Пропала собака

      Кроули злорадствовал и отрывался как мог. А всё потому, что он обиделся на Константина. Поэтому теперь ехал в автобусе и всячески его донимал. И всё это потому, что два "титана магических наук" не поделили судьбу двух фонариков.       Забрав из амбара бумажные конструкции с красными печатями в виде лисьей морды, Джон и его попутчик заспорили.       Кроули всячески давил на то, что фонарики абсолютно магические в силу своего происхождения. Если можно так выразиться. Поэтому даже если их зажечь у амбара, они в виде маяков выведут к Ю по кратчайшему доступному пути. А на месте отведут глаза Айвену. И не сгорят по дороге, пока точно не выполнят своей миссии. Магу с бывшим демоном же только и останется, что следовать за "небесными поплавками".       Джон же упорствовал, что в подобном расточительстве нет ни смысла, ни нужды. Фонари нужны исключительно против Айвена, кем бы он ни был. А с кратчайшей дорогой может запросто справиться джи-пи-эс. Или тот же гугл-мапс на смартфоне Джона. Не самая новая модель замацанного аппарата на вездесущем андроиде спокойно указывала адрес храма за городом. Причём, с обозначением сетки улиц и вариантов передвижения по ним.       Например, самым быстрым способом было сначала возвращение в город на поезде, а после пересадка на автобус. Он-то и вёз всех желающих вдоль цепочки храмов, что рясно опоясывали городскую черту и преграждали путь бамбуковому частоколу леса. Съёмки из космоса показывали, что храм действительно старый, безлюдный и заброшенный.       — Абзац, — крякнул Кроули, заглядывая в прямоугольник разбитого экрана.       —...Поэтому давай сюда фонари от греха подальше — и потопали в город.       — Ты хотел сказать, на поезд, — буркнул мальчик.       — Да без разницы. Ты меня понял.       Воцарилась пауза. И на этот раз, как ни странно, она полностью устраивала Кроули. Но не Константина.       — Слушай, а в твоём Блэкбери разве такого приложения нет? Шутишь? Оно же базовое... И за что такие деньги буржуи отваливают...       Малый лишь громче запыхтел. Ему нечего было ответить на эти инсинуации. Зато нашёлся вопрос.       — А как мы проберёмся к храму так, чтобы нас Айвен не сцапал? Если верить словам твоей молью побитой чернобурки, то он наматывает круги ПО ПЕРИМЕТРУ. Проще говоря, во дворе.       Джон отстрельнул окурок и заскрёб макушку.       — А что, раньше по-другому было?       — Эм-м, да, — захлопал ресницами Кроули. — Он охранял личные покои Ю.       — Дай-ка угадаю, эти покои располагались в главном помещении храма, в самом его сердце, то бишь в святилище. Куда нужно добраться через прихрамовый двор и общую "людскую". Которая есть огромный зал с гигантским золотым Буддой в конце...       — ... далее через сад — и в небольшой, но очень важный сарайчик, обвешанный внутри мантрами, мандарами, утыканный свечами и прочими атрибутами религиозной истерии. Да, почти угадал. Только вместо Будды поставь статую лисы. Ю присвоила храм богини Инари.       — Стоп, а при чём тут лиса к Ю? Я что-то перепутал. Ю же просто ведьма. А культ Инари...       — Да, умник, прямо связан с лисами. Которые рыжие, тявкающие, хитрые морды чуть больше метра длиной. Это если от хвоста до носа мерять. И тут они зовутся кицунэ.       Вот только род людской — он же испокон веков лёгких путей не ищет. Поскольку сам по себе суеверный и не ответственный. Ему кругом козлы отпущения нужны. Тут та же история.       Если брать лисиц в контексте помощниц богини — то всё хорошо. Эти рыжики с разноцветными глазами — молодцы, лапочки и умнички. А вот сами по себе это злые монстры. Коварные, грозные, пакостные — ну, ты понял. Весь полагающийся набор негативных маркеров. Да, кстати, они ещё и оборотни. Что плюсов в копилку рыжехвостым не добавляет.       Примерно то же содержание тех же маркеров люди приписывают и ведьмам. Да, представь, тут в Японии велосипед на эту тему изобретать не стали. Вот только местные ведьмы, оказывается, не ходят, подражая бабкам ёжкам. Они тут благополучно косят под божьих помощниц, которые в народе типа прирученные монстры. Знак оборота, правда, другой: не твари в людей, а люди — в тварей. Отсюда и... право Ю на захват территории, так сказать. По её же мнению. Сложно?       — Мне? Не особо вообще-то. Хотя многое объясняет. А теперь шагай к платформе.       Уже на месте Кроули опять решил подоставать мага.       — Кстати, а ты знал, что чем больше у кицунэ хвостов, тем она старше, кровожаднее, зубастее и так далее? Вот. Чтоб ты в курсе был: больше девяти хвостов у этих ушастых пока никто не видел. Вывод? А теперь посмотрим: сколько хвостиков у твоей чернобурки было, а? Да-а, Джон, умеешь ты выбрать даму, однако. Точно контракт на призыв не заключил? Я бы на это рандеву глянул.       — Захлопнись.       — Интересно, как это ты её нарыл на ярмарке? Наверное, яркая девица была... Скажи-ка, шёлковое мини или латекс с цепями? Может, она была на поводке? Нет?       — Вот же сучок мелкий... Хотя с другой стороны... "Моя" хоть и нечисть, но маститая. И вхожа в сонм богов, пусть и местных. А твоя что? Просто старая кочерёжка, пронафталиненная и закопчённая травяными настойками? И тусуется она с духами потому, что все её земные подружки да-авно на погосте костями гремят. Как-то не статусно для любовницы, не находишь? Тем более какой, у самого короля Ада, если тебе же верить. Так что реально захлопнись, по-хорошему прошу.       Мальчишка надул губы:       — Поумничал? Старушками померялся? Полегчало? Тогда будь так добр, сам заткнись и шагай. Наш поезд прибыл.

