Не дам тебе снова вернуться туда!

Дейдара шёл немногим впереди Сасори, который был заключен в марионетку Хируко. Они практически добрались до предполагаемого места встречи с Какудзо и Хиданом. Тем временем солнце уже садилось и напарники могли наблюдать прекрасный малиново-оранжевый закат сквозь густые кроны деревьев. — Пейн будет зол, если мы действительно облажались, — резко остановившись, сказал блондин, — надо было убить того парня, да. Сасори нагнал товарища и остановился напротив. Он видел беспокойство в глазах Тсукури и понимал, что тот и так переживает на счёт своей роли в Акацуки, а тут ещё и проблемы… С элементарным заданием! Может быть, если бы здесь был тот Сасори — который никогда не жил нормальной человеческой жизнью, то смог бы разрулить ситуацию. Но сейчас ему совсем не приходило в голову никаких мыслей. — Просто не переживай, — коснувшись кончиком скорпионьего хвоста плеча напарника, сказал Акасуно, — я сам всё объясню Какудзо. — Не надо меня покрывать. Какудзо дал это задание мне, он говорил его мне, ты был в отключке, если не помнишь! — уже не сдерживаясь говорил Дейдара, а из его языков на руках потекла глина. Он был готов начать взрывать всё вокруг. Было видно, что он находился на грани. Вероятно, предыдущие дни выдались очень тяжёлыми для него. Но Сасори даже не знал, что случилось и не мог спросить об этом, так как это выглядело бы странно. Поэтому он просто пошёл дальше, а следом за ним последовал и Тсукури, попутно создавая глиняные фигурки самых разных размеров, но взрывая только самые маленькие из них, чтобы не привлекать особого внимания. Красноволосый совсем не помнил Дея таким — обеспокоенным, нервным и находящимся в шаге от срыва. Но он всё ещё оставался тем самым Дейдарой — вспыльчивым, неугомонным и вечно задиристым. Что с ним случилось в этом мире? В дали леса показались Какудзо и Хидан. Оба напарника отдыхали, сидя неподалеку друг от друга. Приметив приближающихся парней, седовласый сектант вскочил с места и начал махать рукой в знак приветствия. Чему удивился не только Сасори, но и Дей. Вообще, по воспоминаниям Акасуно, Хидан был довольно жутким парнем, вечно жаждущим убийств в угоду своему религиозному культу. Да и речь его была отвратительной — слушать практически невозможно. Ещё и постоянные конфликты с ним… Извращенец, сектант и беспощадный убийца, падкий на мерзкие словечки. Да и в вечерней темноте тот со своей косой выглядел ещё более устрашающе. Дейдара обходя Хидана, сразу подошёл к Какудзо. Тот не стал даже разговаривать и сразу протянул руку к блондину в ожидании свитка. — Там нас ждала подстава, — решил взять ситуацию в свои руки Сасори, выглядящий весьма внушительно в своей марионетке Хируко, — передатчик ждал нас с подставными свитками. А в добавок прилагал ещё и сюрикенов, о которых мы ничего не знали. — Хм… — мужчина опустил руку и перевёл свой взгляд на Тсукури, — это, конечно, не то, что я хотел услышать… Вы убили его, узнали кто он и откуда? — Мы решили сначала сообщить тебе, — вступил в диалог Дейдара, — потому что он был странным. — Странным? — усмехнулся Хидан, поворочивая к себе за плечо блондина, — Ты на себя посмотри, ублюдок хренов. Комуко я знаю сто лет в обед и он оху*енный такой пацан, не то что ты, тряпка е*учая. Посмотри на себя, даже на мужика не похож, это же пи*дец! — Пошёл к чёрту, урод! — Дейдара перебил брань сектанта, хватая того за руку и откидывая прочь её от себя. — Только позоришь всех, — добавил красноволосый, оглядывая с ног до головы преступника-фанатика, — Как выглядит Комуко? — Какого х*я ты заступаешься за него? Как-как б*ядь! Голубые как твой дружок волосы, метр с кепкой — ростом мне по х*й, пучеглазый, — описывал своего знакомого Хидан. — По описанию похож, — размахивая металлическим хвостом, ответил Сасори, — может техника какая? — Может быть, — согласился с кукольником Какудзо, — вернитесь туда. Разузнайте всё. Нам нельзя сейчас отказываться от заказов, мы на нуле. Действуйте по ситуации. Вот вам деньги, но будьте экономнее. Мы с вами не скоро пересечёмся. И вероятнее всего только в конце недели в пещере. — Есть информация о заказчике? Кто мог нас подставить? — Заказ анонимный, — спокойно ответил мужчина, — но вот тот, кто должен был продать свиток… Его предложил заказчик, но Хидан знал его. Это местный мелкий ворюга — не более. Если он связался с кем-то из преступников… Ещё немного обсудив проблемное задание, все разошлись по своим делам. Сасори и Дейдара направились обратно к деревне. Сейчас их путь скорее лежал не совсем туда, а скорее к укромному местечку, где можно провести ночь. По дороге они нашли небольшую поляну среди леса. Сасори уже был в привычном юношеском обличии, и, запечатав Хируко, стал искать ветки, чтобы развести небольшой костёр. Всё же днём было гораздо теплее, чем сейчас. Дейдара снял с себя плащ и, усевшись на него, стал разводить огонь на том, что уже успел собрать его товарищ. Спустя некоторое время, когда костёр был разведен, оба напарника сидели рядом с друг другом на своих плащах. — Сасори но Данна, ты очень добр ко мне сегодня, хм, — улыбнувшись, сказал Дей и протянул руки к костру. — Ты сильный шиноби, — кивнул Акасуно и пододвинулся поближе к блондину, — я думаю, у тебя могло бы быть отличное будущее и без Акацуки. — Не могло быть, хм, — покачал головой Дейдара и поджал колени поближи к груди, — я террорист. И всегда им был. И буду. Я даже знаю, как умру. — Как? — поинтересовался Сасори, смотря на профиль напарника. — Я тоже в своём роде часть собственного искусства, как и ты, — блондин приподнял майку и ухмыльнулся, — я наикрутейшая бомба! Поверь, дружище, это будет самое помпезное зрелище из всех, которые ты видел. Все твои марионетки померкнут в тени моего взрыва! Один момент! Момент искусства! — Многие уважают тебя и ценят, — сказал красноволосый, поднимая майку блондина и осматривая грудь того, — ты действительно один из сильнейших членов Акацуки — умный, хитрый, быстрый, сообразительный. — Сасори но Данна, с чего бы вам такое говорить, хм? — ухмыльнулся подрывник и опустил свою майку, — Я никогда не был о себе плохого мнения, просто я был не в себе. — Я говорю так как считаю, Дейдара, — ответил Акасуно, — может ты и вспыльчив немного и понятия об искусстве у нас разнятся… — Искусство — это взрыв! — прокричал Тсукури и тут же подорвал небольшую глиняную птичку прямо над костром. — Именно об этом я и говорю, — вспоминая свои техники, произнёс Сасори. От кончиков его пальцев потянулись голубые полупрозрачные нити. Вдалеке показалась бредущая марионетка каге — давно он её не видел. Его искусство было особенным, его искусство было временем. Жаль, Дей никогда этого не понимал. Марионетка присела напротив костра. Её холодные выточенные черты освещали красно-оранжевые языки пламени. Выглядело немного пугающе, но не менее прекрасно в глазах Сасори. На секунду он осознал, что его тело мало чем отличается от собственной марионетки. То, что Дей не видит рядом с собой человека такого как он сам. Только двух кукол. Акасуно стало не по себе от этой мысли и он увёл марионетку прочь. Спорные чувства накатили на него. — Дейдара? — спросил Сасори, глядя на клюющего носом напарника. Но тот, видать, уже засыпал. Тогда Акасуно подсел ещё ближе к блондину и уложил его головой к себе на колени. Костёр уже практически не горел — только чуть-чуть сверкали огоньки.

