Сон в зимнюю ночь

Усталость накрыла не сразу, а когда они уже вошли в квартиру. Андрей с удовольствием отправился бы сразу спать – сейчас с особой теплотой вспоминались их с Катей первые совместные дни в этой квартире, когда Ромка дразнил их «медведями-шатунами». Тогда они могли позволить себе просто спать, сколько хочется. Сейчас бы тоже впасть в спячку до понедельника!.. Но завтра утром нужно ехать на похороны Кристины, и делать вид, что все они скорбят по трагически погибшей невинной жертве. А значит, им нужно подготовиться – прикинуть одежду, время выезда и где купить цветы по дороге. Когда они, наконец, все закончили, пролетела пара часов.    Пока Катя готовила нехитрый ужин – яичницу с помидорами и бутерброды, Андрей сел за стол на кухне, собирался было порезать хлеб, прикрыл глаза всего на секунду – и понял, что еще немного и заснет окончательно. Пришлось сходить в ванную и быстро умыться холодной водой, чтобы хоть немного взбодриться и дотянуть до конца ужина.    После ужина Катя ничего не сказала – просто убрала со стола и потянула его за руку в сторону спальни. Закрыла шторы, за которыми еще вовсю светило вечернее солнце, сняла с него часы и положила их на тумбочку.   Андрей сел на край кровати и на несколько секунд просто замер, позволяя себе никуда не спешить. Он расслабленно наблюдал за ее движениями, а потом встал, чтобы взять мобильник с тумбочки.   – Завтра рано вставать, – сказал он с легкой усмешкой. – Давай поставим будильники на обоих телефонах. Так надежнее. А то если опять утро с вечером перепутаем, неловко выйдет.   Катя светло улыбнулась, явно вспомнив их мартовские сонные выходные, но будильник тоже включила. Она подошла ближе и начала расстегивать его рубашку. Андрей перехватил ее руку, притянул к себе и на секунду просто прижал, уткнувшись щекой ей в плечо, а уже потом поцеловал – медленно, без спешки. Еще секунду он держал ее рядом, лбом ко лбу, не отпуская, словно впитывая ощущение близости.     Он так и не отпустил Катю сразу. Обнял крепче, положив ладонь ей на спину, и несколько секунд они просто стояли посреди комнаты, прижавшись друг к другу. Потом они легли рядом, и Андрей сразу обнял ее, уткнувшись лицом ей в волосы, и почти сразу почувствовал, как напряжение окончательно отпускает и он проваливается в сон, спокойный и уютный.    Разбудила его трель мобильного. Он даже не сразу понял, что это не будильник, а именно звонок. Отец. Он кинул взгляд на стоящие на тумбочке часы – уже девять! Неужели они проспали? Катя села на кровати и сонно потерла глаза, щурясь от света.   – Привет, – произнес он коротко, чтобы голос не выдал, что он только что проснулся. Он тут же включил громкую связь и стал лихорадочно прикидывать, как им теперь побыстрее собраться – через час они должны быть на месте, дорога займет не меньше сорока минут, а ведь нужно еще купить цветы…   – Андрей, добрый вечер, – начал отец деловым тоном, и Андрей выдохнул. Все же девять вечера, не утра! Они не проспали! – Вы с Екатериной можете подъехать в гостиницу прямо сейчас? Я только что встретился с Ильиным и хочу обсудить новости. Завтра утром для этого не будет времени, а тебе и ребятам это важно знать до разговора с Александром. Скажу сразу, новости не плохие.    – Хорошо, мы сейчас приедем, – согласился Андрей, с трудом подавив зевок.    Катя молча кивнула ему и поднялась с кровати, на ходу собирая волосы, давая понять, что все слышала.   – Прекрасно, – ответил отец. – Я тогда позвоню сейчас Роману и Николаю, чтобы ты не тратил время на звонок. Лучше приезжай пораньше. И… – Павел Олегович на мгновение запнулся, а потом продолжил чуть более мягким тоном: – Андрей, у тебя все в порядке? У тебя странный голос. Ты пил? Тебе же сейчас это опасно…    – Я не пил, я спал, – фыркнул Андрей. – Мы сегодня срубились даже не в детское, а в младенческое время. Почти как в садике после полдника. Все нормально. Мы приедем минут через сорок-пятьдесят. Все, отбой, я побежал одеваться.    Собрались они в рекордные пять минут. После короткого сна Андрей чувствовал себя гораздо бодрее, а вот Катя просыпалась с трудом – дневной сон всегда давался ей тяжелее. Она захватила с собой термокружку со сладким черным чаем, чтобы быстрее проснуться, и салон машины заполнился ароматом бергамота.    Уже спускаясь вниз, Андрей еще раз обрадовался идее срочно купить машину, чтобы не зависеть от такси. Вождение возвращало чувство контроля – простого и понятного: скорость, поворот, тормоз. Он сам решал, куда и как ехать. Буквально полгода назад ему казалось, что дорога – это чуть ли не единственное, что он действительно контролирует. Теперь же дорога успокаивала.   