Цикл «sideways, backwards and forwards»

- Похоже, Сэйчиро не просто так задерживается... - туманно заметила Юри перед сном. Сэки удивлённо сощурился, пытаясь разглядеть в полумраке комнаты ее лицо. - Почему ты так решила? - Материнское сердце подсказывает. Да ты и сам знаешь, он бы не стал медлить с возвращением, раз его отозвали с фронта. Он пожал плечами и нарочито шумно выдохнул. - А что Рюджиро? - Пока без изменений. По-прежнему на реабилитации. Юри едва заметно поджала губы. Второй сын постоянно заставлял их беспокоиться, так что ее привычное неодобрение лишь маскировало тревогу за него. Сэки устало прикрыл глаза, стараясь отрешиться от саднящей боли в руке. Похоже, это реакция на смену погоды. Через пару месяцев слова Юри сбылись - Сэйчиро, жутко измотанный, но счастливый и очевидно влюбленный, привел домой девушку и попросил у них позволения дать ей приют на какое-то время. «Я Хана, просто Хана», - представилась она. Ее волосы полыхали ярко красным огнем, и она держалась гордо, почти нахально, но в глазах у нее таился дикий звериный страх. Казалось, она готова сорваться с места при малейшем признаке опасности, при малейшем намеке неодобрения с их стороны. Сэки и Юри переглянулись... и разрешили ей остаться. Ведь невзирая на риск Хана все же последовала за Сэйчиро в Суну. Это ли не доказательство искренности ее чувств? Он тихо уладил дело с временным гражданством, задействовав свои связи, чтобы не возникло лишних вопросов. Юри как бы невзначай поделилась рецептом краски, безопасной для волос. Рюджиро новому члену семьи не особо обрадовался, но открыто это выражать не стал. Он всегда старался не вмешиваться в дела брата. Сэйчиро же парил на седьмом небе от счастья и почти ни на что обращал внимания, кроме Ханы. Похоже, его взбалмошность передалась обоим сыновьям, просто проявлялась она по-разному. А он так надеялся, что Сэйчиро унаследовал благоразумие Юри! Это ж надо, посреди войны найти и привести домой Узумаки! Дай Ками терпения, чтобы выдержать выходки их сыновей и не поседеть раньше времени.