Спрятаться на самом видном месте

      Подземелье — не самое хорошее место. Всего лишь сырая и тёмная яма, в которую не пробиваются ни свет, ни воздух с Поверхности. В подземельях живут люди и монстры, которые, грубо говоря, никому не нужны там, над землёй. Те, кто по каким-либо причинам не смог зарабатывать достаточно для жизни на медленно тухнущей, но всё ещё лучшей, нежели подзёмка, Поверхности. Подземелье — это место, куда «скидывают» никому ненужный социальный, как обзываются, мусор. Этим ужасным местом на поверхности вот уже которую декаду, а то и который век пугают непослушных, неуспевающих в учёбе детей да и просто дурачков. И пугают не зря, на самом-то деле, ибо жизнь под толщами грунта неприветлива и страшна. Она и там не сахар, но в Подземелье ко всем страхам и кошмарам жизни добавляется изнурительный и вредный труд.       Здесь люди бледнее луны, которую они, скорее всего, никогда не увидят в живую. Солнца здесь нет тоже — лишь искусственное освещение. Да и то — всё держится на соплях, магии и честном слове. Скорее на втором, чем на первом и третьем. Доходы здесь ниже даже прожиточного минимума на благодатной Поверхности, и любых иных расходов, не касающихся пропитания и налогов, долгое время подземное население не могло себе позволить. Сейчас ситуация лишь чуточку лучше: пара лишних копеек у кого-то да заваляется, однако копейки эти из тех, которые только и остаётся что на дрянной самопальный алкоголь спускать, так как безрадостную жизнь здесь иначе и не выдержать. Ну или у кого разум посильнее — тот копит. Копит как может, с самого детства, как только двенадцатилетний возраст стучится в ворота. Еле как скопив остатки с низких несправедливых зарплат, можно в один счастливый день обнаружить, что в наличии уже достаточно денег, чтобы даже купить самый худший во всех планах дом, но на Поверхности. Тем не менее, мы будем честны… Никому там, сверху, вырвавшееся из «помойной ямы» отребье не нужно. Там-то не каждый может получить работу, а что уж говорить про выходца из-под земли? Безработных и бедных никто не жалует, а это означает, что любая проверка — и здравствуй экспроприация, здравствуй бедность, добро пожаловать назад под землю, любимый-дорогой ты наш. Не во всех подгрунтовьях так… но в большинстве.       С другой стороны, не каждый человек или разумный монстр из Подземелья так уж рвётся наверх, особенно зная, что шансов закрепиться там даже меньше, чем возможностей выбраться. Таких меньшинство, но не столь-то незначимое. К тому же, если постараться, то даже под обширной под землёй можно жить вполне себе припеваючи. Однако вся идея «подземного рая» зависит боле всего от удачи и личных данных каждого жителя. А личные данные, как понимаете, есть не у всех. Да и трудно превратить в райский уголок место, где в атмосфере пыли и влаги больше, чем самого воздуха, и где дышится ни разу не свободно даже в физиологическом плане. Трудно, но не невозможно. Впрочем, в одном конкретном подземелье превращать его в рай никто не собирался. У них были иные планы, о которых не каждому-то знать дано. Кому надо — тот и так всё знает, а кому нет — тот живёт во блаженном неведении, еле как сводя концы с концами.       Вот и вышло так, что в Подземелье может попасть каждый второй, если вообще не каждый первый, кто пересёк черту бедности и-или поссорился со власть имущими с надгрунтовья, а уже из Подземелья выбраться могут лишь исключительные единицы, что само по себе плеоназм, но описывающий самую мякотку этой чёртовой проблемы. Одной из проблем. Их в истории планеты всегда было с целые вагоны, но некоторые считают, что в условиях, в каких мир вообще находится в начале третьего миллениума Магической Эры, лучше быть под землёй, чем наверху и на свободе, где жизнь тоже не милее кротовой норы. В мире неспокойно. Да и вообще плохо, куда ни плюнь. Взять тот же межвидовой конфликт:       Между людьми и монстрами всегда было, мягко говоря, недопонимание. По крайней мере, между элитой этих народов. Простым работягам не до разборок между собой, да и нельзя жить в условиях вечной войны и опасностей Магической Эры. В том же 20ХХ году Магической Эры большинство разногласий уже около века как остались делом прошлого. Более или менее, но люди и монстры живут в шатком, но таком желанном мире. Хотя на Поверхности некоторые разногласия и предрассудки ещё не ушли на третий-четвёртый план, однако стычки редки, ведь два народа стараются жить, в основном не имея никаких дел друг с другом. Есть, конечно, регионы, где население смешанное, но в основном улицы и целые регионы либо наполнены монстрами и людей там очень мало, либо всё с точностью до наоборот.       