The Island

      Они провели весь день на охоте. Алек подстрелил двух кроликов из лука и Магнус сказал, что этого будет вполне достаточно на дня два, если они смогут найти что-нибудь на гарнир. Таким образом, остаток вечера был потрачен на поиски ягод и фруктов.       Магнус рассказывал Алеку про разные виды растений: какие были ядовитыми, а какие нет. Как их распознать, как выбрать. Магнусу было скучно рассказывать очевидное, но он был готов на что угодно, чтобы отвлечь и успокоить его, лишь бы он не пытался уйти. Не то чтобы у Алека были шансы на побег, независимо от того, насколько он хорошо плавает, он утонет, прежде чем достигнет хоть какого-то острова. Магнус солгал, сказав, что с острова нет пути. Но он не лгал о том, что цивилизация близлежащих островов была далеко, что люди уже сбежали с них. Магнус не мог дать ему надежду, ведь тогда он никогда бы не перестал искать пути с острова. Прошло всего несколько дней, с начала соревнований и у Алека не было времени даже подумать о том, чтобы сбежать, пока он просто сосредоточился на выживании.       В начале охоты им всегда давалось несколько дней. И три, чтобы найти кандидатов, а затем привезти их на острова. Русалки сразу же начинали тренировать и готовить их к предстоящим испытаниям. На четвертый день соревнований больше не было возможности представить кандидатов и все должны быть сосредоточены на тренировках. На десятый день соревнования совет принимал решение о десяти жертвах, остальные будут брошены в океан на верную смерть. Через два дня первый вызов принимают оставшиеся кандидаты, когда они уже потратили некоторое время на работу, но самое интересное начинается на двенадцатый день.       Первый раунд должен был показать, насколько они хороши в воде, а также убить последнюю надежду в них. Люди нередко говорили о плотах и ​​лодках, поэтому в первую неделю они занимались их постройкой. Плот построен и буря скоро прибудет. Первые три затонувших оставались умирать в море, остальных спасали и возвращали на острова. В конце концов, человек, который выживет, станет последней жертвой, сутью ритуала, скрывающий их. Он всегда был грандиозным зрелищем и пользовался огромной любовью публики. С другой стороны, они были рады, что испытание происходило лишь раз в десятилетие, оно было слишком сложно и хлопотно.       Но в итоге весь сезон был очень веселым. Люди, которые не участвовали, делали ставки, выбирали фаворитов и даже дрались из-за разногласий.       Они не считали это убийством. Это была великая жертва, огромная честь. Единственная причина их жертвоприношения — единственный способ обезопасить себя от людей. Разве десяток жертвоприношений в десятилетие было так много в сравнении с тем, что люди убивали тысячи таких как они каждый год на протяжении веков? Это была месть.       — Подожди, так в чем же разница между этими двумя? — голос Алека вывел его из размышлений и Магнус улыбнулся, взглянув на ягоды в руках Алека, — Они выглядят точно так же.       — Нет, у этого немного другая форма. Разве ты не видишь? Этот больше похож на грушу, а этот больше на яблоко. Если ты съешь этот, ты умрешь. Так что заметь разницу.       — Что, если я просто не буду есть пурпурные ягоды? Тогда я не рискую умереть. Я думаю, что это лучшее решение, — Магнус вздохнул.       — Если ты хочешь, то пожалуйста. Но почти у каждого фрукта есть хотя бы один похожий, который будет ядовит, поэтому тебе придётся придерживаться довольно строгой диеты.       — Здесь нет нормальных фруктов? Я не хочу ягод в форме яблока, я хочу настоящее яблоко.       — Если ты найдешь яблоко, пожалуйста, расскажи мне. Я знаю этот остров наизусть и пока не нашел ни одного. Здесь есть бананы и манго. Может быть они подойдут. Бананы можно найти круглый год, а манго закончатся в августе, так что у тебя есть всего несколько месяцев насладиться ими.       Конечно, Алек на самом деле не собирался обходиться без манго, но оставалось максимум еще четыре недели, если ему повезет.       — Для парня, который прожил здесь всю свою жизнь, ты, кажется, говоришь очень похоже на кого-то из Нью-Йорка, — заметил Алек через мгновение, — Я имею в виду, ты даже считаешь месяцы? Ты знаешь, какой сейчас месяц? Ты празднуешь Рождество?       — То, что я живу на острове, не означает, что я животное. Я знаю как говорите вы, люди. Нью-Йоркцы. Может, моя мама была из Нью-Йорка, кто знает? Это маленький мир, — вероятно, Нью-Йорк был родным городом Алека, поэтому Магнус говорил с этим акцентом. Английский язык всегда казался странным, было столько разных видов его звучания. Он был разным почти для каждого человека, с которым Магнус разговаривал раньше. Но до тех пор, пока он мог опровергать подозрения Алека, не имело значения, как он говорит.       — Ты сказал, что никто никогда не уходил с острова. Как твоя мама попала из Нью-Йорка сюда, если он так далеко? У нее был корабль?       — Моя мама была в твоем положении. Её корабль затонул здесь.       — А как же твой отец? Ты сказал, что он ушел?       — Слушай, я был ребенком, когда он ушел. Я не помню как, я просто знаю, что я никогда не слышал о нем и был шторм. Он, вероятно, сейчас покоится на дне океана.       — Но как он сюда попал?       — Я не знаю, Александр. Удивительно, но я не помню то время, — огрызнулся Магнус.       — Ладно-ладно, прости. Я просто пытаюсь найти выход отсюда.       — Отсюда нет выхода, понимаешь? Я дам тебе знать, если найду, но надежды нет.       — Я должен вернуться к своим братьям и сестре. Они нуждаются во мне, им нужны деньги на учебу, чтобы им не приходилось работать где-то только ради них.       — Вот почему ты был на корабле? Зарабатывал для них?       — Да. У меня нет никаких дипломов, люди не будут нанимать такого, так что… Это была единственная работа, которую я получил. Она должна была длиться два месяца, а не… Не всегда, — Магнус хотел сказать, что это все равно займёт два месяца, но промолчал.       — Эй, штормы обычно придерживаются порядка. Я думаю… Через несколько дней придёт тишина. Как только ты поселишься, мы можем попытаться построить плот, хорошо? Я не могу обещать, что это сработает, но мы можем попробовать.       — В самом деле? Ты… Ты собираешься мне помочь? Спасибо!       — Пожалуйста. Но пока не за что благодарить, понимаешь? Примерно через неделю, — Алек взволнованно кивнул.       — Ладно. Да, спасибо.       — Теперь, давай. Тебе нужно разобраться с этими ягодами, — Алек вздохнул, но кивнул и они продолжили урок.       Всего лишь неделя до начала испытаний, Магнус уже добился того, чтобы воодушевить Алека. Лучшего начала и быть не могло.

***

      Алек был на острове уже восемь дней, он был одним из десяти избранных, кто мог стать последней жертвой. Магнус был очень взволнован, когда услышал, что Алек был выбран одним из десяти участников соревнований. Это была большая честь для Магнуса и Алека.       Первым испытанием было изготовление плота и способность выжить на нем. Магнус видел, что Алек более чем способен охотиться. Он научил его различать фрукты и ягоды, показал, как добывать рыбу, дрова и пресную воду. Алек уговаривал его сделать плот с тех пор, как он впервые приехал, поэтому Магнус был рад, что наконец-то может помочь ему. И сокрушить последние надежды покинуть остров.       Прямо сейчас Магнус наблюдал, как Алек попытался собрать топор с лезвием и палкой, которую он где-то нашел. У Магнуса его не было главным образом потому что это было частью испытания, чтобы сделать все с нуля, а также потому что в этом никогда не было необходимости. Они получали более чем достаточно древесины, собирая мертвые ветви с земли.       Но Алек был чрезвычайно мотивирован и дела продвигались быстро. Он сразу начал сносить дерево.       