***

      Уже в городе в ожидании автобуса оккультист и мальчик разругались в конец. Джон отобрал ручную поклажу Кроули и теперь гордо таскал на плече яркий мальчуковый рюкзачок синего цвета с улыбающейся миной ярко-красной гоночной машины из мультфильма "Тачки". Именно туда Кроули во время перепалки у амбара положил фонари. Рядом же стоял сам хозяин рюкзака и дул губы.       На любые колкости в счёт любовных вкусов Джона он получал ответную шпильку про телефон, возраст и передовые технологии. А значит, с этим типом старая тактика "уломай Винчестеров" не работает. А ведь маг характером так походил на старшего из братьев, Дина. Но охотник был более вспыльчив. И чаще попадался "на слабо".       — Знаешь, — на полном серьёзе выдал Кроули, устав язвить, — если бы я тогда, в Аду, знал что ты за фрукт — я бы столько надежд на тебя не возлагал. И хрен бы сделал почётной личностью.       — Мне что, спасибо сказать или обидеться? И вообще, больно надо. Когда ты уже поймёшь, что сколько бы ты меня не донимал — всё без толку. Фонари я не верну. Так что перестань нудить и грузись в автобус. Наша платформа — третья.       Моральные удары ниже пояса для Константина начались в транспорте. С того, что кондуктор, он же гид, на еле понятном из-за акцента английском предложил:       — У вас сын? Я поменяю вас местами с парой взрослых, что сидят ближе к водителю. У вас же билеты в конце салона, верно? Мальчику будет лучше и удобнее спереди.       Джон был обречён. Кроули ликовал. И всю дорогу доставал мага вопросами типа "пап, а мы скоро приедем? ". Или "пап, а мы в храме увидим лисичек?". "Папа" стойко хранил каменное выражение лица, в то время как гид негласно вызвался отвечать на вопросы шумного пассажира.       "Хороший гид, — подумал про себя Константин, — хоть и молодой. С виду на студента тянет. Хотя... Не мне судить на этот счёт. Особенно глядя на себя в зеркало. До сих пор не привыкну на "Мэта" откликаться...       А этот, вон, явно не заучивал сценарий с листочка. Именно информацией владеет, оттого импровизирует с экскурс-группой как хочет, на ходу. Жаль, мелкому охломону всё это до свечки. Впрочем, как и мне... Но в целом неплохо. Ещё бы владение английским япончику подтянуть — цены бы ему не было".       Тут прозвучало очередное:       — Папа-а, а мы скоро приедем к храму лисички?       На что слегка уже подхрипший гид отреагировал:       — Через пять минут будем у подножия холма, молодой человек. Наш автобус остановится как раз у начала прихрамовой лестницы. Так что готовьте с папой фотоаппараты.       Кроули театрально возликовал, запрыгав на коленках у Константина. Тот взвыл, проклиная про себя всё на свете, прорычал расшалившемуся пацану "заткнись" и выдал лёгкую затрещину.

