Секрет общежития

Кажется, все знают чувство, когда ты умиротворенно спишь, смотришь прекраснейший сон, в котором все идет так, как хочется тебе, и подсознательно ждешь звонка будильника? Тэхён чувствует это каждый день. Это уже своего рода традиция, которую нарушать абсолютно не хочется. А знаете чувство, когда ты спишь, а после резко просыпаешься из-за стука в дверь? Тэхён вот тоже не знал, но иногда ведь нужно узнавать что-то новое. Он сейчас с сощуренными глазами бьет Чонгука в плечо, пытаясь разбудить, а после машет головой в сторону двери. — Открой, — хрипит после сна и падает на чужую кровать. — Ты с ума сошел, Тэхён?! — бурчит и смотрит на перелезающего соседа, который устраивается возле стенки и накрывается одеялом. Чонгук встает после очередного стука и толкает парня ногой в спину, яростно шагая к двери. — Чего? — Где Тэхён?! — шумно говорит Бэкхён и заглядывает через плечо. — Вы еще спите, что ли?! — Представь себе, — сонно зевает и смотрит на наручные часы. — Я мог бы поспать еще десять минут… — Некогда спать, — машет головой в разные стороны и проходит внутрь, падая на чужую кровать, — Тэхён! Нужно вставать! — Вам реально нужно встать, — шумно отзывается Чонгук и складывает руки на груди, смотря на парней. — Вы на моей кровати лежите. — Ты все равно уже не будешь спать, — язвительно хрипит нарушитель сна. — Иди собирайся. — Бедный Чанёль, — глухо отзывается и отпрыгивает в сторону, поднимая подушку. — Ты сейчас вылетишь из комнаты, — хмурится и кладет подушку на кровать Тэхёна. — Повезло, что сегодня есть утренние пары… — Хватит орать, блин, — стонет Тэхён и сильнее кутается в чужое одеяло. — Захлопнитесь оба! Тэхён уже ненавидит этот день. Мало того, что его сон нарушили на долгожданном моменте, так еще и спать дальше не дают. Он и правда когда-нибудь Бэкхёна убьет, а Чанёлю даст хорошенько по одному месту, чтобы следил за этим прытким парнем. Безумно хочется спать, видеть веселые сны, а не слышать перепалки двух говнюков, так еще и знать, что через несколько минут будильник прозвенит, оповещая о очередном дне учебы. Как же все заколебало! В особенности толчки Бэкхёна в спину и его: «Тэхён! Тэхён! Тэхён!» — Да, господи, что ты хочешь от меня?! — кричит, резко подрываясь к дернувшемуся другу. — У меня есть шикарная новость. — Это не могло, блин, подождать?! — рычит, спрыгивая с чужой кровати и идя к окну. — Какая? — Сегодня будет посвящение, — радостно отзывается и следит за мельтешащим парнем. — Не хочешь сходить? — Моих одногруппников жечь будут? — усмехается, смаргивая последнюю сонливость. — Или что? — Посвящение в студенты, Тэхён! — И что там нужно делать? Тэхён вообще не разделяет эти посиделки в кругу каких-то студентов, которых он впервые видит. Абсолютно не хочется сидеть в кругу придурков, которые только и думают о разных играх, в которых можно раздеть очередную девчонку. Раньше хотелось, а сейчас… Сейчас хочется спать, желательно в кровати Чонгука. Как-то поздно он прознал, что чужая кровать ему нравится куда больше, чем собственная. Да даже сторона лучше, чем он себе выбрал. Вот незадача получается: приехал раньше, радовался, что сможет выбрать лучшее, а в итоге все просрал. Собственно, нечему удивляться. В этом весь Ким Тэхён. Вот только идти на посвящение все-таки не хочется. — Что делать?! — хитро улыбается Бэкхён и ложится на спину, следя за другом, который заправляет кровать и кидает чужую подушку обратно. — Бухать! Ну, Тэхён что-то погорячился. Можно и сходить один разок, так сказать, познакомиться с новыми людьми в более приятной атмосфере. Он удивленно смотрит на хитрого друга и присаживает на кровать, задумываясь. Ничего ведь не случится, если он немножко расслабится и погуляет? Мама была бы против, конечно, но сейчас он сам по себе, гуляй хоть всю ночь, все равно об этом никто не узнает. Вот только некий страх из-за пьянок с другими людьми, да и о том, что он себя еще ни разу не видел в таком состоянии, слегка напрягал, заставляя нервные окончания биться в конвульсиях. — Ничего ведь не случится? — неуверенно спрашивает у Бэкхёна. — Конечно, ничего, — говорит Чонгук с полотенцем на голове. — Подумаешь, облюешь всю комнату и меня в том числе, точно ничего не случится. — Я смотрю, ты в экстрасенса заделался, — недовольно отзывает Тэхён и видит странный взгляд. — Сам, небось, уже договорился с кем-то пойти. — Да, договорился, — кивает, вешая полотенце на стул, — с Чанёлем. — Вот сука! — грозно бурчит Бэкхён и подрывается с кровати. — А мне ничего не сказал. — Теперь мне его и правда жаль, — неловко хрипит Чонгук и смотрит на закрытую дверь. — Сдал друга и радуется, — цокает Тэхён и качает головой. — Иди умывайся, — заботливо шепчет и кланяется, рукой указывая дорогу. — Прошу. — Ой, какая честь! — язвительно улыбается и в прыжке хлопает по руке, показывая язык. — Спасибо! — Шуруй уже, — фыркает Чонгук и смотрит на еще одну закрывшуюся дверь. Как Чонгук понял со слов Чанёля, то посвящение — своего рода пьянка с первокурсниками, которых спаивают старшие курсы. В принципе, ничего страшного не должно произойти. Ну, для парней не страшно, а вот для девушек… Это уже их заботы! Если хотят поиграть взросло, то обязательно придут, а если захотят сохранить свою невинность, то тут остается только слушать рассказы об очередном инциденте от ходивших студентов. Чонгук очень надеется, что Каня не пойдет, а если и пойдет, то будет рядом с ними. Как-то не хочется, чтобы эту девушку чем-то напоили, а потом сделали не совсем хорошие вещи. Хотя, нечего бояться, ведь рядом с ней всегда Лукас ходит, который своим убийственным взглядом готов убить любого, кто хоть на миллиметр подойдет. В общем, хороших он людей вокруг себя собрал. — Ненавижу наш душ, — зло чертыхается Тэхён, выходя из ванной с полотенцем на плечах. Хороших собрал, а вот как избавиться от них пока не узнал. Тэхён как всегда похож на взлохмаченного воробья, которого утром забыли покормить, а кормушку закрыли на ключ. Он также размахивает своими крыльями, роясь в шкафу в поисках вещей, хмуро выдыхает, сощурено косясь на Чонгука возле окна, и обессиленно падает