Этот второстепенный персонаж под моей защитой!

В этот напряжённый момент тело Гу Юаня не могло собраться с силами. Ему было плевать, что края обломков впиваются в его локти и колени. Мужчина наклонился и потянулся вниз, чтобы схватить лежащего Лу Чжигуана. Подняв его, он вытащил юношу из ловушки. Глаза спасённого в обмороке были закрыты, а его длинные, пушистые ресницы отбрасывали тени на щеки в свете фонаря. Руки Гу Юаня сильно тряслись, когда он пытался спешно нащупать пульс мальчика на его запястье. После нескольких попыток он, наконец, почувствовал слабое биение сердца. Поток горячих слез облегчения хлынул из глаз и быстро затуманил его зрение. Ноги Гу Юаня стали такими ватными, что он не мог встать. Он просто сидел вот так на земле, поддерживая молодого человека, помогая Лу Чжигуану крепко опереться на руки. Отложив фонарь и аккуратно опустив возлюбленного на пол пещеры, мужчина быстро поискал в сумке взятые им с собой ампулы и шприцы для неотложной помощи, после чего он приступил к лечению. Инъекционная игла блеснула в свете фонаря, и Гу Юань осторожно пронзил вену на запястье практически бессознательного Лу Чжигуана. Бывший директор затаил дыхание, когда ввел лекарство. Он собирался обработать рану на плече юноши, но внезапно остановился. Он не заметил, когда его драгоценный мальчик уже открыл глаза и спокойно посмотрел на своего спасителя. В теплом и ясном взоре Лу Чжигуана отразилось редкое для него удивление. Его изумлённый уставший взгляд нерешительно остановился на лице Гу Юаня. Казалось, что юноша уже к этому времени отчаялся и уже смирился со скорой смертью. Выражение облегчения так легко и явственно проступило на лице Лу Чжигуана, что Гу Юань почувствовал жжение в уголках глаз и моргнул, чтобы не заплакать, через силу он ободряюще улыбнулся любимому человеку. Он медленно погладил короткие волосы юноши и нежно поцеловал его в лоб: - Я опоздал, извини... Гу Юань подумал, что Лу Чжигуан, как и прежде, тихо улыбнется ему в ответ. Но мальчик, которого он поднял и взял на руки внезапно заплакал, как ребенок, склонив к его груди голову. Сердце бывшего директора сильно сжалось. Он крепче обнял возлюбленного, заключая его в объятья, заставляя молодого человека опереться на него и прижаться. Соленая влага быстро пропитала его одежду. Мужчина был так растроган, что не мог говорить. Гу Юань мог только осторожно целовать дорогого сердцу Лу Чжигуана снова и снова, тщательно вытирая слезы с его лица. Внезапно он осознал, насколько холодной была кожа молодого человека, и он стал аккуратно растирать кисти рук Лу Чжигуана и щеки. Бывший директор даже сперва не понял, что тоже начал плакать. После нежных утешительных поглаживаний слабая дрожь в теле спасённого юноши улеглась, и он спокойно замер в руках. Гу Юань в последний раз поцеловал его в губы. Он осторожно повернул Лу Чжигуана и внимательно осмотрел открывшуюся рану на плече, пропитавшую кровью бинты. С юноши сейчас же сняли одежду, и тот инстинктивно сжался от холода. Но его силы были настолько на нуле, что он даже не мог свернуться в комочек. Было очевидно, что малейшее движение давалось ему с трудом. - Скоро все будет хорошо, скоро все будет хорошо... - Гу Юань тихим голосом уговаривал подопечного. Он пододвинул к себе фонарь, чтобы лучше видеть, и проворно промыл раны дезинфицирующим средством. Он посыпал рану юноши бактерицидным порошком и осторожно наложил новую повязку. Когда Гу Юань закончил и взглянул на любимого, то подумал, что Лу Чжигуан снова заснул от изнеможения. После всего пережитого молодой человек все же очнулся и опять обратил внимание на бывшего директора; в его глазах все еще отражалось смутное беспокойство. Тревожась за здоровье Лу Чжигуана, мужчина снял с себя куртку, взятую у спасателей, и надел ее поверх грязного джемпера молодого человека. Затем