Прошлое, которое изменили.

Спал Эзра тревожно, то и дело что-то бормоча сквозь сон. До этого он долго не мог заснуть: то ему было жарко, то наоборот холодно, потом подушка казалась неудобной, а вскоре подаван и вовсе не мог отделаться от чувства, будто на него кто-то смотрит, из-за чего плюнул, и залез под кровать, прихватил с собой только подушку. Будем честны, такое с ним уже случалось, и не раз, но было это так давно, ещё на Лотале, когда Эзра только-только потерял родителей. Он помнил те бессонные ночи, когда боялся спать, страшась, что имперцы придут и за ним тоже. Помнил, как просыпался от малейшего шороха, и от промелькнувших где-то в темноте теней, коими всегда оказывался проскочивший за ним в башню лотальский кот, которого он то и дело прикармливал. Но сейчас же Эзра не мог найти причину взявшейся из ниоткуда бессонницы, ведь знал, что бояться ему, в принципе, нечего. Мол его не тронет, Саваж тем более, так в чем дело? Почему он затылком чувствовал чужой пристальный взгляд? Сидя в середине комнаты, ситх старался медитировать, что, к слову, было для него в новинку, ведь он никогда не славился спокойствием и сдержанностью, но у него начинало получаться. А получаться начинало лишь тогда, когда мужчина находился в промежуточном состоянии между сном и явью, и ему это совсем не приносило удовольствия, ведь когда у тебя закрыты глаза — ты лёгкая мишень. Не то, чтобы Мол никогда не спал, нет. Ни одно живое существо не может протянуть без пары часов сна, но сон ситха напоминал что-то среднее между полудремом и сжатой пружиной, готовой броситься в любой момент на того, кто потревожит его. Но сейчас Мол просто смотрел на яркую фигуру, что лежала на тёмном, идущем то и дело рябью полу. Сила Эзры стала принимать облик ситха, но так и находилась на перепутье, что совсем не радовало мужчину. После сегодняшней тренировки он думал, что давно переманил мальчишку на Тёмную сторону, но тот целенаправленно продолжал оставаться на середине этой тонкой грани. Один шаг. Всего один шаг отделяет его от того, чтобы стать ситхом, и Мол понимал, что если ничего не сделает, Эзра легко станет джедаем, хоть и сам этого не осознает. И кому, как не самому Молу придётся подтолкнуть парня к краю, верно? Но от чего-то грудь забрака сдавило, глядя на эту ворочающуюся фигуру, в глубине которой вспыхивал яркий свет. Конечно, он хотел, чтобы из Эзры вышел истинный лорд ситхов, но ему нравился тот огонь, который он видел в нем. Смотря на других ситхов, на тех же Саважа или учителя, чью Силу он мог узнать из тысячи, забрак видел лишь чёрные фигуры, с красными всполохами молний в их глубине, и он понимал, что его ученик постепенно становится таким же. Казалось бы, Мол должен радоваться, и он радовался, но на подсознательном уровне не хотел гасить в мальчишке тот ослепительный свет, который он несёт в себе. — Уходи. — вдруг произнёс парень, из-за чего мужчина вздрогнул, думая, что это было адресовано ему. — Я не хочу тебя слушать. Его голос звучал нарочито ровно и спокойно, но ситх видел алые молнии, что, потрескивая, выходили за пределы его яркой фигуры. Эзра был зол, и это мягко сказано, но продолжал сохранять непоколебимость, не только в голосе, но и в своих действиях. С кем он говорит? — задавался вопросом Мол, но вскоре сумел различить прозрачную, почти невидимую нить. Нет, не может быть. Он до сих пор связан с тем джедаем?! — Эзра, прошу, послушай меня... — говорил Кейнан. — Я не хочу тебя слушать. — не дал ему закончить тот. — Я знаю, что ты злишься, но я должен был сделать это. — продолжил Джаррус, сам думая о том, простил бы ОН своего учителя за то, что тот бросил его. И ответ был неутешительным. — Пожалуйста, единственное, о чем я тебя прошу — просто выслушай меня. — Ты ведь не заткнешься, верно? — горько усмехнулся подаван. — Валяй. — Мы с Асокой нашли путь обратно, домой. — Эзра вздрогнул, услышав это. — Точнее, тех, кто нам поможет, но для начала их надо найти. — Кого "их"? — Существ, что так же чувствительны к Силе, как, например, Бенду. — ответил мужчина, мысленно радуясь тому, что парень ещё не послал его куда подальше. — Лишь они смогут отправить нас