на кровать, что-то клацая в телефоне. Кажется, эта процедура собирания в университет от Тэхёна останется в памяти на всю жизнь, заставляя потом невольно закатывать глаза. В принципе, как и смех, который изредка он издает, падая на спину. Странности Тэхёна никогда не были адекватными. — Ты все-таки пойдешь? — интересуется Чонгук и натягивает джинсы, встречаясь с удивленным взглядом. — Ага, — кивает, отводя взгляд, — можем вместе, если хочешь. — Опять твою физиономию видеть? — кривляется и смеется с язвительного взгляда. — Шучу, вместе пойдем. — Как скажете, — игриво кланяется, подражая Чонгуку, и непонимающе смотрит на вытянутую руку. — Чего? — Целуй! — серьезно говорит и тычет в сторону Тэхёна. — Ну?! — Поцеловать? — изумленно шепчет и делает шаг к соседу. — Хорошо… Тэхён с разбегу запрыгивает на кровать, едва ли не ударяя Чонгука ногами, заламывает чужую руку, прижимая ее к груди, и смеется с взбунтовавшегося соседа. Кто-то там хотел, чтобы его руку целовали, кажется. Тэхён бы с радостью ее сломал, вот только их весовая масса разительно отличается, заставляя уже через минуту обездвижено упасть на спину, смотря на нависающего Чонгука. Ну почему он забросил бокс в детстве? Сейчас бы не было такой неловкой ситуации, а Чонгук бы получил разок по макушке и отстал. Вот только все равно страшно, но одновременно с этим где-то внутри у него начинается непонятная истерика, которая вовсе не из-за страха. Тэхён пытается пошевелить руками, которые держат чужие по обе стороны от головы, осторожно двигает ногами, чувствуя тяжесть чужого тела. Он смотрит на ухмыляющегося Чонгука, у которого в глазах черти пляшут, и заливисто смеется, пытаясь оттолкнуть, когда цепкие пальцы начинают щекотать ребра. — Кто-то говорил, что не щекотно, — Чонгук закусывает губу, смотря на извивающегося Тэхёна, и еще сильнее перебирает пальцами по телу, слыша уже задыхающийся смех.  — Все… — кричит, отталкивая чужие руки и дергая ногами, — прекрати, Чонгук! Я умру сейчас! — Так я этого и добиваюсь, — смеется с раскрытых глаз, а после охает из-за заехавшей по животу ноги. — Ай… Тэхён с силой пихает сидевшего соседа и слышит глухой стук чужого тела. Тяжелая одышка мешает спокойно дышать, а игривая улыбка расцветает на губах, когда он садится на колени и смотрит на пол возле кровати, видя лежащего Чонгука. Тот лежит неподвижно, смотрит черными глазами на усмехающегося Тэхёна, а через секунду поднимается на локтях, почему-то не удивляясь, что досталось именно ему. — Вообще-то, вчера ты разбил мне нос, — серьезно говорит, видя поникший взгляд. — А сегодня скинул с кровати, желая, видимо, добить. — А не ты ли хотел меня убить, начиная щекотать? — хмуро спрашивает и спрыгивает с кровати, подходя к своей. — Один-один, Чонгук. — Уже два-два, — поправляет и поднимается, потирая ушибленный локоть. — В магазине же уже было… — Я помню, — отнекивается. — Ни черта ты не помнишь! — с улыбкой отзывается, а после язвительно добавляет: — Пара через десять минут. Тэхён замирает на месте, спокойно выдыхает, прикрывая глаза несколько раз, смотрит перед собой в стену и неспешно начинает одеваться под удивленный взгляд соседа. Ох, как же не хочется показывать свою нервозную натуру, а еще бешеную ходьбу по комнате в поисках вещей. Сейчас хочется дать понять, что его не волнуют опоздания, а Чонгук, который наблюдает за открывшейся сценой, идет далеко и надолго. Пенал осторожно падает в открытую сумку, туда же летит телефон и какая-то тетрадь, точно не по предмету. Тэхён сжимает губы, чтобы не разрыдаться на всю комнату, начинает зашнуровывать кеды, поднимая взгляд лишь единожды, чтобы махнуть рукой улыбающемуся Чонгуку, и спокойно выходит из комнаты, чтобы через секунду лететь на первый этаж, сшибая всех студентов. — Чертов Чонгук! — Тэхён бежит по улице и проклинает невиновного парня. — Надеюсь, что не опоздаю. Прошу! — молит богов и бежит быстрее, протискиваясь меж студентов. — Да сколько можно? — чертыхается Чонгук. Он уже устал, вот честно! Стоит в комнате — икает, выходит в коридор — икает, шагает по улице — опять икает, еще и дважды. Сил больше нет. Конечно, ему известно кто там проклятия шлет, но чтобы и правда икать — уж не думал. Никогда не верил в это, а оно вот как получается. Мистика, иначе никак не скажешь. У него сегодня вообще какой-то болезненный день: нос после вчерашнего болит, локоть ноет после падения, еще и икота вгоняет в напряг. Не жизнь, а сказка! Лучше и быть не может. — Что тут нового? — приземляется возле Чанёля и жмет руку. У них сегодня все пары общие, поэтому скучать не придется. В последний раз, когда они садились вместе, то пересмотрели все смешные видео, которые через каждые пять секунд отправлялись Бэкхёну, а там и Тэхёну. Чонгук тогда чуть живот не порвал, сгибаясь в три погибели, истерически смеялся и перехватывал руку Чанёля, чтобы лишний раз не видеть синяков на руках. Ибо друг видимо любит бить с силой по чужому телу и беззвучно смеяться, вгоняя в беспокойство рядом стоящих студентов. А сейчас Чонгук смотрит на спокойного парня и вытаскивает тетрадь с ручкой. — Получил пиздюлей от Бэкхёна, — неожиданно отзывается, смотря на друга. — Интересно, из-за чего?! — Наверное… — Чонгук смотрит неловко, отводит взгляд и видит зашедшего преподавателя, который кивает на приветствие студентов и садится за стол. — Пара началась. — Угу, — кивает, с обидой смотря на Чонгука, — началась. Чонгук, конечно же, не знает, что у них там за разборки постоянные, но то, что он сглупил, и понимать не надо. Как бы они с Чанёлем не дружили, не ругались в шутку, а совесть теребит нервы, заставляя невольно горестно вздыхать и смотреть на внимательного друга. Сглупил он знатно. Тут без вариантов. — Прости, — хрипит сбоку и жалостливо смотрит на кивнувшего Чанёля, — проболтался… — Бывает, — легко улыбается. — Я бы все равно ему сказал, так что все нормально. — А зачем тогда на меня обижаешься?! — Чонгук удивляется и поворачивается к другу, тараща глаза. — Просто так, — улыбается и начинает писать. — Капец ты странный, — смеется и возвращает взгляд к преподавателю. — Еще один учебный день.