он обнял юношу, убаюкивая его в защитных объятиях, и спросил, где ему все еще больно. И тут его сердце неожиданно подпрыгнуло. Наконец, он понял, в чем дело. Хотя, Лу Чжигуан и был порой сдержан, он всегда ему жаловался и отвечал, а сейчас с его стороны раздавались только рыдания и ни одного слова. Неужели, он больше не мог говорить, надышавшись ядовитого газа?! В груди Гу Юаня закололо так, что он почти не мог дышать. Он опустил взгляд и уставился на молодого человека. Он мягко и осторожно спросил: - Чжигуан, ты можешь говорить? Глаза Лу Дэна разочарованно блеснули, и он осторожно потупил глаза. По спине Гу Юаня пробежал холодный пот. Он испугался за состояние своего возлюбленного. Пульс стучал в ушах так громко, что шум тока крови оглушил его. Мужчина прижал к себе Лу Чжигуана, повторяя хриплым голосом: - Прости меня, малыш, прости... Он теперь понимал, почему эмоции Лу Чжигуана внезапно вышли из-под контроля. Это произошло не потому, что он пробыл долго один в темноте, ожидая помощи, а потому, что он был обречён беспомощно наблюдать, как Гу Юань проходит мимо его места заточения, зовёт его, а сам он ответить ему не может и не имеет сил двигаться. Лу Чжигуан мог только тихонько сидеть, опираясь на каменные плиты и следить за тем, как удаляется его шанс на спасение. Если бы не звякнувший колокольчик на амулете, подаренный Лу Чжигуаном, реагирующий на близость юноши, Гу Юань прошел бы мимо. По мере приближения к убежищу Лу Чжигуана, его серебряный колокольчик начинал звонить громче. Гу Юань мог усомниться в месте поиска после бесплодных метаний и тогда продолжил бы бегать по другим проходам шахты, тщетно пытаясь найти хоть какие-то следы молодого человека. Просто подумав об этой возможности навсегда потерять Лу Чжигуана и навсегда с ним расстаться, бывший директор так испугался, что его руки и ноги похолодели. Он не осмеливался представить, о чем, должно быть, думал отчаявшийся юноша, когда лежал один в темноте. Лу Дэн пошевелил рукой. Инъекция питательных веществ позволила ему накопить немного сил в своем теле. Он ухватил за манжет Гу Юаня, медленно потянул его на себя и взял за руку, приближая к себе. Затем он наклонил голову и поцеловал бывшего директора в шею, которая была напряжена так, что тугие вены выступили под кожей. Нежное прикосновение губ мягко пощекотало шею мужчины, словно в знак утешения и проявления привязанности. Гу Юань медленно выровнял дыхание. Он позволил буре эмоций внутри себя постепенно успокоиться. Он обнял молодого человека и посмотрел в его теплые карие глаза полные нежности: - Мне очень жаль... Мне очень, очень жаль, - пробормотал Гу Юань. Ему нужно было извиниться, и он боялся, что этого будет недостаточно. Ему следовало быть более осторожным в обращении с Лу Чжигуаном. Юноша был ранен, он должен проверить, насколько здоровье Лу Чжигуана было повреждено ядовитым газом. Гу Юань будет рядом с ним, что бы ни случилось. Вероятно, ему не следовало предпринимать поиск в одиночку, он оставил возлюбленного в богом забытом месте так надолго. Что если бы он его не нашел?! Если бы не прозвучал колокольчик, все могло бы обернуться невообразимой трагедией. Лу Дэн заглянул в лицо спасителя. Его брови слегка нахмурились. Он покачал головой и беззвучно сказал одними губами: - Это не заняло много времени. - Поразмыслив, он добавил: - Я успел сосчитать только до пяти. Правда. На самом деле, Лу Чжигуан несколько десятков раз медленно считал до пяти. Гу Юань оказался ошеломлен на мгновение. Он прочитал слова по губам юноши и молча осторожно прижал к себе мальчика. Он ласково поцеловал его, закрыл глаза и улыбнулся. Он был так благодарен своему чудесному ангелу-хранителю. Когда состояние Лу Чжигуана стало немного получше, Гу Юань ввел ему вторую дозу питательных веществ. Он завернул его в спасательное одеяло