Мемуары первого Темного Властелина

Первая эпоха Годы Солнца Затишье в череде бесконечных дел наступает внезапно. Моя вселенная охотно принимает в свои просторы первый источник - ту самую часть панциря, которой со мной когда-то не совсем добровольно поделился дрохолайз. Красные ручейки, пробив защиту панциря, вплетаются в основы, подстраивая под себя ритм мелодии. Он еще не окончательный. Впереди много модернизаций, шлифовки. Но уже сейчас гуляющая мелодия приятно резонирует с чем-то внутри меня. Все таки нужно подумать над названием всего этого. “Темное измерение” - как-то слишком банально. Мой Мастер, завалив меня кучей книг и заданий для тренировок, погрузился в какие-то свои дела. И слава Хаосу - мне с этим бы, для начала, разобраться… Но никакой необходимости оставаться по эту сторону реальности больше не было, и я планировал посвятить чуть больше времени проблемам в Арде. - Майрон, я дома! - Весело рявкнул я переступая порог Ангбанда. - О, Эру, что, опять? - Несчастно выдохнул рыжий эльфеныш, попавшийся мне на пути. Даже притормаживаю, чтобы лучше разглядеть этого страдальца. Квенди был достаточно высок, почти доставал мне макушкой до груди, достаточно мускулист, не теряя при этой своей эльфийской изящности. Он больше походил на мать. Тот же квадрат лица с красиво очерченными скулами и прямым подбородком. Та же чувственная линия губ, прямой, совсем немного курносый нос. А вот глаза, большие, глубоко посаженные, сужающиеся к вискам, глаза были отцовские. Разве что неукротимое пламя, бушевавшее во взгляде Феанора, в его сыне пока еще мирно спало. - Маэдрос! - Послышался из коридора зычный голос Готмога, а спустя мгновение появился он сам. Эльф вздохнул и виновато покосился на предводителя балрогов. - Приветствую, босс. - Кивает мне демон. - Владыка Тар-Майрон осматривает стены крепости и изучает новое творение Валар. - Мои родственнички придумали что-то новое? - Вот уж и правда, новость. Я то думал их умения уже пылью покрылись. - Они называют это луной. - Докладывает Готмог. - Что ж, пойду и я… полюбуюсь. - Еще раз окидываю взглядом эльфа с чего-то резко заалевшего щеками, и отправляюсь на поиски Майрона. Артано обнаруживается на северной стене крепости, внимательно изучающим тускло светящийся шар на небосводе, видимо, ту самую Луну. - Интересно. - Обнимаю свое счастье со спины и тоже вглядываюсь в творение Валар. - Как думаешь, что это? - Майрон откидывает голову мне на плечо. - Похоже на сгусток силы, заключенный в форму небольшой планеты. - Я, наконец, понимаю, что мне это напоминает. - Отец называл подобные творения спутниками. Еще задолго до сотворения Арды мы создавали планеты и звезды - сейчас их почему-то считают простым украшением небосвода. У каждого космического тела было свое место, определенный порядок, задуманный отцом. Он говорил, что однажды планеты и звезды придут в движение и во вселенной пробудится жизнь. - Ты скучаешь по нему? - Я… - неожиданный вопрос вгоняет меня в замешательство, - да, наверное. - Признаюсь я больше самому себе. Злость на отца все еще бурлит во мне, но сейчас я понимаю, что мне его безумно не хватает. Не хватает возможности влететь в Чертоги с очередной сумасбродной идеей или теорией, которые отец всегда помогал доводить до ума, либо объяснял, почему этого делать не стоит. Не хватает наших совместных экспериментов с проектировкой того или иного мира, споров по поводу дальнейшего устройства вселенной… и простой возможности устроиться после тяжелой работы возле его кресла, сложив голову на колени и ощущать рядом его силу. - Может, когда-нибудь… - Меня прерывает удивленный вскрик Артано. - Что это? - Майорон прикрывает глаза руками и указывает на запад. Впрочем, я и сам замечаю странное явление. С западной стороны медленно разливалось свечение, становящееся ярче с каждым мгновением. Тянусь к этому новому, стремясь скорее изучить странный объект. Сила по плетениям схожая со светящимися деревьями Йаванны и многократно усиленная сущностью слившейся с ней майя, и все это заключено в оболочку огромной звезды. Меня буквально прибивает к месту новая, свежая мелодия, звучащая из каждого уголка пробудившейся вселенной. Я воочию вижу как там и тут загораются новые звезды, даря свет целым системам планет, как неохотно те сдвигаются с места, начиная движение в строго отведенном им порядке. Что ж, кажется, мои собратья только что дали мощный толчок к зарождению новой жизни. - Идиоты. - Обреченно выдыхаю я. - Майрон, быстро заведи всех наших в крепость, закройте все окна и двери и ждите меня. - Артано быстро кивает и исчезает. Тут и там слышатся отрывочные команды, Ангбанд приходит в движение. Нет, я ничего не имею против зарождения новой жизни, но, может, стоило бы подумать о старой? - Ульмо! - Рявкаю я, спрыгнув к морю, пропуская по нему волну энергии. - Ты чего? - Спустя пару мгновений интересуется чуть испуганный владыка вод. - Вы там совсем рехнулись? - Ласково интересуюсь я. - Или вы больше не заинтересованы в защите ваших драгоценных эльфов? - Да ты про что вообще? - Ульмо вылезает ко мне на берег, растерянно оглядываясь. - Про это! - Я указываю на медленно поднимающийся огненный шар. - А, это Солнце. Наши подумали, что оно лучше подойдет для освещения мира. - А то, что большинство ослепнет в первый же день вы не подумали? Да местные квенди ничего ярче далеких звезд не видели, удивляюсь, как они появление луны то пережили. - Что делать будем? - Вот за что я люблю Ульмо, так это за умение быстро приспосабливаться к ситуации. - Нам понадобятся тучи. - Много туч. - Кивает владыка вод, глядя на поднимающиеся Солнце. --- С задумкой мы успеваем справиться достаточно быстро, и ослепляющий свет нового светила скрывается за тяжелым слоем туч. По мере привыкания местных к свету, Ульмо будет их рассеивать. Я же возвращаюсь в свои владения и, подумав, окружаю Ангбанд клубами дыма. Наши с Майроном творения изначально не были приспособлены к свету, так что их реакция на силу Солнца должна быть более резкой чем у тех же эльвен. В замке меня встречает настороженное молчание и выжидательные взгляды подданных. Не останавливаясь, прохожу в ставку командования, за мной тут же