Моя Атлантида

Конец июня 2030 года

Она выходит на лёд, и пространство вокруг него словно сгущается. Юдзуру скользит глазами по её телу, подмечая каждую мелкую деталь, которая сейчас кажется такой важной и необходимой. Её ноги, как и раньше, обтянуты тренировочными штанами, которые подчеркивают все мышцы, заставляя его нервно сглатывать при каждом ее движении. Поверх тренировочной кофты накинута ветровка, призванная спасать ее от холода катка, а его ограждать от излишних мыслей. Женя сейчас олицетворение невинности. Только в его голове рождаются не самые целомудренные мысли. День летит за днем, и ему становится просто невыносимо смотреть на неё. Быстрая, ловкая, наслаждающаяся фигурным катанием. Она шутит с его учениками и взмывает с ними вверх в параллельном флипе, задорно смеясь после приземления. Женя доводит до совершенства программы, вкладывая в каждую из них свою душу и частичку самой себя. Она не торопится, помогая оттачивать каждую из деталей. Она не переживает за время, обещая лишь сделать всё для того, чтобы программа была идеальной. И когда в один из дней она неловко падает на лёд, он не выдерживает и помогает ей подняться, задерживая свои руки на ее теле чуть дольше положенного. Она не сводит с него взгляда своих карих глаз, так же пристально всматриваясь в его и ведя молчаливый разговор, понятный лишь им двоим. Юдзуру не осознает, как после тренировки вылавливает ее в коридоре и затаскивает не сопротивляющуюся девушку в тренерскую раздевалку, на ходу прикасаясь своими губами к её. Она с ответной страстью приникает к его рту, растворяясь в мужских объятиях и обжигающих поцелуях, скользя руками по его телу, прощупывая каждый миллиметр. Ему хочется раствориться в ней, почувствовать нежную кожу, услышать ее несдерживаемые стоны, насладиться ароматом родного тела… — Юзу, — она тихо стонет, когда он переключает своё внимание на её шею, и сильнее цепляется за его плечи, подставляясь его губам и горящим ладоням на её бедрах. Воздух пропитан сумасшествием и страстью, которая окутывает их в свой кокон, ограждая от окружающего мира. Он скользит рукой ещё ниже, подхватывая ее под ягодицу и прижимая своим телом к шкафчику. Женя вся льнёт к нему, находя его губы и касаясь их с такой страстью, словно лишь этот поцелуй может спасти её от неминуемой погибели. — Женя, — японец выдыхает ей в губы, пытаясь собрать остатки разума и остановить это безумие, в которое затянул их обоих. Но её ладошки, проворно задирающие его футболку, её губы, с такой нежностью касающиеся его шеи… Она вся его наркотик. — Просто молчи, — Женя смотрит в его глаза, и все сомнения выветриваются из головы. С новой волной страсти он отбрасывает все мысли, рукой проскальзывая за резинку ее спортивных штанов. — Твою ж… — он ощущает лишь голую кожу под своими руками, смотря в её помутневшие от страсти глаза. Она хитро улыбается, закусывая свою опухшую от поцелуев губу, и прищуривается. — Я не люблю, когда что-то нарушает цельность образа и костюма, Юдзуру, — проговаривает четко его имя, ногами сильнее сжимая его бедра и ощущая его возбуждение напротив своего живота. — Тебя создали, чтобы ты меня каждый раз убивала. Ему не остановить себя, когда она трется о его член и тихо постанывает, с издевкой в глазах посасывая указательный палец. Юдзуру просто не может себя контролировать и, резко поставив её на ноги, срывает с неё штаны и разворачивает девушку спиной к себе. Скользит рукой между её ног и удовлетворенно усмехается, ощущая влагу на своих пальцах. — Наклонись, — он хрипло шипит ей куда-то в затылок, положив одну руку на поясницу и заставляя прогнуться. Женя податливо хватается за скамейку, подставляясь ему. Сейчас она его, сейчас ничего другого не существует. Юдзуру медленно входит в неё, оставляя на нежной коже синяки, в точности очерчивающие его