и поднялся на ноги с ним на руках. - Давай пойдем домой, а? Лу Дэн облокотился на плечо мужчины с мирной улыбкой на лице. Он поднял голову, подтянулся вверх ближе к Гу Юаню и поцеловал его слабо в губы. Он задел амулет на груди бывшего директора и тот издал мелодичный звон. Кулон на шее системного агента ответил лёгкой вибрацией в ответ. *** Они оба замерзали: Гу Юань долго пробыл в холодной воде, а Лу Дэн раненный дожидался его в холодной пещере, но, прижимаясь друг к другу, им становилось теплей. После того, как системный работник слабо улыбнулся в последний раз, он заснул измученным сном на руках Гу Юаня. Лу Дэн тихонько устроился на плече бывшего директора и сопел ему в шею, его дыхание было таким поверхностным, что еле ощущалось на коже. Их парные амулеты продолжали тихо звенеть в унисон, словно у них стал один на двоих пульс. На обратном пути Гу Юань прижал тело юноши к себе, отмечая редкие удары сердца Лу Чжигуана, хотя всё-таки пульс оставался стабильным. Мужчина осторожно ступал с драгоценной ношей на руках, пытаясь также одновременно как-то удерживать и светить впереди себя фонарем. Он знал, как пробраться во внешнюю пещеру к выходу из шахты. Самым сложным было заставить сонного юношу спуститься по обвалу к подземной реке. Потом они шли по берегу, и Гу Юань подумал, что ему придется найти способ проникнуть с Лу Чжигуаном в безопасную от военных зону, но затем он неожиданно наткнулся во внешней пещере на молодого и решительного посланника Галилея, который, по-видимому, дожидался их. - Господин Гу, мы были уверены, что вы скоро вернетесь. Встретив удивленный взгляд бывшего директора, посол улыбнулся и подошел к нему: - Прошу прощения, но, похоже, вашему спутнику нужна медицинская помощь. Мы прилетели на универсальном космическом шаттле, который оснащен профессиональным медицинским оборудованием, которое может понадобится для лечения. Сказав это, молодой человек уже поднял руку, желая помочь Гу Юаню нести Лу Чжигуана, закинув руку юноши на плечо, но бывший директор вежливо поблагодарил его и отказал: - Спасибо, я сам, - на ровном полу пещеры он мог нести юношу опять на руках. Глаза посланника вспыхнули изумлением и любопытством, глядя на пару. Он убрал руки, потер кончик носа и, больше ничего не говоря, указал спасенным путь. Корабль был припаркован недалеко от горного перевала. Бывшие повстанцы, а ныне официальные представители планеты Галилей, которые раньше помогали Гу Юаню в пещерах, - все стояли на страже поблизости. Они сопровождали героическую пару всю дорогу и благополучно отправили на борт неприметного компактного корабля, который был пригоден и для космических полетов, и для полета в атмосфере. Планета Галилей находилась в нескольких световых годах от Гуара, запаса топлива и мощности двигателей на корабле хватило бы для полета на родину. - Мы не можем отправить никого с вами. Нам еще предстоит остаться на мирные переговоры. Кстати, не беспокойтесь о погоне, мы здесь на время задержим гуарцев. Курс для этого космического корабля уже проложен до самого Галилея. Вам останется только отдыхать по дороге домой. Молодой посол отправил уставших спасённых людей на корабль и передал им запасной смарт-компьютер. Он также отдал припасы, которые они взяли с собой. Глаза галилейского посланника сияли восторженным блеском и восхищением Гу Юанем, стоявшим перед ним. Бывший директор тепло поблагодарил его, он был несколько смущён добрым отношением. После небольшого колебания он все же решил спросить: - Вы останетесь здесь. Разве вы не волнуетесь, что планета Гуар доставит вам неприятности в галактических переговорах после нашего бегства? - Наш гражданин был задержан и похищен незаконно. Мы прилетели сюда, чтобы забрать нашего соотечественника домой. Если гуарцы хотят создать проблемы, пусть попробуют, мы будем отстаивать