Я твоё наказание, я твоё спасение

      Она летела словно комета, пытаясь скрыться с посторонних глаз, уединиться со своими мыслями и эмоциями, которые словно всемогущие волны океана накрывали одна за другой, не давая сознанию прийти в себя. Остаются какие-то считаные шаги до уборной и словно черт из ада, перед ней вырастает тот самый вежливый мужчина с балкона, которому было отказано в танце. -Прошу прощение, я могу с вами поговорить.- его лицо имеет аристократичные скулы, у него присутствует небольшой акцент, но он хорошо говорит на турецком, а глаза как два изумруда впиваются в девушку, она натягивает дежурную улыбку. -Позже.- и обходя его, ощущает как эти же глаза, которые только что впивались в лицо, сейчас направлены на её спину, наконец-то достигает своей цели – женская комната отдыха, несколько раковин из мрамора, пару огромных зеркал и девушки, которые хихикают и поправляют свой макияж, закрывая дверь, она поднимает тяжелый взгляд. -Выйдите, пожалуйста.- глухо произносится Боз, но на неё никто особо не обращает внимание, дамы продолжают общаться о чем-то своем, лишь кинув косой взгляд на шатенку. -Пошли вон!- буквально впервые в своей жизни, она поддалась эмоциям на людях и повысила свой голос, сейчас это звучало как сталь, а не нежный баритон. Испуганные дамы подняли большие глаза, начиная возмущаться, но Алина прервала их взмахом руки. -Выйдите. Сейчас же!- и они как послушные цыплятки поплелись из комнаты, закрывая плотно дверь. Девушка подошла к одной из раковин и запустила длинные аккуратные пальцы в свои волосы, сжимая верхний участок головы, слишком много мыслей, она до сих пор не слышит себя, свой рассудок, голубые глаза смотрят в отражение и не узнают себя – слишком пылающие щеки, странный блеск в глазах, приоткрытые пухлые губы, которые выпускают воздух, потому что нос не справляется, венка на шеи слишком напряглась, видно как сердце учащенно качает кровь и она бегло пробегает по этой артерии. -Что ты только что делала? Что? Я у тебя спрашиваю?- шепчет шатенка своему отражению и открывает кран с холодной водой окунаю в него свои ладони, отряхивая и прикладывая к лицу, чтобы слегка остудить тот жар, исходящий изнутри. -Спокойствие, самое главное спокойствие.- в конце монотонной речи и уговоров самой себя – прикладывает холодную руку на оголенный участок декольте, сердце до сих пор громко стучится, несколько глубоких вдохов и выдохов, закрыв глаза, Алина возвращает контроль над своим организмом, умом и эмоциями, смотря в отражение и уголки губ тянуться вверх, в милой улыбке. Теперь она в порядке, теперь можно выходить.       Акын Кочовалы воодушевленный танцем возвращается в компанию единственных знакомых мужчин, на ходу беря у стоящего официанта с подносом еще один бокал янтарной жидкости и делает небольшой глоток, жидкость обжигает горло, но совершенно не так, как совсем не давно это делал её аромат, ему до сих пор казалось, что аромат амбры был на нем, смешиваясь с его древесными нотами. В этот мир, его возвращает тяжелый, стальной взгляд серых глаза Дмитрия, который усмехается и словно испытывает своим взглядом, ожидая, что парень сдастся, но он уверенно выдерживает эту проверку, не отводя свои черные глаза, в которых танцевали и прыгали через костер тысячи чертей. Тишину разрушает Куртулуш, который хлопает и с силой сжимает целое плечо парня, прищуривая один глаз, улыбаясь произносит. -Не ожидал, что ты таким образом проявишь себя в светский кругах Стамбула.- и теперь стальной взгляд переходит на лицо довольного Азера. -Наша семья – полна тайн и загадок, Азерчик, тебе ли не знать, что мы очень талантливы.- он усмехается и расслабленно делает еще один глоток виски. -Прошу меня извинить.- на лице Дмитрия проносится сотни эмоций и глаза будто высматривают кого-то в толпе, он оставляет своих гостей одних, идя на поиски того, кого он только что увидел. «Показалось что-ли?» проносится в его голове. -О чем вы тут шептались, как голубки?