***

У Тэхёна сегодня не день, а ад какой-то. Мало того, что все нужные тетради дома забыл, так еще и ноги ужасно болят, а после физкультуры так вообще хоть плачь. Целый день ходил, вздыхал да на нервы Бэкхёна капал, получая за это грозные взгляды. Ну не виноват он, что не умеет следить за временем, а еще не виноват, что попал в комнату с Чонгуком. Сколько бы не думал о другой комнате, так аж дурно становилось. Как жить он без подколов соседа будет? Вот именно, что никак, поэтому и приходится терпеть, так сказать. Хотя насчет терпения он бы поспорил, слишком уж странная эта вещь. — О, Тэхён, — кричит Каня и машет рукой, замечая идущего друга. У Кани на личном, как он понял, все слишком хорошо. Это просто нереально не заметить, когда за ней по пятам ходит Лукас и стреляет глазами в подходящих парней. Тэхён сначала боялся к такой охране подходить, чтобы не получить по голове, а потом понял, что Лукас, кажется, не трогает только их компанию. Поэтому Тэхён сейчас грустно обнимает подругу, кивая на приветствие очередного друга, и шумно вздыхает. Какое-то ужасное настроение. — Чего такой грустный? — удивляется, дергая за руку. — Рассказывай. — Я хотел у тебя кое-что узнать, — неуверенно отвечает, вспоминая, что хотел поговорить с ней о Чонгуке. — Я хотел у тебя узнать про Чонгука… — А что о нем говорить? — перебивает, пожимая плечами. — Кажется, тут все понятно. — Эм, — хмурит брови, явно не догоняя. — Что именно…? Тэхён сейчас реально тупить начинает. Кажется, что его мозговая активность резко начала падать, требуя скорой подзарядки. Еще несколько минут и он превратится в овоща, который будет стоять возле умных людей и качать головой, словно болванчик. Либо это у него с пониманием не все хорошо, либо Каня думает, что он умеет читать чужие мысли. Ничего ведь непонятно! Что-что, а выглядеть каким-то чудиком не хочется, в особенности перед одним парнем, который шагает к ним вальяжной походной и улыбается ехидно. Тэхён уже и правда ни в чем не уверен. — Почему-то мне кажется, что ты ему нравишься. Неужели он настолько сильно начинает тупить, что не понимает то, о чем говорит Каня? Сердце бешено стучит, а взгляд то и дело цепляется то за улыбающуюся подругу, то за идущего Чонгука. Бедная его голова, которая от таких заявлений скоро и правда взорвется. Взгляд цепляется за спокойную девушку, а рука хватается за чужую кисть, начиная вести подальше от этого места. Они, наверное, попали в какую-нибудь аномальную зону, в которой люди слышат сплошное вранье. — Повтори! — серьезно хрипит, оглядываясь по сторонам. — Тэхён, нечего повторять, — улыбается, складывая руки на груди. — Могу лишь сказать, что это, кажется, взаимно. Университет сплошное аномальное место. Нужно срочно забирать документы и уезжать как можно дальше, чтобы не видеть пристального взгляда Кани, а еще не слышать чужого голоса, который кричит где-то вдалеке и зовет обратно. Ну уж нет! Тэхён туда не вернется, возле него теперь два дьявола, он с ними не сможет справиться. Сердце буквально вырывается из грудной клетки, а глаза бегают от одного студента к другому. Где же его любимый Бэкхён, который приласкает и успокоит бьющееся сердце? Дыхание сбивается, а руки хватаются за ткань рубашки, сжимая. Это просто очередная шутка, которая слишком сильно влияет на его слабое сердце. — Разве тебе Бэкхён не говорил об этом? Что ему вообще мог сказать Бэкхён? Он лишь понял про его влюбленность, но про Чонгука он и не заикнулся. Кажется, у Кани от любви к Лукасу пластинки заели, которые только и твердят, что каждый второй в этом университете встречается с каждым четвертым. Какая незадача, в этот раз вторым и четвертым могут оказаться соседи. Тэхён смотрит на стоящую подругу, закусывает губу и выглядывает в окно. Повезло тем людям, которые сидят на зеленой траве и кушают, не думая о таких вещах, о чувствах к соседу и о том, что эти чувства могут быть… — Взаим… — Тэхён прикрикивает, дергаясь из-за чужой руки на плече, и резко разворачивается, смотря на удивленного Чонгука. — Что? — Ничего, — спокойно отвечает и хватает за кисть, притягивая ближе и касаясь свободной ладошкой лба. — Температуры нет. — Ее и не было! — неловко отзывается и отпихивает чужие руки, ударяя по кисти. — А где любимое «придурок»? — грустно отзывается и дует губы, слыша смешок Кани. — В комнате осталось!  Тэхён смотрит на улыбающегося Чонгука и чувствует бегающие мурашки по телу, которые заставляют поежиться и сжать кулаки. Если Каня и правда права, то Чонгук возможно и чувствует что-то к нему, но замечательно скрывает. Воспоминания как всегда подкидывают масло в огонь, заставляя вспоминать все моменты, связанные с Чонгуком. Как бы он не хотел, а места, где притрагивался сосед, начинают гореть. Лоб, которого коснулись чужие губы, окровавленный нос, который проехался по собственному лицу, да даже самые простые прикосновения рук, которые отдают дрожью и колеблющимся сердцем. Сколько там стоит прием у психиатра? Крыша ведь протекать начинает. — А почему Тэхён сегодня бежал в университет? Я прям видела как он несся, расталкивая людей… — нарушает молчание подруга и смотрит на дернувшегося Тэхёна, который забывает о своих проблемах с головой, видя новые. — Каня…! — зло шипит и смотрит на притихшую девушку. — Вот так новость, — смеется Чонгук, смотря на Тэхёна, который закатывает глаза и складывает руки на груди, шумно вздыхая. — А собирался как хорошо, ох, так внимательно осматривал комнату, еще и кровать поправил, — заливисто смеется. — Захлопнись, Чонгук! — шипит, ударяя по плечу. — Я мог опоздать на важную пару. — Тетради хоть все взял? — с насмешкой спрашивает и видит закатанные глаза. — Ну, понятно. Все лекции на одном листочке писал, небось. — Я просто промолчу, — поднимает ладони вверх и обходит соседа, идя к одинокому Лукасу, тихо спрашивая: — А можно как-то исключить его из нашей компании? — Если только убить, — хмыкает и видит сверкающие глаза. — Согласен. Тэхён смотрит на шокированного друга и нелепо улыбается, махая рукой, мол, не бери в голову. Хотя пометка «он поможет мне закопать труп» уже помещена в отдельный ящик в болезненной голове. У него и правда не все в порядке с ней. Сначала он придумывает план по убийству соседа, а потом трясется из-за царапины на чужом теле. Иногда понять себя намного сложнее, чем математику. Тэхён смотрит на улыбающуюся подругу, которая окольцовывает руку Лукаса, и улыбается, замечая теплый взгляд друга. У всех любовь, а у него… — Листочка хоть хватило? — спрашивают сзади, заставляя прикрыть глаза и тяжело вздохнуть. — А у меня Чонгук… — кривится и спокойно смотрит на подошедшего парня. — Хватило. — Фух, хоть усну спокойно, — улыбается ярко и наклоняет голову вбок, разглядывая парня. Кажется, их дружба вышла на новый уровень. Взять даже то, что Тэхён его теперь придурком