Этот второстепенный персонаж под моей защитой!

Обычно Центральная система обрабатывала заявки дюжину или около того суток, но заявка Гу Юаня на должность агента, следящего за ходом истории была подана и одобрена в тот же день благодаря новой и наглой Системе Лу Дэна. Молодой человек не удивился, если бы она использовала чит-код. Будучи сотрудником с испытательным сроком, Гу Юань должен был закончить вводный курс и пожить в изначальном мире, прежде чем отправится вместе с Лу Дэном в межпространственную зону, отделяющую высший план космоса от привычной вселенной. Чтобы стать агентом, разбирающимся в хитросплетениях истории и хранящим персонажей, нужно было прожить несколько реинкарнаций и после принять окончательное решение, набравшись болезненного опыта. Кто-то поле таких испытаний сдавался и предпочитал забыть обо всем что с ним происходило. Впрочем, пока душа перерождается она не будет помнить о каждой прожитой жизни и вспомнит обо всем лишь в конце. Лу Дэн боялся спрашивать своего любимого о том, что тот думает на счет его работы по защите Второстепенных персонажей, именуемых часто «пушечное мясо». Маленькие винтики в механизме вселенной, Гу Юаню снова придется стать одним из них на испытательный срок, чтобы получить необходимый опыт и совершенствование. Он уйдет в неизвестные Лу Дэну жизни без каких-либо своих предыдущих воспоминаний. Как только пройдёт испытательный срок и, он станет официальным сотрудником, вся его память будет автоматически восстановлена. Наблюдая, как фигура Гу Юаня растворяется среди звезд, Лу Дэн отвел взгляд и открыл виртуальный экран, ища местоположение мира, в который был тот брошен. Это было запрещено, но разве его задача не состояла в том, чтобы позаботиться о пушечном мясе и спасти его? Улучшить к нему отношение окружающих и изменить уготованную ему злую судьбу? Было много маленьких второстепенных ролей, которые требовалось спасти. Его доброжелательная Система была полностью на стороне Хозяина. Какое имеет значение, в каком мире он выполнял свои миссии, пока он их выполнял. Пусть Лу Дэну было немного совестно обманывать своего начальника и просить отпуск после успешно сданного экзамена, но возможность вновь побыть рядом с Гу Юанем он не хотел упускать. Втайне он боялся, что спустя несколько реинкарнаций, даже вернув воспоминания, Гу Юань навсегда охладеет к нему. Но если он будет напоминать о себе, хотя бы опосредованно, его возлюбленный никогда не почувствует себя брошенным и одиноким. Если бы он только мог найти мир, в который перенесли душу Гу Юаня… Думая об их поцелуе и обещании перед расставанием, юноша машинально дотронулся и покрутил в пальцах амулет мужчины с серебряным колокольчиком, который ему пришлось оставить. Лу Дэн собирался его сохранить до их новой встречи. Уголки его губ слегка изогнулись в нежной улыбке, когда он вспомнил об их поцелуях. В его праведном и чистом мире интимные действия были неуместны, но юноша уже нарушил запреты, а Гу Юань был новичком, так что, они могли немного попробовать зайти так далеко в близости, как давно желали. Витая в мечтах, он невольно проигнорировал значок Системы о загрузке данных в своём сознании. Система хотела поговорить с Хозяином, но колебалась. - Хозяин?.. Я нашла маршрут реинкарнаций Гу Юаня, - невидимая подруга Лу Дэна счастливо ожидала разрешения. – И не беспокойтесь об обмане, Хозяин, если начальство спросит, я всегда могу заверить предоставленными фалами, что вы соскучились по работе и на отдыхе взяли несколько легких миссий по спасению второстепенных персонажей. Системе быстро удалось сузить круг поиска. В мгновение ока они смогли вместе определить серийный номер первого мира и истории, частью которой стал Гу Юань. Глаза юноши загорелись энтузиазмом. Он поднял руку и нажал подтверждение, когда в его голове настойчиво зазвучал механический голос Системы, начавший предупреждать о чем-то: «Х-хо-хозяин-!» Система имела определенные привилегии, предоставленные ей из-за её роли в поддержке Хозяина, и нюансов истории, которые она могла видеть, было намного больше, чем доступных агенту сухих фактов. Должно быть, их ждали трудности. Лу Дэн слегка приподнял брови. Когда информация о новом мире закончила загружаться, он прокрутил текст на виртуальном экране, и улыбка на его губах чуть померкла. Это был продвинутый мир одной из параллелей Земли, где сюжетная линия одной из историй разыгрывалась в обстановке студенческого городка. Главного героя звали Цзян Чжоу, он был студентом биологического факультета Университета. В этом году он только поступил на обучение. Благодаря таланту и удаче, дарованной ореолом главного героя, он преодолел все препятствия и, наконец, завоевал высшую награду в области научных исследований. Такой молодой и выдающийся гениальный ученый! Это была чистая история о «Марти Стю», поднимающегося на вершину славы. Пушечное мясо, второстепенного персонажа, который нуждался в спасении, звали Гу Чуаньбай, и он был старшим товарищем и ассистентом главного героя Цзян Чжоу. Оба они поступили в Университет по рекомендации. Оба были блестящими и талантливыми студентами. Но молодому ученому Гу не повезло, как главному герою. Во время учебы в аспирантуре он повстречался с совершенно аморальным наставником. Там, где свет, будет и тьма. Есть учёные с высокими стремлениями и нравственностью, и, естественно, существуют такие