Лучший...

Еле заметная тень аккуратного силуэта проникла в светлую комнату и быстро приблизилась к спящему парню. Маленький холодок от бледной руки сразу же каснулся чувствительного носа, который тут же скрылся за краешек теплого одеяла. Женщина улыбнулась и взяла давно вибрирующий телефон сына. На экране высветилась знакомая фотография. Которая, к сведению, получилась очень хорошей. Кажется, этому юному фотографу было по душе снимать сердитого блондина. В голову сразу пришёл наивный гетерохром. Наверняка только он может делать это настолько с душой. Перед Рей предстал выбор: принять вызов или оставить все как есть. Хотя, так не хотелось будить крепко спящего сына, который шумно сопел и, кажется, единственный раз так глубоко видел сны, но идея вмешиваться в его личную жизнь тоже мало радовала. Взвесив все "за" и "против", Рей решила не портить сладкий сон парню, поэтому быстренько приняла вызов. – Да, - ее мягкий голос сразу же заставил встрепянуться разгневанному парню. – Ээ... Шото спит? - в лоб задал вопрос блондин и дал себе мысленно пощёчину. – Да, Шото спит, я ему обязательно скажу, чтобы он перезвонил тебе, Бакуго-кун. От такого нежного обращения к себе, у Кацуки отвисла челюсть. Эти мягкие нотки женского голоса напоминали альфе его омегу, когда тот самым простым тоном, без всяких скрывающих эмоций, звал парня и рассказывал о случившемся за нелегкий день. Желудок сжался от скорого предвкушения. – Хорошо, - он тут же отключился, стараясь привести в порядок метающее дыхание. Только Рей положила обратно телефон, гетерохромные глаза распахнулись, как по щелчку. Они так блестели, словно яркие светлячки засветились в глубокую ночь. Откинув одеяло в сторону, омега присел на кровати и потер сонное веко. Неизвестно, что заставило его проснуться, может, женщина была не достаточно тихая или Шото услышал голос своего Бакуго и тут же взбодрился. В любом случае, парень проснулся и, кажется, был в хорошем настроении. Рей сразу заметила его легкую улыбку, которая бесподобно вписывалась на его безэмоциональном лице. Бакуго явно хорошо влияет на ее сына. Только доказать бы это не менее сердитому, чем блондин, Старателю. – Доброе утро, - она присела на колени и провела рукой по взлохмаченным волосам, - Он звонил, видимо, потерял тебя. – А сколько время? - спокойно спросил парень и расслабился под приятным весом родной руки. – Если быть точным, то без пятнадцати десять. – Что!? - Тодороки соскочил на колени и уставился на мать. Он совершенно не ожидал, что столько проспит. Но, если учитывать вчерашние похождения, то становится ясно, почему сон настолько сильно поглодил его, - Я позвоню ему. Сейчас. – Хорошо, я пойду, - женщина быстро встала с колен и чуть склонилась. Больные суставы давали о себе знать. Шото озадаченно посмотрел на руки матери, которые обхватили дрожащие колени. – Мам, все хорошо!? - он испуганно встал на ноги и подхватил Рей под руку. – Да, просто еще чуть побаливают, - она как всегда по-доброму улыбнулась и глазами поблагодарила сына за заботу, - Скорее звони ему, наверное, он уже сходит с ума. – А, да, точно, - парень растерянно взял телефон и увидел несколько пропущенных. Неужели, он не услышал такое количество входящих вызовов!? Рей грациозно, будто колени и не болели, вышла из комнаты и поправила рубашку. Шото судорожно нажал на вызов, боясь и одновременно желая услышать голос любимого. Гудки были ещё той пыткой, которую омега кое-как вытерпел. Но вот на той стороне провода послышался голос, от которого сводило низ живота и уже хотелось заныть от разлуки. – Проснулся!? - Бакуго как всегда был груб и не внимателен по отношению к омеге, но это не мешало чувствовать беспокойство в его командном тоне. – Да, доброе утро, - виновато протянул парень и закрыл себе рукой глаза. – Скорее добрый день! Или вообще не добрый, - альфа закусил губу и попытался унять выплескивающий гнев, - Как спалось? - он коротко буркнул и молился, чтобы его омега не обиделся на такой