Черный мотылек

Путешествие до Конохагакуре не отняло много сил, разве что Хатаке Какаши чувствовал себя все хуже, ресурс его организма совершенно не желал восстанавливаться, это говорило о том, что сам организм поврежден и ему просто не до восполнения запасов. Когда Ясу еще тренировалась с Итачи и Обито, они предупреждали ее, что многократное использование шарингана способно привести к разным последствиям. И это – одно из самых частых и ожидаемых. Ясу также предполагала, что такая отдача связана с тем, что Какаши генетически не принадлежал к клану Учиха, истинному носителю устрашающего алого додзюцу. За подобные фокусы придется платить очень высокую цену. Стоило ли оно того? Ну, раз джоунин, то значит умный, вполне возможно, что ситуация была безвыходной. Только что же там конкретно произошло? Девушка не считала возможным выспрашивать подробности, ее могли понять неправильно. Лучше поинтересоваться этим в другой обстановке и с другим составом слушателей. От слушателей лучше вообще избавиться. По мере приближения к землям Скрытого Листа шиноби все больше и больше размышляла о корректности своего плана действий. Выбора у нее, на самом деле, как такового и не было, ей придется первое время побыть самым обыкновенным серым планктоном, который будут гонять на низкосортные миссии. Даже неизвестно, присудили ей по итогу звание чуунина или нет. Как бы то ни было, проблема крылась далеко не в сути грядущих миссий, а в том, что предстоит пройти перед ними. Допрос. Допрос – обязательная процедура, созданная из соображений безопасности. Она не грозит только тем, кто родился и вырос в Конохе, в остальных же случаях допрос неизбежен. Даже если ты коренной житель Листа, стоит тебе без приказа покинуть территорию на длительный срок – ты попадаешь в черный список, откуда выйдешь обратно на службу только после этой отвратительной процедуры. Ясу представляла, как ее проводят. Естественно, значительно мягче, чем в Амегакуре. Скрытый Дождь отлично и по сей день эксплуатирует средневековые методы физических пыток, причем настолько изощренных, что кровь в жилах стынет от одной только мысли. В Конохе, кажется, решили делать это с помощью сильнейшего карательного гендзюцу, и все бы с этим хорошо, если бы не тот факт, что у Учиха Ясу был к гендзюцу иммунитет в связи с развитым шаринганом. Гендзюцу она бы пережила, но ведь всем уже заранее известно, что эти техники на нее просто не сработают, а значит впору подобраться и к другим методам. Девушка с детства знала двух представителей этого непростого ремесла. И они наверняка не обрадуются ее возвращению. Иноичи Яманака был руководителем специального отдела шиноби Скрытого Листа, его методы можно было назвать мягкими исключительно потому, что они безотлагательно работали – с помощью клановой техники мужчина мог проникнуть в сознание жертвы и изучить ее содержимое детально, никаких тайн от него не скроешь. И это плохо. Если Ясу попадет на допрос к нему, то у нее хотя бы будет шанс как-нибудь нахлопать глазками фиктивное выполнение протокола. Все-таки Иноичи показался ей весьма добрым мужчиной. Хотя кто знает, она ведь действительно уже не милая напуганная девочка из Дождя, а взрослые мужики не любят взрослых женщин. Вторым кадром выступал Ибики Морино, и вот это уже пиздец. Его Ясу запомнила еще с экзамена, слава об этом человеке была такая, что лучше убиться головой об стену, чем прийти к нему на сеанс допроса. Не знает ни пощады, ни этичности в своих пытках. Именно пытках, ведь в военные времена методы требовали немного другой культуры. Ясу уже знала, что с вероятностью в семьдесят процентов она попадет в руки именно этого человека, поэтому судорожно пыталась придумать хоть какой-то план действий. Физических пыток она не выдержит точно, ложь Морино раскусит сразу же, как и страх. А раз страшно – есть что скрывать. Как бы лучше поступить? В какой-то момент своей жизни Ясу поймала себя на мысли, что абсолютно каждый эпизод текущей жизнедеятельности она могла сравнить с прошедшим эпизодом из детства. Боялась ли она когда-нибудь допроса? В детстве она много получала, чаще всего после своих побегов. Первый был самым страшным. Девушка помнила, как будучи маленькой девочкой, тощей и наверняка больной, она смотрела на своих опекунов снизу-вверх, они казались ей такими огромными и страшными, разозленными, недовольными. Нависали над ней как глыбы. Чувствовала ли она себя уязвимой тогда? Конечно! Больше всего она боялась Пейна. Всегда. Все свое неосознанное детство она избегала этого лица, ничего страшнее в ее жизни на тот момент не было. Застывшая белая маска, утыканная множеством металлических элементов, и два громадных фиолетовых глаза, смотревших ровно, будто в самую душу. Тогда, во мраке, эти бездушные глаза освещали белое неживое лицо особенно ярко. Ни единой эмоции, ни намека на эмоциональный окрас, однако тогда юная Учиха четко чувствовала чужие порицание и раздражение. Девушка хлопнула глазами. Да нет же. Сейчас она идет по зеленому лесу, на улице светло, небо голубое, солнце яркое, рядом безобидные люди. Да и она уже не маленькая девочка, а практически совершеннолетняя женщина. Неужели даже спустя столько лет она продолжит бояться чего-то? В страхе неизвестного нет ничего плохого, но можно ли назвать стандартную процедуру допроса чем-то неизвестным? Навряд ли. — Ясу, — раздался голос Наруто рядом. Майто Гай, вместе с грузом своего лучшего любимого друга на плечах, и его ученик Рок Ли уже умчались далеко вперед, это у них спортивный интерес такой – добраться до КПП как можно скорее и занять первое место. Тентен и Неджи шли впереди и сетовали на глупое поведение своих товарищей, Сакура же находилась в какой-то прострации, она шла посередине, ну а в конце отстали как раз Наруто и Ясу. Наруто замедлился специально, чтобы заиметь возможность практически наедине пообщаться с давней подругой. У них все шло как по маслу, как будто и не было прошедших лет разлуки. Родственные души! Девушка вопросительно посмотрела на собеседника, тот явно был в абсолютно спокойном настроении. Замечательно. — Че ты такая задумчивая? Беспокоит что? — юноша выразил искренний интерес, видать у Ясу и правда на лице было написано, что она беспокоилась о грядущих испытаниях. Учиха не стала изображать улыбки, во всяком случае, это произошло не сразу. На пару мгновений Ясу задумалась, а затем все же коротко скромно по-настоящему улыбнулась. Внимание и забота Наруто ей безусловно приятны, она за несколько лет общения с Саске немного отвыкла от сентиментальных людей. — Это так странно, знаешь, — шиноби смотрела прямо в голубые глаза Узумаки, — я родилась в Конохе, но сейчас иду туда, словно чужая и, в общем-то, лишняя. Как непрошеный гость. Меня никто там не ждет, да и дома у меня нет, это очень неприятные чувства. — Которые, однако, пройдут очень быстро, — к разговору неожиданно присоединился Неджи Хьюга. Вся компания остановилась по невыясненным обстоятельствам, все смотрели на Ясу. Учиха точно не ожидала, что с ней заговорит кто-то еще, она даже слабо-слабо смутилась. Вроде как планировалось поговорить интимно и с одним Наруто, а тут вдруг все решили подсосаться! Отличный урок по выживанию в Скрытом Листе – если хочешь с кем-то поговорить, то делай это в максимально укромной обстановке. — Ты так думаешь? — Ясу говорила спокойно. Она была предвзята к представителям клана Хьюга. Ей, во-первых, еще со времен экзамена было известно, что относятся они к ней не очень по сей день. Всегда относились не очень к клану Учиха, а тут еще и Ясу. Девушка предполагала, что именно кто-то из клана Хьюга, чей бьякуган позволяет видеть каналы максимально подробно и бить именно по ним, в отрыве от телесных повреждений, приложил руку к ее