Черный мотылек

Кеншин отвел гостью Листа обратно в общежитие, где ей выделили комнату. Сразу же к Учихе были приставлены наблюдающие, ей об этом просто сообщили, но имен не назвали, как и не дали вообще никаких данных об этих людях. Следовательно, абсолютно любой встречный мог оказаться одним из наблюдателей, со всеми нужно будет вести себя осторожно. Естественно, без АНБУ дело не пошло бы, их присутствие издалека чувствовалось всеми фибрами души. Черт с ними. Ясу осмотрела свою маленькую скромную комнатушку, ей было не особо важно, где тухнуть до аудиенции с Хокаге, самое главное, чтобы не приставал никто. Обителей общежития было не так уж и много, с некоторыми Ясу встречалась в рекреациях, по ее мнению это были самые обычные шиноби, чуунины, технический персонал и прочие. Ничем не примечательные, максимально серые и невзрачные. Тем для ниндзя лучше. Быть яркой личностью – значит выделяться, а в таком ремесле лучше наоборот сливаться с общим фоном. Девушка отмечала некую «потасканность» всего здания. Ему требовался ремонт, причем капитальный. Как и в большинстве военных городов, в Конохе практически каждая постройка старая, изошедшая трещинами, царапинами, грязью. С облезлыми стенами, отвалившейся местами штукатуркой, старыми гниющими окнами, через щели которых сильно сквозило. Благо, Скрытый Лист – территория вполне себе солнечная, плесени тут не водилось. Иначе был бы совсем кошмар. Что тут сказать, деревня наверняка пережила не мало, чего только стоило вторжение Орочимару. А сколько было внутренних мятежей и конфликтов? Шиноби в случае открытого столкновения – единица отнюдь неаккуратная. Взрывные печати вполне могут оказаться на жилых домах, и плевать, что им после этого конец и внутри может пострадать ценное имущество. Любая стихийная техника тоже не будет особо избирательной, если пользователю потребуется направить ее через здание или даже по касательной. Удивительно, как тут на совсем старых домах еще крыши не попроваливались от постоянной беготни АНБУ. В общем, быть жителем городка шиноби – не самая приятная участь. Вдвойне хуже, если городок большой и старый. Коноха максимально стара из всех, ей вот-вот станет совсем худо, если кто-нибудь ни инициирует перестройку. Ну, или если кто-нибудь ни разрушит ее до конца. Вариант с полным разрушением не так уж и плох. У власти Листа сидят престарелые засохшие куски дерьма, они не способны понять, что современные веяния в архитектуре сильно отличаются от идей столетней давности. Им даже при желании перестройки не хватит духа снести все старье, потому что это же память и великое наследие. И плевать, сколько крови было пролито на это великое наследие, на чьих костях построены все блага. Будь Ясу властительницей – она бы в первую очередь захотела избавиться от любого напоминания об этом ужасном прошлом. Времена сейчас другие. Практически гуманные относительно ранних этапов истории шиноби. Раньше никто не брезговал тем, о чем сейчас говорят очень-очень тихо и в максимально глухих недоступных местах. И этот культурный пласт лучше стереть, скрыть, как будто и не было. В чем-то такое направление мыслей деструктивно, ведь лучше помнить о грехах, чтобы никогда не совершать их. Юная Учиха считала, что лучше все дерьмо оставлять позади и не тащить за собой балластом. Это все влияние Орочимару, они не просто так нашли общий язык максимально быстро. Как бы то ни было, а Ясу всего лишь Ясу. Пока даже неизвестно, генин она или все-таки чуунин. Коноха останется Конохой навсегда, придется смириться и с ее прошлым, и с ее настоящим, ведь повлиять пока можно было только на какое-то незначительное будущее. Самое главное – не облажаться и не остаться генином. Это будет катастрофическим провалом в личном деле Мотылька. Подвоха стоило ожидать в любой момент и откуда угодно, поэтому даже поспать спокойно толком не удалось. Есть девушке пришлось растворимую лапшу, это не самый плохой вариант в таких «походных» условиях, но ее организм слишком чувствителен к неправильной пище, так что это еще обернется потерями. Утром Учиха привела себя в порядок и, взяв катану вместе с остальными боеприпасами, направилась на тренировочный полигон. Все равно делать пока было нечего, не киснуть же, лежа на кровати. Сначала разминка. Важность разогрева перед любой тренировкой Ясу смогла осознать поздно, очень поздно. Обычно к этому пониманию молодые шиноби приходят еще в детстве, но так уж вышло, что в детстве девочка обладала какой-то колоссальной гибкостью и легкостью, ее мышцы впору было сравнивать с лакричными конфетами, которые она поглощала в сумасшедших количествах, так что нужды в тщательной подготовке перед физическими нагрузками не было. А потом случилась кома. А затем и резкий рост. Все тело начало расти и тяжелеть стремительно, особенно ноги. Будучи больной, Ясу не могла даже нормально передвигаться и ориентироваться в пространстве со своими конечностями, пришлось учиться как будто с голого нуля. Как раз на полигоне уже организовалась какая-то группировка из шиноби, они все разминались под руководством некой куноичи с