необоснованный наезд. Но Шото совершенно не обратил внимание на придирки и просто наслаждался общением с блондином. – Нормально, а ты как спал? - аккуратно спросил он и стал прокручивать в голове заданный вопрос, стараясь понять не глупо ли он прозвучал. – Нормально. Короче, я иду за тобой, - Бакуго быстро взял ситуацию под контроль и уверенно сжал телефон. – Кацуки, подожди, я только встал и... – Я сказал, что иду, значит иду. - он отключился и явно был серьёзно настроен. Интересно он готов к тому, что ему придется говорить со Старателем. А самое странное это то, что они будут обсуждать не очередную стажировку, а благополучие одного человечка, который дорог им обоим. Шото шокировано посмотрел на экран и быстрее рванул из комнаты. Он так не хотел, чтобы Кацуки увидел его сонным и неопрятным. Ведь альфа такой красивый, по крайней мере, так думает омега, что Шото не может опозориться. Глухие топоты босых ног проходили по всему деревянному дому. Казалось, даже самая устойчивая полка была готова вот-вот свалиться. Вряд ли это понравилось бы Энджи, который нервно швыркал чаем и ждал завтрака. Ведь он самолично достраивал этот дом и был уверен в себе на все сто процентов. Нет, даже на двести. Шипение сковородки взбадривало его и приятно успокаивала, ведь аппетитный запах, распространившийся по всей кухне, невероятно дразнил нос. Наконец Рей поставила долгожданную пищу на стол, на что глава семьи облизнулся и приблизил тарелку. Неожиданно около стола оказался Шото, который судорожно дышал, хватая воздух полными легкими. Но вид его был уже презентабельным. Черные штаны с той самой футболкой, которую ему купил отец и естественно гетерохром не хотел ее надевать, потому что «Мне не нужны твои вещи, да еще такие дорогие!». Но обстоятельства заставили перешагнуть принципы. Энджи счастливо улыбнулся, увидев сына в этой футболке, но сразу же изменился в лице, как только почувствовал чужой феромон. – Он сейчас придет, - спокойно заявил Шото и серьёзно покосился на отца, который захлебнулся чаем от столь неожиданного события. – Кх, в смысле, сейчас!? - Старателю сразу стало ясно почему Тодороки так торопился. Он тут же прыснул смехом, - Ладно, я всегда готов к разговору. Шото безразлично взял клубничный йогурт и шумно отпил. Но резкая вибрация телефона застала его в расплох. Захлебываясь любимым напитком, он взял гаджет и по инерции ответил. – Я около тебя, - грубый хрип, на той стороне провода, можно было узнать из тысячи. И даже понять какая сейчас физиономия у блондина. – Я выхожу, - парень радостно отключился и быстро побежал к входной двери. Такое счастье переполняло его тело, что он был готов запищать как малолетняя школьница, которой посчастливилось увидеть своего возлюбленного. Быстрее добежав до той заветной двери, отделяющей его от любимого человека, он резко распахнул ее и дерево тихо затрещало. Бакуго был очень сердит, его брови, казалось, сдвинутся в одну большую, а веки полностью накроют глаза. Хвойный лес сразу же проник в дом и с большой скоростью стал распространяться, Шото виновато съёжился, отходя в сторону. Но твёрдая рука альфы схватила его за затылок и дерзко потянула на себя. Бакуго грубо впился в суховатые губы и углубил поцелуй языком. Тодороки растерянно схватился за талию блондина и сжал футболку, чтобы не упасть от сильного напора и ярких чувств. К губам моментально прилила кровь и забегала колкими мурашками. Кацуки судорожно рыкнул, сжимая разноцветные волосы и притягивая ещё сильнее к себе. Ему так хотелось чувствовать своего омегу, проникнуть куда глубже, чем в теплый ротик, наверное, в саму душу, хотя, блондин и так навсегда будет в ней и сердце Шото. Только он ещё сомневается в этом, а, может, и нет... Заметив попытки выбраться из-под этой бешенной волны, альфа отпустил парня и посмотрел прямо в глаза. Шото жадно собирал воздух в легкие, продолжая сжимать пальцы на футболке блондина и рефлекторно облизывая нижнюю губу. Казалось его причуда выйдет