обратно. — Тогда уж лучше сразу на Лотал. — Мы думали об этом, но даже сейчас найти лотальских волков — задача не из лёгких. Больше скажу, сейчас "охота" на них в самом разгаре, поэтому они прячутся вдвойне. Нужно искать в другом месте. — И что ты предлагаешь? — заинтерисованно спросил Бриджер. — Пока я только делюсь с тобой информацией, в знак того, что я все ещё твой союзник. — объяснил мужчина, отскочив на пару метров, так как вспыхнувшая в мгновение ока красная молния чуть не ударила его. — Только союзник, а? — снова усмехнулся подаван. — Ну да, это ведь максимум, кем ты теперь можешь для меня быть. Ни другом, ни учителем, всего лишь союзником. — Эзра, я все ещё твой друг, союзник и учитель. — сердце Джарруса разрывалось от того презрения и плохо скрываемой обиды, что звучали в чужом, но таком родном голосе. — Когда мы вернёмся — все будет как раньше. Мы снова будем все вместе: ты, я, Гера, Зэб, Сабина и Чоппер. Скоро все будет как прежде. Скоро мы вернёмся домой. — Домой? — от одного лишь слова в груди Эзры что-то заколыхалось. Что-то, что всем своим существом рвалось обратно к команде Призрака. Рвалось к семье. — Да, Эзра, домой. — Кейнан хотел подойти к нему, но фигура ученика тут же исчезла, когда тот распахнул глаза. Лежа на полу, парень просто смотрел на металлическое покрытие кровати. Понимая, что сегодня ему больше не суждено заснуть, Эзра вылез из под неё, при этом, естественно, стукнувшись макушкой о её край. — Каррабаст. — прошипел он, потирая место, где, скорее всего, скоро будет шишка. И только сейчас, проведя рукой по голове, Бриджер понял, насколько отросли его волосы. Раньше у него был короткий ёжик волос, сейчас же его с уверенностью могли схватить за них, что не слишком-то радовало. Но для себя Эзра решил, что пока не будет их отстригать. В конце-концов, они ему не мешают. Прогуливаясь по пустым коридорам, где изредка встречал бродивших туда-сюда солдат-мандолорцев, Эзра остановился у места, которое не то, что сейчас, а вообще, даже днем было безлюдным. Это был мостик, посмотрев вниз с которого можно было увидеть всю посадочную площадку. Но подаван глядел не на шатлы и истребители, а на тёмный ночной горизонт и яркие точки далёких звёзд, гадая, сможет ли ещё когда нибудь увидеть Лотал. Сможет ли увидеть его ещё ДО Империи. Ему бы этого хотелось. Парень ни раз видел снимки белых, достающих почти что до самого неба башен города, подле которого они с семьёй жили, получив самый прекрасный вид из окна, который только мог быть. Сам он и не помнил всех тех красот, слишком уж маленьким был тогда, но неимоверно хотел восполнить этот пробел в памяти. — Не спится? — спросил подошедший, словно сама тень, ситх, от чего парень вздрогнул. — Да. — отстранённо ответил он. — Не спится. — Кошмары? — Скорее бессонница. — почти что честно сказал Бриджер, продолжая смотреть вдаль далёких звёзд. Ситх так же облокотился о перила мостика рядом с учеником, понимающе покачав головой. — Завтра, считай уже сегодня, мы отправляемся в храм. Ты готов? — посмотрев на него, уточнил мужчина. — Да, я уже был в храме джедаев. Не думаю, что храм ситхов так уж и отличается. — Не будь так уверен, ученик. — вымученно усмехнулся забрак. — Если джедаи просто закрывают тебя там, то шанс выбраться ещё есть, храм ситхов же убьёт тебя сразу, не дав возможности сбежать. Призраки и отзвуки прошлого, что обитают там, осязаемы, они могут прикончить тебя так же, как и ты их, так что никогда, даже если тебе кажется, что это призрак, не поворачивайся к нему спиной, не иди на поводу, даже если он пообещает исполнить все твои желания. И уж поверь, это одно из главных оружий храма — обещание того, что невозможно выполнить. — А вдруг мои желания возможны? — повернулся к нему Эзра. — Что если я хочу обычных человеческих благ? — Человеку несвойственно желать чего-то возможного, Эзра. — знающе ответил Мол. — Нам всегда нужно что-то большее, даже если у нас уже есть все, что, казалось бы, мы желали. Человеку свойственно хотеть то, что не суждено получить. — А ты прямо как Магистр Йода. — издав смешок, произнёс Бриджер, снова вернувшись к созерцанию ночного неба. — Вот только по