короткими прямыми темными волосами и алой помадой на губах. Всего было около шести человек, все абсолютно разные и такие же невзрачные. Ясу где-то с минуту думала, попробовать подсосаться к ним или лучше побыть в сторонке. Лучше, конечно, было подойти и интегрироваться, потому что с чего-то нужно было начинать свое знакомство с внутренней кухней Конохагакуре. Если уже сейчас стесняться и не контактировать с людьми, то те самые люди могут понять неправильно. Посчитают еще, что Ясу горделивая и высокомерная. Учиха спокойно подошла к группировке, держа в уме, что любой из них мог быть наблюдателем. Проверяли абсолютно все навыки шиноби, не только умение вести бой. Тут и коммуникация, и поведенческие паттерны, и выбор роли ведомого или ведущего в коллективе, да много чего. — А ты у нас кто? — спросила ведущая куноичи. — Впервые вижу тебя. Настроена она была отнюдь не позитивно, а с какими-то подозрением и как будто скепсисом. Остальные просто смотрели и молчали. Судя по всему, эта дама тут пользовалась негласным авторитетом. Среди, наверное, постоянных жителей общежития. Может, они просто хорошие соседи, дружат все вместе. Ъ — Здравствуйте. Меня зовут Учиха Ясу. Рекрутируюсь на должность, меня временно поселили в это общежитие. До аудиенции с Хокаге, — максимально честно и спокойно ответила Ясу, даже слабо поклонившись. Это этикет, его важно соблюдать при знакомстве с людьми, которые потенциально начнут распускать о тебе слухи. Выражение лица куноичи Конохи изменилось. Скепсиса и претензии в нем уже не было, только недоумение и недоверие. Присутствующие тоже как-то странно попереглядывались, кто-то пожал плечами, кто-то неуверенно повторил фамилию, но в целом, реакцию можно было назвать приличной. — Вот как. О тебе никто не предупреждал, так странно. Давно ты тут? — красавица выгнула бровь. — Со вчерашнего дня. — Оу. Как странно, обычно о рекрутах нам сообщают заранее. Ну, заняты, наверное, были. Кхм, меня зовут Юрика. Будем знакомы, — куноичи тоже слабо поклонилась. — Не знаю, примут ли тебя на службу, но на будущее скажу, что я из отдела криптоанализа. Наша работа непыльная, но порой критически необходимая. — На должности интеллектуального труда очень трудно подобрать подходящих работников, ваш труд неоценим, Юрика-сан, — Ясу скромно улыбнулась. — Позволите присоединиться к разминке? Юрика, судя по всему, осталась очень довольна тем, что ее к ее умственным способностям, которые она, однако, даже не успела продемонстрировать, отнеслись с должным уважением. Девушка согласно кивнула, Учиха заняла место рядом со всеми и приступила к подготовке своего тела к тренировке совместно со всеми. Как Ясу смогла понять, все те шиноби, с которыми ей удалось позаниматься, занимали не слишком высокие должности и не пользовались особенным приоритетом, самые обычные работяги, кто с бумагами, кто на поле. Но это только на первый взгляд, разумеется. Кто-то мог оказаться и профессионалом, что скрывает свой истинный мотив за маской серости и заурядности. После отличного разогрева и несложных парных упражнений разминка была закончена. Кто-то ушел тренироваться в метании кунаев и сюрикенов, кто-то отправился в другой конец полигона для спарринга. Также предоставлялись тренировочные чучела, их можно было побить чем угодно, даже ниндзюцу. Только Юрика предупредила, что необходимо следить за обстановкой, иначе есть риск случайно задеть кого-нибудь. Не беда, Ясу все равно не собиралась использовать водные техники. Учиха попросила кого-нибудь побыть ее спарринг-партнером, согласился только один молодой человек, имени которого запомнить не удалось. Побаивались. Переживали о легендарных алых глазах, ввиду собственной необразованности практически все присутствующие не понимали принципа работы шарингана даже приблизительно. Что, отчасти, задевало учиховское начало в сердце Ясу, ведь раньше шаринган был основной ударной силой Скрытого Листа. О нем четко знали даже в соседних странах. Спарринг не обещал ничего интересного, уровень парня оказался самым стандартным, без прикрас. Бил он быстро, сильно, но Ясу быстрее, попадать по ней и без шарингана практически не удавалось, она легко прочитала все основные паттерны, поэтому так же легко их блокировала либо избегала, уклоняясь. Для тонуса такое вполне сойдет. Чтобы не засохнуть в ближайшие дни от скуки. Со временем людей на полигоне прибавилось, подтягивались как и другие жители общаги, так и прочие шиноби, знакомых лиц Ясу не нашла. Зато успела сменить пару партнеров, ей хотелось потренироваться и с клинком, это ее первостепенное оружие. По многим причинам. Клинок стал подарком Орочимару на пятнадцатилетие подопечной. С одной очень важной деталью – яркой сине-голубой лентой на рукояти. Этот цвет всецело ассоциировался с Ясу и ее характером, да и сама девушка очень любила этот цвет. В нем она видела моря, океаны, их бесконечные просторы и неизведанные глубины. Что говорить, ребенок всю жизнь рос рядом с водой. За те года, что Учиха эксплуатировала катану, она ни разу не подвела. Саске же был подарен чокуто. Меч