из под контроля и спалит несчастную ткань, которая уже начала нагреваться. Теплая рука альфы аккуратно провела вдоль красной и мягкой щеки, массируя напряженную кожу. Хотя взгляд его оставался голодным и стеклянным, то есть, совершенно не совместимый с этими действиями. Но ведь Бакуго просто пытался успокоить, удивленно смотрящего в красные глаза, Шото. Не выдержав такого зрительного контакта, омега долгожданно уткнулся в шею блондина и крепко обнял. Кацуки хмыкнул и сделал взгляд по проще, сжимая родное тело в своих руках и царапая кожу на локте шершавыми пальцами. – Я скучал, - тихо прошептал Шото и поцеловал горячую шею. В ответ Бакуго только обиженно рыкнул. – Эй, я так-то тоже. Бесишь меня, не мог предупредить, что спишь! – Но как? Я же спал. – Ц, заткнись и не беси меня еще больше. – Я не бешу. Ты тоже виноват. – В смысле я виноват!? Блять, двумордый, не усугубляй ситуацию! – Я не усугубляю, а отстаиваю свою точку зрения. – Какая, нафиг, точка зрения!? Написать мне даже не мог, может, я... я... ц, иди ты к черту! – Но ты сам меня держишь, разве нет? – Да кто тебя держит!? - с этими словами Бакуго выпустил Шото из объятий, раздраженно фыркая в сторону. Тодороки тихо рассмеялся, закрывая рот рукой. Такое поведение блондина умиляло омегу и заставляло задуматься о его психологическом возрасте. Иногда Кацуки ведёт себя, как избалованный мальчишка, у которого отняли любимую игрушку за не послушание, но когда дело доходит до чего-то неприличного, все эти мысли становятся сплошным бредом. – Эй, я посмотрю как ты будешь смеяться подо мной, - грубо и возбужденно прохрипел альфа, хватая Шото за упругую задницу. Гетерохром сразу же вскрикнул от неожиданности, прикладывая свою ладонь к своевольной руке. – Кацуки, не надо, - серьёзно проговорил он, пытаясь отодрать похотливую конечность. Блондин покорно убрал руку и облизнулся, - Послушай. – Что? - альфа поднял бровь и внимательно посмотрел на омегу. – Отец хочет поговорить... – О чем? – Не знаю, но... Громкий хлопок чего-то массивного перебил Шото и принудил моментально повернуться назад. Около источника звука, опершись о стену, стоял Старатель, который сердито пыхтел и выпускал дым из ноздрей. По одному его виду можно было понять, что он очень не доволен, ведь около его сына стоит тот, кого он меньше всего хотел бы знать. Кацуки прекрасно понимал это и пользовался моментом, чтобы позлить героя номер один. Он вплотную подошёл к Шото и положил руку на его талию. Тот недовольно шикнул и чуть смутился. Блондин дерзко ухмыльнулся, будто бросая вызов самому Старателю. – И долго вы будете здесь стоять!? - грозно отчеканил Энджи, прожигая взглядом ненавистного парня. – Да, проходи, Бакуго-кун! - из-за угла вышла девушка, светившая своей радостной улыбкой. Кацуки ее припоминал и, кажется, где-то видел, но сразу понял, что голос был не такой, как утром. В своих руках она сжимала влажную тарелку, явно только что вымытую. Отец глупо посмотрел на дочь и мысленно ударил Бакуго по лицу. Именно его, не себя. Шото потянул блондина за руку, направляясь к сестре. – Пожалуйста, не груби ему, - раздраженно прошипел омега, косясь на своего гордого парня. Тот злобно сверкнул глазами, но кивнул. На кухонном столе уже стояли кружки с зеленым чаем, от которых исходил чудесный аромат. Так всегда пахло от Шото, перемешиваясь с его природным запахом. Бакуго невольно начинал таять как только чуел свою омегу. Но не сейчас, когда спину прожигают бирюзовые глаза и мысленно посылают проклятия. Как бы блондин не старался, но нервишки его сдавали, поэтому он еще сильнее стиснул обмягшую руку, на что ее хозяин шикнул. – Все хорошо? - вновь прошептал Шото и постарался быть более мягким. – Да, - буркнул парень и расцепил руки, чтобы показать свою непоколебимость. Обстановка кухни очень располагала к себе своим уютом и жизненным теплом. Кажется, Фуюми и Рей хорошо постарались над удобством гостя. Даже Шото удивился такой смене атмосферы или это из-за того, что