учёные, которые просто пользуются возможностью получить прибыль и обычно за счет других. Нечестного на руку преподавателя звали Чжань Пэй, и он был доцентом кафедры биологии. Он не только бессмысленно притеснял аспирантов, находящихся под его началом, но и неоднократно отклонял работы Гу Чуаньбая, злонамеренно препятствуя ему, когда тот неожиданно делал новые открытия. Использование университетского оборудования требовало многих согласований, часто гнусный профессор принимал взятки, да и большая часть заработной платы аспирантов под его руководством попадала ему в карман. Гу Чуаньбай происходил из средней семьи со скромным доходом. Он не мог умилостивить злодея деньгами и под гнётом Чжань Пэя, молодой человек мог лишь работать без сна и отдыха. И однажды из-за чрезмерной усталости он умер, когда аппарат, на котором он работал, случайно взорвался во время эксперимента, потому что молодой человек был рассеян. В то время этот инцидент не вызвал резонанса, но он стал скрытым катализатором для последующего сюжета. Когда главный герой Цзян Чжоу с триумфом продвинулся вперёд, опубликовав результаты своих научных исследований, снова на сцене появился злодей-профессор, чтобы преградить тому путь. Цзян Чжоу удалось раскрыть историю смерти Гу Чуаньбая и то, как измывался над ним его наставник, после чего многие студенты, которых этот Чжань Пэй преследовал, также вышли и дали показания о взятках и притеснениях. Это событие, наконец, вынудило мелочного преподавателя признать свою ответственность и уйти в отставку. Так был удален гнойный нарыв из научно-исследовательского сообщества. Зло получило своё возмездие, но мёртвых уже не воскресишь. Люди могли только вздыхать с сожалением о потере такого гения, как Гу Чуаньбай, и пытаться повторить прерванный взрывом его эксперимент. Если бы студент Гу Чуаньбай остался в живых, то его непременно заметил бы порядочный добрый главный герой, который мог бы стать ему другом. А позже они бы вместе вывели на чистую воду подлого профессора. Даже если Гу Чуаньбай остался бы инвалидом, он все равно мог бы послужить свидетелем главному герою. Любой из этих исходов лучше смерти и пары строк некролога. Лу Дэн молча опустил взгляд, сделал глубокий вдох и медленный выдох. Все его мысли и чувства были перепутаны. По сравнению с предыдущим миром, задачи в нынешнем, несомненно, были намного проще для выполнения, но дело было не в этом. Любая боль, причинённая его возлюбленному, теперь воспринималась Лу Дэном как своя собственная. Система предупреждала его о чувствах. В универсальной классификации эта история принадлежала к типу «учебного заведения». Поскольку это был студгородок, там должны быть преподаватели и домашние задания. Опять есть домашнее задание… Лу Дэн поднял голову и задумчиво спросил Систему: - Разве все мои тетради уже не были взорваны на войне в прошлом мире Гу Юаня? - Все записи Хозяина сохранены в закодированном режиме. Этот массив данных сохранен в моей памяти после бомбардировок и не может устранен физически. Так как домашнее задание стало любимым романтическим тропом Гу Юаня, то встречаясь с ним вы можете заниматься этим видом деятельности. Со временем учебные материалы, возможно, всё ещё будут появляться перед Хозяином в том или ином виде. В механическом голосе отчётливо слышалось огорчение. Система намекала осторожно на жестокий факт, что, возможно, цель миссии бессознательно захочет делать домашние задания вместе с Хозяином в качестве ученика или учителя: - Короче говоря, нам всё ещё нужно делать домашние задания... - Лу Дэн выглядел задумчивым, а затем слегка кивнул самому себе. Поскольку они не могли воздействовать на первопричину, они с Системой попытаются уменьшить его домашнюю работу, тщательно скорректировав его роль в сюжете. Возраст доступных персонажей, которых он мог сыграть на миссии колебался от 18 до 24 лет. Все они, скорее всего, были студентами, так что, у Лу Дэна всё ещё не было возможности избежать бездны домашних заданий. Если бы у него действительно отсутствовала альтернатива, то у юноши не осталось бы выбора, кроме как подать заявку на роль уличного торговца, продающего шашлыки у входа в университет! Тогда ему придётся извернуться, чтобы попытаться случайно подружиться с новой инкарнацией Гу Юаня - Гу Чуаньбаем. Да, в крайнем случае, он смог бы использовать шампуры с сочным мясом как предлог для встреч! Лу Дэн долго размышлял над этой перспективой, но решил сначала нажать на список персонажей, из которых он мог выбрать. Он просмотрел каждое резюме. Наконец, его внимание привлекла последняя личность. Молодой талантливый профессор. Двадцать четыре года, недавно был назначен преподавателем ботаники в Университете, заведует лабораторией и имеет в своём распоряжении некоторые средства. Это была роль учёного с высоким интеллектом и перспективами. Этот персонаж был предложен в соответствии с его собственным уровнем развития. Интеллекта и накопленных знаний Лу Дэна было достаточно, чтобы взять на себя такую роль. Вероятно, выполнить эту задачу будет несложно. В его распоряжении была бы целая лаборатория. Кто знает, может быть, он сможет обеспечить помещением и инструментарием кое-кого еще кроме себя. Хотя ему предстоит преподавать студентам только основу, исходя из его положения и ранга, его можно будет считать наставником Гу Юаня, то есть, Гу Чуаньбая. Его