то свои бзики. Про Пейна речи и вовсе не велось, он ненормальный и доволен собой, другие члены Акацуки практически все поголовно больны. А Обито и вовсе еблан. Через пару минут они добрались до того самого места. На отшибе деревни расположился квартал Учих, даже герб клана украшал эти врата. Вход был перекрыт пестрой двухцветной лентой. Ясу замерла, смотря на это. На некоторых стенах даже следы крови застыли, видимо, уже навсегда. Саске всегда пробирался внутрь просто переходя через стену, Ясу последовала его примеру. Внутри как будто сама Смерть разгуливала по переулкам и осматривала свои новые владения. Нигде ничего не убрано. Радует, что мародеры не ворвались во все заброшенные дома, здания были относительно ухоженными на вид. Пахло затхлостью и грязью, пылью. Дети медленно шли вперед по главной аллее. — А сколько лет назад это произошло? — тихо спросила Ясу, осматривая все кругом. Ее клан действительно когда-то жил здесь? Все дома построены ровными рядами, выдержан один темный стиль архитектуры. Он был простоватым, но в то же самое время со вкусом, язык бы не повернулся назвать эти строения скучными или серыми. Некоторые окна и вывески украшали флаги с гербом клана, иногда можно было заметить симпатичные клумбы, правда без цветов. В общем, Ясу тут нравилось. Девочка в одно мгновение почувствовала себя ужасно и прекрасно одновременно. Сложилось такое впечатление, словно она тут уже была. А была ли тут она? Ноги сами повели в какую-то сторону. Еще через несколько секунд юная Учиха сорвалась на бег. Саске ничего не понял и помчался за ней. Все кругом так неожиданно знакомо. Здания, вроде бы повторяющие друг друга, а все-таки разные и уникальные! Даже это расположение посаженных деревьев вдоль какой-то аллеи. Все чересчур знакомо. Ясу плохо помнила свое детство, девочка опомнилась и поняла, что раньше она, вообще-то, жила в Конохе, а значит именно тут! Здесь где-то и жила, разве нет? — Эй, куда ты идешь? — Саске стало даже интересно. Он никогда не видел Ясу до этого, даже в свои самые малые годы. Правда, в то время он на других детей вообще внимания не обращал, но это уже совершенно другая история. Судя по поведению девчонки, она тут когда-то проживала. Получается, ее семейство переехало в другую страну. И таким образом избежало казни Итачи. Вот ведь везение! Ясу, наконец, остановилась перед небольшим двухэтажным домом. Вот он уже, в отличие от всех других, был заколочен наглухо. Даже оконные ставни были забиты гвоздями, что уж говорить о дверях. Местность возле дома поросла травой, а еще возле его стен покоился какой-то строительный хлам. В некоторых местах дерево прохудилось, но в принципе, если судить по внешнему виду, в этом доме еще вполне можно жить. Саске насупился. — Ты здесь жила? — Жила, — Ясу кивнула, до конца не веря своим глазам. Она действительно тут жила, как можно забыть о таком? Как можно забыть, что ее родиной является Деревня Скрытого Листа? Страна Огня? Как-то подобные вещи совсем плохо откладывались в ее памяти, особенно учитывая тот факт, что девочка крайне много своих мыслей посвящает негативу, связанному с Амегакуре. Поразительно, оказывается история параллельна, а не линейна, как это привычно в разуме простого человека. Пока семейство Ясу обитало в Стране Воды, тут существовал их настоящий родной дом, причем практически нетронутый. И его даже никто не стал сносить за ненадобностью, никто не продал этот кусок земли. Чисто номинально, получается, Ясу является обладательницей этого дома? У кого бы такое спросить? Конкретно Саске знал об этом месте лишь то, что тут неподалеку жил Шисуи. Обычно юноша даже никогда не гулял здесь. — Это произошло пять лет назад, — он все-таки ответил на тот вопрос, — За одну короткую ночь весь клан был уничтожен. На одну минуту установилась тишина, нарушаемая лишь коротким слабым