В Подземелье же без разницы, монстр ты или человек. Здесь давно забыли обиды прошлого и трудятся на благо господ сверху вместе, потягивая дешёвый дрянной спирт по выходным и задушевно обсуждая все проблемы всех лет в пабах и на кухнях. Появляются даже смешанные семьи. Хотя биологически полумонстр-получеловек появиться не может, именно этим — несуществующей возможностью родить всяких метисов и мутантов — элитарные ублюдки обоих лагерей с поверхности пугают граждан там. Конечно же в сознании как монстров, так и людей с поверхности нет хуже участи, чем «упасть» под землю…       Но есть одна куда боле серьёзная напасть, чем даже межвидовые разборки и весьма ощущаемая черта бедности… Общие беды зачастую заставляют враждующие стороны очень быстро мириться и жить так, будто бы ничего никогда и не было. Даже элитарные ублюдки, стремящиеся построить свою треклятую утопию на руинах мира, уделяют достаточно времени и сил супротив этой напасти. Достаточная охрана и какая-никакая поддержка есть даже у подземных жителей, ведь в Магической Эре вне городов иной господин: не человек и не монстр — вампиры… Это не какая-то отдельная раса, не отдельный народ. Вампиром может стать и человек, и монстр. Согласно книгам:       Отличительные их черты: относительное безумие, животные инстинкты, высокий уровень владения магией и самое худшее — жажда крови. Вампир — это слетевший с катушек маньяк, который ещё и от крови зависит. Жажда крови столь сильна, что контролировать себя вампир, в большинстве случаев, не в состоянии. Говорить, думать и даже жить какое-то время нормально они могут, но всё же не дайте себя обмануть. Вампиры в большинстве своём аморальны и безжалостны. Им плевать на наши устои, им плевать на закон. Ими правит сила: если они сильнее, они запросто отнимут у вас то, что посчитают своим по праву, в том числе чужую жизнь, которую они ценят не более, чем камни под ногами. Упыри с превеликой лёгкостью разрушают всё, к чему прикоснутся, всё, к чему они подойдут. Они одержимы лишь желанием убивать и пить кровь «низших», как некоторые из них нас обозвали бы, рас.       Самое смешное тут то, что и вампиры сейчас тоже, мягко говоря, в упадке. Как и всё вокруг. Много ранее, задолго до начала третьего тысячелетия Магической Эры, вампиры были на пике своего могущества. Они были везде и сразу, никто не был в безопасности с самого рождения, и мир тогда накрыла «Нокс Ӕтэрна» — вечная ночь. Если бы вампиры, какова бы причина ни скрывалась за завесой тайны существ ночи, не ослабли и Этэрна Нокс, не взирая на своё название, не закончилась… Проблема кротовой жизни среди сталактонов была бы наименьшей из всех. Не то что бы кошмар закончился… но всё же.       К счастью, за просто так не стать вампиром — одного укуса тут мало. Да и желания таковым обратиться тоже мало. А ведь находятся же такие, которые вполне добровольно ищут себе этого проклятия… У каждого свои причины. Кто-то от отчаяния, кто-то просто, как говорят в народе, «ёбу дал».       Вампиризм и правда иначе, кроме как проклятием и не обзовёшь. Увы или слава Богу, это проклятие не поражает каждого встречного-поперечного: всё зависит от самого вампира и его биологических выкрутасов, зависит от организма и реакции тела потенциального новообращённого на проклятие, зависит и от возможностей здраво, по вампирским меркам, мыслить после обращения.       Бывают полностью иммунные к вампиризму люди и монстры; бывают те, кого обратить можно, но сложно; бывают и те, кто обращается чуть ли не от неудачно нанесённой вампиром царапины; а бывают и такие, которых вампиризм просто-напросто убивает на месте. В основном среди смертников те, кто владеет той или иной формой огненной магии, но исключения есть в каждой из категорий. Вообще, до сих пор до конца не ясно, что из себя вампиризм представляет и даже откуда появились первые вампиры. Большинство магов, медиков и учёных сходятся во мнении, что это некая болезнь, но магической природы. Впрочемо, доказательств подобного, ровно как и опровержений, всего-то с маленькую дырявую сумочку… недостаточную. Есть и другие мнения, теории… Но эта — самая распространённая из них. Лишь время покажет, верна ли сия гипотеза.