собственный ученик определённо не будет заставлять его делать домашнее задание! Ведь так?! Лу Дэн удовлетворённо кивнул, окончательно отказавшись от своей идеи стать продавцом шашлыков. Он немного изменил форму своего старого школьного рюкзака, который он носил на планете Галилей, чтобы тот стал более вместительным чемоданом. Он попросил Систему подготовиться к путешествию и затем, нажав на свой кулон, шагнул в вихрь, превратившись в информационный поток, преодолевающий пространство и время. *** На обычной земной аллее, где появился Лу Дэн, днем светило яркое летнее солнце, а по бокам вдоль дороги росли тенистые старые деревья. Казалось, никто не заметил взявшегося из неоткуда молодого человека, который с любопытством рассматривал перед собой величественное и высокое учебное здание. Пришелец расстегнул две верхние пуговицы на воротничке своей строгой рубашки и направился к главному зданию, везя за собой черный чемодан на длинной ручке. Университет, в котором собирался преподавать Лу Дэн, пожалуй, был самым известным высшим учебным заведением в Китае. Здесь царили сильная академическая атмосфера и открытость к новым знаниям. В глазах общественности Университет был памятником чистой науки – башня из белой кости, к которой все стремились. До того, как злодеяния Чжань Пэя были разоблачены, никто и представить себе не мог что в ученой среде происходят такие вещи. Колесо чемодана Лу Дэна скользнуло с камешка, и сумка внезапно накренилась в сторону. Молодой человек сумел вовремя дернуть багаж назад, чтобы устоять на ногах. Он потёр слегка ноющую потянутую руку. Чтобы соответствовать дизайну его персонажа, Лу Дэн набил чемодан книгами, своими вещами и учебными материалами, поэтому сумка весила прилично. Был разгар лета, и жара стояла изнуряющая. Даже сам воздух сушил легкие. Чёлка молодого профессора уже пропиталась потом. Лу Дэн поднял руку и вытер лоб. Он несколько раз закатал манжеты рубашки. Было бы неплохо, если бы его угостил кто-нибудь прохладным напитком. И как только эта мысль пришла ему в голову, рядом с ним тихо появилась тень. Подул лёгкий ветерок, освежая кожу. Лу Дэн удивленно поднял голову. К нему подошел высокий молодой человек заслонил ослепительный солнечный свет. Приветливо улыбнувшись, он взял чемодан из его рук и передал ему банку ледяной содовой: - Я только что купил её. Вот, можете взять. Доброжелательный молодой человек, угостивший агента системы напитком, показался тому весьма привлекательным. Новый знакомый был на полголовы выше Лу Дэна, с короткими чуть вьющимися волосами и ясными глазами. Хотя незнакомый молодой человек неожиданно завёл разговор с ним, Лу Дэна это не смутило, возможно, из-за особенно искреннего тона и выражения лица незнакомца. Их взгляды встретились, и сердце агента системы слегка ёкнуло. Его поза незаметно смягчилась. Он взял банку с содовой, и произнёс вежливо поблагодарил: - Спасибо, могу я спросить ваше имя?.. - Меня зовут Гу Чуаньбай. Я – студент-аспирант биологического факультета. Добродушный учащийся, заметив просветленное радостное лицо своего знакомого, подумал, что уже догадался, о чём тот хотел его спросить. Он рассмеялся и легко понёс чемодан одной рукой: - А ты новый студент Университета? Я все здесь знаю. Куда ты хочешь пойти? Будет быстрее, если я тебя туда проведу. Юноша перед ним, казалось, был того же возраста, что и он. Может он старшекурсник, приехавший по обмену? В начале учебного сезона всегда был приток новичков, и растерянные люди обычным явлением. Хотя Гу Чуаньбай был постоянно занят, это не мешало ему помогать по мере сил новичкам. Это действительно был он! Он нашел его с первого раза! Лу Дэн поджал уголки губ, ему трудно было сдерживать радость. Улыбка мелькнула на миг, и звёздный свет замерцал в глубине его тёмных глаз. Конечно, у Гу Юаня не осталось никаких воспоминаний о предыдущем мире и о нем, пока кончится испытание, он не вспомнит Лу Дэна. Даже его личность, возможно, была заново сформирована под этого нового персонажа. Но когда он внимательно посмотрел на молодого человека перед собой, ему показалось, что он видит перед собой более молодую версию Гу Юаня, может только прическа другая. Его возлюбленному ещё предстояло быть отполированным судьбой, чтобы стать совершенным ограненным алмазом: спокойным и проницательным. Стать отрешенно взирающим на хитросплетения истории и хранителем ткани бытия. Его просветленный, ликующий дух уже сиял, уверенный в избранном пути. Но будет ли после всех испытаний в этом совершенном сердце место для Лу Дэна… «Хозяин, вы бы могли бы начать с легкого флирта» - хихикнула внутри сознания Система. Слегка встряхнув пару раз банку с колой, Лу Дэн слегка приподнял брови и тепло поблагодарил студента. Он сказал, куда направляется и быстро пошёл рядом с провожатым, надеясь, что тот не заметил его румянца и того, что он украдкой разглядывал его. Одежда Гу Чуаньбая была простой и скромной. Его футболка и джинсы выглядели весьма поношенными, но они были выглаженными и чистыми. Его рука, несущая чемодан, красиво вытянулась с гладкими линиями мышц, а кожа молодого человека была слегка загорелой пшеничного цвета и казалась здоровой гладкой. Он не носил никаких дополнительных аксессуаров, только тонкий красный шнурок кулона, висевшего у него на шее, виднелся из выреза футболки. Пройдя долгий путь по жаре, Лу Дэн почувствовал сильную