пальцы. Ее жар прошибает его насквозь, заставляя отчаянно хватать воздух. — Держись крепче, — его движения быстры и размашисты. Единственное, чего она оба пытаются добиться, это удовольствие. Жене кажется, что она забывает, как дышать, когда он просто врывается в неё, крепко удерживая её бедра и не давая пошевелиться. Прижимается грудью к скамейке и пытается сдержать громкие стоны, которые готовы вырваться наружу. Краем сознания понимает, что их могут услышать, и впивается зубами в своё предплечье, прогибаясь ещё сильнее. — Иди ко мне, — резко поворачивает к себе, прижимая совсем не сопротивляющуюся Женю к стене, и позволяет им обоим почувствовать огонь, скользящий по венам. Делает несколько резких движений и касается её клитора, поглаживая и заставляя Женю рвано хватать воздух. — Давай, детка. И с тихим стоном кончает следом, утыкаясь лбом в ее плечо и стараясь не издать крика, пока она судорожно хватает ртом воздух, цепляясь за его плечи. Его сил хватает лишь на то, чтобы опуститься вместе с ней на пол и усесться, прижавшись спиной к прохладной стене. — Женечка, — прижимает к себе ее осторожно, целуя в висок и поглаживая ее бедро. — Не замерзла? — Всё нормально, — Женя опускает голову на мужское плечо и закрывает глаза, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце. В голове нет ни одной мысли – и от этого так хорошо. Только мужские руки, так крепко и уверенно держащие ее в своих объятиях. Тепло его тела рядом, аромат, присущий исключительно Юдзуру, и легкие поцелуи в висок – для неё сейчас не существует другой реальности, только этот мир, наполненный его присутствием рядом. — Мне нравится твоя татуировка, — усмехается, проводя пальцем по олимпийским кольцам в самом низу живота. — Иронично немного, но в этом вся ты. — Иронично, если бы я набила ее на копчике, а так, — усмехается и откидывает волосы назад, проводя рукой по шее и стирая пот. — Я хочу принять душ, если ты не против. Сегодня была очень активная тренировка. — Только тренировка? — Юдзуру громко смеется и помогает ей подняться, оставляя легкий поцелуй на её щеке. — Пойдем, нам обоим стоит хорошо расслабиться перед вечерней тренировкой со старшими. *** — Юдзуру, мне действительно не нравится переход из дорожки в каскад, — Женя качает головой и прислоняется спиной к бортику. — Нет, это будет ужасно смотреться на арене, да и баллы могут придержать. Ты и сам знаешь, что им только дай повод, как тут же не досчитаешься пяти баллов. — Я понимаю, но то, что ты предлагала изначально, ему не подойдет. Он не вытягивает, ты сама знаешь, — Юдзуру пожимает плечами и кутается в кофту. — А если нам поменять финальные связки, чтобы он выезжал не в том углу, а ближе к центру? Женя задумчиво что-то записывает себе в блокнот и качает головой, вся отдаваясь процессу. Быть рядом с ней в такие моменты становится невероятно приятно — девушка словно раскрывается с другой стороны. Для неё не существует сейчас ничего, кроме фигурного катания и цели поставить новую идеальную программу. Юдзуру даже завидует собственным ученикам, которым она дарит всё своё внимание. — Я придумала, — оставляет вещи на бортике и скользит в самый центр, пробуя свой вариант. Делает знакомые выкрюки и в самом конце поворачивается лицом к нему и прочерчивает рукой воздух, словно разрубая его невидимым мечом, и разгоняется для каскада. Юдзуру внимательно следит за каждым её движением и задерживает дыхание, когда она взлетает вверх в тройном тулупе и добавляет к нему двойной. Аккуратно выезжает и останавливается около мужчины, отбрасывая выбившиеся пряди волос назад. — Мне кажется, что этот вариант будет намного лучше. С него удобно заходить на тулуп, а потом как раз продолжит рисунок и уйдет во вращении. Юдзуру незаметно берёт её за руку и довольно улыбается: — Ты невероятная, Женя. — Ты сейчас о