прямой, тонкий, легкий, совершенно неудобный для быстрого изымания из ножен, но Саске нашел в нем свою стезю. Катана же тяжелее, изящнее, маневреннее, но при этом требует больших затрат для ударов и вынуждает чаще открываться. Оба ученика легендарного саннина освоили клинок и выбрали его в качестве основного вооружения, пускай клинки и были разными, как и техники со стилем боя, итог всегда один. Сокрушительное поражение того, кто под этот клинок попадал. Правда, Саске людей не убивал. Оппонентом стала некая девушка, ощутимо взрослее Ясу как внешне, так и ментально, но не слишком. По ее глазам было видно, что она успела повидать многое за годы своей работы, и что это самое «многое» не давало ей покоя. Отличительным признаком этой воительницы были длинные бардовые волосы, крайне необыкновенный цвет. Фантастический и сказочный. К цветным волосам у Ясу с детства сложилось особенное трепетное отношение, в большинстве благодаря любви к Конан. Однако помимо эстетического удовольствия, Учиха предпочла принять во внимание и тот факт, что ее спарринг-партнерша свои очаровательные локоны ничем не собрала. Они просто ниспадали одним большим пурпурным водопадом, не слишком роскошным, но все-таки притягательным. Это говорило о том, что дама была чертовски уверена в себе и в своих навыках. Ясу тоже никогда не собирала волосы. Во-первых, она с этим плохо справлялась, а во-вторых шея начинала сильно болеть, все-таки такую гриву таскать на себе тяжеловато. Орочимару тоже никогда не собирал своих изумительных шелковых волос, он учил свою подопечную вести бой таким образом, чтобы волосы не мешали и не создавали угрозы захвата, в случае Ясу эти необыкновенные черные пряди должны были зрительно увеличивать силуэт и психологически давить на врага. Что удивительно, но ни в одном поселении шиноби не существовало четких требований к внешнему виду. Дозволялись длинные распущенные волосы, макияж, украшения, даже какие-то отличительные знаки на лице. А вот что точно находилось под строжайшим запретом – духи. Почему-то руководство этой военной сферы решило, что ниндзя не выдадут побрякушки, звякающие от любого движения, и что по рисункам на лице его не вычислят, когда начнется расследование заказного политического преступления. А вот парфюм – первый враг, ведь по запаху человека так легко найти в лесу или горах! Правда в этом была, просто странное упущение. В мире не так уж много шиноби, полагающихся на нюх, да и перед заданием особо не до парфюмерии. Но так уж закрепилось со временем, отчего даже в мирное время ни женщины, ни мужчины духами не пользовались, этот элемент просто обошел их культуру. Исключением на памяти Ясу являлась Конан, как же прекрасно она пахла абсолютно всегда. И как же ей это шло! Вот просто такой изящный холодный идеальный образ! Кажется, ни одна женщина в мире никогда не достигнет такой же красоты, как у Ангела из Дождя. Учиха духи полюбила, но пользоваться ими так и не привыкла, как и косметикой. Тут дай хотя бы патлы эти ужасные вычесать, пока они мокрые. Зато побрякушек на девушке всегда было достаточно, легкое бренчание добавляло ее образу живости и яркости, какого-то летнего тепла и свежести, бодрости. — Нападай, — уверенно произнесла куноичи с бардовыми волосами, выставив перед собой клинок. Ясу только кивнула и пошла в прямое наступление. Ее удары были чертовски быстрыми, между ними не возникало ни секунды перерыва, они шли сплошняком и не оставляли оппонентке шансов ответить чем-нибудь, ей оставалось только блокировать все выпады или пытаться парировать их, но с таким скоростным напором это получалось с переменным успехом. Тем не менее, она подметила, что хоть выпады и быстры, они все-таки не так сильны, у девушки даже возникло впечатление, будто удары Учихи слишком легкие. А значит легка и сама противница. В сражении на клинках нужно смотреть не только на руки оппонента, но и на его ноги. Именно от позы и положения ног зависело абсолютно каждое действие мечника, он не сможет пойти в атаку, если его ноги уже заняли другую позицию. Как правило, это самая уязвимая часть стойки, добраться до нее проще всего. Даже самому быстрому врагу рано или поздно понадобится короткая передышка. Куноичи Листа выждала этот момент и начала атаковать уже сама. Смена ролей произошла стремительно. Теперь уже Ясу была вынуждена защищаться, но она не стала отступать назад. Даже без шарингана, благодаря длительным изнурительным тренировкам у легендарного саннина, который, казалось, родился с клинком за пазухой, Учиха отлично видела каждое движение вражеской катаны. А значит можно было обойтись малой кровью, блок рано или поздно пробьют, руки долго не выдержат, а вот с парированием хотя бы появлялся шанс вывести незнакомку из равновесия. Легкий спарринг плавно перерос в настоящее сражение, это просто великолепно! Бой выходил завораживающим, каждому зеваке стало ясно, что боролись две профессионалки своего дела. Все больше и больше это действо походило на парный танец, лязг металла заменял живую музыку, а звон женских голосов в пылу битвы звучал как песнопение. Ясу вошла в