ветром. Ясу не могла в это все поверить. — Не бывает такого…просто не бывает, — девочка решительно сжала кулак, — Такой огромный клан всего лишь одним человеком за одну ночь? И ни одного АНБУ не было на патруле? И никто не услышал криков и не прибежал на помощь? И неужели никто не смог дать отпора даже толпой?! Такого не бывает, Саске, не бывает, понимаешь? — Ясу тихо всхлипнула и поспешила утереть выступившие слезы рукавом рубахи. Больно, очень больно осознавать и принимать такие вещи. Девочка понимала, что ее боль не сравнима с той болью, которую мог испытать сам Саске, ведь это сделал его брат. И именно его брат убил их родителей, их семью! Но, черт возьми, этот ужас пронзил тело и прошел одним длинным копьем насквозь, выйдя через сердце. У Ясу не было родных кроме мамы и папы, во всяком случае она никого больше не знала. Скорее всего, у нее тут не было и друзей, ведь ей было совсем мало лет, когда родители решили переехать в другую страну. Вроде как и цепляться-то тут не за что, а все равно на душе стало очень тоскливо и одиноко. Словно они с Саске выброшенные на улицу дети, которые теперь предоставлены сами себе. А разве нет? Разве не так и сложилась их жизнь? Саске замолк, размышляя над словами Ясу. В них была доля истины. Действительно, почему никто не стал сражаться с Итачи в ответ? Почему ни одного отряда АНБУ не оказалось рядом? Да и вообще-то отряды полиции Конохи дежурят и по ночам, по какой причине никто не поднял тревогу? Вопросов резко прибавилось, юноша глянул на пригорюнившуюся спутницу. Ей действительно плохо от этой ситуации, считать ее самозванкой отпало все желание. Она Учиха, такая же, как и он. Они из одного клана, в них течет одна кровь. Удивительно, какие сюрпризы порой преподносит жизнь. Саске даже не знал, как теперь относиться к Ясу. Вроде бы они познакомились едва ли полтора часа назад, а вроде бы и родственники теперь, хоть и очень-очень дальние. Совесть не позволяла относиться к Ясу с презрением или агрессией, потому как парень отдавал себе отчет в том, что у него больше нет никого. Ясу ему никто, но в то же самое время — очень значимый человек. Человек, которого он совсем не знает. — Черт… — только и смог тихо сокрушенно выдать Саске, — Не реви, раздражает. — Я не реву, это от эмоций, — Ясу действительно не плакала. Просто чувства накатили на нее настолько сильно, что слезы сами выступили буквально на пару секунд, — Твой брат настолько силен? Вопрос скорее для того, чтобы понять, что известно Саске. Уж Ясу-то знает, что Итачи силен слишком…сильно. Но все-таки подробности стоит узнать хотя бы для себя, чтобы сделать некоторые выводы. — Он очень силен. Гений клана, — коротко поделился юноша. Он не желал нахваливать такого подлого предателя. — И даже если гений клана…не может один человек убить так много людей сразу. Кто-то по-любому бы заметил, даже если убийства начинались тихо в покрове ночи. Все слишком подозрительно просто… как будто по сценарию. — Правительство не стало расследовать это дело, — внезапно вспомнил Саске, нахмурившись. Теперь его шестеренки начали двигаться активнее, — Типа и так понятно, кто убийца. Никто даже не стал выяснять мотивов и состава преступления. — Че-то мутят ваши правительственные пидорасы, — заключила Ясу, вовремя вспомнив крылатое выражение Хидана. Мутил что-то и Итачи, но с него еще представится шанс вытрясти информацию, — А ты малой был еще совсем и не стал об этом думать, хм…как-то все странно. — Так твои родители уже…все? — Саске хотел убедиться в своих догадках. Ясу тихо вздохнула. — Все, — подтвердила куноичи, — Я с названной сестрой живу в Аме. Там…не очень любят Скрытый Лист и практически не говорят о нем, поэтому я и не знала о своем клане. — Вот оно что, — юноша тоже вздохнул, — А твои глаза? Ты сама тренировалась до такой степени, что смогла пробудить три томоэ? Спорный