Солнце уже садилось, когда Алек срубил дерево и начал резать ствол на длинные плоские куски. Во всяком случае, так плоско, как только мог, с помощью нескольких инструментов под рукой. Магнусу пришлось силой оторвать его от работы, чтобы заставить поесть, а затем сумел убедить его немного поплавать. Все просили больше «записей» с Алеком, что было трудно, когда мужчина почти отказывался идти глубже, чем по колено в воду. Но хорошо, что многим он нравился. Каждый был бы счастлив, если бы выиграл и Магнус… Он не знал, какая награда за победу была в этом году, но это было что-то хорошее, как и всегда. Магнус никогда раньше не побеждал. Его, на самом деле, выбирали только два раза, а его человек всегда умирал в первые две недели. Но сейчас у Магнуса было чувство, что это его шанс. Алек должен стать жертвой.       Той ночью, когда Алек после долгого дня разной работы крепко спал, Магнус вышел из хижины, чтобы сообщить о ходе работы. Он не обращался уже два дня и это было ужасно. Он облегченно вздохнул, когда голубые чешуйки обвились вокруг его ног и вдохнул воду, чувствуя себя намного лучше.       Он плыл в глубине, наслаждаясь ощущением воды. Как бы Магнус не любил соревнования, свой дом он любил больше. Соревнование, жертва — это было все, что он мог сделать для сохранения дом. Вечером он хотел показать еще несколько голограмм Александра. С тех пор, как начались испытания, все десять участников были отобраны и размещены на своих островах, каждую ночь проводилось большое собрание. Русалочий народ, приносящий жертву, был приглашен показать зрителям свой выбор. Магнус был одним из первых, кто прибыл. Со своим кандидатом пришел и лучший друг Магнуса, Рагнор. Рафаэль тоже был там, выглядел он сварливым, как и всегда. Возможно, потому что его выбор был исключен в самом начале. Потом прибыл Лоренцо. Алека представляли первым и Магнус был невероятно горд. Выбор Лоренцо оказался на втором месте. Магнус не любил Лоренцо и, честно говоря, до тех пор, пока Алек побеждал этого парня, Магнусу было все равно, победит он или проиграет в общем. Вскоре это место заполнилось тысячами русалок и русалов, а затем появился директор комитета.       — Добро пожаловать. Спасибо, что пришли на десятый день конкурса. Все готовятся к шторму, который будет через два дня и после этого наше соревнование будет официально открыто. Сегодня ночью! Наши люди пришли показать вам новейшие облики наших жертв. Начнем с Александра, представленного Магнусом, — Магнус ухмыльнулся, когда толпа поприветствовала его и направился к центру сцены.       — Ну, у меня есть Александр или Алек, как вы все знаете. Он был первым, кого выбрали, — гордо сказал Магнус и посмотрел на Лоренцо, ухмыляясь, — Я нашел его потерянным в океане, но у него прекрасное здоровье, он сильный и красивый. Я думаю, что я просто позволю вам убедиться самим, — сказал Магнус, прежде чем отойти немного назад. Появилась большая «фотография» Алека там, где стоял раньше Магнус.       Эта голограмма была сделана сегодня, когда Магнус наконец убедил его искупаться. Алек был все время под водой, щуря глаза.       — Я должен признать, что он не любит воду, но я думаю, что он будет хорош, когда дело коснется первого вызова. Он умеет плавать и ему очень нравится строить плот, — картина изменилась на одну за несколько дней до этого, когда Магнус заставил его плавать в небольшом озере. Там он чувствовал себя более комфортно и его широкие плечи, сильные руки и ноги были отчетливо видны, когда он плыл. Магнус услышал, как кто-то в толпе свистнул.       Все увидели еще пару «фотографий» Алека, прежде чем время Магнуса закончилось и он отступил. Следующим был Лоренцо, затем Рагнор, Рафаэль и прочие.       Ночь закончилась тем, что люди делали ставки на тех, кто, по их мнению, победит. Магнус, Рафаэль, Рагнор и другие, участвовавшие в соревновании, не имели права делать ставки, поэтому Магнус провел некоторое время со своими друзьями. Катарина тоже подошла к ним и они отступили от толпы, чтобы поговорить наедине.       — Должна сказать, твой Алек выглядит очень хорошо и я думаю, что у него есть шанс. Ты определенно справился намного лучше, чем в последние два раза, Магнус. Но я ненавижу то, что им придется умереть, понимаешь? Я имею в виду, я знаю, что мы должны защищаться, но все же. Эти люди не имеют к этому никакого отношения, у некоторых есть семья. Они хорошие люди, а мы их убиваем, — вздохнула Катарина.       — Это да, но помни, что они убили тысячи наших, — отметил Рагнор.       — Это было много веков назад, Рагнор. Они даже не знают о нас больше.       — Потому что мы начали защищать себя.       — Да, конечно, но мы могли бы попытаться найти людей, которые провинились перед нами. Людей, которые этого заслуживают. Мы могли бы прийти на землю, мы могли бы их найти… Магнус, ты же говорил с Алеком, не так ли? Он — плохой человек?       — Нет, но… Быть жертвой — это честь. Каждая жертва была выбрана специально. Мы не можем отдать эту честь плохим людям.       — Мы могли бы просто прекратить убивать людей, — внезапно сказал Рафаэль, — Мы могли бы получить наши силы, как и раньше, от кораллов. Ох, подожди. Люди же разрушают их, не так ли? Не оставляя для нас ничего.       — Ты серьезно? — Катарина нахмурилась, — Я имею в виду то, что мы могли бы выращивать здесь кораллы и прятать их, вместо того чтобы использовать эту энергию для сокрытия островов, на которых мы убиваем людей.       — Достаточно сложно сохранить кораллы, которые у нас есть. Люди их разрушают, загрязняют воду. Они перестали убивать нас напрямую, но они все еще убивают нас, медленно, но верно. Плюс никто никогда не захочет этого. Нам всем нужно будет стать фермерами, а жертвоприношение вообще было традицией на протяжении десятилетий. Это помогает нам сдерживать людей.       — Но мы должны. Это неправильно, — сокрушалась Катарина.       Магнус не был уверен в этом. Конечно, он думал об этом раньше. Но он знал, что это необходимо. Что они должны, но теперь он не был в этом уверен. Конечно, он понимал, что это будет трудно, особенно если выбранный им человек умрёт. Ему нравился Алек, намного больше, чем он ожидал. Но он не был уверен в том должен ли Алек умирать. Теперь он больше не был уверен.       — Это всего лишь десять раз в десять лет, Кэт, — сказал Рагнор, — Мы ловим их из штормов и затонувших лодок. Если бы мы этого не делали, они бы все равно просто тонули. Мы делаем им одолжение.       — Мы могли бы спасти их, как думаешь? После их спасения, может быть, они поняли бы, что мы могли бы… Сосуществовать в мире… Если бы мы начали с чего-то хорошего.       — Эй, мы пробовали. Помнишь, как они ответили? Они преследовали нас. Продали наши весы, держали нас в аквариумах для развлечения. Они этого заслуживают.       — Это было много веков назад. Может быть, они изменились.       — Я так не думаю, — сказал Рафаэль.       — Но мы не знаем.       Эта дискуссия закончилась далеко за полночь. Магнусу пришлось вернуться к Алеку, но он не мог перестать думать об этом. Можно ли что-то изменить? Но зачем что-то менять? В конце концов, он не знал Алека. Он встретил его всего восемь дней назад. Такое положение дел сохранялось очень давно. Возможно, Рафаэль только что услышал слухи, может быть, это не совсем правда. Или он был прав, Рагнор был по крайней мере в два раза старше его, поэтому он знал больше, чем он. Но, в конце концов, это действительно имеет значение? Они были в порядке, а значит всё делали правильно. Рагнор был прав. Десять человек каждые десять лет, и они, скорее всего, все равно утонули бы. Это не было убийством, это были необходимые жертвы.       Магнус вернулся на землю и отогнал подобные мысли. Это не имеет значения. Алек уже был обречен, как и остальные девять человек. Возможно, в следующие десять лет что-то и изменится, но сейчас это не имело значения.       Магнус снова обратился, возвращаясь к своему человеческому облику, и довольно скоро он вернулся в хижину, в кровать к Алеку.