раж, предчувствуя, что силы ее начинают подходить к концу. Проиграть хоть и было бы приличным исходом, все-таки она в Скрытом Листе еще гостья, и попускать местных шиноби как-то слишком неуважительно, однако Учиха не могла допустить поражения. Да, оно было бы вовсе не позорным, это же просто тренировка, не серьезное сражение. Ну уж нет. Нужно сразу показать всем, кто она такая и чего от нее стоит ожидать, какого уровня. Скромничает пускай кто-нибудь другой. Ясу активировала шаринган, дело пошло шустрее. Для незнакомки с необычными волосами это действие сулило быстрым заключением их спарринга, но она, возможно, еще не успела понять этого. Обладатели алых глаз страшны и беспощадны. Шаринган видел словно саму суть, сражался ни с телом, а с сущностью, давил на сознание настолько сильно, что конечности немели, их тянуло к земле. Развить в себе такую силу тяжело, чертовски тяжело, часто даже чревато для обладателя столь необыкновенного додзюцу, но в правильных руках этой бушующей красной реке вполне можно задать русло. Ясу выковывали самые выдающиеся ниндзя. Она не посрамит их усилия собственным поражением! Сражение закончилось практически сразу же. Клинок куноичи Листа был выбит из ее рук, а сама она упала на землю. Теперь она смотрела на гостью снизу-вверх и видела перед собой лишь огромную черную тень, скрывающую собой солнце, с двумя горящими алыми глазами. Словно демон выбрался из земель мертвых. Ужасно. Сколько мрака в этой Учихе? Сколько чужой крови лилось в этих глазах? Тем не менее, Ясу сама незамедлительно упала на колени, тяжело вздыхая. Слишком много энергии ушло. Она тренировалась с самого утра и точно не рассчитывала, что кто-то сможет разжечь в ней самый настоящий лесной пожар. Девушка провела тыльной стороной ладони по лбу, не помешало бы наведаться в душ. Ее руки слабо тряслись, а грудь часто вздымалась от тяжелых глубоких вздохов. — Ты очень крутая, — честно произнесла Учиха, улыбнувшись побежденной оппонентке. — Признаюсь, что если бы ты продержалась еще хоть две минуты, то я позорно упала бы лицом в грязь от бессилия. Куноичи Листа смотрела на недавнюю противницу с нескрываемым подозрением, недоверием, холодом. Хотя пыл битвы разогнал лишние серые тучи в настроении и взгляде, все-таки отношение этой воительницы к наемнице осталось смутным. — Вот как. Что же, в следующий раз я постараюсь затянуть наше сражение. Учиха Ясу, — светлые карие глаза обратились взглядом к девчонке. Несмотря на то, что та была выше и крепче, куноичи Листа определяла ее как ребенка. — Ой-ой, зря я это про себя, да? Ну, зато будет еще интереснее! — Ясу убрала катану в ножны и кое-как поднялась. Девушка подошла к оппонентке и протянула ей руку, чтобы та тоже смогла подняться. Этакий жест мира и согласия. Все-таки это просто тренировка. Теперь, когда шаринган был деактивирован, это черное косматое нечто стало напоминать какое-то глуповатое миролюбивое животное, пускай и непомерно здоровое. Так-то Ясу не была похожа габаритами и комплекцией на мужика, но и на женщину она в некоторых ракурсах тоже походила слабо. Возможно, всему виной возраст, когда тело еще угловатое и лишенное нужных плавных женских изгибов. А может все дело в плечах? Широковатые. И лицо такое… необыкновенное. Что-то первородное, далекое, давно утраченное. Мечница с бардовыми волосами все же ухватилась за протянутую ладонь и встала, после чего отряхнулась от грязи. Между дамами установился отличный зрительный контакт. — Узуки Югао, — представилась девушка. — Спасибо за это сражение. Девушки синхронно поклонились друг другу в знак уважения. А должности своей она не назвала, значит, скорее всего, являлась АНБУ, так подумала Ясу. Да и с такими навыками Югао явно не среди чуунинов числилась. Интересно. Может, она как раз и была одним из «экзаменаторов» перед аудиенцией с Хокаге? — Откуда ты знаешь меня? — поинтересовалась Учиха, потому что она была уверена, что Узуки явилась на полигон значительно позже того, как гостья представляла себя местному коллективу. — Многие помнят тебя еще с экзамена. Не всех ты видела, но такова наша работа, — ровно ответила Югао. Значит точно АНБУ. И сколько таких встреч еще предстоит? А помнить было за что. Как минимум Ясу полдня бегала от АНБУ Конохи по всему городку в надежде скрыться. Ох и шуму же она тогда наделала! Но не стыдно. Нужно было посылать за ребенком компетентных людей. — Вот как, — Учиха сохраняла относительно позитивный настрой на общение, чем могла даже немного раздражать, — даже не знаю, хорошо это или плохо. Слава, какой бы она ни была, все-таки остается славой, сила заключается в умении правильно воспользоваться имеющимся впечатлением о себе. Югао коротко склонила голову в знак прощания и удалилась в другой конец полигона, явно продемонстрировав свое нежелание дальнейшего диалога. Опять чувствовались предвзятость и неприязнь, прямо как от Сакуры. Ну, ничего страшного в этом нет, нельзя же нравиться всем и сразу. Да и лучше, по большому счету, не нравиться целой куче людей, но при этом обладать малочисленным кругом доверенных лиц. Какое-то