свои права в Галактическом суде или силой. Посол уверенно и победно улыбался. Он наблюдал, как Гу Юань осторожно положил своего бессознательного возлюбленного на сидение корабля, прежде чем протянуть ему ладонь для прощания. Посол крепко пожал ее, вместо отвращения испытывая почтение к мужчине, недавно считавшимся предателем: - Господин Гу, вы - герой всего Галилея. Вы вели тяжелую подпольную войну. Я знаю, что такая благодарность ничто по сравнению с тем, чем вы пожертвовали, но - спасибо. Я приношу вам благодарность от всей нации. Глаза Гу Юаня стали горячими от подступивший слез; он моргнул, сдерживая себя, и приподнял уголки губ в торжественной улыбке. Он был поражен, что его заслуги признали на родине, и он ещё раз крепко пожал руку дипломата. Посол Галилея вышел из корабля, и Гу Юань отправил космическое судно по заданному курсу. Корабль поднялся в воздух. Ускорители быстро оторвали его от земли, и он набрал скорость, в мгновение ока нырнув в темное небо. Среди звезд на мгновение появилась полоса света, и все вновь стало как прежде. *** Прошло полгода. Был зимний день. Яркий солнечный свет струился сквозь оконные стекла, создавая на полу в спальне хаотичную игру света и тени. Лу Дэн лежал на кровати с закрытыми глазами и мирно спал. На улице уже выросли сугробы, а снег все продолжал медленно падать, покрывая до неузнаваемости выжженную пламенем войны землю мягким белым одеялом. Дверь спальни осторожно приоткрылась, и внутрь тихо пробрался Гу Юань; холодок стужи проскользнул вслед за ним. Он постоял у двери какое-то время, а когда немного согрелся, крадучись подошел к постели. Его любимый крепко спал. Густые длинные ресницы обрамляли плотно закрытые веки, а его дыхание было мягким и ровным. Взгляд Гу Юаня, любующегося спящим молодым человеком, потеплел. Он получше накрыл его и наклонился, чтобы поцеловать в лоб, когда глаза юноши внезапно распахнулись. Ныне снова полноправный директор обновленной национальной горнодобывающей корпорации пораженно замер, не успевая среагировать на изменения. Лу Дэн же воспользовался возможностью, чтобы поднять подбородок и быстро поцеловать его в губы. Его ясные глаза загорелись шаловливым блеском, и он, не размышляя больше, бросился в сильные объятия мужчины. Не в силах сдержать небольшой смешок, Гу Юань крепко обнял юношу и потерся носом о его висок: - Тебе хорошо спалось? Лу Дэн прижался к нему теснее, шумно горячо дыша мужчине в ключицы. Его лицо приняло самое нежное выражение. Он кивнул, а затем поднял руки, чтобы обнять Гу Юаня за шею. Его возлюбленного пригласили в члены правительства, и он по совету Лу Дэна не стал прямо отказываться, а лишь попросил длительный отпуск для восстановления, хотя его все равно дёргали иногда для консультаций. - Ладно, ладно. Я знаю, ты давно почувствовал запах, сладкоежка, иначе ты бы не проснулся так быстро. Сначала выпей немного воды спросонья - это полезно, и ешь медленнее, не глотай, не прожевав, - Гу Юань не смог удержаться от подтрунивания. Он осторожно уложил молодого человека обратно на кровать, принёс со столика стакан с водой и поднес к губам любимого. Убедившись, что тот сделал несколько глотков и смочил горло, мужчина принес свежий торт, который привез с собой. Прошло около шести месяцев с тех пор, как они благодаря галилейскому послу сбежали с планеты Гуар. Война прошла. Армия гуарцев была жестко остановлена планетой Галилей. Под наблюдением других близлежащих миров гуарцам не оставалось ничего другого, кроме как стиснуть зубы и выплатить большую сумму компенсаций бывшей колонии, прежде чем им наконец разрешили вернуть из плена своих солдат. Во время судебных процессов в Галактическом суде гуарцы поднимали вопросы о незаконном вторжении галилейского дипломата на запретную территорию их планеты и о его несанкционированных поисках