Осуществление мечты

Глава 10 Наруто нервно покосилась на календарь. Мадара задерживался. Она согласилась, чтобы он лично выполнил миссию, вовсе не для того, чтобы теперь не находить себе места, волнуясь о своей родственной душе. Почти месяц! Он должен был вернуться несколько дней назад, а не торчать в Ветре вот уже как три с половиной недели! Разумом Наруто понимала, что ей не стоит беспокоиться, что Мадара достаточно силён, чтобы противостоять сотням вражеских шиноби, но если даже она смогла его однажды одолеть, то какие противники появятся в другой раз? Кушина закусила губу, глядя на дочь, и неуверенно прокашлялась. Наруто даже не отреагировала, полностью погруженная в свои мысли, но стоило матери коснуться ее плеча, напряженного настолько, что мышцы едва не сводило судорогой, как младшая Узумаки дернулась и резко обернулась. Движение ее было настолько порывистым, что она сбила чашку на пол. Хрупкий фарфор разлетелся на куски, облив все чаем, и Наруто бездумно слезла со стула и наклонилась собирать осколки. — Прости, мам, я задумалась… — Наруто… — одернула ее Кушина. — Я правда не хотела… — бормотала она дальше, даже не услышав мать. — Наруто, хватит! Ты наступила на осколки и поранила ноги! Повышенный голос и тревога в нем заставили блондинку, наконец, сосредоточиться на действительности. Она перевела взгляд с черепков в руке на собственные ноги, с легким ужасом осознавая, что спрыгнула со стула прямо на острые куски фарфора, и теперь вместе с чаем на полу растекались капли ее крови от ран. — Милая, — Кушина говорила мягко и в то же время взволнованно, помогая дочери вновь сесть на высокий стул. — Я понимаю, что ты волнуешься о Мадаре, но он сильный шиноби. Он один из основателей Конохи. И я уверена, что он справится с любой миссией вне зависимости от ее сложности. — Однажды я выиграла в нашем поединке… — привела мучивший ее аргумент Наруто. — Он использовал свой шаринган во время того сражения на полную мощность? — сметя осколки в мусорное ведро, спросила Кушина. — Он когда-нибудь спарринговался с тобой так, что ты верила, что не сможешь его победить? Наруто открыла рот, чтобы согласиться, но смолчала. Никогда. Такого никогда не было. Мадара всегда заставлял ее выкладываться на всю, использовать все приемы и техники, искать способы достать его. Но заставляла ли она его хоть раз попотеть в сражении настолько, чтобы он едва двигался после их матча? Ни разу. Какая-то часть Наруто облегченно выдохнула. Мама была права — Мадара вряд ли позволит кому бы то ни было приблизиться к себе настолько близко, что пострадает. Он мог противостоять Первому Хокаге, признанному Богу шиноби, так что могли сделать нынешние ниндзя, явно уступающие в силе предыдущим поколениям? — Я просто нервничаю, — призналась Наруто, давая матери обработать раны на ногах. — Мы совсем недавно встретились, и настолько долгое расставание из-за потенциально опасной миссии заставляет меня волноваться еще больше. — И это нормально, — заверила ее Кушина, вынимая из ступней осколки. — Когда я признала нашу с Минато связь, я стала бояться отпускать его на длительные задания. Когда же началась война — каждая его вылазка казалась мне концом света. Хуже всего было в те моменты, когда он был выполнял миссии по проникновению. Тогда он находился особенно далеко и заглушал чакру настолько, что даже наша связь отключалась. Те дни были худшими. Какое-то время они сидели в тишине, погруженные обе в свои мысли. Кушина закончила обрабатывать раны дочери и тихо вернулась к готовке обеда: Минато в который раз пропускал его из-за загруженности на работе. Бинтовать ноги не было смысла, потому что кровь Узумаки уже начала действовать — царапины затягивались с поразительной скоростью и наверняка минут через пять от них не останется и следа. — Отнеси отцу бенто, он забыл. Встреться с Ино или Хинатой, устрой спарринг с Саске или сыграй в сёги с Шикамару. Развейся немного. Потому что в противном случае тревога тебя просто сожрет, — заканчивая упаковывать обед в контейнеры, произнесла Кушина, буквально вкладывая в руки Наруто бенто. — Иди и не возвращайся домой в ближайшее время. Подавив тяжелый вздох, младшая