виду не скажешь, что такой закаленный в боях ситх способен так мыслить. Разумеется Эзра вовремя успел подобрать нужные слова до того, как они сорвались с его уст. Если бы он сказал это по другому — Мол счёл бы это за оскарбление, а Эзра предпочёл бы, чтобы его голова пока оставалась на плечах. — Внешность обманчива. — сказал мужчина, так же смотря на далёкие огни. — Так что не делай выводов лишь из первого впечатления. — Ну да, ну да. Ещё скажи, что на самом деле в душе ты милый и пушистый. Мол перевёл взгляд на него. И лишь тот, кто прожил подле него хоть пару дней сразу же понял бы, что означает эта смесь насмешки, раздражения и превосходства над другими, что читались в одном лишь брошенном на мгновение взгляде. — Как думаешь, ученик, отсюда далеко падать? — Намёк понял. — умолк подаван, зная, что тот вполне способен его скинуть. — Я это к чему, если видишь, что человеком можно воспользоваться — действуй, но не привязывайся. Даже если тебе, например, кто-то симпатичен, ты не должен доверять этому человеку, так как он в любой момент может предать. Ты уже убедился в этом с тем джедаем. Хочешь повторить это? — Нет. — коротко ответил Эзра. — Вот и я о том же... — Но ты говорил, что ситхам не запрещено испытывать эмоции. — вдруг сказал парень. — Но в то же время вам нельзя не то, что любить, а просто привязываться к кому либо. Чем вы тогда отличаетесь от тех же джедаев? В чем разница? — А разница в том, что джедаев учат сдержанности, а ситхов наоборот подпитывать свою Силу эмоциями. — объяснил он. — Да, нам можно чувствовать, но чувства эти должны быть негативными, ведь именно такие подпитывают нас Тёмной стороной. — Мол ненадолго замолчал, но вскоре продолжил. — Меня, например, учитель заставлял испытывать лишь гнев и ненависть ко всем и ко всему, и вскоре я научился этому машинально. Гнев даёт мне сил, и чем я злее, тем сильнее. Я благодарен учителю за то, что он показал мне этот путь. — Ты никогда не испытывал, ну... Я не знаю... радости, например? — удивился парень, выжидающе смотря на него. — Нет, да и зачем мне это? — тот равнодушно пожал плечами. — Ну порадуешься ты пару минут, и что дальше? Это чувство бесполезно. Оно не даёт тебе ни Силы, ни чего бы то ни было другого, лишь отвлекает. Но, несомненно, я буду рад, когда голова Кеноби будет украшать мой шатл. Эзра промолчал, ему было сложно поверить, что кто-то хоть раз в жизни да не испытывал радости. Разве такое вообще возможно? — А что ты чувствуешь сейчас? — вдруг спросил он. Мужчина несколько минут помолчал, прислушиваясь к своим чувствам. — Злость, усталость, нетерпение. — медленно проговорил ситх. — Злюсь из-за того, что Кеноби сбежал, усталость от постоянных попыток поймать его, а нетерпение от предстоящего нам сегодня путешествия. — Да, негусто. — тихо произнёс Эзра, решив сменить тему. — Насчёт храма, какое испытание там будет самым сложным? — Я уже говорил, испытание на стойкость против своих собственных желаний. — парень мысленно поблагодарил его за ответ, так как задай он тот же вопрос Кейнану, то услышал бы что-то вроде: "Ты должен понять это сам, я не имею права раскрывать секреты, что сотнями и тысячами лет хранились в недрах храма", ну или что-то подобное. Но от этих мыслей его отвлек вопрос его нынешнего мастера. — В чем заключается твоё желание? — Что? — переспросил Эзра. — О чем мечтаешь ТЫ, мой ученик? — повторил свой вопрос мужчина. Разумеется, подаван знал свою мечту, но сомневался, стоит ли её поведать ситху. Хотя, что он сделает? Максимум высмеет? Устало вздохнув, Эзра ответил, все так же ища на небе крохотную точку своей системы, среди миллионов и миллиардов звёзд: — Я хочу домой. Боковым зрением парень видел, как резко к нему повернулся Мол, но не придал этому значения. Сам же забрак был, мягко говоря, удивлён от такого простого желания, ведь ждал, что тот скажет богатства, власти, силы, но нет. В таком коротком ответе прозвучало столько боли и тоски, что ситх задумался, а способен ли человек вообще так горевать по чему либо? — Домой? — переспросил он. — Да, домой. — лицо Эзры озарила почти невидимая, грустная улыбка. — Но не волнуйся, от тебя я не сбегу. Человеку