Черный мотылек

Ясу не придумала ничего лучше, чем поделиться сомнительными новостями с лучшей подругой. Они с Аджисай решили выбраться и погулять по Конохе, тут было множество мест, которые они хотели посетить. Тут и магазины с различными интересными штуками, и множество кафе и забегаловок, где очень вкусно пахло едой. В общем, Коноха была максимально открыта и приветлива для туриста, занять себя есть чем. Ближе к вечеру куноичи пришли в большой зеленый парк и разместились на скамье, которая находилась дальше и выше всех. Отсюда открывался обзор на монумент Хокаге, четыре высеченных лица смотрели на свою деревню так строго и сурово, словно хотели контролировать ее и после смерти. Эффект подобный создавался, но к нему очень быстро привыкаешь и становится как-то наплевать. Да и Ясу уже откровенно не боялась никакой слежки, после дождя Пейна это сущая ерунда. Юная Учиха протянула подруге шоколадку, а сама забралась на скамью с ногами и обняла свои колени, подтянув их к себе. — Получается, что от вашего клана только вы вдвоем с Саске и остались…ох, Ясу, я даже не знаю, что тебе и сказать, — Аджисай надкусила кондитерское изделие и отметила, что шоколадка оказалась действительно вкусной, — С одной стороны это очень неприятно. Возникает чувство осиротелости. А с другой…хм, — девушка подняла свой задумчивый взгляд на алое от заката небо, — Вроде ты не была к клану настолько причастна, чтобы так сильно от этого страдать. «Чувство осиротелости», как же это идеально описывало внутреннее состояние Ясу. Наверное, она еще никогда в жизни не чувствовала себя настолько одинокой. До нее только сейчас дошло осознание того, что она в этом мире совершенно одна. У нее не было никого кроме Акацуки и Аджисай. Можно ли назвать это семьей? Нет, семья — это что-то совершенно другое. Непонятное. — Ты права. Я действительно никогда не была так близка к своему клану. Да и чего греха таить, я вообще о нем практически никогда и не вспоминала. Просто когда ты столько лет живешь вдалеке от своих корней, то попросту начинаешь забывать о них, — Ясу печально вздохнула, смотря куда-то в пустоту, — Но мне все равно как-то неприятно от этого факта. Да еще и…убийцей был Итачи Учиха, как такое предательство вообще может существовать? — А ты знала его? Или может быть слышала о нем? — Неа, — Ясу соврала, чтобы не вызвать подозрений, — Говорят, он жив до сих пор и стал преступником. Ну, это само собой разумеющийся статус. — Перестань так убиваться. Ты не могла ни на что повлиять, от тебя ничего не зависело, — Аджисай положила ладонь на плечо подруги, — Будь ты там в тот момент, то просто погибла бы, как все. А так у тебя есть шанс прожить полноценную жизнь. Прошлое делает нас сильнее. Ясу слабо улыбнулась в ответ. — Да, сильнее…пережитый опыт заставляет нас искать новые пути, так мне…сестра говорит, — Учиха задрала голову и посмотрела на небо. Красивое закатное небо, очень редкое явление в Амегакуре, — Я просто думаю, Аджисай, что я что-то упускаю, будто сознательно закрываю глаза на горькую ужасную правду. Мне не нравится это чувство. — На какую же? Ты думаешь, что в деле твоего клана что-то нечисто? — Мисао завернула шоколадку обратно в фольгу и протянула Ясу. Девчонка взяла лакомство и, развернув его, тоже надкусила. Шоколад всегда помогает думать, ускоряя все мыслительные процессы благодаря притоку сахара в крови. — Я не думаю, я знаю. Слишком много факторов отсутствуют в пересказе, либо мне что-то недоговорил Саске, либо что-то недоговорили ему. Я хочу разобраться в этом. — Это наверняка секретное дело, Ясу. Ты не доберешься до документов, да и не выпросишь у кого-либо из джонинов. Даже несмотря на то, что ты являешься чистокровной Учихой, они не имеют права раскрывать тебе эту информацию, потому как ты житель Деревни Скрытого Дождя. — Да, но я могу заиметь здесь вид на жительство. Но без взрослого представителя это не получится, нужно дожить хотя бы до шестнадцати лет, — девочка недовольно выдохнула, — Да и в конце концов, никто не помешает мне пробраться в их архив ночью. Нужно только знать, где искать. А вот тут Аджисай уже почувствовала неладное. Она давно знает Ясу и прекрасно понимает, что если та захочет куда-то пробраться, то ее не остановит ничего: ни законы, ни штрафы, ни срок в тюрьме за проникновение на запретную территорию другого государства, ни побои. Слишком рискованное занятие! — Даже не думай! Это безрассудство! — Мисао насупилась, — Мало того, что тебя схватят и начнут серьезно пытать, так еще и возникнет конфликт между