устремляется Майрон, Готмог и Тахугриэль. - На некоторое время проблема решена, - оповещаю я своих верных помощников, - все могут вернуться к своим делам. Проследите, чтобы наши подданные не покидали территории земель Ангбанда. Особенно орки. Их свет Солнца просто сожжет. Эльвен наоборот пусть начинают привыкать к свету. - Что будет теперь, босс? - Глухо спрашивает предводитель балрогов. - Мы все ощущаем, что мир изменился, но не можем понять как именно. - Теперь… теперь наш мир начнет жить. Меняться. Развиваться. - Чтобы однажды умереть. Не знаю как, и почему так случиться, но случиться неизбежно. Я всегда был любопытен, так что когда-то, на заре времен, пробрался в отцовский кабинет и полистал книгу бытия. Ничего из нее не понял, но сейчас отдельные фрагменты всплывают в памяти. За жизнью неизбежно следует смерть, и ничто не в силах изменить предписанный порядок вещей. Но этого говорить своему совету я, пожалуй, не буду. - Идемте, нам предстоит много работы. - Повелитель, уделите нам немного времени? - В ставку командования просачиваются трое майяр. Я жестом отпускаю остальных. - Что-то случилось? - Господин, - вперед выдвигается Абеллас, склоняясь в глубоком поклоне, - мы хотели бы просить позволения покинуть Вас. - Я вопросительно выгибаю бровь, ожидая пояснений. - Ожившая вселенная полна неизведанных тайн и загадок, я бы хотел отправиться в путешествие по ней с моими учениками. - Мы бы предпочли отправиться в Хаос. - Вклинивается и так уже слишком долго молчавший Хадакуэль. - Повелитель, мы с нашими эльдар будем нести весть о вашем величии во все уголки мироздания. Вас будут чтить как первого из темных богов! Мы же навсегда останемся вашими преданными слугами. - А ты что скажешь? - Интересуюсь я у Моандереля. - Я построил корабли, способные плавать по воздуху. - Пожимает плечами тот. - Мне просто интересно, как далеко мы сможем на них забраться. - Что ж, если таково ваше желание, я даю вам свое благословение. Пусть ваша дорога будет легкой и когда-нибудь приведет вас обратно домой. - Майяр в едином порыве падают на колени, шепча клятвы верности, а затем исчезают, оставляя меня в одиночестве. Интересно, отец тоже ощущал это странное чувство грусти и гордости, смешанных с беспокойством, когда отпускал нас в этот мир? --- Я в задумчивости провожал взглядом заходящее светило. Вот и прожит первый день нового мира. Интересно, что происходит в остальных частях вселенной? Как там будет зарождаться жизнь? Кто будет за ней присматривать? На меня накатывает неожиданная досада, когда я понимаю, что вскоре все это перестанет быть моим делом. Я уйду в собственную сотворенную вселенную и оборву все связи с этой. И мне совершенно иррационально становится обидно. Мои пространные размышления прерывает легкое поскрябывание из-за закрытой двери. Не отрывая взгляд от заката, потоком силы отворяю тяжелую створку. - Чем обязан неожиданному визиту? - Маэдрос, собравшийся было незаметно сбежать, замирает и все-таки выходит на небольшую открытую террасу. - Прошу прощения за беспокойство… г-господин. - Явно через силу выдавливает из себя Феоноринг. Я тихо хмыкаю. - Можешь не мучить себя. Я никого не заставляю себе служить. - Эльфеныш недоверчиво косится на меня, но кивает. - Так что же привело тебя ко мне? - Я хотел спросить об отце. - Твердо отвечает Маэдрос, и я замечаю в его взгляде знакомые упрямство и силу. - Готмог говорит, что отец был полукровкой. И что не хотел принимать свою природу, поэтому был безумен и опасен. Я просто хочу понять... - Он замолкает, явно не зная как сформулировать вопрос, который его гложет. - Идем. - Коротко киваю удивленно вскинувшемуся эльфу. Выхожу в коридор и, минуя личные покои, прохожу в неприметную дверь, ведущую в Башню. Маэдрос идет за мной как привязанный. Мы в молчании проходим до самого сердца Башни и замираем перед нишей с сильмариллями. Феаноринг удивленно распахивает глаза и недоверчиво переводит взгляд с подлинных камней на украшение моей короны. Потом чуть несмело тянется к одному из творений своего отца, но, чувствуя идущую от них не самую светлую силу, пугливо отстраняется. - Вглядись в грани этих камней, - советую я эльфу, - Феанор вложил в них всю свою силу и суть. - Маэдрос, чуть поколебавшись, склоняется над сильмариллями, я же отправлюсь посмотреть как там мои миры и формирующаяся вселенная. За целостность сердца Башни я не опасаюсь - сил эльфа, пусть даже на четверть хаосита, не хватит, чтобы как-то навредить этому месту. Вернувшись я застаю старшего Феаноринга сидящим на полу в состоянии близком к истерике. Проклятье, я и забыл, что у эльфов такая хрупкая психика, это мои уже ко всему привыкли. - Эти… эти творения… - бессвязно забормотал Маэдрос, заметив мое появление, - они прекрасны… но совершенно ужасны… Им нравится здесь. Нравится разрушение, что несет ваша сила. А в их гранях я видел… Это и есть Хаос, да? И отец, он тоже… мы все видели в нем это, просто не хотели признавать. А я? Братья? Мы тоже можем такими стать?.. - Он с неожиданной силой хватает рукав моей мантии и со странным выражением отчаяния и надежды вглядывается в мое лицо. - Тебя это пугает? - Мягко спрашиваю я, опускаясь рядом. - Отец… он был великим. - Маэдрос косится на сильмарилли. - Но иногда… иногда он пугал меня. Он мог запереться в своей мастерской на месяцы и никого не узнавал. Однажды он чуть не покалечил Тельво, когда тот случайно пробрался к нему. И эти камни… разве они стоят пролитой крови наших соотечественников? Разве стоят страданий тех, кого мы бросили во льдах? Разве стоят жизни нашего?.. - Он замолкает и качает головой. - Я не хочу становиться безумным как он. И не могу позволить, чтобы это произошло с моими братьями. - Все не обязательно должно так заканчиваться. - Я аккуратно опускаю руку на плечо потерянного эльфеныша. Тот даже не сопротивляется. - Феанор сгорал изнутри потому что не мог принять свое второе начало. Он ничего не хотел слышать о Хаосе и понимать его. У вас же есть выбор. - Вы правда возьметесь нас учить? - Делает наилогичнейшиый вывод эльфеныш, доверчиво заглядывая в мои глаза. Хаос, на что я подписываюсь? - Возьмусь. А теперь пошли обратно, пока Готмог не разнес