Ровно 3:44

— Темой нашего урока будет гора Кифо, запишите её в тетрадь и продолжим, — тихим меланхоличным голосом, от которого хотелось спать, проговорил учитель Квак. — Так как сегодня у нас последний урок перед летними каникулами, то я не буду вас нагружать чем-то сложным. Итак, что вы знаете о нашей горе Кифо?       Чимин с самого утра клевал носом, часто зевал и кое-как заставлял себя открывать глаза, потому что уснул только ближе к утру. Вчера у них с командой были городские соревнования по баскетболу, в которых парни выиграли с небольшим отрывом благодаря, по большей части, Мин Юнги, которого в их команду впихнул тренер. Чимин изначально был против таких нововведений, но, увидев того в действии, решил, что не так уж он и плох и его присутствие в сборной только улучшит их положение в структурной таблице.       Работая с Юнги в команде, им часто приходилось разговаривать и сотрудничать друг с другом, потому что оба были лучшими игроками школы. Чимин не знает в какой момент это произошло, но Мин перестал его бесить и раздражать. Поначалу, конечно, они оба еле справлялись с непреодолимым желанием врезать друг другу как можно больнее, но постепенно эти чувства стали сходить на «нет» и они просто забыли о былой вражде. Сейчас они неплохо общаются и почти не ссорятся, и уж тем более не дерутся между собой, но и друзьями их сложно назвать. — Пак Чимин, что вы знаете о горе Кифо? — учитель Квак, вставший над партой Чимина и Тэхёна, задал этот вопрос уже как минимум три раза и сложил руки на груди, ожидая ответа от своего ученика.       Теплые солнечные лучи, падающие на парту друзей, озаряли своим светом лицо мальчишки, и тот, сам не заметил, когда стал кемарить прямо на уроке. Чимину нравится лето, нравится его запах, который можно уловить еще в середине весны, нравится летний свет. В этом времени года есть что-то заманчивое, что-то, что подкупает даже самых недовольных.       Тэхён, посмеиваясь, толкнул Чимина, подпирающего голову рукой, так сильно и резко, что Пак, не ожидавший этого, чуть не стукнулся подбородком о парту, отчего весь класс взорвался смехом. — Чимин, каникулы ещё не начались, а ты уже начал отдыхать? — усмехаясь, спросил учитель, стоя над Паком, который вытирал рот тыльной стороной ладони от слюны. Тэхён, украдкой наблюдая за другом, хихикал, закрывая рот кулаком. — Нет, простите, учитель, — проговорил Чимин, окончательно пробуждаясь от атаковавшей его дрёмы. Учитель так и продолжил стоять над Чимином, дожидаясь ответа на заданный ранее вопрос. — Что ты знаешь о Кифо? — шёпотом спросил Тэхен, заранее пихнув друга локтем. Учитель Квак с полуулыбкой кивнул, отходя к своему месту за кафедрой у доски. Чимин встал из-за парты, почесал затылок, чем вызвал ещё один нервный смешок у Тэхёна. — Ну, о горе Кифо известно мало, практически ничего, — неуверенно ответил Чимин, исподлобья смотря на учителя. Тот, в свою очередь, сплел свои пальцы между собой и облокотился на стойку, с плохо скрываемой улыбкой он кивнул, показывая ученику, чтобы тот продолжал. Пак посмотрел на Тэхёна, а тот, уже в открытую заливаясь от смеха, прятал лицо в изгибе локтя. Слушая подсказки со всего класса, мальчишка начал свой ответ: — Гора Кифо была создана руками первых людей, живших в этой местности. Это было своеобразное захоронение убитых мамонтов, а слово «кифо» как раз и означает на первобытном мамонт. — Я вас понял, Пак, садитесь и записывайте, конспект урока проверю в конце. — произнес учитель Квак, а Чимин разочарованно сел на место, кулаком ударяя Тэхёна по плечу, замечая почти беззвучные смешки не только со стороны своих друзей — Джина и Намджуна, но и со всего класса; громче всех заливался, конечно же, Джун, а вместе с ним наравне и Юнги, не стараясь даже это скрыть. — Не думайте, что конспект урока я буду проверять только у Пака, дорогие мои, так что берите ручки в руки и пишите.       