Конохой и Аме, а это может повлечь за собой новую войну! — Не драматизируй. Из-за одной девчонки война не начнется, к тому же, мне кажется, что наказание для меня будет не таким суровым. Я в любом случае не успокоюсь, пока не узнаю всей правды, — Ясу серьезно настроилась любой ценой выбить информацию из любого источника, — Возможно, в этом даже как-то замешаны мои родители, ведь не просто так они свалили из Страны Огня в нищую Страну Воды, где кроме разбоя и голода ничего нет. Учиха словно по какому-то внутреннему сигналу осмотрелась. АНБУ, они тут повсюду. Следят за ней. Теперь понятно, к Учихам тут какое-то особенное отношение и неспроста! Раз они услышали ее рассуждения, значит усилят оборону и бдительность, нужно только внимательно проследить за тем местом в цепочке событий, которое станет охраняться тщательнее. Вот дерьмо, нужно же еще как-то экзамен сдать, да и задание Пня выполнить. Нет, на Пня похуй, нужно предупредить тех джинчуурики об опасности, а как это сделать тайно, если за Ясу постоянная слежка? Быть может получится прямо во время экзамена? Еще и Азура. Он наверняка следит за ней по личному приказу Конан и Бога, чтобы девочка не смогла сбежать в случае чего. Твою мать, даже в Конохе нет никакого личного пространство! Все за всеми следят! — Что по всему этому поводу думает Саске-кун? Ты разговаривала с ним о своих подозрениях? — Аджисай расплела волосы и устало потрясла головой. Как же надоела эта длинная мешающая челка, но если ее закалывать, то постоянно начинает болеть голова. — Саске сам даже не подумал об этом ни разу, пока я не сказала, — Ясу хмыкнула, — Он неглупый, скорее всего из-за шока он не смог даже притронуться к этой теме. Но я уверена, что теперь ему тоже стало интересно, мы могли бы действовать сообща. — И все равно нехуй соваться, это мое окончательное мнение. Это неоправданный риск. В словах Мисао был смысл, поскольку конкретно Ясу располагала контактами Итачи и могла расколоть его лично. Но где гарантия, что он ей не соврет? Если столько лет пассивно лгал, то что изменится теперь? Да они все столько лет пассивно обманывали Ясу! И никому не стыдно, никому! Так почему ей должно быть стыдно за то, что она портачит в Конохе и подрывает репутацию Дождя? Руководство само виновато! Лучше сказать самим и сразу, чем дождаться момента, когда Ясу выяснит все самостоятельно, и реакция будет в два раза хуже, как и последствия! Юная Учиха непроизвольно глянула на свою руку, а именно на запястье, где все еще покоилось ожерелье Тендо. «Тупое говно тупого говна, о чем ты вообще думал, когда отпускал меня сюда? Неужели ты правда поверил в то, что я не захочу копнуть глубже положенного? Идиот блять, такой же идиот, как и Обито!» — девочка мысленно обругивала своих воспитателей так, что у них бы уши на месте и сгнили, стоило бы только услышать все наяву и непосредственно в свой адрес. Претензий не возникло только к Конан, не только из-за предвзятости, но еще и потому, что Ясу считала ее жертвой обстоятельств. Сама по себе Хаюми никогда бы так не поступила, но она вынуждена делать такое из-за прихоти Пейна и Обито. Черт, вот ведь какое дерьмо! Куда ни посмотри, а везде вырисовывались не самые яркие перспективы! Еще неизвестно, чем закончится этот экзамен, а ладошки уже потеют в предвкушении экшена и скандалов. — Хорошо, не буду. Сейчас пока сосредоточусь на экзамене, а все остальное как-нибудь потом, — Ясу доела шоколадку и отправила обертку в урну. — Вот и умница, — Аджисай обняла это чудо в перьях и потискала, — Без глупостей, идет? — Идет, — юная Учиха приласкалась и мило улыбнулась. Девочка была очень тактильной, и поэтому, когда ее обнимали, то настроение всегда поднималось и хотелось начать улыбаться. Следующее утро ознаменовало собой начало второго этапа экзамена. Темари встала очень рано и, когда она вышла из своей комнаты, застала в коридоре старшего братца, что стоял перед зеркалом и старательно вырисовывал свой грим. Девушка тихо усмехнулась, заметив, что ручонки у Канкуро дрожали как у наркомана. Неужели волновался? — Ну что, юный натуралист сегодня отправляется в свою естественную среду обитания? — куноичи тихо рассмеялась, чтобы никого более не побеспокоить. — А, нах иди, — Канкуро лениво отмахнулся. Почему-то сегодня как на зло линии не хотели получаться, — Я просто всю ночь с куклой разбирался, руки устали и вот результат. — Ой какая удобная отмаза. Ладно, я тебе в очередной раз поверю, — Темари слегка потеснила брата, тоже встав перед зеркалом. Девушка взяла расческу и начала