- издевается Акын над своим будущем родственников, это единственная награда в сложившихся обстоятельствах. -Поверь мне, тебе не понравится содержание и контекст.- хмуриться Куртулуш и накрывает на миг своей рукой глаза. Но тут же его лицо озаряется хитрой ухмылкой. -Смотрю ты не терял зря время, это же нужно, спалили это здание, интересно, что же случилось?- брюнет цокает и недовольно отворачивает своё лицо, пытаясь найти девушку. -Кого-то потерял, племянничек?- сзади подкрадывается довольный Ямач, хлопая обоих мужчин по спине. Они оба вздрагивают. -Да накажет тебя Аллах, Кочовалы!- скидывая руку с себя произносит Куртулуш, убирая руку в карман брюк. -Что такое? К добру ли?- он кивает на эту странную сумасшедшую улыбку. -Не знаю, Вааллах, не знаю.- отзеркаливает шатен и убирает обе руки в карманы брюк, пожимая плечами. -Где ты был, дядя?- интересуется брюнет, переводя взгляд из толпы на родственника. -Общался с любителем искусства. А ты чего такой довольный?- приподнимая бровь, Кочовалы замечает ухмылку на лице племянника и довольные-довольные глаза, которые до этого никогда такими не видел. -Ямач бей, да вы столько пропустили! Завтра вся пресса не только будет говорить о вашем районе, как о бандитском, связанном с оружием, проституцией, наркотиками.- мужчины морщатся, но продолжают слушать, что же такого выдаст Азер. -А еще и в подробностях расскажут о том шоу, которое исполнил он.- Куртулуш указывает ладонью на парня. А брови Ямача все выше и выше поднимаются. -Охаа, и что же ты такого сделал, сынок?- он уже смеется. -Танцевал, Ямачджым, танцевал. Аплодисменты слышал? Так это его. Точнее их. Он сжег тут дочь Дмитрия. Сжег!- издевался Куртулуш, со всей присущей ему экспрессией и этим глухим южным акцентом, после чего глаза сверкнули и он потер подбородок. -Что?- разводит руками младший Кочовалы. Но Ямач оставляет вопрос открытым, не здесь и не сейчас место для выяснения всех деталей, тем более совершенно не хотелось бы портить такие «теплые» отношения с этой семьей.       Дмитрий бродил по залу в поисках той тени, которая на миг возникла перед ним и растворилась в толпе, но поиски не увенчались никаким успехом, нигде – «Не уже ли показалось? Совсем с ума сошел с этими ребятами!», потирая висок, пронеслось в его голове, но следом разум воскликнул «Проверь списки! Убедись!», и он тут же отправился к хостес, которая стояла с огромным планшетом, уже скучая, так как все гости уже в скором времени будут расходится, её работа оставалась за малым, следить за порядком и подавать нужные автомобили, когда люди выходят, точнее подавать знак парковщикам. -Прошу прощение, уважаемая, я могу взглянуть на список гостей?- вежливо поинтересовался Дмитрий, вытягивая девушку из своих мыслей, она прикусила нижнюю губу задумываясь, но все-таки протянула планшет со списком всех имен и фамилий. -Здесь все?- он бегло пробегается взглядом, листая список. -Здесь те, кто пришел. Есть отдельный список не пришедших, но приглашенных.- кивает хостес. -Вы точно отметили всех?- мужчина наконец-то поднимает взгляд и серьезно смотрит, ожидая ответа. -Конечно, сэр. Это моя работа. Я знаю своё дело. Может вам помочь? Вы кого-то ищите?- Боз качает головой, возвращая планшет владелице. -Благодарю, не стоит.- и отходит от стойки, вновь пробегая взглядом по залу, «Значит все-таки показалось, все успокойся.», шепчет рассудок и он пересекает весь зал выходя на балкон доставая из портсигара – сигарету, закуривая и вдыхая никотин, плавно выпуская дым из легких. -Сложный день?- сзади подкрадывается Эрденет, вытаскивая сигару и подкуривая, она начинает тлеть. -Русский? Прекрасно, сказать что удивлен – нет. Скорее под приятным впечатлением.- произносит Боз, не обращая внимание, смотря куда-то вдаль. -Корни никуда не деть, либо признаем, либо погибаем.