Небо в твоих глазах

Руки ужасно затекли, а пальцы практически потеряли чувствительность. Судя по боли в локтях, Итачи подвесили к стене или потолку — нет, точно к потолку. Он не чувствовал за собой твёрдой поверхности, да и ноги едва касались земли. Прекрасно. Дважды попасться в ловушку врага — это, пожалуй, его личный рекорд. Итачи чуть приоткрыл глаза, обнаруживая, что находится в тюремной камере, но он был здесь не один. Кто-то усердно скрёб кунаем по деревянной табличке, прислонившись к стене. В свете факела отчётливо просматривалась высокая фигура, но длинные волосы практически полностью скрывали лицо незнакомца. Стараясь не шевелиться, Итачи воззвал к своему Шарингану, однако, вместо прилива сил, ощутил ужасную боль в голове. — Я бы на твоём месте этого не делал. — услышал он спокойный мужской голос. — Твоя чакра теперь полностью под моим контролем. Так что чем сильнее будешь сопротивляться, тем хуже тебе будет. Как ни странно, это заявление не удивило Итачи. Он понимал, что человек, который сумел захватить его в плен, был силён. А учитывая некоторые факторы, он уже догадывался, кто перед ним стоит. — Котсумо Дару, я полагаю? — бесстрастным тоном выдал Итачи. — Я польщён. Мужчина перестал скрести кунаем по табличке и поднял глаза. В них читалась не то надменность, не то удовлетворённость, но холодная полуулыбка говорила о чём-то недобром. — Удивлён, что я так быстро тебя нашёл? — поинтересовался Дару, возвращаясь к своему процессу. — По правде говоря, я никогда тебя и не терял. Он ненадолго замолчал, вырезая кончиком особо сложную часть. Было похоже, что он не особо торопится выложить карты на стол, намеренно испытывая терпение Итачи. — Если не ошибаюсь, Акиро ударил тебя в ногу? — это скорее было утверждение, нежели вопрос. — Думаю, ты даже не заметил странную точку, появившуюся рядом с порезом. Не самая сильная моя техника, но идеальная, если нужно за кем-то проследить. — он неторопливо подул на табличку, сдувая с неё стружку. — Это особая печать, которая работает как маячок. Передаётся через касание и совершенно не ощущается после. Так что я уже давно почувствовал твоё приближение… Учиха Итачи. На мгновение Дару поднял на него фиолетовые глаза, излучающие холодную расчётливость. Итачи хорошо знал этот взгляд. Он достаточно долго видел его в зеркале, чтобы запомнить. — Ты убил моих лучших людей, — задумчиво выдал мужчина, а затем добавил с улыбкой. — И заставил меня восхититься. Я не мог дождаться того дня, когда смогу добавить тебя в коллекцию. Но время шло, а ты всё также оставался в Конохе, где мои люди не могли тебя достать. И я уже было потерял надежду, как вдруг, моё долгожданное оружие само пришло ко мне в руки. — Что тебе нужно? — холодно спросил Итачи. Ему уже порядком надоело выслушивать неторопливый монолог Дару. — Ничего особенного. Всего лишь, чтобы ты помог мне уничтожить свою деревню. — ответил он, опуская глаза обратно к табличке. — Видишь ли, я сейчас немного занят промыванием мозгов местному лидеру. Делать его послушной куклой было бы куда проще, но здешние шиноби слишком подозрительны. — он недовольно хмыкнул, будто делился обычной проблемой. — И я бы так не заморачивался, но переправлять своих людей через весь океан довольно затратно. Да и зачем жертвовать собственной армией, если можно использовать чужую? Он произносил это всё с такой уверенностью, словно уже знал, что победит, и просто дожидался скорого триумфа. — С чего ты взял, что я буду помогать тебе? — выдал Итачи с безразличием. — С чего взял? — удивлённо потянул Дару. — Ну хотя бы поэтому. Он направил в сторону своего пленника кончик куная, и тот ощутил невероятную боль, словно его заживо сжигали