Цветы Эйприл: война гибридов

      В маленьком домике, расположенном глубоко в лесу царила напряженная атмосфера, ведь собравшиеся внутри испытывали острые и противоречивые эмоции. Из двух семей одна находилась внутри маленькой клетки, а вторая — снаружи.       Селена подошла к прутьям, чтобы поближе взглянуть на гостей. Маленький гибрид в первый раз видела людей. Женщина сидела на полу, закрыв глаза и обхватив голову руками. Она выглядела отчаявшейся, утратившей всякую надежду. Ее дочь, не старше Селены, стояла возле прутьев, глядя на девочку-гибрида. Селена ожидала увидеть ненависть и отвращение, но на лице маленького человека отражались совсем другие эмоции. Она смотрела на Селену с ужасом, беззвучно плача, сорвав голос после нескольких часов криков и мольбы. Что-то остро кольнуло Селену в самое сердце. То, что они делают — неправильно!       Девочка повернулась к матери, которая была занята, натачивая большой, очень большой нож на точильном камне. Она выглядела совершенно спокойно, тихонько напевая что-то себе под нос. Селена сделала несколько шагов к ней и, сглотнув, осмелилась заговорить.       — Мама, пожалуйста, давай не будем этого делать…       Женщина-гибрид, вздохнув, отложила нож в сторону.       — Милая, — она наклонилась к дочери, — мы ведь уже говорили об этом?       — Но почему мы должны есть их? В лесу ведь есть другая еда!       — Да, милая, она есть. Но жить в лесу - это всегда риск. Некоторых животных трудно поймать, другие просто опасны даже для нас и могут драться. Охотиться трудно и рискованно, и я могу вернуться с охоты с пустыми руками или даже раненой! Несколько неудачных охот или одна серьезная травма, и мы будем голодать. И тогда нам не избежать нашей смерти. Люди же так же съедобны, как и любые другие животные. Их легко выслеживать и ловить, и большинство из них не могут оказать сопротивление гибридам. Есть людей — нормально. Мы хищники, а они — наша добыча. Это естественно для хищников — ловить и съедать свою добычу, любовь моя, так что привыкай. Ведь однажды ты тоже вырастешь, и должна будешь охотиться, чтобы прокормить своих детей. И тогда ты поймешь, что любящая мать не может рисковать будущим своего ребенка на охоте! Не волнуйся, это неловко только первые несколько раз — потом ты привыкнешь кушать людей, и больше не будешь так переживать. Тогда ты станешь воспринимать их теми, кто они есть — всего лишь еда и ничего больше.       — Я не буду есть этих людей, мамочка, — упрямо сказала девочка.       — Будешь!       — Но…       — Никаких «но», Селена! Пора начинать уже взрослеть…       Услышав это, человеческая девочка в клетке упала на колени, взвыв от отчаяния. У нее, наконец, не осталось никакой надежды, она поняла, что смерти не избежать. Ее и ее маму съедят чудовища.       — А ну, заткнулись! — рявкнула гибрид. — Селена уже с ума сходит от вашего нытья!       Гневная речь женщины прервалась, когда ее чуткое ухо уловило движение снаружи. Дверь в избу со скрипом отворилась, и посетительница вошла внутрь.       «О, это тоже гибрид! Наверное, она из тех, кто живет в этом секторе. Но есть в ней что-то странное. Что это, эфирный лук? Как такое возможно? Только экзорцисты могут использовать их! Так это и есть знаменитая Страж Низин?»       Бирюзовые волосы и глаза посетительницы, казалось, светились в неверном свете фонаря под потолком. Она холодно оглядела помещение, задержавшись на клетке, потом ледяным взглядом глянула на хозяйку дома.       — Э-э-э, привет! Добро пожаловать! Мы новенькие в вашем секторе и как раз собирались познакомиться со всеми соседями. Заходите, мы поймали парочку людей на ужин — если вы голодны, то мы с радостью поделимся…       — Ты… — прорычала женщина с луком и Селена почувствовала, как ее прошиб холодный пот. — Ты что это творишь?!       