Вернувшись через года

– Ну и что мне с вами делать?– спросил я его, протирая его синяки льдом, когда он лежал на кровати у меня дома.– Я звоню родителям, даже не смейте со мной спорить. – Не надо, прошу. Они сейчас в гостях и придут только завтра, клянусь,– объяснил он, нахмурив брови. – Хотите сказать, что говорить им о случившемся вы не будете? – Я никогда им об этом не говорю,– не сразу ответил он, грустно отводя взгляд. – Тогда почему вы не можете постоять за себя? Вы же мужчина, вы не должны позволять себя унизить. Как вы думаете, девушкам нравятся такие слабые и беспомощные парни, м? – Нет,– на мои слова он слегка усмехнулся.– Но вообще-то... Им было за что меня бить. И я это прекрасно понимаю. – И какая же это причина?– полюбопытствовал я. – А вам интересно?– он поднял на меня глаза и игриво улыбнулся.– Вообще-то мы договаривались с вами, что вопросы о личной жизни не подлежат. – Ха-ха,– наигранно посмеялся я.– Вообще-то это не личная жизнь, а проблема взаимоотношений учеников, над которыми учитель всегда должен волноваться и быть в курсе дела. Так зачем же они вас били? Он закатил глаза и, немного задумавшись, ответил. – Взял у них 200 рублей,– он снова улыбнулся.– и не вернул. – Пф... Всего то? О, ну да 200 рублей для подростков это явно очень огромная сумма... Стойте, но зачем вы их украли? – Я не крал, вовсе! Я просто вежливо попросил! За кого вы меня принимаете? Я не вор!– вдруг вспылил он, но мне почему-то захотелось рассмеяться на это. – Тише, тише, я понял. Зачем вы их взяли? Ведь у вас родители, насколько я понимаю, богатые. – Богатые...– опустив голову, пробормотал он.– Но мне нужно было 500 рублей. А зачем, это уже моя личная жизнь, поняли? – Да ладно вам. Мне вообще всё равно. Но впредь, не давайте себя обидеть им. – Хорошо. – Ладно. Оставайтесь у меня на одну ночь. Завтра я отправлю вас домой к родителям,– он посмотрел на меня с надеждой в глазах.– Я не буду им ничего говорить. – Ох... Спасибо вам огромное, я так вам благодарен,– серьёзно сказал он, когда я уже выходил из комнаты. – Не за что,– я улыбнулся ему.– Сладких снов, Эрен. – Bonne nuit!– ответил он, на что я усмехнулся. Этот парень заставляет меня улыбаться. Странно всё таки, что эти придурки избили его из-за каких-то дурацких 200 рублей. Слишком агрессивные ребята. Но Эрен, он всё ещё что-то скрывает от меня, но не могу понять что именно. Зачем ему вдруг понадобились деньги? Хотя, почему я об этом так волнуюсь? Ведь меня это не должно интересовать. Нет, на самом деле я стал сильно интересоваться Эреном. Я продолжаю отрицать этот факт, но самого себя обмануть я не могу. С первого занятия я стал чаще смотреть на него, а когда мы встречались взглядом, то я быстро переводил глаза в другую сторону. Мне постоянно хочется коснуться его, дотронуться до его покусанных губ. Он постоянно кусает их чуть ли не до крови. Это у него как вредная привычка. Мне кажется, что это ненормально, когда учителю хочется быть ближе к ученику, быть его другом, быть даже нечто больше, чем просто другом... Но я не могу. Ужасно хочу, но просто не могу.

***

Проснулся я от солнечных лучей. Вспомнив что было вчера вечером, я быстро встал и направился в комнату, где спал Эрен. Я открыл дверь и увидел его милое спящее лицо. Ну что за прелесть! Было ещё только 7:50, но я не мог больше спать. Поэтому я решил сделать то, что собирался делать вчера: приготовить сырные круассаны. Надеюсь, что успею сделать их до того, как он проснётся. Ну, чтобы не позориться как я дрожащими руками и вспотевшим лицом пытаюсь положить их в духовку. На часах было уже 9:00, а я только натёр сыр и аккуратно нарезал тесто большими треугольниками. Когда я уже хотел выложить их на противень, я услышал тихие шаги Эрена. Я обречён. – Бонжур!– ответил я, пряча тесто. – Доброе,– улыбнулся он, сонно протирая глаза.– Ванна ведь в той стороне? – Да, да, идите. – Погодите, вы что, готовите?– его глаза засверкали. – Ч-что? А, нет. То есть да! Эм...– я не знал что ответить, но все таки решил сказать правду.– Да, готовлю. – Можно посмотреть?– он стал приближаться ко мне. – Конечно, но вы лучше идите и примите водные процедуры. – Ну, это попозже. Я хочу посмотреть. А, это круассаны! Обожаю их,– он разулыбался. – Да, я тоже, но... – Можно вам помочь?– перебил меня он. – Помочь? – Да! Ах, сейчас я помою руки, а вы пока выложите тесто на противень. Я был растерян. Сейчас он узнает, что я вовсе не умею готовить. По крайней мере мне удается это с большим трудом. Готов уже сквозь землю провалится, лишь бы он не видел, как дрожат мои руки. Он вернулся буквально через двадцать секунд. – Ну что, поехали?– радостно спросил он, направляясь к рабочему столу. – Ага... Поехали...– я попытался сказать это бодро и активно, но получилось скучно и утомительно.

