кола с ванилью.

***

Опустившийся холод на дальний, мало кому знакомый, город, оповещал его жителей о том, что они на пороге зимы. Во многих городах необъятной уже выпал снег, сибирь и дальний восток в нём чуть ли не по пояс ходили. Но в городе N она появится позже, хотя не мимолетно и не заметно, а резко, со снегом и пургой. Тучи сгустились на всё небо и солнце, которое и так не часто грело. Подувший сильным порывом ветер поднимал в воздух пыль и снег и разносил их по всему городку. Погода, откровенно говоря, отвратительная.       Так же думал и Мэйк, идущий по серым улицам, где практически не было людей. Тёмная челка каждый раз приподнималась, когда дул ветер, и скапливала на себе маленькие снежинки.       Взгляд парня упал на проходящую мимо женщину с маленьким ребёнком, который истошно орал. Рядом же плёлся закутанный в шарфы, кофты и шапку Диджейкин, которого было буквально не узнать, если не помнить все черты наизусть. Он улыбается и машет рукой, сразу получая подзатыльник от матери, чтобы тот не отвлекался.       Парень уже проходит мимо, но в след слышит «Я позвоню, Мэйки». Произношение его имени вызвало мягкую улыбку, ведь так его мог называть только его Валера.       Подходя к подъезду видит незнакомого пацана, что преградил ему дорогу. Молодой парень, на вид не старше самого Лава, стоял и нервно дёргал рукав. Высокий рост, тёмно карие глаза, россыпь веснушек на всё лицо, взъерошенные рыжие волосы и кепка козырьком назад. В голову быстро хлынули воспоминания и лицо парня, наконец, приобрело большее значение. — Кирилл? — для порядка, с легким удивлением, переспросил темноволосый.— Не ожидал тебя снова тут увидеть. Что на это раз? — С-снюс… Всего лишь снюс.— как оказалось, Кирил, вновь поправил рукав и завёл руки за спину, дабы не вызывать больших вопросов. — Знаешь, наверное, я это… Пойду… П-пока. — большое спасибо Кроки, за то, что теперь Клетчатый знает всех наркоманов, в их маленьком районе. — Ты аккуратней, малолетки загнутся же. — Не мои проблемы. Я просто приношу и толкаю куда надо, я просто доставщик. — Удачи тебе, просто доставщик. — Лав было хотел уйти, но его остановили — Чего ещё? — Ты это, может тебе шайбу дать? У меня остались самые хорошие, для друзей самого Кроки не жалко. — Э-э-э н-нет, мне ещё немного жалко свою э-э ж-жизнь. — Как хочешь, Крокусу привет.       Дождавшись, пока рыжий выйдет из подъезда, поднялся по лестнице и стал искать ключи, но чувствует, как в кармане вибрирует телефон. Всё та же фотография и та же надпись «пидор», только теперь с сердечком. — Привет, Клеточка. Как жизнь? — Я просил, чтобы ты так не говорил! — Да я же знаю, что тебе нравится эта кликуха.       Прозвища по типу «Клетчатый» и «Клетка» у него достаточно давно. Последние лет 7 точно. Первый придумал её так раз таки Валера, так что неудивительно то, что «Клеточкой» называет его только он. — Ой да пошёл нахуй, пидарасина. — сбрасывает, уже понимая, что сейчас парень будет неистово бомбить из-за это в личке.       Такое уверенное общение, как, допустим, сейчас, он ведь может позволить себе очень не часто. Только, когда с друзьями. Обычно же просто игнорирует пока с ним кто-то пытается заговорить. В ответ, если решится, что-то сказать, то с трудом связывая слова.       Пройдя в квартиру скидывает кроссовки и отпинывает в сторону полок для обуви. Сняв куртку аккуратно вешает на вешалку и волоча ноги проходит в зал. Сразу заваливается на кровать, на ощупь находит пульт и, включив телевизор, устремляет взгляд в его сторону.       Включалась яркая реклама каких-то ёлок, а к знаку телеканала был подставлен снеговик. Всё уже ярко говорит о том, что скоро новый год, только вот Мэйк, как всегда, не обращает на этот праздник внимание. Радует лишь одно — пару недель родители уехали к родственникам, не удосужившись взять сына с собой. — Бля, ну как всегда. — ничего, что привлекло бы его внимание не было на ближайших 20 каналах, но не оставляя желание в пустую провести время за просмотром какой-либо программы перещёлкивает дальше. — О, ебать, ну хоть что-то. — слегка радуется, когда последним каналом остается только тот, на котором крутят «След». — Думаю, уж лучше это, чем «Улицы разбитых фонарей». — оставил этот канал и направился наливать себе колу. — Ля, ну, Холодов красава, я считаю. — с набитым пиццей ртом смотрел уже 5-й выпуск. — Вот только Холодов молодец! Остальные блять нихуя не делают!       Ночь так и закончилась бы просмотром телесериала, если бы не вдруг раздавшийся звонок в дверь. Нехотя встав, Мэйк Лав подошёл к двери и, приоткрыв глянул кто его потревожил в 3 ночи. — Привет, — с явным стыдом и неудобством произносит Диджейкин, стряхивая с волос снег. — Прости, что заявился так рано. — Ты че ёбнулся? А если бы я спал? А если бы родители дома были? Долбаёб, — снимая с двери защёлку и пропуская парня, скрестив на груди руки, парень встал у стены. — Чего припёрся то? Случилось что?       Блондин буквально не мог отвести взгляд от него. Растрёпанные волосы, подаренная им самим, немного большая кофта, растянутые спортивки и носки с ёлочками, ну что за чудо. — Я просто волнуюсь! Ну и полная квартира детей это пиздец конечно. — Ох, разувайся, придурок. — уходит на кухню, берёт несколько банок разной колы и, еле удерживая, идёт в зал. — Племянники да двоюродные приехали, у них уже уроки отменили, мол для детей слишком холодно. — И сколько? — Восемь. Восемь блять! И все орут, скачут, носятся, ночью не один сука не спит, все какой-то хуйнёй занимаются, а мне даже спать негде. — Я уже думал соскучился по мне, — пропускает нервный смех, продолжая смотреть сериал. — Ну, это тоже, конечно. — начинает липнуть, утыкается носом в плечо, а после целует шею, поглаживая рукой по предплечью. — Фу-фу-фу Валера, бе таким быть, дай мне спокойно досмотреть. — спокойно берёт пиццу и передаёт ему, — На, только отъебись на пять минут. Я же знаю, что с этим дурдомом ты нихуя не ужинал. — Обожаю тебя, мелкий. — всё равно кладёт голову на его плечо, откладывая еду. Замечает лежащий рядом клетчатый плед и накрывает их обоих со спины.       Так, собственно, и протекла вся оставшаяся ночь. Диджейкин нашёл у Лава свои футболки и треники, которые, видимо, когда-то давал. Последний чуть ли не засыпал на блондине, но старался досмотреть. А старший же обнимал его и постоянно поправлял сползающий плед. Всё равно под утро оба заснули в обнимку