вопрос. По большей части тут очень помог Обито, который сильно противоречил своим же надуманным опасениям. Но и сама Ясу приложила для подобного много усилий. И что же ответить? — Сама. Наш город очень суров, там без серьезных навыков порой на улицу выходить страшно. — И прям-таки все по домам запуганные сидят? — Саске выгнул бровь. — Диктатор вынуждает. А вот про легенду Амегакуре даже в школе множество раз рассказывали. Более того — заставляли писать по ней изложения и сочинения, что совсем пиздец! Так что Ясу на зубок знала всю фальшивую историю Скрытого Дождя и рассказывала ее спокойно, без запинок. — Херово, — заключил ниндзя, — Ну, если ты уверена в том, что это твой дом, то ты можешь узаконить его принадлежность тебе, тогда у тебя появится официальное право тут проживать на постоянной основе. В качестве компенсации выделят квартиру где-нибудь, как мне, — Саске поделился этой информацией на тот случай, если Ясу после этого дня захочет что-то поменять в своей жизни. Девочка отметила эту информацию, действительно полезные сведения. Получается, можно обзавестись недвижимость в Конохе, а значит иметь полноценное право свалить нахрен из унылого Дождя. Нет, в Дожде Конан обитает, но все равно нужно держать подобные вещи в уме. Неожиданно перед детьми появился один АНБУ в сопровождении какого-то джонина с серыми волосами в маске на пол-лица. Саске тут же нахмурился и, скрестив руки на груди, отвернулся. Ясу только глазами вопросительно хлопнула. — Вы находитесь на запретной территории, вам сюда нельзя, — резюмировал АНБУ. — Почему запретной? Я здесь живу с недавних пор, — Ясу слабо насупилась. — Следственная территория, — коротко ответил молодой человек в маске животного, — Какаши-сан проводит вас до выхода. — Идем, — мужчина глянул на двух нарушителей порядка. АНБУ исчез, оставляя после себя лишь неприятное послевкусие, а Саске и Ясу последовали за джонином. — Саске-кун, зачем ты подстегиваешь свою новую знакомую зарабатывать штрафы? — поинтересовался некий Какаши, глянув на своего ученика. — Мы ничего плохого не сделали, так что не надо нотации читать, — Учиха хмыкнул в ответ, — Как долго это еще будет продолжаться? — Столько, сколько потребуется. Ах, точно, — шиноби остановился и решил представиться девочке из Дождя, — Какаши Хатаке, джонин Скрытого Листа и наставник Саске. Так он учитель Саске, понятно. Какой-то странный человек, от него веяло непонятной аурой. Вроде и добродушной, но в то же время холодной и очень пугающей. Ясу кивнула. — А я Учиха Ясу, гроза порядка теперь не только Скрытого Дождя, но и Листа тоже, — девочка протянула руку. Какаши тихо-тихо усмехнулся и пожал небольшую ручку в ответ. — Так ты и у себя дома любишь АНБУ подоставать? — А у нас их нет, я всех до дурки довела своим поведением, — девочка говорила об этом так спокойно, словно это не ирония, — Вы бы тоже своих предупредили, экзамены ведь долгие, мало ли… Хатаке был предупрежден о том, что в Коноху на экзамен прибыл коллектив из Амегакуре. Вроде как отношение к этой деревне было ровным, однако верхушка посчитала, что существовал смысл наблюдать за этими девушками тщательнее положенного. И особенно за их сопровождающим. Признаться, Какаши был очень сильно поражен тем, насколько Ясу напоминала одного человека, с которым он когда-то вместе работал. Увы, имени этого Учихи мужчина уже и не вспомнит, но сходство прямо удивительное. Да и в принципе эта девочка вся была удивительной, потому что обладала такими внешними чертами, которыми уже никто и никогда не сможет похвастаться. Удалось же родителям так ювелирно сохранить гены своего клана. Ясу была ростом с Саске, они были похожи друг на друга, как приятно наблюдать за таким теперь уже редким сходством. Да и характер, судя по всему, тоже не простой, а именно учиховский. Может быть эта девочка вовсе не шутит