Мемуары первого Темного Властелина

Первая эпоха Годы Солнца К указанному месту встречи мы добираемся уже далеко за полдень. Ванеслосэ и Майлосэ уже ждут нас, о чем-то переговариваясь. Судя по недовольной физиономии младшего Амлога, Ванеслосэ во всю потешается над братом. Ситуация-то и правда забавная. По крайней мере для нас. А вот наши смертные приятели явно восприняли все близко к сердцу. По крайней мере на привал они устраиваются с очень мрачными и задумчивыми лицами. Майлосэ тут же начинает оплетать их сладким кружевом речи, видимо, ощущая свою долю вины в случившемся. Лениво слушаю рассуждения сотоварищи о нашем дальнейшем маршруте, рассматривая стрекочущего кузнечика. Интересно, получится сделать его плотоядным? И размером побольше. И с крыльями! А потом запустить пару тысяч таких тварюшек в мастерскую Алуэ… Несколько секунд смакую представившуюся картину, пока меня не отвлекает Къёдлосэ. - Мастер, что-то не так - Къю скорее озадачен, чем взволнован. Отвлекаюсь от размышлений и прислушиваюсь к реальности. Хмм, действительно, вокруг что-то неуловимо меняется. Только никак не уловить что именно. Присматриваюсь к нитям силы, опутывавшим мир плотным клубком. Ничего чужеродного среди них нет, но мелькает что-то, едва уловимое, свежее, непонятное… - Поет что ли кто-то? - Озадаченно спрашивает Торим. Выныриваю из глубин мира и с удивлением понимаю, что, и правда, кто-то поет, причем совсем рядом. А через пару мгновений нашему взгляду предстает… некто. Не высокий, плотный мужчина с кустистой бородой бодро шагает по дорожке, едва ли не подпрыгивая и напевая незатейливую песенку низким басом. С первого взгляда — человек как человек, только внутреннее чутье шипит похлеще мохнатых любимцев Мейли. Завидев нас, этот странный тип останавливается, взирая на нас с явным удивлением. - Эко диво утром ранним повстречаться мне с компаньей первородных и людей, и еще кого-то… Эй, не к руинам ль вы спешите, что запрятаны в глуши тут? — Его густой бас, кажется, разноситься на многие мили вокруг. - Здравствуй, добрый человек. — Первым, как ни странно, отмирает Мурух, слегка склоняясь в приветствии. — Путь наш лежит в родные края, что сокрыты за Синими горами. А про руины тутошние нам, уж прости, ничего не ведомо. Бородач оглядывает нас пристально, да бормочет что-то себе под нос, что не разобрать даже мне. Но тут же повышает голос. - Поприветствовать позвольте вас тогда в моих угодьях. - Он приподнимает шляпу с задорно торчащим из нее пером. - Удивлен я сильно был, что приличия забыл, раз уж начали знакомство, Том я кличусь, Бомбадил. Карик, также отвесив вежливый поклон, представляет всех членов нашего отряда. Взгляд Тома мельком скользит по всем, и, когда доходит до меня, я успеваю уловить легкий поток энергии. Не опасный, но совершенно непонятный. Что нравится мне еще меньше. Что же это за существо такое? Он явно не из Хаоса, но, будто бы и не отсюда. И почему ни я ни мои ученики никогда не встречали его в Арде? - Направляетесь вы, значит, через чащу, на удачу, что пройдете без потерь, избежав чужих сетей? — Интересуется Том, выслушав рассказ командира о дальнейшем пути. - Разве где-то здесь есть чащи? — Озадачено интересуется Ванеслосэ. — Я помню небольшую рощицу рядом с главной дорогой…. - Силой темной напитавшись, те деревья разрослись, - хмурится Том, - ну, а после, сил набравшись, по округе разбрелись. Сами, вздорные творенья, городят теперь решенья, где им лучше обитать, своим видом без зазренья добрых путников пугать. А теперича к тому же поселился в чаще ужас, что приходит из руин. Будто мало мне седин принесли они раздельно. Ты их встретишь непременно, коль решил проделать путь побыстрее как-нибудь. Интересно, и кто же из моих питомцев тут обитает? В процессе экспериментов разные казусы случались и некоторые существа получались… не совсем соответствующими задумкам. Раньше на них охотился Оромэ, а теперь они, значит, просто разбрелись по Арде? - А не могли бы вы конкретизировать эту… жуть? — Вежливо интересуется Ванеслосэ. В отличии от людей, которым этот тип явно понравился, мои ученики крайне насторожены и, кажется, даже не вполне осознано, группируются рядом со мной. Или им просто мое настроение передалось? Том охотно кивает и устраивается рядом с нами на одном из расстеленных плащей. - Тварь, темнее черной ночи, что исчезла между прочим, - он что, мне подмигнул?! - не без помощи смутьяна, убежавшим от охраны наших доблестных богов, больше в мир наш не вернется, но, однако, остается множество ее детей, что ползут из всех щелей, только случай подвернется. Нам же только остается жвал их хищных избегать, да следить за паутиной, разукрасившей руины. Кто в ловушку попадется, в ней навеки остается, кормит жизнью он своей тех чудовищных детей. - Откуда ж взялась такая пакость? — Пораженно охает Хамел. — Тут же сплошь эльфийские земли, да и Враг далеко… - Началось все с темной леди, что гуляла на рассвете наипервейшим из дней. Уж кого она искала, нам та дева не сказала, только, размышляю я, что за ней пришла беда. А вот это интересно. Вряд ли это Тиш устраивала тут променад. Но кто тогда? Ахалосэ? Она почти не выходит из хаоса, но нужно будет спросить… Вот только, Унголиант появилась намного раньше прибытия Хали в Средиземье. А самое интересное, что я совершенно не помню экспериментов, в результате которых могло получиться что-то подобное. - Вот так дела. — Вздыхает Гомар. - А не скажешь ли, почтенный, нет ли иного пути к главному тракту? — Интересуется наш командир. - Рад помочь бы был, друзья, - Том разводит руками, словно подчеркивая собственное бессилие, - но пути не знаю я, что минует злобных гадов, да ведет к Белериаду. - Значит придется пробиваться с боем. — Констатирует наш предводитель. На некоторое время повисает тяжелое молчание. - Многи путники пытались, да в итоге и остались, в этой чаще навсегда, сгинув вовсе без следа. - Сообщает нам Бомбадил. - От руин исходит сила, что ту чащу оживила, прикормила пауков. След той силы в глубь веков увивается корнями да теряется в тумане. Коль уж вы хотите биться, может помощь пригодиться. Только нужно нам идти в само сердце этой Тьмы. А иначе мы не сладим с подкрепленьем этих гадин. - Ну что, други, видно и впрямь один у нас путь. — Вздохнул Мурух. — Лучше уж сгинуть в честном бою, чем бесславно помереть в когтях чудовищ. - Не торопитесь прощаться. — Мурлычит Майлосэ, явно что-то прикидывая. — У нас есть неплохие шансы выбраться из этой передряги живыми. Вы ведь нам поможете, правда, Том? Любовные чары разливаются в воздухе