Узумаки поудобнее перехватила контейнеры и, торопливо поцеловав мать в щеку, побрела на выход. Мысли все так же продолжали кружить в голове нестройным хором, не давая отвлечься на что-то другое, и Наруто очень надеялась, что чертов Учиха сейчас в Конохе. Только он мог в достаточной степени отвлечь ее от паники, что продолжала захватывать сознание. Башня администрации деревни возникла слишком быстро, что в этот раз было даже благословением, потому что здесь приходилось сосредоточиться и реагировать на то, что тебе говорят. Охранники, просто мимо проходящие шиноби, гражданские — почти каждый останавливал Наруто, чтобы поговорить с ней. Так было и раньше, но с тех пор, как у нее появился соулмейт, которым еще и оказался Мадара Учиха, желающих завести беседу стало в пару раз больше. Нынешнее посещение Башни хокаге не стало исключением. Она могла бы пойти коротким путем и вломиться к отцу через окно, но у того могли быть посетители, и подобное отношение к главе деревни даже от собственной дочери могло рассматриваться негативно, как уже было пару раз. Почему-то многие гости считали, что к высокой должности обязательно прикреплено раболепие, и потому относиться к Хокаге нужно по меньшей мере, как к божеству. Вся семья Наруто, равно как и почти все шиноби, всегда находили это по меньшей мере странным, но приходилось мириться, только бы умаслить гостей. Не столько из-за занимаемых ими должностей, сколько ради более выгодных для Конохи условий сотрудничества. В кабинете отца шел какой-то спор, и Наруто порадовалась, что избрала и в этот раз более долгий путь. Устало привалившись к стене у двери, Узумаки рассеянно ковыряла носком сандалии оторвавшийся кусок ковролина. Еще при Третьем полы в Башне покрыли этими ворсистыми дорожками, почти намертво прибив их к полу, но истоптанный сотнями ног материал в итоге прохудился и часть его раздражающе топорщилась точно перед дверью кабинета Хокаге, где толпились чаще, чем в любом другом месте. Из очередных безрадостных размышлений Наруто вырвало имя Мадары, донесшееся к ней из-за двери сразу после улегшегося спора. Навострив уши, благо, слух всегда был одной из сильных ее сторон, блондинка чуть придвинулась ко входу в кабинет. — …он справится? — кажется, встревоженный голос принадлежал Шикаку, и Наруто тут же напряглась. — Судя по письму — да, но это явно не останется без последствий, — тяжело вздохнул Минато. — Дейдара оказался слишком опасным противником из-за широкого диапазона действий его техники. Он неплох в ближнем бою, но особенно силен на дальних дистанциях, часто и вовсе манипулирует своими техниками в воздухе. Это мешает к нему приблизиться. — Шаринган Мадары сильнейший среди всех Учиха, даже он не помогает? — Благодаря ему Мадара видит и обходит большинство атак, но из-за все той же дальности не может ни наложить гендзюцу, ни активировать любую другую технику — Дейдара тут же уносит ноги. — Так битва даже не на силу, а на выносливость? — раздался еще один голос, в котором Наруто с запозданием узнала Иноичи. — Именно. И у Дейдары, увы, почти такие же внушительные запасы чакры, как и у Мадары. Думаю, Учиха бы справился быстрее, но пока не выходит. — Что предпринимает Суна? — раскатистый бас Чоузы буквально выразил мысли Узумаки. — Сперва отправили нескольких кукловодов и даже тех немногих шиноби, владеющих суйтоном, надеясь таким образом повлиять на технику Дейдары. Считали, что вода размягчит глину и это уменьшит силу атак. Но в итоге не помогло. Ну и еще большинство боятся Мадару, так что… — Здесь сказано, что Казекаге в итоге идет на помощь… — вслед за шорохом пергамента послышался голос Шикаку. — Да, пока мы тут читаем послание, Гаара как раз должен присоединиться к битве. Мадара смог увести Дейдару подальше от Суны, но это также повлияло на его способность как можно быстрее докладывать о происходящем и восстанавливать силы, поэтому… Дальше Наруто не смогла слушать. Аккуратно поставив бенто на ближайший стул, которым до этого откровенно пренебрегала, Узумаки тихо, но быстро вышла на улицу. Она знала! Чувствовала, что что-то не так, потому что иначе бы Мадара не задержался так надолго, не пропустил ее