***

      Алек проснулся без помощи Магнуса. Как только солнце заглянуло в комнату, он уже встал и был готов идти. Потребность построить плот и убраться с острова, гнала его. В конце концов, Магнус проснется через несколько часов.       — О, смотри, кто, наконец, тоже решил встать… Ты не спал прошлой ночью? — дразнился Алек. Было приятно жить с Магнусом: он был добр к нему и им действительно было весело. Если бы не ситуация в которой они оказались, Алек, возможно, даже был бы счастлив. Магнус был таким парнем перед которым Алек не смог бы устоять дома.       — Может быть и спал. Ты бы все равно никак не узнал об этом, так? Ты едва добрался до кровати и уснул, — ответил Магнус, закатывая глаза, — Ты уже завтракал? — Алек покачал головой.       — Мне не до завтрака. Мне нужно достроить плот.       — В любом случае, сезон без штормов пройдет только через несколько дней, Александр. Я думаю, что к тому времени ты уже все закончишь, даже если остановишься поесть. Мы же не хотим, чтобы ты умер с голоду еще до того, как закончишь строить плот, верно? — Алек вздохнул, но немного отошел от части дерева, с которой работал.       — Ладно, — согласился Алек. — Что у тебя есть?       — Манго и немного воды, такой вот деликатес.       Алек усмехнулся, они очень часто ели манго, но Алек был не против, он знал, что это все, что было доступно. Это было лучше, чем голодать, а манго были на самом деле довольно вкусными.       Алек быстро съел один и сделал несколько глотков воды, прежде чем вернулся к работе.       — Что делают твои братья и сестра? — Спросил Магнус, наблюдая за ним.       — Они учатся… Джейс изучает уголовное правосудие, он хочет быть детективом. А Изабель изучает дизайн одежды, у неё это очень здорово получается и она станет удивительным дизайнером, если она закончит учёбу… Но она может закончить свое обучение, только если я вернусь. Мне нужно зарабатывать деньги. Они не могут учиться и работать одновременно.       — Как насчет твоих родителей? — Алек вздохнул и ничего не сказал.       — Они не были очень довольны мной после того, как я… Сделал каминг-аут. Они сказали мне исчезнуть из их жизни. Мои братья и сестра были достаточно глупы, чтобы остаться со мной.       — Ох. И поэтому ты нашёл эту работу на корабле? — Алек кивнул.       — Да. Мы можем поговорить о чем-то другом? Расскажи мне о себе, — Магнус пожал плечами и откусил еще одно манго.       — Не о чем рассказывать. Я родился и вырос на острове. Моя мама умерла, когда я был ребенком, а отец просто ушел. Я остался. Потому что, как я уже говорил тебе раньше, это опасно и даже десятилетний я знал, что он или кто-то другой не сможет этого пережить. Я выбрал более безопасный вариант. Здесь одиноко, но я жив.       — Подожди, значит, ты был один здесь с десяти лет? — Алек спросил, отводя взгляд от плота, чтобы взглянуть на Магнуса, — Как ты выжил?       — Я быстро научился. У меня была лачуга и три ножа. Мне пришлось быстро повзрослеть.       — Да, должно быть… — Алек оглянулся и задумался, каково это было — жить здесь одному. Он задавался вопросом, как отец мог просто оставить Магнуса здесь… — Я впечатлён тем, насколько… Ты в здравом уме, после… Сколько тебе лет? Двадцать восемь? Примерно так… Ну, что ты провел восемнадцать лет в одиночестве и все еще, кажется, не сошел с ума, это впечатляет.       — Хм, да. Двадцать восемь, точно, — кивнул Магнус.       — Тебе и правда двадцать восемь? Я угадал… Тебе могло бы быть двадцать пять или вообще тридцать.       — Ну, нет. Мне двадцать восемь. Во всяком случае, у меня было домашнее животное некоторое время. Кошку я нашел и приручил. Хоть какая-то компания.       — Кошка? Это круто. Кошки замечательные… Может быть, я заведу одну, как только вернусь домой.       — Да, может. Если ты вернешься домой.       — Ты сказали, что будет сезон без штормов. Что помешает мне вернуться?       — Я сказал сезон с меньшим количеством штормов. И даже в этом случае простое пребывание на плоту в открытом море само по себе достаточно опасно. Ты далеко от дома, у тебя нет возможности взять с собой припасы, и плот… Любое животное может убить тебя. Я понимаю, что ты должен попробовать… Я останусь здесь и, возможно, ты сможешь уплыть или вернешься сюда и… Я мог бы попытаться достать тебе кошку, кого-то, с кем ты не будешь одинок.       — Я понимаю, что ты не хочешь… Но если я сделаю это и выживу, я попробую вернуться.       — Если ты настаиваешь на этом, конечно. Но богиня привела тебя сюда однажды, Александр. Судьба привела тебя сюда. Судьба, наверное, не любит, когда ты пытаешься уйти от неё.       — Я не верю в судьбу, — ответил Алек. Магнус больше ничего не сказал и тишина накрыла их. Остались только звуки Алека, работающего над резкой древесиной, необходимость вернуться домой наполнили его бесконечной выносливостью.