заплетать свои хвосты, — Какие предвкушения от второго этапа? Ты вроде любишь по лесам бегать. Это даже не было шуткой, потому как Канкуро действительно любил бегать по таким местностям, в которых существовали препятствия. Его в какой-то степени даже можно было назвать трейсером*. Бегать по простому ровному песку очень скучно, не хватает маневров и действий. Сабаку но старший усмехнулся в ответ. — Надеюсь надрать кому-нибудь задницу. Так сильно хочется, пиздец, ты не представляешь, — Канкуро с горем пополам закончил свой идеальный грим и отложил кисть, — Думаю, мы разберемся с этим быстро, сестренка. — Надо только подозрений не вызвать, — Темари закончила с верхними хвостами и приступила к нижним, — Мы, конечно, сильные, но пугать преждевременно пока никого не стоит. Пусть расслабятся перед следующими этапами. Вот за это Канкуро и любил сестру, она была такой коварной, что дорогу ей переходить даже как-то не хотелось. Да и это было всем известно в Суне. Правда, возникал такой риск, что она с этим характером никогда не найдет себе парня. Кажется, всему семейству Казекаге светит беспросветное одиночество, какая досада. — Да мне кажется, что легче просто проскочить со свистом этот этап, чем что-то в нем выдумывать, — Канкуро вышел в гостиную и подошел к окну. Людишки уже потихоньку выбирались из своих домов и медленно брели кто-куда. Так похожи на тараканов, даже забавно. — Не все от нас зависит, — таким образом Темари тонко намекнула на их младшего брата. Настроение у Гаары менялось настолько часто, что порой становилось очень страшно за его здоровье. Нет, и так понятно, что у него были психические проблемы, но прямо такие резкие перемены очень пугали и напрягали. В один момент Гаара может страстно желать кого-то убить, причем особо жестоким образом, буквально через полчаса ему захочется просто посидеть в тишине, чтобы к нему никто не лез, а потом еще через полчаса он сам будет доебываться до кого-нибудь, чтобы спровоцировать конфликт и по итогу убить свою жертву. Насыщенная яркая жизнь, тут даже не пристанешь. Именно Гаара был силой команды, потому как зачастую он сам в одиночку делал все задание, даже не прислушиваясь к мнению своей небольшой семьи. Словно их не существовало. А уж на экзамене как карта ляжет, собственно. Темари, конечно, это очень сильно беспокоило. Каким бы ее младший брат ни был — он человек, такой же, как и они с Канкуро, а значит он заслуживал сострадания и понимания. Так безумно хотелось ему помочь, но бесконечная борьба с чувством самосохранения мешала. Гаара никого к себе не подпускал и, видимо, никогда уже не подпустит. Действительно ужасное упущение. Если бы была возможность вернуться в прошлое и исправить все свои ошибки, то Темари обязательно бы наплевала на запреты отца и пробралась к Гааре любой ценой, просто, чтобы сказать ему, что он не одинок и у него есть она и Канкуро. К черту все эти мысли. Сейчас не до них. Сейчас экзамен и миссия. — Уже проснулись? — Баки зашел в их номер без стука. Джонин Песка разулся и прошел внутрь, в гостиную, застав там Канкуро. — Ага. А что все это время будете делать вы, Баки-сан? — молодой человек глянул на сопровождающего. — Доброе утро, Баки-сан, — отозвалась Темари из коридора, все еще колдуя над своими волосами. — Вообще всех сопровождающих в это время заставляют валять дурака в резиденции Каге под строгим надзором АНБУ. Боятся, что мы попытаемся собрать какую-то информацию, — мужчина недовольно хмыкнул, — Но это в то же самое время отличная возможность узнать, с кем мы имеем дело. — Понятно. Ну, я вам, получается, сочувствую, но не очень сильно, так что да, — Канкуро пожал плечами и скрестил руки на груди, — От Казекаге не было никаких вестей? Баки только усмехнулся. Прямолинейность воспитанника порой поражала. — Желает вам успешной сдачи экзамена. — Это же обман? Чтобы нам типа грустно не было? — Сабаку но старший тихо рассмеялся. Еще бы их отец желал кому-то удачи. Да он даже слов таких не знает и не умеет желать кому-то добра. Удачи, бля, ага. — Тогда считайте, что это я вам желаю. Все-таки хоть какой-то стимул постараться на данной квалификации и не ударить в грязь лицом, — джонин слабо похлопал ладонью по голове Канкуро, прямо между кошачьих ушек. — Я тогда… Гаару позову, — Темари посмотрела на часы. Еще было время для сборов, но вдруг младший брат внезапно решил заснуть? Вполне в его духе, хотеть чего-то внезапно и стремиться к этому всеми силами. Боялась ли девушка заходить в его комнату? Да, даже не скрывала этого. Для Гаары не