про АНБУ Дождя? — Обязательно скажу им, — все вместе продолжили путь к выходу, — Но вы постарайтесь больше не попадаться, если захотите прийти сюда. — Уж постараемся, — пообещал Саске, — Мы с Сакурой и Наруто сдали первый этап. — О, как замечательно, а я как раз хотел спросить об этом, — Хатаке спрятал руки в карманах брюк, — Ибики здорово поиздевался над вами, верно? — Неправда, — Ясу ловко пролезла через ленты, перекрывающие ворота в район, — Скорее тест на дибила, чем что-то страшное. Саске сделал так же, как Ясу, ну а Какаши просто поднял эти ленты над собой, собрав их и потянув вверх, и прошел на выход. Как бывший член АНБУ, он не смог отказаться от привычки тщательно изучать всех незнакомых людей и быть к ним максимально подозрительным. Одного этого разговора было достаточно, чтобы Какаши заключил, что Ясу очень смышленая девочка, даже не по годам смышленая. Интересно, все куноичи из Дождя такие? Или просто с учителями повезло так? В любом случае, хотелось посмотреть на ее навыки. Как-никак, а это Учиха, внимание на втором этапе экзамена со стороны судейства ей точно будет обеспечено. — Какие пуганные пошли дети, ничем-то их уже не удивишь, — джонин тихо устало вздохнул, — Впрочем, доживем до конца второго этапа и посмотрим, как вы запоете. — Это угроза? — Саске нахмурился. Сенсей порой очень сильно бесил. — Это я беру тебя на слабо, Саске. Ясу составит тебе большую конкуренцию, думается мне. Посеять между детьми конкуренцию, это как взять бесплатный билет в кино на боевик. Вот этим Какаши любил грешить, чего уж тут скрывать. Всего пара дней без любимой непоседы, а уже на душе как-то серо и грустно. А еще немного одиноко. Конан отвлекалась от подобных мыслей благодаря работе, но ее подчиненные работали настолько хорошо, что порой даже потеть не приходилось, чтобы выполнить очередное поручение Пейна или провести обход. Все так хорошо, что даже плохо. Девушка тихо вздохнула. Осень радовала очередной депрессией на пустом месте. Конан перевернулась на диване так, чтобы ноги торчали вверх, а голова свисала вниз. Эти идиотские сериалы уже надоели, в них столько соплей, далеких от реальности, что вскрыться хотелось. Эти слащавые сладкие признания в любви, нелепые нереалистичные поцелуи, абсолютно глупые детские намеки на секс. Хаюми в этот цирк просто не могла поверить, но зачем же она тогда смотрела данные шедевры кинематографа? Да просто, чтобы занять себя чем-нибудь в свободные от дел вечера и ночи. Как же там ее малышка? Все ли с ней хорошо? По идее все должно быть хорошо, потому что если будет плохо, то мир будет страдать долго и мучительно. Ясу способная, сама кого хочешь обидит. Уж если ей удавалось с такой небывалой легкостью чморить Хидана и Обито, то что уж говорить об ее сверстниках? Вот тут Конан была спокойна. Однако существовало еще несколько поводов для тревоги, и первым из них была Коноха. Ну спорить бессмысленно, трава там действительно зеленее, на что юная Учиха была падка. Да и солнце там постоянно светит, цветы повсюду растут. Ребенку, который столько лет жил в абсолютно серых унылых странах, может показаться, словно он попал в рай на земле. Наверное, даже хорошо, что дети наивны. Пейн, конечно, очень сильно хочет, чтобы эта завеса детской наивности Ясу, наконец, рассеялась, но Конан почему-то казалось, что это невозможно. Девушка переживала, что ее лучик солнца будет чувствовать себя неважно, когда вернется в дождливую Аме, где и цветов не растет, и тучи не расходятся месяцами. А еще Ангел откровенно боялась за реакцию Ясу касательно клана Учиха. Девочке никто ничего не говорил, хотя уговора такого и не существовало. Обито сказал, что эта информация для нее неважна и вообще ничего не значит. Итачи лишь покачал головой и сказал, что если вдруг Ясу узнает об этом, то он желает лично с ней переговорить. А Пейн любому