жажду. Юноша тайком отвёл взгляд и допил газировку, которую ему дал Гу Чуаньбай. Шипящий напиток булькнул у него в горле, быстро погасив палящий летний зной. Холодное чувство спустилось до самой груди, и он слегка икнул. Лу Дэн прищурил глаза, чувствуя себя комфортно и расслабленно. Идя по гравийной дороге с чемоданом, Гу Чуаньбай перевёл взгляд на молодого человека рядом с ним, и в глубине его глаз появилась нежная улыбка: - А как тебя зовут и на каком ты факультете? Готовность помогать другим всегда была его добродетелью, пусть иногда и выходила боком, и отдать ледяную газировку, особенно в такую жару, когда поблизости не было торговых автоматов, несомненно был благородным поступком по отношению к незнакомцу. Гу Чуаньбай не знал пока даже имени своего собеседника, но по какой-то необъяснимой причине нашёл другого парня очень приятным. Это было всё равно, что встретить младшего брата, с которым он был знаком с детства. Он хотел позаботиться о нём, и он уже отдал банку содовой, прежде чем даже осознал это. Отдать новенькому газировку, казалось, более правильным, чем выпить ее одному. - Меня зовут... – начал Лу Дэн и осекся. Он поднял на глаза на студента и уже собирался назвать ему своё имя, когда его взгляд внезапно переместился. Какие перемены принесет в эту историю, если вдруг память Гу Юаня была заперта не надежно. Он мягко поджал губы и произнес: - Лу Цзянмо, биологический факультет.[1] Выдумать новое имя для Лу Дэна было несложно, он привык к перевоплощениям и ролям. Имя «Чуаньбай» - холодное и стойкое по своей природе, означает «кипарис». Тогда как «Цзянмо» — тёплое имя гибкой цицании, растущей по берегам рек и цветущей летом. Вместе их имена гармонично уравновешивают друг друга. Поскольку Лу Дэн играл выдающегося молодого специалиста по ботанике, было бы лучше приспособить его имя к этой роли. И таким образом, его имя будет легче запомнить. Хотя, основываясь на том факте, что, даже не помня о Лу Дэне и прошлой жизни, новая инкарнация Гу Юаня все равно каким-то образом заметила его среди прохожих и подошла именно к нему, агент системы мог взять любое имя. Дело было не в имени. Связывают души не имена, так что он мог назваться хоть Лу Шампур-с-тефтелькой, неважно. Однако, в зависимости от сюжета мира и гибкости истории, выполнение задания под вменяемым прикрытием обеспечит ему определённый уровень гарантии успеха. На лице Гу Чуаньбая появилось слегка удивлённое выражение. Видя, что его знакомый похоже не шутит, он не смог удержаться от смеха и мягко кивнул: - У вас очень красивое имя. В ответ на мягкий свет в его глазах по лицу Лу Дэна скользнула смущенная улыбка. Они продолжили идти по гравиевой дорожке и беседовать. Прогуливаясь среди тени деревьев, через некоторое время они уже добрались до административного здания. Хотя Лу Цзянмо был тихим и сдержанным человеком, он не позволял разговору зайти в тупик стандартных вопросов. Он всегда давал раскрытый подробный ответ Гу Чуаньбаю, а тот также постепенно все больше открывался и разговаривал свободней, знакомя спутника с особенностями Университета. - Улица за академгородком очень оживленная. Здесь работает много маленьких лавок и забегаловок, торгующих едой и всевозможными вещами. Так тут рядом есть интернет-кафе, аттракцион с бросанием колец и тир, а также полно придорожных киосков, торгующих шашлыками. Честно говоря, это вкусно, но не всегда безопасно, уличные торговцы не очень-то любят чистоту. Иногда мы в кампусе тайно делаем их сами. Наличие духовки и индукционной плиты в лаборатории очень полезно. Новый знакомый Гу Чуаньбая шел рядом с ним и выглядел заинтересованными спокойным. На вид он был как обычный хороший приличный ученик. Вероятно, он никогда не делал ничего, выходящего за рамки дозволенного, когда учился в старших классах. Но рассказывая что-то совершенно противоречащее университетским правилам, Гу Чуаньбай чувствовал себя комфортно, он даже поднял руку, чтобы обнять приятеля за плечи, и с улыбкой похлопал его по спине. - Атмосфера нашего Университета очень открытая. Здесь очень щепетильно относятся к правам и свободам студентам. До тех пор, пока поступки учащихся и преподавателей не выходят за рамки дозволенного, администрация ко всем остается лояльной. Говорят, что аспиранты ведут себя более компанейски и дружелюбно. Позже, когда ты познакомишься с обстановкой поближе, можешь прийти ко мне, чтобы перекусить на халяву. Лу Дэн моргнул, посмотрел на него и слегка кивнул. Он застал то время, когда Гу Чуаньбай всё ещё был таким оптимистично настроенным аспирантом и всё ещё гордился своей альма-матер. Он еще перелезал через стену и выходил ночью поиграть в автоматы в баре. Он готовил горячую кастрюлю лапши на лабораторной плите; тайно использовал жидкий азот для приготовления мороженого и использовал банку содовой, чтобы заманить и похитить нового ученика, которого он даже не знал, прямо с дороги – новое воплощение Гу Юаня вело себя, как мальчишка со смекалкой и большим количеством энергии. Пусть он всегда остается таким же таким радостным. Пусть он проживет жизнь талантливого и блестящего ученого, с несгораемым энтузиазмом. У него изначально были такие безграничные перспективы на будущее, но их оборвали в угоду сюжету и становления другого настоящего героя. К его щеке прижали еще одну холодную банку содовой, и Лу Дэн пришёл в себя. Гу