Рей пробует! / Rey Tries Things!

      – Скажите честно, – спросила Рей, скривившись перед камерой, – я выгляжу глупо?              Бен громко рассмеялся. Господи, когда с ним такое в последний раз случалось? Но он ничего не мог с собой поделать: всё её лицо было покрыто зелёной вязкой штукой, а волосы были замотаны в белое полотенце. Она повернулась туда-сюда, продемонстрировав маску на лице зрителям.              – Откровенно говоря, – начала она, – я понятия не имела, что меня здесь ждёт. Единственное, что я точно знала о СПА-центрах – это то, что обязательно надо класть кругляшочки огурцов на глаза, чёрт их знает зачем. Но вот та милая женщина обмазала всё моё лицо этим зелёным кремом, он уже подсыхает, поэтому, наверное, скоро начнёт твориться магия масочек для лица, – Рей повертела головой туда-сюда и поджала губы. – Пока никаких признаков огурцов, но если что, я попрошу сфоткать меня для Твиттера.              Сейчас она напоминала Бену героиню с зелёной кожей из бродвейской постановки «Злая», которую постоянно изображали на рекламных щитах. Рей когда-нибудь была на бродвейском шоу? Он поставил видео на паузу и внёс эту идею в список в гугл-док.              – Мне пришлось просить особое разрешение, чтобы взять с собой телефон, – продолжала Рей. – Я сказала ей, что я – ютубер, и она очень, очень печально вздохнула, – засмеялась она. – Чувствую себя немного виноватой, но не могу перестать снимать. Это потрясное место! – Рей широко улыбнулась и поморщилась. – Ох, эта маска становится очень жёсткой. Кажется, я её сломала. Это плохо, да?              Видео продолжалось, Рей засняла всего понемногу – разные массажи и джакузи. Мастер маникюра тоже позволила ей немного поснимать, и Бен это оценил. Ему нравилось наблюдать за процедурами и преображением Рей по мелочам вроде маникюра, и ещё больше ему нравилось видеть реакцию Рей на это. Она выглядела восторженной, но в то же время смущённой из-за всей этой суеты вокруг своей персоны, что заставило Бена захотеть делать для неё ещё больше и больше.              Закончился ролик тем, что Рей покидала СПА абсолютно расслабленная, с полузакрытыми глазами и лёгкой улыбкой на губах.              – Спасибо за идею, – сказала она голосом, который – он знал – сейчас предназначался только ему. –Это было просто чудесно.              Это было всё, что Бену нужно было слышать, чтобы понимать: это того стоило. Он глупо улыбнулся экрану и тут же отправил Рей ещё тысячу долларов на Ко-Фай. На грядущие приключения, как гласила подпись.              ***              Так продолжалось сначала недели, потом – месяцы. Буйная нью-йоркская зима сменилась яркой и солнечной весной, и с течением времени Бен и Рей становились всё ближе. Они болтали каждый день – говорили о повседневных делах, пусть и никогда не вдаваясь в подробности, но ни один их разговор не был пустым. Бен узнал, что Рей работает в автомастерской, и ей это нравится; он рассказал, что работает в сфере финансов и ненавидит свою работу. Она поделилась, что её любимое блюдо – пицца с ананасами, грибами, пепперони и шпинатом, и Бен посчитал это ужасно странным, а сам признался, что у него нет любимого блюда, потому что он никогда не ел ради удовольствия, только для утоления голода. Это, в свою очередь, привело к тому, что Рей бросила ему вызов найти блюдо, которое придётся ему по душе, и оказалось, что Бен просто без ума от пельменей.              Рей пробовала заниматься самыми разными делами и продолжала снимать видео на Ютуб: приготовление тако, живопись маслом, скейтбординг… Когда Бен добивался своего, ему удавалось уговорить Рей на что-то дорогостоящее: уроки хождения по канату, курсы писательства, поход в оперу. Он даже убедил её ещё пару раз сходить в СПА и поесть в хороших ресторанах просто ради себя, не на камеру.              И хотя он иногда чувствовал себя каким-то маньяком – ладно, почти всегда, особенно когда напивался поздно вечером – теперь Бен был счастливее, чем когда-либо.              