ведь свойственно желать того, чего он не может получить. — То есть? — не понимал Мол. — Дом ведь находится там, где тебя ждут. — все так же, не смотря на него, произнёс Бриджер. — Там, где есть люди, которые тебе не безразличны, и которые любят тебя. Воцарилось недолгое молчание, которое не решался нарушить даже ситх, боясь вспугнуть такое откровение вечно не доверяющего ему ученика. — Сложно возвращаться домой, когда все те, кого ты любил, погибли. — закончил он свою мысль, чувствуя предательскую пелену на глазах. — Сложно возвращаться домой, когда его уже нет. Мол просто молчал, не зная, что сказать. Он одновременно и понимал боль своего ученика, и одновременно нет. С одной стороны, у него никогда не было тех, кто любил или заботился бы о нем, но с другой же был тот, кого любил сам Мол, а именно своего учителя — Дарта Сидиуса. Юный ситх всегда ровнялся на него и только на него. Всегда старался угодить, старался сделать так, чтобы тот гордился им. Мол всегда любил его как отца, которого у него никогда не было. Да, иногда, даже больше, чем иногда, учитель был жесток к нему, но все это делалось для того, чтобы он, Мол, стал сильнее. И все старания его учителя не прошли даром, ситх и впрямь стал сильным. Лишь благодаря стараниям Дарта Сидиуса он выжил в тот день, когда Кеноби разрубил его пополам. Лишь благодаря своему учителю он стал тем, кем является сейчас. Для Мола Дарт Сидиус был всем: семьёй, учителем, покровителем. Для него он был самым дорогим человеком, и забрак искренне надеялся, что вскоре снова встретится с ним. Надеялся, что скоро снова сможет вернуться под его крыло. — Эзра, я... — мужчина положил руку на чужое плечо, но парень тут же отстранился, сбрасывая её. — Если думаешь сказать, что понимаешь меня, то не надо. — отрезал Бриджер, с неподдельным холодом в светящихся золотым огнём глазах, смотря на него. — Тебе не понять, ты никого не любил. Тебе нечего было терять. А вот тут он был не прав. Молу и вправду было, что терять: уважение своего учителя, уважение к самому себе, свое место рядом с истинным лордом ситхов, свое звание и... дом. Как и сказал Эзра: "Дом находится там, где тебя ждут", а его, Мола, уже давным-давно никто не ждал. Всё считали и до сих пор считают его мёртвым. Он лишился всего, чем дорожил, при чем в один день, и все это благодаря одному человеку — Кеноби. Но из подобных размышлений его вытянул тот же голос: — Или если ты сейчас скажешь, что вы с Саважем моя новая семья, то я отвечу, что нет. — продолжил Эзра. — Саваж — мой союзник, может, даже друг. Ты же — мой учитель, не более. Я не испытываю к тебе каких-то особых чувств, вроде привязанности, или, тем более, любви. Для меня ты лишь наставник, тот, кто должен учить меня, но никак не семья. Почему-то эти слова заставили чашу злости наполняться с новой силой. Почему-то грудь мужчины сдавило сильной болью от нарастающей обиды и чувства... несправедливости? К своему удивлению Мол понял, что одним из бурного потока эмоций было так же чувство ревности к этому самому Кейнану и... Саважу. Наверняка мальчишка отцом этого поганого джедая называл, и чуть ли не в десна с ним целовался, а что до Саважа — парень называл его другом и саратником, в то время как самого же Мола таковым не считал. Мужчина и сам не знал, откуда в нем взялось столько злости от слов подавана, ведь даже в присутствии Кеноби забрак был более сдержанее, чем сейчас. Но вместо того, чтобы сомкнуть пальцы на этой тонкой шее, или выбросить его с моста, чтобы тот свернул её, ситх просто вздохнул, подходя ближе. — А мне и не нужно, чтобы ты меня любил. — холодно произнёс он, из-за чего Эзра громко сглотнул, понимая, что спокойствие ситха прячет за собой настоящую бурю. — Мне нужно лишь твоё внимание, отдача и повиновение. Не заставляй меня пожалеть о том, что мы не убили тебя при первой же встрече. С этими словами Мол просто прошёл мимо, оставив подавана одного, думая, что бы сейчас было, если бы они и вправду убили бы тогда мальчишку. Наверно, проблем было бы в разы меньше, и Мол не чувствовал бы себя таким размякшим. Да, без Эзры было бы в сотни раз легче. Жаль нельзя повернуть время вспять.