травме. Возможно, кто-то из них сделал это по заказу недоброжелателей. Орочимару ведь не просто так рассказывал о Данзо. Мог ли тот быть причастен к этой истории? Подробности еще только предстоит узнать, Ясу пока слабо представляла, как именно она это сделает, но она была обязана добиться правды и, возможно, справедливости. Этого паренька, Неджи, красавица запомнила четко. Злой, обиженный, самоуверенный и нудный. Хотя, судя по всему, он изменился в лучшую сторону. Все-таки в том нежном возрасте все дети так или иначе были противными мудаками и ублюдками, Ясу ничуть не лучше, она просто умеет отлично скрывать эту свою сторону. Впрочем, даже сейчас от молодого человека с белыми глазами исходила аура какого-то холода, небольшой отстраненности, практически недосягаемости. Странно, что он решил вступить в диалог, по нему видно, что это совсем не его поведенческий паттерн. Такие обычно молчат больше всех. — Тебе некогда будет размышлять об этом, когда тебя завербуют в качестве шиноби Конохагакуре. Работа не заставит себя ждать, а в потоке миссий не найдется места на тоску и тревогу, — юноша явно всей своей сущностью демонстрировал высокий уровень интеллектуального развития и не менее высокий уровень профессиональной компетенции. — Бля, как с тобой тяжело, Неджи, — Наруто смотрел на их внезапного собеседника и качал головой. Однако уже через секунду Узумаки усмехнулся и одарил Ясу легкой улыбкой. — Да ты не слушай его особо, он ведь у нас джоунин, уже самый крутой, вот и выделывается. На замечание Наруто Хьюга только хмыкнул и изящно задрал свой ровный идеальный нос. Ну какая тварь, ну как же его хочется заляпать своими грязными руками, вот просто из принципа! Дети любят просто так срывать красивые цветы или листики с веток деревьев, позыв был примерно такой же. Испоганить и все тут. Ясу была уверена, что это не только у нее возникло такое желание. — А по-моему, Неджи все правильно сказал, — Тентен тоже улыбнулась Учихе. — Ты быстро привыкнешь от усталости. Это пока мысли все о большом и бескрайнем, уже через месяц, когда изучишь каждый миллиметр Скрытого Листа, он перестанет казаться тебе огромным и чужим. — Да уж, ну и прогнозы у вас, — Ясу слабо безобидно насупилась, не переставая ненавязчиво улыбаться. — Они реалистичны, — а вот голос Сакуры прозвучал иначе. Если все до этого звучали относительно тепло и дружелюбно, то Харуно, неожиданно даже для себя, выбрала совсем другую эмоциональную окраску для голоса. Легкие нотки порицания, миллиграмм презрения, приличное количество холода, и вся эта солянка приправлена равнодушием. — Ты же до этого была вольной наемницей, верно? В Конохагакуре придется работать так, как удобно руководству, а не тебе самой. Ясу четко ощутила неприязнь. Прямо такую липкую холодную неприязнь, сравнимую с плевком в лицо. Что же, с таким девушка сталкивалась давным-давно, тогда она предпочла игнорировать обидчиц. И сейчас, в общем-то, имело смысл делать то же самое. Навряд ли Сакура будет как-то лезть или цепляться без нужды. Но нагадить вполне может. Интересно, чем вызваны эти чувства? Она что, слышала разговор о Саске? Или это просто ревность на почве родства с ее обожаемым петушком? Интересное стечение обстоятельств. — Сакура-чан, ты… — Наруто, кажется, не совсем понял посыла своей сокомандницы. Ну, не мудрено, у него всегда были с этим проблемы. Харуно только коротко качнула головой, как бы убеждая всех, что все нормально и не стоит заострять лишнее внимание на ее словах. Ирьенин развернулась и пошла дальше в удобном для себя темпе. Оставшаяся компания еще пару секунд проследила за ней, Тентен переглянулась с Неджи и Наруто, пожала плечами. Безмолвно было решено списать плохое настроение Сакуры на ее усталость, все-таки она толком и не отдохнула, возможно даже не до конца отошла от яда Сасори. — Не стоит относиться с пренебрежением к моему опыту, — попросила Ясу. Именно попросила, хотя должна была предупредить. — У тебя будет возможность продемонстрировать навыки, — пообещал Хьюга. Вопреки своему холодному образу, молодой человек вещал вполне позитивно и непредвзято. Вообще тема наемников и шиноби весьма щепетильна с незапамятных времен. В народе считается, что наемниками могут быть только ублюдки, для которых нет ни чести, ни этики, и что за деньги они сделают для тебя все. В то время как шиноби – единица организованной армии, где есть четкие правила, присяга, в каждом воине воспитаны лучшие человеческие качества и взращено стремление к светлому чистому будущему. Подобное отношение прививается и юным генинам в академии, там, в общем-то, бытие наемника подается как самый страшный грех, ввиду того что талант бойца расходуется на грязную прибыль, а не во благо государства и общей идеи. Ясу относилась с понимаем к своему положению. Она была готова к такому исходу. Вообще, с деньгами у нее проблем не было никогда, за исключением жизни сироты в Стране Воды. Конан выделяла без вопросов столько, сколько требовалось на нужды, а Орочимару и вовсе не выстраивал никаких финансовых границ дозволенного. Тем не менее, девушка стремилась зарабатывать сама, естественно ей оставалась только наемная деятельность. Заработала она прилично, опыта тоже, а это самое главное. Надо же было на ком-то новые техники оттачивать, в самом деле. Аппетиты явно придется подсократить, в Конохе платить будут мало. Очень мало по меркам самозанятого ниндзя. Зато стабильно, зато с привилегиями и обеспечением всем необходимым для миссий. Неджи прав, еще появится шанс петушнуться перед нужными людьми, пока лучше не отсвечивать и просто позволить себе пережить этот непростой этап вхождения в новую жизнь. Вот таким образом разговор ни к чему толком и не пришел, все двинулись дальше. На КПП Скрытого Листа вновь возвратившихся шиноби поджидали небезызвестные чуунины-бездельники, а именно Изумо и Котецу. Друзья не разлей вода. Они отпечатались в памяти Учиха как два педофила-извращенца. С годами они оба совершенно не изменились, как будто ни на день. Именно такими Ясу их и запомнила. — Привет? — Изумо постарался вежливо встретить всю остальную компанию молодых людей, но куда больше его привлекало шоу уродцев, а именно попытки Гая и Рок Ли спорить, кто же по итогу прибежал первым. А Какаши тем временем, кажется, решил умереть. — Ох, ребят, ну вы как всегда. — А ты как будто и недоволен, — Котецу усмехнулся. — Хокаге-сама получила ваш доклад о прошедшей миссии, мои поздравления с успешным ее завершением. Че, тяжко пришлось, да? — чуунин нагло разглядывал полудохлого Хатаке, даже привстав из-за стола. — Че, в больничку семпая определяем? — Изумо покачал головой, тихо вздохнув. — Да не, в последние месяцы это его абсолютно нормальное состояние! — Гай широко искристо улыбнулся, явно издеваясь над своим павшим товарищем. — Но для профилактики не помешало бы, а то ведь еще ласты склеит. — Какаши-сенсей прямо как пенсионер, ттебайо, — подметил Наруто. — Та-а-ак, а вы у нас кто? — Хагане плавно перетек из-за стола поближе к незнакомке. А к незнакомке ли? Подойдя к ней, молодой человек убедился, что лучше бы он не позорился и остался за столом, потому как девушка была его выше, что автоматически попускает любого мужчину в его системе ценностей, навязанной стандартами общества. Вроде и разница была невелика, а ощущалась значительно. Красавица коротко хмыкнула и скрестила руки на груди. — Не узнаете? — поинтересовалась она, тут же плавно сменяя свою позицию. Руки вновь легли на бока, стойка уверенная и горделивая, Ясу была прямо как волнорез, о который разбиваются цунами. — Да ну… — Изумо тоже подошел, желая убедиться в правдивости происходящего. Это какая-то шутка судьбы, пару лет назад они тоже не поверили в то, что перед ними живая