реже называет, хотя иногда прям задыхается, желая прокричать это слово в самое ухо. Чонгук цепляет свой подбородок пальцами и не сводит внимательного взгляда. Стоит также отметить, что его хмурые прозвища приобрели какую-то свою огласку. Например, тот же придурок, когда проскакивает у чересчур злого парня, звучит менее злостно, наоборот, кажется будто Тэхён говорит это с ноткой игривости и смущения. Даже несколько минут назад отказался так назвать, отводя взгляд. Глаза щурятся, изучая стоящего парня, а пальцы теребят сережку в ухе, заставляя Тэхёна шумно вздыхать и отворачиваться от цепкого взгляда. Бесить его безумно приятно, но видеть смущенный взгляд и нелепую улыбку куда приятнее. — Когда выдвигаемся в клуб? — Клуб? — шокировано спрашивает Тэхён и косится на Чонгука. — Почему я об этом только сейчас узнаю? — Не знаю, — жмет плечами и слегка улыбается. — Ни разу там не был? — Я… — Тэхён неловко смотрит на спокойного соседа и неуверенно кивает, — как-то не интересовался. — Это мило, — шепчет и вздрагивает, резко меняя тему: — Можно переодеться и встретиться возле метро, идет? Чонгук стоит возле зеркала в ванной и мысленно стонет, в сотый раз вспоминая, что сказал полчаса назад. Кто его за язык потянул? «Мило?! Мило? Мило!» Пальцы крепче сжимаются на краю раковины, а неловкий взгляд скользит по собственному лицу. Правду ведь сказал, что в этом плохого, верно? Тэхён и правда милый: стоит, изредка ероша волосы, смеется, прикрывая ладошкой широкую улыбку, или просто смотрит по сторонам, думая о чем-то своем. Чонгуку он, кажется, нравится еще больше. Он внимательно смотрит на свое отражение и опускает голову, нелепо улыбаясь. Неужели его влюбчивая натура вновь просыпается? Столько жить без любви и чувств, а тут с появлением одного парня перевернуть собственный мир, стараясь не умереть. Тихий смешок слетает с губ, а воспоминания о прошлых чувствах невольно режут по сердцу. Сколько бы он не пытался прекратить влюбляться в парней, в частности в тех, кто страстно целуется с девушкой, все без толку. Видимо влюбляться в натуралов его призвание. — Интересно, — хрипит, скрывая улыбку, — Тэхён может оказаться геем? — Ты тут утонул, что ли? — Тэхён выглядывает через щель в двери, видя дернувшегося парня, и отводит взгляд, когда сталкивается с чужими. — Я в туалет хочу… — Проходи, — Чонгук смеется нервно, нежно смотря на удивленного соседа, и выходит из ванной, слыша щелчок двери. — Все-таки он милаш. Чонгук правда старался выбрать более-менее приличную одежду, иногда смотрел во что одевается Тэхён, а потом вновь смеялся, когда сосед снимал ее и вытягивал из шкафа другую. В выборе одежды они и правда похожи. Вот только раньше их можно было отличить по цветовой гамме, а сейчас оба смотрят друг на друга и смеются. Ничего, в принципе, не изменилось. Чонгук смотрит на одежду Тэхёна и улыбается, одобрительно кивая. Широкие в клетку штаны, серая водолазка, подчеркивающая шею, и коричневый пиджак, который слишком хорошо сочетается с медовой кожей. Как бы у него слюни не потекли от этого осмотра. Сам же он выглядит обыденно: черные брюки, обтягивающие крепкие ноги, белая футболка с каким-то принтом, и черная кожанка, в которой, кажется, можно будет сжариться. Кажется, их комната на этом этаже самая модная и шумная. — Ты случайно стилиста не съел, чтобы так круто одеваться? — смеется, смотря на улыбающегося Тэхёна, и зашнуровывает черные конверсы, видя чужие черные кроссовки. — Кажется, мы съели одного и того же, — следит за чужими пальцами и встречается с глазами, в которых вместо насмешки бушует что-то иное. — Бэкхён написал, что они уже уехали в клуб, — Тэхён пожимает плечами и хватает телефон. — Поедем на метро? — Почему бы не на такси? — удивляется Чонгук и хватает кошелек, демонстративно махая им перед носом соседа. — Я заплачу. — Чонгук, не плачь, пожалуйста, — наигранно хмыкает и легонько бьет по спине, видя замученный взгляд. — Шучу! — бурчит. — Плати, раз так хочешь. — Уже что-то не хочу… — смеется и выходит в коридор, закрывая дверь за Тэхёном, попутно идя к лифту. — Готов напиться до бессознательного состояния? — Готов, — мило кривляется и клацает по кнопке первого этажа. — Я, кажется, тоже, — неуверенно хрипит и в очередной раз взгляд скользит по телу стоящего парня. «А может и нет…»

***

Кажется, Тэхён готов ехать обратно домой, ибо стоять в километровой очереди, чтобы к утру войти в здание, он не готов. А вот Чонгук очень даже готов: расплачивается с таксистом, оставляя мелочь на чай, и с улыбкой осматривает здание, становясь рядом с соседом. По его блестящим глазам понятно, что это его стихия, то, о чем он так давно мечтал. Тэхён скользит взглядом по расслабленному соседу и невольно сам расслабляется, опуская напряженные плечи. Они уже все равно приехали. — Пойдем, — откашливается Чонгук, мимолетно глядя на парня, и шагает вперед. — А нас впустят до закрытия? — неуверенно хрипит и пристраивается рядом, слыша смешок. — Сейчас узнаем. На удивление, здание клуба находится в центре города, что не может не радовать, ибо ехать в общежитие через весь город как-то не хочется. Чонгук осматривает стоящих людей и подростков и хмыкает, проходя дальше, слыша топот Тэхёна сзади. Хоть бы его не потерять, а то будет весело. Чанёль ясно дал понять, что старшекурсники сняли помещение, поэтому для студентов их университета вход без очереди. Стоит им спасибо сказать, ведь с такой очередью они бы к утру может и зашли, а сейчас проходят вперед, показывают студенческие и хмыкают, когда сзади остальные невольно вздыхают. Лучший университет на всю страну. — Так быстро прошли, — Тэхён шагает сзади, следя за волосами соседа, и неловко протискивается между танцующих людей. — Как много… — Много, — согласно кивает и машет кому-то на втором этаже. — Чанёль нас встречает. Тэхён поднимает голову, ища друзей, и улыбается, когда из-за спины Чанёля выползает Бэкхён. Сомнения развеиваются в душном помещении, а ноги сами несут наверх, перепрыгивая через две ступеньки. Что бы он делал без своих друзей? Крепкие объятия заставляют покраснеть, а после пошагать ко всем остальным в еще одну душную каморку. Все-таки Тэхён безумно рад, что решился прийти. Взгляд цепляется за стоящего Чонгука, а улыбка из-за парня расцветает на губах, стоит только вспомнить их поездку в такси. — Чего улыбаешься? — спрашивает Бэкхён, отдавая стакан с выпивкой, и следит за взглядом друга, с издевкой хмыкая. — Ясно… все никак не может насмотреться на своего любимого? — Бэкхён! — хмурится, оглядывая по сторонам на наличие лишних ушей, но лишь машет ладошкой танцующей Кане. — Я просто вспомнил нашу поездку в такси… — Расскажи и мне, — сверкает глазами и внимательно смотрит на недовольного друга. — Я… — отнекивается, но видит лишь взгляд, которому невозможно отказать. — Он просто поделился