Не стоит недооценивать привлекательность тьмы

Сара проснулась от сильного шума. Часы на прикроватной тумбочке показывали второй час ночи. Спросонья ничего не понимая она стала прислушиваться к звукам, которые уже прекратились. «Наверное мама». Возвращаясь в царство Морфея ей стало мерещиться принятое покалывание, словно дотрагивались до каждой клеточки ее тела. Затем оно распространилось на лицо, шею, плечи, руки… Создавалось стойкое ощущение дежавю, но расслабленное сознание было не в состоянии это обрабатывать или анализировать. «Такой приятный сон», мелькнуло в голове. — Сара, — тихий бархатистый голос коснулся ее уха, что еще больше убеждало в нереальности происходящего. Не хотелось отвечать, хотелось продолжать слушать этот голос, который полностью обволакивал, проникая в каждый уголок души. В надежде услышать его еще раз, Сара попыталась что-нибудь сказать, однако вышло лишь невнятное бормотание. К ее счастью голос ответил. — Са-а-ара, открой глаза, — покалывания снова вернулись на лицо, решив не расстраивать столь прекрасный голос она открыла глаза. Рядом с ней на кровати кто-то сидел, это его рука игралась с твоими волосами. В комнате было темно, луна лишь частично освещала комнату, но тем не менее Сара узнала пришедшего. На нее начала накатывать паника, крик был готов вырваться наружу, однако абсурдность происходящего не позволила вырваться ему. «"Нереально, слишком невероятно. Это всего лишь сон.» Повторив про себя это несколько раз, только после этого она смогла успокоиться. В неярком свете луны Сара смогла рассмотреть его. Он был одет все тот же костюм, что и на выступлении, хотя в этот раз мантии не было. Под ней находилась простая, но явно не дешевая черная рубашка, которая как и все остальное идеально сидела на нем. Вспомнив, что одета лишь в тонкую сорочку, Сара быстро натянула одеяло до подбородка. Даже уверенность во сне не умаляло стеснительности. Наблюдая за ее действиями он усмехнулся. Переведя взгляд на полуоткрытое окно, из его уст полились слова. Для Сары это была словно песня, которая затрагивала невидимые струны ее души. Завороженная голосом она не сразу стала вслушиваться в то, о чем он говорит, но сделав над собой усилие смогла разобрать слова. —… Уже не первый год мой цирк выступает в разных городах, похожих на Сентфор. Поскольку я не любитель упускать зрелища, для меня в темном углу, у сцены, есть место. Его не увидишь из зала, но за ним видно все. Хотя, смотреть на выступления чудиков мне давно не интересно. Зрители. Вот где самое настоящее шоу. Глядеть, как все самое худшее выходит в наружу, когда они наконец снимают маски, и показывают свою истинную натуру. А главное, каждый раз что-то новенькое, человеческая сущность не перестает удивлять, — он коротко рассмеялся, и перевел взгляд обратно на Сару, — Но ты, привела меня в замешательство, долгое время я не встречал, ммм таких реакций в ответ на происходящее вокруг. Признаюсь, порой это сильно разочаровывало. Все, кто заходили в шатер жаждали представления, однако ты-Сара явно не хотела там находиться. Предположу, что пришла ради подруги. Тем не менее, атмосфера царившая вокруг, я видел, не оставила равнодушной и тебя. Увидев, как ты улыбаешься и с каким блеском в глазах на все смотришь, я увидел нечто, чему не смог в начале поверить. Сначала подумал, что показалось, однако ошибок я не совершаю. Мы с тобой похожи больше, чем тебе кажется. Я увидел в тебе темную сторону, истинную злодейку, хотя ты всеми силами подавляешь ее. Знаешь, в будущем это может даже покалечить. Я могу помочь. Освободить настоящую тебя, а не блеклый образ, который видят остальные. Показать, какая ты на самом деле, — Человек продолжал прожигать Сару взглядом, а она не в состоянии больше выдерживать это, отвела глаза, переключившись на интереснейшие узоры одеяла. Протянув руку он убрал упавшие волосы с ее лица. Мягко заправив их за ушко, очертил большим пальцем линию нижней челюсти и приподнял подбородок, дабы она снова посмотрела на него. Только от этих действий сердце девушки забилось как безумное, заглушая внешние звуки и затуманивая разум. Щеки стали пунцовыми от осознания, какое влияние он оказывает на нее. — Это не правильно, — слова вырвались прежде, чем Сара успела их обдумать. Она и сама толком не понимала, что имеет ввиду. Его слова о ней, что где-то в глубине у нее сидит нечто темное. Сара никогда в жизни не призналась бы, что он пусть и частично, но прав. Что порой возникает чувство, что с ней что-то не так… Или же, то, как ее тело и разум реагируют на его присутствие. Когда, от каждого прикосновения по телу будто электрические разряды пропускали. А от взгляда или слова она чувствовала себя одурманенной. — Правильно? По