мою крепость, пытаясь тебя найти. - Нолдо заливается краской смущения и кивает. Мы поднимаемся на верхние уровни Башни из которых есть проход в Ангбанд, навстречу нам из очередного потайного прохода (сами они их что ли копают?) выбирается неразлучная парочка - Обби и Дарри в компании совсем уж молоденького рыжего эльфенка. Всеблагая Тьма, они теперь еще и детей в мою крепость тащат?! - Повелитель! - Несколько натянуто улыбаются оба, невзначай пытаясь задвинуть эльфика за спины. - А мы тут шли.... - … и совершенно случайно… - … сами не знаем, как так вышло… - Майтимо? - Эльфенок, пресекая попытки спрятать его от моего взора, вырывается вперед и широко распахнутыми глазами смотрит… побери ж вас Порядок! - Питьо? - У Маэдроса дрожит голос, он с опаской касается щеки брата, словно боясь, что тот исчезнет, а потом стискивает в объятиях. - Я думал, что ты погиб. Мы все думали… - Я тоже так думал, когда загорелся корабль. - Тихо говорит младший из Феанорингов. - Но Даэрон и Оберон спасли меня. - Готмог. - Негромко зову я. Предводитель огненных демонов появляется в то же мгновение. Бросает короткий взгляд на вцепившегося в брата Маэдроса и склоняется в почтительном поклоне. - Проводи Феанорингов в Ангбанд. Вы двое, - перевожу взгляд на любимых учеников, - в кабинет. Живо. - Прошу, господин, не ругайте их! - Младший эльфенок выворачивается из рук брата и вцепляется в мою многострадальную мантию. - Это я упросил их ничего вам не рассказывать. Я… я просто так испугался сначала… а потом сам хотел с вами поговорить. А теперь тут Нельо… пожалуйста! - Господин… - Маэдрос переводит растерянный взгляд с меня на брата и, судя по всему, тоже собирается вцепиться в несчастный подол мантии. - Да не съем я их! - Раздраженно рявкаю, вырывая предмет своего гардероба. Феаноринги делают одинаковые трогательно-несчастные лица, и я произвожу тактическое отступление в свой кабинет, практически за шкирку втаскивая за собой обоих учеников. А с этими… детьми пусть Готмог разбирается. - Ну? - Заваливаюсь в кресло и вопросительно смотрю на любимых ученичков, побери их Порядок. - Ну… - Неуверенно тянет Оберон. - Нам было скучно. - Перебивает товарища Даэрон. - Владыка запретил нам появляться в Башне и отвлекать вас от важных дел. - Точно, припоминаю тот удивительно спокойный период. Я даже забеспокоился было. - И мы немного зависли в компании Оссе. - Подхватывает рассказ Оберон. - Мы как раз сидели на берегу и обсуждали… э-эм. - Жестом предлагаю продолжать не зацикливаясь на темах обсуждения. А то я не знаю, что они друг другу на своих Мастеров жалуются! - И тут этот Феанор как начал корабли палить. Прям со всем, что там было. - Оссэ и говори, что, мол, зря добру пропадать. Мы что могли - вытащили. - А Амрода мы чисто случайно выловили. - Его, наверное, балкой приложило, так что он в отключке был. - Такой хорошенький. - Мы его себе выпросили за помощь. - Мы же не знали, что он Феаноринг. - А потом он так трогательно просил его не выдавать… - … он же почти все время у нас в комнатах сидел… - … мы его почти уговорили с вами встретиться. Ну, вот и что мне с ними делать? - На год отправляетесь в прямое подчинение к Майрону. - Эльфы явно сдерживают обреченный стон, но спорить не решаются. Ничего, Майрэ давно хочет заняться перевоспитанием этих оболтусов, пусть попробует.

***

Артано бережно перемешивает лаву в колодцах, удаляя оттуда лишнее. Изогнутые лепестки пламенных цветов с темной сердцевиной плавают чуть поодаль. Голоса эльфов он различает едва те переступают порог оранжереи. Они неторопливо приближаются и Майрон узнает голос Маэдроса. А вскоре появляется и он сам, в сопровождении молодого эльфенка. - Тар-Майрон! - Радостно восклицает Маэдрос. - Представляете, я нашел нашего Питьо! - Нашел? - Артано оставляет цветы в покое и разворачивается к эльфятам. Младший немного застенчиво поглядывает на него из-за брата. - И как же так получилось? - Неужто Мандос решил не оставлять в своих владениях никого из этого семейства? - Оберон и Даэрон, - начинает Маэдрос. Владыка машет рукой, обозначая, что можно не продолжать. Артано поднимается и подходит ближе. Младший Феаноринг по сравнению с братом похож на тонкий прутик. Он явно еще растет и пока, по большей части, состоит из выпирающих костей и острых углов. Даже мордашка более заостренная, чем у старшего. А вот глаза и губы очень похожи. Ну и, рыжина, разумеется. Хотя, младший все таки посветлее. - Приветствую, Амрод, верно? - Эльфенок кивает и неуверенно делает пару шагов ближе. Майрон, поддавшись порыву, зарывается в растрепанные волосы мальчишки, прикидывая, что надо бы его покормить. И заплести. Мысль сбивает раздавшийся снаружи шум. Они, все трое, некоторое время стоят, прислушиваясь к лязгающему бряцанью, становящемуся все сильнее. Майрон хмурится и собирается переместиться на ближайшую смотровую площадку. Маэдрос тут же просительно тянется следом. С другой стороны к боку прижимается Амрод. Артано вздыхает и забирает их с собой. На открытой площадке обнаруживается Мелькор, Готмог и Тишь, смотрящие вниз со странными выражениями на лицах. Майрон подходит ближе и тоже опускает взгляд. Огромная толпа эльфов, подобравшись вплотную к стенам, знаменовала свой приход ударами мечей о щиты и громким ревом труб. - Что… они делают? - Озвучивает вопрос Майрон, так и не найдя хоть малейшей логики в происходящем. - Понятия не имею. - Отвечает Мелькор, продолжая смотреть на творящиеся как на неизученное и крайне подозрительное явление. - Наверное, их надо разогнать. - Говорит Готмог, но не двигается с места. Майрон и сам замечает, что против воли оказывается заворожен этим бессмысленным, но, по-своему, красивым действом. Сзади слышится тяжелый обреченный вздох. Артано оборачивается и видит как Маэдрос, закрывая лицо рукой, качает головой, а младший, вцепившись тому в пояс, беззвучно хихикает. - Они сейчас уйдут. - Говорит Маэдрос. - Они просто… - Вероятно, это последствия перехода через льды Хелькараксэ. - Задумчиво произносит Мелькор. Эльфы, действительно, вскоре расходятся, оставляя после себя эхо гудящего лязга. Майрон провожает их взглядом и думает, что в Средиземье скоро будет очень весело.