…отражает мысль…

***

      Подземелье за номером 0017-13B-D45. Одно из сотен-сотен найденных, расконсервированных или вырытых вручную таких же побратимов. Некоторые зовут -D45 подземным городом — Подэбботом. Это довольно легко объяснить — пыльный городишко находится под горой Эббот. И Подэббот — одно из существовавших столетиями подземелий. Одно из тех, где ранее были запечатаны монстры.       С недавних пор, здесь начала проявляться проблема перенаселения. И всё из-за крупного наземного города рядом, социальное отребье которого отправляется под землю быстрее, чем успевает о чём-либо спросить власти или ту же полицию. В подземелье Подэббота среди кучи таких же людей и монстров живёт молодой парень, от роду семнадцать лет. Его зовут Фриск Шрифт. Его фамилия могла бы затеряться в анналах истории, потому что документов в «кротовье», как некоторые зовут такие ямы, не водится. Разве что кроме личного номера и номера карты. Но ох и ах, случилось чудеснейшее из чудеснейших чудо — Фриск выходит на Поверхность…       Это всем казалось невозможным. Однако именно это подземелье в радиусе ближайших сотен миль, именно Подэббот, уже успело подарить Поверхности двух полноценно «реабилитированных» и пару десятков кандидатов в таковые. Вторая полностью реабилитировавшаяся в глазах властей округи — это Андайн, самая настоящая воительница, чьё копьё, мускулы и даже, что удивительно при таком раскладе, мозги оказались весьма и весьма полезными в отделении военной полиции там, сверху. Конечно, её статус бывшей жительницы кротовья ей немного мешает: зарплата откровеннейше заниженная, странное и смешанное к ней отношение сослуживцев, частые вопросы на пустом месте, особенно в связи с её… «бунтом». Она зачастую отказывается выполнять работу обыкновенных полицейских даже тогда, когда то требуется. Но это лишь моральный принцип Андайн — не иметь дел с «социальным мусором», из-за чего её кошелёк не сильно тяжелеет. Да и она взяла в руки копьё и магию не для того, чтобы составлять рапорты на очередного бродягу и попрошайку, а чтобы защищать город от вампиров и магических аномалий, чтобы помогать людям и монстрам близ горы Эббот жить, не переживая лишний раз за своё существование. Потому её и терпят преспокойно — из-за крайней полезности. Но не о ней сей рассказ.       Есть, а вернее был в Подэбботе монстр, который вышел наверх из отребья первее всех. И вышел сразу, без долгих документационных процедур. Правда, он до этого пару раз чуть не взорвал половину этого самого Подэббота, что ему первое время очень сильно аукалось в жизни. Но этот монстр заслужил своё звание крупной шишки, заслужил жизнь вне пыли и мрака. Эта шишка заслужила даже международное, насколько в тлетворных условиях оно вообще возможно, признание. А вернее будет сказать, что заслужил. Доктор Гастер — гений науки и магии и гений крайне ситуативного красноречия. Да, как и все гении, у этого монстра скелетного типа с мозгами точно не всё ладно, но у буквально скелета без кожи и даже нервной системы сами мозги отсутствуют, так что ему, наверное, можно быть немного не от мира сего, раз уж их разум работает иными законами и понятиями.       Что до его достижения — Гастер создал Ядро. То самое, которое как раз чуть не угробило половину -D45 и которое всё ещё может это сделать без присмотра со стороны. Уже позже, после выхода доктора Гастера наверх, появлялись Ядра разных типов, размеров и даже функций, разных степеней опасности… Величайшее изобретение этого столетия. Ядро — источник дешёвой и, что самое главное, практически бесконечной энергии. Именно за счёт Ядра доктора Подэббот живёт относительно иных подземелий очень даже ничего. Законы физики этот учёный, как говорится, и в хвост, и в гриву. С помощью магии и своего неординарного ума, а также своих полупрямых рук он создал это нечто. И оно работает. Подэббот весь питается за счёт самого первого созданного им Ядра. Такие же маг-механические громадины вскоре стали появляться и на Поверхности. Баснословные деньги, влияние, уважение и место под солнцем… Выше него из-под уже точно никто не прыгнет. Наверное. Он — идеал по всему миру, что нехотя признают даже самые влиятельные люди и монстры, к числу которых Гастер относится с полным своим в том правом. Первый и пока что последний «крот», выбившийся в высшие эшелоны. К сожалению, даже ему не позволили банально выкупить Подэббот у власть имущих. Или власть имеющих, как их сам Гастер называет.       