Мать Селены запнулась на полуслове, озадаченная резкой отповедью.       — Как ты смеешь приходить в наш сектор и охотиться на людей?       — А что в этом такого?       — Идиотка! Экзорцисты убивают гибридов безо всякой пощады из-за таких как ты!       Айрис шагнула на середину комнаты, метнув взгляд в сторону клетки, где пленницы подняли головы, встревоженные возникшим спором.       — Н-но я слышала, что в этом секторе нет экзорцистов! — принялась оправдываться мать Селены. — Здесь не бывает призраков, поэтому они никогда не приходят, так ведь?       Глаза Айрис засветились голубоватым светом, и хозяйка домика в страхе отступила назад. Свет означает, что у этой женщины полно эфирной силы, и она почти неуязвима в бою для тех, у кого этой силы почти нет. И она действительно сможет использовать лук, чтобы убивать тех, кто посмеет перечить ей. Нужно быть осторожнее.       — В этом секторе есть экзорцист — и это я! — проревела Айрис. — Я каждый день рискую, сражаясь с призраками и демонами, которые забредают в наш сектор. Я делаю это, и гибриды живут в безопасности. Поэтому здесь есть несколько деревень нашего народа — больше, чем в любом другом секторе! И каждому гибриду в каждой из этих деревень запрещено охотиться на людей!       С каждым словом Лучница делала шаг вперед, а мать Селены пятилась назад, пока не уперлась в стену комнаты. Теперь лицо Айрис было совсем близко к ее лицу.       — Призраки, демоны и гибриды не охотятся на людей, поэтому нет ни смертей, ни исчезновений. И экзорцисты людей не приходят сюда вымещать свою ярость на нас и не проливают нашу кровь. Наш народ живет в безопасности, как и моя семья. Кроме того, я жила среди людей, научилась уважать их как личности, а не как еду. И вот ты приходишь, похищаешь эту женщину и ее ребенка, ставя под угрозу нас всех, и собираешься сделать с ними то, что я нахожу отвратительным, что делают только призрачные твари. Так скажи мне, почему я не должна исполнить свой долг экзорциста и во имя общего блага убить тебя, грязное чудовище?       — Я… Я только… — женщина запиналась от страха.       — Пожалуйста, не убивайте маму! — в ужасе завопила Селена. Она упала на колени, готовая умолять этого жуткого гибрида-экзорциста. — Я говорила ей, что мы не должны! Теперь она послушает! Мы больше не будем трогать людей! Мама, скажи ей!       — П-простите, госпожа Страж, мы не знали о ваших правилах! Обещаю, мы теперь будем охотиться только на животных! Я понимаю, что у безопасности есть цена, и ничего не имею против!       — Что ж, как и многие, ты готова подчиняться только под угрозой расправы. Ничего нового, ну, да ладно.       Айрис посмотрела на трясущуюся от страха Селену, и злость немного сошла с ее лица.       — Хорошо, я дам тебе шанс, ради твоей дочери. Но помни — не убивать людей и не охотиться на них, или я за тобой приду! И начнешь прямо сейчас, так что никакой человечины на ужин — я забираю пленниц в их деревню.       Женщина и девочка в клетке обнялись со вздохом облегчения. Мать Селены зашарила по карманам своей робы в поисках ключа.       — Секундочку, я сейчас открою решетку…       — Не напрягайся…       Айрис протянула руку и с хрустом выломала деревянные прутья.       — Вы двое выходите — я отведу вас к вашим. И даже шепнуть об этом не смейте никому, слышите? Ваш народ тоже живет в мире благодаря мне. А гибриды, которые будут доставлять проблемы, будут сурово наказаны, — Айрис метнула на женщину-гибрида строгий взгляд.