программе или вообще? — она счастливо улыбается и сжимает его пальцы в ответ. — Нужно пробовать вкатать программу в этом виде, пока я тут, и если возникнут трудности, то будем изменять и делать её под него. Я хочу поработать ещё пару дней над хорео в зале, мне не нравятся его руки в дорожке, хочу, чтобы он прочувствовал музыку по-настоящему… — Я все сделаю, как ты сказала, — кивает ей и бросает взгляд на часы. — Может закончим? А завтра продолжите вкатывать программу, доработаете мелочи как раз. А сейчас я уже жутко хочу ужинать, да и ты, наверняка, устала целый день то с мелкими, то со взрослыми. Юдзуру тянет её с катка, не забывая забрать вещи, и не может оторвать взгляда от девушки. С раскрасневшимися щеками и горящими глазами она снова заставляет его хотеть затащить её в постель и не выбираться до самого утра. Но рациональная сторона говорит о том, что нужно обуздать свои чувства и провести приятный вечер вдвоём с ней, пока представилась такая возможность. И сидя с ней в обнимку на кровати за просмотром какого-то непонятного фильма Юзу расслабляется и отпускает ситуацию. Женя смеется и периодически объясняет ему какие-то шутки, одновременно угощая его то конфетами, то ягодами, которые остались в качестве десерта. — Тебе не кажется, что уже давным-давно пора спать? — Юдзуру зевает в её плечо и прижимает девушку крепче к своей груди. — Ммм… — Кажется, поэтому доедай ягодку, — кладет ему в рот клубниченку, — я всё уберу тут, а ты укладывайся. Быстро выбирается из его объятий и скользит по комнате, поправляя вещи. Юдзуру с ленивой усмешкой наблюдает, как девушка быстро заплетает волосы в косичку, из-за чего его футболка на ней задирается и чуть оголяет ягодицы. Ему нравится её непосредственность и легкость, с которой она себя ведет в его обществе. — Почему ты не остался работать с Брайаном? — она устраивается рядом с ним и задаёт волнующий её вопрос. — Мог бы несколько лет практиковаться в Крикете, получать навыки, а потом вернуться на родину. Я не говорю, что ты плохой тренер или что-то ещё, но ведь ты мог ещё на несколько лет продлить свою свободу… — Потому что нужно было вернуться в Японию. В тот момент я считал, что должен отдать свой долг родине, которая столько лет заботилась обо мне, поддерживала и дарила свою любовь, — тяжело вздыхает. — А когда понял, что я не нужен родине и меня хотят использовать в качестве трофея, то было уже слишком поздно. Поэтому я просто покорился и проживал все эти годы так, как мне диктовали. — Как отреагировали на это твои близкие? — Женя проводит рукой по его плечу и замирает недалеко от сердца. — Юми-сан была счастлива? — Да, мама была счастлива, что мы породнились с императором. Она не знает всех подробностей моего брака, да и зачем? Ей достаточно быть уверенной, что обо мне заботятся, я продолжаю заниматься любимым делом и у меня есть свои цели. И всё. Женя пододвигается поближе и оставляет легкий поцелуй на его шее в районе кадыка. — Почему ты тогда мне не позвонил? Я бы все поняла, мы бы что-нибудь придумали вместе. — Потому что был дураком, — Юдзуру обхватывает её руками и притягивает к себе. — Я думал, что смогу со всем самостоятельно справиться, да и казалось, что для тебя будет лучше жить в Москве, а не бороться вместе со мной против всего мира. Но, как оказалось, ты боролась тоже, только по-другому. Прости, милая. — Все в порядке, Юзу. Главная схватка ещё впереди, — грустно улыбается и прикрывает глаза. — Но мы со всем справимся, ведь ты сейчас рядом, а я с тобой. — Да. Я больше тебя не оставлю. Он лежит ещё некоторое время в темноте, прислушиваясь к её равномерному дыханию, и думает о том, как упустил своё счастье. Но сейчас, когда есть маленький огонек надежды, он хочет его превратить в огромное пламя свободы, сжигая все препятствия. Он любит Женю. И ради неё сделает всё.