было родных людей, он даже никогда не стесняется угрожать брату или сестре, что убьет их. Порой даже в красках расписывает, как это может произойти, какой ораторский талант пропадает зря! Привыкнуть к такому сложно, да и как-то не хочется. Не хочется привыкать к тому, что твой младший брат хочет от тебя избавиться. Темари старалась с пониманием относиться к его словам и никогда не возмущалась. Может быть, что-нибудь когда-нибудь переменится и Гаара вспомнит об этом. Младший брат не спал ночами. Всякий раз, как он засыпал, его телом пытался овладеть демон, чтобы творить бесчинства. Именно поэтому Гаара не придумал ничего лучше, чем доводить свое тело до изнеможения и только тогда ложиться спать на жалких пять часов, чтобы даже если Шукаку сможет перехватить контроль, то ничего не сможет сделать, ведь джинчуурики в таком ужасном состоянии. По этой же причине Гаара редко ел, его рост сильно замедлился, глаза помутнели, а кожа совсем побледнела. Ему натурально было плохо на постоянной основе. Возможно поэтому его всегда все бесит, и он хочет просто тишины. Когда всегда хочется спать, всегда хочется есть, но нет возможности восполнить свои потребности, то человек превращается в настоящее животное, думающее только об этом. Любой раздражитель в такие моменты способен спровоцировать взрыв всего «самого хорошего и лучшего» в Гааре. Ужасно, но юноше порой даже разговаривать было затруднительно, поэтому его голос всегда тих и сипл. Темари выдохнула и постучалась в дверь младшего брата, после чего неуверенно вошла внутрь. Как она и предполагала — Гаара не спал, а сидел на полу в центре комнаты в позе лотоса и о чем-то размышлял. Стремно как-то отрывать его от этого занятия, вдруг детонирует прямо сейчас? — Гаара?.. — аккуратно обратилась к юноше сестра, — Баки-сан уже пришел, нам пора отправляться на экзамен. Куноичи тихо сглотнула. Всегда каждый раз как в первый. Гаара никак не отозвался. Первые секунд пять он вообще не подавал признаков жизни, после чего плавно распахнул глаза и посмотрел на сестру. Темари, в общем-то, не видела смысла скрывать своего волнения. Неважно, раззадорит оно ее младшего брата или нет, но притворяться в данной ситуации было неуместно по ее мнению. Девушке очень сильно захотелось вздохнуть. Так тяжело жить всю жизнь в страхе. Надоело. Случится ли когда-нибудь чудо, которое освободит их семейство от этого гнета? Освободит не от Гаары, нет. А от его дерьмодемонов в голове, вот это была бы хорошая инвестиция в будущее. — Три минуты, — коротко отозвался юноша. Все, этого было достаточно, чтобы Темари удалилась и не стала больше ему мешать. Девушка вернулась в гостиную и устало выдохнула, скромно кивнув своим боевым товарищам. Они понимали, что с Гаарой нужно быть осторожнее, как минимум ради того, чтобы не попасть под горячую руку и не погибнуть, а как максимум — завершить план Казекаге. Перед главным входом в Запретный лес уже столпилось много народу. Правда, это относительно много, остались только прошедшие команды. Зрителей не было, как и никаких сторонних наблюдателей. Сопровождающих джонинов тоже на горизонте не наблюдалось. Ну и пусть. Больше кислорода. Ясу тихо-мирно охотилась на одну маленькую шуструю ящерку, которая долгое время пряталась от нее, а потом, видимо устав, забралась на травинку и стала греться на теплом солнышке. Ну вот теперь точно не уйдешь! Наученная горьким опытом в детстве, Учиха знала, что в попытках поймать ящерицу ее точно не надо хватать за хвост, иначе произойдет троллинг. Поэтому девочка затихла и притаилась, долгое время высматривая свою беззаботную глупую добычу. «Попалась!» — с этими мыслями куноичи ловко поймала несчастное пресмыкающееся в свои ладони. Без солнечного света ящерица сначала попыталась выбраться, а буквально через несколько секунд успокоилась и просто прилегла. Счастливая охотница подбежала к Аджисай. — Смотри кого я нашла! — Ясу тихо рассмеялась и приоткрыла ладони, демонстрируя подруге ящерку, — Правда она красивая? Мисао улыбнулась и тоже тихо захихикала. Да, существо действительно было очень милым и забавным. — Красивая. Вот только зачем она тебе? — девушка аккуратно погладила чудика пальцем по маленькой голове. — Да не знаю. Просто понравилась, а еще она начала убегать от меня! Вот и захотелось ее поймать, — юная Учиха тоже погладила ящерицу, — Они такие глупые, но такие миленькие. — Ой, прямо как ты, — хмыкнула Суйрен, подойдя к своей команде, — Прекращайте заниматься ерундой, у нас тут, вообще-то, экзамен. И не поспоришь, капитан команды