потребительское отношение к людям, но ведь они как будто и сами рады этому. Когда к тебе относятся, как к предмету купле-продажи, тебе не приходится усложнять свою жизнь лишними эмоциями, обязательствами, чувствами, все уже решено за тебя. Только плыви по течению, не сопротивляйся потоку, выполни свою роль и будь таков. С возрастом и опытом практически каждый интеллектуально развитый человек приходит к такой модели. И это, на самом деле, печально. В мире все невещественное плавно переставало быть существенным. Как когда-то и говорил Пейн, чем дольше человечество находится на стабильном плато из благ, тем сильнее оно развращается и деградирует, поэтому он и считает, что война необходима как явление, но ею нужно управлять и делать это грамотно. Существу, что оторвалось от земли и позабыло ее тепло, конечно кажется, что все люди – лишь жалкая кучка насекомых. Глупых, заботящихся только о закрытии своих низменных потребностей. Если подумать глобальнее, то выходит, что и сам названный Бог относится к людям потребительски. Ему известно, что масса людей – это огромная движущая сила, которая способна достичь чего-то абсолютно невероятного. Так люди научились строить мосты, изобрели музыку, смогли победить самые страшные эпидемии благодаря своему уму, безграничной фантазии. Если приспособиться управлять этим потоком умов по своей хотелке, то можно действительно, наверное, и весь мир изменить. Но для этого придется четко соблюдать баланс между блажью и трагедией, ведь если что-то из этого затянется или чего-то не хватит, то все старания просто нивелируют сами себя. Как раз из-за длительного застоя в мирной блажной эпохе люди и стали постепенно деградировать, уходить от коллективного счастья в сторону своего личного. И за личным лишь по началу стоит что-то безобидное и на самом деле прекрасное, но со временем разум станет развращаться, на руках вновь вырастут шерсть и когти, а с края задубевшей челюсти польется гадкая липкая слюна. Такого исхода, конечно, не хочется, но человечество создано таким. Когда человек согласен плыть по течению, русло которого задал кто-то другой, он принимает правила такой игры, добровольно соглашается стать добычей хищника. Да, тебя не растерзают на куски, возможно даже предложат что-то взамен, хоть ты и останешься в статусе жертвы, но какое-то благо лично для себя все равно приобретешь. Современный мир, каким его видела Ясу, очень лоялен к такого рода межличностным отношениям, всю массу людей как будто старательно убеждали в том, что это нормально. Лишь малой части разумного человечества прекрасно понятно, что как ты дерьмо не назови – оно останется дерьмом. Мягкий сладкий кисель, в котором, как правило, пытаются утопить грязную сущность этого животного человеческого яда, не скроет собой гадкого вкуса. А такие отношения никогда не перестанут носить деструктивного дегенеративного характера. Ну, это все просто мысли. Не ко всем из них Ясу пришла самостоятельно, удочку всегда закидывал Орочимару, но до сути никогда сам не доходил. Ему было интересно, к каким выводам со временем придет его подопечная самостоятельно. Как именно ее жизненный опыт повлияет на итоговое эссе. Занятный эксперимент. Дети ковки, с ними можно творить самые ужасающие воображение вещи, ни одна гора не станет для ребенка препятствием, если направить мысли дитя об этой горе в нужном направлении. Творческий подход, к тому же лишенный представлений о законах мироздания и, как минимум, физики, все сделает самостоятельно. — Противная какая, — тихо произнесла Юрика, подойдя к новой общей знакомой. — Она за последние пару лет стала такой неприятной девкой, как ее только саму от себя не тошнит? Пф. Показуха. Ясу вопросительно посмотрела на внезапную собеседницу, чьи глаза непрестанно следили за удаляющейся фигурой Узуки. Зрители начали плавно расползаться, зрелище всем очень понравилось, редко рядом с общежитием АНБУ происходило что-нибудь интересное. Местные обитатели весьма тихи и непримечательны, увы. — Такого не бывает просто так, — Учиха слабо пожала плечами. — Конечно не бывает, Ясу! Это и так понятно, — Юрика коротко вздохнула и покачала головой. Девушка из команды криптоанализа взглядом указала, что им с Ясу нужно пройтись. И желательно в сторону общежития, тренироваться они обе все равно уже не в силах. Учиха, в общем-то, была согласна. Требовалось помыться, просто категорически. И где-нибудь перекусить. Может, получится попросить Юрику и сходить куда-нибудь вдвоем? С ней контакт получался проще. Две дамы направились к выходу с полигона. — У нее парень на миссии погиб. Вот она и никак не успокоится. Все горит желанием отомстить, только кому и как – пока никому не ясно, — ввела в курс дела куноичи Листа. — Это, должно быть, очень больно и неприятно. Не скажу, что могу понять ее чувства, но если бы погиб кто-нибудь мой любимый, я бы тоже была сама не своя. А месть, если честно, глупая затея. Скорее всего бегать будешь долго и безрезультатно, а в конечном итоге поймешь, что столько лет жизни и нервов были потрачены зря, — Ясу еще разок коротко глянула на