***

Когда налетевшие тени, буквально спеленав по рукам и ногам, утаскивают его во тьму, Амрас даже как-то облегченно выдыхает. Нет, он сопротивляется, конечно, для порядка, но поняв тщетность усилий, отдается на волю судьбы. На младшего Феаноринга накатывает колоссальная усталость и он просто отключается. – Да сколько можно спать! – Слышится рядом знакомый возмущенный голос. Амрас улыбается и тянет руку на звук. – Мы в чертогах Мандоса? – Интересуется он, открывая глаза. Питьо, устроившийся рядом, смешливо фыркает. – Еще чего! Амрас оглядывается. Комната, в которой они находятся очень просторная и светлая. Причем свечение исходит от струящихся по стенам светильников, напоминающих ветви деревьев с узорными листьями. Кровать, большая даже для них двоих застелена мягким покрывалом медового отлива. У стены мостится высокий шкаф, на ручках которого небрежно развешена одежда. Амбаруссар не были сторонниками порядка. – Тогда, где же мы? – Удивляется Тельво. – В Ангбанде. – Пожимает плечами брат. – Что? – Амрас даже подскакивает на постели, пытаясь осмыслить. – А где Майтимо? И почему?.. Почему ты?.. Он касается плеча Питьо, спеша убедиться, что тот не призрак и не морок, созданный его окончательно помутневшим разумом. Под пальцами ощущается гладкая ткань рубашки и тепло живого тела. Амрас порывисто подается вперед и стискивает брата в объятьях. Тот обнимает в ответ. Некоторое время они неподвижно сидят, вслушиваясь в дыхание друг друга, а затем медленно разжимают объятья. – Пошли. – Решительно тянет его за руку Питьо. – Замочу тебя в ванне и все расскажу. Амрас безропотно подчиняется, едва заслышав слово «ванна». Купания в ледяном озере – единственном доступном источнике, ему уже порядком надоели. Амрод выводит его из спальни в не менее просторную комнату с диваном и удобным столиком и ведет дальше. Тельво торопливо стягивает опостылевшую одежду, бросая прямо на узкие плиты почему-то теплого пола и с удовольствием залезает в глубокую ванну, утопающую в полу. Горячая вода тут же приятно обволакивает. Питьо, не долго думая, лезет следом. Он начинает деловито перебирать какие-то пузырьки, то и дело что-то подмешивая в воду, и рассказывает о своих приключениях. – Так ты пробыл тут все это время? – Спрашивает Амрас, выслушав историю брата. Он уже понемногу приходил в себя и начинал осмысливать ситуацию. – Ну, не совсем здесь – в Башне. – Отзывается Питьо. – Она, вроде как, не совсем в этом мире. Амрас хмурится, пытаясь понять о чем тот говорит. Брат меж тем, вылезает из воды, вытаскивая полотенца из углового шкафа, кидает ему одно и скрывается в комнате, обещая найти что-нибудь из одежды. – Нам нужно бежать. – Озвучивает очевидное Амрас, затягивая пояс на длинном жакете. – Зачем? – Настолько искренне удивляется Амрод, что он даже начинает сомневаться. – Ну. – Подбирает он аргументы. – Мы же в обители зла. – Знаешь, что самое страшное тут со мной случилось? – Амрас качает головой и беспокойно смотрит на близнеца. Куруфин часто пускался в рассуждения, каким страданьям предают их старшего брата, убеждая остальных немедленно отправиться на штурм. И теперь он невольно переносил все это на Питьо, холодея от ужаса. – Я вляпался в какую-то начерченную Обероном дрянь, - сообщает Амрод, - и весь день ходил по потолку. Шея болела просто ужасно. Давай-ка я устрою тебе экскурсию. Амрод уверенно тащит его петляющими переходами. Светильники с какого-то момента исчезают, уступая место факелам в красивых металлических чашах. – Это все верхние уровни. – Рассказывает брат. – Тут комнаты учеников и Темнейшиств. Владыки на самом верхнем этаже обитают, и там же проход в Башню отгороженный. Под ними, над этим уровнем, Амлаги с Абвенетари. Они весь этаж на две части поделили, даже какую-то стену смастерили. Тар-Майрон их чуть не пришиб! А этот и над ним этажи – для остальных. – Остальных? – Пытается осмыслить Амрас. – Орков что ли? Амрод смеется. – Нет, конечно. Орки где-то внизу обитают, ближе к стенам и вне основной крепости. А тут квенди и майя живут. Ну, жили точнее. Они после первого восхода Солнца как погрузились в миры-корабли, так и уплыли куда-то, вселенную изучать. Тут раньше просто огромное количество квенди было, а сейчас так, не больше сотни. Из майя только леди Тахугриэль осталась, она в северной башне живет. И Тар-Майрон, разумеется. Не давая особо оглядеться («- да на что тут смотреть, пошли дальше!»), Амрод тянет его вниз по широким ступенькам. – Тут тренировочные площадки. Вынырнув с лестниц, они оказываются в странном продолговатым, длинном помещении. Оно походит на коридор, но, судя по расставленным там и тут небольшим шкафам, столикам, диванчикам и креслам, им все таки не является. В глаза сразу же бросается противоположенная стена. Она совершенно прозрачна и только приблизившись и ощупав ее Амрас убеждается в ее наличии. За стеной виднеется большая ровная площадка в обрамлении скал. – Пошли. – Амрод машет рукой, ныряя в дверь. Они выбираются наружу. Тельво сразу же ощущает прикосновение холода, но не столь пронзительного, как можно было ожидать. Площадка оказывается частью скалы, словно срезанной чем-то очень острым. Амрас пробегается по кругу, тормозя у выбитых символов, и останавливается на узком участке, лишенном защиты скал. Обрыв тянется вниз и кажется просто бездонным. Они пробегаются еще по двум похожим площадкам. Застают на одной из них задумчивого темноволосого эльфа. Устроившись в беседке, он прорисовывал пейзаж зеленой долины. – Это Ванеслосэ. – Тихо поясняет Амрод. И они уходят, стараясь не беспокоить одного из учеников. Амбаруссар надолго задерживаются в мастерских. Амрас даже забывает где он, пораженно любуясь на творения местных умельцев. Питьо чуть расстроенно говорит, что раньше тут было гораздо веселее. С отбытием учеников Техника эти помещения больше напоминали огромные хранилища странных изобретений. – А тут у нас подземный сад. – Хвастается Амрод. Информации слишком много, и Амрас просто принимает это как данность. Они петляют меж теплиц с разнообразной растительностью и выбираются на террасу. Тельво завороженно смотрит на разбитый цветник. В нем мешаются все оттенки оранжевого, с черными вкраплениями. Амрас так засматривается, что пропускает появление рядом весьма значимой фигуры. – Амбарусса. – Произносят рядом приятным, но строгим голосом. – Я искренне надеюсь, что ты просто отпочковался. Амрас оборачивается и натыкается взглядом на высокую фигуру, закутанную в золотистый