- усмехается Чагатай, затягиваясь толстой сигарой и выпуская фирменный аромат кубинского табака. -Не жаль терять все то, что было сделано до вас?- наконец-то серые глаза сталкиваются с янтарными и они сражаются в безмолвном поединке. -Кто сказал, что я потеряю?- ухмылка из под усов. -Я лишь приумножу то, что есть.- -Весь Стамбул узнал о Чукуре. Разве не этого добивались эти ребята?- он кивает головой в сторону зала. -Теперь люди Чукура их будут ненавидеть, а всем известна история что приключается с плохими хозяевами, которые во время не покормили и не погладили даже самую преданную собаку, она кусает руку – которая раньше кормила, и лижет ту, которая била.- -Вам лучше знать.- пожимает плечами Боз, выбрасывая окурок от сигареты и оставляя в потоке холодного ветра философские взгляды собеседника.       Алина открывает тяжелую дверь из дамской комнаты и буквально делая шаг из неё, утыкается в мужской силуэт, который стоит спиной, больно ударяясь лбом, мужчина резко разворачивается и хватает её за локти, словно удерживая от падения. -Прошу прощение.- она наконец-то открывает глаза, потирая лоб, все тот же зеленоглазый незнакомец. -И вы простите меня.- произносит она, делая шаг назад, освобождаясь от его крепких рук. -Могу предположить, что время «позже» наступило. Вы хорошо себя чувствуете?- загадочный незнакомец наклоняет свою голову набок и мило улыбается, словно желая получить расположение. Девушка машинально кивает головой, убирая с лба свою кисть. -Я смотрю, вы настойчивый, но при этом знаете границу.- усмехается Боз, отходя от входа и выхода в уборную. -Возможно, хотя, здесь значительную роль играет личность с которой я желаю пообщаться.- он выразительно смотрит, изучая своими изумрудными глазами черты её лица. -Боз,- мягко произносит шатенка, протягивая ладонь, -Алина Боз.- он победно улыбается и пожимает руку. -Мурат Ипликчи.- слегка наклоняясь, говорит молодой мужчина, разжимая свою ладонь, выпуская тонкую кисть и длинные пальцы, холодные словно айсберг. -Приятно познакомится, г-н Мурат. Я почему-то думала, что вы не турок. Ваш акцент.- она смущенно убирает прядь волос за ухо, а мужчина смеется. -Вы почти угадали, г-жа, меня сложно назвать турком, особенно, если учесть общее проведенное количество дней в пределах границ этой страны. Но сегодня, мне посчастливилось находиться здесь, я рад нашей встречи. А вот ваша речь, очень мила слуху.- -Благодарю. Но нет предела совершенству. Если вы позволите, я вернусь к своему отцу и друзьям. Могу вас представить, если желаете?- она кивает в сторону четырех мужчин, чьи спины напряжены и они перекидываются какими-то фразами. Мурат показывает рукой, словно пропуская вперед и наклоняется. -В следующий раз.- улыбка, сменяется оскалом, когда девушка поворачивается спиной и виляя бедрами уходит в сторону к своим знакомым. -В следующий раз мы обязательно познакомимся с ними чуть ближе, обещаю.- шепотом произносит Мурат, доставая телефон и отправляя сообщение «Твой ход». -Господа,- девушка врывается, словно прохладный теплый весенний ветерок в мир вечных разговоров о бизнесе. -Отец, может вернемся домой?- она становится рядом с Дмитрием, беря его под руку и кладя свою голову на его предплечье, вдыхая родной аромат отца, прикрывая небесные глаза, это то, что ей необходимо сейчас больше всего. Она не может набраться смелости и посмотреть на мужчину перед собой, который прожигает своими черными зеницами. Боз поднимает правую руку и смотрит на стрелку циферблата, после чего проводит нежно по лицу своей дочери. -Думаю, что уже интересней не будет. Господа, если вы желаете, можете остаться.- произносит мужчина, но Ямач и Азер в унисон качают головой и словно репетирую на раз-два громко отвечают. -Нет.