***

      — Эйприл. Эйприл!       Эйприл разлепила глаза, и первое, что она увидела — встревоженное лицо Айрис.       — Хвала богам, ты очнулась!       Появилось лицо Эмбер, фея с помощью инжектора вколола что-то в перевязанное плечо Эйприл. Туман в голове девушки стал рассеиваться, и она смогла осмотреться вокруг.       В углу сидела Ева Саэрин, обезоруженная и со связанными со спиной руками. На шее мятежницы виднелся ошейник. На ее губах все еще была презрительная улыбка. Шляпа с вуалью продолжала скрывать ее лицо, и никто не видел ничего, кроме этой гаденькой улыбки. Неподалеку от нее лежала Вирена. Ее грудь была перевязана, но дыхание все еще было тяжелым и прерывистым.       Эмбер занималась травмами Лиатрис, снимая пластину нагрудной брони, чтобы раненой фее было легче дышать.       — Уф, — простонала Лиатрис, — стимулятор уже проходит. Так больно! Кажется у меня ребро сломано.       — Держись, букашка! Ты справишься, нужно только придумать способ выбраться отсюда! — ответила Эмбер.       — Эйприл, — голос Айрис срывался от волнения, губы подрагивали, — пожалуйста, не умирай. Я не смогу жить без тебя снова. Я… я люблю тебя, Эйприл. И всегда любила…       — Я знаю, Айрис. Я была глупа, и поняла это только, когда тебя потеряла. Но теперь, когда я нашла тебя снова, я не умру, не сделав тебя счастливой. Если ты позволишь, то я всегда буду с тобой.       — Конечно, Эйприл. Я последую за тобой, куда бы ты ни пошла.       — Фу, какая гадость, — привлек их внимание голос Евы Саэрин, — даже спустя столько лет, ты так и не выучила, как устроен мир, моя дорогая Айрис. Ты хищник, а она твоя жертва. Вы сможете быть вместе только во время обеда, и только один раз. Или как ты хочешь, чтобы это было? Вы будете жить вместе, как кот и мышь, как питон и кролик? Природу нельзя обмануть! Настанет день, когда ты все же сорвешься, и будешь рыдать над ее мертвым телом, как это было годы тому назад.       — Заткнись, — холодно прервала ее Айрис. — Мы не для того сохранили тебе жизнь, чтобы ты несла чушь. Еще одно слово, и я в твой поганый рот кляп засуну по самые гланды.       Ева замолчала, но ее самоуверенная улыбка не исчезла.       — Я сделаю все, что угодно, лишь бы Эйприл была счастлива, — продолжила Айрис. — Я не причиню зла ей или ее семье — я лучше умру, чем сделаю так!       Пока они спорили, Эйприл подвинулась ближе к Вирене и, содрогнувшись, осмотрела ее страшную рану, которую сама же нанесла. Она видела достаточно ран за свою карьеру, чтобы знать — эта рана смертельна. Эмбер перевязала ее, как могла, но состояние Вирены все равно ухудшалось с каждой минутой. Она еще цеплялась за жизнь, усилием воли оставаясь в сознании.       — Эйприл… — вместо голоса лишь слабый хрип.       — Тихо, не говори. Тебе нужно силы беречь.       — Да чего там уже беречь? Мне точно конец… Но я хотела сказать тебе… прости за все. Я никогда не ненавидела тебя на самом деле, Эйприл. Но… мне приходилось выполнять ее волю, как и Айрис. Всем приходилось. Пожалуйста, прости, мне очень жаль…       — Я верю тебе, прощаю тебя. Я не буду таить зло. Теперь лежи и отдыхай, тебе нужны все силы, чтобы выжить.       У Эйприл за спиной Айрис задумчиво слушала их разговор.       «Ты все еще та же Эйприл. Через годы войны и страданий ты пронесла эту… жалость ко всем. Тебя так заботит, что она может умереть. А ведь она пыталась убить тебя. Я не должна забывать, как это важно для тебя. Как ты всегда печалишься, когда кто-то умирает. Но я до сих пор не понимаю этого. Я не понимаю…»