Югао, та ушла уже совсем далеко. — Ну, знаешь, зацикливаться на этом жизненном этапе тоже глупая затея. Он ведь уже все равно погиб, страданиями его обратно не вернешь, только себе же хуже делаешь. Тем более еще такая молодая и красивая, — Юрика даже слабо насупилась. — Да, больно, это нормально. Но нужно быть сильнее боли. А Югао погрязла в ней. Погрязнуть в этой пучине проще простого. Путь наименьшего сопротивления – просто сдаться, опустить руки. Против себя самого идти особенно тяжело, но важно сделать первый шаг и просто больше не останавливаться. Заставлять себя насильно, кричать, рыдать, но двигаться дальше. И боль отступит, тьма уйдет, болото останется позади. — Работа у нас такая. Шиноби раньше каждый день десятками погибали, сколько несчастных людей остались одинокими. И ничего, как-то смогли пережить. Не все, конечно, но большинство. К смерти стоит относиться лояльнее. А вообще, — девушка улыбнулась и посмотрела на небо, — умереть во имя товарищей и своей деревни – это высшее благо, то, к чему стоит готовиться. Он погиб с честью как защитник Конохагакуре. Им нужно гордиться, а не жалеть. В Скрытом Листе мы называем это Волей Огня. Неплохой взгляд на события, Ясу посчитала, что Юрика вполне адекватно относится к такому явлению, как смерть. — Воля Огня? Умереть во имя товарищей – высшее благо? Почему же так? — Учиха слабо улыбнулась и посмотрела на свою собеседницу. — Потому что хоть мы и шиноби, мы, в первую очередь, люди. И ничто человеческое нам не чуждо. Порой на заданиях сталкиваешься с непростым выбором: завершить миссию или спасти товарищей. Что важнее, деньги и репутация Конохагакуре или жизни нескольких людей? — А если вопрос не в деньгах? И не в репутации. Например, если от результата миссии зависит победа в войне? — почему бы и ни задать неудобный вопрос? — К чему призовет Воля Огня в таком случае? — Ну, я думаю, что в таком случае вся команда будет той самой жертвой во имя блага товарищей, что одержат победу на войне и прекратят тем самым кровопролития. — Удобно. Наверное. Где об этом можно почитать? Они уже подошли ко входу в общежитие, но заднему. Здесь был выход из общей прачечной, дверь и окна всегда открыты, чтобы пропускать свежий воздух и не дать разрастись плесени в постоянно влажном помещении. Тут пахло мылом и порошком, такой приятный освежающий запах! Что может быть лучше аромата безукоризненной чистоты? Имелось и небольшое крыльцо. Судя по оставленным на перилах бетонной веранды пепельницам, местные отлично определили этот закуток на заднем дворе в качестве вечерней курилки. Куда человека ни пусти – все загадит! Однако трудно было поспорить с тем, что место действительно выбрано прекрасное. Тут относительно тихо, сторона не солнечная, летом можно отдохнуть в теньке, перевести дух, побыть в тишине и одиночестве. Наедине с небом. — Пока нигде. Тебе и нельзя, наверное, без сопровождения территорию общаги покидать. К тебе кого-нибудь приставили, наверное? — Юрика хлопнула глазами, остановившись возле плоских невысоких ступенек крыльца. — Да, но я не знаю, кто они. И выходить, в общем-то, нежелательно, но я в таком случае умру от голода… — девушка печально вздохнула, приложив ладонь к желудку, что уже побаливал от пустоты в себе. Голодать ни в коем случае нельзя, иначе микрофлора желудка сама начнет его жрать, явление крайне неприятное, да и запах отвратительный изо рта появится. А Ясу вообще противопоказано хоть как-то издеваться над собой. Куноичи Листа поцокала и сострадательно покачала головой, любуясь весьма забавной умилительной картиной. Кто бы мог подумать, что такая дикая большая кошка может быть настолько трогательной? Дитя. Юрика улыбнулась. — Если поможешь мне приготовить обед, то я тебя угощаю. Отличные новости! Только сначала предстояло принять душ. И, к сожалению, он на каждом этаже был общим, общежитие же, место экономили максимально, как и деньги на проектировку. Благо, душевые делились на женскую и мужскую, уже хоть что-то. С собой из припасов на такой случай только самое необходимое – мыло, мочалка, шампунь. Имелся комплект сменной одежды, чтобы не ходить в грязном и вонючем, но придется заняться и стиркой, причем вручную. С этим справится и клон. Ясу создала клона и выдала ему все указания, тот без вопросов удалился заниматься делом, пока сама девушка приводила себя в порядок. Мыться было тревожно. К общим душевым она категорически не привыкла, отчего ей постоянно казалось, что за дверью кто-то есть, кто-то наверняка пытается подглядеть, а вдруг кто-то зайдет. Все эти подозрения раздражали, но они были вызваны не просто так. Когда-то Ясу услышала от Орочимару, что каждый человек по своей сущности близок к какому-нибудь животному. Проще всего определить это, когда человек пьян или находится в нестандартной обстановке: каково будет его поведение, реакция на окружение, действия. Так вот Учиха четко определила для себя, что в ней дремала кошечка. Ну или любой другой представитель семейства кошачьих. Девушка категорически невзлюбила смену обстановки, постоянные переезды из одного убежища Змея в