твоему кто решил, что является правильным, а что нет? Для чего сделали такое ограничение, ты не задавалась таким вопросом? Правил нет. Есть только общество внушающее свои устои, чтобы большинство, как стадо баранов им следовало. С чего этот некто решил, что он лучше знает как нам жить, поступать, чувствовать? Подумай, все великие открытия были совершены людьми, которых презирали и гнали из своего окружения, потому что, они действовали не по сценарию, написанным для них другими. Однако стоит лишь раз выйти за рамки, чтобы понять правила-выдумка. Но их упорно пытаются нам внушить политики, церковь. Все прекрасно знают, что Библия была написана учеником Иисуса под его диктовку, а задумывалась ли ты, дословные ли это слова? Что по прошествии веков текст писали и переписывали, и до современности могла дойти версия, которая и малой доли не соответствует своему первоначальному автору. Но что-то мы отошли от темы. Что же именно ты считаешь сейчас неправильным? То что тебя тянет ко мне? — увидев, что собираешься возражать, он продолжил более властно, — Не отрицай, особенно тогда, когда это взаимно. Я тоже это почувствовал, как только увидел твою улыбку, но в отличие от тебя мне не надо бороться с собой, что бы признать свои желания, — он приблизился к ее лицу так, что она чувствовала жар его дыхания, очередной табун мурашек прошлись по телу. Единственным желанием осталось только увидеть лицо, прячущееся под маской. — Так чего же ты хочешь, Сара О’Нил? — неуверенная, какой будет реакция Сара подрагивающими руками потянулась к маске. Не встретив сопротивления щелкнула замком, и затаив дыхание сняла маску. На нее смотрели глаза цвета стали, с которыми Сара впервые столкнулась без маски. От нахлынувшего волнения она была на грани обморока. Сползшее одеяло сейчас не играло для неё никакой роли, стеснительность была забыта, и волновало лишь одно. В груди неистово заныло, и появилось навязчивое желание коснуться лица. И словно ребенок увидевший новую игрушку стала изучать его. Пальцами очерчивала контуры: прямой, немного с горбинкой нос, четкие скулы, широкую челюсть, мужественный подбородок, немного дольше задержалась на слегка пухлых губах, и которые чуть дрогнули в ухмылке. Человек терпеливо позволял изучать лицо, что казалось странным, ведь тот скрывает его под маской. «Почему он прячет такое лицо под маской? Хотя, к чему вопросы, это всего лишь сон. Жаль, что его лицо лишь плод моего воображения». Сара не знала сколько она тако просидела, она не могла прекратить свои действия, словно подсевший на героин наркоман, которому требовалась новая доза. Из подобия транса ее вывело прикосновение Человека. — Мне пора, а тебе надо возвращаться спать, — он уложил Сару обратно в постель, не забыв укрыть ее одеялом. Разочарованная, что прервали увлекательное занятие, но ничего не в силах поделать, она позволила сделать ему все необходимое. Удовлетворившись проделанной работой, он наклонился к ее лицу, так, что их носы практически касались друг друга. Сердце девушки забилось, словно хотело оповестить всех о своем присутствии. Сара задыхалась от близости, голова начала кружиться, чтобы хоть как-то привести себя в чувство она закусила губу. Увидев реакцию и действие девушки, он не сдержал ухмылки. Наклонился еще немного, и удовлетворившись реакцией поцеловал в лоб. И она не смогла сдержать разочарованного стона вырвавшегося из нее. —Сладких снов, Сара. А теперь спи-и-и. Проснулась Сара ближе к полудню, потянувшись мышцы сладко заныли от долгого сна. Давно она не спала таким безмятежным сном, кошмары порой все же возвращались истощая девушку. Порой просыпалась от удушливого крика, который застревал в горле не давая дышать. «Все закончилось». Выбросив мысли из головы, день так хорошо начался, не хотелось омрачать его прошлым. Чтобы окончательно развеять воспоминания Сара включила радио на любимой волне, и припевая стала выполнять обычные утренние процедуры. Завтракая хлопьями, скорее обедая, Сара думала, что мама должна была уже проснуться и спуститься. Вымыв и убрав посуду в буфет, она пошла к спальне матери. Загляну в приоткрытую дверь Сара так и замерла на пороге. Ящики комода и шкафов были распахнуты, несколько вещей валялось на полу, было ощущение, что собирались в спешке. Все осмотрев она поняла, что были забраны все любимые вещи мамы, остались лишь пара безделушек. На ближайшей тумбочке нашелся конверт с ее именем. Дрожащими руками она открыла его:

«Сара, случившееся с тобой показало мне, что я была тебе плохой матерью и не смогла защитить. Думаю, ты о себе сможешь позаботиться лучше, чем это сделаю я. Остальным можешь сказать, что я уехала помогать бабушке. Помни, я делаю это из любви к тебе.

