Miracle

      Утро выдалось пасмурным, дождливым. Гакупо выглянул из палатки и тут же вернулся обратно. Убаюкивающая дробь дождя будто уговаривала остаться в постели, где мирно спала Гуми, свернувшись калачиком.       Гакупо подошел к тихо сопящей девушке и провел рукой по коротким взъерошенным волосам. Зеленые пряди на ощупь были куда мягче, чем казались на вид. На ее лице сияла умиротворенная улыбка – наверное, снилось что-то хорошее.       Гакупо отвернулся и подобрал свои вещи. Одеваясь, он старался не шуметь, чтобы ненароком ее не разбудить.       Он не знал, как она отреагирует, если, проснувшись, застанет его здесь. Человеческие чувства все еще казались ему слишком путанными, сложными, необъяснимыми. Он не знал, что она скажет, что сделает. Он не знал, как себя вести и как говорить с ней после произошедшего.       — Уходишь? — раздался позади ее тихий голос.       Гакупо замер, затаив дыхание. Помедлив несколько мгновений, он выдавил:       — Прости, я не хотел тебя будить…       — Ты уходишь? — она перебила его, повторив свой вопрос.       Гакупо повернулся и встретил ее встревоженный взгляд.       — Да, я подумал, что мне лучше уйти.       — Почему?       — Потому что, возможно, эта ночь была ошибкой…       Едва эти слова сорвались с его губ, Гуми судорожно вдохнула и уткнулась лицом в ладони. Ее плечи вздрагивали, и Гакупо к своему удивлению понял, что она плачет.       — Ты чего? — растерянно пробормотал Гакупо, торопливо приближаясь к ней, — Я не хотел обидеть тебя, я просто не был уверен, что ты захочешь видеть меня здесь…       В его голосе прозвучало искреннее раскаяние. Гуми вдруг подняла к нему лицо, на котором не было ни следа слез, и широко улыбнулась. Гакупо ошеломленно уставился на нее, ничего не понимая. Ее голос прозвучал очень серьезно, когда она сказала:       — Я хотела этого не меньше, чем ты, Гакупо.       От этих ее слов его заполнило смущение, но вместе с тем пришло и облегчение. Пусть этой ночью он не сумел совладать с собой, все же ничего ужасного он не сделал.       Он не причинил ей боль – напротив, она выглядит… счастливой?       Гакупо остался в ее палатке, и они разговорились. Неожиданно для себя он понял, что говорить с Гуми почти так же легко, как с Мейко.       Но даже мысли о Мейко причиняли ему боль, а потому он старался о ней не думать, и это у него совсем не получалось. Ему было обидно, что Мейко ушла. И отчасти поэтому он был сейчас с Гуми.       Несколько дней он проводил почти все время рядом с ней и наверняка оставался бы с ней еще очень долго, если бы не одна случайность.       Во время очередного ограбления его схватили стражи. Остальные разбойники успели скрыться, а Гакупо был брошен в камеру, где ему предстояло гнить остаток жизни.       Он пытался сбежать, но тщетно. Надежда совсем оставила его, когда он услышал разговор двух стражников.       — Говорят, из Северного королевства девушки пропадают…       — Там разве еще кто-то живет, все ведь в Западное перебрались вслед за королем…       — Все да не все. Несколько деревень осталось. Так вот, из тех, что поближе к драконьему ущелью, уже много лет пропадают девушки.       — Куда пропадают-то? В ущелье падают что ли?       — Никто не знает, куда, – это и значит «пропадают», идиот. Их нигде найти не могут. Местные жители думают, что это боги забирают их в качестве жертв. В старые времена ведь так и было…       — В старые времена… Это во времена драконов что ли? Тебе-то откуда знать, что тогда происходило.       — А предания на что? Когда драконы на земле были, жрецы приносили им в жертву юных дев.       — Так ведь драконов на земле больше нет…       — Я к тому и веду! Если драконов нет, куда девушки пропадают? То-то и оно, что есть они, драконы-то! Просто нам не являются.       — Жуть какая…       Гакупо едва дышал, слушая затихающие голоса. Теперь он, наконец, все понял. Все, что рассказала ему Мейко о морской ведьме, все, что он знал о волшебных осколках, – все сложилось в единую картину. Ответ лежал на поверхности все это время. Вернее, был спрятан глубоко под землей…       Зная правду, Гакупо не мог бездействовать. Он возобновил попытки, но сбежать ему не удавалось до тех пор, пока в соседнюю камеру не поместили Кайто.       Эта встреча напомнила Гакупо детство, когда его тело было деревянным, а мысли чистыми и полными надежд. Да, Гакупо почти сразу узнал синеволосого мальчишку, который давным-давно подвесил его на дереве. Впрочем, Кайто искупил свою вину, вызволив Гакупо из заключения.       Оказавшись, наконец, на свободе, Гакупо немедленно принялся воплощать в жизнь план, который обдумывал, сидя в камере. Для этого Гакупо нужно было золото, поэтому он отправился в лес, чтобы найти разбойников. И вскоре ему повезло.       Их осталось не так много и золота у них не оказалось – не оказалось среди них и Гуми. Они рассказали ему о том, как Гуми стала их предводительницей, как они поселились в старом особняке и как ушли оттуда, когда появилась ведьма. Гакупо заподозрил худшее, но по описанию она совсем не походила на Тето – скорее вновь напомнила ему о детстве и о красивой девочке с лазурными волосами.       Решив не медлить более ни дня, Гакупо предложил разбойникам отправиться с ним в русалочье море. Придя на пристань посреди ночи, они захватили небольшой корабль, на котором вышли в долгое плаванье.       Поначалу было нелегко. Ему пришлось обучать каждого морскому делу, но Гакупо был готов приложить все усилия ради своей цели. За всю жизнь он успел узнать только два дела: мореходство и разбой. Теперь ему пригодилось и то, и другое.       Так Гакупо стал капитаном пиратского корабля. Цель его была проста: попасть на остров посреди русалочьего моря. Тот самый, где Мейко спрятала меч, способный уничтожить магию.       Долгое время он не знал даже, в каком направлении двигаться, и бороздил море почти вслепую до тех пор, пока не наткнулся на русалку.       То утро Гакупо запомнил очень хорошо. Тогда он услышал чудесный голос, разливающийся в воздухе нежным потоком и убаюкивающий мысли. Гакупо осмотрел водную гладь и краем глаза заметил, как вся его команда замирает и начинает искать взглядом источник звука.       Перед ними из утреннего тумана вынырнул большой камень, на котором сидела девушка с длинными розовыми волосами. Ее песня стихла, стоило кораблю приблизиться, и Гакупо увидел, что вместо ног у нее рыбий хвост.       — Русалка, — послышался опасливый шепоток за его спиной.       Девушка улыбнулась, склонив голову набок, и нежным голосом произнесла:       — Дальше я вас не пущу.       — И как же ты нам помешаешь? — спросил Гакупо, старательно изображая насмешливую самоуверенность.       Ее улыбка стала шире, а вода вокруг нее вдруг забурлила.       — Что ты здесь ищешь, пират? — задала русалка свой вопрос.       — Меч, что способен уничтожить магию, — честно ответил Гакупо. Предчувствие подсказывало ему, что не стоит ей лгать.       — Ты его не получишь. Меч обретет лишь достойнейший.       Раздался серебристый громкий смех, а затем волны вдруг взбугрились перед кораблем и погнали его прочь.       — Я не сдамся так просто! — крикнул Гакупо, прежде чем силуэт русалки вновь сгинул в тумане.       — Тогда до встречи, пират! — донесся до него нежный смеющийся голос.       С тех пор Гакупо не раз еще видел эту русалку. Он узнал ее имя – Лука, догадался, что у нее есть осколок, и решил, что поэтому она и охраняет меч.       Она не подпускала его к острову, а он не желал прекращать попытки. Гакупо с самого начала знал, что это будет не просто, и не мог позволить первой же преграде сломить его решимость.