***

— Как это он не проснулся? — разозлившись, возмущённо спросил Дейдара, — Как это может быть кома? Почему он впал в неё? Блондин ничего не понимал. Стоя напротив поста с медсёстрами, он не находил себе места в ожидании врача. Ему казалось, что всё в этом мире против него. — Здравствуйте, Тсукури, — поздаровался с посетителем доктор, на бейджике которого красовалось «Энтони Купер». — Здравствуйте… — Он пришёл в себя практически сразу после вашего отъезда. Но утром мы наблюдали у него симптомы прекомы. Через полтора часа мы диагностировали ему кому первой степени. Сейчас он находится в состоянии, которое называется сопор или кома второй степени. Как вы понимаете, причины произошедшего могут быть самыми разными, — говорил доктор Купер, — нам необходимо связаться с родственниками. — Но у него никого нет! — возмутился Дейдара, следуя за мужчиной в белом халате. — А вы, собственно, кто ему? — Парень… Друг. Товарищ, — сбиваясь, начал перечислять блондин, не зная, что из предложенного больше подойдёт для такой ситуации. — Нам очень жаль, — доктор остановился напротив палаты Сасори, — необходимо будет обсудить некоторые финансовые стороны. Дейдара молча слушал врача и внимал каждое его слово. Он чувствовал как слезы подходят к его глазам, как ему хотелось разреветься прямо здесь — перед лечащим доктором его друга. Он чувствовал как грели его щёки, чувствовал, что в груди всё сжимается… Он чувствовал, но не давал волю эмоциями, ведь сейчас самым важным для него было слушать Энтони Купера. — Какие шансы, что он придет себя в ближайшее время? — решил спросить Тсукури. — Сейчас идут только первые сутки, — начал уходить от ответа док, — поймите правильно, чем дольше он будет в этом состоянии — тем меньше шансов. Мы можем надеяться на то, что он очнётся на вторые или третьи сутки. Но это предположения. К сожалению, такой информацией не владеет никто. — Сколько это всё будет стоить? — О счёте вы сможете узнать на первом этаже больницы, — ответил врач и тяжко вздохнул, переводя взгляд на настенные часы, — в сутки поддержание такого пациента обойдется вам примерно в пятьдесят долларов.