Фриск Шрифт же станет третьей персоной, кто выйдет из подзёмки и кто туда, по идее, не вернётся. В ближайшие года уж точно. Парень он довольно способный, особенно в сфере магической. Он усердный, терпеливый… Фриска довольно трудно вывести из себя, а если это произошло, то вам, как многие считают, не поможет даже Бог. По крайней мере, такая репутация у этого относительно спокойного и относительно доброго парня сложилась. Весь чёртов 0017-13B-D45 его знает и обожает. Особенно его любят работники бара «У Гриллби». В первую очередь, его любит сам Гриллби. В не менее первую очередь — завсегдатай с неподъёмным счётом и сын аж самого Гастера, который добровольно не прошёл за отцом наверх, — Санс. Санс, при большом желании, мог бы стать четвёртым, кто на Поверхность выйдет, но он слишком ленив для этого. К тому же, этого скелета всё устраивает и здесь. Ладно, ничего его тут не устраивает, но у Санса свои причины не идти наверх… раньше времени.       Но больше всего парня любят его родители, которые, увы, не способны дать парню всё, чего сами ему бы отдали в первую очередь при одной лишь возможности. И Фриск не обижается: он знает, как им трудно. Знает даже слишком хорошо, ведь, в отличие от них, парень здесь с самого своего рождения. Если бы не помощь величайшего скелета всех времён — Гастера — до которого окольными путями всё же дошла новость о способностях Фриска, парень до сих пор бы сидел с родителями в этой дыре и собирал бы по крохе себе на далёкое и не факт что реальное будущее. — Чё как, малой? Сегодня последний день у нас? — с ходу спросил Санс, только заметив парня. — Верно, — вздыхал Фриск, пробуя на вкус очередное изобретение огненного элементаля. Гриллби был очень горячим монстром, по сути живыми огнём и, немного, магмой. Он держал свой бар-забегаловку и экспериментировал с едой и напитками, насколько возможности Подэббота ему это позволяли. Кроме того, на всё огромное подземелье, алкоголь достойный был только у него. Но это не по уже было вне интересов Фриска. — Я не в курсе последних событий, я пахал… — затянул Санс, — как… я. — Целый месяц с лишним гаком строил фундаменты мелких домов в новом квартале? С твоей-то всевозможной магией? — не без иронии уточнил Фриск. О да, лень Санса не ругал только ещё более ленивый. Таких на всё подземелье, как кажется, не было. — Да так, у меня были… свои иные дела, если ты понимаешь о чём я, — Фриск согласился со скелетом по этому поводу. — Ну так что там? Что мой батя успел натворить, что ты тоже едешь… туда? — Он зачислил меня в, как бы… «боевую академию»… В письме было сказано, что я и по возрасту подхожу, и о моих способностях он наслышан, и что я как таковой просто неплохая кандидатура на зарезервированное им бюджетное местечко. — Как хорошо иметь друзей там, сверху, — чуть усмехнулся скелет. — Особенно если твой хороший друг сверху — создатель Ядра. — Гриллби! — выкрикнул Санс. — Это надо отметить! Доставай запасы и… Нет, с этиловым пойлом мы подождём! — покачал черепом Санс.       Кто бы сомневался.       