Нью-Йорк Сити был ничем иным как грудой камня, хрома и стекла, но весной он по-настоящему расцветал. Каждый распустившийся листик и цветок вызывал в нём приятные чувства – его душа, как и всё вокруг, тоже расцвела. Центральный парк под его окном был полон зелени и разноцветных бутонов, и даже люди вокруг него казались не такими хмурыми. Он начал замечать улыбки прохожих на улицах. Стал задаваться вопросом, к кому они спешили вечером домой, о чём мечтали бессонными ночами. Он часто представлял, что рядом с ним Рей, шепчущая свои догадки ему на ухо. Что бы она думала и говорила Бену о мире, в котором он жил?              О Сноуке и его работе – точно ничего хорошего, Бен в этом не сомневался. Конец каждого дня в офисе приносил ему всё больше стресса, но всякий раз, когда он впадал в ярость и ему хотелось перевернуть всё в квартире, он включал одно из видео Рей, и её пронзительный акцент мгновенно успокаивал его.              Конечно, бывали и исключения, но в целом он впервые за много лет снова почувствовал себя человеком.              Однажды ночью, когда Рей запостила видео «Рей пробует… волонтёрствовать в столовой для бездомных!», она решила написать ему.              РейПробует: привет              Странно было получить от неё сообщение в такой час – обычно в воскресенье она ложилась рано, чтобы не проспать занятия. Бен же засиделся допоздна, пил и параллельно размышлял над финансовым отчётом, но тут же отвлёкся от работы, чтобы поговорить с ней.              Кайло Рен: Почему не спишь? Тебе же утром на пары.              РейПробует: не спится              РейПробует: я думала про столовую для бездомных              В том видео она была такой милой, улыбалась и помогала размешивать суп, смеясь и разливая его по тарелкам, пока кто-то из волонтёров снимал её.              Кайло Рен: Зачем ты туда пошла? Это не особо похоже на идеи твоих предыдущих видео.              РейПробует: потому что иногда в детстве кроме как там мне негде было поесть              Уже знакомая ярость охватила его при мысли о мучениях Рей в приёмной семье. Она не рассказала ему о своём детстве всего, но и уже сказанного было достаточно для того, чтобы он решил: если когда-нибудь судьба столкнёт его с Ункаром Платтом, этого человека уже никто не спасёт.              Кайло Рен: Рей, мне очень жаль.              РейПробует: ладно уж              РейПробует: что было, то было. но знаешь, что глупо?              РейПробует: ко мне подошла семья бездомных, и я им завидовала              РейПробует: можешь представить? завидовать людям, у которых нет совершенно ничего, просто потому, что они – семья. насколько же я жалкая?              Его сердце болело за неё. Рей заслуживала только добра, но мир счёл нужным обделить её. Бен старался как мог, он хотел сказать, что деньги не могли заменить семью – пусть это лишь его глупый и несовершенный способ донести до неё, что она имела значение.              Кайло Рен: Ты не жалкая. Ты хороший человек, у которого была тяжёлая жизнь.              Кайло Рен: Я не сомневаюсь, что ты налила всем в той семье по тарелке супа. Не сомневаюсь, что ты улыбалась им, говорила с ними и относилась, как к полноценным членам общества. Я прав?              Она долго не отвечала. Бен провёл это время, размышляя о своём отношении к бездомным. Он давал кому-то деньги или посвящал ему своё время только потому, что так было бы правильно? Даже с Рей его мотивы отчасти объяснялись эгоизмом: подарки позволяли Бену ближе прикоснуться к лучику её света.              Это ему следовало идти волонтёром в столовую для бездомных, а не ей. Это он сейчас должен бы чувствовать себя виноватым.              РейПробует: ага              РейПробует: думаю, ты прав              РейПробует: у тебя есть семья?              Он вздрогнул. Господи, он совершенно не хотел это обсуждать. Точно не сейчас, когда он пьян и не особо в настроении, как всегда ближе к полуночи. Да и в принципе, никогда.              Кайло Рен: Вроде того. У меня есть родители, но я с ними поссорился много лет назад.              