теплой патокой, сладкой, душной, но безумно притягательной. Ондорон едва заметно кривится, Ванеслосэ с Къёдлосэ украдкой усмехаются, смертные зачарованно взирают на обольстителя, явно готовые идти за ним куда угодно. - Покидал я по утру милую свою жену, с обещанием вернуться только ягоду найду. — Совершенно спокойно басит Бомбадил. — Больно любит светоч мой лакомиться в летний зной сладкими плодами древа, что растет за той грядой. Но уж коль решили вы нас избавить от беды, охватившей нашу землю, просьбы вовсе не нужны. С вами я пойду во мрак, где таится мерзкий враг, авось вместе одолеем, да пойдем кутить в кабак. Только нужно упредить, что задержка есть в пути, мою милую супругу. Взбаламутит ж всю округу, если я вдруг не вернусь. Лучше сразу объяснюсь. Майлосэ задумчиво и чуть обиженно взирает, как совершенно равнодушный к его чарам Том подзывает замысловатым свистом маленькую пичугу и принимается что-то ей наговаривать. Что самое интересное, я не ощущаю совершенно никакой магии. Словно это совершенно нормальное явление: вызывать к себе птиц с просьбой передать послание в устной форме. У меня аж руки чешутся, до чего хочется этого типа в лабораторию затащить и изучить пристально, но магия игры все еще надежно сковывает меня, не позволяя нарушить заданные правила. И что-то я сильно сомневаюсь, что у моих учеников получится справиться с этим существом. - Мастер, я не слышу его мыслей. И вообще ничего не слышу. — Подтверждая мои опасения, передает Къю — Что он такое? - Ведите себя естественно. — Отвечаю я сразу всем. — Магию применяйте аккуратно. Май, тебя касается в первую очередь. А я попробую понять, чем именно является наш необычный знакомый. Бомбадил меж тем закончил надиктовывать послание пичуге и снова вернулся к нам, выражая готовность выдвинуться в путь. Том снова запевает какую-то песенку и бодро шагает вперед. Наш отряд, видимо, немного заразившись его жизнерадостностью, идет следом тоже в приподнятом настроении. А я вдруг понимаю, что у меня совершенно нет оружия. Я настолько привык, что могу в любой момент выхватить Гронд из пространственного кармана, что совершенно не подумал захватить что-то из Ангбанда. М-да, придется импровизировать. Чем дальше мы шли, тем отчетливее ощущалась тяжелая, темная магия, разлитая по округе. Чужая магия. Интере-есно. И кто это у нас тут в обход меня с тьмой балуется? К руинам старой крепости мы выходим через несколько часов. И то, что эпицентр аномалий здесь, видно невооруженным глазом. Воздух буквально искрится от переизбытка магии. Вот только что дает такой фон? - Ищите источник или источники, Ван, восстанови-ка это чудное строение, что-то не припомню, чтобы эльфы в то время что-то подобное строили. Майлосэ, Къю и Ондорон в кои то веки без пререканий рассредоточиваются по местности, пристально вглядываясь, в надежде заметить источники магии. Обхожу руины, в воспроизведенной Ванеслосэ проекции. Архитектура небольшой крепости мне знакома. До боли, можно сказать. Три столетия ее рассматривал. Но зачем Намо возводить что-либо на земле смертных? Он и в Валиноре ограничился одними чертогами, в отличии от других валар. Что-то я упускаю… что-то важное… Так. Если разумные объяснения бессильны, нужно переходить к безумным. Мандос втайне от пантеона проводил здесь эксперименты. Возможно? Вполне. Что-то пошло не так и он предпочел избавиться от неудачного проекта, но не преуспел и бросил все. Возможно? Ни в коем случае. Этот педант стер бы земную твердь, но избавился бы от доказательств своей неудачи. И уж точно не бросил бы незаконченное дело. В отличии от Ирмо. Но у Лориэна совсем иная магия и без помощи брата он бы ничего подобного не сделал. А Намо не бросил бы крепость в таком виде… Что… Кого я упускаю?! — Готовьтесь. Они рядом! — Рык Ондорона и звон обнажаемых мечей возвращает меня в реальность. — Белегур, держи. — Карик протягивает кинжал, купленный в Дор Ломине. Принимаю, благодарно кивнув. Все же лучше, чем ничего. А потом нас накрывает рой этих тварей. Огромные пауки лавиной обрушиваются на наш отряд, и некоторое время я приноравливаюсь к сражению. В практически бессильном смертном теле это довольно сложно, благо рядом со мной постоянно маячит кто-то из учеников. Злость и стыд вскипают в венах мгновенно. Позорище! Стоило отнять часть силы и вот, я уже ни на что не способен! Мысленно обещаю как-то это исправить, и обрушиваю вскипевшую ярость на врагов, благо их достаточно. - Мастер! — Оборачиваюсь чисто инстинктивно и ловлю что-то, брошенное Къёдлосэ. Ондорон и Ванеслосэ тут же прикрывают меня давая несколько секунд на осмотр находки. Небольшой мутно-прозрачный кристалл, неидеально круглой формы с прямо-таки зашкаливающей энергией Тьмы. - Къю, перефокусируй. — перебрасываю находку обратно. Успеваю заметить, как Къёдлосэ понимающе кивает и снова увлекаюсь боем. Нескольких наших успели нехило ранить, зарубины и синяки почти на всех. Кажется, только Том все такой же бодрый и целехонький машет огромным тяжелым посохом, раскидывая гадов в разные стороны. - Ложись! — Мощный посыл Къёдлосэ услышали все, падая на землю раньше, чем успели это осознать. А в следующую секунду поляну озарил ослепляющий свет, напрочь сжигая выползшую гадость. Поднимаясь, все с опаской оглядываются вокруг. От пауков остаются только небольшие кучки пепла, впрочем, наша находка тоже рассыпается. Жаль, хотелось бы изучить ее более тщательно, теперь придется полагаться только на память. Карик, прихрамывая, осматривает весь свой отряд. Горячка боя спадает и раны, игнорируемые во время битвы, дают о себе знать. Мурух первым оседает на землю, тяжело дыша и держась за разодранное плечо. У Хамела на бедре тоже неприятная рваная рана, но он остается на ногах, поддерживаемый товарищами. - Мастер, мы можем?.. - Да. — Я даю отмашку, и мои ученики берутся за лечение, насколько это в их силах. Лучше бы сюда, конечно, Ангвенделосэ, но имеем, что имеем. На меня накатывает непривычная усталость. Сейчас бы поспать пару часиков… Встряхиваюсь и обхожу руины внимательно оглядываясь. Но нет. Тьма медленно рассеивается. Значит других похожих источников здесь нет. Конечно, на полное очищение уйдет много времени, но смертельной опасности это место более не представляет. Мои ученики тем временем как могли подлатали наших смертных товарищей, но отряд все равно выглядел весьма и весьма потрепано. Даже странно, что все живы. Том что-то одобрительно басит Карику, похлопывая того по плечу. А потом неожиданно зовет всех в гости, мотивируя это поздним временем суток и общим непрезентабельным