Люблю, мама»

Перечитывая текст снова и снова слезы лились по щекам. Она не могла поверить, что мама ее бросила. Уехала. Может миссис О’Нил была не самой лучшей матерью, однако это был самый близкий и родной человек. Отец после ужасов творившихся осенью просто позвонил и посочувствовал, даже не приехал ни разу. А теперь и мама ее бросила. Она теперь совсем одна. Сама по себе. Истерика волнами накатывала, стремясь затопить Сару полностью. Обида. Безысходность. Боль. Все чувства постепенно овладевали ей, образуя в груди огромную зияющую дыру. «Почему?». Сдавливая руками ребра она пыталась как-нибудь затянуть дыру, чтобы не было так больно. Хотелось кричать, но горло свела болезненная судорога, и вырывались лишь всхлипы. Сара не знала сколько она так просидела. Свернувшись клубком и беззвучно повторяя одно слово «Одна». Слез уже не было, осталась только апатия и полное безразличие ко всему. Тут зазвонил телефон. Чуть не подпрыгнув от неожиданности она вынырнула из бездны отчаяния, и на автомате пошла к трезвонящему телефону. Звонила радостная Кэнди, напоминая Саре о экскурсии после сегодняшнего шоу. Время было уже 04:00 pm. Готовая уже отказаться она вдруг вспомнила, кто будет проводить экскурсию. Рот беззвучно открылся не в состоянии что-либо произнести Сара повесила трубку. Ноги были уже не в состоянии держать тело, и она скатилась вниз по стене. «Что же со мной происходит?». Человек в маске, присутствовал сегодня в ее снах. Его слова о ней, как она реагировала на него, его лицо… Осознание этого окончательно выдернуло из пучины отчаяния. «Боже, это же был всего лишь сон?». Сара больше не была так в этом уверенна, сон был слишком реален, или хозяина цирка просто произвел большим впечатление на нее. Сомнения разрывали на части, она не могла однозначно ответить на вопрос. Это начинало сводить с ума. Истерический смешок сорвался с губ, постепенно перерастая смех. Это должна быть чья-то дурацкая шутка, такое просто не могло случиться с ней, да еще и одновременно. Наверное она просто не правильно поняла письмо, и сон был всего лишь плодом воображения. Да, так и есть. Нужно было отвлечься от терзающих мыслей, и раз уж обещала Кэнди надо идти. Горячий душ, сушка волос и холодные компрессоры для глаз привели более менее мысли в порядок. Для поднятия настроения она выбрала желтую блузку и светлые джинсы-клеш. Покрутившись, и удостоверившись, что последствий истерики не осталось Сара постаралась искренне улыбнуться, но получалось не очень, прийдется довольствоваться короткими ухмылками. Прийдя как всегда заранее она в этот раз не стала дожидаться Кэнди и пошла в цирк. Видимо, контроллера на входе предупредили, похоже эксклюзивная экскурсия от хозяина цирка подразумевает и бесплатный вход на шоу. Внутри сегодня все было по другому, но события совершенно вымотали ее и восхищаться уже не было сил. Пройдя на вчерашнее место Сара стала ждать Кэнди и начало шоу. В этот раз подруга, к большому удивлению не опоздала. Царившая вокруг нее атмосфера оптимизма и беззаботности немного растормошили Сару, и она пару раз даже посмеялась, хриплым, коротким смехом, как у заядлой курильщицы. За легким разговором с Кэнди время пролетело быстрее, и шоу началось. Его как и вчера открывала Жоззи. Чудики так же начали выступать, однако в этот раз у сцены были корзины с помидорами, и разрешалось, в этот раз, кидать ими в артистов. Несколько человек действительно вставали и подходили, считая это новым видом развлечения. В ответ чудики еще больше кривлялись, при попадании в них помидора притворялись убитыми, что еще больше раззадоривало зрителей. Неожиданно происходящее вокруг напомнило Саре о сне. Точнее обрывок монолога.