была права. Но все-таки еще рано, да и самой Анко нигде не видно. К чему быть серьезно настроенными ежесекундно? Наверное, это болезнь всех руководителей. Ясу и Аджисай пожали плечами. — Суйрен, она на тебя похожа, — констатировала факт Учиха, усмехнувшись, — Может назовем ее в твою честь? — Ясу, — уже чуть строже ответила девушка, — Отпустите бедное животное на волю в мою честь. — Эх, ладно. На самом деле Ясу и не планировала как-то мучить ящерку, просто хотелось ее погладить и посмотреть вблизи. Девочка очень любила животных, поэтому относилась к ним трепетно и никогда не причиняла вреда. Куноичи отпустила шустрое пресмыкающееся обратно в кусты. — Пока, — Учиха слабо улыбнулась. — Может заведешь себе какого-нибудь домашнего питомца по возвращению домой? — предложила Аджисай, уже не первый год наблюдая за аккуратным обращением с животными со стороны лучшей подруги, — И настроение всегда хорошим будет, и не одиноко. — Да…хотелось бы, но… Не могла же Ясу сказать, что чертов Бог запрещает завести даже котенка, хотя сам котов любит! Он всегда отмазывается тем, что типа Ясу не станет за ним следить и ухаживать, а у них, взрослых деловых людей, на такую ерунду нет времени. Вот и неправда! Потом, конечно, Обито присоединился к спору и предложил считать домашним питомцем Тендо и всю компанию, потому что они ровно такие же тупые, как и любой комок шерсти, да и кормить их не надо. Смешно, конечно, но одновременно и грустно. — Сестра не разрешает? — догадалась Мисао, поправив свой хвост на голове. — Угу. — Эх, ну не расстраивайся. Может быть, твоя сестра когда-нибудь оттает, — с этими словами Аджисай обняла Учиху и слабо ее потискала. Ясу вновь тихо рассмеялась и начала тискать куноичи в ответ. Все-таки как хорошо, что они друг у друга есть. Анко появилась ровно через шесть минут, идеально к началу второго этапа. Женщина убедилась в том, что прибыли все, кто должен был. Она забралась на крышу какой-то будки и начала вещать о сути второго этапа и его условиях. В общем-то, никто не ожидал именно такого. Каждой из команд выдается один из двух свитков, Неба или Земли. Задача — отработать у кого-то второй свиток и принести оба в центральную башню, что располагается, как это ни странно, в центре. На все дается ровно четыре ночи и пять дней. Не запрещено ничего, кроме заглядывания в сами свитки, экзаменатор сразу предупредила, что от этого можно погибнуть. Так же она предупредила, что погибнуть еще можно от хищников, что в огромном количестве обитают в лесу, ядовитых ягод и прочих растений, ну и, конечно же, помереть незазорно и от руки другого шиноби, что будет охотиться за твоим свитком. Ясу восприняла это все как забавную взрослую игру, детские развлечения ей уже надоели. Конечно, было немного страшно, но от этого и интересно. В конце концов, выживать она умела, да и от погони скрываться тоже. Да и вообще, выживать в этом лесу пять дней — вообще несложно, ведь в свитках Аджисай было столько добра, что хоть годами в лесу кайфуй. У Суйрен сразу возникло два плана прохождения данного этапа. Первый из них велел поступать так, как было задумано экзаменаторами, а именно ловить лохов в лесу и отнимать свитки у них, пока не попадется нужный. Долго, очень зависит от везения, но зато представляется возможность лучше проследить за джинчуурики, да и в лесу этой команде дать бой проще. Второй же план предлагал сразу в первый день добраться до башни и сидеть в ней, а как только придет какая-нибудь команда — отвоевать свиток у них. Но тут сложность заключалась в том, что прибудут сильнейшие команды, победить будет не так-то просто. Поэтому капитан решила, что лучше придерживаться канона и выискивать свиток первым способом. Команде из Дождя достался свиток Земли. К сожалению, прямо до старта не удастся выяснить кому достался противоположный фолиант, ведь команда сразу прятала его, еще в той самой палатке. Ну что же, значит остается действовать методом подбора. — Ну, как вы думаете, за сколько дней мы справимся? — спросила Аджисай, подойдя к двадцать первым вратам в Запретный лес. Именно оттуда начинает их команда. — В наших интересах задержаться тут подольше, — тихо ответила Ханагами, — Сами знаете, почему. — В лесу в солнечную погоду всегда классно, — присоединилась к разговору Ясу, — Думаю, свиток мы как нехрен делать раздобудем в первый же день. Да, они такое могли. Зрительно самые сильнейшие команды Суйрен уже отмела. Но пронаблюдать все же требовалось. — Не будем спешить. Пока просто последим за расстановкой сил, — отдала приказ девушка, — Не разделяемся, хорошо? — Есть, — куноичи кивнули одновременно. Итак, еще через десять минут был объявлен старт. Все мигом рванули в Запретный лес через те ворота, которые им были указаны. Кому-то повезет меньше, и они свалятся сразу в овраг, кому-то больше, и они забегут в тенистую часть леса, где скрыться проще всего. Стратегия уже была выработана, а значит остается лишь двигаться в правильном направлении. Иногда, в совсем тяжкие моменты этой ужасной жизни, приходилось убираться в своем кабинете самостоятельно. Вообще Нагато уже так привык к этим бесконечным завалам, что они стали неотъемлемой частью его работы. Однако порядок требовался хотя бы периодически, да и к тому же наводить уборку — это не горы сдвигать, вполне посильная задача для Бога. А ведь когда-то ему с этим помогала Ясу, за деньги, разумеется. Хитрая малявка быстро научилась у Какузу монетизировать каждый свой чих, все-таки ребенка нельзя было допускать к преступникам. Порой Пейну приходилось чуть ли не полторы своей заплаты выплачивать юной Учихе, когда в конце месяца она предъявляла полноценный отчет с расценками. Коварный ребенок. А еще она явно его недолюбливала, иначе не стала заниматься бы всей этой дурью. Теперь же Ясу убежала на экзамен, а более рабов в резиденции не осталось. Привлекать к этому занятию Конан очень стыдно, а Обито бесполезно и не хотелось. Справедливости ради, иногда свои услуги от скуки предлагали Зецу, причем абсолютно на безвозмездной основе. Но от их помощи лидер всегда отказывался, потому что не доверял этому созданию. Бедное растение всегда грустно вздыхало и возвращалось восвояси, сетуя на то, что его зазря называют бесполезным куском малафьи. Пейн не знал, кто называл таким образом растение, но, в общем-то, догадывался. На самом деле разбирать собственный бардак даже интересно в какой-то мере. Обнаруживаются вещи, которые когда-то были экстренно нужны, но оказались потерянными. А еще находятся инструменты, непонятно каким образом оказавшиеся в рабочем кабинете. Конечно же бесконечные коробки со скобами для степлера, куда без этого добра? Бумага, к слову, покупалась отдельно, как и все свитки. Можно было поставить на поток дзюцу Конан, но это тотальное неуважение и расточительство. Где-то в районе десяти часов вечера уборка была завершена. Стало так просторно и чисто, словно в кабинете никто и не обитал никогда. Тендо осмотрелся и невольно загляделся на рисунки на стене. Те самые каракули, которыми когда-то во имя справедливости Ясу украсила кабинет. Это было так давно. Даже не верится, что прошел уже ни один год, а девочка подросла. По идее следовало бы покрасить разрисованную стену, но какая-то частичка души Нагато не желала закрывать шедевры учиховской живописи. Они так ярко контрастировали с общей серостью помещения, что убирать их — кощунство. Да и не бесили они, по большому счету, ну есть и есть. С ними даже интереснее. Так, стоп, какая это стадия принятия неизбежного? Кажется, торг идет третьим по счету. Вот дерьмо. Тендо опустился в собственное кресло и, сложив пальцы мостом, после чего опустив на них подбородок, задумался. Его взгляд устремился на те самые рисунки, а мысли вернулись в недалекое прошлое. Странное недалекое прошлое. Если обещал сказку, то придется рассказать. И даже не спасет тот факт, что лидер Акацуки, в общем-то, совсем не знал никаких сказок. Ему и в детстве их никто не рассказывал, и после он их не читал и ни от кого не слышал. И что же делать? Нет, конечно можно было найти какую-нибудь книгу и подчерпнуть вдохновение из нее, но Богу не до таких глупых занятий. И сейчас Богу предстоит поплатиться за свое пренебрежение. В комнате Ясу Пейн последний раз был, когда она заболела. Сколько лет ей тогда было? Кажется, восемь. С тех самых пор помещение заметно похорошело. Появились какие-то плакаты на стенах, различные непонятные предметы декора и книги, баночки и бутылочки с косметическими средствами, а еще яркие шторы и бабочки, коими был украшен весь потолок. Ясу свила себе уютное гнездышко, правда не до конца теплое. Сама девочка стояла перед зеркалом и расчесывала свои волосы, готовясь ко сну. Господи святые силы, неужели четырнадцатилетнему подростку действительно нужна сказка на ночь? Или это просто повод поиздеваться над Пейном и отомстить ему за что-то? Если так, то у Ясу получилось, таланта ей в этом не занимать. — О, так ты не забыл обо мне. Как это приятно, — девочка загадочно улыбнулась, посмотрев на лидера преступной организации. И непонятно, насмехалась она над