Весь город уже, наверное, поздравил Фриска и его родителей, хотя на поверхность выходил только Фриск. С другой стороны, Гастер не забывает друзей и их родных, так что о родителях можно было… не волноваться? Счастье не должно омрачаться хотя бы сейчас. Парню подарили не ободранный и штопанный-перештопанный, а нормальный свитер с подоплёкой из устойчивого к магии волокна. Также ему надарили и прочую одёжку, ткань которой усилиями многих и многих чудесников также имеют некоторое сопротивление магическому воздействию. Ну и кучу всяких мелких безделушек… Хотя проку от этих подарков и не было, потому как большинство Фриск оставит родителям. Фриск просто всем улыбнулся и, сложив надаренное уже у себя дома, ушёл в ещё неосвоенный участок Подэббота, до которого пешком добираться — такое себе удовольствие, стоит сказать.       Освещение в городе уже давно выключили, лишь местами горели фонари… Да энергия дешёвая и бесконечная, но Ядро, по крайней мере именно это Первое Ядро — вещь не самая стабильная, и использовать его вообще без перерыва нельзя даже с охлаждением. Да и смену дня и ночи имитировать надо как-то, ведь люди и многие монстры очень плохо спят и работают при постоянном, круглосуточном свете, который ещё и ни разу не натуральный. Другое дело, что даже со светом редких фонарей во всём огромном подземелье есть полностью лишённые света места. Чёрные пятна будто бы. Хотя даже не будто бы.       Фриск стоял у сводов этой… пещеры, которую все кто как обзывают: то 0017-13B-D45, то просто 0017, то -D45, то Подэббот, то червивой ямой, то чёрной корзиной, то старой руиной… В любом случае, Фриск это место покинет уже завтра, кому бы тони было слава. — Ну, мои поздравления, товарищ! — раздался из-за натёкшей минеральной колонны голос друга. — Добро пожаловать, как говорится, в мир над головами подземных обитателей, ма камерад. — Дест, богов ради, не издевайся… — Я и не издеваюсь, — издал смешок он. — И да, у меня тоже для тебя подарок, но очень полезный, в отличие от той кучи буквальных безделушек. В иных условиях меня бы жаба задушила тратиться на такие вещи, — признался он — Да ладно? — Фриск скептически оглянул друга. И просто друга, и, с недавних пор, друга по несчастью. «Некий» Дест, любил же он это недосокращение своего прозвища, был выше Фриска на целую голову, черноволосый, бледный, с лицом типичного хулигана и дебошира. Фриску повезло куда больше в плане внешности: рожей поприятнее, менее бледный (по меркам жителя бессолнечной ямы), оттенок кожи даже иногда казался отдалённо да бело-желтоватым, волосы были относительно длинные и каштанового цвета. Ну, а красные глаза — да, именно красные — наследие от родителей и когда-то красной души… — Вот. Принимай и надевай. — Серьга? — Эта серьга — гарантия маскировки! — заверил друга Дест. — Только представь, что среди тех многих и многих магов-недоучек есть, внезапно, те, кто умеет видеть души. Есть и такие, кто видит их от рождения, без тренировок и подготовки. Одного взгляда на твою чёрную аки сама Нокс Этэрна душонку им хватит, чтобы затрубить в дудки и забить в барабаны (или что там вместо барабанов) тревогу… Вампиром жить нелегко, особенно когда ты на видном месте. — На самом видном месте, — сделал акцент Фриск, прокалывая ухо. Было больновато. — Ты же знаешь поговорку? Что-то навроде этого: «Хочешь что-то спрятать — прячь на видное место». Суть всех нас такова, что мы любим лезть в самые-самые дебри, забывая про то, что находится под носом… И вообще! Кабы не ты — жить мне нормально, а не вот это вот всё! — Ой, да будет тебе… — махнул рукой Дест. — Кто ж знал, что иммунитета к вампиризму у тебя не просто нуль, а число отрицательное? И вообще, кабы не мой самоконтроль, ты бы уже умер давно. — Нет, он ещё и издевается! — посмеялся парень. — Как в анекдоте! — Каком? — «Спас девушку от изнасиловнания», — в ответ вампир рассмеялся после паузы, потраченной на отыскание нужного в памяти.       