Ты дружбой клялась, отдавая все платья, Но только, мне жаль, не умела дружить...

Девушка лежала на большой кровати, такой большой, что здесь могли поместиться и двое, и трое, и четверо. Она растянулась будто морская звёздочка, но даже так занимала лишь половину удобного ложа. Вторую часть она будто оставляла кому-то. Казалось, сейчас откроется дверь спальни, в комнату войдёт человек, ляжет рядом с девушкой, смотря на неё самым нежным и любящем взглядом, и они вместе заснут, обнимая друг друга. Время шло, а дверь так и оставалось неподвижной. Пьяное расслабление окутывало Олено тело. Сколько она выпила ? Что она пила ? На эти вопросы рассудок Оли не давал внятных ответов. Алкоголя было достаточно, чтобы тело потеряло всю энергию, но совсем недостаточно, чтобы заглушить стоны души. Она хотела перестать думать, перестать чувствовать... возможно, для этого нужно было лишь заснуть, но царство Морфея, как назло, не принимало её. За окном горели фонари, улицы были пусты: ни одной машины на дорогах, ни одного прохожего на тротуарах. Эти предрассветные часы были самым любимым временем Оли. Тогда кажется, что мир опустел, что он принадлежит лишь ей, что она одна осталась в нем. Нет больше людей, которые могут причинить ей боль. Нет больше поводов, чтобы нервничать. Можно лишь вдыхать холодной воздух ночи и наслаждаться тем, как он заполняет лёгкие. Именно это ей и захотелось сделать. Подышать полной грудью. Ощутить, что она жива, что последние события её вовсе не убили. Она еле-еле стала приподниматься с кровати. Опьяневшее тело её почти не слушалось, ноги подкашивались, глаза не могли сфокусировать, а руки лишь цеплялись за всё, что подворачивалось. Вот так, облокачиваясь на стены, девушка вышла из спальни, преодолела гостиную и зашла на балкон. Не смотря на то, что был уже июнь, на улице царил холод, такой же, как и в душе у Оли. Она села на один из двух стульев, которые стояли здесь. Взяла со стола зажигалку, пачку сигарет и закурила. Оля сразу вспомнила, как Лена боролась с её вредной привычкой. Темникова выбрасывала сигареты, не позволяла покупать новые и придумывала разные наказания, лишь бы та бросил это пагубное дело. Но, кажется, обе точно знали, что именно из-за Лены Оля начала курить. И именно из-за неё не может бросить. После очередной ссоры, когда эмоции захватывали рассудок, единственное, что помогало успокоиться - это никотин. Она прекрасно помнила, как после каждой затяжки становилось чуточку легче, чуточку проще пережить очередную перепалку между ними. Оля докуривала сигарету, выдыхала и шла к Лени мириться, так было почти каждый раз. Не разбираясь, кто прав, кто виноват, Серябкина всегда делала первый шаг к примирению, не потому, что её охватывало чувство вины, не потому, что у Оли было меньше гордости, а лишь потому, что Девушка так боялась потерять и разбить то хрупкое нечто, что было между ними. Сигарета была выкурена, и Оля просто так сидела на холоде. Она была бы так рада, если бы за спиной послышались легкие шаги. Горячие руки обвили бы шею. И нежный голос произнёс: «Чего же ты здесь сидишь ? Бедняжка, ты совсем замёрзла. Пойдём со мной в спальню. Я согрею тебя.» Но некому было это говорить, Оля жила одна и, кажется, очень давно никого к себя не подпускала ближе, чем это требовали рабочие отношения. Так она и просидела до самого утра. Рассвета, кажется, вовсе и не было. Ночное чёрное небо лишь сменилось серым, полностью затянутым облаками. Кажется, природа чувствовала всё то, что происходит на душе у Оли. Эта хмурость и эта холодная погода очень точно отражала внутренний мир девушки. Оля, кажется, совсем продрогла, когда из спальни послышался звук будильник. Пора вставать. Пора просыпаться. Хотя она даже не спала всю эту ночь. Она встала со стула. Кажется, действие алкоголя стало проходить. Дошла до спальни. Выключила будильник. Разделась и отправилась в ванную, где приняла горячий душ, который мог согреть лишь тело, внутри у Оли так же царил холод. Дальше всё пошло по приевшейся схеме.Умывание. Кофе. Одежда. Макияж. Обувь. Ключи. Телефон. Сумка. Машина. Офис. Уже на входе её встретил Макс и вырвал из мыслей, которые уже извели бедную девушку. - Привет. Как ты ? - А.... - Оля только сейчас обратила на Макса внимание - а, да, всё нормально - Вот и славно - Макс прекрасно понимал, что ничего нормального в Оленом состоянии нет, но не хотел лишний раз докучать заботой. Если Оля захочет поговорить, она подойдёт для этого сама. - готова к интервью ? - Да. Макс. Готова. - Оля старалась произнести это как можно увереннее, Но никакой уверенности в ней не было. Так зачем она всё это делает ? И ответа у Оли тоже не было. - Отлично. Идём в мой кабинет. Через час нам позвонят. Тебе нужно будет лишь ответить на заданные вопросы. Разговор запишут и выложат в сеть. Вот и всё. - Да. Хорошо. Идём. Час прошёл очень быстро в попытках поговорить на отстранённые темы. Новые клипы, песни. Они пытались обсудить какие-то рабочие моменты, но все мысли были заняты предстоящим звонком. И вот настал тот момент. Звонок. Оля тут же берет трубку. Она просто хочет с этим поскорее закончиться... «Это абсолютная фантазия.» Так Оля назвала тот пиздеж, который вылила Лена на Олю с Максом. «В реальности наша отношения... они несколько отличались от того, что она говорит. Я имею ввиду наши с ней.» Да, Оле всегда было сложно говорить, когда она нервничала. «Да. Мы с ней были вместе. Как девушка и девушка. Как люди в отношениях.» Уверена говорит она. И уже больше ничто не имеет знание.