Чуаньбай, оказывается запасся газировкой, но они уже стояли напротив лифта в холле. Молодой ученый уже нажал кнопку, чтобы подняться. Заметив оцепенение Лу Дэна, аспирант немного забеспокоился. Он переложил банку с содовой в другую руку и проверил температуру новичка, приложив ко лбу тыльную сторону ладони: - Тебе слишком жарко? В такую погоду можно получить тепловой удар. В здании работает кондиционер, так что скоро станет полегче. Столкнувшись с беспокойством в тёмных зрачках напротив, Лу Дэн успокоил свой разум и мягко покачал головой. Все в порядке. Он просто отвлекся. Гу Чуаньбай вздохнул с облегчением. Он улыбнулся и похлопал его по плечу. Намеренно делая серьезный вид, он сказал: - Не волнуйся. Я знаком с этим местом. Если что, я прикрою тебя перед директором и профессорами. - Он поднял подбородок, делая себя более внушительным. Неожиданно, этот жест действительно преобразил его, заставив выглядеть так, словно он был тут главным боссом. Это напомнило Лу Дэну о директоре Гу Юане. Лу Дэн не смог удержаться от смеха. Солнечная яркая улыбка коснулась его глаз. Сердце Гу Чуаньбая поспешило ёкнуть в груди, а разум запечатлеть этот теплый милый образ; его смог заставить очнуться только громко прозвеневший сигнал лифта. Железные двери медленно раскрылись перед ними. Гу Чуаньбай покачал головой, приведённый в чувство звоном лифта. Он усмехнулся Лу Дэну и втащил чемодан в лифт. Все новые студенты регистрировались на третьем этаже административного здания. Но большинство новеньких сначала находили место, где можно было оставить свой багаж. Редко, кто тащил на регистрацию такой тяжёлый чемодан. Этот Лу Цзянмо, вероятно, вообще понятия не имел, в какую сторону идти. Он не знал, что было в чемодане, но его было нелегко нести. Гу Чуаньбай занимался спортом круглый год, но нести багаж всю дорогу было немного утомительно. Не позволяя Лу Цзянмо поднимать тяжесть, он помог втащить багаж в лифт. Как раз в тот момент, когда он собирался нажать кнопку третьего этажа, в кабину внезапно ворвалась группа энергичных первокурсников, и в мгновение ока маленькое пространство лифта действительно стало тесным. В выходные в секретариате долго не работали, и большинство топчущихся в кабинке лифта были новыми студентами, стремящимися попасть на прием и получить информацию. Когда группа первокурсников увидела, что их невольные спутники в лифте не похожи на почтенных профессоров, они вновь расслабились и начали возбужденно разговаривать. Мгновенно стало очень шумно. Лу Дэн моргнул и незаметно сделал полшага назад в угол лифта. Его движения были незаметными, и это вряд ли привлекло бы чьё-то внимание. Однако взгляд Гу Чуаньбая уловил смятение спутника. Он переложил чемодан в другую руку и непреднамеренно(возможно) прислонил свободную руку к стене лифта возле головы новенького учащегося, отгораживая собой немного спокойного пространства и нависая над ним. Это движение заставило тело аспиранта слегка наклониться вперёд. Цзян Мо и Чуаньбай почти соприкасались друг с другом в тесноте. Обаяния Лу Дэна коснулся приятный до боли знакомый тонкий аромат цитрона. Будто кулон, который подарил Лу Дэн, был все еще на перерожденном Гу Юане. * [Тут должна пояснить. Ранее в переводе упоминался кулон из священного дерева ниншэн, который подарил Гу Юаню Лу Дэн. Я не знала, что это точно значит, и нашла перевод дерева только сейчас. Священное дерево нин шэн柠聖 нин шэн – это дословно: "священное лимонное дерево", точнее цитрон. В Китае с давних времен выращивают цитрон пальчатый, он же «Рука Будды», завезенный из Индии буддийскими монахами. Яркими вытянутыми плодами цитрона украшают жилище и алтарь на Новый год для благословения и привлечения удачи, а из древесины цитрона мастерят разные украшения на счастье. Цитроны относятся к цитрусовым и имеют такой же аромат. Так как, это дерево угодно Будде и имеет яркие желтые плоды, оно стало священным. В новелле с восьмой главы название дерева исправлено]. Двери лифта закрылись, и он медленно начал подниматься. Лу Дэн запрокинул подбородок и встретился с глазами студента-аспиранта, а затем намеренно отвёл взгляд. Внезапно он ощутил жар в груди, потому что тело молодого человека качнулось вперед, едва не прижавшись к нему, но Гу Чуаньбай контролировал себя. Пусть он и зажал в углу Лу Дэна, но не ничего неприемлемого не делал. Он просто загородил собой своего спутника. Человеческие голоса, казалось, сделались тише. Только недавно окончивший университет молодой аспирант не имел того практичного спокойствия, которое было у Гу Юаня в прошлой жизни. Красивое лицо Гу Чуаньбая хоть и было сейчас серьёзным, но вместе с тем и слегка нервным. Рука, которой он опирался на стену лифта, была жёсткой и прямой. Его глаза оставались спокойными и беззаботными, но кончики ушей немного покраснели. Для него не было обычным делом поддразнивать первого встречного, зажимая его в лифте романтическим приемом «кабэдоном». Лу Дэн поджал губы, но не мог сдержать улыбку. Этот невинный флирт был милым. Он пошевелил рукой, которая была у него в кармане, и коснулся серебряного колокольчика, привязанного к брелку ключей, осторожно перебирая его пальцами. Лифт, который раньше поднимался так быстро, теперь поднимался особенно медленно, словно время вокруг почти остановилось. На затылке Гу Чуаньбая выступили капельки пота. Видя, что Лу Цзянмо не возражает против