другое раздражали до чертиков, привыкать к новым жилищным условиям крайне не хотелось, процесс всегда шел туго. Даже в путешествиях, которые, между прочим, Ясу полюбила. Любая кошка, будь она хоть миленьким домашним пушистым комочком, хоть огромной высокоскоростной машиной для убийств, остается животным территориальным, то есть предпочтет выбрать для себя одну территорию навсегда и быть на ней главной, четко знать, где что есть и как что пахнет. Водные процедуры подзатянулись из-за долгого расчесывания волос. Учиха, наконец, нашла на них управу. Ей и в голову раньше никогда не приходило, что если волосы имеют такую сложную структуру, то лучше расчесывать их, пока они влажные, а уже в сухости не трогать. Таким образом получалось, что и расчесывать их просто, и по высыханию они сами отлично организуются в красивые структурированные локоны, очень необыкновенные по человеческим меркам, но все-таки конечный результат выглядел просто бесподобно. Если попытаться расчесать эти пакли, пока они сухие, то велика вероятность, что расческа просто не справится, а те пряди, что ей удастся захватить, будут похожи на элементы старого дряхлого веника. В общем, век живи – век учись. Ясу много раз смотрела в свой семейный альбом с фотографиями, ей уж очень хотелось найти хоть какого-нибудь родственника, кто обладал бы такими же волосами. От кого-то же ей досталась эта генетика противная! Но увы, никого похожего она там так и не нашла. Очень много вопросов было к господину Кагами, его генетика очень четко передалась отцу Ясу, Рюноске Учиха. Тот же собачий преданный взгляд, легкий воздушный завиток в волосах, приятные не слишком грубые черты лица, очень симпатичные по меркам молодых людей. Мама у Ясу тоже была красавицей, но почему-то девушке все больше казалось, что ее родительница либо была с папинькой не слишком честна, либо планеты выстроились в один ряд и ретроградный Меркурий прошелся над ней в момент зачатия будущей дочери, вследствие чего сработал тот самый один генетический процент, который полностью передал Ясу внешность какого-нибудь относительно далекого родственника. Потому что девушка практически не похожа на мать, да и на отца как-то не слишком, вроде что-то общее между ними и было, но если посмотреть на ныне взрослую Ясу и фотографии ее родителей – как будто чужие люди. Клон закончил со стиркой и развесил одежду сушиться, после чего рассеялся, а оригинальная Учиха отправилась к Юрике, чтобы помочь с обедом. Никакими особенными гастрономическими пристрастиями Ясу не обладала, как и суперскими навыками в кулинарии. Она вообще считала, что это дело постыдное, потому что нет ничего полезного в том, что ты всю жизнь простоишь у плиты и научишься отменно готовить вкусную домашнюю пищу. Безусловно, если ты планируешь связать с этим свою доходную деятельность, то ты молодец, но если тебе просто нужно закрыть свою базовую потребность, то к чему эти ухищрения? Готовка отнимает миллиард времени и сил, это того не стоит. Да и Ясу по состоянию здоровья питаться чем-то сложным и не шибко полезным было нельзя, желудок по сей день чересчур чувствителен к любым переменам, так что девушка старалась перебиваться просто чем-то нейтральным и простым для переваривания. Возможно, когда-нибудь что-нибудь все-таки изменится, но пока ничего хорошего в этом деле не предвиделось, даже Орочимару и Кабуто не давали утешительных прогнозов. Проблемы останутся до старости, если не найдется чудо-врач. Кухня тоже была общей, но народу на ней не было. Очень чистое светлое просторное помещение. Стены отделаны плиткой, пол тоже, потолок побелен. На подоконнике стояли красивые зеленые цветы, очень ухоженные, о них явно заботились с большой любовью. Все столы были чистыми, плиты тоже намыты, как раковины. А самое главное – через большое окно в помещение отлично пробивался солнечный свет, было так прекрасно наблюдать и за ним, и за голубым небом. Волшебство. Три с лишним года Ясу уже прожила на свободе, а все равно залипает каждый раз на такие сюжеты. Солнца всегда будет очень мало. В процессе приготовления девушки побеседовали о всяком разном, Юрика чуть больше рассказала о своей работе, но в серьезные подробности вдаваться не стала, а Ясу особо и не лезла пока. Удалось узнать, что новой Хокаге практически все из работников удовлетворены. Не все согласны с тем, что она достаточно компетентна, но как руководительница и человек Цунаде Сенджу очень всем понравилась. Юрика сказала, что с Цунаде-сама всегда можно договориться, всегда можно попросить о чем-то и предложить что-то, но излагать свои мысли нужно твердо и четко, с абсолютной уверенностью в целесообразности того или иного плана. А еще Пятая любит выпить и проиграть много денег в азартные игры. Ясу становилось все интереснее. После вкусного обеда дамы навели порядок и еще некоторое время провели вместе, но уже на улице, на том самом крылечке прачечной. — Обязательно проверяй почту, Ясу. У вас, полевых шиноби, график нестабильный, а постоянно бегать и искать вас никто не станет. Поэтому все важные послания просто отправляют