- девушка наконец-то открывает глаза и отпряла от руки отца, её взгляд блуждает по лицу шатена и брюнета, которые сейчас стояли даже в одинаковой позе, будто ожидая команды – на старт, внимание, марш, чтобы по скорее покинуть эти сдавливающие стены. Она все еще избегает парня с глазами цвета горького шоколада. -Тогда прошу, я сейчас попрощаюсь и присоединюсь к вам.- произносит Дмитрий, оставляя свою дочь без поддержки твердой руки. -Благодарю за танец.- пока отца нет, а дядя вместе с Куртулушем уже были на пол пути к выходу, Акын решается нарушить личное пространство девушки, хотя его не осталось, после такого, и наклоняется чуть ближе, обдавая горячим дыханием нежную кожу около уха и шеи. Шатенка не может сдержаться и её еле заметно передергивает, но это не скрывается от его внимательного взгляда и довольная ухмылка сама рисуется на лице. -Прошу.- он пропускает Алину вперед, она делает неуверенный шаг, направляясь к выходу, ощущая как черные глаза блуждают по её телу, словно он проводит невидимую черту от шеи, по позвоночнику, останавливаясь в районе бедер. Она бы хотела начать контролировать свою походку, но тело не слушается, и на автомате бедра вырисовывают перевернутую восьмерку, будоража и без того подогретую психику. Кочовалы выходит следом, испепеляя взглядом каждого, кто задерживал на ней свой похотливый взгляд больше, чем на 5 секунд. -Удивительный вечер.- стоя на улице, Ямач решает нарушить молчания, пока машины подгоняют ко входу. -Мы благодарим вас за приглашение.- он мило, словно плюшевый мишка улыбается девушки. Она испытывает тепло и искренность, исходящее от него и отвечает такой же мягкой улыбкой. -Всегда рад вас увидеть, господа.- сзади подкрадывается бесшумно Дмитрий. И пожимает руку по очереди всем трем мужчинам, кивая дочери головой, что она может идти в сторону автомобиля. -Всего доброго.- он задерживает взгляд на Акыне и всматривается в его лицо, но парень словно каменный не поддается этим пыткам и мужчина разворачиваясь идет к машине, бросая последний взгляд на парней, и в его поля зрения попадается подозрительно знакомый предмет – пистолет, который направлен в его сторону, но не в него. Как в замедленной съемке, он смотрит в сторону улыбающейся дочери, которая ждет его около автомобиля, и вновь поворот головы и лицо преступника не видно, но он отчетливо знает – пистолет направлен на неё. Инстинктивно мужчина начинает бежать в сторону дочери, чтобы защитить собой, но уже слышит, как курок был спущен – он успевает только кинуться под летящую пулю, которая попадает в район сердца и теперь то, что видит он замедляется еще сильнее, Азер и Ямач в одну секунду достают пистолет и ища взглядом место откуда был сделан выстрел, выпускают в стреляющего несколько пуль, расстреливая его на месте. Акын стоит словно ноги вросли в землю, он не может пошевелиться ни одной мышцей своего тела, смотрит не моргая, его сердце разрывается на тысячу мелких частей, будто в него засунули гранату с механизмом замедленного действия и сейчас спусковой механизм сработал и она разорвалась. В его голове отчетливо звучит голос – «Нет, нет, не сейчас! Без тебя нет жизни, нет света! Ты стала моим счастьем, моей планетой! Нет! Я без тебя сойду с ума! Нет!».       Дмитрий падает к ногам дочери и последнее, что видят его глаза, как в их сторону начинают бежать Ямач, Азер, Акын и взгляд зеленых изумрудных глаз, того самого мужчины, стоящий ухмылялся, которого он увидел, но не смог найти, все расплывалось перед глазами и прежде, чем потерять сознание, он услышал крик своего ангела. -Папа! Папа! Нет, папочка. Папа!