ним, или предвкушала что-то интересное. Пейн сохранял хладнокровное отношение к ситуации. Все-таки он взрослый человек и в состоянии не вестись на издевательства ребенка. — Ты бы мне в кошмарах снилась, — коротко и ровно ответил молодой человек. — Да, и довольна собой, — Ясу гордо хмыкнула и забралась на кровать. Юная Учиха удобно умостилась, закрывшись теплым одеялом и прильнув к подушке, что, фактически, стояла, будучи прислоненной к стене. Так сидеть и слушать сказку удобнее и уютнее. — Только давай ты не будешь приближаться ко мне в этой ужасной сырой хламиде и грязной обуви. Ах да, точно, это же важно для живых людей. Тендо едва заметно вздохнул и снял свою хламиду, аккуратно сложив ее и положив на стол. От обуви тоже пришлось отказаться и пугать девочку своими практически белыми мертвыми пальцами. Лидер опустился на кровать и подсел вплотную к Ясу, невольно в нем пробудились какие-то далекие родительские инстинкты, и он теплее укутал в одеяло свою подопечную. Она на это только тихо шмыгнула носом. Не простудилась ли? Ясу решила, что тут был еще один лишний элемент, а именно протектор. Минуя недовольный взгляд и совсем ленивую попытку отстраниться, девочка довольно легко сняла ее с головы Тендо и положила на подоконник. Так он выглядел…намного человечнее. Рыжие волосы упали и действительно торчали во все стороны, это было даже красиво и художественно, в какой-то мере. Взгляд хоть и остался тяжелым и холодным, а все же лицо стало куда более живым и настоящим. Словно обыкновенный парень с пирсингом и потерями в жизни. Дурак, получается. Но красивый. Юная Учиха улыбнулась, слабо покраснев. — Так мне нравится больше, — тихо произнесла она, смущенно отведя взгляд. Это был комплимент? Звучало как комплимент. Нагато не знал, как на него отреагировать, поэтому лишь слабо-слабо усмехнулся своей основной куклой, прикрыв глаза на пару мгновений. Как реагировать — непонятно, но зато точно ясно, что услышать данный факт из уст вечно критикующей его Ясу неожиданно приятно. — Какую же сказку ты хочешь услышать? — спокойно поинтересовался Тендо, смотря на этот черный косматый комочек рядом с собой. — Содержательную. Чтоб было, над чем подумать и подискутировать, — Ясу обняла холодную руку лидера и удобно устроилась на нем же. Ну а что такого? Он мебель. Сам ни раз требовал считать его просто мебелью, когда речь заходила о дополнительных карманных расходах или разрешении выйти погулять за пределы Аме. Первые несколько секунд молодой человек приходил в себя. Прежде к нему так прикасалась только Конан. И то, только в особые моменты, когда ей было совсем тоскливо и одиноко. У Нагато сложилось впечатление (и в общем-то правильное), что у нормальных людей возникает отторжение к этим телам невольно, на уровне подсознания эти куклы пугают каждого. Они очень похожи на живых людей, но каждый человек чувствовал какой-то подвох и старался держаться от них подальше. Даже закаленные матерые члены Акацуки предпочитали особо с лидером вблизи не контактировать и сохранять дистанцию. Что с Ясу не так? Может быть, это связано с тем, что она к нему с детства привыкла? Она такая теплая и мягкая, прямо как кошечка какая-то. И хрупкая. Было страшно пошевельнуться и спугнуть ее, и тем более нанести какую-то травму. Руки тонкие, а глаза доверчивые. Совсем не боится? Глупости, все люди боятся. Она просто еще не понимает. Из всей художественной литературы, что знал Нагато, была лишь одна книга, которую он прочел очень-очень давно. Авторства его первого и последнего сенсея, Джирайи-сама. Вот ведь совпадение, это была его первая книга. Прошло много лет, а Нагато до сих пор чуть ли не слово в слово помнит ее содержание. Да, точно, такой рассказ определенно понравится девочке-подростку, которая мечтает о красивом сильном парне. — Ну, тогда слушай внимательно… Ясу вникала в этот рассказ тщательно, ей действительно был очень интересен сюжет. Что за произведение такое? Точно ведь Бог не из головы выдумал такого классного главного героя. События разворачивались так масштабно и феерично, что заскучать просто невозможно. Ну и конечно, девочка невольно отвлекалась на самого Тендо. Таким она видела его впервые. Не в своем боевом облачении с непроницаемым каменным выражением лица. Вполне себе домашний, уютный и привлекательный Тендо, немного помятый и потрепанный, но так только больше шарма. Даже его голос звучал намного одухотвореннее и человечнее, хоть и говорил молодой человек тихо и вкрадчиво. За ним впервые было так приятно наблюдать. Такой