видом нашей компании. Карик соглашается с явным облегчением. Видимо, перспектива выдвигаться в дальнейшее странствие в таком состоянии его совершенно не прельстила. До дома Бомбадила мы добираемся в рекордные сроки. Уж не знаю, действительно он живет так близко или это опять какая-то его «недомагия». — Ты вернулся, душа моя! — Из небольшого, но добротного деревянного дома к нам выходит молодая женщина, и я непроизвольно отшатываюсь, скрываясь за спинами спутников. От незнакомки идет столь же странный фон, что и от ее мужа и еще, какое-то… тепло? Она оглядывает нас большими сине-зелеными глазами, в которых плещется лишь спокойствие и приветливость. — О, да у нас сегодня гости. Мог бы и предупредить. — Вопреки словам, она ласково проводит ладонью по щеке Тома, тот бережно перехватывает тонкую ладонь и целует ее. — Прошу, проходите, вы, верно, устали с дороги. — Она улыбается и приглашающе открывает двери. - Мастер, мы идем? — Ванеслосэ вопросительно косится в мою сторону, а я почему-то мешкаю. Эта… женщина… Ее сила не такая как у Тома. Она словно светится изнутри ровным теплым светом. Что-то подобное я ощущал рядом с Йаванной. Когда-то давно. — Мастер?.. - Идите. — Мне и тут не плохо. Оба этих странных… существа не вызывают у меня ни малейшего доверия. - Вам не нравиться наш дом или вы чего-то опасаетесь? — Мелодичный голос звучит совсем рядом и я еле сдерживаюсь, чтобы не отшатнуться. - Хочу подышать свежим воздухом, леди… - Златеника. Просто Златеника. — Улыбаясь, представляется женщина. Она стоит довольно близко и я невольно подмечаю легкую сетку морщин в уголках глаз и губ. Необычно. — Идемте в дом, вы устали, да и погода уже не балует нас теплом. — Мне ничего не остается, как поддаться ее мягким уговорам и последовать внутрь. Жилище оказывается довольно просторным, с большими сенями, в которых все с удовольствием бросают свои пожитки, высокая дверь ведет в своеобразную гостиную с широкими лавками, в соседней комнате виднеется печь. Хозяйка тут же принимается хлопотать над гостями, мелькая из одного места в другое, что только и видно длинную косу ее золотистых волос, промелькнувшую рядом. Том устраивается во главе стола и принимается басить о наших приключениях. Общее напряжение держащееся с самого побега, наконец-то отпускает. Наш отряд буквально растекается по лавкам, слушая гудение Бомбадила и ласковое журчание речи Златеники. Даже мои ученики поддаются этой ауре всеобщего спокойствия. Я же пристально вглядываюсь и вслушиваюсь во все вокруг. Звучащая здесь тема тиха и размеренна, все энергетические нити на своих местах, и вообще все слишком… нормально. Слишком уютно. Слишком похоже и в то же время не похоже на… дом. Улучив момент, когда хозяйка отвлечется на наших раненых товарищей, ускользаю на улицу. Не хочу там находиться. Нужно разложить мысли и постараться понять, что за странных существ притянуло это место. Приваливаюсь спиной к неожиданно теплой стене дома и погружаюсь в полудрему. Я настолько сильно погружаюсь в себя, что едва ощущаю чужое присутствие, но, судя по всему, совершенно не враждебное, так что возвращаться и смотреть — кто мой посетитель совершенно не хочется. Кто-то аккуратно проводит рукой по моим волосам, отчего кружащие словно пчелы мысли наконец успокаиваются и становится легко-легко, как было только в самом начале этого мироздания. Вынырнув из омута своих мыслей к утру, обнаруживаю заботливо накинутое на меня покрывало. Точно, ночью же кто-то приходил. И я, кажется, даже знаю кто. Только зачем? Что вообще этой парочке от нас нужно? Что-то я сомневаюсь, что тьма, живущая в руинах сильно им досаждала. Отправившись к текущей неподалеку реке, встречаю там весь наш отряд, таких же бодрых и веселых. Даже и не скажешь, что вчера были в неравной битве с чудовищами. Пока наши собираются, я снова сижу на улице и жую яблоко. - Значит, двигаться вам надо, дальше, в глубь Белериада. — Я только подтверждающе киваю вышедшему Тому. — Дело шибко не простое предстоит вам в Синегорье. Судьбы тех, кто за тобой в это странствие пошел, лишь тебе теперь подвластны, не сгуби их понапрасну. - Постараюсь. — Усмехаюсь и кошусь на Бомбадила. — Кто ты такой, Том? - Тот, кто скромно обитает и законы соблюдает мира, что его приветил. На вопрос ль я твой ответил? — Бомбадил смотрит на меня с добродушной усмешкой. - Хорошо. - Прикрываю глаза. Хаос, ну почему он попался мне именно тогда, когда у меня почти нет сил?! - Может, тогда расскажешь о той, что поселила тьму в вашем крае? - Часто леди тут бывала, все слезами поливала, только скорби ни на грош в ее сердце не найдешь. — Хмурясь, отвечает Том. — Силы, что тебе знакомы, подчиняются легко ей. Только солнца яркий свет оградил нас от тех бед, что природе вопреки вышли от ее руки. - Благодарю. Вы сильно мне помогли. — Так вот, кого я упустил из вида. Но она всегда казалась такой безобидной, особенно в тени старших братьев. Даже интересно, как много нового я узнаю о своих собратьях к концу этого предприятия. Прощаемся с радушными хозяевами мы уже ближе к обеду. Златеника, не слушая возражений, снабжает нас кучей провизии, а Том, добродушно посмеиваясь, вытаскивает из-под лавки меч и вручает мне. - Долго ждал здесь этот меч, когда сбагрю его с плеч, да отдам тому герою, что смогёт его развлечь. — Я с некоторым недоумением обнажил клинок — довольно простой, но добротный, сломаться в бою не должен, осмотрел и убрал обратно. Что ж, оружие в пути явно лишним не будет. - Благодарю. — Пожимаю руку Тому, чуть склоняю голову перед хозяйкой дома, которая неожиданно заключает меня в объятья и целует в щеку. - Удачной дороги. Может когда-нибудь она снова приведет тебя в этот дом. — Я быстро прощаюсь и покидаю странное жилище — все наши уже на улице. Хаос, кто же это такие? Не будь я уверен, что у моего отца нет братьев… - Уверен? — Насмешливый голос Бомбадила настигает меня уже на улице. Я резко разворачиваюсь и, предсказуемо ничего перед собой не обнаруживаю. - Кто-нибудь заметил, как исчез дом? — Интересуюсь я у своих учеников. - Какой дом? — После непродолжительной паузы осторожно интересуется Ванеслосэ. - Къю? - Я… не уверен, — растеряно тянет мой лучший ученик, — какое-то инородное вмешательство, но… разве кто-то мог пробить наш ментальный блок? - Мы забыли что-то важное? — С интересом спрашивает Майлосэ. - Всего лишь парочку неклассифицируемых сущностей, вполне могущих быть моими дядюшкой и тетушкой. — Хмыкаю я, догоняя смертных — нужно осторожно выяснить, что из произошедшего помнят они и, куда, во имя Хаоса, мы все идем?