он так давно не был дома!? Хотя, это не так важно. – Ой, Бакуго, прости. Шото говорил, что ты не любишь зелёный чай, - взволнованно пролепетала Рей и виновато развела руками. Кацуки вмиг посмотрел на гетерохрома, который с большой скоростью покрывался краской, и странно хмыкнул. - Я сейчас сделаю другой. Прости ещё раз, - она еще нежнее улыбнулась и взяла кружку с зеленым чаем, собираясь выливать. Блондин неудобно кашлянул и открыл рот, чтобы остановить женщину, но Старатель злобно рыкнул, подходя к жене. – Ничего и такой попьет! - он выдернул из ее рук кружку и шумно поставил обратно. От такой силы жидкость выплеснулась за края посуды, выливаясь на стол. Рей распахнула глаза, поспешно вытирая лужу каким-то полотенцем, который явно был сделан не для этого. Кацуки раздраженно посмотрел на Энджи и по-хозяйки сел за стол, закидывая ладышку на свою коленку и откидываясь на спинку стула. От такого дурного тона Старатель вскипел еще сильнее, быстро выдвигая стул и усаживаясь напротив ненавистного мальчишки. Их взгляды наконец полноценно встретились, они смотрели так, будто два самых ужасных врага хотят убить друг друга. Видимо, это и было так. Кацуки нисколько не поддавался под давление Энджи, на что тот сильнее злился. Шото закатил глаза и сел рядом с блондином, скрещивая руки. – Бакуго, ты как раз подоспел к завтраку, - Рей спокойно пододвинула к гостю новую кружку, но уже с крепким кофе, - Надеюсь, тебе понравится. – Спасибо, - хрипло сказал он и втянул в легкие запах любимого напитка. Как бы женщина не старалась, но напряжение между двумя альфами все равно росло и повергало в шок. У Фуюми даже закружилась голова и она покинула кухню, ссылаясь на встречу с друзьями. Самой Рей было трудно находиться в очаге двух диких феромонов и видеть эти злобные глаза, но ради сына она терпела. Шото же спокойно пил чай и держал свою руку на коленке Бакуго, чтобы, если что, сдержать гнев. Его нежные и прохладные поглаживание отлично способствовали этому. – Энджи, может скажешь что-нибудь, - жена первая не вытерпела бездействий мужа и как только могла, подталкивала его. Старатель как будто вышел из нирваны алых глаз, кашляя и сдвигая брови. Кацуки нервно сглотнул горячий кофе и стал ждать "приговора". – Да, - Энджи нервничал не меньше, боясь потерять сына при любом раскладе дел, - Ты, - он посмотрел на Бакуго вновь, - У вас все серьёзно? – Как видишь, - язвительно выплюнул парень и задрал голову, на что получил удар по коленке от своей омеги. – Именно, что не вижу, - Старатель ехидно улыбнулся, наблюдая за реакцией светловолосого. Тот вздыбился и откинул руку Шото со своего колена. – Слепой, что ли!? – Да как ты смеешь!? Забыл с кем разговариваешь? - Энджи ударил по столу и привстал со стула, опираясь о деревянную поверхность стола. – Даже не знал! Мне плевать кто ты! - Бакуго поступил так же и сжал руки в кулак, пропуская воздух через зубы. – Аналогично, так что не мешайся! – Да пошел ты, старик! Я не собираюсь тебя слушать! - на одном дыхании прокричал блондин прямо в лицо разгоряченного Старателя. – Нет, пошел ты! Ты не достоин моего сына! – Не тебе решать! – Прекратите! - Рей впервые за долгое время повысила голос и грубо усадила мужа на место, надаваливая на плечо. Кацуки же сам сел без посторонней помощи и отвернул голову, - Раз вам дорог Шото, то спросите его! - она перевела взгляд на грустного сына, который явно боялся такого расклада событий. Альфы в раз посмотрели на него, пересекаясь друг с другом взглядами. Кацуки положил свою руку на плечо омеги, но ее тут же скинули. – Шото... – Я просил тебя не грубить. - его голос дрожал от гнева и обиды. Казалось, он сейчас не выдержит и активирует причуду, разрушив все вокруг. – Сынок, - Рей быстро позвала омегу и успокаивающе улыбнулась, - Не горячись. – Шото, почему именно он? - резко задал вопрос Энджи, почти перебивая жену и внимательно смотря на сына. Кацуки заметно напрягся и одарил презрительным взглядом героя номер один. – Я