своим наушником, и мы слушали его песни, — чувствует краснеющие уши и хрипло смеется, когда Бэкхён лишь фыркает на эти милости и зовет двух оставшихся. — Пойдем уже. Как бы Тэхён не плевался на очередные игры, а смотреть на то, как ребята поочередно бегают и выполняют разные глупости, безумно весело. Странная игра, в которой нет выбора: тебе просто загадывают желание, а отказаться от него нельзя. Тэхён заливисто смеется, когда его одногруппник Чимин с брезгливым выражением лица чмокает незнакомого парня в щеку и резко падает на спину, дергая ногами в разные стороны. Уж не думал, что именно так будут проходить эти посиделки. Как не странно, но в сторону девушек каких-то похабных шуток не звучит, поэтому Тэхён расслаблено выдыхает, смотря на смеющуюся Каню, и цепляется взглядом за сидящего Чонгука. — Домой обратно на такси? — с улыбкой спрашивает и видит удивленный взгляд. — Платишь ты, — Чонгук хрипло смеется и немного поворачивается корпусом к соседу, ставя стакан с пивом возле ноги. — Я надеюсь, что ты брал с собой деньги… — Очень зря, — неловко отвечает и поворачивается к центру, следя за крутящейся бутылкой. — Хорошо, что на меня еще не выпадала… — нервно говорит и вздрагивает из-за чужой ладони на коленке. — М? — Твой черед, — Чонгук хлопает по ноге, кивая головой на бутылку, и смеется, когда видит расширенные глаза соседа. — Удачи. Кто его за язык тянул? Тэхён нервно смотрит на какую-то девушку и чувствует вспотевшие ладони, которые сжимают штаны возле карманов. Не готов он выполнять чьи-то желания, давно еще хотел выйти из игры, но все время забывал и продолжал следить за событиями. Больная его голова и страх перед неизвестностью. Он краем глаза замечает смеющегося Бэкхёна, поворачивает голову к улыбающемуся Чонгуку и сглатывает слюну, возвращая взгляд к девушке. — Мне вот интересно, — начинает смело, сощурено смотря на парня, — что ты чувствовал во время первого раза? Что? Простите, что, мать твою, она спросила?! Тэхён с раскрытыми глазами таращится на улыбающуюся девушку и сжимает кулаки, закусывая губу. Не скажет же он, что ничего не чувствовал, ведь никогда ничего не было? А если и скажет, то увидит кучу удивленных взглядов. Оба варианта не подходят. Тэхён косит взгляд на хмурого Бэкхёна, смотрящего на девушку, вздыхает несколько раз и открывает рот, чтобы что-то сказать. — Давай другой вопрос, — хмуро перебивает Чонгук и цепко смотрит на девушку. — Не заметила, что никто такого не задавал? — улыбается уголком губ и отпивает горькую жидкость, не сводя взгляда с вздрогнувшей девушки. — Парни ведь после этого могут и не сдержаться. Тэхён дергается так, словно его кипятком облили, смотрит шокировано на серьезного Чонгука и немного успокаивается, опуская плечи. Спасибо, Чонгук, большое тебе спасибо! Сердце бешено бьется, а взгляд цепляется за усмехающуюся девушку, которая кивает на слова брюнета и поднимает взгляд на Тэхёна, заставляя того невольно прекратить дышать. Она может сделать только хуже… — Поцелуи ведь были, да? — спрашивает у Чонгука, который кивает, и вновь смотрит на Тэхёна. — Тогда ты должен его поцеловать, — насмешливо говорит и кивает в сторону Чонгука, складывая руки на груди, — в шею, например. — Стерва, — ядовито отзывается Чонгук, качая головой, и смотрит на ехидную улыбку. — Окей, пусть будет так, — резво соглашается и корпусом поворачивается к замершему Тэхёну, невольно усмехаясь. — Давай, дерзай. Что ему, блять, давать? Подзатыльник он может с радостью дать, а вот поцелуй… Тэхён не готов к такому, слишком уж жить хочется. Он поворачивается к сидящему Чонгуку и неуверенно вертит головой в разные стороны, отказываясь. Как бы не хотелось прикоснуться к чужому телу, а делать это на виду у других студентов он точно не собирается. Тэхён жалостно смотрит на готового парня, хватаясь пальцами за штанину, скользит взглядом по сидящему Бэкхёну и угрюмо выдыхает. — Я не буду это выполнять, — отзывается, смотря на девушку. — Придется, — злорадно говорит, скользя взглядом по парням. — Ничего ведь сложного, просто поцелуй! — Просто?! — шипит, дергая рукой. — Для тебя может и прос… — Господи… Чонгук стонет, нежно улыбаясь, убирает стакан в сторону, чтобы случайно не разлить, и поднимает глаза на удивленного Тэхёна. Он слишком милый, когда злится! Рука тянется к чужой шее, хватаясь за левую часть, а дрожь от парня переходит к собственным рукам. Хочется зарыться пальцами в мягкие волосы, ерошить их, слыша милое бурчание, а после крепко обнять, пряча от посторонних глаз. Но он лишь резко наклоняется к соседу и тянет рукой за шею к себе, впиваясь губами в мягкую кожу. — Ой, — неожиданно кричит Каня и начинает крутить бутылку. — Я играю вместо Тэхёна! Начните жить за Тэхёна, пожалуйста. Он сейчас ни на что не способен, а уж тем более на какие-либо мысли. Рука хватается за держащую собственную шею, вторая опускается на чужое колено, сжимая, а сиплый выдох слетает с губ. Помогите! Количество мурашек превысило годовую норму, а нервы ушли на окончательный больничный. Тут и психолог не поможет! У него сейчас глаз невольно дергается, когда чужие волосы щекочут щеку, а ноги сводит в судороге, ибо шея — то место, которого никто не должен касаться. Глаза цепляются за чужие черные напротив, а рука крепче сжимается на чужой, причиняя легкий дискомфорт. Что сейчас вообще произошло? — Я выполнил твое желание, Тэхён, — спокойно говорит и хватает стакан, отпивая. — Я… — хлопает глазами и закусывает губу, смотря на соседа и чувствуя красные щеки, — сейчас приду. Тэхён подрывается с мягкого ковра, хватает телефон и выскакивает из комнаты, бегая глазами по душному помещению. Ему срочно нужно умыться, желательно ледяной водой, чтобы хоть немного убрать свою заторможенность. Он оглядывается по сторонам, ища какую-нибудь дверь, скользит взглядом по танцующим людям и шумно выдыхает, трогая пальцами место очередного поцелуя. Почему Чонгук всегда его целует? Он бы мог спокойно отказаться от этого и просто смотреть на то, как Тэхён начал бы выкручиваться. Неужели даже в таком месте он не сможет отдохнуть от рутины и своего соседа? Тэхён опирается руками о перила и опускает голову, закрывая глаза волосами. Слишком неожиданно и слишком страшно вновь возвращаться. — Идем танцевать? — спрашивают сзади, заставляя Тэхёна развернуться и посмотреть на Каню. — Я не умею, — неловко улыбается и вновь смотрит вниз. — Для того, чтобы танцевать в клубе, не нужно иметь навыки, Тэхён, — смеется и хватает чужую руку. — Пойдем, нужно расслабиться. Каня определенно права, ведь если посмотреть на танцующих людей, то лишь несколько из них будут выделяться. Тэхён скользит взглядом по танцполу и хмыкает, когда его ведут в другую сторону от него. Нервный смешок слетает с губ, а алкогольный напиток появляется в руках, заставляя выпить из-за цепкого