плененного двойного шпиона. Претензии планеты Гуар по этому вопросу были приемлемыми, однако поднятый вопрос о галилейских пленниках лишь дал начало новым разоблачениям о незаконных задержаниях ряда преимущественно галилейских граждан и помещение их в тюрьмы с ужасными условиями и обращением. Подобные опрометчивые поступки гуарцев нарушали законы о правах человека и требовали сурового наказания. Мало того, что несколько ключевых постов в гуарской армии были удалены, проигравшей стороне также было приказано выплатить Гу Юаню компенсацию в один миллиард звездных кредитов, а имплантированное гуарцами оборудование для наблюдения за директором Гу должно быть немедленно удалено из его руки. Обе стороны конфликта ещё долго будут восстанавливать экономику своих миров. И в течение, по крайней мере, пятидесяти лет у планеты Гуар не будет никаких планов вторжения на другие планеты. Восстановление Галилея хоть и было трудным, но шло полным ходом. Новая надежда прорастала на выжженной земле. Когда снег растает, планета вновь оживет и покажет свою жизненную силу. Получив аппетитно выглядевший десерт, Лу Дэн довольно улыбнулся. Он сел поудобней и прислонился к изголовью кровати, чтобы удобнее есть торт и смаковать каждый кусочек. Но на самом деле со стороны эта сцена выглядела так, будто юноша набил щеки, точно хомяк. За эти щёчки хотелось потянуть. Гу Юань с трудом отказался от подобных мыслей, вместо этого он нежно погладил макушку юноши, вопрошая: - Вкусно? Голова под его ладонью сдвинулась, когда юноша кивнул, а потом он посмотрел вверх на мужчину. Его глаза и улыбка сверкали, как свежий снег. Лу Чжигуан аккуратно отломил ложечкой кусок торта и поднес порцию к губам Гу Юаня. От этой детской заботы в груди у мужчины сжался комок и блеснули на глазах слезы, но он кивнул любимому и с ответной улыбкой принял угощение, продолжая медленно расчесывать пальцами мягкие волосы молодого человека и позволяя ему кормить себя. Даже если Гу Юань не любил сладкое, он наслаждался десертом из рук дорогого ему человека. Его мальчик на отлично сдал аттестационный экзамен. Его результаты оказались одними из лучших в галактике. Однако по состоянию здоровья он был вынужден подать заявление на каникулы сразу после начала учебы в престижном университете в центральных мирах. Он остался на вилле Гу Юаня для восстановления сил. В течение последних шести месяцев Гу Юань старался изо всех сил ухаживать за Лу Чжигуаном, хотя ему самому требовалось лечение. Директор оставил свои дела в восстановленной из руин корпорации личному секретарю мистеру Гэну и общался с новым правительством лишь в случае крайней нужды. Лу Чжигуан быстро восстанавливался после пережитого инцидента. Его лицо все так же светилось радостью при виде Гу Юаня, а тот не мог им налюбоваться. Но мужчину беспокоила одна вещь, которая делала его несчастным, - это состояние здоровья Лу Чжигуана; его голосовые связки так и не восстановились, и говорить внятно вслух он не мог. Но вынужденное молчание Лу Чжигуана не помешало их общению, они хорошо понимали друга и без слов, а при необходимости юноша мог написать на ладони Гу Юаня. Но ведь его мальчик не мог жить на вилле вечно. Думая о том, что сказал ему в пещере молодой посол Галилея, мужчина опустил взгляд и пробормотал неслышно себе под нос фразу: "...