«Поскольку я не любитель упускать зрелища, для меня в темном углу, у сцены, есть место».

Происходящее в зале уже не интересовало, и любопытство легко взяло вверх. Просматривая все темные уголки было интересно опровергнуть или подтвердить свой сон. Быть может, она его заметила еще вчера и подсознание напомнило ей об этом в сновидениях. Задумавшись Сара стала смотреть лишь в одну точно, и вдруг вздрогнула как от электрического разряда. Что-то внутри подсказывало, что это не просто от наэлектризованной одежды. Продолжая всматриваться она лишь больше чувствовала нарастающее покалывание. На секунду показалось какое-то движение, и покалывание тут же прекратилось. Вернув взгляд на сцену Сара поняла, шоу уже закончилось. Под бурные аплодисменты вышел хозяин цирка. Сегодня он был одет не менее эффектно, чем вчера. Черно-зеленый сшитый с иголочки костюм, в котором, на этот раз, не было мантии. Вместо нее был распахнутый изумрудный камзол с золотыми пуговицами и в тон им вышивка на рукавах. Под ним же была белая средневековая блузка, которая оставляла грудь полуоткрытой. Низ состоял из брюк, сшитых на старый манер со шнуровкой вместо молнии. Исследуя глазами то, как невероятно Человек подбирает свои костюмы, Сара лишь в самый последний момент посмотрела в лицо, спрятанное за маской. И тяжело выдохнула. Тот же ток прошелся по ее телу, как когда она смотрела в темноту. Догадка была верной. Если так, то возникает вопрос: «Может ли это быть не простым совпадением?». Аплодисменты стихли, люди по очереди стали подходить к Человеку в маске, и благодарить за выдающееся выступление. В самом конце подошли Сара и Кэнди подошли к нему. Решив, если предложение об экскурсии в силе, то он скажет, иначе проситься и навязываться не было желания. — Здравствуйте дамы, пройдемте, я покажу вам самое сердце нашего цирка, — и пройдя через сцену очутились в закулисье. Внутри, как и сам шатер снаружи казалось меньше, чем было на самом деле. Комната напоминала палаточный городок, или скорее лагерь, один большой стол со скамьями, несколько отдельно стоящих зеркал и ширм, по всей площади были раскиданы костюмы, цирковые атрибуты и прочие безделушки. За подобием занавески виднелись двухъярусные койки. И помимо этого, была единственная дверь, за которой, похоже, были личные владения Человека. Пока Сара с Кэнди осматривались за кулисы прошла мать Кэнди. — Миссис Нельсон? Какая честь, — голос Человека в маске был как всегда спокоен и безмятежен, словно он заранее знал, что будут незваные гости. Мама Кэнди была явно удивлена увидев их всех вместе в шатре, но взяв себя в руки и с натянутой улыбкой обратилась к хозяину цирка. — Здравствуйте, хотела узнать, как вам в нашем городе, — она брезгливо оглядывалась по сторонам, предпочитая скорее закончить необходимый визит. И побыстрее увести дочь из этого места. — О, прекрасно, Сентфор не прекращает меня удивлять. Хотелось бы узнать, не останетесь ли вы на ужин? Честно говоря, я устал ужинать в одиночестве, — у Сары сложилось впечатление, что спрашивают только ее. Она была неуверенна, что хотела бы остаться с ним на ужин, тем более понимая какое действие он оказывает на нее. Но другая ее часть очень хотела задержаться и не расстраивать его. — Нет, спасибо, нам пора. Пошли Кэнди, — и не желая оставаться здесь и минутой дольше миссис Нельсон повела к выходу, желавшую остаться, дочь. Кэнди была в полной растерянности от обычно спокойной матери, которая никогда не разговаривала так грубо с партнерами по бизнесу. — Но… Сара ты идешь? — Думаю мисс О’Нил не сочтет за труд поужинать со мной, и скрасить своей компанией мой вечер. Не волнуйтесь милая Кэнди, я верну ее в целости и сохранности, — Кэнди хотела, что-то возразить, но мать настойчиво вела к выходу из цирка. Человек в маске галантно подставил ей локоть. Предлагая таким образом сопровождать ее. Решив все же остаться Сара взялась за подставленный локоть. От ощущения рядом сильного мужчины и его тела под