***

— Твой драгоценный Моргот уничтожил одну из моих слез. — Холодно замечает Ниэна, не прекращая, впрочем, привычного плача. — Не стоило оставлять их в Арде. Я предупреждал. — Не менее холодно отзывается Намо. Проделки младших начинали его всерьез раздражать. — Я была осторожна. — Упрямо не соглашается сестра. — Я и так позволила избавиться от Унгалиант. Остальные были под контролем. — В любом случае наш Темный все равно все пох… разрушил. — Весело замечает развалившийся на узкой кушетке Ирмо. — И почему ему можно шляться по Арде, а нам нет? Я тоже хочу в загул! — Лучше за супругой присматривай. — Осадил его Мандос. — Мне не нравиться их тесное сближение с Элберет в последнее время. — Пф! - Глубокомысленно отзывается Лориэн. - Да они терпеть друг друга не могут. Эстэ просто нравится быть при дворе, а Варда убеждена, что сможет через нее присматривать за Вайрэ. — И на сколько ты в этом уверен? — Холодный взгляд судии уперся в младшего. — Какой процент того, что на самом деле они в союзе? Каков процент того, что Эстэ ведет свою игру? Что не пользуется твоей беспечностью? Ты рассчитал? А какова вероятность того, что Мелькор догадается из-за кого в Арде бродят темные твари, не подчинённые никому из его слуг, Ниэна? Какова вероятность, что он поделится этой информацией со своим братом? У вас есть планы, прогнозы на каждый из вариантов развития событий? Младшие понуро молчали. Намо отвернулся, глядя в пустоту. Иногда ему казалось, что в одиночестве было проще. Но спустя мгновение к нему прижимаются две тонкие фигуры. — Прости. — Мы исправимся. Мандос со вздохом обнимает обоих, в который раз соглашаясь с тем, что проще не значит лучше.

***

В лагере царила напряженная тишина — командир думал. И, видит Хаос, я ему сейчас не завидовал. Быть рядовым членом отряда, как оказалось, совсем неплохо, даже весело иногда. Хотя бы потому, что я могу спокойненько отрабатывать приемы с Торимом, а мучиться, обдумывая нашу судьбу, приходится Карику. Эльфийская братия, ощущая свою долю вины в произошедшем, наводила красоту в лагере и занималась готовкой (кроме Къю, разумеется, он погрузился в глубокую медитацию и не обращал внимания на внешние раздражители). Дорогу к центральному тракту мы нашли быстро, в приподнятом настроении добрались до земель, граничащих с кольцом Мелиан и наткнулись на весьма занимательное объявление. «Разыскивается шайка разбойников людского племени (портреты прилагаются), нанесших смертельное оскорбление королю Финголфину и похитившая! известного мастера горного дела Ондорона, великого скульптора и художника Ванеслосэ и любимца всего королевского двора Майлосэ (портреты прилагаются). За поимку смутьянов живыми или мертвыми полагается награда.». Зачитывающий все это Майлосэ так забавно округлял глаза с каждой новой строчкой, что к концу послания был похож на северного филина. Надо отдать Карику должное, ругаться он начал только после того, как мы забрались глубоко в чащу, подальше от чужих глаз. Ситуация была препаршивая — до Синих гор была минимум пара недель пути, если двигаться верхом по прямому тракту. Через лес придется пробираться дольше, к тому же намного осторожнее, чтобы не попасться эльфийским охотам. — Мы сможем скрыть наш отряд мороком. — Не слишком уверенно предложил Майлосэ. — И спокойно дойдем до горного хребта, а туда они за вами не погонятся. — Нет. — Мрачно покачал головой Карик. — Мы не можем вот так уйти, прославив человеческий род как воров и святотатцев. Я пойду к вашему королю, да скажу все, как есть. — И сгинешь там. Не дури, командир. — Нахмурился Торим. — Он прав. — Возразил Мурух. — И пойдем мы вместе. Иначе не видать мира между людьми и эльфами. Али не прав я? — Он выразительно посмотрел на Ондорона, видимо сочтя его более серьёзным. — Прав. — Кивнул тот. — Наши сородичи слишком долго живут и слишком хорошо помнят обиды. Боюсь, что каждого следующего человека, рискнувшего прийти в наши земли будет ждать град стрел вместо радушного приема. — Карик только кивнул, убеждаясь в собственном решении. — Но ваше самопожертвование ни к чему не приведет. Вас пристрелят еще на подходе к замку, если не к городу. — Сокровища! — Все удивленно обернулись к Майлосэ. — В Синих горах полно сокровищ. — Принялся торопливо пояснять он. — Если мы найдем что-то не менее ценное, чем цветы из Валинора, Финголфин может и смирит свой гнев. — Хорошо. — После недолгой паузы соглашается Карик. — Выдвигаемся к Синим горам.

***

Смешанный отряд из людей, эльфов и одного валы уверенно двигался к горному хребту, абсолютно не обращая внимания на пролетавших где-то в небе птиц. И совершенно зря, ведь тогда они могли бы заметить парочку орлов, перелетавших вслед за ними. Конечно не тех могучих птиц, что обычно летали по миру по поручению своего Короля, а совершенно обычных, но не менее преданных повелителю ветра. — И куда тебя понесло? — Философски вопросил Сулимо, принимая очередной «отчет» от пернатых шпионов. И Ткачиха ничего не сказала, а она не могла его не заметить…. Манвэ привычным жестом сжал переносицу. Ему она не сказала, но наверняка просветила Намо. Нужно проследить, чтобы ни он, ни его слуги не покидали Валинор — сговора этих двоих допустить было нельзя. Эстэ… Интересно, делится ли Вайрэ с сестрой подобной информацией, и, если да, то передаст ли она ее Варде? Сомнительно. Если бы Элберет узнала, что Мелькор разгуливает по Арде, то уже натравила бы на него Тулкаса или Оромэ. Нужно занять их чем-нибудь. Нужно отвлечь супругу от Целительницы. Нужно приглядеться к самой Эстэ — не ведет ли она свою игру… И присмотреть за братом. Судя по увиденному, тот сам не понимает, что своей выходкой расшевеливает осиное гнездо. Оставалось надеяться, что братец не собирается гулять слишком долго, а то у него, все-таки есть и свои планы. Манвэ незаметно поправил медальон с ярко-лиловым камнем. — Прервитесь от насущных забот на несколько мгновений, мой вала. — Послышался рядом мягкий мелодичный голос, а на стол опустилась кружка ароматного черного чая. Манвэ кивнул, выражая благодарность. — Что у нас еще на сегодня, Эонвэ? — Повелитель ветра откинулся на спинку кресла и поднес к себе чашку, вдыхая аромат и слушая как всегда безукоризненный план дел, составленный преданным помощником. В последнее время Сулимо все чаще казалось, что тот единственный, кто действительно предан ему в этом мире. — Устроившаяся в плетеном кресле с самым расслабленным видом Элберет отстраненно слушала ядовитые комментарии Эстэ. Целительница с нескрываемым отвращением говорила о новых болезнях, начинающих медленно расползаться по Арде. Вторая раса, пробудившаяся с первыми лучами нового светила, была наиболее им подвержена. Эстэ искренне негодовала, при этом осторожно намекая старшей подруге на необходимость хотя бы косвенного вмешательства в ситуацию. Варда сочувственно кивала и старательно не понимала намеков, жонглируя нейтральными фразами. В политике невмешательства она была полностью согласна с супругом. Каждому во вселенной Эру подготовил свои испытания, и каждый должен справиться с ними сам. И к малым народам это относилось не меньше, чем к айнур. Единственное, что нарушало естественный порядок вещей, скрывалось за стенами темной крепости. Но тех, кто придерживался того же мнения было не так уж и много. И, что гораздо печальнее, Манвэ в этот список не входил. Варда досадливо сморщила нос. Найти подходящих слов и доводов, чтобы убедить