РейПробует: как? почему??              Кайло Рен: Они не одобрили мой выбор профессии. Сказали, что я продал душу за модные часы и крутую машину. Я сказал им отвалить и перестать пытаться решать за меня.              Кайло Рен: С тех пор мы не разговариваем.              РейПробует: они оказались правы? о твоей душе?              Он тяжело вздохнул.              Кайло Рен: Да.              Кайло Рен: Но что за люди бросают ребёнка из-за выбора профессии?              РейПробует: плохие родители, это точно. или, по крайней мере, недальновидные.              РейПробует: но я думаю, сейчас они сожалеют об этом              РейПробует: ты не думал о том, чтобы связаться с ними?              Знакомое ему чувство одиночества и тоски тяжёлым камнем легло на его плечи. Хан и Лея не хотели его слышать: если они ни разу не протянули ему руки за последние пять лет, то с чего им делать это сейчас? Его собственная гордость не потерпела бы унижения сделать первый шаг. Он зашёл уже слишком далеко, и теперь ничего не оставалось, кроме как смириться с последствиями.              Кайло Рен: Даже если бы я захотел, не знаю, с чего начать.              РейПробует: прости, кайло              РейПробует: наверное, ты по ним скучаешь              РейПробует: но…              РейПробует: отчасти мне обидно, что ты не пытался связаться с ними. это та же дерьмовая глупая часть меня, которая завидовала семье бездомных в столовой.              РейПробует: и я знаю, что это всё куда сложнее, и что они тоже оттолкнули тебя, и это просто отстой, но всё же. наверное, я завидую, что у тебя хотя бы была семья              РейПробует: ты не подумай, я не хочу соревноваться в том, кто больше настрадался. у каждого своя боль. извини, я сегодня сама не своя              Он потёр ладонью грудь, будто это должно было ослабить боль. Этого не произошло, тогда он приступил к плану «Б» и допил свой виски. Алкоголь обжигал его изнутри, и это ощущалось как нечто правильное. Что-то причиняет боль. А кто-то её заслуживает.              Кайло Рен: Нет, я понимаю.              Кайло Рен: Но как ты сказала, они тоже меня оттолкнули.              Кайло Рен: Они могли бы связаться со мной, но не сделали этого.              Кайло Рен: Мне жаль, что у тебя никогда не было настоящей семьи.              Вероятно, она бы нашла подход к Хану и Лее, не то, что он. Бен осознал, что Рей была бы им хорошей дочерью, которую они бы безмерно любили: Лея очаровалась бы её остроумием и даром убеждения, а Хан наслаждался бы её тонким чувством юмора и находчивостью. Идеальный ребёнок, каким Бен никогда не был.              Ему стало стыдно за всплеск зависти, вызванный этой мыслью.              РейПробует: больше всего на свете я хочу семью              РейПробует: даже не детей. не сейчас, по крайней мере              РейПробует: но семья… это как состоять в команде. быть с людьми, на которых всегда можно рассчитывать несмотря ни на что.              РейПробует: я этого хочу.              Как один человек был способен вызвать в нём такой вихрь самых разнообразных эмоций? У него кольнуло в сердце, и ему было неясно, из-за сочувствия, тоски или гнева на мир, который сделал такого человека, как Бен, богатым, но бросил Рей, самого настоящего ангела, в одиночестве.              Ему стало горько. Рей заслуживала семьи. Заслуживала, чтобы её холил и лелеял хороший мужчина.              Бен им не был. Он обеспечивал Рей как мог, но она никогда не будет с ним по-настоящему.              Пусть так, но он не мог остаться в стороне.              Кайло Рен: Ты всегда можешь рассчитывать на меня несмотря ни на что.              РейПробует: ох, кайло              РейПробует: мы просто две одинокие души, переписывающиеся в интернете              РейПробует: на самом деле ты не знаешь меня              Кайло Рен: Но мог бы узнать. Если бы ты захотела.              