***

      — Венди!       — Айрис? О, боги, ты жива! А Эйприл где?       — Мы все здесь, — сказала Эмбер, выходя на звук голосов. — Задача выполнена — Эйприл и Айрис найдены и спасены. Только Эйприл и Лиатрис ранены. И мы поймали тех, кто ответственен за все это.       — Правда? Это хорошие новости. Сайтана, идем!       Венди и Сайтана последовали за феей и экзорцистом в угол ангара, где получился импровизированный лагерь.       — Эйприл, хорошо, что ты жива.       — Ну, теперь-то все в сборе, а то я уже начала волноваться, — ответила Разбойница с ноткой сарказма в голосе. — Полагаю, ты уже в курсе, что восстание гибридов готовили имперцы?       — Все слишком сильно закручено, Эйприл. Но по-другому почти никогда и не бывает. Нам нужно вернуться как можно скорее на базу. Войска Империи уже наверняка начали штурм!       — Значит, они все-таки решились. Экзорцисты будут помогать вам? Как прошло голосование в Совете?       — Ах, да… Неловко получилось… — Венди нервно сплела пальцы рук.       — Что неловко получилось?       — В общем, ты теперь вне закона и разыскиваешься силовиками за предательство, а твой особняк захвачен.       Эйприл выразительно посмотрела на землянку, и Венди почувствовала, как под воротником бегут дорожки пота.       — Как же тебе сейчас повезло, что я так тяжело ранена, и не могу выразить всю ГЛУБИНУ своей ЖГУЧЕЙ благодарности!       Рядом с ними Эмбер и Айрис оказывали помощь пострадавшей в бою суккубе.       — Боги, кто тебя так отделал?       — Встреча демона и имперского космодесантника всегда плохо кончается, в какой бы вселенной это ни происходило, — криво ухмыльнулась Сайтана и поморщилась от боли в крыле.       — Черт, — нахмурилась Эмбер, — с таким количеством раненых мы не сможем отбиться, если эти тупые Синты снова нас здесь найдут.       — Они все сбежали. Схватили все, что могло ездить или летать, и эвакуировались. В замке не осталось ни одного исправного транспорта. Мы с Сайтаной пришли посмотреть, нет ли хоть одной машины в этом гараже.       — Погоди, а убежали они почему?       Пол под ногами вдруг завибрировал. Венди побледнела.       — Вот только не говорите, что когда мы убили колдуна, его заклинание без поддержки пошло в разнос!       — Э-э-й, — Лиатрис говорила с трудом, ее раненое ребро отдавалось болью при каждом слове, — а РЭБ еще действует? Может, мы сможем вызвать касатку для эвакуации, раз врагов больше нет?       — Ты права. Давайте попробуем, если еще осталось, кого вызывать.       Венди нажала на кнопку вызова на своей рации. Ее командная рация имела большой радиус действия и могла достать до какой-нибудь машины, шаттла или отряда. И будет лишь вопросом техники перенаправить сигнал так, чтобы связаться с Анной или с кораблями на орбите. Если, конечно, еще есть с кем связываться.       — Ночная Тень - всем отрядам, принимающим это сообщение. Это срочный запрос на эвакуацию! Я застряла в логове противника с несколькими ранеными бойцами, и все вокруг нас вот-вот развалится в любую секунду! — пол снова задрожал, уже значительно сильнее. — Поторопитесь там, бля!       Она замолчала, продолжая прижимать палец к наушнику, слушая ответ.       — Ага, хорошо. Да, я приняла. Хорошо. Мы будем ждать.       Она посмотрела на своих друзей, которые нетерпеливо ждали, что она скажет.       — Угадайте, что? Мы победили.       — То есть как это «победили»? Как?       — Корабли Кемпбелла заняли орбиту, и Анна отразила нападение на базу. Вражеской эскадры до сих пор нет, и с потерей этого замка имперской кампании наступит конец. Осталось только нас забрать. Шаттл с медблоком на борту уже в пути.

***

      «Радио: Ночная Тень, я Веном один, мы над замком и снижаемся».       Касатка зависла в воздухе, медленно опускаясь на землю. Касаться поверхности пилот не рискнул. Замок трясся, куски стен и башен отваливались и падали вниз, по мере того, как все больше магической энергии, собранной для поддержания сильного заклинания, вырывалось наружу. Жутковатое фиолетовое пламя охватило строения.       Рампа шаттла открылась, и те из группы, кто меньше пострадал, стали подавать раненых команде медиков.       Венди последней схватилась за край рампы и подтянула свое тело наверх, внутрь касатки. Она бросилась к кабине пилота, в то время, как замок уже начал стремительно разваливаться.       — Сваливаем отсюда, бля!       — Мэм, вам лучше пристегнуться!       — Да похер! Все сейчас рванет, давай, топи педаль в пол!       — Ну, как скажете…       — Ай! — касатка рванула вперед, и от резкого ускорения Венди опрокинулась на спину.       https://coub.com/view/1y02pm — Ludicrous Speed       Под ними стены замка обрушились внутрь, затем взорвались наружу в ярком фиолетовом взрыве, разметав по округе сотни осколков. Ударная волна догнала улетавший шаттл, сбросив его с курса. Внутри завыла сирена, и пассажиры ухватились кто за что мог, пытаясь удержаться на месте.       Выругавшись, пилот сумел выровнять шаттл, вернув касатку на курс. Все с облегчением вздохнули.       — Дамы, спасибо, что летаете с нашей авиакомпанией — весело раздалось по громкой связи. — Мы возвращаемся на нашу точку высадки, где полностью безопасно — противников нет. Всех поздравляю с победой!       Эйприл позволила себе расслабиться на носилках, пока врач ставил ей капельницу и подключал к медицинскому монитору. Девушка закрыла глаза. Теперь все будет хорошо.