взгляда подруги. Горькая жидкость обжигает горло, а кончики пальцев начинают покалывать, когда они оказываются в центре зала. Тэхён смотрит за двигающимися телами, хватает руку Кани, чтобы она не потерялась, и несколько раз дергается из-за толчков. Не лучшее решение, зато более выгодное. Ему сейчас не хочется думать о Чонгуке, о том, что все сейчас играют и заливисто смеются, когда выпадает очередное тупое желание. Сейчас хочется забыться и утонуть в этих горячих телах, двигаясь как пожелает душа. — А говорил, что танцевать не умеешь, — хмыкает подруга и одобрительно кивает, следя за Тэхёном. Даже она слегка не понимает действий Чонгука. Вроде следила за его отношением, подмечала для себя что-то новое, а сейчас смотрит на танцующего Тэхёна, можно сказать на пострадавшего, и все равно понять не может. С Тэхёном то понятно, этот парень еще давно дал понять, что Чонгук ему не безразличен, а вот второй… Это загадка века, но со временем и ее раскроем! Каня поднимает голову к потолку, разглядывая различные украшения, жмурится из-за яркого света и смеется, когда Тэхён слегка цепляется за нее. Кого нужно благодарить за таких друзей? Взгляд останавливается на фигуре Чонгука, стоящего на балконе, а игривая улыбка расцветает на губах. — Тэхён, а тебя никогда не интересовали девушки? — сипло спрашивает и придвигается ближе, окольцовывая чужую пострадавшую от поцелуя шею. — Мне нравится смотреть на красивых девушек, — ярко отзывается, двигаясь вместе с подругой. — Ты очень красивая, Каня! И ты мне правда нравишься, но лишь как подруга. — Словно ножом по сердцу, — грустно хрипит, а после заливисто смеется, когда Тэхён начинает слегка щекотать. — Чонгук тебе правда нравится? — А ты как думаешь? — фыркает, обнимая девушку за лопатки. Каня обнимает в ответ, жмется ближе, слыша спокойное дыхание на шее, и вновь поднимает глаза. От Чонгука и след простыл. Она лишь молится о том, чтобы Лукас не вышел на балкон и не увидел такую откровенную картину. Хоть он и не выдавал свою ревность действиями, зато по злым глазам это было всегда заметно. Наверное, это ее первые отношения, которые не закончились на признании, а только начались. Она с нежной улыбкой вспоминает их первый серьезный разговор на эту тему и жмурит глаза, невольно ощущая дрожь по телу. Лукас напоминал ей ребенка, который еще не уверен в своих правильных действиях, поэтому с осторожность подходил к этому разговору. Зато как удивился потом, ведь Каня была более чем этому довольна, поэтому первого поцелуя ждать не пришлось. Кажется, именно так начались их странные отношения, которые переросли во что-то более серьезное и искреннее. Вот только давать повода для ревности ей все-таки не хочется. — Думаю, нравится, — довольно отзывается и отпускает Тэхёна, отходя на несколько шагов. — Тогда у меня могла бы и не спрашивать, — смеется и вздрагивает из-за чужих ладоней на талии. Тэхён дергается из-за чужого прикосновения и резко отскакивает в сторону, разворачиваясь. Глаза невольно расширяются, а смешок Кани заставляет слегка покраснеть и потупить глаза в пол. Воспоминания о поцелуе вновь забивают пустую голову, а талия покрывается мурашками, когда он смотрит на чужие руки. Чонгук стоит совсем рядом, смотрит на него как-то странно и цепляется взглядом за смеющуюся девушку. — Тебя Лукас ищет, — говорит Кане и видит удовлетворенную улыбку. — Иди. — Иду, — кивает и еще раз обнимает замершего Тэхёна, видя слегка сжатые кулаки обоих парней. — Увидимся. Чонгук следит за ее уходом, а потом поворачивается к Тэхёну, который стоит впереди и дышать забывает. Вот стоял бы он спокойно на балконе, смотрел за их танцами и не трогал этих двоих, а сейчас что прикажете делать? Зачем он вообще пришел сюда и наврал подруге? Лукас уже третье желание подряд выполняет, ему там явно не до девушки, а вот Тэхён после первого в комнату больше явно не зайдет, довольствуясь танцами и туалетом. Кажется, что алкоголь подействовал даже на Тэхёна, который смотрит туманно и слегка шатается. Чонгук смотрит на парня, замечая его сжатые кулаки, вспоминает о поцелуе, ощущая горящие губы, и зачесывает волосы назад. — Я собираюсь в общежитие, — слегка кричит, перекрикивая музыку. — Пойдешь? — Я еще останусь, — быстро проговаривает и шагает из толпы, поднимаясь на второй этаж. — Пока, — машет рукой Чонгуку и разворачивается. Не готов он вновь находится рядом с Чонгуком. К тому же Тэхён слишком мало выпил, поэтому уверенно шагает к остальным студентам, замечая несколько взглядов на себе, хватает несколько бутылок вина и вновь выходит из комнаты, усаживаясь в темном углу второго этажа. «Пришел расслабиться, значит буду расслабляться!» Первая бутылка звонко открыта, а две тушки падают рядом, подсовывая стаканы. — Нет… уйдите, — тихо смеется, отказываясь делиться своим имуществом. — Идите к своим парням, а меня оставьте одного. — Теперь точно не оставим, — хмурится Бэкхён и что-то пишет в телефоне. — Рассказывай. Ничего он не собирается рассказывать. Слишком уж много знают эти морды, которым Чанёль приносит еще бутылок пять и уходит в туман, прихватив с собой Лукаса. «Почему ты этих двоих не забрал?» — мысленно стонет, но стаканами стукается. Тэхён скользит взглядом по темному помещению, чувствует слегка больную голову то ли из-за алкоголя, то ли из-за громкой музыки, и слегка откидывается назад, прислоняясь спиной к прохладной стене. Смотрит на смеющуюся Каню, нежно смеется из-за пьющего Бэкхёна и полностью отдается этим ощущениям, плывя по быстрому течению из алкоголя. — Чонгук ушел в общежитие, — сипло произносит и видит две внимательные мордахи, — думал, что я с ним пойду, а я отказался и пошел за вином, — смеется, отпивая красную жидкость с бутылки, и смотрит на кивающие головы. — Чего вы киваете? — Такая грустная история… — Каня вытирает пальчиком невидимую слезу и уворачивается от руки Тэхёна, игриво смеясь. — Чего ты из-за этого ноешь? — Я?! — ошарашенно отзывается и трясет головой, взлохмачивая волосы. — Во-первых, я не ною, а во-вторых, я до сих пор чувствую его губы на шее! — слегка прикрикивает и вмиг затихает, приобнимая полупустую бутылку. — Говнюк… заставляет меня думать о нем… — Ты сам себя заставляешь, — спокойно подает голос Бэкхён и смотрит на удивленного друга. — Тэхён, неужели не о чем больше думать? А есть ли ему о чем думать? Если подумать, то тем для размышлений у него навалом, хоть ешь их, а меньше не станет. Например, учеба, которая с каждым днем все сильнее бьет по спокойному состоянию, заставляя вновь пить валерьянку и засыпать, а то и просыпаться с первыми лучами солнца. Можно еще поразмышлять о будущем, но о нем пока что тоже не хочется думать, значит этот вариант точно отпадает. Тэхён закусывает губу и откидывается головой на стену, теребя бутылку в руках. На самом деле много тем для пищи, но все