агент из другого мира". Вдруг чья-то рука коснулась его нахмуренных бровей. Ловкие пальцы зачесали его волосы, и голова директора поднялась. Молодой человек смотрел на него с нежной заботой в глазах. Гу Юань улыбнулся ему. Он взял его теплую руку и поднес ее к губам, чтобы поцеловать. - Скажи, Лу Чжигуан - это ведь твое не настоящее имя? Ты агент высокоразвитого другого мира, не так ли? Из какого ты созвездия? Юноша, помедлив осторожно написал свое настоящее имя " Лу Дэн" на чужой ладони. Он действительно был не с этой планеты и даже не из этой галактики, его родное измерение находилось очень далеко на расстоянии многих световых лет, вне привычного хода времени. Лу Дэн давно работал специальным сотрудником системы мироздания. Это тоже было правдой. Юноша поджал губы и с волнением встретился взглядом с Гу Юанем. Большая часть планеты Галилей была опустошена войной. Трущобы вместе с квартиркой, в которой жил Лу Дэн, были взорваны артиллерийским огнем во время осады планеты гуарцами. Впрочем юношу устраивала беззаботная жизнь в спрятанном в лесу особняке. Если добавить к этому его личность как агента, ему, вероятно, было без надобности посещать учебное заведение и делать домашние задания. К тому же, невинная мальчишеская внешность совершенно не совпадала с его реальным возрастом, согласно которому он был взрослым даже по меркам его родного измерения. Хотя Гу Юань и поинтересовался, он не ожидал, что юноша так радостно раскроет ему, что он секретный агент. Мужчина усмехнулся, слишком удивленный, чтобы что-то сказать. Он просто сел на кровать и прижал юношу к груди. - Там на твоей родине есть способ вылечить тебя? Лу Дэн моргнул и потянул его за руку, чтобы написать ответ. Он медленно вывел слова на широкой ладони. Теплота кончика пальца и мягкая щекотка кожи на руке дразнили и искушали Гу Юаня. Мужчина глубоко вздохнул, изо всех сил стараясь контролировать свои рассеянные мысли. Он проследил за линиями и прислушался к ощущениям, чтобы разобрать знаки: "Да, я буду здоров, но если уйду, я никогда больше не смогу вернуться к тебе". Как только Гу Юань понял ответ, его сердце сдавило от тоски. Однако он и так догадывался, что их путь к счастью не будет простым и легким. Директор кивнул. Он перевернул ладонь и взял руку юноши в свою. Как будто смутно ощущая его тревожные мысли, Лу Дэн заерзал на стуле. Он отставил торт и приблизился вплотную к Гу Юаню. Его губы сжались в напряженную линию. В следующее мгновение мужчина обхватил его тонкое лицо ладонями и нежно поцеловал его. - Вы... вы нанимаете кого-нибудь со стороны? Например, того, кто готов принять генетическую модификацию, приносит свои сбережения и очень хочет сохранить кого-то близкого... Я бы мог стать шпионом. Господин директор думал, что он обычный шпион? Лу Дэн был ошеломлен, затем его глаза внезапно загорелись идеей. Насколько он знал в его организации ценили жизненный опыт, характер и свойства личности, все необходимые изменения приходили сами или делались с течением времени. "Постойте! Точно. Наем. Как я сразу не догадалась?!Это отличная идея, Хозяин!" - сразу же активизировалась радостная Система в сознании Лу Дэна. Персонала в агентстве, особенно в отделе по изменениям в истории, не хватало. Пока претенденты обучались, чтобы стать агентами системы мироздания, они получали в течении нескольких реинкарнаций специальные духовные навыки и перемещались между разными мирами и эпохами. Хотя воспоминания о каждой прожитой жизни будут запечатаны, основные данные и общие очки опыта сохраняться и преумножаться, и, как только человек станет штатным сотрудником, он сможет вспомнить свою основную личность и собственную историю, с которой стартовал его путь, как агента системы. То, что Гу Юань на какое-то время забудет его и свою истинную цель становления агентом, печалило Лу Дэна. Он испугался, что чувства его любимого остынут и не вернутся, когда он снова вспомнит свою нынешнюю инкарнацию Гу Юаня. "Хозяин, разве это не хорошая проверка истинности вашей любви?" "Да..." В этом и заключалась их проблема и испытание. Когда новобранцы поднявшиеся на высший уровень развития вспоминали прожитые жизни и возвращали воспоминания об их основной личности, к тому времени они уже теряли прошлые привязанности. Их не тяготило больше прошлое, им некуда и незачем было возвращаться назад, они