Учиха. Теперь вот не верят, что эта та самая мелкая поганка, которая успела шороху навести и без премии целый отряд АНБУ оставить своими играми в салки. Ясу же в свою очередь поняла, что она не ошиблась, эти двое абсолютно не изменились, ни капли. Стало быть, они ощутимо старше ее. Девушка уже давно вывела одну такую закономерность: если с течением лет человек никак не меняется внешне, то он определенно старше двадцати четырех лет. — Ты такая мелкая была! — Котецу не постеснялся и даже своей ручонкой указал примерный рост той девочки, где-то на уровне его живота. Ну это уж он гиперболизировал, Ясу не была настолько низкой! — Сколько тебе лет? Я в шоке. — Это все сила юности, Котецу, Изумо, — Майто Гай решил поддаться их восхищению, уж кто, а он т очно был падок на подобные проявления эстетики, если это вообще можно было применять к нему. — Милая невинная девочка выросла и вот-вот расцветет как дикая орхидея! Прекрасное превращение неуклюжего зверька в резвую грациозную лань! Абсолютно нормально, что подобное зрелище вызывает у вас определенные желания! — с этими словами мужчина поднял большой палец вверх, как бы одобряя нечто этакое. Запретное. Пошлое. — Топай-ка ты в больницу, сенсей, — Неджи терпеть не мог всей этой мишуры, особенно когда Гая заносило совершенно не в те дерби, — а мы с Тентен и Ли отчитаемся в главном корпусе. — А о чем это он? Подождите, я не понял!.. — Наруто не врал, он действительно не понял. У Ясу вот-вот глаз начнет дергаться. Ну, она знала куда шла. — Наруто! Ну ты совсем непроходимый тупица!.. — Сакура, кажется, даже покраснела. Она схватила своего друга за ухо и потащила в сторону главного корпуса. — Идем, нам тоже нужно отчитаться. Ясу справится как-нибудь без нас. — Ай-ай, Сакура-чан! Ну пусти, я же сам могу пойти! Хотя бы за руку возьми ну или за локоть… Оставшаяся троица еще несколько мгновений смотрела вслед удалявшимся. Вот Ясу и осталась наедине со своими проблемами. Начинается ее борьба. С самой собой прежде всего, потому что соблазнов появлялось много, далеко не все из них положительные. Девушка как-то даже не сразу заметила, что эти двое подошли к ней ну как-то слишком близко, непозволительно близко! Неприлично! Она насупилась и выставила обе руки вперед, чтобы четко обозначить свои границы. Нехуй лезть к ней! Начинается второй акт шоу уродов! — Так о чем мы… — пролепетал Изумо, смотря на гостью как-то уж слишком подозрительно, с легким таким намеком на игру и какую-нибудь сладострастную гадость, интрижку! — Тебе есть восемнадцать-то? — Котецу, впрочем, не отставал. Учиха была права, они все такие же извращенцы и педофилы! Омерзительно! — Вы че нахуй, — девушка сначала опешила, а потом натурально помрачнела в лице. Она нахмурилась и предупреждающе схватила обоих за их защитные служебные жилеты, — совсем с ума сошли? Нет мне восемнадцати! И я чтобы больше ничего подобного от вас не слышала! — Ясу оттолкнула двух упырей от себя, те поддавались как-то слишком легко, для них это все было просто развлечением. Конечно, как при такой рабочей деятельности не прибегнуть к таким шалостям? Скучно же целыми днями просто сидеть и смотреть! Друзьяшки переглянулись и засмеялись. — Да мы же шутим! Мы же шутники, вот и шутим шуточки свои, ты чего? Серьезно что ли? Ну ты и глупенькая, Учиха Ясу! — хихикал Котецу. — Неужели ты думаешь, что мы к девушкам пристаем? Мы, вообще-то, честные молодые люди, благородные и неискушенные, — Изумо убрал руки в карманы брюк, он не переставал улыбаться. Все так же загадочно и с каким-то намеком на придурь, наверное. — Я вас предупредила, — Ясу, очевидно, им не поверила, у них же на лицах вся истина написана. — Да ладно тебе, мы просто рады увидеть тебя. Ты была такой милой девочкой, Ясу! А теперь вот выросла, я даже не могу назвать тебя милой, потому что в твоем нынешнем возрасте это будет считаться пошлой неумелой попыткой подкатить, — Котецу хмыкнул. От этих ребят прямо-таки исходила какая-то особенная светлая аура, не безобидная, конечно, но все-таки светлая. По ним было видно, что они два балбеса. — Да и вообще женщины воспринимают «милая» как оскорбление, типа не красавица, но зато хотя бы милая, — Изумо решил дополнить познания своего друга. — Глупые девки. Если бы меня кто-нибудь назвал милым, то я бы до конца жизни прокручивал этот момент в своей голове и улыбался как дурак от счастья, — кажется, молодые люди совсем позабыли о том, что находились они при исполнении, и что не просто так их назначили привратниками Конохи. А раз уж они так спокойно трепались о всякой ерунде рядом с Ясу, значит не воспринимали ее как угрозу или даже гостя. Как будто давний знакомый вернулся в родной город или что-то в этом духе. Это могло продолжаться бесконечно, Учиха сделала следующие выводы: некоторым шиноби даже за красивые глаза нельзя доверять серьезные миссии, потому что эти люди просто непригодны для исполнения таких задач. Уже много лет Ясу изучала историю мира шиноби, больше всего ее интересовал процесс возникновения Скрытых деревень, их устройство и концепция. Каждая деревня шиноби – это военный субъект государства, город платит просто немыслимо низкий денежный налог в отношении Дайме, но благодаря этому серьезному послаблению Скрытая деревня обязана обеспечить восьмидесятипроцентное ополчение страны. Под остальные двадцать подпадали личные войска Дайме, среди них имелись как шиноби, так и прочие воины, о них мало информации. Таким образом получается, что если ты родился в Скрытой деревне – твои шансы стать обычным человеком сводятся к нулю, ты просто кровно обязан отдать деревне свою жизнь в качестве шиноби. Основоположником этой системы был человек, имя которого приравнивается к Богу. Именно он создал это понятие – «шиноби», он заложил фундамент всего бессмертного механизма, удобного обеим сторонам. Хаширама Сенджу, Первый Хокаге Конохагакуре, легендарный шиноби. Углубиться в эти знания не позволяла ситуация, информации за пределами Листа маловато. А вот внутри уже достаточно. Ясу предполагала, что Хаширама Сенджу пошел на сделку с Дайме Огня в свое время исключительно из-за бедности их кочевого народа. У основателей наверняка просто не было денег для содержания стольких людей, ведь переход из наемнической деятельности к организованной очень тяжел. Кто-то должен был обеспечить молодую Коноху средствами на содержание вчерашних головорезов, а также инвестировать весь ее путь. Кто, как ни Дайме? Взамен он получил организованную обученную армию. А шиноби Листа заимели не только дом, но и стабильную зарплату. Как раз по той причине, что Скрытые деревни по сей день зависят от Дайме как от кислорода, они не могут позволить себе сокращать численность штата. Первый Хокаге был умнейшим человеком, как и говорил Гаара – первый властитель первой деревни шиноби создал идеологию. Идеология насаждается молодым умам еще в детстве, в академии, где им каждый день рассказывают о подвигах предках, о великом наследии, о единстве народа, о благородной жертве во имя общего блага. Очень многие из впечатленных детишек желают стать шиноби по-настоящему, не имея никаких представлений о том, чем такая жизнь им обернется. Свежая кровь в рядах ниндзя Листа поставлена на поток. Но времена уже другие. Это понимала даже Ясу, которая никогда не заставала военных действий. Она наблюдала за многими людьми, в том числе и за шиноби. Еще на экзамене на звание чуунина. Современный человек чертовски сильно отличается от человека из прошлого столетия. Процент реальной пригодности кадра к деятельности шиноби очень мал. Эти два балбеса, Котецу и Изумо, прямое тому доказательство. Едва ли они созданы для убийства или для полевых сражений. Не в обиду им, наверняка они очень умные и умелые ребята, но они