письмами, в редких случаях передают с АНБУ или еще кем-нибудь, — объяснила Юрика, уже собираясь уходить. У нее еще были дела. — Хорошо, — Учиха кивнула. — А что там такого может быть? Приглашение на миссию? — На миссии у нас не приглашают, а назначают, — куноичи Листа снисходительно улыбнулась и добродушно хмыкнула. — Если тебе назначат миссию, то поверь – тебя сами разыщут. Обычно приходят уведомления о надобности заполнить какую-то документацию в кадрах или в администрации, забрать новый комплект формы или снабжения, встретиться с кем-то по какому-нибудь вопросу, ну, все в таком духе. Когда тебя полноценно возьмут в штаб, ты сама офигеешь с того, сколько писем придется писать, потому что нынче с должностными лицами просто так и не встретишься в рабочие часы. У всех секретари, дела, понимаешь, занятость круглые сутки. — Какая у вас интересная организация, даже страшновато, что я все это не смогу запомнить, — Ясу неловко поскребла собственное предплечье. — Это пока. Поработаешь с месяц и уже на уровне мышечной памяти все будешь делать. Удачи! Вечером того же дня Ясу отдыхала в своей комнате. Рука несколько небрежно и быстро выводила слова в дневнике. Это был уже седьмой по счету. Привычка записывать свои мысли возникла тогда, когда мыслей стало слишком много и все они между собой перемешались, высказывать их для закрепления материала было некому, а терять – жалко. Бумага стерпит все, какими бы сокровенными ни были темы. Чаще Ясу записывала какие-то свои наблюдения и выводы, ничего крамольного там не было, так что если даже эти дневники кто-то прочитает – попробуют пришить за связь с Акацуки и Орочимару, но не более того. Вот ведь приоритеты какие. Круговая порука куда менее страшна, чем если бы залезли реально в самую душу. «15 июля, второй день Мотылька в Конохе. Я чувствую, насколько велико влияние этого поселения на весь мир, в котором мы живем. На наши судьбы. Город огромен, лишь видимая его часть уже расскажет случайному путнику о великом прошлом, когда не было ничего и вдруг появилось все. А что же там, на горе? Я слышала, там уже распланирован новый район, но строить его пока не спешат. Боятся очередной выходки соседних стран, не доверяют до конца Песку. Не верят Гааре. Я бы тоже не поверила, если бы не знала его лично. Я хожу по улице, которая еще совсем недавно была густым лесом без намека на цивилизацию. Страшно представить, что за такой короткий срок сплоченные народы смогли выстроить такую организованную структуру. Да, история Скрытого Листа началась воистину с Великих людей. Влияние Листа на мир огромно. Они, возможно, и сами до конца не понимают этого. А может наоборот, понимают, оттого и ведут себя пока что тихо и терпеливо. Боятся, что выступят слоном в фарфоровой лавке. Столько людей здесь, за какое огромное количество жизней нужно вести ответственность. И за их поступки тоже. Коноха, однако, не давит на меня своей величавостью. Она как будто толерантна ко всем, лояльна, готова закрыть глаза на что-то. Пока это «что-то» кому-нибудь ни понадобится. Обманчивое впечатление, созданное для обмана. И обман Мотылек чувствует. Чувствую себя нормально. Тревожусь по малу, но совсем без тревоги человек не может, даже шиноби. Пока что без паранойи, в каждом встречном врага и «наблюдающего» не вижу, но думаю, меня могут специально довести до такого состояния. Зачем? А кто их знает. Методы у них странные. Район Учиха все еще закрыт. Все та же аварийная лента перекрывает проход на аллею, зона недоступна даже для обычных шиноби. Только АНБУ и следственный комитет, о котором мне ничего не известно. Нужно ли мне сейчас в родной дом? Нет, острая нужда отсутствует, так что рисковать собственной репутацией и доверием не стану. Сейчас нужно быть потише и посговорчивее, пока кроме Наруто рядом со мной никого нет. Да и то, у Наруто голова другим забита, ему не до моих идей. Он, конечно, не Саске. Будь здесь Саске – все было бы иначе. Он меня понимает без слов. Сам знает, куда я захочу пойти, и ведь пойдет же за мной, чтобы убедиться, что либо я феерично облажаюсь, либо в очередной раз удивлю его. Немного скучаю по нашей синергии. Надеюсь, она не пропадет за время нашего расставания. Мне кажется, ночью я слышала звон. Легкий ненавязчивый звон, очень тихий и аккуратный, как будто прямо за окном. По ночам в окна смотреть страшно. Очень страшно. Потому и не стала проверять. Так глупо и трусливо понадеялась, что ничего не произойдет, что мне все просто мерещится от нервов. Почему-то сущность подсказывает мне, что я уже слышала это раньше. Именно ЭТО. И ЭТО меня пиздец как сильно пугает! Возможно, медузы что-то знают. Но могу ли я призвать хоть одну безопасно? Положение у меня шаткое, не хотелось бы, чтобы меня неправильно поняли. Пока я еще могу контролировать свой страх. Надеюсь, я действительно просто в легком стрессе. И все-таки мне очень жалко, что я тут совсем одна. С Саске как-то привычнее было. Спокойнее. А если убьют меня здесь, узнает ли он? Скажет, что так мне, дуре, и надо. Он ведь сам такой идиот. Буду пытаться заснуть и ни о чем не думать…»