не знаю, - не раздумывая, произнес Тодороки младший и более спокойно взял руку блондина, сжимая в своей. – Почему не тот парень или твой друг!? - Старатель не успокаивался - Он же неуравновешенный!? - он мог уверенно делать такие выводы о Бакуго, ведь видел его не раз и, к сожалению, знал лучше, чем кажется. – Я знаю. - Кацуки непонимающе уставился на омегу, но тот не обращал внимания на вопросительные взгляды, смотря только в глаза отца, - А еще хороший герой и... мой альфа. В воздухе повисло молчание. Было слышно только тяжелое дыхание Энджи, который безнадежно опустил голову. Он все равно не мог понять, как его сын влюбился в такого отброса и не хотел смиряться, но серьезный и искренний вид Шото заставлял верить. Верить в эту любовь... – Ладно, делайте, что хотите, - он махнул рукой и покосился на блондина, - Время покажет. Шото счастливо улыбнулся и впервые радовался поступку отца, сжимая руку Бакуго, который победно усмехнулся. Он же всегда побеждает, даже, героя номер один. *** – Кацуки, - мягко позвал Шото и схватил альфу за подбородок, прищурив глаза, - О чем это ты думаешь? – О тебе, - без раздумий ответил он и чмокнул гетерохрома в нос. – То есть, думаешь обо мне, но на меня не смотришь, - омега серьезно стал размышлять над этим, примеряя все возможные мысли и отговорки Кацуки. – Эй, полегче, половинчатый, куда столько думать!? Давай отдохнем, а то скоро опять в эту академию, - альфа устало зевнул как только вспомнил, как его нервы сдавали, когда он кропотливо сидел над тестом и был готов выдрать себе все волосы. – Я думал, тебе она нравится, раз ты так хотел поступить именно в нее. – Хм, она мне нравится только тем, что там я встретил тебя. Шото мгновенно вспыхнул и невольно соскочил с лавочки. Кацуки озадаченно поднял взгляд, хватая омегу за руку и притягивая к себе. Не удержав равновесия, парень упал на колени блондина, в голову пришло какое-то дежавю. – Че случилось? - блондин явно не понимал такой яркой реакции на его слова, поэтому потупил взгляд. – Просто, ты так редко говоришь мне такое, - Шото скрыл свои румяные щеки за рукав ветровки. – Ха, почему это редко!? - альфа приобнял омегу и поцеловал в край лба. – Только если тебе что-то нужно от меня, - Тодороки сщурил глаза и ухмыльнулся. На что получил щипок в бок. – Эй, не наглей, куколка, - он мягко зырылся носом в его шею и прикусил мягкую кожу, - короче, могу тебе так каждый раз говорить! – Да ты не сможешь, - гетерохром продолжал открыто провоцировать своего альфу и ехидно улыбаться. – С чего! - Бакуго серьёзно нахмурился, находясь будто на каком-то турнире, - Слушай, если ты эм...блять, короче... – Ну, видишь, ты не можешь даже придумать, так чт.. – Если ты мой ледяной айсберг, то я твой титаник! - на одном выдохе произнес парень, сдвигая брови и наблюдая за реакцией омеги. Шото поражённо смотрел на своего романтика и сердце его стучало, как у сумасшедшего. Эта фраза прозвучала так мило и так искренне, что к горлу подкотил комок радости. – И кто научил тебя такому? - он счастливо засмеялся, сильнее обнимая свою любовь и целуя в губы. Бакуго чуть-чуть покраснел, зачесывая волосы назад и улыбаясь как дурак. – Ну точно не Киришима! - иронично произнес он и стыдливо закрыл глаза. Шото еще сильнее рассмеялся, как никогда раньше, чувствуя себя самым счастливым человеком на Земле. Ведь у него есть тот, кому он может доверять, тот, кто может его любить таким, какой он есть. Навсегда. – Я люблю т... - вдруг омегу перебила вибрация телефона, проходящая по всей ноге. Он быстро сориентировался и ответил на звонок, не смотря на экран, - Да? Почему-то после этого повисло долгое молчание, но был слышен тяжелый вздох. Тодороки подумал, что кто-то ошибся и хотел уже отключиться, но вдруг послышался нервный кашель. – Привет, Шото, - парня сразу осенило, ведь он не мог перепутать такой знакомый голос. – Шинсо!? Что-то случилось? - обеспокоенно спросил он, сжимая плечо напряженного блондина. – Нет, просто хотел