плащ. – Тар-Майрон. - Радостно восклицает Питьо. - А ко мне брат приехал! - И неожиданно обнимает того за пояс. Амрод едва достает тому макушкой до ребер, потому задирает голову и примило лыбится. Нахмурившийся Тар-Майрон смотрит на прижавшегося к нему эльфа, переводит взгляд темно-золотых глаз на Амраса. Вздыхает. А потом протягивает руку и легко треплет Тельво по рыжим кудрям. Амрас на мгновение замирает, почувствовав волну мягкого тепла, пробежавшую по телу. И, в порыве продлить приятное ощущение, прижимается к тому с другого бока. Тар-Майрон покровительственно обнимает обоих за плечи, и Амбаруссар нежатся в приятной дымке уюта. - Весь день по крепости проносились? - Ворчит Тар-Майрон, но как-то не сердито. - Я показывал Тельво крепость. - Сообщает Амрод. - Марш на кухню. У Миланель наверняка еще остался пирог. - Тар-Майрон еще раз треплет их по волосам и просто исчезает. - А это кто? - Почему-то шепотом спрашивает Амрас. - Тар-Майрон. - Пожимает плечами Питьо. - Владыка Ангбанда и супруг Моренготто. Пошли добывать пищу! Амрас как и раньше послушно идет за братом, переваривая случившееся. Ужасно хотелось вновь ощутить это потрясающее чувство защищенности. Не помогали даже слабые протесты разума, напоминавшего, что они на вражеской территории. И этот Тар-Майрон тоже их враг. - Миланель! - Несчастно вопит Амрод, как только они забегают на кухню. - Ты же не позволишь нам умереть от голода?! Стройная высокая эльфийка в красивом красно-сером фартуке, неодобрительно оглядывает их, чуть щуря серые глаза. - Режим, Амбарусса. - Высоким голосом тянет она нараспев. - Может быть, если ты пару дней поголодаешь, то научишься приходить к трапезе вовремя. - Но мы весь день были так заняты. - Еще более несчастно говорит Питьо. - И Владыка обещал, что ты нас покормишь. Миланель раздраженно вздыхает, но достает поднос. - Передай брату, - строго требует эльфийка, ставя на поднос тарелочки с пирогами, - что если он еще раз без спросу залезет на мою кухню и попробует что-нибудь стянуть, я не посмотрю чей он там супруг! И огрею его вот этой ложкой! - Она демонстративно достает большую и даже на вид тяжелую металлическую ложку, больше похожую на черпак для перемешивания. - Непременно! - Сияет улыбкой Амрод и, всучив поднос Амрасу, уводит их из кухни. Они быстро преодолевают пару лестничных пролетов, Амрод ныряет в боковой коридор и останавливается около массивной двери. Осторожно приоткрывает ее, просовывая нос. Удивленно хмыкает и открывает дверь шире, пропуская Тельво вперед. Амрас проходит в комнату и торопливо ставит поднос на столик, потому что руки начинают подрагивать. За столиком в креслах, как ни в чем не бывало сидят Майтимо, совершенно не похожий на замученного пытками, и Макалаурэ. - Вы как раз к чаю. - Улыбается старший и выуживает еще две чашки. Маглор, так же как до этого Амрас осторожно касается Питьо. Он неспешно обводит контуры бровей, скользит к щекам и словно прислушивается к одному ему слышимой мелодии. Амрас несмело подходит к Маэдросу и тут же попадает в его объятья. Они все были очень контактные. Ну, может, кроме Карнистира. - Как ты здесь? - Тихо интересуется Тельво. - На удивление хорошо. - Отвечает старший. - Ты должен быть на разведке. - Все таки не удерживается Амрас, обращаясь к Маглору. - А ты должен спать в лагере. - Пожимает плечами тот. Братья все таки рассаживаются по креслам и принимаются за еду. Пироги оказались удивительно вкусными (или просто они очень голодными), а чай приятно согревал. - Так что мы теперь будем делать? - Вопрос повисает в воздухе. И взгляды, как обычно, скрещиваются на Маэдросе. Старший вздыхает и собирается с мыслями. - Мне многое нужно рассказать вам. - Сообщает Майтимо. - И вам это вряд ли понравится.

***

“Ну зашибись”, - думает Карантир, вернувшись в лагерь. Обустроившиеся нолдор на вопрос о братьях только пожимают плечами и говорят, что вот только недавно были где-то здесь. Но Карантир уже ни один раз перерыл округу. Наконец, средний из Феанорингов, берется обыскивать шатры и находит очень интересное письмо. Пропавший на пару дней раньше Амрас очень подробно писал о том, что им всем необходимо прийти в Ангбанд. И описывал маршрут. Особо несколько раз упомянул, что никого из охраны с собой брать не нужно, потому что они все равно пройти не смогут и останутся в горах наедине с орками. Та еще компания, конечно. - Идиоты. - Качает головой Карантир. И идет собираться. Карнистир некоторое время размышляет, тащить ли за собой отряд нолдор. Смотрит как те неуверенно мнутся, поглядывая на воинов Финголфина, устроившихся на противоположенном берегу, и решает, что нет. Он, конечно, не мастер военного дела, но даже имеющиеся скудные познания позволяют понять – штурмовать твердыню с имеющимися силами – совершенно провальная идея. Но, раз уж его неразумное семейство полезло зверю в пасть, бросить их он не может.

***

В глубине души я надеялся, что хоть ненадолго избавлюсь от головной боли в лице парочки неадекватных эльвен, но моим надеждам не суждено было сбыться. Потому что вместо Даэрона с Обероном меня атаковало семейство Феанорингов. Да, я не шучу, все их балрогово семейство! Сначала Амрод упросил парочку балрогов привести в Ангбанд своего близнеца. Потом Маэдрос, потупив очи, сообщил, что Маглор очень переживал о его долгом отсутствии и пришёл (ага, сам, через армию орков и непроходимые горы) к воротам крепости. Не гнать же его было… Потом крайне удивленный Майрон притащил из своих кузниц Куруфина в неизменной компании третьего старшего Феаноринга - Келегорма. Они еще в Валиноре не могли надолго расстаться друг с другом. Последним в наш неприступный оплот Тьмы завалился Карантир и долго ругался, что его, как обычно, никуда не позвали, ничего не рассказали и вообще никто его, бедного, не любит. Майрон честно старался навести хоть какое-то подобие порядка. Оберон с Даэроном активно ему помогали, так что, конечно, ничего путного из этого не получалось. Я с интересом наблюдал за развитием событий - давно у нас не было такого развлечения! --- Небольшой осколок камня подлетает под ступню – может, все же начать носить какую-нибудь обувь? Даже Майрон подхватил эльфийскую моду на высокие сапоги, а я все как-то отстаю… В Хаосе-то оно без надобности. Следующий прилетевший камень укрепляет меня в своевременности этой идеи. Аккуратно преступаю и иду к эпицентру метаний. Мой новоявленный воспитанник, чем-то уже донельзя расстроенный, без особого энтузиазма копается в груде