супруга в том, что его брат опасен и вредоносен она так и не смогла. – Мне и самой это не очень нравится. – Со вздохом произносит Эстэ, видимо приняв реакцию на свой счет. – Но как еще мы можем их изучить? – Твои майяр весьма самоотверженны. - Замечает Элберет. – Кто знает, как повлияют на них болезни смертных. – Как говорит моя сестрица, у каждого из нас свой долг. – Вновь язвит Целительница, но Варда замечает, что этот вопрос для нее и впрямь очень важен. На закрытую террасу королевского дворца торопливо проходит Вана. Ее привычная плавность смазывается. Элберет тут же обращает внимание на прибывшую валиэ. – Моя Королева, это просто ужасно! Я еле успокоила Ядвигу, а Митлэ потерял несколько перьев. – Начинает говорить Вана. Она падает в одно из свободных кресел и все таки замечает Эстэ. – Здравствуй, - улыбается валиэ, - я не хотела мешать, но… - Что взволновало твоих певчих друзей? – Настойчиво прерывает ее Варда. – У Белериадского тракта творится какое-то безумие! – Взволновано отвечает Вана. – Непонятные вспышки, страшные звуки из темной чащи. А еще… - Она замолкает, принимаясь теребить край рукава широкого сарафана. – Даже не знаю. Нет, должно быть они ошиблись. Бедняжки так переволновались… - В чем дело, Вана? – Стараясь говорить мягко, торопит Элберет. – Они говорили о подозрительной темной фигуре, шествующей сквозь эльфийские земли. – Признается валиэ. – Но он так давно не покидал своих владений! – Не беспокойся, дорогая. – Успокаивающе произносит Королева. – Под светом солнца ни одному врагу не скрыться от нашего взора. Вана тут же успокаивается, принимаясь рассказывать о совершенно удивительных цветах в своем палисаднике. Заскучавшая Эстэ лениво поддерживает разговор, делясь способами удобрений лечебных травок. Варда выжидает некоторое время и, попрощавшись, покидает общество младших подруг. И сразу же соскальзывает в полутень. Нужно разузнать чем занят ее благоверный. Варда быстро пролетает по дворцу, не стесняя себя материальностью и убеждается, что супруг совершенно точно отсутствует. Судя по паре подслушанных разговоров, он собирался навестить Мандоса. Что ж, это ей на руку. Вновь вернувшись в осязаемую форму, Королева накидывает на плечи легкий серебристый плащ, пряча голову под капюшоном и направляется в обитель воинов. Казармы занимали обширную часть Валинора, пестря тренировочными площадками. Майяр Тулкаса неустанно оттачивали здесь свое мастерство. Только сегодня здесь оказалось удивительно тихо. И сам вала запропастился неизвестно куда. Варда нахмурилась. Наверняка Сулимо постарался! – Королева! – Приветствуем в нашей обители! – Она оборачивается к двум майяр. Несмотря на вполне приличные слова, интонации обоих были далеки от почтения. Варда вскользь касается их мыслей и удивляется агрессивности обоих. – Я искала своего собрата. – Мягко улыбается Королева. – Так у них учения. – Пожимает плечами майяэр, а ход ее мыслей тут же приобретает весьма похабный характер. Заинтересованная Варда погружается дальше в мысли духов, оказывающихся братом и сестрой. Пробиваясь сквозь пелену агрессии, она узнает много любопытных деталей. Но главное, у нее появляется совершенно чудесный план. – Какая жалость. – Элберет тяжело вздыхает. – Я так надеялась на его помощь с разрывами завесы меж Средиземьем. – Разрывами? – Тут же интересуется майя. – В нашей защите оказались незащищенные области. – Признает Варда. – И в нескольких местах они истончились. Требуется время, чтобы их залатать. Но до нас доходят ужасные вести о том, что Враг разгуливает по Средиземью. Если он узнает о нашей уязвимости, боюсь представить, чем это обернется. - Варда качает низко опущенной головой, сквозь ресницы наблюдая за переглядываниями майяр. – Это очень серьезно. – Важно заявляет майя. – Мы сейчас же отправимся на поиски нашего валы, чтобы все ему рассказать. – А где именно эти прогалы? – Спрашивает майяэр. – Давайте я покажу. – Охотно предлагает Варда, пряча улыбку.

***

Передвижение по лесу оказалось не таким уж и ужасным. Хоть мы двигались и с меньшей скоростью, это не вызывало во мне такого гнева, как в начале пути. Возможно, потому что рядом были любимые ученики, которых можно было погонять по теории. К тому же, я, выполняя данное себе обещание, начал сам тренироваться владеть мечом, в чем мне помог Торим. Этот жизнерадостный тип по прежнему бесил меня, но в плане тренировок оказался крайне полезен. — Эх, сейчас в баньку бы… — Мечтательно протянул Торим, развалившись у костра и почесал шею. — Куда? — Переспросил Ванеслосэ, склонив голову к правому плечу. Остальные квенди тоже аккуратно подползли поближе, заслышав незнакомое слово. — Ну, в баню. — Удивленно повторил смертный. — Не слыхали что ли? — Просто наши первородные друзья не знают, что это. — Не зло усмехнувшись, подал голос Карик. — Да брось, командир. — Отмахивается тот, но, кажется, замечает некоторое недоумение на эльфийских физиономиях. — Правда, что ли? — Может быть, вы все-таки нас просветите? — Очаровательно улыбаясь, просит Майлосэ. Любовной магией я ему пользоваться запретил, но он и без нее был достаточно обаятельным. — Ну, как бы… — Торим чешет затылок, явно обдумывая, как лучше объяснить. — Это что-то вроде избы, с печкой и большим чаном воды. Топишь печь, вода и комната нагреваются и можно мыться. Очень удобно. У нас то зимы холодные, на речку особо не побегаешь… — Мы для этих целей используем водопровод. — Снисходительно улыбнувшись, отзывается Майлосэ, теряя интерес к беседе. — И откуда же вы его взяли? — Тихо интересуюсь я. — От… валар. — Майлосэ смотрит на меня несколько недоуменно — я не часто вступаю в их беседы со смертными. — Так же как и ваши дома, освещение и многое другое, не так ли? — Да, но… — Кому-нибудь из вас, — обращаюсь я к людской части нашего отряда, — хоть раз доводилось получать помощь наших премудрых богов? — Торим и Ларис усмехаются, остальные просто молчат. — Мы лишены такой роскоши как помощь всезнающих существ. И это хорошо, потому что никто не будет ставить перед нами рамки, за которые нельзя выходить, по каким-то смехотворным причинам, не до конца понятным самим запрещающим. — Эк ты загнул, парень. — Усмехается в бороду Гомар. — Ты еще скажи, что боги нам и вовсе не нужны. — А разве нет? Сильно они пригодились вам во время этого похода? Да вообще хоть раз за вашу жизнь? — Хватит, Белегур, ты своими речами навлечешь беду на всех нас! — Поспешно прерывает меня Хамел. — Не так уж он и не прав. — Подает голос Мурух. — Я долго живу на этом свете и не припомню ни одного раза, чтобы хоть кто-то помог нам, хотя мы и просили. И когда шли по заледеневшим цепям гор, в поисках лучшего места, и когда не жалея сил, возводили наше поселение. — И возвели, потому что боги указали нам путь и направили наши руки. — Хамел упрямо взглянул на товарища. — Поспорь еще со мной, мальчишка. — Мрачно огрызнулся тот. — За этот путь мы заплатили десятками жизней наших братьев, твой дед сорвался в ледяную бездну на моих глазах. Если твои боги, как ты говоришь, следили за этим и ничего не делали, то они просто жестокие мерзавцы, ничуть не лучше местного Моргота. — Довольно. — Рявкнул командир, на корню прерывая явно намеревавшегося возразить Хамела. — Каждый верит в то, во что хочет верить. Белегур прав в одном - нам никто не предлагает готовых решений, может и к лучшему. А сейчас отбой, вряд ли кто-то из валар предложит нам помощь в добыче гномьих сокровищ.