они либо связаны с учебой и последующим трудоустройством, либо с Чонгуком и последующими проблемами. И о том, и о том думать не хочется вообще! — Не о чем, — после размышлений отзывается и прикрывает глаза, впервые в этой жизни ловя вертолетики. — Вау… — заливисто смеется и открывает глаза, пытаясь сфокусировать зрение, что получается не очень здорово. — Я только что словно кружился… — Господи, — Бэкхён заливисто смеется, откидываясь головой на плечо Кани, и слышит еще один грубый смех. — Ой… — Идем домой, Бэкхён, — сипло шепчет Чанёль и помогает встать, хватая чужую ладошку, — завтра еще на учебу шуровать. — Блин, — стонет, чувствуя хватку парня, — пока, девочки мои любимые, — смеется с язвительного выражения лица Тэхёна и шлет ему воздушный поцелуй, махая ручкой. — Ты когда домой? — сонно спрашивает Каня и смотрит на часы. — Еще не собирался, — тихо сопит, убирая от себя последнюю бутылку. — Уже без пятнадцати три, — немного офигевает из-за времени, а потом и из-за нежной хватки на плечах. — Домой, — ласково шепчет Лукас и сочувственно смотрит на обидчивого Тэхёна, — прости, но у кое-кого завтра важный зачет, да, Каня? — Черт! — чертыхается, сжимая глаза из-за воспоминаний о учебе, и лезет к Тэхёну, крепко обнимая. — Завтра встретимся, хорошо? — Угу… — хрипит в пахнущую шею и машет ладошкой, видя легкую улыбку подруги. Тэхён оглядывается по сторонам, замечая уже уходящих студентов, усаживается удобнее и прикрывает глаза, вслушиваясь в громкие биты. Голова болит от постоянной музыки, от алкоголя, который ужасно туманит рассудок, и от мыслей про одного парня. Чонгук сейчас скорее всего уже видит девятый сон, в котором катается на радужном пони и заливисто смеется, когда в очередной раз попадает слюнями на макушку любимого соседа. Тэхён хрипло смеется, представляя такую картину в реальности, и слегка обнимает себя руками. Как-то быстро его все бросили, оставили тут со своими мыслями наедине, мол, постарайся разобраться сам, и ушли со своими вторыми половинками домой, вернее в общежитие. Тэхён тоже мог уйти вместе с любимым человеком, немного послушать его бурчание или что-то подобное, а потом уснуть в мягкой кровати, на утро ничего не помня. Вот бы так все и случилось. — Нашел, блять, наконец-то! Чонгук появляется неожиданно, упирается руками в бока и смотрит серьезно, пуская дым из ушей. Он оббегал весь клуб, чтобы найти этого парня, который забился в самый темный угол и не дышал, чтобы, не дай бог, не нашли. Взгляд цепляется за кучу бутылок в углу, за одинокого Тэхёна, а рука тянется к соседу, хватаясь за протянутую ладошку. Надо было сразу за ним идти, а не сидеть на барной стойке и контролировать вход, следя за тем, когда же он пойдет домой. Вот только две ушедшие парочки подействовали как-то напряженно, заставляя поднять пятую точку с нагретого стула и пойти искать пятую точку любимого соседа. Нашелся он, однако, не сразу. — Я думал, что ты уже ушел, — хрипит Тэхён, слегка отшатываясь в сторону, а после хватаясь за чужую руку. — Тебя ждал, а то заблудишься еще и ищи тебя потом по всему городу, — шумно выдыхает, смотря на пьяного парня, и подхватывает под талию, осторожно шагая с ним вниз. — Хочешь прикол? — Хочу, — улыбается, крепче хватаясь за чужую руку. — Платить за такси придется тебе, — смеется с хмурого взгляда Тэхёна и ногой открывает двери, выходя на свежий воздух. — А ты хочешь прикол? — тихо хрипит, хватаясь за плечо. — Платить мне нечем, — хлопает в ладоши перед лицом и заливисто смеется, сгибаясь пополам. Чонгук смотрит на смеющегося парня и начинает вспоминать всю наличку, которая у него осталась после бара. Глупая его голова и нежелание пойти наверх за купленной выпивкой. Он с улыбкой выдыхает, ладонью протирая лицо, и смотрит на слегка успокоившегося Тэхёна. Почему он такой милый? Его движения, которые теперь слишком нелепые, сиплый после алкоголя смех и взъерошенные волосы, похожие на гнездо. Вовремя его влюбчивая натура проснулась, однако. Чонгук придерживает его за талию, чтобы не разбил себе ничего, и оглядывается по сторонам, замечая уходящих студентов. Кажется, не у них одних нет денег на такси. Некоторые сидят на лавочке, чего-то ожидая, а некоторые усугубляют состояние, начиная курить. — Хочу курить, — хрипит, чувствуя тяжесть соседа. — Тэхён! — Я уже встаю, мам, правда… — бурчит под нос, вися на крепком плече. — Господи… — нежно смеется и крепче перехватывает свою ношу, — полежи пока что тут, соня. — Чонгук укладывает соседа на лавочку, подкладывая куртку под его голову, и шагает к двум студентам. — Намджун, — неуверенно начинает, видя удивленный взгляд. — Привет, Чонгук, — выбрасывает сигарету в урну и поворачивает к своему же студенту. — Не думал, что ты тут тоже будешь, — улыбается, смотря на потерянного знакомого. — Да, тоже решил развеяться, — неловко опускает голову, но продолжает: — Не мог бы ты одолжить денег на такси? — Необычно, — хмыкает, — но могу, — кивает с улыбкой и вытаскивает несколько купюр, — кажется, должно хватить. — Спасибо, я завтра в университете отдам, — благодарит со слегка красными ушами, пожимая руку, и шагает к лежащему Тэхёну, поднимая того за обе руки и подхватывая за талию. — Только попробуй не вспомнить свои похождения, мой милый сосед. Такси приезжает быстро, мужчина немного удивленно смотрит на двух парней, но в салон пускает, видимо не найдя угрозы в виде очищения организма. Он лишь единожды спрашивает адрес и начинает молчать, несколько раз проверяя молодых парней в зеркале. Чонгук смотрит в окно, ощущая размеренное дыхание на шее, слегка сжимает чужую руку, расположившуюся на собственном колене, и спокойно выдыхает, когда Тэхён не просыпается. Даже вспоминать неловко, когда все тело передернулось из-за внезапно упавшей головы. Он тогда, кажется, и дышать перестал, пытаясь понять, что сейчас происходит и почему Тэхён лежит на его плече. Взгляд падает на макушку на собственном плече, а после скользит по зданию университета, возле которого проезжает таксист и, немного проехав, останавливается. — Спасибо, — благодарит мужчину, видя улыбку. У него сейчас новая миссия — донести спящего Тэхёна на пятнадцатый этаж. Чонгук осторожно вытаскивает парня из машины, придерживая за голову, чтобы не ударить, опирает его на левый бок и хлопает дверью, расслаблено выдыхая. Меньшую часть пути они прошли, осталась лишь лестница, дверь через злую женщину, лифт, который может не работать, и поиск ключей от комнаты. Вроде бы ничего сложного. Вот только сначала нужно удобно схватить Тэхёна, чтобы не потерять по дороге к общежитию. Чонгук усаживает парня на лавочку, придерживая за плечи, смотрит сверху на опущенную макушку и трет затылок, разворачиваясь спиной. Единственный вариант, который он придумал. — Тэхён, проснись хоть на секунду, — говорит, закидывая чужие руки на