умиротворенный, безмятежный и настоящий…так хотелось, чтобы этот вечер длился вечно! Так хотелось, чтобы этот человек оставался таким живым всегда! Какой же все-таки яркий контраст! Узумаки не отвлекался от своего рассказа, но где-то в мыслях он обдумывал ситуацию. Как-то неправильно это все. В такие моменты по-настоящему ощущается разница во взглядах. Вот он, еще полчаса назад суровый холодный миссионер этой земли, Бог, кому предстоит совершить расправу над всеми, дабы каждый познал боль. И теперь он просто…чей-то парень? Да, он просто человек, просто чей-то парень, рассказывающий романтическую героическую сказку своей девушке. Нагато как будто перенесся на пару лет назад, когда он был еще обыкновенным воином. Ему были не чужды все человеческие бытовые проблемы и переживания, а воспринималось все через призму собственных ощущений, а не ощущений куклы. Да и Ясу. Просто девочка, которая не хочет чувствовать себя одиноко. Не какая-то там Учиха, которую однажды предстоит убить или запереть в темнице. Просто человек. Просто еще одна судьба в этой истории. Очень приземленной истории. Нагато чувствовал себя странно, словно его тянули в две разные стороны. И самое печальное, что обе эти стороны его привлекали, правда в разной степени. Пока что. — …постой, подожди, — Ясу тихо хихикнула и чуть приподнялась, чтобы посмотреть в глаза своего рассказчика, — Ты что-то упустил! Я не верю в то, что они не занимались сексом, — юная Учиха надула губки, улыбаясь. — Ясу, откуда ты знаешь, что такое секс, а самое главное — почему тебе это интересно в твои года? — Тендо обреченно вздохнул, сдавшись и покачав головой. Вот этого он, пожалуй, не поймет никогда. — Пейн, откуда ты знаешь, что такое секс, а самое главное — почему тебе это неинтересно в твои-то года? — девочка неприкрыто рассмеялась, смотря на эту недовольную буку. Задела за живое, раз последовала такая реакция! — Малявка, — больше аргументов у Бога не нашлось. Он щипнул свою подопечную за бок, та дернулась и рассмеялась громче. В такие моменты Ясу было так хорошо. Когда ее не обманывали и никем не притворялись перед ней. Чуткую интуицию не обманешь. — Кому-то пора уже засыпать, — напомнил лидер Акацуки, слабо тыкнув в маленький прямой носик. Девочка съехала чуть вниз и укрылась одеялом полностью, удобно устроившись на подушке. Она все еще смотрела на своего «ненаглядного». — Сказка мне понравилась. Даже не ожидала, что ты знаешь что-то такое, — Ясу игриво улыбалась, после чего снова захихикала, — А может ты представляешь себя главным героем? Представлял ли себя Нагато главным героем? Да, и не раз, когда перечитывал сие произведение. Все-таки как же точно Джирайе-сенсею удалось попасть в целевую аудиторию. Наверное, он и сам был таким в молодости. — Все может быть, — многозначительно отозвался Пейн, смотря на эту пару черных глаз, — Засыпай, Ясу. — А поцеловать меня на ночь? Поцеловать. Опять надо поцеловать. Нет, Нагато это не противно, скорее даже наоборот. Он просто ощущал какой-то диссонанс в своей голове, чувствовал, что так быть не должно, но так хотелось… черт. Тендо наклонился и планировал невинно чмокнуть проказницу в лоб, но та оказалась хитрее и проворнее. Неведомо как, но неожиданно молодой человек почувствовал на своих устах мягкие теплые губы Ясу, совсем нежные и нетронутые. Такие…живые и прекрасные. Бог распахнул глаза и увидел перед собой смущенное девичье лицо, она так трогательно захлопала ресницами, словно совершила невообразимую пакость. Но это даже поцелуем нельзя было назвать. Просто…прикосновение? Такое приятное теплое прикосновение. Пейн опустил свою ладонь на ее мягкую гладкую щечку и легко вынудил посмотреть в свои глаза. Он не был зол. И близко не был зол. Он был обезоружен. — Ты чего? — тихо-тихо спросил он, без толики упрека или обвинений. — М… — Учиха тихо буркнула, ей было очень стыдно смотреть в эти глаза. Она отвела собственный взгляд, игнорируя грубоватую ладонь на своем лице, — Останешься со мной ненадолго? А то меня украдет кто-нибудь… Лучше прислушаться к ребенку, когда он говорит, что по ночам на него кто-то смотрит в окне, чем потом разгребать последствия. Тендо кивнул. Он аккуратно и весьма компактно пристроился к Ясу, девочка обняла его, положив голову на крепкую едва-вздымающуюся грудь. Сон пришел быстро. Почему-то на этом теле было так комфортно и удобно. Молодой же человек сначала потерся подбородком о черную макушку своей подопечной, а потом и вовсе зарылся носом в этих густых жестких волосах. Они так вкусно пахли чем-то цветочным.