Miracle

      Кайто не нравилось носить повязку поверх маски, но он был вынужден, так как не хотел вызвать лишних подозрений. Ведь если бы хоть кто-нибудь догадался, что это осколок, Кайто потерял бы последние крупицы доверия своих спутников.       Впрочем, ему все равно никто не доверял. А применять к ним магию и заставлять их верить он не хотел и не собирался. Из принципа.       Мейко и Гакупо присоединились к ним только благодаря Кайто, но Гуми продолжала упрямо ненавидеть его. Лен хотя бы пытался вести себя дружелюбно, и в благодарность за это Кайто старался не упоминать имени Мику, чтобы лишний раз его не злить.       Кайто был уверен, что, раз их сознания до сих пор связаны, чужая магия не помешает Тето проникать в его сны. Каждый вечер он засыпал в ожидании встречи с Тето, однако она не являлась с тех пор, как он сбежал с Гуми и Леном. Поэтому Кайто просыпался в отвратительном настроении, а этим утром его, к тому же, разбудило невнятное бормотание под боком. Кайто приоткрыл глаза, и первым, что он увидел, было лицо Лена, который неразборчиво что-то бубнил. Кайто поморщился и толкнул бывшего короля в бок, однако тот словно ничего не почувствовал.       — Кто-нибудь собирается сказать ему о том, какой бред он несет во сне? — поинтересовался Кайто, садясь и отчаянно зевая.       Гакупо усмехнулся, Мейко тихо хихикнула, а Гуми поджала губы:       — Ну, знаешь ли, он ведь не может это контролировать.       — Может, просто разбудим его? — предложил Гакупо.       Кайто с силой потряс Лена за плечо, однако тот вновь никак не реагировал, продолжая тихо болтать с самим собой.       — Странно… — протянул Кайто.       Остальные уже потеряли к происходящему интерес, а Кайто все смотрел на Лена, глубоко задумавшись. Слишком уж это было похоже на магический сон, но у Лена явно не было осколка, и едва ли Тето вообще стала бы являться ему.       Она ведь теперь не являлась даже Кайто. Вновь начав думать о ней, Кайто не выдержал и решил воспользоваться тем, что никто не обращает на него внимания. Он тихо поднялся и побрел в лес, подальше от лагеря. Он долго пробирался сквозь заросли, вышел на небольшую поляну и улегся на траву, уставившись в безоблачное небо. А затем, глубоко вдохнув, заговорил:       — Я не знаю, можешь ли ты видеть меня, когда я на таком расстоянии от Гуми и ее осколка… И не знаю даже, захочешь ли ты меня видеть, — казалось нелепым говорить с самим собой, но Кайто продолжал, надеясь, что Тето все же услышит его: — Едва ли, конечно, ты сейчас ко мне явишься, я ведь, вроде как, снова тебя предал… Но мне не хватает наших разговоров. Я… скучаю.       Когда его голос отзвучал, на поляне вновь повисла тишина. Кайто и не рассчитывал на немедленный ответ, но ему все же стало грустно. Он провел на поляне около часа в отчаянном ожидании чего-то, и все тщетно.       Возвращаясь к лагерю, который они разбили в лесу, Кайто услышал торопливый шепот Гуми:       — И все-таки, он предаст нас рано или поздно…       Вздохнув, Кайто решительно раздвинул ветки и вышел вперед. Возле потухшего костра сидели Лен и Гуми, которые уставились на него с нескрываемым ужасом.       — Обо мне говорите? — с невозмутимой полуулыбкой поинтересовался он.       Стараясь не обращать внимания на неловкое молчание и косые взгляды, Кайто прошел мимо них и уселся неподалеку. Гуми почти тут же вскочила со словами:       — Я пойду, помогу Мейко и Гакупо.       — Думаешь, они вдвоем фляги с водой не донесут? — рассмеялся Кайто ей вслед.       Однако она ушла, не оборачиваясь, оставив Кайто наедине с Леном, отчего безмолвие стало еще неуютнее и мрачнее.       — Что тебе снилось? — вдруг спросил Кайто, очень озадачив Лена этим внезапным вопросом.       — Ты хочешь обсудить мои сны? Серьезно? — удивленно вскинул брови он, а затем, явно смутившись, пробормотал: — Тоже слышал, как я разговаривал?       Кайто пожал плечами и отрывисто ответил:       — Ты не просыпался, когда я пытался тебя разбудить. Вот я и решил спросить. Впервые вижу такой крепкий сон.       