камней. – Решил облагородить сад каменными скульптурами? Интересная идея, но посоветуйся сначала с Майрэ. – Эльфенок поднимает на меня совершенно несчастный взгляд, и я со вздохом усаживаюсь рядом. – Жалуйся. - Маэдрос забавно округляет глаза и явно собирается активно возражать, но я сбиваю его с мысли легонько щелкнув по носу указательным пальцем. – Я совершенно не чувствую камни и иные сокровища недр. – Вздохнув, пускается в объяснения эльфеныш. – Я надеялся, что со временем смогу научиться и быть полезен от-отцу, но с каждым годом надежды все меньше. – Полезен. На краткий миг просыпается то самое позабытое чувство собственной никчемности, когда отец, хмурясь, отмахивается от первых, очень корявых проектов будущих миров. И законное чувство гордости, когда много позже один из проектов милостиво одобряет. – Дети не должны быть полезны! – Рявкаю я. Маэдрос смотрит на меня с явным удивлением. Да я и сам удивлен сорвавшейся резкости. – Не должны. – Спокойнее и тверже повторяю я. – Они должны расти и развивать свои собственные способности, а не тянуться за недосягаемым одобрением. Ну ка, выкинь весь этот мусор. – Киваю на груду камней. – И расскажи, чем тебе нравится заниматься. Именно нравится и именно тебе. – Я… даже не знаю… - Совершенно растеряно протягивает принц. – Мне нравится возиться с растениями, но это… не то. – Тогда у меня для тебя есть ответственное задание. – Выдерживаю паузу, чтобы рыжик проникся значимостью. – Ты должен выяснить, к чему именно тебя тянет. Разрешаю для выполнения задания нещадно эксплуатировать моих учеников. Им полезно. О выполнении доложишь лично. Все ясно? - Да, Мастер. – Маэдрос наклоняет голову, пряча улыбку, а витавшее напряжение понемногу рассеивается. --- – Ты снова здесь. – Констатирую я, едва удерживаясь от вздоха. – Боюсь, что так. – Отзывается Маглор, пытаясь виновато улыбнуться. Прерывается на середине и довольно щурит глаза, прислушиваясь к изменениям вселенной. – И когда нам ждать нового шедевра? – От меня? – Эльфеныш удивленно округляет глаза. – Я немного разбираюсь в музыке. – Маглор на это тихо фыркает. – И нахожу твои баллады достойными восхищения. - Тогда позвольте мне здесь задержаться. – Макалаурэ чуть ли не с нежностью проводит кончиками пальцев по кромке источника. - Ты – дитя порядка. – Возражаю мягко, но уверенно. – Столь тесный контакт с Хаосом может повлиять на твой рассудок. – Хватит с нас одного сумасшедшего из этой семейки. К тому же… мне почему-то не хотелось, чтобы кто-то из этих мальчишек себе навредил. - Но я не могу от него отказаться. Эта тема… тёмная и громогласная, полная потаенных отзвуков, едва различимых нот… Я не в силах её оставить. - На это мне возразить решительно нечего. Я и сам в свое время не смог от нее отказаться. - Тогда тебе нужно учиться ментальному контролю. - Звать его на наши основные занятия бесполезно - мои ученики гораздо старше и опытнее, мальчишка просто ничего не поймет. - Как на счет занятий в моей компании? Я подберу тебе литературу, а вечерами будем встречаться здесь и обсуждать. - Это будет чудесно. - Улыбается эльфеныш. - К тому же ваша тема тоже превосходно звучит. Я напишу на нее балладу. - Окидываю его взглядом с большим интересом. Слышать темы живых существ могли лишь айнур, да и то половина об этом позабыла, а вторая разучилась. Что еще спрятано в этих мальчишках? --- - Если хочешь незаметно подкрасться к противнику, то не стоит сверлить его испепеляющим взглядом. - Походя бросаю я, шествуя по одному из боковых коридоров крепости. Давненько тут не гулял. Соскучился. Сзади раздается недовольное пыхтение. - Я от тебя не прячусь, Моргот! Я готов к честному бою! - Решительно настроенный эльфеныш в пару прыжков оказывается впереди и преграждает мне путь. - Что может быть честного в бою с заведомо превосходящим тебя противником? - Почему-то его тщательно культивируемая нелюбовь ко мне ужасно забавляет. - И разве не разумней распланировать тактику наступления, чем оголтело кидаться в бой? Бери пример с брата. - Легко выдергиваю из теней Келегорма. Тот невинно улыбается и прячет кинжалы в рукава. - А ну отпусти его! - Вопит эльфеныш и кидается на меня, размахивая мечом. Легко ускользаю от ударов и не могу удержать смех. Куруфин носится по участку коридора, злясь все сильнее, пока окончательно не устает. - Прости, но это было удручающе. - Сообщаю я привалившемуся к стене Феанорингу и легко опускаю рядом с ним Келегорма, мирно болтавшегося на моем плече. - Простите его, господин. - Сладким голосом (наверняка подслушанном у Майлосэ) мурчит Келегорм. - Он еще... адаптируется. - И утаскивает вяло сопротивляющегося брата в противоположенном направлении. Ну-ну. --- - Рефлексии предаёшься? - Куруфин поднимает на меня мрачный взгляд и снова отворачивается к склонам Эред Ветрина, почти свешиваясь с балконных перил. - А что мне еще остается? - Через некоторое время, все таки заговаривает он. - Я совершенно ни на что не способен, мои братья вами очарованы... Надеюсь, отец этого никогда не увидит. - Не увидит. - Заверяю я. - Он слился с Хаосом, а это навсегда. А на счет не способности... Нарелосэ сегодня несколько часов кряду расхваливал мне меч, выкованный каким-то другим Куруфином? - А что толку? - Бурчит Феаноринг. - Мне все равно никогда не стать как.. - ...Феанор? Ты действительно хочешь пройти путь своего отца? Стать неуравновешенным и агрессивным, ненавидеть меня, разругаться с семьей. Изобретать разные сомнительные артефакты, не поддающиеся контролю. Убивать собратьев без видимых причин? - Он был не настолько плох. - Тогда почему ты до сих пор боишься его тени? - Куруфин снова смотрит на меня, но ничего не отвечает. - У меня иногда выдается немного свободного времени. А у балрогов неплохая тренировочная арена. Могу показать пару приемов, если хочешь. - Эльфеныш молчит. Что ж, попробовать стоило. - Не стой долго под холодными ветрами, а то натравлю на тебя Ангвенделосэ. - Накидываю на плечи этому недоразумению теплый плед, стащенный из ближайшей комнаты. - Хочу. - На грани слышимости бормочет Куруфин, когда я уже собираюсь оставить его одного. Очень хочется хмыкнуть, но я сдерживаюсь - обидится же смертельно. Так что просто треплю его по черным своевольным вихрам и исчезаю. --- Карантир мрачно взирал на рыжую часть своего семейства. Те, впрочем, имели к его взглядам прочный иммунитет и спокойно смотрели в ответ. – И что, вот прям точно? – Не может не уточнить он. – У меня нет оснований сомневаться. – Отзывается