рукой сердце забилось галопом, а низ живота начал сладко ныть. В такой близи чувствовалась исходившая от него аура силы и могущества, что действовало на нее успокаивающе и впервые за долгое время было ощущение безопасности. Она была словно за каменной стеной. Хотя чувствовать это было странно, ведь он только одним своим присутствием пробуждал во всем ее теле тянущее напряжение. Они пришли в комнату, где повсюду горели лишь свечи, оставляя интимный полумрак. По середине комнаты был накрыт стол с разного, причудливого вида блюдами, из-за свечей было плохо видно, но создавалось впечатление, словно там что-то шевелилось. — Сара, не сочти за труд переодеться, за ширмой приготовлено платье. Скорее всего тебе будет нужна помощь со шнуровкой. Если не справишься скажи мне, я помогу, или могу позвать на помощь кого-нибудь из моих чудиков, — он указал на ширму в правом углу, — Можешь, не переживать, что кто-то тебя увидит, в комнату больше никто не зайдет. А я, если хочу видеть женщину голой, то предпочту не грязное подсматривание за ней, — и присев в кресло всем своим видом показывая, что без нее ужинать на начнет. Идя к ширме, Сара спиной чувствовала его взгляд, из-за чего походка стала неровной, и под конец она чуть не запуталась в собственных ногах. Наконец, спрятавшись за ширмой, где свечей стояло не меньше, чем за самим столом, а на обратной стороне ширмы висел чехол, сняв который Сара не сдержала восхищения. Если она и задумывалось об идеальном для нее платье, то все ее фантазии меркли перед этим. Изумрудного цвета, который казался темнее из-за нескольких слоев черного фатина, ярусно идущего. Лиф с вырезом-сердце был выполнен в виде корсета, но при этом подчеркивая область под грудью. И остались небольшие спущенные плечики, которые были расшиты золотого цвета камнями и бисером. Под платьем стояли золотые с затемнением к носу туфельки. Ощущая себя словно золушка из сказки Сара стала, не торопясь, одевать столь непривычную для нее одежду. Уже полностью одетая она пыталась зашнуровать корсет, но получалось только до середины. Измученная, она устало выдохнула и позвала Человека в маске. Пришлось выбирать меньшее из зол или он, или чудики будет зашнуровывать корсет. Человек не заставил себя долго ждать. С видом профессионала он сначала расслабил шнуровку, да так, что ей пришлось придержать платье, чтобы оно не рухнуло к ногам. Затем быстрыми и ловкими движениями зашнуровал корсет. Повернув Сару к другой стене, Человек показал их отражение в зеркале. И наклонившись к самому уху прошептал. — Ради такого можно ждать и вечность, —он убрал ее волосы на одно плечо и провел руками по оголенным плечам, мурашки тут же покрыли все тело. Смотря в зеркало Сара со стороны видела, как реагирует на его прикосновения. Глаза в наслаждение прикрыты, щеки раскраснелись, и глаза блестят сумасшедшим блеском. Кроме этого, отражение показывало, их двоих. Идеально сочетающихся в цветовой гамме и гармонично дополняя друг друга, даже маска каким-то чудом смотрелась органично вместе со всем остальным. Хотя все же лучше было бы без нее. Медленно повернувшись в его руках Сара потянула руку, чтобы снять ее. Щелкнул замок и маска полетела в кресло. На нее смотрели все те же пронзительные глаза цвета стали, но в которых сейчас горел огонь, тоже лицо, пухлые губы. Невозможно было поверить, что это все реально. «Может это очередной сон, слишком все сказочно». — Ужин стынет, нам пора, — она и забыла как невероятно звучит его голос без маски, и в первый раз слышала, чтобы он Человек в маске не контролировал его, хриплые нотки проскальзывали в интонации, ставя под сомнение внешнюю невозмутимость. Подав Саре руку повел ее ко столу, где помог сесть и поправить подол платья, и только потом сел за стул напротив, — Выбирай, что тебе приглянулось, — сказано было таким голосом, что казалось, что это какая-то проверка. Сара осмотрела стол, многие блюда были знакомы, но были и жутковатого вида, которые обычно