услышать твой голос. - Хитоши с трудом сглотнул тяжелый комок и постарался накопить силы для разговора. – А говоришь так будто что-то произошло, - Шото немного смутила такая откровенная фраза, но он не стал зацикливаться на не нужном. – На самом деле, я бы хотел встретиться, поговорить. Ты не против сейчас? – А... Да, конечно. Где? - Шото слез с колен блондина и отряхнул штаны. – В кафе, я скину адрес, - Шинсо напрягся, боясь после этого услышать безразличное "нет". – Хорошо. До встречи, - получив в ответ тихий хмык, омега отключил телефон и повернулся к злому Бакуго. – Какого хрена он тебе названивает!? - альфа как всегда создал панику из ничего и явно был сам не рад этому. Но то, что его омега будет общаться с тем, кого он терпеть не может, выводило из равновесия спокойствия еще сильнее. – Я должен с ним встретиться, обещаю, все будет хорошо, - пропустив мимо ушей скандальный вопрос, Шото махнул рукой и направился к месту встречи. – Эй, ты офигел, иди сюда! - он соскочил с пригретого места и кинулся за гетерохромом, - Половинчатый, подожди! Я с тобой! Я одного тебя к нему не отпущу! Тодороки притормозил и обернулся на кричащего парня, смотря на него странным взлядом. Тот сильно схватил его за руку и потянул на себя, зажимая около ближайшего дерево. – Кацуки, что ты делаешь!? - омегу аккуратно ткнули носом в деревянную кору. Блондин сильнее придавил его своим весом. – Я сказал, без меня ты не пойдешь. Понял!? - альфа прошипел сквозь зубы прямо в ухо омеги. – Но нам нужно поговорить наедине, - гетерохром выдохнул в дерево, царапая кожу носа толстой и грубой поверхностью. – Вам!? Теперь нет никаких "вас"! Пока есть я! Ты понял меня!? - Кацуки будто зверел с каждым словом, проникаясь злобой ко всему живому. – Я не твоя вещь, чтобы так говорить! - Шото повысил голос, отталкивая блондина чуть от себя и поворачиваясь лицом. – Эй, ошибаешься, - только он хотел подойти вплотную, Тодороки быстро отбежал от дерева и опустил голову. – Значит, так? Всего лишь вещь? - в его тоне была слышна обида в перемешку с горечью, казалось, что вот-вот он заплачет, - Я понял. С этими словами Шото повернулся и ушел от шокированного блондина. Было видно даже через его непоколебимую походку тряску тела и резкие дрожания плеч. *** Разговоры неизвестных людей практически не выделялись на фоне шумного кафе, который был совершенно неприметным и маленьким. Но так создавалось больше уютной атмосферы. Здесь хотелось невольно расслабиться и забыть про все проблемы. Шинсо умеет выбирать места для встреч. А вот, кстати, и он, подходит к столику, где его уже ждет печальный Шото. На лице альфы появилось удивление и он тут же сел рядом. В глазах омеги блестела маленькая пелена слез и создавала больше бликов, чем обычно. Это было бы красиво, если бы не так печально. Ведь Шото сейчас еле держится, чтобы не потерять свое безразличие. Но Шинсо видит его насквозь, всегда видел... – Что сделал Бакуго? - моментально задал вопрос он, понимая, что до такого состояния Тодороки может довести только вспыльчивый блондин. Он словно бомба, может оберегать, но тут же поранить куда хуже остальных. Это знали все и держались не так близко к нему, но видимо Шото плевать на это. – Ничего. Говори, что хотел. - последнее слово дрогнуло и заставило вздрогнуть само тело. Даже холодный тон не мог скрыть трепещущее чувсво. – Тебе, правда, хорошо с ним? - альфа опустил взгляд, не имея права больше смотреть на друга. Шото молчал. Часом ранее он бы без раздумий ответил, что он просто счастлив, но сейчас... Сейчас все не так. Какая-то маленькая перепалка вновь разделила их и заставила задуматься над чем-то новым. Может, это судьба или Тодороки слишком восприимчив, ведь должен уже привыкнуть к выходкам своего блондина. Видимо, до этого еще долго. Молчание продолжало длиться, казалось, что время и правда стало резиновым, только тянется уж слишком медленно. – Он мне дорог, - заключил гетерохром и посмотрел в стеклянную входную дверь. – Я