изнутри. Боль начиналась от живота и уходила к другим частям тела, заставляя лицо шиноби искривиться в агонии. Итачи запрокинул голову назад и крепко сцепил челюсти, не позволяя ни звуку вырваться наружу. Его трясло мелкой дрожью, а лёгкие сжались, не давая вдохнуть. Он не знал, сколько продлилась эта пытка, но когда она закончилась, едва ли мог надышаться. — Думаю, такого шиноби, как ты, будет непросто сломить, однако у каждого есть свои слабости, — мужчина убрал кунай и неторопливо повернул табличку. — Я прав? Итачи замер, увидев на деревянном холсте лицо, которое было ему до боли знакомо. Его глаза на мгновение расширились, а внутри зародился холодный гнев. Он, конечно, предполагал, что Дару будет использовать грязные методы, но уж точно не был готов к такому. — А она красивая. — вожделенно прошептал правитель Империи, глядя на свою работу. — Я могу понять, почему ты оставил деревню ради неё. Такая бойкая. Я многое про неё слышал, но увидев в живую… понял, что к чему. Руки Итачи гневно сжались в кулаки, хотя лицо его по-прежнему оставалось непроницаемым. Он прекрасно понимал, к чему ведёт его оппонент. — Вот тебе моё условие: я не убью девчонку, а взамен ты принесёшь мне голову Хокаге. По-моему, честная сделка. Дару с наслаждением смотрел в терпеливые глаза шиноби. Как жаль, что Итачи не мог использовать на нём свой Шаринган. Он бы показал ему настоящую боль. — Не торопись, я дам тебе время всё обдумать. — сообщил мужчина, возвращая хищный взгляд на табличку. — А пока ты решаешь, я, пожалуй, присмотрю за нашей милой Ханикой. Ты ведь не против, если я немного поиграю с ней? Это сработало, заставляя глаза Итачи полыхнуть свирепой яростью: — Не смей. — предупреждающе прошептал он. — В этом мире нет ничего, что я не мог бы заполучить. И тебе придётся это усвоить, Учиха Итачи. — грозно выдал правитель Империи. — Я мог бы хоть сейчас заставить тебя напасть на Коноху, но это будет не так интересно. Лучше бесчувственной марионетки, может быть лишь человек с отчаянием в глазах, потерявший всякую надежду. Не волнуйся, — он прислонил портрет Ханики к решётке напротив своего пленника. — Я верну тебе то, что от неё останется… как только выполнишь мою просьбу. — Я согласен. — бросил Итачи, едва сдерживая ярость. — О нет, не стоит так торопиться. Подумай, как следует, прими взвешенное решение. Дару наслаждался процессом. Он точно знал, куда следует надавить, чтобы заставить людей действовать по своему усмотрению. — Стой. — прорычал Итачи, видя, как правитель Империи приближается к выходу. — Я сделаю, что скажешь, только не трогай её. — Конечно, сделаешь. — ответил Дару, покидая камеру и закрывая решётку на замок. Итачи едва не трясло от злости и собственной беспомощности. Он всегда старался отвергнуть чувства, когда дело касалось миссий, и никому не позволял играть собой. Он сам тянул за ниточки, но сейчас его руки был скованны, а в душе неминуемо росло чувство отчаяния. Дару всё же добился своего — заставил человека, чьё сердце считалось непоколебимо твёрдым, испытать страх. Итачи впервые за много лет ощутил себя добычей в руках хищника, ведь его глаза ещё ни разу не уступали чьим-либо техникам. Это он внушал страх, а не наоборот. Похоже, что карма всё-таки злая штука. Итачи предполагал, что когда-нибудь поплатится за свои грехи, но не ожидал, что это будет так жестоко. Ханика ведь ни при чём, она не виновата в его глупых амбициях. Подумать только, решил стать нормальным, даже позволил себе мечты о семье! Какой же идиот. Будто такой человек, как он, способен на нормальную жизнь. А теперь девушка, которую он так любил, попадёт в руки мерзавца и будет страдать по его вине. «Ну, нет,» — холодно пронеслось