Зачем он это написал? Он сматерился и вцепился руками в волосы, желая забрать свои слова назад. Ему нужно было подготовиться к отказу. У Рей было полное право сказать ему отвалить, и это разбило бы его сердце – появившееся у него в тот день, когда он узнал о её существовании.              Она не отвечала.              – Блять, – он положил руки на стол и уткнулся в них лицом. – Блять!              Он всё разрушил из-за своих эгоистичных желаний, своих глупых фантазий о том, как он видит её, касается её, любит её. Она была такой молодой и светлой, такой прекрасной, и заслуживала куда больше, чем переписываться с таким подонком, как он…              Его телефон завибрировал.              РейПробует: я хочу.              РейПробует: но скажу честно              РейПробует: мне нравится то, что у нас есть.              РейПробует: ОЧЕНЬ.              РейПробует: и я боюсь, что это всё испортит.              РейПробует: например, мы встретимся, и всё пройдёт кошмарно? что если ты возненавидишь меня? если я – тебя?              РейПробует: ДЕРЬМО              РейПробует: извини, я пьяна              Сердце Бена заколотилось. Она только что сказала… что думала о том, чтобы встретиться с ним? Что в какой-то степени она этого хотела?              Затем он нахмурился.              Кайло Рен: Подожди, тебе разве не запрещено? Где ты пьёшь? С тобой всё в порядке?              РейПробует: ПАААП, ну не сердись. детки в колледже напиваются, знаешь? и в англии мне уже давно можно пить по закону.              Он вздрогнул.              Кайло Рен: Пожалуйста, не называй меня папой.              Кайло Рен: Я на десять лет тебя старше, не на сорок.              Он мог поклясться, что слышал её смех, эхом разносившийся по его пустой квартире.              РейПробует: ладно, ладно, я не сомневаюсь, ты ещё совсем молод и свеж, как жених на выданье, и лёгок на подъём              РейПробует: несмотря на всю твою любовь к точкам с запятыми 😉              Он даже не собирался размышлять о смысле этого смайлика, иначе со здравым умом пришлось бы окончательно распрощаться.              Кайло Рен: Рей.              РейПробует: да, со мной всё нормально. я была на вечеринке, но сейчас уже дома.              Он успокоился.              Кайло Рен: Хорошо. А теперь давай отмотаем назад. Ты хочешь сказать, что хотела со мной встретиться?              Он затаил дыхание в ожидании ответа, который мог бы дать ему надежду, который мог бы сказать, что он не одинок в своём чувстве…              РейПробует: ну да. ты мой друг. конечно, я бы хотела.              РейПробует: но знаешь, сейчас мне это не кажется хорошей идеей              И вот так легко надежда покинула его.              Её друг. Её совершенно платонический, обеспечивающий её, для общения только в интернете друг.              Не то чтобы он ожидал чего-то другого. Она его не знала, никогда даже не видела его лица, а если бы увидела, то оно бы ей не понравилось. Кривой подбородок и большой нос не делали его привлекательным, а причёска едва ли прикрывала его большие оттопыренные уши. Даже если каким-то чудом ей понравится его лицо, то ей точно не понравится он настоящий. Как только он скинет лампу со стола или пнёт мусорный бак, она сразу поймёт, что его характер слишком нестабилен, чтобы можно было спокойно, без нервов находиться с ним рядом.              Она даже может его испугаться.              Он крепко зажмурился, игнорируя подступившие слёзы. Из них двоих взрослым был он, это у него были деньги и власть, на нём была ответственность, это он должен был рассуждать здраво, а она была девятнадцатилетним пьяным подростком, не подозревающим, что Бен одержим ею.              Другого развития событий и не предполагалось.              Кайло Рен: Ладно, мы не встретимся.              Кайло Рен: Но если тебе что-то понадобится, я всегда рядом, здесь              РейПробует: спасибо, кайло. я знаю              РейПробует: я тоже всегда рядом, если нужна тебе              Позже той же ночью, лёжа в постели без сна и пялясь в потолок, он повторял себе, что этого ему будет достаточно. Обязано быть.