- падая рядом с отцом, шатенка инстинктивно закусывает губы, пытаясь отогнать из своей головы все самое плохое что может сейчас случится, она не готова, не сейчас, все что угодно, но не отец. Холодные руки касаются тела мужчины, она проводит по лицу, целуя его в щеку, зовя отца, призывая вернуться, голос дрожит, она срывается, из глаз начинает огромным градом катиться огромные соленные капли, оставляя мокрые дорожки, и капая на белую рубашку отца, впитывающую влага. Перед глазами она уже не видит ничего, серая пелена, только кровь, сплошная кровь, боль разрывает её душу изнутри, она отдалено слышит и чувство, что её поднимают с асфальта крепкие сильные руки, чувствует что прижимают к груди, гладят по волосам, что-то шепча, но в её глазах сплошная кровь, все руки в крови, она стекает по рукам, падая на золотое платье.       Азер и Ямач быстро бегут в сторону раненого мужчины, осматриваясь по сторонам нет ли кого еще рядом, взгляд Куртулуша останавливается на девушки и сердце предательски начинает жать, в этот момент он осознал, увидел собственными глазами, что могут чувствовать его близкие, когда он пропадает и не отвечает, когда он уходит на встречу, когда он с опущенной головой считает потери, ведь этим человеком – в любой момент может оказаться он, и то, что сейчас испытывает эта девушка, может испытывать его мать, теряющая своих детей, чаще, чем видящая их повзрослевшими, его сестры, которые до сих пор оплакивают тела усопших, его Караджа, внутри что-то ломается. Сколько боли он причинил своей маленькой смелой лисицы, сколько слез она пролила не без его вины. Да он не знал, он не убивал, не отдавал приказы, но та сестра его возлюбленной, которую накачали наркотиками, он чувствовал вину, что не без него, когда их брали в плен, когда убили её деда. А вдруг и с ним, когда-то такое случится? Быть застреленным на руках у своей любимой, самое ужасное для него испытание, сейчас он перенял всю ту боль на себя. -Забери её- кричит он Акыну, который наконец-то вырывается из тисков своих страхов и подбегает, крепко прижимая к себе сокровище, которое билось в истерики, она не сопротивлялась, но была не в себе. Сейчас он увидел грань, черту, через которую только что переступала девушка, буквально пять минут назад отводящая свой взгляд в другую сторону из-за смущения. Она сделала шаг, прыгнула в неизведанную пропасть, откуда скорее всего нет выхода, темнота забирала её, пожирала все светлое, что было в ней. -Тшшш, Алина, посмотри на меня, ну же, посмотри. Ты в порядке?- он переживает, «В каком она порядке, идиот? У неё на глазах отца застрелили! Придурок!», продолжает гладит волосы, шептать успокаивающую слова, но они совершенно не помогали, её состояние ухудшалось, а с каждой каплей слез – его сердце дробилось на все более мелкие и мелкие частички, кажется, что подует легкий ветер и все, его не собрать воедино. Акын оттаскивает девушку в сторону. Пока Куртулуш проверяет пульс мужчины и осматривает общее состоянии, Ямач оглядывается вокруг, нет ли еще кого-то здесь. Они убили стреляющего, но что если он действовал не один. Один взгляд на девушку, в глазах темнеет и в ушах отдаленно начинает звенеть, звук приближался. «Из-за Чукура! Из-за нас!» пульсировало в висках, но из этого состояния громкий голос Азера вытащил его, как будто окатывая холодной водой. -В больницу! Срочно! Помоги мне положить его в машину!- парковщик спрятался за капотом Range Rover-а, который он пригнал, шатен тут же открывает дверь и помогает затащить мужчину на заднее сидение. -Ты!- Азер, указывает на водителя Дмитрия, -Едешь за нами, быстро!- тот кивает и вновь садится в черный автомобиль. -Ты!- брюнет смотрит на младшего Кочовалы, в объятиях которого содрогалась девушка. -В машину, к нему! Быстро!- запрыгивая в автомобиль, Азер заводит своего коня и мчится со скоростью всего света в ближайшую больницу. За ним, словно тень движется автомобиль Дмитрия. -Эрденет?- прерывает звенящую тишину Ямач, прикрывая глаза и смотря на мужчину. -Бл*дь, откуда я знаю! Откуда?!- срывается брюнет и стучит по рулю. -Какая-бы не была с*ка, это теперь наша проблема! Наша!