Чимин всегда недолюбливал историю, но, как лучший ученик класса, он не мог себе позволить плохо её знать. Защищая класс, а иногда и школу на конкурсах и олимпиадах, многие учителя шли ему навстречу, в том числе и учитель Квак. Классный руководитель не требовал от Пака чего-то сверхъестественного, как, в принципе, от всего класса, зная, что история им мало чем пригодится в дальнейшей жизни. Тем более в классе были ученики и посильнее, например, Намджун или Арём, которые, как считал лично Пак, душу дьяволу продали за то, чтобы знать этот предмет так, будто сами участвовали во всех войнах и переселении народов. — Итак, начнём с того, что раньше, за много веков до нашей эры, на наших землях жили разные племена африканского народа, в том числе и племя суахили. Завладев этой территорией, племя начало разрастаться и вскоре стало полноценным, отдельным народом, о чём говорят найденные предметы быта, — учитель сделал паузу, давая ученикам записать материал в тетрадь. Тишину в классе нарушали лишь звуки ручек о тетрадь. — Упоминаний о том, куда делся народ в последующие года — нет. Территория нашего города была долгое время отрезанной от остального африканского народа. Благодаря перенаселению народов в наши края попали африканцы, но из-за неподходящего климата тут смогло прижиться только одно племя — суахили.       Учитель окинул взглядом класс. Каждый, не поднимая головы, писал в своей тетради текст, диктуемый классным руководителем. За учителем Кваком было сложно поспеть, это знал каждый его ученик: он диктовал быстро, редко прерываясь на паузы, поэтому все старались не отвлекаться ни на звуки из коридора, ни на крики со школьного стадиона. — В 1867 году, при очередных раскопках, у подножия горы Кифо исследователь восточных культур Ян Бенджамин Калиц, можете записать только его фамилию, — уточнил учитель, — обнаружил слой магмы, спрятанный глубоко под несколькими слоями почвы. Это всколыхнуло общественность историков и исследователей, потому что даже «мёртвых» вулканов, не говоря уже о действующих, поблизости никогда не было. С тех пор ничего не поменялось и новой информации о том, куда мог деться некогда живший тут народ, нет, — Юнги, сидя на первом ряду, на пару парт впереди, повернулся к Чимину и кивнул в сторону учителя Квака. Чимин сразу сообразил, на что тот намекает, и улыбнулся, вспоминая их разговор про Помпеи и Везувий.        Вверх взлетела рука Арём, и Чимин не соврет, если скажет, что был в шоке от происходящего, потому что одноклассница всегда знала ответы на заданные учителем вопросы, да и сама их никогда не задавала, почти никогда. Учитель кивнул, давая возможность спросить интересующий вопрос. — Учитель, а как тогда переводится слово «Кифо»? Я искала информацию, но ни в одной библиотеке ответа я не нашла, — разочарованно спросила девчонка, обиженно дуя губы. Чимин, наблюдая за этой картиной не на уроке, а в свободной обстановке, даже поспорил бы с Тэхёном на 500 вон, что она зарыдает от обиды через несколько секунд. В глубине души Чимину было её даже жалко, ведь это единственный предмет, в котором она разбиралась даже лучше самого Намджуна (это понимали все друзья, но, поддерживая его самоуверенность, никто ничего не говорил, потому что обиженный Намджун — самый худший друг Намджун). — А вы и не найдете нигде упоминания перевода. Народ суахили очень древний, упоминаний о нём осталось настолько мало, что некоторые исследователи не то, что до сих пор не могут определить примерное время их проживания здесь, но и в принципе ставят вопрос об их существовании. Так что говорить о точном переводе нет смысла, так как название передавалось из уст в уста, от одного племени к другому и так далее. Вполне может быть, что «кифо» слово не из языка суахили, а его интерпретация на другие языки, не стоит забывать о великом переселении народов и о том, кто жил в этой местности. — Арём вполне удовлетворил ответ учителя, и, садясь обратно на место, она даже повеселела. — Кстати, кто ответит мне, какие народы жили на территории нашего города? — вверх поднялось несколько рук, в том числе и рука Джуна.       Всё оставшееся время до конца урока Чимин просто коротал время, рисуя на полях тетради завитки, разнообразные узоры, человечков причудливой формы; мальчишка и думать забыл о том, что конспекты будут проверяться в конце. После рассказанного учителем материала Чимину стало немного не по себе, а в голову полезли странные мысли. Парню казалось, что всё в этом мире имеет своё объяснение, что всё, что существует или когда-либо существовало обязательно будет доказано, но, как оказалось, он ошибался.