день рождения, да и попросту не оставил ее почти на месяц после того, как был один едва ли не сотню лет! И она не была намерена заставлять его ждать ее еще дольше. Выскользнуть за пределы деревни было до смешного легко. Во многом потому, что Наруто проворачивала это далеко не в первый раз. Использовать Хирайшин сразу на столь дальнюю дистанцию, чтобы мгновенно оказаться около Мадары, она не рисковала, но в несколько прыжков могла приблизиться к нему как можно ближе. Причин не рухнуть на Учиха мгновенно так было две. Первая и более важная: она тут же растратит всю чакру и в случае опасности не сможет не только Мадаре помочь, но и себя защитить. Вторая: ее соулмейт будет злиться. В конце концов, на эту миссию он отправился именно по причине того, что хотел уберечь от нее Наруто. Получалась дилемма. В несколько прыжков пересечь Страну Огня и оказаться на границе Ветра было едва ли не физически больно. Чакра израсходовалась так, словно она совершила прыжок к Мадаре в пещеру, но Наруто знала, в чем причина нынешнего состояния. Она совершенно себя не контролировала. Тревога и паника так прочно обосновались в ней, что Узумаки расходовала чакру куда больше необходимого. Позволив себе небольшой отдых в ближайшей деревне гражданских, Наруто постаралась хоть немного успокоиться и привести мысли в порядок. Она с самого детства училась быть шиноби — сохранять разум трезвым в стрессовых ситуациях, всегда просчитывать свои ходы наперед и быть готовой сделать тяжелый выбор, если таковой будет. Но почему никто и никогда не говорил ей о том, что такое волнение за родственную душу? К подобному подготовиться было невозможно. Более спокойный темп бега в сторону Суны позволил Наруто восстановить часть сил и чакры, которую, пусть и немного, все равно приходилось тратить на то, чтобы не скользить по песку. Однотонный пейзаж нагонял тоску, пустыня не пугала ничем, кроме скуки, и только ветер, поднимающий песок и сыплющий его в глаза, представлял какую-то угрозу, но по большей части раздражал. Она и так потратила уже половину дня, близился закат, а ей еще предстояло найти Мадару. Монотонность происходящего в итоге сыграла с Узумаки злую шутку. Сосредоточенная исключительно на собственных мыслях, не обращающая никакого внимания на окружающие ее земли, Наруто слишком поздно поняла, что ноги ступают не только по сыпучему песку, но и более твердой породе. Белые комки глины были разбросаны повсеместно, перемежевываясь с обгоревшими одинокими кустами и котлованами, образованными явно не природными явлениями. Обрывок фразы, что бой с Дейдарой вышел за границы Суны, дабы деревня не пострадала, только сейчас укоренился в голове Наруто. Потому что по какой-то глупой и нелогичной причине она была уверена, что преступник направится в сторону своей родной страны — Камня, но никак не предполагала, что сражение уведет всех к границам Страны Огня. Взрыв прогремел настолько близко, что от его волны Наруто отбросило в сторону. Песчаные барханы смягчили удар от падения, но из-за громкого звука теперь гудела голова и шумело в ушах, заглушая остальные звуки. Дезориентированная, оглушенная, Узумаки с трудом поднялась на ноги, тряся головой в лучших традициях Акамару, и пытаясь осмотреться. Перед глазами все плыло, отсутствующие сенсорные способности и ощущение чакры не давали понять, что происходит и откуда был удар, и то, что ее несколько раз перевернуло в воздухе, совершенно не помогало ориентироваться в пространстве. Ее сильно обхватили за плечи и с силой тряхнули, так что голова вновь дернулась, а перед глазами возник даже не человек, а попросту темный силуэт. Наруто скорее догадалась, чем услышала, что зашипела от боли, потому что хватка чужих рук ослабела, а после и вовсе пропала, но вместо этого совсем рядом возникло пламя, обдавшее лицо Узумаки жаром и заставившее глаза слезиться от своей яркости. Мысли путались, но Наруто буквально заставила себя застыть на месте и перезапустить поток чакры в организме. Обычно такие упражнения помогали избавиться от гендзюцу, но сейчас ей нужно было прочистить себе мозги от неожиданной встряски. Мадара. Стоило только мозгу немного прийти в себя, как