раскладу рад. Вот и получается, что куноичи живет в неведении. Разве честно так поступать? Нет, совершенно нет. Но с другой стороны так она сможет почувствовать боль…надо ли это ей? Конан в очередной раз вздохнула. Ей просто хотелось счастья для Ясу. — Это че, йога или просто к зимней спячке тело тренируешь? — раздался голос Обито где-то с угла гостиной. Ну вот, вспомни заразу — появится сразу. — Тебе-то какая разница? — абсолютно спокойно и беззлобно отозвалась девушка, показательно помахав ногами, — Мне так удобно. — Удобно, да… Обито тоже присел на диван. Он вообще-то был любителем сериалов, поэтому часто обитал тут, возле телевизора. Но внезапно Конан тоже начала приобщаться к этому делу, и молодому человеку стало откровенно неловко рыдать с трогательных моментов и сцен. Эта женщина его смущала. Когда обычно строгая и холодная Хаюми, которая практически всегда скрывается от чужого взора, так по-домашнему разваливается на диване в невиданной позе и с таким скучающим выражением лица, у Обито разрывался очередной шаблон. Привлекательная картина, ничего не скажешь. Тяжело было оторвать взгляд от такого редкого зрелища. Как же удобно носить маску! — Конан, вот скажи, ты так скучаешь по Ясу, да. А ты скучаешь по нам, когда мы уходим на задания, м? — начал диалог молодой человек, опустив голову на согнутую в локте руку. — Не особо, — честно ответила Ангел, даже не посмотрев на собеседника, — От вас очень много шума и не все из вас чистоплотны. — Чо, совсем по мне не скучаешь, когда я ухожу? Знаешь, мне кажется, что я привношу в твою жизнь красок ничуть не меньше, чем малявка, — Учиха старший все-таки выразил свою позицию, — Я, конечно, понимаю, что я тебя уже, наверное, заебал, но ты не можешь отрицать того факта, что я принимаю важное участие в сохранении твоей бытовой человеческой стороны. Вот как загнул. Очень интересно. — Обито, ответь тогда ты мне, чего ты ко мне привязался? — Конан по-прежнему даже не смотрела на него, — Я, цитирую, скучная молчаливая неинтересная женщина, которой суждено умереть со своими пальцами между ног. Мне почему-то всегда казалось, что я не тот идеал, который ты ищешь. Пару секунд молодой человек молчал. Блять, как же ему стало стыдно в этот момент! Да, он действительно говорил такое раньше и даже не единожды, но это было столько лет назад! Они тогда, можно сказать, только познакомились, и Хаюми невероятно сильно раздражала своим мертвым выражением лица отсутствием хоть какой-то гражданской позиции. Теперь же Ангел вернулась к тому, что она живой человек и ей свойственны какие-то эмоции, желания и стремления, и общаться с ней стало даже интересно. — Ну…согласись, с пальцами-то я точно не проебался, — Обито тихо рассмеялся. Конан не удержалась и тоже тихо рассмеялась в ответ. Иногда можно позволить себе расслабиться, Обито же никто не осуждает за то, что он ведет себя как идиот, так чем она хуже? — Тебе этого достаточно, чтобы терпеть все остальные перечисленные минусы? — Хаюми зевнула, прикрыв рот ладонью. — Конан, такой, как ты, должно быть стыдно и стремно умирать со своими пальцами между ног. Даже несмотря на все перечисленные минусы, которые больше не имеют юридической силы, — таким образом Учиха весьма изворотливо попросил прощения. — А, интересно. Так ты мне предлагаешь умереть уже с твоими пальцами между ног? Это как игра, с Конан всегда было очень классно разговаривать, когда она уставшая и безмятежная, потому как порой она выдавала такие мысли, до которых никто больше кроме нее не дошел бы. Вот что значит «девушка действительно девушка, а не зомби». Нагато идиот, во что он только превращает ее? — Ха, а это уже как договоримся! На нем уже не было хламиды, только водолазка и штаны. А еще перчатки на кистях рук. Как раз одну из них он снял, демонстрируя свои длинные белые пальцы, коими поиграл над лицом