***

— Вам не кажется это странным? — спросил Чимин у друзей, когда они всей баскетбольной командой выдвинулись в сторону стадиона. Намджун, Джин и Тэхён, шагавшие по обе стороны от Чимина, удивленно посмотрели на друга. — То, что рассказал нам учитель Квак о нашей горе. — Мальчишки посмотрели друг на друга, пожали плечами и замотали макушками, всё ещё не до конца понимая, к чему клонит Пак.       Они своей маленькой компанией шли поодаль от основной группы. Впереди всех шёл Юнги с перекинутым через плечо спортивным рюкзаком, напоминающим по форме сумку для теннисных ракеток, со своими новыми друзьями и рассказывал какую-то весёлую историю, судя по тому, как постоянно взрывалась компания от смеха. Он активно жестикулировал руками, изображая что-то, отчего со стороны наблюдать было довольно забавно. Чимин хоть и был постоянным игроком в баскетбол, но общался в свободное от тренировок время только со своими друзьями, потому что считал всех парней полнейшими тупицами. Именно поэтому он ничуть не удивился, когда Юнги, придя в сформированную команду, быстро нашёл себе соратников, таких же глупых, как и он сам. — Это же так удивительно, что, живя тут столько времени, никто не смог разгадать тайну горы Кифо, — заговорщически произнес Пак, специально понижая тон голоса для пущей выразительности. — Намджун, разве ты так не считаешь? — Нет, потому что учитель сказал, что в прошлом веке был найден слой магмы, а значит, что если продолжить раскопки сейчас с новыми технологиями, то вполне возможно, что мы узнаем откуда она и где находится старый мёртвый вулкан, — ответил Намджун, пожимая плечами и откусывая припрятанный из столовой пирожок. — А я вот думаю, что вулканом запросто может быть сама гора, — сказал Тэхён, поднимая указательный палец вверх. — А почему нет? Других догадок всё равно нет, а саму её не исследовали, — Джин, не удержавшись, отвесил по лбу Кима звонкий щелбан, на звук от которого обернулись впереди идущие парни. — Ну и бестолочь же ты, Тэхён, — произнес Джин. — Это почему же? — обиженно надув губы и потирая красный лоб, спросил Тэхён. — Потому что уроки не учишь. Нам же рассказывали, что из-за расположения горы: она неустойчивая, любое механическое воздействие на неё приведет к обвалу и последующему землетрясению, а если оно будет, то город будет уничтожен. Даже подземные толчки на неё так не влияют, как человек и его техника, — с видом столетнего профессора закончил Джин, закатывая глаза. — Да ладно, ладно, понял я, ну, а драться-то чего? — всё также обиженно спросил Тэхён, отчего друзья звонко засмеялись, вызывая широкую улыбку и у Кима.       Друзья после тренировки вскоре разделились на излюбленном перекрестке, и каждый пошёл в сторону своего дома, а по приходу домой Чимин поел и сел за книгу о Помпеи, которую закончил читать уже в четвертом часу ночи. Школа официально закончилась, сегодня был последний день, и начались летние каникулы, поэтому свободное время можно было потратить на любимые занятия и хобби. Вернувшись с тренировки и чувствуя себя, словно он выжатый и перемолотый лимон, Чимин лёг спать, а проснувшись уже в восьмом часу, решил поужинать и взяться за книгу, которую давно планировал прочитать, да времени на неё всё никак не хватало.       