явно не на своем месте. Конечно, не Ясу судить, где чье место. Но это только пока. Всему виной само время. И человеческое отношение к нему. Чем меньше в мире войн, тем свободнее пояса. Администрация Конохи самостоятельно извратила понятие об организованной военной силе. Выходцам академии не предъявляется никаких критериев для отбора, они обязаны только сдать чисто практический материал на знание базовых техник и умение применять их в критические моменты. Экзамен на звание чуунина – показательный этап отсеивания. Тем не менее, даже его проходят порой такие идиоты, что на них без слез не взглянешь. Ясу в свое время застала все дополнительные поединки, у нее в голове не укладывалось, как экзамен смогли пройти Сакура и Ино. Две абсолютные идиотки, слабейшие и глупейшие, у них же вообще нет ни намека на интеллектуальность и способность быть шиноби. Какого специалиста по итогу получает Коноха? Сакура в свои шестнадцать лет показала крутой результат в битве с Сасори, но Сасори, во-первых, поддавался, а во-вторых, как выяснилось в итоге, Сакура оказалась ученицей лично самой Пятой Хокаге. А с остальными такими же что? На всех идиотов-генинов легендарных саннинов не напасешься. И эти люди составляют большинство военного аппарата Листа, и, непосредственного, Страны Огня. Такой подход рано или поздно приведет к очень печальным последствиям, стоит появиться одному более-менее серьезному врагу, как все страны оподливятся. И такой враг существовал. Он пока еще тих, скромен, прозаичен. Стоит в дальнем углу комнаты, отдельно от всех, помалкивает, только смотрит со стороны и тихонько хмыкает себе под нос, когда происходит что-нибудь интересное. Ясу понимала, что если Акацуки начнут активно действовать, то карточный домик Скрытых деревень начнет разрушаться стремительно. Кражи одного-двух биджу пройдут тихо, без шума, зашуршат лишь представители теневой верхушки каждой из деревень. Но когда джинчуурики начнут пропадать систематически, а в дальнейшем это будет происходить уже не просто «подшумок», а вполне себе ярко и претенциозно, вот тогда-то дерьмо и всплывет наружу. Все эти горы погибших глупцов, которые когда-то пришли в академии ниндзя, чтобы стать крутыми шиноби, и не представляли, что такое быть настоящим воином, падут очень быстро и без сопротивления. Как если бы детишек побить. История как будто специально выжидала момента, когда все структуры будут ослаблены длительным миром между государствами. И Пейн выжидал этого. Специально. Они с Обито все продумали грамотно. Ублюдки. — Желаешь рекрутироваться и стать ниндзя Скрытого Листа? — поинтересовался Изумо. Котецу был вынужден остаться на своем посту, покидать его ни в коем случае нельзя. А вот в одиночку остаться можно, это ведь так надежно. Камизуки же в свою очередь был обязан сопроводить «незнакомца и чужака» в соответствующее отделение, чтобы там определили личность гостя и разобрались с его дальнейшей судьбой. — Типа того, — Ясу осматривалась вокруг, изменились лишь те улицы, которые подверглись нападению Орочимару несколько лет назад. Девушка должна изучить и запомнить все, ей ведь тут работать. — На самом деле, я лишь хочу показать себя. Я не собираюсь втухать чуунином до самой старости. Молодой человек воспринял это как камень в свой огород, но внешне он никак не продемонстрировал своей скоротечной мелкой обиды, ведь он понимал, что если выдаст свое истинное отношение к этой издевке, то опозорит себя еще сильнее в глазах гостьи, ведь та, кажется, считала себя лучше всех. Ну конечно, еще такая молодая, только выпавшая из гнезда. Ничего еще не заебало, ничего не болит, никаких разочарований в жизни и в себе. Все они в таком возрасте так говорят. Исходя из этих своих мыслей, Изумо спокойно отпустил ситуацию и даже улыбнулся. — А ты уверена, что ты вообще чуунин сейчас? Экзамен закончился ничем, а на последующих тебя не было, я точно знаю. Учиха широко раскрыла глаза и хлопнула ресницами. Точно. Она вообще об этом не подумала! Ни тогда, ни сейчас! Экзамен ведь реально оборвался посередине, а она сама потом впала в недееспособное состояние на очень длительный срок. Ей даже поговорить об этом было не с кем! Да и ранг присуждает правитель деревни, исходя из рекомендаций экзаменаторов Конохи. Интересно, до Пейна вообще дошли эти рекомендации? Он нашел время их прочитать? А что же он подумал? И самое-то главное – его решение, если оно и было, добралось обратно до администрации Листа? Очень навряд ли. — Ой-ой, вот ведь жизнь-то какая, да? Бывает, — теперь очередь Изумо издеваться. Он не стеснялся, но все же решил действовать деликатнее. — И старик Третий помер, совсем некому будет дать рекомендацию, м… досадно. — Бля… — Учиха даже приложила ладонь ко рту, она была очень поражена таким исходом. С ума сойти. А ведь реально, и дедок тот умер, а кто еще впишется? Из всех экзаменаторов больше всего запомнились Ибики Морино и Гекко Хаяте. Ну конечно! Гекко Хаяте и впишется, она же победила его на дополнительном этапе! Она завалила взрослого опытного джонина, значит она крутая! Скорее всего ситуация развернется таким образом. Если соврать неправильно, то кадровик направит сокола в Амегакуре, чтобы там взять справку о завершенных миссиях и характеристику. Естественно, в ответ Коноха не получит ничего. Это в лучшем случае. И такой вариант развития событий, на самом деле, крайне нежелателен, нечего вообще связываться со Скрытым Дождем. Он в прошлом. Врать придется правильно. Грамотно. С расстановкой. Либо быть генином? И снова сдавать чертов экзамен? Нет уж! Ни за что Ясу на такое не пойдет, еще позориться там на глазах у всех! С ее полудохлым телом это недопустимо. Глаза заметили, наконец, ту самую стену славы с изваяниями лиц всех Хокаге. Пятая Хокаге женщина, Цунаде Сенджу. Орочимару мало рассказывал о ней, Учиха узнала, что эта воительница первоклассный ирьенин, практически прорывной для своего времени. И она тоже была ученицей Третьего. И она принадлежит к роду основателей Скрытого Листа, так что отношение к делу наверняка будет очень серьезным. Трудно. Что бы такое придумать? — Пофиг, — неожиданно высказалась Ясу. — Все эти экзамены мало объективны. Да и организация у них отвратительная. Они ничего не значат. — Тем не менее, ты шла отлично. Думаю, так же отлично пройдешь и во второй раз, если понадобится, — Изумо пожал плечами. — Последний экзамен проходил в Скрытом Песке. Много шума наделали. Но результаты были превосходными. Так вот чего Гаара стал таким разговорчивым. Сучий сын. — Как бы то ни было, окончательное решение остается за Хокаге. Сегодня она тебя не примет. И завтра может не принять, у нее очень много работы. В среднем, все заявления о приеме добираются до нее где-то за трое суток. За это время тебя протестируют наши джоунины, проверок будет очень много. О тебе составят характеристику и передадут ее дополнительно к заявлению. После этого Пятая-сама вызовет тебя на аудиенцию, составит о тебе свое мнение и примет решение. Ясу даже посмотрела на своего собеседника. Так вот оно как. — Это у вас со всеми так? — девушка не стала скрывать легкого удивления. — Нет. Только с иногородними. За нашими кандидатами с малых лет наблюдают наши же джоунины и чуунины, никаких проверок не требуется. А вы, понимаешь, хрен знает кто и пришли хрен знает откуда, а может ты вообще шпион. Вот для этого столько мероприятий и придумано, — Камизуки вздохнул и покачал головой. С одной стороны, все было в порядке. Очень неплохая возможность заручиться хорошей репутацией у людей, которые занимают не последнее место в иерархии Конохи. С другой стороны – а кто все эти люди? Да и в чем будут заключаться эти проверки? Как бы не натворить чего. Сколько же сложностей! По ходу путешествия до