***

После получасовой беседы Дей понял, что нужно готовится к худшему и снова искать нормальную работу. Даже если всего один день — он должен помогать Сасори, а не висеть на его шее. Тем более после таких стрессов. Вернувшись опять же домой к Акасуно, он решил сразу приступить к поиску работы. Сняв с себя одежду и оставшись в одних трусах, Дей уселся на кровать и включил ноутбук. Сасори даже не ставил пароль на него. И никаких любимых фоновых картинок — только базовые изображения. Рабочий стол выглядел максимально пустым — будто бы в жизни молодого хирурга не происходило вообще ничего, кроме работы и переодических встреч с Тсукури. Блондина это немного смутило, ему показалось, что Акасуно мог быть слишком зациклен на этом всём и действительно упускать свою жизнь. Откинув дурные мысли, Дей начал прошаривать многочисленные сайты с предложениями работодателей. Но он понимал, что сейчас ему было трудно даже представить вид деятельности, который он смог бы потянуть в данный момент… Грузчики, курьеры, промоутеры… Бесконечные звонки с отказами превращались в головную непрерывную боль. — Неужели опять в бар возвращаться? — нехотя спросил сам себя Дейдара и закатил глаза, — Чёрт! Захлопнув крышку ноута, он улёгся на кровать. Казалось, что жизнь хочет опять ввести его в то состоянии и в ту жизнь, от которой ради Сасори он хотел отказаться. Но пока другого выбора не было, блондин решил, что сходит на собеседование в свой любимый бар. Просто на собеседование! «Никакой выпивки».

***

— Да, Дей! Ты ещё спрашиваешь! — возрадовался мужчина из бара, где блондин недавно напился, — Сегодня выйти сможешь? Я тут один на баре стою… Нагрузка бешеная. Блондин стоял на против барной стойки и разглядывал свое бывшее место работы. Бармен положил рабочую рубашку прямо на стол перед носом новоиспеченного сотрудника. — Окей, Дейв, — кивнул Тсукури и взял форму, — буду к половине восьмого. Мне сейчас нужно сбегать кое-куда. — Можешь приходить часам к десяти, — ответил мужчина и улыбнулся, — я бы тогда поставил тебя до шести утра. К Дейдаре он относился как к хорошему другу и всегда был готов помочь тому. Будь то в плане работы или хотя бы советом. Блондин же понимал, что при таком графике он сможет проводить больше времени с Сасори, когда тот вернётся домой. Пока Тсукури ехал в больницу к другу, в его голове рисовались приятные картины с их совместным времяпровождением первого отпуска Акасуно. Он надеялся, что Сасори уже пришёл в себя, но чем ближе он был к его палате, тем больше он понимал, что чуда не произойдёт. — Акасуно без новостей. Его лечащий врач уже ушёл, но если хотите, я могу позвать… — Не стоит, — перебил медсестру Дейдара, — если можно… Я просто немного побуду с ним. — Да, у вас ещё есть время до семи. Тсукури даже не стал дослушивать то, что говорила ему девушка и сразу направился к своему товарищу. Бледное лицо, растрёпанные малиново-красные волосы и закрытые глаза. Тело юноши было прикрыто больничным одеялом. — Сасори? — Дейдара присел на колени перед кушеткой и положил на неё голову, за всё это время без Акасуно он так устал, — Я очень скучаю и хочу поскорее… Поскорее услышать твой голос.

***

Застёгивая красную рубашку в черную клетку, блондин не сводил взгляд со своего отражения. С одной стороны он был готов работать в баре, но с другой — он боялся, что его снова затянет. Собрав волосы в хвост, Дейдара вышел к Дейву. — Тебе чертовски идёт эта рубаха! — голос Токиро по-настоящему испугал Дейдару и тот ошарашенно отшагнул обратно в «комнату для персонала», мгновенно скрывшись с глаз брюнета.