не искали тех, кем дорожили раньше. Но Гу Юань, окрылённый задумкой, продолжал спрашивать возлюбленного: - Неужели у вас на работе все так строго и не разрешатся романы? Нет, отношения не запрещались. Юноша помотал слабо головой. Они были бессмысленными. Просто, к тому времени, когда зачисляли наемных сотрудников в штат никто из них уже не хотел привязываться к кому-либо, они уже не верили в любовь. Система в его голове, кажется, поняла его смятение и грустно замолкла. - Значит, ты порекомендуешь меня своему начальству? Увидев, как подбородок мальчика согласно опускается вниз, Гу Юань, не смог удержаться от громкого довольного смеха. Он провел руками по плечам юноши и крепко обнял его, а потом счастливо покрыл его лицо лёгкими поцелуями. Похоже, пора было отправляться в далекое-далекое путешествие. Пусть обучение новых агентов длилось на протяжении нескольких человеческих жизней, это был единственный легальный способ остаться с Гу Юанем надолго, возможно, навсегда. Но вспомнит ли об их любви Гу Юань после всех испытаний, когда вернёт воспоминания об этой жизни и их знакомстве? Не омрачат ли душу невзгоды и груз прожитых лет? А если он встретит на своем пути кого-то другого? Сам Лу Дэн готов был ждать Гу Юаня века. Он даже не знал, как объяснить и подготовить к будущему своего возлюбленного. "Хозяин, вы приняли решение?" - поинтересовалась Система. "Я буду рекомендовать Гу Юаня начальству", - наслаждаясь объятиями, ответил мысленно Лу Дэн. "Отлично, а то я уже послала его анкету". "Ты..." - поразился самостоятельности Системы юноша. "Не беспокойтесь, Хозяин, я уверена, все разрешится наилучшим образом!" - заверила невидимая Система, она об этом позаботится. Сердце Лу Дэна забилось быстрее. Он закрыл глаза, отпрянул и потянул Гу Юаня за руку, написав на ладони: "Не спеши, у нас есть ещё время. Загадай желание." У них, по крайней мере, была эта мирная жизнь, сколько бы она не длилась. Если Лу Дэн сейчас покинет господина директора, то они разминутся навсегда, и Гу Юань не вспомнит больше о нем, а став агентом глобальной системы мироздания, он получит выбор продолжить их отношения или расстаться. Лу Дэн надеялся на чудо, если любимый человек перед ним загадает искреннее желание, то, может быть, оно сбудется и в другом мире тоже. Гу Юань подумал и чмокнул юношу в лоб: - Хорошо, я загадал, - он отнесся к этому очень серьезно и несколько раз повторил свое желание про себя. - Кажется, мое желание уже исполнилось... - пробормотал Гу Юань. "И мое", - произнес одними губами юноша. Директор тихо усмехнулся. Он поднял руку и расчесал короткие волосы Лу Дэна. Он сказал: - Ты поправишься, и мы больше никогда не разлучимся, и я буду баловать тебя всю жизнь. Хорошо,.. Дэн'эр? Лу Дэн хотел верить в то, что это правда, даже если человек перед ним пока ещё слабо представлял масштабы вселенной и протяженность бытия. Прожить много жизней, как одну. Гу Юань был достоин бессмертия. Лу Дэн внимательно посмотрел на мужчину, его брови приподнялись, а ресницы затрепетали, когда он моргнул. Он пододвинул к себе отставленный кусок торта и скормил десерт Гу Юаню. Его глаза сияли ярким теплым светом. В это время, Система весело напевала скачанную откуда-то романтическую песенку и готовила маршрут для своего Хозяина, намечая для него миссии пересекающие маршрут для новичков. Она была уверена, что ее Хозяин обязательно пересечется с будущими воплощениями своего суженого. Ведь недаром в человеческих преданиях говорится о красной нити судьбы, а скромная Система всего лишь послужит навигатором для двоих влюбленных. Спутница Лу Дэна обратила внимание к своему Хозяину как раз вовремя и смущённо мигнула, когда заметила, что ее Хозяин пробует на вкус крем с чужих губ, а его партнёр начал освобождать его от одежды. Однако, как неловко. *** Продолжение следует...