кадрового центра Конохагакуре, Учиха ловила на себе странные взгляды. Она видела всех, каждого. Простых людей, детей, слонявшихся шиноби, АНБУ. Больше всего взглядов ощущалось именно от безымянных представителей в масках. Ничего удивительного, к такому девушка была готова. Она четко знала, что следить за ней будут очень долго и очень тщательно. И в зависимости от результатов тех проверок, что предстоит пройти, срок либо сократится, либо увеличится. Это не так уж сильно и раздражало, Ясу была привыкшей к постоянной слежке еще со времен Скрытого Дождя. Глаз Бога видел ее всюду, каждый ее грех. А это АНБУ, всего лишь люди. С ними будет проще. Если исключить всех ниндзя, то у местного народа впечатление было двояким. Кому-то Ясу понравилась исключительно из-за своей невероятной выразительной внешности, но большинству все-таки не очень зашло такое пришествие. Клан-то проклятый, вы чего. Там же одни психи и мятежники, предатели родины и просто ублюдки. Чтоб Итачи сдох мучительной смертью, как же он нагадил! Как же он усложнил задачу Ясу! Ну ничего, и это можно осилить. Но эта петушиная братия, конечно, стоит друг друга! Кадровый центр располагался рядом с резиденцией Хокаге. Ясу тут не чувствовала никакого напряжения, по большей части здесь работали женщины-чуунины, они вели документацию. Везде есть такой пласт работников, это нормально. Скоро и уборщицам будут давать ранги ниндзя, надо же перед Дайме отчитываться о росте количества рекрутов и штата. — Тут я тебя покидаю, — оповестил Изумо. — Что, куда? Ты разве не обязан передать меня кому-то? — Ясу, на самом деле, не хотелось оставаться тут одной, должен быть еще хоть кто-нибудь, с кем она будет чувствовать себя комфортно. — Так я и передаю, — парень улыбнулся, кивая при этом на другого представителя силы. Гостья посмотрела на подошедшего к ним молодого человека, а она знает его! — Кеншин-сан? Это же вы? — приятное удивление даже подняло настроение. Они впервые встретились на разговоре «под протокол» с господином Иноичи Яманака. Кажется, тогда Кешин был еще ассистентом, молодым специалистом, которому пришлись не по душе жесткие методы Ибики. Вот так встреча! Может, еще не все потеряно? — Учиха Ясу, — тот сразу признал ее и приветливо улыбнулся. — Давно не виделись. Надо же, в этот раз даже без беготни. Очень приятно увидеться с тобой, — чувствовалось, что этот человек не врал. — Так ты собралась рекрутироваться? Судьба наконец отвела тебя от Скрытого Дождя? — Да. Я решила что-то поменять в своей жизни. И вспомнила предложение Иноичи-сана. Легкий такой вкид, чтобы прощупать почву и понять, каков расклад дел. — Предложение Иноичи-сана? — Изумо воспользовался ситуацией и таки вклинился в это занятное происшествие. Аккуратно так, ненавязчиво. — На том экзамене Иноичи-сан сказал мне, что в Скрытом Дожде от меня однажды захотят избавиться. И не самым этичным методом. И поэтому лучше бы мне вернуться на историческую родину, где я буду в безопасности. Он сказал, что если мне потребуется помощь с этим вопросом, я могу обратиться к нему, — Ясу скромно коротко улыбнулась, всем своим видом демонстрируя, что ей крайне неловко даже думать о том, что она может кого-то потревожить. — Вот как, — Камизуки, кажется, воспринял ситуацию как что-то нормальное. Но у него определенно остались вопросы. Кешин, будучи уже явно специалистом в области дознания, сразу просек, касательно чего у чуунина могли возникнуть вопросы. Он посмотрел на привратника и уверенно спокойно объяснил: — Это подробности протокола, Изумо. Ступай на свой пост. — Я понял, — парень кивнул и исчез, оставив Кешина и Ясу наедине. Насколько это вообще было возможно в приемной общественного места. Сегодня тут практически не было людей, только работницы, но им не до разговоров с посетителями, пока те лично не обратятся в нужное окно. Хотя, конечно, обязательно кто-нибудь да подслушает, тут ведь работают самые разные дамы, у которых самые разные друзья в кругу шиноби. Где-нибудь да эта информация обязательно проскочит. А Ясу все гадала, свезло ей или нет. Но она точно помнила, что в те дни Коноха реально была заинтересована в том, чтобы передислоцировать мелкую язву из Амегакуре к себе. Кстати до сих пор непонятно, кто был инициатором этой идеи, едва ли кому-то так сильно хотелось перетянуть еще одного члена клана мятежников. Кто это мог быть? Из известных третьих лиц – только Данзо. С которым, впрочем, Ясу ни разу и не увиделась. А он-то ее вообще знает? Видел хоть раз? Чем он вообще тут занимается? Кто он? Какая серьезная дыра в сюжете этой истории, столько разговоров и все на пустом месте. Кешин по-прежнему был в приветливом настроении, в целом очень приятный для восприятия молодой человек. В нем не чувствовалось излишнего холода и надменности, вполне возможно, что он по-прежнему ассистент. Некоторым людям суждено на веки оставаться ассистентами, уж слишком хорошо к ним приживается эта роль! — Иноичи-сан сейчас в отпуске. Он, конечно, в Конохе, но сама, думаю, понимаешь, повлиять на что-либо в ближайшие дни он точно не сможет. Да и не захочет, отпуск же. Его обязанности сейчас исполняю я, — тон собеседника звучал тише и с толикой вины. Искренне заинтересован в помощи и решении вопроса, отлично. — В отпуске? Как здорово. Пусть тогда отдыхает, я не стану его беспокоить, — Учиха коротко безобидно вздохнула. — Тогда, может быть, вы расскажете мне о неких проверках, которые мне пообещал Изумо? — Ах, это, — Кешин хлопнул глазами, — да, сейчас все расскажу. Но для начала уладим бумажный вопрос. Между прочим, на минуточку, худородного Кешина назначили исполняющим обязанности главы специального отдела Конохи, то есть он хоть и остался ассистентом, но по навыкам и соображению дорос до полноценного заместителя. Иноичи ему доверяет. Да и не только он, судя по всему. Среди шиноби, чья специализация обычно находится в тылу, крайне тяжело пробиваться наверх, кумовство там царит страшное. Ужасно страшное. Вполне возможно, что и здесь имел место прецедент «хорошего друга», но интуиция подсказывала Ясу, что это не так. Интересно. А бумажная процессия отняла значительное количество времени. Когда все это закончилось – Ясу уже повеситься хотела. Ужасно тошно. Однако пытке настал конец, появилось какое-никакое вдохновение на дальнейшие подвиги, подстегиваемое интересом к грядущим тестам со стороны джоунинов Скрытого Листа. Кешин повел ее в сторону общежития АНБУ. На вопрос, почему всех безымянных секретных ниндзя поселили в общеизвестное и общедоступное место, да еще и назвали его таким говорящим образом, молодой человек ответил, что это общежитие раньше действительно было общежитием АНБУ. Но с приходом к власти Третьего Хокаге оно просто превратилось в военный комплекс, в котором проживали самые разные шиноби и там же тренировались. Как Ясу удалось понять, там в основном тусили те, у кого по каким-то причинам не было своего жилья. Ну а тренироваться туда ходили многие ниндзя Листа, им просто по кайфу. — Итак, тебе предстоит пройти ряд проверок. Самая первая и очевидная — процедура допроса. Обычно ее проводит господин Ибики. Он очень любит это дело. Ты ведь его помнишь? — поинтересовался Кеншин, неотрывно смотря на Учиху. Блядь-то. Не повезло. Как выжить? Как вообще можно пережить Морино? Может, есть какие-то секретные методы, о которых Ясу была просто не в курсе? Благо, хоть в память никто не полезет, но физические истязания ничуть не легче. Есть, конечно, шанс перетерпеть их с помощью парализующего яда медузы, и последствий в дальнейшем будет в разы меньше, чем от прямого проникновения в память. — Увы… — Ясу смутилась. Да, не очень здоровый расклад. Ну, что поделать! Ибики так Ибики, не монстр же он, в конце концов. С ним тоже должно