***

– Ахаха,– весело рассмеялся Эрен, когда мы уже завершили готовку.– Но почему же вы мне сразу не сказали, что не умеете готовить? – Не смейтесь, я умею! Но я делаю это очень медленно, чтобы не порезаться ножом, чтобы не обжечься... И вообще я берегу свои руки,– начал оправдываться я. – Вам повезло, что я оказался рядом,– усмехнулся он, делая глоток чая. – Кстати, а вы где научились так готовить? Вы так легко это делали, будто занимаетесь этим всю жизнь. – Ну, вообще-то я с детства помогал маме на кухне. Она постоянно учила меня готовить и мне это очень нравилось,– он грустно улыбнулся.– Когда я начал взрослеть, моя мама даже хотела, чтобы я поступил на повара, да и я сам этого хотел, ведь это было моим самым любимым занятием. Но вот только отец был против этого. Он хотел, чтобы его сын продолжил карьеру родителей,– обречённо вздохнув, он продолжил.– Поэтому мне нужно хорошо сдать экзамены, поступить в самый лучший экономический университет города и... продолжить карьеру родителей. – Оу... Вот как,– я грустно посмотрел на него.– Но почему мама не возразила? Или она слушает всё, что ей скажет твой отец? – Ну... Она пыталась, но...– его печаль на лице быстро исчезла и появилась злость и какое-то недовольство.– Так! Это вопросы о личной жизни! Хотите меня обхитрить? Я чуть ли не упал со стула от такой резкости. Как же я не заметил, что мы теперь говорим о его родителях! Черт, мне теперь стало ужасно неловко смотреть ему в глаза. – Ох, простите меня, Эрен... Я даже не заметил этого, как-то само получилось... – Рассказал я о своих родителях не по своей воле, вы меня спросили!– всё продолжал злиться он. – Я п-прошу прощения, Эрен. Больше ни слова, клянусь. – Ну-ну. Давайте, рассказывайте,– спокойно сказал он, откусив круассан. – Э... Что рассказывать?– смутился я. – О чем я говорил? О родителях, значит и вы тоже. Я вас слушаю,– он мило улыбнулся и укусил губу. – Ах, ну да. Справедливо. Ну... Они меня любили и были очень хорошими родителями,– я усмехнулся, но он выгнул бровь.– Ну ладно, ладно. В общем говоря... Мои родители ничем особенным не выделялись. Мы были обычной семьёй. Они на самом деле любили меня и поддерживали во всех моих начинаниях. И у меня также была, да и сейчас есть младшая двоюродная сестра Микаса,– на эти слова он улыбнулся.– Мы общаемся с ней и по сей день... Вот только, когда я был подростком как вы произошел несчастный случай. Родители погибли. И с тех пор я живу один,– я отвёл грустный взгляд. Мне было очень больно это вспоминать и мне не хотелось рассказывать, что именно произошло. – Простите меня. Не хотел, правда,– его лицо было также печальным, но мне показалось, что он был намного печальнее меня. – Да всё хорошо. Зато теперь мы квиты,– я улыбнулся через силу. Он улыбнулся в ответ, нервно кусая губу. На кухне повисло молчание и мне захотелось прервать эту напряженную тишину. – Доедайте быстрее, скоро ваши родители будут дома. – Хорошо,– он опустил глаза.– А можно вас... кое о чём попросить? – Я же сказал уже, что не буду ничего им рассказывать. – Нет, не это. Просто мы уже так давно с вами общаемся и я подумал... Может... нет, это конечно будет глупо, но... – Говорите уже, не мямлите. – Давайте перейдём уже на ты,– ответил он через секунду и в этот момент мне стало немного не по себе. Как я могу с учеником обращаться на ты? Для меня это абсурд. – На ты? А тебе так удобнее? – Да. Намного удобнее. Просто я не могу долгое время говорить с человеком и обращаться с ним на вы. Понимае...те? – Ох, ну тогда ладно. Как скажешь,– я впервые перешел с учеником на ты, но мне стало даже легче. Он улыбнулся мне. Потом я проводил его до дома, но родителей пока не было там. По лицу Эрена было понятно, что ему было грустно, что остался один, но я просто пожелал ему хороших выходных и ушёл. Не знаю почему я оставил его одного там, но мне было безумно грустно и больно уходить от него. Когда я ушёл от него, то уже начал сильно скучать по нему. Ну почему он меня так интересует? Почему я постоянно хочу видеть его, коснуться его, обнять его? Я готов вечно заниматься с ним французским языком, лишь бы он был рядом. Чтобы я мог слышать его голос, как он читает по-французски, чтобы я наблюдал за его прелестным личиком и бирюзовыми глазами. Коснуться бы его больных губ и нежно поцеловать их... Не давать ему больше возможности кусать их. Боже мой... Да я ведь и вправду влюбился в своего ученика!