девушки. — Нравятся? — с толикой иронии поинтересовался нукенин. Конан ловко перехватила его руку и стала внимательнее рассматривать эти пальцы. Белые. Это не человеческая плоть, Ангел потрогала и пощупала их. Точно какая-то инородная масса. Они вроде такие же твердые, как и обычные человеческие, но в то же самое время на ощупь совсем гладкие и бархатистые. Рельеф на них присутствовал, но ощущался тоже как-то по-другому. — Что это? — уже серьезно спросила Хаюми, приподнявшись на локтях, буквально удерживая свой вес над краем дивана. — Да так, прилег отдохнуть не очень удачно в детстве, — Обито сам критически осмотрел свои пальцы. Удивительно, эти белые клетки даже имитировали ногти, — Так что, ты согласна на предложение? Девушка поняла, что этим жестом Учиха старший выразил свое доверие к ней. Наверняка ведь больше никто не знает об этой составляющей Обито, кроме Зецу, наверное. Зецу сам был, судя по всему, сделан из этой же субстанции. Стало интересно, что же на самом деле произошло с Обито? И кто вырастил ему искусственную конечность? — И…тебе с этим тяжело жить или разницы никакой? — Ангел посмотрела на рыжую маску. Иногда очень сильно хотелось говорить с этим человеком с глазу на глаз. Ну бывают в жизни такие ситуации, когда неприемлемо, да и откровенно глупо вести диалог с маской на лицею. Что же за несправедливость-то такая. — Нервные окончания присутствуют, но они не особо контачат с натуральными. Так что я практически ничего не чувствую этой рукой, — Обито пожал плечами, — Ну и если поранить, то не заживет. Это как у куклы резиновой. — Ох, это…ужасно, — Конан искренне сочувствовала такому положению дел, — А что значит «практически»? — Контраст температур ощущается, но, опять же, слабо. Вообще Обито ненавидел свою искусственную часть. Он проклинал и продолжает проклинать каждый свой прожитый день из-за этих чертовых клеток Хаширамы Сенджу! Искусственный кусок тела ощущается так мерзко и неприятно, что порой хочется из одежды совсем не вылезать. А еще прямо на стыке настоящей живой плоти и припаянной зачастую возникают такие отвратительные тактильные ощущения, что хоть на стенку ползи! И с этим ничего не сделаешь, но к этому и не привыкнешь. Со временем, конечно, Обито научился отвлекаться от подобных мелочей, однако они все равно портили его жизнь. Хорошо хоть, блять, что член на месте, уж такой пытки Учиха не вывез бы. Конан словно на себе прочувствовала все недовольство Обито. Девушка вновь легла, свисая головой вниз, и невольно взялась обеими руками за руку собеседника. Прикасаться к этим пальцам очень странно, но не неприятно. Они все-таки принадлежат живому человеку, шевелятся, а значит с ними нужно быть осторожной. На этом моменте Обито заткнулся и стал просто наслаждаться моментом, потому что вот так его за руки уже много лет никто не брал. Да и еще предплечье так интересно проходило по касательной оси груди Конан, что шевелиться, в общем-то, и не хотелось. Мягкость этой замечательной широкомасштабной груди ощущалась даже искусственной рукой. Такие приятные ощущения, не поспоришь даже. В один миг Учиха даже перестал понимать, чего ему хотелось больше: прикоснуться к заветным сиськам Конан, о которых сложено столько легенд в Акацуки (сама Ангел даже не догадывается о том, что ее грудь обсуждается в рядах наемников особенно часто и ярко), или же прикоснуться к ее длинным тонким пальцам, наверняка очень мягким и нежным, ведь эта куноичи не пользуется кунаями и сюрикенами. Черт, что же делать-то? — Знаешь, я, пожалуй, откажусь от твоего предложения, но не потому, что рука у тебя странная, а потому, что я пока не особо хочу умирать, — Конан слабо улыбнулась и вернула руку владельцу. Вот так вот. Чертовка! — Так надо же в будущее смотреть. К тому же сейчас очень популярно заранее готовиться к смерти, так что лучше бы все продумать, а