плечи и приседая, — давай, если хочешь жить. — Чонгук понуро опускает голову, не слыша ответа, и тянет за руки вперед, окольцовывая ими свою шею, хватает под коленями и встает с Тэхёном на спине. — Упадешь — твоя вина! — Если я упаду — тебе не жить. — Тэхён сонно хрипит, обнимая чужую шею и прижимаясь ближе, слышит чужое дыхание и крепкие руки на ногах. — Крепко держишь? — Очень крепко, — говорит, ощущая легкую улыбку на губах, и слегка перехватывает под коленями. — Почему не отзывался? — Хотел увидеть, что ты будешь дальше делать, — тихо смеется и кладет подбородок на дернувшееся плечо. — Спасибо, что не бросил… — Раз ты проснулся, то слезай с меня, — спокойно отзывается, но слегка стонет, когда Тэхён сильнее сжимает шею, мешая дышать. — Задушишь… — Я сплю, как я могу тебя задушить? — Ты же спишь, как ты можешь разговаривать? — язвительно повторяет интонацию Тэхёна и слышит тихое сопение в ухо, ярко улыбаясь. — Так бы сразу. Чонгук слышит ласковый смех, ласкающий уши, чувствует постепенно расслабляющуюся хватку на шее, а после и тишину, когда они начинают подниматься по ступенькам. Вернее Чонгук поднимается и несет на спине мешок непонятно чего: то ли милоты, то ли язвительности. Впрочем, охранник даже не смотрит на них, лишь на секунду отрывается от компьютера, чтобы посмотреть кто вошел, и вновь опускает глаза. Теперь Чонгук точно уверен, что их общежитие под надежной защитой! Тэхёна, кстати, не слышно. Он только тихо сопит на ухо и дергает расслабленными руками в воздухе, ударяя Чонгука по груди на слишком быстрых движениях. Если бы он был таким тихим всегда, то была бы их университетская жизнь такой насыщенной? Чонгук машет головой в отрицательном ответе и кое-как жмет на кнопку их этажа, умиротворенно вздыхая. Еще совсем немного и они упадут на кровать и засопят сладким сном, чтобы в семь подорваться из-за будильника и пойти на пары. Тэхён вообще не подает никаких признаков жизни, лишь расслабленной тушкой валяется на чужой спине и сопит. Тут даже не умилиться нельзя. — Все-таки милый, — тихо шепчет, смотря в отражение, и слегка вздрагивает из-за пиликанья лифта. Сейчас Чонгук очень надеется, что неожиданный выдох в ухо был сделан во сне. Хотя если так подумать, то пьяному Тэхёну можно навязать что угодно, а вот на утро отнекиваться, ибо: тебе это приснилось, дурень. Чонгуку себя и правда сложно понять: вроде бы ощущаешь в душе чувства, а вроде бы и боишься их проявлять, начиная очень здорово скрывать. Возможно, дело и в соседе, который сначала ведет себя любезно, ластится, смеется, а потом превращается в заморское чудище, которое то пытается тебя убить, то находится на расстоянии в тысячи километров. Странный он до одури! Иногда даже мысли появляются, что это защитная реакция Тэхёна перед какими-то чувствами, а потом он окунается в реальность и понимает, что это на самом деле тупая игривость любимого соседа. Чонгук сильнее перехватывает чужие ноги одной рукой, второй роется в кармане куртки, а после резко нагибается вперед, слегка стукаясь лбом об дверь. — Решил с горки скатиться? — взволнованно хрипит, сгибаясь пополам и вставляя ключ. Как-то не хочется уронить спящего парня на пол, а потом слушать его бурчание и злые высказывания. Сейчас хочется его осторожно перехватить, занести в комнату, прикрывая за собой дверь, и положить на мягкую кровать, нежно любуясь. Эх, мечты. В них это выглядело куда лучше, чем в реальности. Ибо нога выворачивается на сто восемьдесят градусов, пытаясь закрыть дверь, спина едва ли не ломается пополам, из-за съехавшего Тэхёна, а чужие ноги смачно давят на собственное достоинство, заставляя закатывать глаза. Чонгук уже пожалел о том, что решил его все-таки донести до комнаты, а не оставить на лавке возле общежития. Кто-нибудь, да подобрал! Вот только легкая тушка скользит с левого плеча, аккуратно падая на мягкую кровать, а нежная улыбка расцветает на губах, когда Чонгук смотрит на спящего парня, видит его разметавшиеся по подушке волосы и скользит взглядом по расслабленному телу, заметно выдыхая. Миссия выполнена — мешок с костями доставлен в целостности и сохранности! — Теперь спать, — сонно шепчет, выпивая стакан воды, и шокировано смотрит на собственную кровать, явно не догоняя. — Почему я его к себе положил?! Чонгук смотрит на спящего парня, который кутается в чужое одеяло и прижимает его к груди, шумно начиная сопеть. Несомненно здорово увидеть его в своей кровати, слышать тихое сопение и чувствовать объятия, но это лишь на некоторое время, ибо утро не за горами, а значит громкие крики на ухо и непонятки от Тэхёна тоже. Рука зарывается в собственные волосы, слегка массажируя голову, а взгляд бегает по двум кроватям, стараясь выбрать лучший вариант. У Тэхёна она выглядит такой плюшевой, с игрушками и махровыми одеялами, поэтому спать на ней одно удовольствие, а собственная кровать привычная, уже подстроенная для сна хозяина, к тому же с приятным бонусом в виде соседа. Чонгук, в принципе, может Тэхёна на его кровать переложить, укутать одеялком и сказочку рассказать, вот только не хочется. Почему-то желание оказаться с ним в одной кровати, слышать его дыхание и чувствовать толчки ногами вытесняет все остальное. Чонгук зажмуривает глаза, несколько раз прокручивая эту мысль в голове, и со спокойным вздохом шагает к себе. — Моя кровать — твои проблемы, — шутливо говорит и тихо укладывается рядом, забирая собственное одеяло из чужих рук. Кажется, что вся соль их совместного ночлега наконец-то дошла до темной головы, освещая путь для незваных мыслей. Чонгук лежит с открытыми глазами, боясь пошевелиться, и дышит через раз, когда чужая рука перекидывается через собственную грудь, видимо компенсируя забранное одеяло. Как бы он не хотел спать вместе с Тэхёном, а желание пойти постелить себе в ванной куда сильнее, хоть и быстро пропадает. Тэхён слабо сопит на чужом плече, немного дергает ногой, сгибая ее в колене, и просыпаться явно не собирается. А вот Чонгук точно не сможет. Тут и уснуть не получиться, ведь чужое теплое тело так близко, не кусается и не язвит, лишь тихо спит и заставляет себя еще сильнее любить. А его сосед и не против, лишь бы не запрещали. Он сейчас смотрит на умиротворенного парня, улыбается слегка и наклоняет голову набок, касаясь щекой чужой макушки. — Это точно алкоголь виноват, — согласно кивает на свои действия и прикрывает глаза, вдыхая запах волос. — Надеюсь, что завтра я не проснусь из-за удара в нос, — хрипло смеется, слегка ужасаясь этому, и полностью расслабляется, укрываясь одеялом и накидывая его на чужое тело. — Спокойной ночи, сосед, который завтра может убить меня до того, как я открою глаза и в последний раз увижу свет… — самокритично шутит и теперь уж точно погружает свое тело в сладкий сон, наслаждаясь таким же сладким сопением в собственное ухо.