его действий, он, наконец, вздохнул с облегчением и затем совершенно неосторожно наткнулся на блестящие карие смеющиеся глаза и нежную улыбку. Отведя взгляд, парень глубоко вздохнул, снова приходя в себя. Он изо всех сил старался сфокусировать взгляд на макушке нового знакомого. Лифт остановился и распахнул свои двери на втором этаже. Когда створки разошлись никого по ту сторону не оказалось. Первокурсники заворчали по поводу того, кто вообще мог нажать кнопку лифта на втором этаже. Гу Чуаньбай молча считал удары своего сердца, его разум всё ещё был заполнен улыбкой Лу Цзянмо. «Успокойся», - говорил он сам себе. Гу Чуаньбай выровнял дыхание и вновь обрёл хладнокровие, после чего перевёл взгляд от макушки обратно к глазам спутника. Лу Цзянмо перестал смотреть на него. Он прислонился спиной к стене лифта, пользуясь тем, что находился в своём маленьком отделённом пространстве, чтобы достать мобильный телефон и просмотреть свои уведомления. Вероятно, из-за того, что он круглый год сидел дома и занимался, цвет лица юноши был бледным, подумал аспирант. Длинные, густые ресницы Лу Цзянмо трепетали, пот от летней жары на лбу уже высох из-за кондиционера. Черты его лица были мягкими и нежными, его короткие волосы прилипли к скулам и вискам, а уголки губ всё ещё слабо изгибались. Возможно, из-за того, что человек, за которым он наблюдал был слишком тихим, Гу Чуаньбай внезапно почувствовал, что что-то не так. Он был аспирантом, который продолжил обучение в том же университете, в который поступал в качестве студента. Он был очень хорошо осведомлён о происходящем в этих стенах изменениях. Ходили слухи, что биологический факультет недавно нанял весьма молодого профессора ботаники. Но для ученых и сорокалетний возраст считался молодым и многообещающим. Никто никогда не подумает о преподавателе моложе тридцати. Двери лифта снова закрылись, и лифт медленно двинулся вверх, выпустив толпу на третьем, кабина направилась на седьмой этаж, нажатый прежде Лу Дэном. Ничего страшного, чтобы нынешняя невинная реинкарнация его Гу Юаня проводила его до дверей офиса, а не только до канцелярии. Улыбка Лу Дэна стала ещё шире, когда он поднял глаза и подмигнул изумленному аспиранту, подтверждая его догадку, забавляясь, глядя на то, как у него изменилось лицо. Он достал из кармана конфету и протянул опешившему Гу Чуаньбаю. Глядя на молодого человека, который, вероятно, был самым молодым профессором в истории Университета, ладонь молодого человека внезапно покрылась потом. Он тихо поблагодарил будущего преподавателя его кафедры и взял кусочек сливочной ириски. Подумать только, он использовал банку содовой, чтобы подразнить профессора! Он сообщил своё имя и факультет, обнял профессора за плечи и рассказал ему о своих лабораторных нарушениях, которых, вероятно, было достаточно, чтобы его наказали с десяток раз. Он также заключил профессора в «кабэдон» в лифте.[2] Гу Чуаньбай ощущал, что его ситуация с каждой минутой становилась все безнадежней. - А мороженое, которое ты готовишь в лаборатории, вкусное? - Видя его внезапное возвращение сдержанности и смущение, Лу Дэн решил что-нибудь спросить, чтобы разрядить атмосферу. Подумав, он выбрал тему, которая интересовала его больше всего - сладости. Агенты системы были очень внимательны к правилам. В их совершенном мире было много деликатесов, но готовит с помощью жидкого азота в студенческой лаборатории мороженное никто бы не стал. Гу Чуаньбай же в свою очередь в это мгновение думал о том, сколько часов лекций по ботанике для аспирантов у него было в этом семестре, когда услышал о мороженом, о котором ранее упоминал. Холодок, похожий на пар жидкого азота, внезапно пробежал по его спине: - Эмм. На самом деле - это всего лишь эксперимент вне занятий. Речь зашла о молекулярной кухне, мы не собирались проверять все на практике… Лу Дэн моргнул и уклончиво кивнул. В его глазах вспыхнул шаловливый понимающий огонёк. Остановив своё намерение перевести разговор с незаконного мороженого на гидродинамику, Гу Чуаньбай встретился с ясным взором нового профессора, и его сердце подпрыгнуло. Он молча сжал ручку чужого чемодана. Он быстро проговорил: - На самом деле, вам просто нужно смешать сливки и молоко, добавить ваниль и ароматизатор, а затем перемешать все и залить жидким азотом. Метод очень прост, - тихо закончил Гу Чуаньбай, когда двери лифта открылись, и он вышел, волоча за собой чемодан. - Температура жидкого азота составляет -1965С, но температура испарения тоже очень низкая. Вы не пострадаете от кратковременного контакта с этим веществом, особенно если будете носить защиту. При быстром замораживании конденсированные кристаллические частицы могут быть размером микрометр. На вкус такое мороженое будет мягче и тоньше, молочный вкус будет более плотным, и оно будет медленнее таять. Привлечённый описание вкуса, Лу Дэн внимательно слушал, доставая ключи. Внешность молодого профессора была утончённой, он был ниже Гу Чуаньбая, но его присутствие все равно было ощутимым. Лу Цзянмо показался особенно простым и мягким, когда проявил заинтересованность и то, что не станет попрекать учащихся за мелкие вольности. Гу Чуаньбай не смог удержаться от улыбки новому преподавателю. Он подавил желание поднять руку и потереть голову Цзянмо. Его тон стал теплее: - Немного практики, и вы добьетесь определенно хорошего вкуса. Лу Дэн