Наруто смогла понять, что тряска и огонь явно были делом рук ее соулмейта. Противник наверняка бы поспешил прикончить неожиданного гостя на месте. Поэтому не было никого иного, кроме Мадары Учиха, кто бы вел себя с ней таким образом и тем более использовал катон с поистине ужасающей мощностью. Гигантская несуразная белая птица рухнула с неба на Наруто, и Узумаки лишь в последний момент уклонилась, ровно в тот миг, когда осознание происходящего твердо осело в ее мозге. Сражаться среди песков было отвратительно. Было и без того жарко, а пламя Учиха выжигало остатки воды из воздуха со скоростью хирайшина. Песок, которым манипулировал Гаара — Наруто весьма поздно заметила друга, — вздымался такими волнами, что мог поглотить союзников из Конохи просто потому, что объемы были непозволительно большими, и на их фоне два человека выглядели… да, крохотными песчинками. И это не говоря уже о бесчисленном множестве глиняных и, черт возьми, взрывающихся фигур, которые запускал в них Дейдара. Одно из таких «произведений искусства» тоже рухнуло с неба, отделив Наруто от Мадары, и девушка услышала, как забористо выражается Учиха. Брюнет мгновенно перетянул внимание… жабы? — Наруто никак не могла понять, что это была за тварь, — на себя и поджег ее. Фигура вздулась, разрастаясь во все стороны, как воздушный шар, и тут же взорвалась, еще дальше отбрасывая родственные души друг от друга. В этот раз Наруто была готова, и только поэтому взрыв ее не задел. Но она даже не предполагала, что защищаясь от взрыва, попадет прямиком в руки к преступнику, которого нужно было схватить. Все остановилось. Наруто видела, как напряженно застыл Мадара и как привычные три томоэ в его глазах сменяются на что-то другое, более опасное и устрашающее. За спиной Гаары замерла волна веска, столь высокая, что частично закрывала солнце. Оба мужчины не двигались, пока Наруто крепко оплетал конечностями глиняный осьминог, готовый взорваться в любой момент. — Ну надо же, какая удача! И вот уже страшный Мадара Учиха не такой и страшный, а всего-то надо заполучить в руки его женщину! — голос, в котором отчетливо слышалось безумие, раздался точно над ухом Узумаки, и она поморщилась, желая только оказаться как можно дальше от этого засранца, чей цвет волос возмутительно походил на ее собственный. — Отпусти ее. Наруто дернулась. То, как Мадара прорычал эти два слова, отозвалось в ней странной смесью страха и волнения. Такой голос не предвещал ничего хорошего ни ее похитителю, ни ей самой, раз уж на то пошло. Вот только была еще одна малая часть ее, которая не желала терпеть такое отношение. Она могла постоять за себя! Ее не зря считали одной из сильнейших куноичи их поколения, и пусть защита Мадары была приятной, но в то же время задевала самолюбие. Дейдара склонился к Наруто слишком близко, так что теперь его губы едва не касались ее, и Узумаки захотела оказаться теперь еще дальше. И вымыть ухо по возможности. — А ты миленькая. Такая крошка. Наверное, приятно быть под защитой такого медведя? — Дейдара хихикнул и совершенно неожиданно закричал, размахивая руками, из-за чего едва не толкнул девушку на землю. — Искусство — это взрыв! Ты ведь согласна? Она не собиралась больше терпеть подобное. Как будто она была девицей в беде, что отчасти было именно так, но ведь она и сама могла постоять за себя. Поэтому стоило только опутавшему ее осьминогу сжать свое глиняные щупальцы крепче, как Наруто сразу использовала технику подмены. Ужас, прокатившийся по всему ее телу, когда прогремел взрыв, принадлежал не ей, а Мадаре. Испытанные им боль и паника оказались настолько сильными, что прошили Наруто насквозь, и лишили на мгновение воздуха. Ее тревога не шла ни в какое сравнение с тем, что испытывал сейчас ее соулмейт. — Мадара… Он так резко обернулся, что его длинные волосы на секунду закрыли обзор, а в следующий момент он прижал ее к себе. Объятия давили и не давали дышать. — Никогда больше так не делай! — Мадара сказал бы что-то еще этим угрожающе-заботливым рычанием, но к ним подоспел Гаара. — Я позабочусь о ней, — Казекаге решительно и уверенно встретил тяжелый взгляд Учиха, а после просто подхватил Наруто