***

Расслаблено прикрыв глаза, Оромэ наслаждается легкой музыкой синдар. Подданные Тингола выводят веселую мелодию, угождая гостю своего короля. Сам Элу, неоднократно извинившись, ушел разбираться с внезапно возникшими внутренними проблемами. Но Оромэ был готов подождать. Во дворце старого друга он чувствовал себя просто замечательно. А на Амане его не должны были хватиться пару дней минимум. Из соседних помещений послышался шум и громкие голоса. Оромэ прислушался. Маблуг очень эмоционально рассказывал о двух наглых духах, напавших на его отряд. Помедлив, вала выходит к говорившим. Тингол хмур и задумчив, а Маблунг выглядит раздосадованным и виноватым. – Неприятные вести? – Спрашивает Оромэ. – Мне казалось, барьер надежно скрывает вас от врагов. – Это так. – Кивает Элу. – И от этого мое беспокойство лишь сильнее. – Государь. – Подает голос Маблунг. – Я сейчас же отправлюсь на поиски принцессы. Только вооружусь. – Он досадливо морщится. – Эти духи вас разоружили? – Спрашивает Оромэ. Маблунг кивает. – Я недооценил их. Боюсь, если бы не счастливая случайность, нам вряд ли удалось уйти живыми. – А что с принцессой? – Ее трудно удержать на месте. – Признается Тингол. – Стража присматривает за ней, но она у меня проворная. Однако сейчас ситуация слишком серьезная. Я лично возглавлю поисковую группу. Мы должны найти и наказать тех, кто смеет нести вред нашим подданным! – Я еду с вами. – Решает Оромэ. Если это подопечные Моргота, то самим эльвен никак не справиться. По пути вала расспрашивает Маблунга о происшествии и «счастливой случайности». – Сам не знаю, как это вышло. – Качает головой эльвен. – Они вдруг стали спотыкаться о корни деревьев, врезаться в ветки. Один даже умудрился запутаться в вьюне! Не будь мы в столь бедственном положении, непременно бы попробовали повторить атаку, но увы… Вала кивает, хотя все это кажется ему крайне подозрительным. --- – А ну выходите, гаденыши! – Взъярённая майяэр громко ругалась, обходя полянку. Притаившиеся Даэрон и Лютиэн тихо хихикали. Половина лица майяэр стремительно наливалась ярко-красным, после эпичного соприкосновения с жгучим кустарником. – Оставь их, сестренка. – Усмехается второй майя. – У нас есть дичь и покрупнее. – Эти паразиты!.. – Не желает успокаиваться майяэр. Лютиэн пихает приятеля по проказам в бок, и Даэрон послушно плетет новый аркан. Подуспокоившаяся майяэр делает пару шагов к брату и оказывается осыпана с ног до головы пыльцой. К ней тут же устремляется рой насекомых. Лес оглашают новые потоки ругательств.

***

Нам удивительно везло – за время нашего пути еще ни одному эльфийскому отряду охотников не пришло в голову заглянуть в часть леса, по которой мы двигались к нашей цели. Конечно, Къю пристально следил за окружающим пространством – он был достаточно сильным менталистом и мог почувствовать приближение разумного существа за многие мили. Так что все понемногу расслабились, скинув ощущение нависающей угрозы. Я с интересом наблюдал как мои ученики постепенно все охотнее общаются со смертными, выведывая устройство их быта, обычаи и распорядок жизни, делясь, в свою очередь историями своего народа. Я и сам с интересом слушал истории о преодолении снежных пустошей горстки людского племени, ушедшей искать лучшей доли в неизвестность, просто потому, что не было никаких сил усидеть на месте. О долгой дороге сквозь снега, где единственным ориентиром было звездное небо, огромное и непостижимое в своей первозданной красоте. О потерях, что лишь больше сплачивали, о новой жизни, что зарождалась вопреки всему. И, конечно, любви, куда же без нее. – Мы с Мореной моей в один год родились, ток я по зиме, а она у меня летняя. – Рассказывает Торим, придирчиво оглядывая сломанную ветку причудливой формы. Я под его чутким руководством отрабатываю очередные приемы чуть вдалеке от лагеря. Должен признать, это занятие оказывается тяжелее, чем я думал. – Ох и проказливая бестия была, - продолжает он, - всю деревню могла на уши поставить, а потом ходить, значит, и лыбиться невинно, мол и не при чем она вовсе. – Придя к какому-то выводу на счет ветки, Торим аккуратно обрубает ее, и начинает тщательно оттирать от грязи и налипшей листвы. – Сколько раз мне за нее доставалось, сам уж не вспомню. Обидно было, что жуть. Думал, все, поймаю, все ей выскажу и помогать больше не буду, а она как глянет глазищами своими карими, да улыбнётся ласково, я и забуду все на свете, не то что глупую обиду. А в семнадцатый наш год, в день чествования дневного светила, я как увидел ее с распущенными косами, пляшущую меж костров, так и понял, что пропал. Вот прям совсем пропал, понимаешь? - Понимаю. – Киваю я, остановившись, чтобы перевести дух – пребывание в человеческом теле давало о себе знать, я начал уставать и нуждаться в дополнительных источниках энергии. – Я за ней год потом бегал, благосклонности добивался, а она все хвостом крутила. Строптивая. Даже подумал было, что совсем ей не люб, пришел прощаться, а она возьми да выйди ко мне в одной сорочке… - Торим совсем уж мечтательно вздыхает, прекращая стругать полюбившуюся корягу. – Эх и гонял меня потом ее батька по поселку! - Свадьбу то сыграли? – Хмыкаю я. Хотя и так понятно, но смертному явно приятно вспоминать о любимой жене. – А то! – Радостно кивает тот. - Три дня гуляли! Ну а ты что, парень? – Я? – Несколько даже теряюсь. – У меня с первой любовью как-то не срослось. Она всегда была такой прекрасной и далекой, как свет ее любимых звезд. А я оказался менее настойчивым, чем нужно. Когда она мне отказала – разозлился и сбежал кому-то что-то доказывать. – Ну, ничего, - решил подбодрить меня Торим, толкая кулаком в плечо, - вот вернешься… - Она вышла за моего брата. – Резко прерываю я смертного. Думать о том, что у нас могло бы что-то получиться с Вардой совершенно не хочется. К тому же тогда бы я никогда не встретил свое вредное сокровище. – Он стал… вождем нашего… поселения, - с трудом сдерживаю смешок, представляя какое бы лицо скривил мой светлейший братец, услышав это, - а мне уже давно нет места среди них. – Так отправляйся с нами! – Воодушевлённо предлагает смертный. – Мы тебе дом ладный справим. Не эльфийские хоромы, конечно, ну да ты их, как я разумею, и не жалуешь. Дело по душе найдешь, авось из наших девок кто приглянется. – Торим подмигивает и тычет мне локтем в бок. И что у них за странный способ поддержки связанный с нанесением несильных травм? - Спасибо, но я откажусь. – Тихо хмыкаю. А то, боюсь, их милая деревенька не переживет нашествия