Где-то около года назад, ну чуток поболее, случилась одна неприятность. Дест, который именует себя Дестратосом, несмотря на наличие вполне обыкновенного имени, был неметафорически и вампирски голоден. А Фриск просто оказался не в том месте и не в то время, как он это умеет. Так как Демитр — а так себя этот вампир редко называет — был очень голоден, то Фриска он довёл до состояния, которое слова «выжить» почти не предполагало. А совесть, пускай и мизерная, у Демитра была. По крайней мере если сравнивать со средним арифметическим среди других вампиров. Фриска он, конечно же, не спрашивал, хочет тот стать вампиром или нет… А вот на обращение Шрифта буквально ничего, кроме капли крови и пары волшебных слов, даже и не потребовалось. Фриск был одним из тех, кого Матушка-Природа обделила иммунитетом к этой не то заразе, не то проклятию, не то ещё чему-то.       Не сказать, что Фриск не испугался. Он много чего о вампирах слышал. Собственно, даже и не сказать, что всё то неправда. Не все вампиры и даже не большинство, даже не половина — народ добропорядочный с всего лишь одним недостатком, со «всего-то» с жаждой крови. Таких почти что нет. Банально нет, и даже Фриск заметно окозлился, хотя и остался добродушным парнем всё равно. Многие вампиры на самом деле являются сумасшедшими маньяками, это не выдумка и не красное словцо пропаганды. Лишь совсем уж исключения не желают ни убивать, ни светиться. И Фриску повезло. Даже Дест жесток и повёрнут, просто как он сам и сказал, есть «самоконтроль». Фриск не стал кровожадным ублюдком, а всего лишь… преобразился, назовём это так. Красная душа — сильно сказано, она была скорее бледно-неясной со сдвигом в красноватый оттенок, нежели истинно-красной: в конце концов, в возрасте Фриска редко кто обретает цвет души. И душа его мгновенно почернела. Лишь красноватое свечение вокруг её образа, невидимого для очень и очень многих, всё ещё говорит об её истинном или уже бывшем цвете… — Так, ещё раз… — попросил Фриск. — Пока ты носишь эту серьгу, твоя душа как бы покрывается магической эмалью красного цвета, маскируя свою черноту. Я иногда ношу подобные, но с зелёным цветом, — как доказательство своих слов, Дестратос показал такую же серьгу в его левом ухе, но с зелёным камнем. Фриск глянул на образ души. Зеленоватый. Грязно-зелёный, если точнее, но вполне во пределах человеческого спектра, если Санс правильно всё рассказывал и даже показывал, обучая Фриска магии и прочим прелестям. — Ладно, в любом случае… Большое тебе спасибо за подарок. Ты, кстати, сам-то планируешь выбираться отсюда? — Может быть… У нас тут у всех свои дела ещё остались… — загадочно ответил Дест и сделал паузу, — Короче, як получицця! — скосил ён в акцент. — Ладно, бывай, у меня ещё работа в ночную смену, а вот тебя завтра отсюда уволокут наверх… Везунчик чёртов. — Да чтоб тебе такое везение стукнуло! Оно, конечно, прекрасно-замечательно, но там нет ни Монс-Кида, ни Санса, ни тебя или даже Онионсана! Знакомиться с новыми людьми и монстрами всегда такая морока… — Фриска знало всё подземелье. У него с детства здесь было много друзей и просто знакомых, а там… А кто у Фриска там, кроме Гастера? Андайн? Она занята в полиции. Папирус, брат Санса? Он вообще неизвестно где! Да и выходцем на Поверхность он не считается, так как прописан здесь и сюда же возвращается. Вахтовый метод. — Не спорю, морока та ещё. Но и ты не интроверт, так что как-нибудь прорвёшься. Ладно, покеды! — Дест свалил, оставив Фриска с серьгой в ухе, которую из-за волос-то было не разглядеть даже.       Фриск пришёл домой и, собрав вещи и взяв накопленные деньги, лёг спать в ожидании завтрашнего дня… Кто знает, что ждёт Фриска там, наверху? К тому же, стоит быть куда более осторожным, иначе же… лучше не покахывать свою вампирскую сущность даже случайно… А проблема с кровью и жаждой более чем решаемая… Но думать о возможных решениях парень пока что не хотел. Все они… варварсие? Ну не грабить же банки крови? Это лишь звучит как относительно доступное решение, но банк крови ограбить ничуть не легче простого банка, а делать придётся это на регулярной основе… — Нахуй такую жизнь… — пробурчал в подушку всё ещё не смирившийся с вампирской ипостасью Фриск.