Маэдрос. Карантир задумывается. Ладно, мелким темные еще могли запудрить голову. Но Майтимо и Макалаурэ, особенно Макалаурэ, внушаемостью не отличались. Да, честно признаться, он и сам подозревал, что не все с ними ладно. – Куруфин не согласится. – Убежденно сообщает Карантир. Младший чуть ли не боготворил Феанора, стремясь подражать ему во всем. – Турко обещал что-то придумать. – Пожимает плечами Маэдрос. Карнистир окидывает старшего пристальным взглядом. Давненько он не видел его настолько расслабленным. – Здесь же есть кузни? - Уточняет он самое главное. И, получив утвердительный ответ, окончательно успокаивается. --- Процесс творения завораживает. Карантир замирает в дверях, наблюдая как струи раскаленного металла перетекают, смешиваются и ложатся в идеальный узор, послушные руке мастера. – Так и будешь стоять в дверях? – Карантир досадливо морщится, заслышав голос местного Владыки. – Извините. – Буркает Феаноринг и собирается уходить. – А мне показалось, что ты хочешь попрактиковаться. – Карантир удивленно смотрит на повернувшегося к нему майя. Плотный рабочий фартук был накинут прямо на тонкую янтарную рубашку, рукава которой были высоко закатаны. Рукавицы мастер не носил, спокойно соприкасаясь голыми руками с раскаленными добела инструментами. – Можно? – Недоверчиво интересуется Морьо. Тот вместо ответа просто приглашающе машет рукой. Карантир проходит внутрь, с интересом разглядывая заготовки, оборудование. – Поможешь? – Предлагает мастер. Морьо кивает и подходит ближе. Тут все похоже и не похоже на мастерские Тириона. И самому ему придется долго разбираться. - А что это за металл? - Спрашивает Карнистир, разглядывая насыщенно-красный брусок. На медь он совершенно не похож и по весу ощущается очень легким. - Это брадий. - Поясняет Майрон. - Используется для покрытия доспехов и щитов. Сам по себе он легко ломается от физического воздействия, но отлично отражает заклятья. - Никогда о таком не слышал. - Удивляется Морьо, мысленно прикидывая за сколько можно продать один такой щит. Хотя, на сторону, конечно, лучше что-то похуже продавать. Интересно, если уменьшить плотность нанесения, на сколько хватит такого запаса? Или, если разбавить его вместе с медью… - Он не здешний. - Отвечает Владыка. - Здесь много материала, привезенного из иных миров. Карантир оббегает глазами мастерскую, еще более пристальнее вглядываясь в рассортированные слитки, заготовки и мерно булькающие чаны. И решает, что теперь точно никуда отсюда не уйдет. --- Каменные блоки, сложенные в стену сходились идеально и образовывали столь же идеальный угол. Куруфин скользил взглядом вверх-вниз, надеясь заметить хотя бы минимальные расхождения или перепады, но все было тщетно. И так не радужное настроение портилось еще сильнее. - … а Мейлосэ ему такой: «ты бы сначала своим мечом пользоваться научился». Ну и Нар естественно озверел. – Келегорм с явным удовольствием пересказывает близнецам свежие сплетни. - Там такой грохот стоял, мы думали пол крепости сбежится. – А мы ничего не слышали. – Обиженно тянет Амрас. – Да это Мейли заглушающее поле поставил. – Отмахивается Келегорм. – Но зал они, конечно, знатно погромили. – А потом что? – Любопытствует Амрод. – Как что – восстанавливали. - Хмыкает Турко. – Владыка за такой бардак всем бы головомойку устроил. – Вам самим не надоело?! – Не выдержав, рявкает Куруфин. – Нам нужно думать, как забрать сильмарилли, а не кости морготовым ученикам перемывать! Братья замолкают, но смотрят на него совершенно без энтузиазма. – И что мы будем делать с воплощенными искрами Хаоса в Средиземье? – Интересуется Амрас. – К тому же Моренготто нас сразу же найдет. – Поддакивет Амрод. – И хорошо, если он, а не Тар-Майрон. – И что-то я сомневаюсь, что после этого Мелькор продолжит ваши разминки. – Турко, естественно, проходится по самому больному. – Эти знания когда-нибудь помогут мне его победить! – Запальчиво огрызается Куруфин. Хотя даже он вынужден признать, что это «когда-нибудь» вряд ли когда-нибудь наступит. Но хуже всего было то, что он… привыкал. К такой вот ненавязчивой заботе. Ласковым насмешкам. И общей какой-то очень домашней атмосфере. Когда они только оказались здесь, придя на зов младшего брата, то намеревались лишь спасти Маэдроса из ужасного плена и, если сильно повезет, прихватить с собой отцовские камни. Вместо этого они наткнулись на совершенно довольного жизнью старшего, принявшегося рассказывать что-то про дуаличную энергию и их наследственность. Темные Владыки тоже отнеслись к проникшим на их территорию нарушителям совершенно возмутительно. И, вместо того, чтобы запереть их в темных казематах, заставляли умываться, вовремя есть и учить какие-то заумности. Хотя, как «заставляли»… Маэдрос и Маглор сами ходили хвостиком за Моренготто. Карантир прописался в кузне, осторожно приставая с вопросами к Гортхауэру. Близнецы носились по всей крепости, влезая во все и сразу. Келегорм влился в царящий бедлам с ходу, подружился с учениками Темного валы, сплетничал о знакомых майя с Тахугриэль, помогал с мелкими организационными делами Гортхауэру. И, хотя брат продолжал говорить, что все это временно, чтобы втереться в доверие, Курво с каждым разом верил все меньше и меньше. Негодующе фыркнув, Куруфин демонстративно встал и быстрым шагом покинул комнату. Хотел было хлопнуть дверью, но они в Ангбанде были слишком тяжелыми. Народа в коридорах почти не встречалось - сейчас было время общих тренировок, так что предаваться печальным мыслям Феанорингу никто не мешал. Куруфин как раз дошел в размышлениях до момента, как он самоотверженно выносит отцовские камни из вражеской Башни. Попадает в лапы прислужников тьмы. После эпичной битвы, разумеется. И… и… почему-то вместо трагической казни воображение рисовало злого Гортхауэра с ремнем в руках, интересующегося какого ляда он шатается по заснеженным горам без шапки. – Куруфин! – Феаноринг чуть не подпрыгнул, заслышав рядом голос пригрезившегося кошмара. – Ты весь день своими героическими фантазиями питался? Тар-Майрон, как всегда великолепный в своей любимой кольчуге, собранной лоснящимися красно-рыжими чешуйками, неодобрительно взирал на молодого нолдо. – Аппетита нет. – Бурчит Курво, умудрившийся пропустить и завтрак и обед. – Нет аппетита – нет тренировок. – Безапелляционно заявляет Гортхауэр. – Но… - Мелькор обещал сегодня показать как обойти тот сложный блок, но, конечно, тот послушает своего Майрона… Куруфин опускает голову, надуваясь еще