В лобби отеля их уже ждали Роман и Коля. Выяснилось, что приехали они сюда напрямую из Зималетто, поэтому и добрались так быстро.    – Если из начальства там сейчас только мы двое, да и то с обеда, приходится задерживаться, – пояснил Роман в ответ на его удивление.   Они вместе поднялись в номер старших Ждановых.   Павел Олегович оглядел их внимательным взглядом, задержавшись на Андрее, и только потом кивнул: – Рад, что вы доехали так быстро. Я не люблю начинать разговоры с неопределенностей, поэтому скажу сразу: новости в целом хорошие. Я только что встречался с Ильиным. Он позвонил мне и предложил срочно встретиться неподалеку от гостиницы. Вам я звонить не стал – дело было срочное, вы бы просто не успели приехать.   Андрей невольно выпрямился, поймав себя на том, что ждет продолжения чуть напряженнее, чем хотел бы.   – Если коротко: похоже, за Атласовыми и Кофлером никто не стоит, – начал рассказ Павел Олегович. – Ильин решил побеседовать с Атласовыми, посмотреть на их реакцию в простом разговоре, без повестки. Приехал вместе с еще одним сотрудником, и едва не разминулся с ними – Атласовы как раз грузили чемоданы в машину. Поскольку никакой подписки о невыезде с них прежде не спрашивали, Ильин решил поговорить с ними хотя бы на месте, но реакция у них была неожиданная: Игорь внезапно попытался скрыться в подъезде и сбежать через аварийный выход, а Карина резко ударила по газам, Ильин едва успел отскочить от машины в сторону.    В комнате на мгновение повисла тишина. Катя медленно выдохнула, а Роман коротко покачал головой, словно подтверждая собственные мысли. Павел Олегович перевел дух и продолжил:   – В общем, Ильин с коллегой сумели нагнать Игоря и скрутили его уже в подъезде, а вот машину Карины патрульные смогли остановить уже на выезде из города. Игорь сразу же стал говорить, что его во все втянула Карина с братом, мол он был слишком напуган ими, чтобы что-то предпринимать. Мол, она придумала аферу с продажами и через брата нашла «перспективных» покупателей, тех, чье выполнение условий сделки Леонид мог бы сорвать. Но фабрика с самого начала была оформлена только на него, а вот залоги и штрафы вносились на их общий счет. Так что, у него есть шансы действительно переложить основную вину на жену, но доказать свою невиновность он сможет вряд ли.   Павел Олегович сделал паузу, давая им время осмыслить сказанное.   – Что тут важно для нас лично, на мой взгляд, – продолжил он чуть более эмоционально: – Судя по показаниям обоих Атласовых, в деле были только они и Кофлер. То есть, для Зималетто взять на себя обязательства по сделке Александра вполне безопасно. Более того, с учетом изначально заниженной стоимости фабрики, нам эта инвестиция выгодна. Никаких препятствий для завершения сделки тут нет. Завершенная сделка позволит заморозить полученные средства и направить их на возврат штрафа и, скорее всего, залога предыдущим покупателям, чьи сделки сорвались. Одним словом, Ильин предвкушает громкое дело. И это дело подтвердит официальную версию о случившемся с Кристиной – во всем виноват Кофлер, а Кристина в этой версии – прежде всего жертва.    На последних словах отца Андрей едва заметно поморщился, но кивнул. Он взял Катю за руку и тут же почувствовал легкое пожатие. Кинул взгляд на Ромку с Колей – те молча кивнули.   – Хорошо, – подытожил Андрей. – Полагаю, теперь мы можем все сказать Сашке. Завтра, после похорон. Я отвезу его обратно в больницу и там все объясню. Неформальное согласие банка у нас есть, вопрос с потенциальной опасностью сделки мы решили. Значит, дело за согласием Сашки и за решением совета директоров – полагаю, его нужно будет созвать на утро понедельника, чтобы формально принять решение об инвестиции. Если мы присоединим протокол экстренного совета к документам для банка, это придаст вес нашему запросу. Кира утром понедельника будет еще в Москве, Сашку как раз выпишут из больницы.  Мы должны подать документы в банк до полудня, значит, совет нужно назначить на десять утра или, самое позднее, на десять тридцать.   Павел Олегович кивнул не сразу. – Это разумно, – сказал он наконец. – Действительно, будет лучше, если с Сашей поговоришь именно ты. Я сначала хотел взять это на себя, но раз ты готов к этому разговору и сам это предложил – так будет даже лучше. Я очень надеюсь, что вы найдете общий язык. Что Саша оценит твою поддержку. И, Андрей, – он тепло посмотрел на сына, – я очень рад, что ты и твоя команда решили вернуться в Зималетто. Это очень важно и для меня, и для Марго, и для самой компании.