что-нибудь да получиться. — Да, дело не из приятных, согласен… — Кеншин вздохнул. — Приятных отзывов, знаешь, не особо. Но у страха глаза велики, так что старайся думать об этом поменьше. Все будет нормально. Если ты пройдешь допрос Ибики, до дальше тебе беспокоиться не о чем. Так называемые проверки – просто небольшое испытание твоих практических навыков. Подерешься с кем-нибудь, вот и все. А сейчас нам туда, — дознаватель остановился и кивнул в сторону соседнего здания. А вот и он. Один из корпусов специального отдела. Именно в нем Ясу еще не была, значит это точно владения Ибики. Дерьмо. Раньше времени нервничать точно не стоило, может, все действительно не так плохо. Но лучше было подготовиться к худшему. На входе заставили сдать все вещи. Как только в нижнее белье руками не залезли для полной проверки – неизвестно. Кеншин пообещал, что если проверка пройдет успешно, то все вещи вернут и отпустят, видать дознание – самый важный и самый критический этап, и настолько он точен и безошибочен, что по удачному исходу можно будет с уверенностью заявить, что шиноби нанят. Интересно. Атмосфера была прямо недружелюбной. На катакомбы это не походило, но темные коридоры очень сильно давили на сознание. Люди в форме специального отдела и черных плащах порой сновали туда-сюда, лица у них суровые, недружелюбные, отталкивающие. Ясу казалось, что каждый, кто успел посмотреть на нее, был готов сожрать ее тушку. Возможно, это у них профдеформация такая. Кеншина дальше не пустили, гостью повели за собой специальные работники. Чем дальше, тем темнее, это просто варварство какое-то. Тут слишком тихо, такого просто не может быть в месте, где сосредоточено так много людей. Складывалось такое впечатление, будто пытка начиналась сразу после порога. Вся атмосфера искусственным образом была выстроена так, чтобы у каждого «клиента» начиналась истерика в первые же секунды пребывания в специальном отделе. Психика – самое слабое место большинства людей. Можно иметь крепкое выносливое тело, обладать колоссальным количеством чакры и знать сотни техник, но голова все равно подведет рано или поздно. И очень охотно. Человек всегда легко поддается панике, страху неизвестного. Постепенное напряжение хуже резкого ужаса. Нервы начинают шалить, рассудок плодит самые страшные варианты развития событий, пульс учащается. Плохо. Ясу не понимала, почему это происходило так легко и быстро, как будто пилюль каких-то наглоталась. Она обнаруживала все больше и больше странных реакций своего организма. Учиху привели в одну из комнат. Дверь закрылась с обратной стороны, девушка осталась внутри одна. В комнате есть только стол и два стула. Окна отсутствуют. Очень темно. Освещение тусклое, слабое, противного такого желтоватого цвета. Так, надо что-то сделать, чтобы утихомирить свое сердцебиение и дыхание. Всякие дыхательные практики тут едва ли помогут, хотя Ясу все-таки попыталась. И нет, это только раздражало сильнее. Что же, пришла пора экспериментов. Медуза внутри отлично справлялась со своим заданием, порой она действовала в правильном ключе быстрее, чем сообразит сама хозяйка. Ясу не приходилось складывать печати или говорить с существом вслух, между ними установилась какая-то особенная связь. Они понимали друг друга без слов, им достаточно было лишь мысленного порыва. Учиха начала ощущать, как все мышцы ее тела входят в тонус, сравнимо с первым стаканом крепкого алкоголя или чувством свободного падения. Дыхание перехватило. Даже кровь как будто стала горячее. Перед глазами слабо-слабо поплыло, лишь на несколько мгновений. И наступило долгожданное расслабление. Сердечный ритм плавно замедлился, не слишком низко, но достаточно, чтобы давление упало. Голова немного закружилась, девушка предпочла сесть на стул. Она больше не нервничала. Хоть в ее голове по-прежнему томились страшные мрачные мысли, тело ее теперь точно не выдаст. Ни единой своей слабостью. От замедлившегося кровообращения кислорода стало заметно не хватать, отчего Ясу начала дышать чуть громче. При пониженном давлении всегда так. В целом, вся эта слабость была очень приятной. Охренительно полезная способность! Вот не зря Ясу плавала в ужасных мрачных местах, от воспоминаний о которых мурашки бежали по телу! Через какое-то время дверь заскрипела и распахнулась. В помещение вошел он самый. Легенда и ночной кошмар каждого лжеца и шпиона. Ибики Морино. Чертовски страшный и грозный в этой обстановке. Хотя Ясу помнила, что на самом экзамене дяденька был не таким уж и страшным, в какой-то момент он вполне себе улыбался и отвечал на идиотские детские вопросы. Но, конечно, атмосфера очень сильно решала в его случае. Сейчас он выглядел как смерть для нее. От успеха операции буквально зависело все будущее красавицы, потому что если она сейчас провалится, то ее и в тюрьму посадить могут, а это доставит неприятностей. Смотреть в его глаза было страшно и некомфортно, однако страх так легко подавлялся из-за физической слабости, что захотелось навсегда остаться в этом состоянии! Серьезно, это чертовски удобно. Мужик грозный. Здоровый такой, весь в шрамах, лицо суровое, беспристрастное. От него веяло холодом и кровью. Вот бы жизнь больше никогда с ним не свела. От такого психологического давления даже невинный человек начнет сходить с ума, неужели это просто мишура? Ибики профессионал, ему прекрасно известно, что в истерику впасть может кто угодно, и шпион, и цветочница. У него наверняка были другие методы, он черпал информацию из других человеческих источников. Удивительно. Как же ожесточенно сражались страх и любопытство! — Назови свое имя, — строго и твердо потребовал мужчина, параллельно закрывая за собой дверь. Он не спешил проходить дальше и садиться за стол, манипуляция. Людей раздражает, когда их собеседник стоит на ногах. Особенно такой высокий и крепкий. Как неподвижная скала, которую не обмануть, не обойти, не пододвинуть. Кошмар. — Учиха Ясу, — ответила девушка, плавно опуская нейтральный взгляд. Она сидела ровно и не шевелилась. Спрятать взгляд – последняя отчаянная попытка сохранить хоть какой-то минимум зоны комфорта. Стандартный человеческий жест и паттерн. — Сколько тебе лет? — Семнадцать. — На кого ты работаешь? Вопрос с подвохом. Вот здесь очень тонкий момент, на котором можно провалиться, потому что правильного ответа здесь нет. С перепугу любой шпион может сказать, что работает он на Хокаге и только, но суть вопроса заключается именно в реакции, а не в ответе. Ответить можно любую чушь, важно лишь то, как ты отвечаешь. — Я работаю на себя. Наемница, — Ясу рассказала это абсолютно спокойно. Ей вообще было не стыдно, она наоборот собой даже гордилась. Установилась тишина. И это очередная манипуляция. Попытка заставить понервничать, а вдруг ответ был неправильным, а вдруг нужно было сказать по-другому. Учиха осознавала, что она бы на этом моменте точно начала как минимум вертеться и царапать кисти рук ногтями. Пока же ей не хотелось даже двигаться, она безотрывно смотрела на стол и ожидала следующего вопроса. Могло показаться, что молчание затянулось. Рассудок трезвел, это верный сигнал к тому, что сейчас со стороны Морино будет совершен резкий шумный выпад, который вновь дернет всю нервную систему. Этим выпадом послужили весьма быстрые движения, дознаватель все-таки приблизился и сел за стол. Он закинул ногу на ногу, а одну из рук на спинку стула. Ясу была уверена, он продолжал искать ее слабое место, сводя все результаты своих тестов в единый. Ему уже примерно понятно, на что давить бесполезно, а на что еще имело смысл попытаться. Теперь он действительно близко. Здесь произошло что-то странное. Учиха резко подняла взгляд и посмотрела на Ибики. Промах. Вот это была критическая ошибка. Ее