моего Майрона, решившего разобраться где меня носит. – Меня ждут… в другом месте. – Как знаешь. – Пожимает плечами тот. – Хотя я бы с первородными в жизни не остался. Не, они красивые, конечно, но больно уж… неземные что ли. Как тот топор, помнишь? Вроде и понимаешь, что хорош всем, а дрова им все равно рубить не станешь. – Причем здесь эльфы? – В некотором замешательстве интересуюсь я. – А ты, парень, всех умнее себя небось считаешь? – Посмеиваясь, подначивает меня смертный. – Али думаешь не видно, как ты с эльфами нашими разговариваешь? Будто знаешь давным-давно и нисколько они тебе не в диковинку. Спорю, ты и второй их язык знаешь. – Знаю. – Рассеяно признаю я. Что сказать, удивил. - То-то. – Кивает Торим. – В общем, думай сам, парень. Мы всегда тебе рады будем. – Спасибо. – Снова повторяю я. Подобная забота постороннего существа необычна и… приятна? Ладно, перерыв окончен, пора возвращаться к тренировке. --- Мне нравится лес. Кроны деревьев с пышной шапкой листвы всех оттенков зеленого из-за которых то и дело выглядывало жаркое летнее солнце. Легкий ветерок, проказливо носящийся между вековыми стволами и заигрывающий с мелкой порослью. Птицы передающие друг другу какие-то без сомнения важные новости мелодичными трелями. Где-то поблизости сновала мелкая живность, хищники старались держаться подальше от шумных двуногих, но тоже то и дело мелькали в диапазоне слышимости. Все вокруг было таким живым, что поневоле хотелось поглубже вдохнуть свежий воздух и просто наслаждаться причастностью ко всему этому. – Когда мы уже выберемся из этого зелёного ада? – Тихо простонал Майлосэ. Ехавший рядом Ларис тут же принялся отвлекать этого страдальца забавными историями. Как по мне, он слишком уж серьезно воспринимал все жалобы наших первородных и этого конкретного их представителя в особенности. – Эй, тут просвет впереди. Поляна, что ли, какая-то. – Крикнул нам Гомар, ускакавший немного дальше. – Твое нытье даже лесу надоело. – Тихо хмыкнул Ондорон, обгоняя Майлосэ. Все немного ускорились, желая посмотреть, что же там такое. Мы буквально выскакиваем на свет и замираем, оглядывая открывшееся пространство. Перед нами простиралась огромная поляна полукруглой формы большую часть которой занимало зеркальное пространство озера. Вода, сверкая на солнце, казалась посеребренной. Деревья нависали над водной чашей с правого края, окуная в воду ветви с темно-зелеными ромбовидными листьями, рядом ветвились лианы с мелкими розоватыми соцветиями. Тропа, по которой мы двигались бежала с правого края поляны, огибая озеро, и терялась из виду среди деревьев. – Привал? – Робко предложил Ларис. – Привал. – Кивнул Карик. Возражений не последовало, хотя была только середина дня и мы вполне могли пройти еще несколько миль. Мы устраиваемся на берегу озера, по правую руку от тропы, Мурух с Гомаром привязывают коней чуть в отдалении. Те отчего-то нервничают, фыркая и переступая копытами. Торим с Ондороном скрываются в лесу – нужно собрать побольше дров для костра. Карик привычно вытаскивает потрепанные карты, делая в них очередные пометки, Хамел занят инспектированием нашей провизии. Ванеслосэ, немного постояв, словно впитывая в себя открывшийся пейзаж, судорожно роется в дорожной сумке, доставая чистые листы бумаги и набор красок, тщательно выбирает себе место и принимается за работу. Рядом с ним тут же оказывается Майлосэ, около которого устраивается Ларис. Убедившись, что все на месте и заняты своим делом, подхожу к Къёдлосэ. Тот как всегда отрешённо гипнотизирует водную гладь. - Видишь что-нибудь интересное? - Слишком много. – Помедлив, отзывается тот. Я вглядываюсь в воду, но улавливаю лишь отголоски какой-то силы. Проклятье. Чем ближе я к цели, тем жестче рамки, выставленные игрой. Нужно закрепить на подкорке сознания – не создавать что-то из чего я не смогу найти лазейку. - Я не могу найти нижнюю точку этого водоема» - делится сомнениями Къю. – «Как будто тут вовсе нет дна.. - Баловство Ульмо. - Пожимаю плечами. – Он связал между собой все водоемы в Арде. - Только в Арде? Задумываюсь. Владыка вод был фигурой переменчивой. Его интересы и взгляды менялись по сто раз на дню так что никто уже давно не воспринимал всерьез очередные его «глобальные» планы и увлечения. Единственное, в чем он был постоянен – его категорическое нежелание жить вместе с собратьями. Он беспрестанно ныл, как ему плохо вдалеке от воды, что даже Манвэ в конце концов сдался, позволив ему обитать в его любимой стихии. И чем именно он там занимался знали разве что его майяр. С которыми тоже никто особо не горел желанием общаться – мало кому нравилось, что собеседник в любой момент может попытаться тебя слегка притопить. Хотя, Обби и Дарри общаются с Оссе. Нужно будет их расспросить, может всплывет что-нибудь интересное. - Мы это выясним. Видишь какую-нибудь угрозу? - Там что-то есть. - Помедлив, отзывается Къю. – Но я не уверен, насколько оно опасно. - Дай знать, если что-то изменится. - Къю кивает и садиться на берег невдалеке от увлекшихся картиной братьев. А я решаю пройтись по берегу. В текущем состоянии я могу ощущать лишь слабые потоки энергии, идущие от воды. Прислушиваюсь к каждому из них, раскладываю на составляющие, анализирую… Плеск совсем рядом сбивает всю концентрацию. Оглядываюсь и тихо ругаюсь: наши смертные друзья решили устроить массовый заплыв. Конечно, погода стоит жаркая, а вода дарит спасительную прохладу, но зачем же так опрометчиво соваться в неизвестную область! Хотя, что я хочу от людей, отправившихся на удачу в совершенно неисследованные земли? Некоторое время наблюдаю за беспечно плещущимися смертными, устроившись на берегу. – Хватит там тухнуть, айда к нам! – Машет мне проплывающий мимо Торим. Я, вежливо улыбнувшись, отрицательно качаю головой, и тут же оказываюсь окачен ледяной водой. Этот гад, хохоча, уплывает к остальной компании. Отфыркиваюсь и, стянув мокрые тряпки, бросаюсь в погоню. Ну я ему сейчас устрою! Наплававшись, мы выбрались на сушу. Все выглядят заметно посвежевшими. Весело переговариваясь, смертные устраиваются вокруг костра, эльфы тоже потихоньку подтягиваются поближе. Так и не дотопленный мной Торим выуживает из недр сумки ту самую корягу, заметно преобразованную и принимается что-то на ней вырезать. Или из нее? А, ну их. Лучше прогуляюсь. Я неторопливо бреду под нависающими ветвями деревьев, аккуратно обхожу падающие в воду лианы, сам не зная с чего мимолетно прикасаюсь к листьям, обвожу кончиками пальцев соцветия. Все таки Йаванна создает