в его голове. — «Сначала ты подавишься моим трупом, прежде чем коснёшься её.» Он запрокинул голову назад, бросив взгляд на железную петлю в потолке, держащую его цепь. Что ж, может быть чакру он использовать и не мог, но его мышцы всё ещё работали. Оттолкнувшись носками, Итачи крепко схватился за цепи и раскачнулся. Его ноги взмыли вверх, переворачивая шиноби головой к полу. Уперевшись одной ступнёй в потолок, Итачи со всей силы ударил другой в петлю. Ничего не произошло, только пыль полетела вниз. Но он и не ожидал, что это будет легко. Используя цепи как опору, Итачи снова и снова обрушивал удары ногами. Голова уже порядком кружилась, а по лбу к волосам стекали капельки пота, но он скорее бы сломал себе ногу, чем остановился. Наконец, его упорство увенчалось успехом, и последний удар выломал петлю, отправляя Итачи вниз. Хорошая реакция позволила ему вовремя перевернуться, приземляясь на корточки, и по коридору разнёсся звон цепи. Пошатываясь, Итачи поднялся и вытер со лба пот. Теперь оставалась железная решётка, справиться с которой будет явно посложнее. Он взглянул на свои руки, скованные железными кандалами. От кистей к плечам тянулась вереница запутанных символов, значения которых он не знал. Нужно было торопиться. Внезапно в коридоре послышались ускоряющиеся шаги, и через мгновение перед решёткой возник человек с протектором Вулкана на лбу. Грозно ухмыльнувшись, он сложил несколько печатей, готовясь обрушить на Итачи какую-то технику, как вдруг, в его голову прилетел смачный удар ногой. Шиноби с грохотом повалился на пол, раскинув конечности, и возле его тела приземлилась невысокая фигура девушки. — Слава Богу. — выдохнула она, поворачиваясь к Итачи. Поначалу, он не поверил своим глазам, решив, что перед ним какая-то иллюзия. Но сердце подсказывало, что это не обман. Это действительно была Ханика — живая и невредимая. Тяжёлый камень упал с его груди, позволяя улыбке коснуться уголков губ. Страха больше не было. — Ханика. — прошептал он, протягивая ладонь между стальными прутьями. Девушка взволнованно взяла его за руку, сплетая их пальцы вместе. Её тёплый искренний взгляд был лучшим подарком после всего случившегося. Итачи сам не заметил, как вторая рука скользнула вперёд, касаясь её лба двумя пальцами. Ханика чуть удивилась, но восприняла этот жест, как нечто сокровенное, и смущённо опустила глаза. — Что это? — нахмурилась она, увидев символы на руках Итачи. — Это техника Дару. — Это не его техника. — тут же насторожилась девушка, разглядывая странные знаки. — Она принадлежит моему клану. Её глаза потемнели, наполнившись гневом, а губы яростно поджались. Если бы Итачи её не знал, то подумал, что она вот-вот раскроит кому-нибудь череп. Прикрыв глаза, девушка сделала глубокий вдох и выдох. — Давай-ка вытащим тебя отсюда. Обернувшись к лежащему без сознания шиноби, Ханика стянула с его пояса связку ключей. К счастью, выбор был не велик, и спустя несколько попыток ей всё же удалось подобрать нужный. Вставив ключ в замочную скважину, девушка сделала несколько тугих поворотов. Наверное так себя чувствует человек при виде долгожданного подарка. Ты вроде бы знаешь, что там внутри, но не можешь дождаться, когда это окажется в твоих руках. Итачи ощущал нечто похожее и с трудом заставлял себя устоять, глядя, как железная дверь отодвигается в сторону. Мгновение, и Ханика рванула вперёд, накидываясь на Итачи с крепкими объятьями. Он шумно вдохнул её запах, прижимая к себе, словно боясь, что она вот-вот может исчезнуть. Несколько секунд они молча стояли посреди камеры, впитывая тепло друг друга. Коснувшись ненадолго её лба своим, Итачи медленно потянулся к губам девушки, забирая долгожданный