поганый рефлекс, который, казалось, ничем не подавить! Морино поймет, что это действие связано с тем, что он нарушил личное пространство девушки и создал для нее тем самым угрозу. И ее организм отреагировал таким образом, чтобы прочитать ситуацию и определить, как можно этой угрозы избежать. Чисто женское поведение, любая женщина испугается, если рядом с ней окажется какой-то непонятный черт в штанах, да еще и с такой страшной гнетущей рожей. Для того и требуется посмотреть на него, мозг анализирует критичность этого вторжения и пытается выдать решение для спасения. — Ты убиваешь людей за деньги? — Ибики совсем не стеснялся смотреть в глаза юной красавице, вся его поза говорила о том, что он уверен в себе и совершенно ничего не боится. Даже совести. Очередная намеренная манипуляция. Даже его голос стал звучать иначе. Он будто сверху, издевается над ней, травит ядом, забавляется. Женщина, которая уже зафиксировала угрозу своему личному пространству, будет невольно воспринимать такое поведение как жест агрессии и силы. При этом Ясу никто не держал. Она вольна встать из-за стола и отойти, или, в конце концов, вслух затребовать, чтобы от нее отошли, если воспитание позволяет. Но она упорно терпит и сопротивляется, значит готова отвоевывать свою правду. А значит там есть, за что зацепиться. Этого девочка не понимает, чем сдает себя с потрохами. Либо она искренне хочет донести что-то, какую-то истину, поэтому так стоически терпит наглое поведение дознавателя. — Да, — это честный ответ. Учиха смотрела в глаза мужчины, он должен был находиться в ее поле зрения, чтобы она чувствовала себя в безопасности. Было еще одно главное правило – не говорить, пока не попросят. Раз вопрос не задан, то нечего выдавать лишнюю информацию. Ибики задавал очевидные вопросы, каждый шиноби убивает людей за деньги. Ясу не могла толком разобраться в его тактике, та была слишком гибкой для ее представлений о допросе. — За убийства платят очень много. Не каждому шиноби доверят миссию с преднамеренным убийством, столько денег не получают даже самые умелые и опытные. Почему ты решила отказаться от такого дохода в пользу организованной деятельности? — Я из клана Учиха. И вернулась в родные края, где планирую восстановить свой статус. Закон не позволит мне быть гражданкой Скрытого Листа и вести наемническую деятельность. Теперь пришла очередь Морино немного подумать. Об этом велось очень много разговоров несколько лет назад, когда девчонка только появилась в Конохе. И кое-кто даже предполагал такой сценарий. Как удивительно прекрасно все совпало, как будто так и должно было быть. С чего бы? Да и спустя такой долгий промежуток. Без плана она бы не сунулась, это слишком рисковая авантюра. Ясу же в свою очередь решила говорить прямо и честно. Ей, в общем-то, и незачем было скрывать основной мотив своего возвращения, чем раньше сообщество шиноби Конохагакуре узнает о ее целях, тем скорее дело сдвинется с мертвой точки. Деятельность чуунина Скрытого Листа – просто дополнение, причем неизбежное. Поработать придется, порой даже на самой черной работе. Это неизбежный этап. Единственное условие, на которое девушка была не готова пойти, понижение в ранге. В свои года и со своим опытом бегать генином она не намерена, это отвратительное унижение ее способностей и совершенно некомпетентная оценка. Генинам платят очень мало, потому что миссии все детские, несерьезные. На самом деле у Ясу были такие аппетиты, что даже ранг джоунина не устроил бы ее. Она стремилась еще выше. И, возможно, рассматривала горизонтальное развитие своей фигуры шиноби. Но с этим еще предстояло разобраться и грамотно оценить собственные возможности. И внешние факторы, разумеется. — Расскажи подробнее, — потребовал Ибики. Без наезда, без упрека, без излишнего давления. Но все же это было требованием. — Несколько лет назад, когда проходил экзамен на звание чуунина, был созван совет глав кланов Конохагакуре. На нем приняли решение вернуть статус клана Учиха как живого, — Ясу приняла комфортную для себя позицию, она тоже сложила ногу на ногу и скрестила руки на груди. В этом жесте не было ничего претенциозного и высокомерного, некоторым женщинам так просто удобнее. Кто-то мог бы прочитать в этой позиции готовность на противостояние, однако все это стало бы лишь домыслами. — Раз клан-основатель в соответствующем статусе, то ему нужен лидер. Претендентов кроме меня нет. Учиха Саске пропал без вести, Учиха Итачи числится преступником. Остаюсь лишь я. — Для чего тебе это? По факту ты одна единственная и наверняка должна знать, что оставшихся твоих сородичей ждет в лучшем случае виселица. Твои потуги имели бы смысл, если бы клан насчитывал хотя бы несколько семей, на которых полагаются дополнительные выплаты за неоценимый вклад в развитие военного аппарата Листа, — Ибики загадочно улыбнулся. — Конечно, титул лидера предполагает некоторое количество привилегий, особенно когда речь идет о благородном клане, но если лидер не имеет за собой никакой эффективной деятельности, то его положение будет мало чем отличаться от обыкновенного джоунина. — Ну, — красавица тоже улыбнулась. Улыбка ей куда больше к лицу, чем напряжение и тень недоверия, — как минимум это защитит меня от глупых несерьезных заданий и позволит зарабатывать больше денег. А также претендовать на миссии моего профиля. — Убийства? — Не только. Убийство может затеваться для разных целей. — Ты очень уверена в себе, тебя невзлюбят с такими запросами. Шиноби Скрытого Листа годами добиваются такого уровня доверия, чтобы им вверяли миссии особой государственной важности. Кому-то приходится стирать себя как личность полностью, марать руки в крови по самые локти, но они так и не добиваются успеха, даже если хороши в своем деле. А некоторые пропадают с дистанции. Внезапно, без предупреждения, — мужчина чуть склонил голову, теперь можно было сказать, что смотрел он на Ясу исподлобья. — Всегда найдутся те, кому чужие амбиции будут мешать. И чем громче ты о них заявляешь, тем больше врагов себе наживаешь. Тебя это касается отдельно, думаю, ты хорошо знаешь история своего клана. Они тоже много хотели. И были очень сильны. Их не спасло ни легендарное прошлое, ни благородное настоящее. Думай об этом всегда на своем пути. Слова Морино заставили молодую Учиху задуматься. Серьезно задуматься. О чем-то таком ей говорил и Итачи совсем недавно, только он говорил прямо и без трехзначных метафор. Во всех этих словах было очень много практического смысла, что со стороны Итачи, который сам лично собственными глазами застал крах и падение клана Учиха, что со стороны Ибики, который просто молча наблюдал за ходом истории со стороны. Исходя из его должности, он наверняка знал кого-то из Учиха лично, кто много говорил об этом. О неравенстве, о притеснении, о несправедливости. Интересно. Ясу умудрилась пропустить целый пласт культурных событий, хоть это и спасло ей жизнь, но теперь всю историю придется собирать заново по мелким-мелким кусочкам, разбросанным по всей Стране Огня. Сколько же людей могло быть замешано в одном конфликте, сколько судеб и решений, происков, связей. Теперь Ясу уверена, что Ибики говорил с ней не по протоколу. Он уже понял, что она чего-то хотела, но хотела для себя, а не для внешнего врага. Значит не шпион. Но подозрительная. — Я хочу совершать великие дела, — внезапно заявила девушка. Она спокойно смотрела на своего дознавателя, не боялась его и больше ни капли не переживала. Однако в ней начинало играть какое-то вдохновение, какой-то такой особенный порыв, за которым хотелось следовать по инерции, как если бы морская волна дарила своим необратимым движением чувство полета. — Знаете, Ибики-сан, у меня нет желания мстить за кого-то. Ни