моргнул, теперь он пребывал в нетерпении: - Ты можешь сделать для меня немного? - Я… Гу Чуаньбай открыл было рот, чтобы ответить «с удовольствием», когда его взгляд упал на табличку с именем [Специально приглашенный профессор Лу Цзянмо] на двери кабинета, перед которым они стояли. Он вдруг вспомнил свою близкую к средней оценку по ботанике на последнем курсе и мгновенно протрезвел: - Мне очень жаль, на самом деле, я не так хорош в кулинарии… Профессор, стоявший перед ним, казался чистым и честным человеком. Он должно быть соблюдает все строгие правила в лаборатории. Независимо от того, рассказывал ли Чуаньбай о своих нарушениях или подбивал едва знакомого человека нарушать дисциплину самому, - это было неприемлемо. Чересчур молодой преподаватель ботаники слегка только слегка вздохнул на скомканные извинения аспиранта и кивнул, выглядя немного разочарованным. Он поднял руку и толкнул дверь, открывая её. Ладно, по крайней мере, Лу Дэну не нужно будет тратить время в этой истории на домашнее задание. Он не мог грустить лишь из-за того, что не смог съесть вкусное нежное сладкое сливочное мороженое. Лу Дэн постарался приободриться и поднял руку, чтобы поднять свой чемодан. Однако Гу Чуаньбай уже поднял чрезмерно тяжёлый багаж и помог ему пронести его через дверь. Планировка офиса была минималистичной. Письменный стол из красного дерева стоял у окна, в углу стола располагалась лампа, а у стены стоял черный кожаный диван из чистой чёрной кожи и Книжные полки занимали всю стену. Комната прямо воплощала в себе академический, суровый научный дух. Все специально приглашенные профессора получали высокую плату за переезд. Им также предоставлялось жильё за пределами школы. Офис же годился лишь для подготовки лекций и случайных задержек допоздна на работе, когда нет сил дойти до квартиры и можно заночевать на диване. Естественно, вся мебель была выбрана для удобства использования. Но рабочее пространство выглядело довольно пустым, одиноким. Пока Гу Чуаньбай прибывал в оцепенении, ему вручили бумажный стаканчик, только тогда парень очнулся. Профессор Лу Цзянмо улыбнулся ему. После того как новый преподаватель заставил его выпить воды, он усадил его отдохнуть на диван, а затем повернулся, чтобы привести в порядок свои вещи. Чтобы сделать его личность более реалистичной, Система действительно не поскупилась на реквизит. Лу Дэн вынул научные книги одну за другой вместе со стопкой аккуратно отпечатанных документов. Неудивительно, что чемодан было так трудно нести. Если бы не Гу Чуаньбай, он бы сам измотался тягать чемодан со сломанным колесиком, у него бы долго болела рука. Лу Дэн давно привык к тишине рабочих офисов, поэтому не понимал, что с этим офисом что-то не так. Он переставил книги на свободную полку, аккуратно их расставляя и всё ещё мечтая о приготовлении мороженого. С его нынешним статусом после удачных экзаменов, он мог подать заявку в центральную систему, чтобы получить спонсорскую поддержку для своей частной лаборатории и скидку в межпространственном виртуальном магазине на оборудование. Например, на цистерны с жидким азотом. Молекулярная кухня звучала очень неплохо. Гу Чуаньбай всё ещё не осмеливался полностью доверять ему. Когда они двое поближе познакомятся друг с другом, он наверняка получит много рецептов новых блюд. Лу Дэн засунул на книжную полку тяжёлый справочник. Его палец пробежал по позолоченным сложным латинским словам на корешке. Уголки губ Лу Дэна снова изогнулись в улыбке, а брови приподнялись, когда в его голове начал формироваться план. Большинство ученых с трепетом относились к своим книгам и не допускали, чтобы учащиеся трогали их или ставили не туда, создавая хаос, поэтому Гу Чуаньбай сидел на диване с бумажным стаканчиком в руках и не сводил глаз с деловитой фигуры молодого преподавателя. Летнее солнце ослепительно сияло за окном и освещало нежные и мягкие черты приглашенного профессора, высвечивая пушок на щеках и ресницы, бронзовыми бликами украшая темные волосы. Лу Цзянмо был так сосредоточен на уборке, что не замечал на себе пристального взгляда. Гу Чуаньбая заворожённо следил за ним с теплотой во взгляде. Он набрался храбрости и уставился прямо на заманчивый силуэт профессора. Он пошевелил рукой в кармане и нащупал ладонью ириску, подаренную Цзянмо. В Университете было много известных экспертов, но все виденные Чуаньбаем профессора были средних лет, серьёзные, искренне преданные академической среде. Такой безликий офис хорошо подходил для таких людей, но, глядя на молодого человека перед собой, Гу Чуаньбай не мог представить себе светлого, задорного, дружелюбного Лу Цзянмо в этих серых стенах. Он вспомнил, как тот с искренним любопытством интересовался у него изготовлением мороженного. Всё ещё борясь между своими страхами и улыбкой профессора, этикой и влечением, парень начал подсчитывать свои шансы на продолжение отношений. Внезапно, краем глаза он что-то заметил. Та латинская книга, которую Лу Цзянмо поставил криво на полку, оказалась неустойчивой и после пары колебаний начала падать. Профессор между тем ставил книгу ниже на соседнюю полку. Лу Дэн поспешно отодвинулся в сторону, чтобы попытаться избежать удара, но так как его руки были полны книг, он на мгновение замешкался. - Осторожней! Книга состояла из плотных листов в кожаном переплете с острыми металлическими уголками. Этого было