Это была глупая затея, и Кайто почти сразу это понял. Но все же любопытство было в нем порой сильнее рассудка.       — Я видел Рин, — немного помолчав, медленно проговорил Лен, — Я имею в виду… это действительно был не обычный сон. Уже больше месяца я каждую ночь вижу огромную темную пещеру, в которой танцует и поет моя сестра. И сегодня я понял, что я вижу это… как бы… глазами Мику.       Кайто ничего не сказал, только задумчиво уставился в пустоту, и Лен, не выдержав, добавил с натянутой улыбкой:       — Наверное, я просто схожу с ума.       — Нет… — покачал головой Кайто, — думаю, так она пытается просить тебя о помощи.       Лен бросил на него благодарный взгляд и тут же отвернулся. Повисла тишина, которая не затянулась надолго, – из-за деревьев вышла Мейко и уселась на траву. Она задумчиво кусала губы несколько секунд, а затем задала вопрос, ни к кому конкретно не обращаясь:       — Как получилось, что Гуми вместе с вами?       — Она просто хочет помочь, — коротко ответил ей Лен.       — Уничтожить магию? — уточнила Мейко.       Лен почесал голову и неуверенно произнес:       — Ну, это не единственная наша цель… — Мейко явно ждала продолжения, и он пояснил: — Я, например, отправился в путь, чтобы спасти мою невесту и мою сестру.       Мейко кивнула, будто это и ожидала услышать, а затем нахмурилась:       — И Гуми тоже готова рисковать своей жизнью ради их спасения?       Кайто и Лен невольно переглянулись. Мейко и сама будто испытала неловкость от того, как грубо прозвучал ее вопрос.       — Разве вы с Гуми близко знакомы? — растерянно поинтересовался Лен.       — Она не говорила? — удивилась Мейко, и на миг ее выражение лица стало расстроенным, грустным. А затем девушка объяснила с показным спокойствием: — Гуми вроде как была моей… подопечной. Но, думаю, сейчас это в прошлом. Мы никогда не были особенно близки. Я просто заботилась о ней какое-то время.       Кайто тихо жевал свой скромный завтрак, слушая эту беседу, и размышлял о том, как легко могут рухнуть отношения между людьми. Он смотрел на Мейко и задавался вопросом: дорожила ли она в своей жизни хоть кем-то, кроме Тето?       И, угадывая ответ, он искренне поблагодарил ее:       — Спасибо, что решилась… — слова «предать Тето», едва не сорвались с его уст, и Кайто торопливо перефразировал: — помочь нам.       — После слов Лена я не могла принять иное решение, — с грустной улыбкой сказала Мейко, а затем тяжело вздохнула, — Но я бросила своего друга. И подругу, уже в который раз…       Она явно не собиралась говорить о Тето. Словно до последнего надеялась скрыть, сколь сильна и всепоглощающа была ее привязанность к ведьме. И Кайто не хотел ее вынуждать.       — Я уверен, Лука не держит на тебя зла, — сказал он, решив ее подбодрить. Мейко улыбнулась, светло и искренне, и в ее глазах мелькнула радостная благодарность. Кайто преисполнился приятного чувства самодовольства, ведь с самого утра только и делал, что подбадривал других.       Следующие пару часов они вполне мило общались, гадая, чем же так долго Гуми и Гакупо занимаются только вдвоем. Кайто сгорал от желания намекнуть Мейко и Лену, что они родственники, но стоически терпел, ведь это наверняка только усилило бы всеобщую подозрительность. Пришлось отложить эту замечательную новость до лучших времен.       Наконец, послышался шорох ветвей, шаги и голоса.       — Не могу поверить, что все это время мы были в одном замке, и я могла попытаться вытащить тебя из тюрьмы в любой момент…       — Ну, ты ведь не знала.       Гуми и Гакупо вернулись, и все пятеро отправились в путь. Около часа они шли в тишине, и Кайто молча буравил взглядом спину Гуми, которая шла впереди, показывая дорогу к особняку разбойников. Он давно хотел поговорить с ней и решил, что сейчас вполне подходящий момент. Он нагнал ее и пристроился рядом, надеясь, что она сможет оставить в стороне свою подозрительность хотя бы ненадолго. Гуми недовольно уставилась на него, словно хотела спросить, что ему нужно, но не желала с ним заговаривать. Кайто улыбался ей, как ни в чем не бывало, и она, в конце концов, закатила глаза:       — Ну что?       — Ты помнишь, где мы встретились впервые? — спросил Кайто все с той же спокойной улыбкой.       Гуми непонимающе округлила глаза и почему-то оглянулась, будто искала хоть чьей-нибудь помощи. Однако никто не вмешался в их беседу, хотя все остальные шли совсем рядом и явно внимательно слушали.       — В домике той старушки, помнишь? — не вытерпев, намекнул Кайто, — Там же ты впервые увидела Рин.       Гуми только изумленно поглядывала на него, словно все еще пыталась вычислить, зачем он вообще заговорил с ней, и явно не припоминая, был ли он в той хижине.       Развеселившись еще сильнее, Кайто воскликнул с наигранной обидой:       — Да ладно, я ведь тоже там был! Ты что, меня даже не заметила?       — Ну, там был какой-то парень… — наконец, выдавила Гуми. Ей явно не хотелось говорить о том дне. Но Кайто явно было плевать.       — Обидно, знаешь ли, — протянул он, едва сдерживая улыбку, — Я, вообще-то, тебя узнал… почти сразу.       — Не помню тебя в хижине, я не рассматривала, — холодно произнесла Гуми, — Но я видела тебя в замке. Ты был одет как стражник и говорил с Рин…       Кайто закивал, смутно припоминая, как в коридоре появилась девушка, одна из придворных, и увела от него королеву. Как и говорила Тето, он и Гуми встречались в замке, а он даже не взглянул на нее тогда. Неужели и вправду смотрел только на Рин?       Сейчас это казалось ему странным.       — Почему ты вообще об этом заговорил? — спросила Гуми.       — Хотел узнать… — негромко протянул Кайто и, наконец, задал вопрос, который мучил его столько времени: — Кем был тот волк?       Гуми резко остановилась и окинула его настороженным мрачным взглядом. Кайто встал напротив нее и с недоумением встретил ее гневный взор, а она скрестила руки на груди, процедив:       — Я тебя вспомнила. Ты все повторял: он был человеком, он был человеком… — она хладнокровно ухмыльнулась, — как полный идиот.       Кайто молчал, и это только больше ее разозлило. Она сделала шаг к нему и сквозь зубы произнесла:       — Какое тебе дело до того, кем он был?       Кайто уже пожалел, что вообще заговорил с ней, но ведь не мог он знать, что ее настолько заденет эта тема. Он вздохнул и все же ответил:       — Я уже встречал этого волка прежде и сразу понял, что он попал под проклятье… Поэтому решил спросить тебя, ведь ты явно его знала.       — Вы о говорящем волке, верно? — вдруг вмешался Лен, — Я встречал его как-то раз, он помог мне перебраться через ущелье…       Гуми поджала губы и вновь зашагала вперед. Мельком переглянувшись, Кайто и Лен пошли следом за ней.       — Так ты его знала, да? — спросил Лен, явно не собираясь оставлять девушку в покое.       — Да, — коротко ответила Гуми, не оборачиваясь, — Он был моим братом.       — Чего? — в один голос переспросили Лен и Кайто, изумленно вытаращив глаза.       Гуми резко остановилась, а затем, немного подумав, вздохнула и присела на поваленное дерево. Кайто и Лен опустились на землю перед ней, подошли Гакупо и Мейко, и бывшая разбойница начала рассказ. Не вдаваясь особо в подробности, она сухо поведала о том, как ее младший брат Гумо попал под проклятье зеркала, как сбежал в лес, как она встретила его в последний раз. Когда она добралась до момента, где Рин перерезала волку горло, Кайто запоздало пробормотал:       — Рин не хотела, чтобы Лен об этом знал.       — Почему? — недоуменно вскинул брови Лен.       — Наверное, боялась, что ты ее осудишь. Или что это изменит твое мнение о ней. Она не хотела быть убийцей в твоих глазах, — пожал плечами Кайто.       Лен непонимающе покачал головой и протянул:       — Я никогда не стану осуждать свою сестру за убийство, если она хотела защитить чьи-то жизни.       После этой небольшой остановки, все пятеро вновь отправились в путь и уже скоро оказались перед старым особняком разбойников.