поцелуй. Он целовал мягко, но в то же время очень настойчиво, скользя рукой по стянутым резинкой волосам. Это было похоже на зависимость. Он уже не мог оторваться, желая продлить момент эйфории как можно дольше. Но Ханика сама разорвала поцелуй, прижимаясь рукой к его груди. — Надо разрушить печать. — тяжело дыша, прошептала она. — А ты сможешь? — Попробую. Сними, пожалуйста, рубашку. — Прямо здесь? Ханика не сразу уловила нотки игривости в его голосе. Но, сообразив, что к чему, смущённо закатила глаза. — Я рада, что Вы в хорошем настроении, Итачи-сенсей, но не мог бы Вы быть чуть посерьёзнее? — Хорошо. — ответил он, сдержав улыбку. Ему нравилось выражение лица Ханики, когда она смущалась. В этот момент она была похожа на шкодливого котёнка, которого застали врасплох, и теперь он не знает, куда себя деть. Итачи не стал мучить её, послушно выполнив просьбу и обнаруживая, что его торс тоже был покрыт символами. — Ясно. — задумчиво потянула девушка, касаясь рисунка на его груди. — Теперь понятно, почему твоя чакра такая странная. Здесь есть и другие печати. — Справишься? — Постараюсь. Опустившись на пол, Ханика попросила Итачи сесть напротив и достала кунай, разрезая им свою ладонь. Обмакнув пальцы в алую кровь, она торопливо стала наносить на его тело витиеватые символы. Когда с рисунком было покончено, девушка приложила ладонь к его сердцу, сосредотачиваясь. На её нижних веках стали появляться знакомые линии, дополняясь ещё парой, которые спускались по щекам и шее. Сначала Итачи ничего не чувствовал, но потом символы на его коже стали дымиться, словно их выжигало изнутри. Острая боль пронзила каждую клеточку его тела, однако она полностью оправдалась, когда Итачи почувствовал прилив чакры. Сила вновь вернулась к его глазам, позволяя Шарингану вырваться наружу. И тут его взгляд наткнулся на руку девушки, которая крепко прижималась к его груди. Чакра в её венах была ненормальной. Она как будто пылала, всё больше и больше наполняясь природной энергией. Кожа на её пальцах стала чернеть, заставляя Ханику болезненно искривиться. Она уже не могла справиться с той силой, что поглощала её, но упорно продолжала выполнять свою технику. Когда последняя печать испарилась с тела Итачи, её рука до самого локтя была покрыта чёрным ожогом. Тяжело дыша, девушка опустила ладонь и чуть покачнулась. Её немного трясло, а глаза опустошённо смотрели куда-то в пол. Полосы на лице Ханики стали исчезать, возвращая ей прежний вид, но рука всё ещё продолжала пылать чакрой. — С-сработало? — дрожащим голосом поинтересовалась она. — Да. — ответил Итачи, обеспокоенно глядя на девушку. — Что с твоей рукой? Ханика медленно подняла почерневшую кисть к глазам. Её взгляд насторожился, однако страха в нём не было. Сжав руку в кулак, она усиленно нахмурила брови, заставляя природную энергию вырваться из своей конечности. Дымясь, рука снова приобрела свой естественный цвет, а чакра в ней пришла в норму. — Это плата за использование силы, которая никому не подвластна. — объяснила девушка, поднимая взгляд на Итачи. — Если перестараться, то она может полностью поглотить, лишая рассудка. Ничего. — тут же улыбнулась Ханика. — Зато пореза больше нет. Она перевернула ладонь, подтверждая свои слова, но Итачи это мало успокоило. Ей не стоило так рисковать ради каких-то печатей, однако спорить он не стал. Да и зачем спорить, когда Ханика была здесь — рядом с ним, — а не в руках жестокого ублюдка. Теперь, когда сила Итачи была при нём, он был не прочь отплатить ему той же монетой. Может, техника Дару была и хороша, но он ещё не познал истинную силу Шарингана. — Идём. — произнёс Итачи, помогая девушке встать. — Пора покончить со всем этим.