удивительно красивые формы жизни. От любования творениями сестры меня отвлекают водяные брызги. Во имя Хаоса, я сейчас все таки дотоплю этого идиота! Оборачиваюсь к озеру, но водная гладь оказывется совершенно пустой. Хмм. Подхожу ближе, всматриваясь в воду. Легкая быстрая тень мелькает на дне, попадаясь в зону видимости всего на секунду. Затем еще одна. И еще. Я заворожено наблюдаю за этим, прислушиваюсь, пытаясь уловить их мелодию. Это что-то совершенно новое. Что-то чего раньше не было в Арде и не планировалось быть! И будь я дважды проклят, если это не работа владыки вод! - Мастер - Къёдлосэ возникает рядом со мной, также жадно вглядываясь в воду. Он впитывает новую информацию о мире, применяя ее к имеющейся, чтобы внести необходимые изменения в систему мировосприятия. Анализ превыше всего. Могу поспорить, был бы здесь Мейли, он уже сиганул бы вниз, желая побыстрее узнать новую тайну. Я и сам с трудом сдерживался, чего уж там. Ведь это была новая жизнь! До этого, помимо меня, что-то новое незапланированное в Арду принес лишь Алуэ, создав расу гномов. Я его даже зауважал. До того, как узнал, что из-за мимолетного недовольства Илуватора тот чуть было не уничтожил собственные творения. А теперь оказывается, что и Ульмо не сидел эти эпохи без дела. - Мы не чувствовали их в мире. Они новые? - Не думаю. Вода. Она экранирует все, что происходит в его владениях. Хаос, до чего же хочется посмотреть на его подводный мирок! Там же наверняка уйма всего интересного. Вот закончу этот поход и… - Что будет, если об этом узнает ваш отец? - Он их уничтожит. – Мрачно отзываюсь я. - «Они созданы вне замысла. И Ульмо, в отличии от того же Алуэ, прекрасно понимал, что нарушает правила. И осознано скрыл свое преступление. И путь к нему в гости мне заказан. Я не сомневаюсь, что отец пристально следит за моей деятельностью здесь и, реши я отправиться к Ульмо, он непременно заинтересуется, почему его взгляд проскальзывает мимо водоемов, не углубляясь внутрь. А погубить новый вид из-за своего любопытства… даже я не настолько жесток. - Не стоит распространять эту информацию. - Даже нашим? -Только ученикам. И предупреди, чтобы не болтали. Къю кивает. Мы некоторое время молча наблюдаем за мелькающими тенями, а потом медленно направляемся в лагерь. Интересно, как долго сами подводные жители смогут выдержать изоляцию от большого мира. --- Мы выбираемся из леса к концу пятого дня следующей недели и дружно останавливаемся на ночевку под кронами деревьев. – Первый раз к горам выбрался? – Беззлобно подтрунивает устроившийся у костра Торим. В бесформенной когда-то палке отчетливо проступал силуэт причудливого зверька. – Можно сказать и так. – В те далекие времена, еще до первой войны, мы облетали всю Арду и не было ни одного места в этом мире, в котором я не бывал. В горах прятались самые ценные минералы. Мы добывали их машинами Моандереля на радость Майрону. Но тогда я и близко не ощущал такого трепета, что охватил меня сейчас. Может быть, все это влияние человеческого вида? Хребет скал казался мне бесконечным, монументальным и вечным. Страшно захотелось перекинуться в истинную форму и проделать пару брешей в этой природной крепости. Вонзаю ногти в ладонь и прикрываю глаза. Давненько меня такой жаждой разрушения не накрывало. К Кхорну, что ли, в гости наведаться? – Так странно. – Заговорил непривычно задумчивый Ларис. – На эти же горы смотрели наши отцы и деды и будут смотреть наши дети и внуки, а они никак не изменятся. – На моей памяти они меняли свой ландшафт раза три. – Пренебрежительно фыркает Майлосэ. – Последний раз – незадолго до появления солнца. Смертные взирают на него со смесью недоверия и ужаса. - Ты застал времена до появления Солнца? - Искренне поражается Ларис. - Как и почти все эльфы. - Снисходительно улыбается Майлосэ. - Мы живем очень долго. Ступив на первый каменный выступ, я чувствую как остатки магических сил покидают меня. Всеблагой Хаос, я себя таким беззащитным даже в момент творения не ощущал! Ученики, чувствуя мою нервозность, подтягиваются ближе. Къёдлосэ вопросительно смотрит, я качаю головой – осанвэ мне до конца путешествия не доступно. – Здесь живут два гномьих клана – Огнебороды и Широкоступы. Мы сейчас во владениях Огнебородов. – Просвещает нас Ондорон, как самый знающий. – Занимаются добычей алмазов. Живут торговлей, в основном, с принцем Маэдросом. Вот только свое главное сокровище строптивые бородачи продавать отказались. Маэдрос расстроился и рассказал об этом братьям, а те так кстати вспомнили… паразиты мелкие. Эх, соскучился. Пейзаж медленно изменялся. Все меньше попадалось зеленых полянок, трава и редкие кустарники, мелькавшие среди камней, были покрыты серебрянкой инея. Я плотнее закутался в плащ – от пронзительно холодного ветра буквально не было спасения. Так вот что значит – «пробирать до костей». Приличную пещеру, способную вместить нашу компанию, мы находим уже затемно. Приваливаюсь спиной к скале и наблюдаю, как Мурух сооружает костер из набранных по пути веток. Торим как обычно подтрунивает над всеми – и откуда силы берутся, спрашивается? Тепла от костра не так много, но без ветра тут довольно… терпимо. Прикрываю глаза, мимолетом прислушиваясь к ставшему каким-то привычным лагерному шуму: шорох карандашей по бумаге – Карик с Ванеслосэ зарисовывают новые участки на картах, тихое ворчанье Муруха, Хамел пересыпает крупы, сооружая наш будущий ужин, Гомар шаркает ножом о точильный камень. Ларис почти не дыша вслушивается в мелодичную речь Майлосэ – тот со скуки снизошел до обучения смертных квенья. Къю и Ондорон в медитации – один наверняка осматривает округу, обращаясь к разуму зверей, а второй погрузился в скальную породу. Дрова в костре уютно потрескивают. Лениво размышляю о том, что нужно перебраться поближе и, видимо, вырубаюсь. – Просыпайся, спать пора. – Кое-как разлепляю глаза и хмуро смотрю на лыбящегося Торима. Тот споро всовывает мне в руки миску с кашей. – А ты, никак, устал? – Привычно насмешливо интересуется смертный, но взгляд – цепкий, пронзительный, я уже замечать научился. – Да, долгий был день. – Отзываюсь как можно более нейтральнее. – Или тебе просто горный воздух не по нраву? – Вот же зараза внимательная! – Воздух как воздух. – Торим скептически хмыкает, но отстает. Пожимаю плечами и переключаю внимание на еду. Так себе источник энергии, конечно. Интересно, при соприкосновении с настоящим Источником человеческая оболочка разрушится? Одна из миллиона вещей, которые нужно будет проверить.