- он еще сильнее вдавил педаль газа в пол. Следом за ними двигался водитель Дмитрия, который параллельно пытался совершить звонок по мобильному, но его прервал злой властный голос парня. -Брось! Следи за дорогой!- зарычал брюнет, прижимая девушку к себе. Он сейчас меньше всего хотел бы попасть в аварию из-за какого-то идиота. -По протоколу мне нужно..- его обрывают. -По протоколу эта пуля должна была быть в тебе!- не скрывая злости шипит парень, ведь это водитель-телохранитель должен был открывать дверь Алине и заметив что-то прикрыть собой, а не хозяин. Водитель замолкает, сжимая губы в плотную линию. -Алина, посмотри на меня. Ну же, подними свои глаза на меня, прошу, пожалуйста.- словно в бреду шептал парень, стирая своими пальцами слезы, которые катились по её лица, она молчала, не было никаких содроганий тела, никаких всхлипов – это пугало еще больше. Будто больше не было её. -Милая, прошу тебя, посмотри на меня.- вместо этого она перевела взгляд на свои руки, голос звучал глухо, охрипла, она говорила как труп, внутри будто ничего не было. -Мои руки, в крови, много крови. Я в крови..отец, кровь.- бредила шатенка, он взял её лицо в свои руки. -Смотри! Смотри на меня! Слышишь!- пальцы впиваются в кожу, он пытается привести её в себя. -Нет, крови нет. Твои руки чисты. Крови нет!- но она словно не слышит ничего, сквозь пелену где-то далеко до сознания пробиваются отголоски голоса брюнета, но шум в ушах все заглушает, а глаза показывают совсем другое – длинные ресницы трепыхаются и взгляд опускается вниз, Боз поднимается руки, осматривая их, внутри парня начинается легкое ликование, он с умел докричаться. Пусть слезы еще градом катились, но она увидит что крови нет. Но в голове шатенки совсем другая картинка, поднимая ладонь она видит, как темная кровь стекает ручейками, будто она окунула в вену свои руки, проводит по платью и оставляет алые следы, по шеи – кровь по всюду. В воздухе витает аромат железа, во рту кровь, искусанная губа, ухудшает всю ситуацию. Понимая, что он упускает из своих рук последние нити с сознанием своей богини, Акын резко поворачивает её лицо к себе и жадно накрывает её губы своими, её аромат смешивается с соленым вкусом слез, с кровью на губах, он крепко держит в своих руках ситуацию, тем самым желая впитать всю её боль, освободить её душу, перенять все страдания. Эта богиня не должна испытывать таких эмоций. Понимая, что способ действует, он чувствует, как в его руках она стала мягче, губы более податливей, слезы уже не катятся, медленно словно боясь разбить эту реальность, брюнет отстраняется, чтобы дать её легким насытиться воздухом, потому что ему это ни к чему, теперь он был уверен, что дышит ею, она не ответила, но смягчилась, а он не хотел переходить границу поцелуя дальше, чем просто привести в чувства. Пустота голубых глаз разрушала, воздух разрезал голос водителя. -Мы на месте, господа.- на ватных ногах выходя из машины, он всеми силами поддерживал за талию хрупкую девушку, которая неуверенно ступала своими каблуками, еле переставляя ноги по плитке, приближаясь в светлое здание, где уже метушились десятки медсестер и несколько врачей. Наконец-то преодолев расстояние в 100 метров, парень открыл дверь больницы и в нос ударил запах лекарств. Яркий свет больно резал глаза, которые долгое время находились в темноте. Первое, что она увидела, как Ямач сидел на полу подобрав под себя ноги и прижав голову к коленям, словно пытаясь скрыться. Азер сидел рядом на кресле, в отделение приема, склонившись над полом и вдавливая свои руки в виски, на лбу выступила вена, с первым стуком её каблуков, он поднял взгляд – вена возле глаза отчетливо выделялась, глаза наполнились болью и сожалением, шатенка сделала глубокий вздох и она осознала, что теряет связь с окружающими, тело обмякает, ноги подкашиваются, и последнее, что видит и слышит, как к ней направляется медсестра -С вами все в порядке, г-жа?- дальше глубокая всепоглощающая темнота.