хочу, чтобы ты был счастлив, - Шинсо тяжело вздохнул, - Поэтому я уйду из твоей жизни. – Что? - омега резко повернулся к другу, не веря услышанному. – Бакуго будет злиться, если мы продолжим общаться, а тогда будет плохо тебе. Тем более, больше мы не сможем дружить как раньше. Прости, если все испортил. Я эгоист и должен дать тебе шанс на хорошую жизнь. От этих слов Шото побелел не на шутку, а самое страшное было то, что это правда, абсолютная... Ведь в этой жизни кто-то должен остаться в проигрыше. Но смиряться с этим трудно. Шинсо не просто знакомый, не просто друг, он стал чем-то большим, стал родным. Несмотря на весь тот ужас, что был с гетерохромом, он прощал друга и верил во все слова. Как и сейчас. К горлу вновь подкотил большой комок, который, казалось, разорвет его стенки и вырвется наружу. Но первая обжигающая дорожка прошла увы не по лицу Шото, а Хитоши. Он не мог сдержать эмоции и чувства, ведь сейчас он теряет любимого человека. Навсегда. Это больнее, чем кажется. Сердце разрывается на куски, а хотелось бы, чтобы разбилось. В дребезги, не оставляя следов, и очень быстро. А не так, как сейчас, медленно и мучительно. Шото наблюдал, как из сиреневого глаза выбегает еще одна слезинка и, как хрусталь, падает на мягкую ткань свитера. Невольно он всхлипывает, сдерживая свой поток слез. Почему нужно делать выбор? Неужели, нельзя жить нормально? Кажется, нет. – Шинсо, не нужно это делать, - омега нежно обнял друга за плечи, продолжая держать слезы в глазах, которые уже ничего не видели. Перед ними все плыло, как у безжизненного. Хитоши обнял в ответ и молчал, наслаждаясь присутствием гетерохрома и теряясь в потоке его феромона. – Шото, я решил, так будет л... – Чш, не говори этого, - прошептал омега, прикладывая свой палец на упругие губы Шинсо, тот невольно покраснел и удивленно посмотрел на друга, - Ты же знаешь, мы всегда будем друзьями. – Но, Бакуго, он... - сквозь палец проговорил парень, - Он... – Кацуки хороший, он все поймет, ведь знает, что... мое сердце принадлежит только ему, - мягко сказал омега и отодвинулся от альфы, заметно краснея. – Я не буду его злить, - прошептал он и встал из-за столика, поворачиваясь к гетерохрому, - Пока. - «Люблю тебя»... Тодороки одними губами попрощался и непонимающе опустил голову на столешницу. Голова его была готова взорваться от всех этих мыслей. Так хотелось спокойствия и понимания. – Принадлежит мне, значит, - взади послышался сиплый голос, который эхом ударил по вискам. Шото моментально повернулся в сторону нарушителя покоя и открыл рот. – И давно ты здесь? - он явно был рад, но не хотел показывать это сразу. – С самого начала, - блондин подошёл к омеге и сел на то же место, где сидел Шинсо, - Ну и драма тут у вас! – Тебе какое дело!? - огрызнулся Тодороки и гордо задрал нос. Явно чувствуя себя в этой ситуации королевой. – Все что касается тебя, мое дело. Еще не понял? - Кацуки красиво ухмыльнулся, поражая сердце гетерохрома очередной атакой смущения. – Почему? - будто желая услышать ещё раз заветные слова, провоцировал омега. – Хочешь, чтобы я прижал тебя к кровати? - пошло облизнулся альфа, хватая его за талию. Шото обиженно надул щеки и опустил взгляд. – Ты как обычно, - грустно подметил он и вновь посмотрел на блондина. – Эй, - осторожно позвал Кацуки и приподнял подбородок своему любимому, - мое сердце тоже принадлежит только тебе, крошка, - жарко прошептал он, целуя Шото в мягкие и поддатливые губы. Поцелуй был не долгим, но очень нежным, за что Тодороки сразу же простил Бакуго все обиды и плохие поступки. Ну, не мог он злиться на такого человека, как Кацуки, да и не хотел. – Кацуки, почему ты такой... – Какой? – Самый лучший? – Ну, это же я! Шото тихо рассмеялся, закрывая рот рукой и обнимая возлюбленного за шею. Наверное, это его самое любимое место на теле блондина. Такое теплое и сильное. А Кацуки, кажется, любит всё тело Шото, поэтому так сильно сжимает каждую его клеточку и точно никогда не отпустит.