едят только на спор. Не очень долго думая, она положила себе в тарелку будто бы живых червяков. Было жутко интересно как это на вкус, в обычной кафешке такого не встретишь, а если все будет плохо, то блюд здесь еще предостаточно. Взяв вилку она под внимательным взглядом, сначала понюхала содержимое, и не учуяв ничего противного взяла в рот. Это было невероятно вкусно, ощущение словно ее самые любимые вкусы помести в одно целое, и вкусы не перемешивались, а словно добавляли друг друга. В блаженстве она закрыла глаза полностью отдаваясь органам вкуса, и стараясь прочувствовать этот момент как можно дольше. «Как хорошо, что вид меня не испугал. Такое бы пропустила. Впрочем, тоже самое можно сказать и об ужине». Человек наблюдал за Сарай с истиной улыбкой Чеширского кота. Блаженство, которое было сейчас у нее лишь от еды он предпочел бы видеть в другой ситуации. Глядя на это прекрасное создание сидящее перед ним, и уплетающее еду, к которой нормальный человек в жизни не прикоснулся, ему казалось, что в ее образе чего-то не хватает. Завершающего элемента. — Сара, я хотел бы тебе кое-что подарить, — она, оторвавшись от еды, и с горящим от любопытства глазами посмотрела на него. От представшей перед ним картины он не смог сдержать улыбку. Сара же, продолжив смотреть в его глаза, аккуратно убрала язычком остатки кушанья с уголков губ. Следя за столь невинным выражением лица Человек в который раз убедился, что она самая настоящая маленькая чертовка. Подойдя к ней он помог Саре подняться и подвел к зеркалу в полный рост. Достав из шкатулки ожерелье он надел на ее шею и аккуратно разложил маленькие камушки. Оно словно соткано из золотой паутины, которая разветвлялась, имела веточки, на концах которых были ониксы. Работа была невероятно прекрасной и хрупкой. Завороженная дивной красотой Сара хотела коснуться их. Однако рука Человека была слишком близко и случайно дотронувшись она было хотела отдернуть ее, но ей не дали этого сделать. Он мягко развернул Сару за талию, и провел рукой по ее волосам, останавливаясь на шее и плавно сокращал дистанцию между их лицами, — Это украшение слишком долго ждало свою хозяйку. Так же как и я, — эти слова он произнес Саре прямо в губы, и она с жадностью ловила каждое слово. У нее в голове шумело, было ощущение, что тело ей не принадлежит. Сердца замирало и снова неслось как бешеное, совершенно не следуя своему ритму. Единственное, что она точно понимала, так это губы, которые с каждым миллиметром становились все ближе. В итоге, последние расстояние было преодолено. Столь томительно ожидание накрутило Сару до предела, и наконец почувствовав его губы тихий стон вырвался из ее уст. Чувствуя, что она падает Человек еще крепче прижал ее к себе не давая соскользнуть вниз. Сара чтобы быть ближе одной рукой держалась за его талию, а другую запустила ему в волосы, стараясь приподняться на носочках насколько это возможно. В низу живота уже нещадно ныло. Никогда прежде не испытывая подобного Сара терялась в ощущениях. Человек целовал умело, властно, словно давно наизусть знал все ее чувствительные точки. Отвечая с тем же пылом, Сара не понимая, что делает провела язычком по его нижней губе и углубила поцелуй. Услышав его гортанный стон ей захотелось, чтобы это был не последний раз, когда она его слышит. Быстро переняв инициативу Человек поменялся с Сарой местами. Он заполнял ее полностью, дотрагиваясь до самой глубины души, в животе был ураган бабочек, а внизу тянуло так, словно он сейчас взорвется, но не было слаще пытки. Практически каждый раз, когда он врывался к ней из груди вырывались стоны, и Сара с этим ничего не могла поделать. Его поцелуи сводили с ума, тело требовало большего. Она тянула за волосы, оставляла легкие царапины на прессе, но так и не смогла больше услышать его. От досады укусила его за губу. И вот он, звук, от которого подгибаются колени и летят к чертям все границы. Напряжение в теле достигло пика и мир погрузился во тьму.