капли. И я не хочу лить кровь. Я хочу лишь воспользоваться тем, что Коноха сама взрастила и так тщательно оберегает по сей день – ее гнилой иерархией. Мне прекрасно известно, как устроено ваше руководство. И что на самом деле скрывается за фигурой Хокаге, который лишь торгует лицом и заставляет народ неукоснительно верить в правильность решений, которые принимаются по ночам, в наглухо закрытых помещениях в глубине зданий, куда даже уборщицам нет доступа. Так был убит мой клан много лет назад. Про это обычно не говорят. Рядовым шиноби это невдомек, а вот просвещенные просто стараются не думать об этом, хотя все всем известно. Коноха начала гнить изнутри после смерти Второго Хокаге, что совершенно неведомым никому образом решил назначить приемником своего тяжкого дела Хирузена Сарутоби. И нет, дело было не в том, что Сарутоби плох. Проблема заключалась в утрате авторитета и стержня Хокаге как фигуры. Как-то так исторически сложилось восприятие простого народа о том, что братья Сенджу – последний оплот чего-то хорошего на этой бренной гадкой земле. И что кроме них никто не сможет. Люди переставали верить в Хокаге, к тому же на долю молодого неопытного Хирузена выпало две войны. Сарутоби был вынужден войти в конфронтацию с влиятельными людьми Скрытого Листа, чем подписал приговор многим жизням. И по сей день деревня разгребает последствия этой слабости. — Уже был один такой человек. Сейчас он в рядах Акацуки, — справедливо подметил Морино. — Он пошел по пути наименьшего сопротивления. И у него была своя идея. Итачи хотел избавить Коноху от института кланов, он считает, что эта система тянет любое государство ко дну и не дает ему развиваться. Его ожидал бы успех, если бы… — Ясу замолчала на пару секунд. Она задумалась, плавно ее лицо начинало приобретать хмурое выражение, — если бы не тот, кто был инициатором. Именно этот человек прячется в тени Хокаге. Шимура… Ибики коротко изобразил жест, призывающий к безмолвию. Учиха удивленно хлопнула глазами. — Не знаю, откуда тебе известны такие подробности, предположу, что похищение тебя из лазарета Листа несколько лет назад связано с этим. Среди похитителей был Итачи Учиха. Не знаю, что он тебе сказал, но надеюсь, предупредил, что имя этого человека не стоит произносить просто так. Оно слишком много значит в современном устройстве деревни. И тебе с ним не тягаться. Он умнее тебя. Он совершил много великих дел. Ужасных, но великих, — Морино встал из-за стола, его руки тут же оказались в карманах черного плаща. — Держись от него и от его людей подальше. Он очень хотел тебя пару лет назад, в Скрытый Дождь даже было направлено прошение о переводе. Его усилиями ты могла бы легко и в кратчайшие сроки добиться высокого звания и особых миссий, старик отлично почувствует твою жажду показать себя. Это тоже путь наименьшего сопротивления. Так что, неужели на этом допрос закончится? Ибики-сан очень странный! Но, судя по всему, зла Ясу он не желал, возможно ему просто стало очень интересно, чем все это закончится. А может, ему показалось, что Учиха могла бы в будущем решить некоторые проблемы. Интересно! Все интереснее и интереснее! Итачи и Гаара говорили ей, что всегда необходимо заручаться поддержкой нужных влиятельных людей, Ясу и так это знала. Но она даже подумать не могла, что такие люди найдутся. В ней ничего особенного пока не было, она никто. Только вот на экзамене всех удивила. Экзамене? — Ибики-сан… — красавица даже встала из-за стола, она уже хотела было распалиться речью, но дознаватель коротко довольно хмыкнул и выставил ладонь в знак просьбы помолчать еще немного и дослушать. — Я не знаю, зачем тебе это. Ты девчонка. Маленькая, неопытная и глупая. Я буду следить за тобой, Учиха Ясу. Рано или поздно настанет тот момент, когда жажда сдаться и поплыть по течению пересилит совесть и принципы, Данзо в этот момент будет рядом, он терпеливо дождется. Ждал три года и еще столько же подождет. Я тоже буду поблизости. Отрезвлять я умею очень даже хорошо. И в это охотно верилось. Теперь точно стало понятно, что у Ибики был какой-то зуб на Данзо. И Ясу уверена, что таких людей наберется много! Она на верном пути! — Я поняла, — девушка кивнула. — Но Ибики-сан, вы… вы верите мне или вам просто интересно? Вы мало знаете обо мне. — За тебя просил Третий-сама. Он знал, что ты вернешься. И предупредил, что вернешься ты обязательно с очень серьезной претензией. Хирузен Сарутоби все знал? Еще тогда просчитал все так? Он тоже говорил о Данзо. Ясу известно, что Данзо – это не просто заноза в заднице, а очень серьезный элемент системы, от которого так просто не избавишься и который так просто не проигнорируешь. Даже Третий со своим влиянием не смог. Возможно, у него были надежды на молодого господина Четвертого, но тот слишком быстро выбыл из игры. Как и Итачи, которого Данзо сам лично успешно слил благодаря тому роковому приказу. И больше надежд не осталось. У Ясу как будто случилось прозрение. Старик Хирузен понадеялся на нее. Непонятно, как он мог быть так уверен в своих выводах, но они, кажется, оправдались. Следовательно, должен быть кто-то еще! Кто-то еще, кто был причастен к этой молчаливой незаметной фракции! Кто-то еще должен знать! Удивительно, что Сарутоби вообще в принципе решил дать этой мысли и идее развитие. Он мог предполагать собственную смерть, поэтому и захотел перестраховаться. Сарутоби наверняка рассматривал все варианты. После смерти молодого претендента, Четвертого Хокаге, надеждой на избавление от гнили стал Итачи. Гений клана Учиха, невероятно талантливый интеллектуальный молодой человек, сильнейший среди современников, да, и возможно, даже сейчас. Тогда и Данзо чувствовал в нем очень серьезную угрозу. Потому и решил избавиться от Итачи таким действенным методом – сделать его предателем родины и убийцей, отступником. Кто же оставался? Коноха богата на знаменитые кадры, но, судя по всему, никто не удовлетворял всех требований Хирузена. Возможно, все те талантливые шиноби, которым он мог доверять, просто безынициативны и не захотели бы взять на себя ответственность. Нужно бы глубже изучить этот вопрос. Ясу оказалась в поле зрения Третьего Хокаге практически случайно. А случайно ли? История стремительно расширялась. Очень инициативная девочка из клана Учиха, неискушенная местью, ведомая лишь искренним интересом к своей же истории. Еще тогда старик понял, что она вернется, но как? Почему? Он решил пойти ва-банк? Или это просто от безрыбья? Вот это пищи для ума прибавилось. Но по крайней мере Ясу будет не одна на этом пути. Ибики Морино обещал наблюдать за ней, это просто замечательно. Теперь точно ни единой глупости не произойдет. Отлично! — С кем я могу поговорить об этом? — Учиха была на душевном подъеме. — Сама разберешься, — Морино пожал плечами. Издевается. — Тебе стоит вернуться к Кеншину-сан и забрать свои вещи. С завтрашнего дня начнутся остальные проверки. Превосходно! Ясу загорелась как звездочка, она чувствовала себя практически окрыленной. Девушка даже предположить не могла, что ей будет так приятно от успеха на этом поприще, а ведь она еще только в самом начале своего трудного пути. Хотелось радоваться как маленькой, но возраст брал свое – нельзя в компании людей, которым ты не доверяешь на все сто процентов. Вместо бурного всплеска эмоций последовал игривый огонек в больших черных глазах и хитрое выражение мордочки. Все-таки Ясу еще семнадцать лет, такое поведение абсолютно нормально. — Круто, — гостья улыбнулась. Медуза тем временем успешно фильтровала кровь хозяйки, постепенно избавляя ее от яда. Правда, будет не очень красиво, если от положительных эмоций затрясутся руки, но все можно будет списать на то, что допрос Морино оказался ну очень страшным.