сильнее. – Ну и ладно. – Он честно пытается звучать гордо и независимо, но получается больше обиженно. – Для тренировок нужны силы. – Поучительно выговаривает Гортхауэр. – Чтобы не ронять учебные мечи на ноги. – Да я случайно! – Протестует Курво. – Не ожидал просто! Владыка скептически поднимает бровь, но не комментирует. – Если соизволишь явиться на полдник, - вместо этого говорит темный майя, - так и быть возьму с собой в кузню. Мы собираемся со сплавами поработать. Куруфин куксится, провожая взглядом спешащего по дальнейшим делам Гортхауэра. Вот отец никогда не заставлял его являться к трапезам! Хотя, он его, да и никого из них ничему и не учил. Так, бросал иногда какие-то замечания. А последние годы… Куруфин передернул плечами. Последние годы Феанор откровенно пугал. Эта маниакальная зацикленность на сотворенных камнях… жестокость решений… Нолдо добрел до террасы, открывающей вид на внутренний двор. Моренготто, усевшийся прямо на перилах беседки что-то увлеченно рассказывал собравшимся вокруг него квенди. воздухе то и дело вспыхивали знаки и формулы. Куруфин, приглядевшись, с удивлением понял, что многие из них ему уже знакомы – Мелькор часто объяснял принципы действия некоторых магических боевых приемов. – Курво? – Окликает его подошедший Маэдрос. Куруфин оборачивается и, как когда-то в детстве, утыкается носом брату куда-то под ребра, обнимая за пояс. - Это очень плохо, если я не хочу отсюда сбегать? - Едва слышно бормочет он. - Я и сам задаюсь тем же вопросом. - Майтимо трепет его по волосам. - Ведь нас проклянут, если узнают. – Куруфин поднимает голову, но видит на лице старшего брата лишь умиротворенное спокойствие. – А разве сейчас нас не проклинают? – Мягко спрашивает тот. – Разница лишь в том, что здесь есть кому за нас заступиться. – Ты правда думаешь, что им на нас не плевать? – Делится сомнениями Куруфин. – Ну, - Маэдрос улыбается, - если они так ведут себя с теми, на кого им плевать, то мне страшно представить, как они заботятся. Куруфин фыркает и шутливо содрогается. – Что замышляете? – Присутствие рядом Темного валы ощущается сразу. Его сила окутывает теплыми волнами, резонирует с чем-то непонятным внутри. Мелькор легко приобнимает обоих. – Темные делишки. – Смеется Маэдрос. - Мои мальчики! - Довольно кивает тот. Куруфин, поддавшись порыву, отцепляется от брата и приваливается к Темному вале. - Ну, ну, не подлизывайся. - На ухо хмыкает тот. - Порадуешь завтра Майрэ своим присутствием за столом и вечером потренируемся. – Он меня сегодня в кузню взять обещал. – Бормочет Куруфин. – Раз обещал, значит возьмет. – Убежденно кивает Мелькор. Касается губами его макушки, притискивает Маэдроса и исчезает. – Знаешь, - некоторое время спустя заговаривает Маэдрос, - если кому-то захочется нас осуждать, то и пусть их. – Нет, не пусть! – Куруфин поджимает губы, напряженно обдумывая пришедшею мысль. – Они будут уважать наш выбор. А если кому-то это не нравится… - Он выразительно хрустнул пальцами. --- - … Хаос достаточно редко смешивается с Порядком по эту сторону реальности, появление полукровок, таких, как твой отец, крайне необычное явление. По правде говоря, я не встречался до этого ни с одним. - Маэдрос внимательно слушает, как и подобает прилежному ученику. - Вы говорите: “по эту сторону реальности”, а там, в Хаосе подобные… явления встречаются чаще? - Да чего там только не встречается. - Не удержавшись, тихо хмыкаю. - Хаоситы любят таскать к себе разных интересных им существ. Правда, диапазон их интересов меняется с неимоверной скоростью, так что в большинстве своем попавшиеся им существа не выживают. Но, те редкие исключения, которые умудряются сбежать, да еще и в интересном положении, производят на свет… занимательное потомство. Как пообвыкнешься, сходим погулять по рубежным мирам. - А мы?! - Мы с Маэдросом дружно оборачиваемся на обиженно-возмущенный вопль. В дверном проеме столпилось оставшиеся семейство Феанорингов и смотрело на нас с таким осуждением, что даже мне стало немного стыдно. - Вечно Маэдрос в любимчиках ходит. - Обиженно бурчит Куруфин. - И первый из балрогов ему цветочки носит, и Повелитель Тьмы его учит, и… и… с ним сам Владыка чай пил и не ругался, вот! - Это потому, что он рыжий! - Выдает наилогичнейшее заключение блондинистый Келегорм. - Точно-точно. - Ничуть не смущаясь поддакивают огненно-рыжие близнецы. - Да я же… я… - Старший Феаноринг переводит беспомощный взгляд с меня на братьев, явно пытаясь придумать, что ответить на столь серьезные обвинения. - Прекратили балаган и сели! - Неожиданно даже для себя рявкаю я. Феаноринги резко замолкают, скромненько опускают глазки и рассаживаются по моему кабинету - Маэдрос падает в свое “ученическое” кресло, Амрос и Амрод устраиваются на его подлокотниках, остальные умещаются на диване. Я оглядываю экспозицию под названием “послушные лапочки перед взором грозного родителя” и вдруг резко понимаю, что старшему из них едва перевалило за два столетия. Хаос, да они же совсем еще дети! И куда, спрашивается, этот, полюби его Порядок, папаша их потащил из спокойного (особенно теперь, когда ни меня ни моих учеников там нет) Валинора? - Вы же нас не прогоните, правда? - Амрод поднимает на меня взгляд подозрительно заблестевших зеленых глаз. Карантир шикает на брата, но по резкому напряжению, повисшему в комнате, я понимаю, что вопрос интересует всех. - Нет, ребенок, - мягко отвечаю я, не сразу понимая, что копирую манеру речи своего учителя, - не прогоню. - Распахиваю крылья и, обняв ими своих Феанорингов, притягиваю их к себе. Те не сопротивляются, только пораженно выдыхают, а в следующую секунду сами тянутся в крепкие объятья. Так нас и находит Майрон: меня, рассевшимся на полу, привалившись спиной к столу и убаюканных моей силой отпрысков безумного Феанора, сладко спящих под черными крыльями заклятого врага своего рода. - Дети. - Неожиданно мягко улыбается Артано и легко гладит растрепанные волосы Амраса, тот довольно выдыхает и тянется за мимолетной лаской. - Дети. - Соглашаюсь я, в свою очередь зарываясь в аккуратно уложенные пряди Маглора. - Думаешь, я зря?.. - Что зря? Зря пустил их в замок? Зря начал учить? Зря только что признал своими? - Нет, не зря. - Майрон, умудрившись как-то не потревожить спящих эльфят, устраивается в моих объятьях, привычно приваливаясь спиной к груди и откидывая голову на плечо. Идеально. Целую Майрона в соблазнительно изогнутую шею и погружаюсь в дрему, заполненную неясными пока идеями и планами.