Однажды, в один из последних дней подготовки к соревнованиям, Чимин пришел в спортзал раньше всех остальных. Переодевшись, он достал Жюля Верна и его книгу «Золотой вулкан», подаренную несколько месяцев назад бабушкой на четырнадцатый день рождения Чимина, и принялся за чтение. Мальчишка и не заметил, как в помещение кто-то зашёл и сел рядом, вчитываясь в напечатанные слова. — Довольно интересно, дашь потом почитать? — от резкости вопроса Чимин аж подпрыгнул, вызывая улыбку к собеседника. — Зачем же так пугать? — Пак попытался отдышаться и успокоить громко стучащее сердце. Он был полностью погружен в повествование, совершенно забывая, что существует реальный мир. — Да, конечно, только дочитаю сам. — Ты читал «Последние дни Помпеи» Буливера Литтона? — спросил Юнги, рассматривая обложку чиминовской книги. Мальчишка покачал головой. — Хочешь принесу тебе? Очень интересная, ты и не заметишь, как всю прочитаешь. — Там тоже про вулканы? — Да. Слышал про Помпеи? — Чимин удивленно уставился на Юнги и помотал головой. — Совсем ничего не знаешь? — Вообще ничего, — Чимин снова замотал головой. — Это греческий город такой, давно существовал, — Юнги удобнее сел на пол, облокотился спиной и затылком на стену, а руки расположил на коленях. Чимин последовал его примеру, закрыл книгу, кладя её рядом с собой. — Раньше, очень-очень давно был город — Помпеи. Люди жили там достаточно счастливо, пока кое-что не случилось. Везувий, вулкан, который находился рядом с городом, стал просыпаться. Помпеи и ближние города были почти заживо погребены под магмой и пеплом. — Все погибли? — тихо спросил Чимин, впечатлившись историей. Ему вмиг стало так грустно, будто всю радость из него высосали, обглодали и оставили одну лишь тоску. — Нет, большая часть города успела спастись, но многие так и остались погребенными под пеплом.       Чимин чувствовал себя нехорошо. Будь он девчонкой, зарыдал бы сразу, но он парень, мужчина, а значит слезам не быть, как бы грустно ни было. Пак вообще довольно впечатлительный малый, часто расстраивался из-за всего: то кошку на улице увидит подбитую, то птенчика со сломанным крылом, весь путь домой тянет, а потом рыдает в своей комнате, пока никто не видит. И если животных он лечит и выпускает на волю, то с грустными плаксивыми фильмами вообще справиться не может, поэтому и смотрит их редко. — Думаю, мне будет интересно прочитать про этот город.       Так парни обменялись книгами. Юнги уже давно вернул Чимину книгу, а вот второй всё никак не мог за неё взяться: то школа выматывала, то конкурсы и олимпиады, участником которых Чимин был постоянно, то ежедневные тренировки по баскетболу в рамках школьных и городских чемпионатов. После всего этого сил не оставалось совсем и Чимин, доходя до своей кровати после выматывающих уроков, просто вырубался и крепко спал до следующего утра. Но сейчас школа окончена, а впереди лишь очередные соревнования, отбор на которые будет проходить лишь в середине июля. Сейчас можно расслабиться, полежать допоздна с книгой в руках, включив плеер с любимыми песнями.       На часах было ровно три сорок два, когда Чимин полностью вырубился, попадая в красочный, но очень печальный сон, где он, будучи древнеримским историком Тацитом, помогал спасать Помпеи.