под локоть и оттащил ее подальше. Казалось, что прежде Мадара сдерживался, потому что теперь он буквально пылал от ярости и жег все черным пламенем, которое Наруто никогда прежде не видела. Благодаря их связи она все еще ощущала отголоски его страха и страданий, и только из-за этого знала, что сейчас ее родственная душа тратил всю чакру до последнего, только бы больше никогда в жизни не испытать пережитое мгновением ранее. — Наруто, какого черты ты здесь? — напряженный голос Гаары оторвал Наруто от Мадары. Она никогда не слышала, чтобы ее друг ругался, и теперь ошарашенно уставилась на Сабаку Но. — Пришла на помощь… — Узумаки пролепетала ответ нерешительно не столько из-за того, что действительно чувствовала себя виноватой, сколько из-за удивления. — Зачем? Ты настолько не уверена в своей родственной душе? — Нет! Я волновалась о нем! — упрек подействовал не хуже пощечины, так что Наруто вскипела и вырвала свою руку из хватки Гаары. — Он задержался, и я не собиралась больше ждать его и не знать, что с ним происходит! — Ты хоть понимаешь, что только из-за твоей чакры Узумаки вкупе с врожденной особенностью паршивого контроля ты смогла вырваться из плена Дейдары? Его глина никого не отпускает просто так, подмена не работает! У меня погибли четверо шиноби, уверенные, что смогут атаковать этого преступника с близкого расстояния, используя шуншин или подмену в случае необходимости, как это получилось у тебя? — Я… я не знала! — Конечно же ты не знала, ты наверняка даже не прочла дело Дейдары! — Гаара тяжело дышал, на лбу его выступила испарина, а сам он покачивался — сказывалось истощение чакры, но при этом он продолжал распекать подругу. — Мы изматывали его почти месяц, чтобы способность создавать глину уменьшилась и чакра растратилась как можно больше. Я брал весь удар на себя, чтобы сейчас твой Учиха использовал все свои способности. И вместо того, чтобы все шло по плану, ты прибыла и разрушила все. Мадара теперь в ускоренном режиме выполняет то, что должно было занять еще максимум пару дней. И ты хоть представляешь тот ужас, который только что пережил твой соулмейт? Поверь, связь никогда не передает все, что ты чувствуешь. — Но ведь обошлось… — слова Узумаки звучали как детское оправдание, пока она пыталась осознать произошедшее. Они оба ведь знали ее. Знали, на что она способна. И что она всегда лезет на передовую. Уязвленная гордость отказывалась слушать аргументы друга, напрочь игнорируя слова и о ранее погибших ниндзя, и о том, что она испытала лишь малую часть эмоций Мадары. Шестнадцать лет она была одна, привыкла полагаться только на себя и поддержку, но не безоговорочную защиту команды, так что не было ничего удивительного в том, что она и сейчас поступала по-своему. И раз сейчас Мадара реализовывал весь свой потенциал, почему он не мог сделать этого совсем немного раньше?! Перепалка с Гаарой отвлекла ее настолько, что Наруто даже не осознала, в какой момент стало тихо. Больше не было взрывов, криков и оглашения техник. Только тихое потрескивание все того же черного пламени да тихий шелест песка. — Вас нужно провести до Суны, господин Казекаге? — голос Мадары был таким холодным, что Наруто едва не поежилась, но сдержалась. Она могла помочь! Она!.. — Доберусь сам, — смерив подругу разочарованным взглядом, ответил Сабаку Но и дополнил. — И пожалуйста, обращайся ко по имени, просто Гаара. Благодарю за помощь. Просто пришли после отчет, а я переведу оплату Конохе в соответствии с заявленным Хокаге требованием. — Спасибо, тогда мы пойдем. Мадара и Гаара поклонились друг другу, пока Наруто пыталась осознать происходящее, а после ее настойчиво потянули обратно в сторону Страны Огня. — Эй, я даже не поговорила как следует с Гаарой… — Потом. — Нет, Мадара, я… — Наруто, пожалуйста, потом! То, как Мадара произнес последнюю фразу, дало понять, что лучше сейчас промолчать, вот только путь к Конохе был не близким, чакра Мадары стремилась к нулю, и Наруто не собиралась молчать. Ее ведь просто откинули в сторону! Проглотив рвущиеся наружу слова, Узумаки поджала губы. Ничего, как только они окажутся на территории Страны Огня, она выскажет ему все, что думает!