то мало ли что, — Обито усмехнулся и надел перчатку обратно. — А тебе самому-то не противно будет эти чистейшие пальцы в труп засовывать? — Первые двадцать минут еще тепленькой будешь! — Только двадцать? Ну, тебе, по идее, даже много будет, я так думаю… Оба рассмеялись. Нет, Конан совсем не беспокоил тот факт, что они шутили про некрофилию и про то, что ее труп будет, в теории, кем-то использоваться не по назначению. В рядах Акацуки черный юмор был нормой. Даже для Ангела. Да и тут никого нет, никто не заметит ее греха. — Откуда такие выводы? — поинтересовался Обито. — Так ты не ешь нормально. Потенция мужчины очень сильно зависит от состояния организма, так что регулярное питание должно стать неотъемлемой частью твоей жизни, если ты хочешь, чтобы тебя хватило больше чем на двадцать минут, — поучительно объяснила Хаюми. — Охуеть. Какие познания у тебя интересные, а выглядишь невинной овечкой. Нукенин на самом деле был удивлен. До этого момента ему казалось, что Конан в реальности сексом никогда не занималась и даже мужика без штанов не видела. — Ну, мой молодой человек голодал всю жизнь и ел раз в двое суток, я знаю, о чем говорю, — Конан, на самом деле, с возрастом начала намного спокойнее относиться к теме Яхико и их отношений. Уж если Обито не побоялся и поведал ей о такой сокровенной своей тайне, то почему бы и ей не пойти навстречу? — Оу. Это, наверное, так печально, быть неудовлетворенным подростком, — Учиха вздохнул и покачал головой, — Тебе нравился секс с ним? — Да, — Хаюми прикрыла глаза, вспоминая те моменты со слабой игривой улыбкой, — Ну, в пятнадцать лет, во всяком случае, мне такого секса было достаточно. Обито сразу понял, о чем речь. Действительно, когда парень в пятнадцать лет только познает свой член и мир вокруг, первые связи получаются крайне неловкими и, можно сказать, дебильными. О каком удовольствии для девушки идет речь, если элементарно стремно даже трогать ее там. Распространенный среди подростков миф о том, что входить в первые разы в даму так приятно! На самом деле совсем нихуя не приятно. Все так склизко, тесно, противно, а еще надо как-то и себя удовлетворить, и ее. Долбишься неуверенно, как птенец дятла, и думаешь, что где-то тебя обманули. Обито часто брал женщин в различных селениях, благо там одиноких недотраханных красоток всегда в достатке, которые сами лезут на любого мужика, лишь бы залезть. И чем взрослее становился Учиха, тем больше его стало интересовать именно женское удовольствие, чем свое личное. Да и женское тело откровенно очень красивое, его приятно было созерцать и прикасаться к нему. Плавные изящные изгибы, нежная мягкая кожа, приятный запах и чистота. Все-таки женщины зря начали пытаться походить на мужиков и пошли воевать — не для войны такая красота создана. Учиха понял, что Конан в юности осталась неудовлетворенной сексуально, но удовлетворенной тактильно. Женщинам приятно прижиматься к сексуальным мужчинам и вдыхать их запах, чувствовать мышцы и тепло тела. Все-таки радовало, что она рассказала ему об этом, словно они действительно стали на несколько шагов ближе друг к другу. — И ты по итогу решила остаться такой же аморфной, как и твой, с позволения сказать, недолюбленный друг? Конан распахнула глаза и задумалась. Да нет, она бы не назвала себя аморфной или фригидной. Секса она хотела так же, как и любой другой человек, просто никогда не было на это настроения и подходящего партнера. С первым встречным заниматься этим ей точно не хотелось, а из «не первых встречных» были только Акацуки и несколько подчиненных. — Я просто не думаю об этом, — выдала свои заключения Хаюми. — Жалко, добро такое пропадает… — Обито усмехнулся, — Ну, ты это, если все-таки про пальцы надумаешь, то дай мне знать. Вот уж что-что, а тут я точно тебя не подведу. Девушка тихо хихикнула. Вот же он придурок.