определённо достаточно, чтобы нанести травмы. Гу Чуаньбай немедля бросился вперёд. Он невероятно быстро оказался рядом с Лу Цзянмо, чтобы прислонил его к себе одной рукой и остановить падение толстой книги другой. Затем, воспользовавшись преимуществом своего роста, он легко запихнул справочник поглубже на полку. Профессор остался прижимать к груди пару книг, чтобы не дать им упасть на пол из-за резких движений. Когда они оба осознали, что произошло, в офисе снова воцарилась тишина. Молодой профессор в объятиях Гу Чуаньбая, казалось, не был напуган таким инцидентом. Они оказались так близко друг к другу, что парень даже чувствовал свежий травяной аромат, исходящий от Лу Цзянмо. Новый преподаватель, не смущаясь поднял голову, находясь в объятьях. На его лице появилась улыбка, и он тихо произнёс: - Спасибо, - ноздри Лу Дэна дернулись, когда он ощутил вновь сладковатый едва уловимый древесный цитрусовый аромат. Опасность миновала, но сердце Гу Чуаньбая всё ещё билось заполошно в груди. Он был ещё больше ошеломлён предназначенной ему беззаботной улыбкой. Руку, которой он обнимал другого, начало покалывать от напряжения, прежде чем он внезапно вырвался из прекрасной иллюзии. Он быстро убрал ладонь с чужой спины и сделал несколько шагов назад: - Извините, профессор Лу… - Цзянмо. Пожалуйста, обращайся ко мне по имени вне аудиторий. Профессор продолжил мило улыбаться стушевавшемуся аспиранту. Он терпеливо поправил его и поставил на полку книги, которые держал в руках. Видя, что Гу Чуаньбай всё ещё не пришел в себя, он поднял ладонь и помахал ею перед его глазами. Затем он повторил: - Просто обращайся ко мне «Цзянмо». Вздохнув, профессор дотронулся до похолодевших кончиков пальцев Гу Чуаньбая и сжал их. Парень вздрогнул. Видя, что его всё ещё не отпускает, Лу Дэн поднял брови, дважды легонько кашлянул и тряхнул сжатую ладонь. Это движение, наконец, заставило зачарованного аспиранта пробудиться совсем. Он был немного сбит с толку, но вроде с ним было все в порядке. Лу Дэн закончил с книжной полкой и собирался разбираться с письменным столом, когда он обернулся, чтобы быть пойманным за руку Гу Чуаньбаем. Тот смущаясь сказал: - ...Цзянмо. Независимо от того, какое имя он использовал, Лу Дэну всегда нравилось слышать, как его любимый искренне зовёт его. Системный агент поднял голову и встретил торжественный взгляд молодого человека. Он тоже стал серьёзным и дальше спокойно ждал следующих слов. Сердце Гу Чуаньбая забилось быстрее. Он глубоко вздохнул и медленно признался: - На самом деле, я умею делать отличное мороженое. *** Примечания: Глава большая, так что, извиняюсь за опечатки. [1] Поговорим о значении имен наших главных героев. Как они дополняют друг друга. В этой арке значение имени Лу Цзянмо. 蒋末 [jiāng mò ] цзянмо – соцветие цицании, дикого риса. Зизания(цицания) широколистная, водяной рис растет по берегам озер, в заводях, в водоемах со слабым течением в Восточной Сибири (в Забайкалье) и на Дальнем Востоке. Нередко, зизания широколистная, водяной рис специально разводится в озерах и водохранилищах для очистки водоемов, как природный биофильтр. Травянистое многолетние злаковое растение. Цветет зизания широколистная с июля до осени. Плодоносит в сентябре. Китайцы употребляют в пищу не столько зёрна дикого риса, сколько хрустящие белые побеги, по виду напоминающие лук-порей. 蒋 jiāng [ jiāng ] цзян - бот. цицания широколистная, водяной рис, тускарора (лат. Zizania latifolia Hance) 末[mò] мо - 1) конец; конечный; последний 2) порошок; крошка; мелочь 3) метелка (в бот.соцв.) Реинкарнация Гу Юаня – Гу Чуаньбай. 川柏 [chuān bаi; чуань бай] – речной кипарис. Кипарис плакучий (лат. Cupressus funebris) — вечнозелёное хвойное дерево семейства кипарисовых (Cupressaceae)В природе встречается на территории Китая.Высота дерева до 18 м, ветви повислые. Растение часто высаживают на кладбищах в Китае и Японии. В Китае он - символ вечного существования человеческой души. 川 [ чуань chuān] - река, поток, диал. равнина, сокр. провинция Сычуань; сычуаньский 柏 [bó, bǎi бo, бай] - I сущ.бот. кипарис плакучий (Cupressus funebris Endl.) II гл.быть близким; прилегать (напр. к земле); наседать, приближаться (о сроке) А теперь посмотрим значение изначальных имен Лу Дэн и Гу Юань. Имя Лу Дэн. 陆灯 - приб. "земной фонарь/свет". 陆 [lù, liù; лу, лю] - I сущ. 1) суша, земля; материк, континент; континентальный, материковый; на земле, на суше. 2) дорога; наземные пути сообщения; наземный, сухопутный; по суше, сухим путём. 3) II прил. земной, наземный, материковый 4)* вм. 睦 (дружественный; ласковый). 灯 [dēng; дэн] - лампа, фонарь; источник света. Имя Гу Юань. 古元 - приб. "древний исток/начало". 古 [gǔгу] - древний; древность; древние времена, старинный, античный, старый, долголетний. 3) не подверженный влиянию среды, стойкий; принципиальный 元 [yuán; юань] I сущ. 1) голова; глава; головной; главный) корень, исток, основа; основной элемент; начало. 2) II прил.первоначальный, первичный; изначальный; основной; исходный, главный, старший. 4) прекрасный, превосходный, совершенный, лучший, иероглиф денег юаней. [2] кабэдон (яп. 壁ドン, Стена + «дон») - ситуация, когда мужчина притесняет девушку к стене, преграждая ей пути к отступлению, а при ударе ладони о стену получается звук «дон». Японцы такой способ признания в чувствах считают милым и смелым. Часто встречается в аниме.