***

      — А почему ты это место зовёшь чайной? Старушка что, его не просто зацапала, но и сделала капремонт? Спутники по-прежнему показывают заброшенный храм, Кроули. Так что не темни.       — И не собирался. Ю не делала со зданием почти ничего. Но в вашем мире это почти развалившийся храм. А в том, что доступен твоей чернобурке — это чайная, и весьма известная. Вот только вход Ю оставила один, плавно перетекающий из одного мира в другой. Видимо, развлечения ради. Кто из смертных туда сунется без подготовки — поедет мозгами так, что врачи их на место не вернут. Ты фонари зажигать будешь или как?       Джон, тихо матерясь, полез в рюкзак.       Когда один за другим красные бумажные бочёнки поплыли по воздуху над головами, Кроули продолжил.       — А вот кто не тормозил и после этого, встречали Айвена. Результат один — яйцеликий получал обновку в виде части тела, а полиция находила очередной изувеченный труп во дворе старого храма. Это быстро отвадило разных идиотов и фанатов всяких крипи-сториз, но не настолько, чтобы трупы перестали появляться вообще.       А теперь Айвен вылез наружу. Так что местным копам работы прибавится в разы.       Джон ехидно усмехнулся и сунул руки в карманы штанов.       — Айвен — яйцемордый? Интересная особенность демона-привратника. Этого ты мне не говорил. Хочу подробностей.       — Получишь. Когда на место доберемся. Все детали будешь разглядывать сколько влезет. Главное, не скопыться.       Джон сорвал травинку и сунул её в зубы на манер сигареты.       — А что, у Ю глаза разного цвета? Правда?       — Я же сказал, всё увидишь, если познакомишься. Пройдём мимо её стража — доставай вопросами мою бывшую. От меня только отцепись. Ох, иттить!.. Кажись, надо драпать в ближайшие кусты.       — Какого?.. Блин, Кроули! Как ты невовремя!       — Дурень ты, Джон. На храм гляди!       А из-за угла старого здания как раз выплывало жутковатое существо. Коротенькое квадратное туловище грузно размещалось на слишком уж вытянутых, словно гуттаперчевых конечностях. Сама по себе фигура существа имела более двух метров росту. И одета была будто во фрак со старомодным "сорочьим хвостом". Из манжетов рукавов торчали кисти с неимоверно длинными и тонкими пальцами. Каждый из них заканчивался когтем не хуже ястребиного.       — Главное, чтобы он руки не поднял, — тихо проскрипел Кроули, не сводя взгляд с Айвена. А это мог быть только он.       Существо тут же согнуло левую руку в локте и выставило вперёд ладонь.       — У него что, глаза в... — Не договорил Джон, как его догадка подтвердилась: ярко-зелёный глаз с длинными рыжими ресницами моргнул в центре плоской ладони, направленной в сторону парочки.       — Кро-оу-ли-и... — Прогудел демон безгубой круглой гладкой головёшкой, действительно похожей на яйцо. Джон постарался забыть как дышать. Кроули же рядышком активно пытался стать частью сада камней, имитируя главный элемент из этого ландшафтного творения. Ещё чуть-чуть — и у него бы получилось...       — Кро-оу-ли-и... Тут Кро-оу-ли-и... — Завис Айвен аккурат над "камушком" в тёмно-синей детской двойке а ля морячок. Мальчишка грязно выругался и встал во весь рост.       — Ну, и чего ревёшь? Тут я. Молодец, нашёл таки. Чего надо?       — Масаки... Масаки-сан...       — Для тебя — самá, дубина! — Гневно ввинтил мальчишка.       — Масаки... Ждёт... Кроули... — Продолжал гудеть яйцеголовый. Перепуганного Константина он даже во внимание не брал. И в кои-то веки маг был этому рад. Судя же по тому, как по-свойски мелкий переругивался с верзилой, было ясно, что по возвращении домой кое-кто получит по загривку. Подобное откровенно халатное отношение на протяжении всего вояжа по Японии Джон не заслужил. По крайней мере он так думал.       Тем временем карапуз, всё ещё препирающийся с демоном, направился во двор храма.       — Ты там хоть гвоздик приготовь. На всякий. Чтоб потом рамен рылом не загребать, — как-бы невзначай кинул мелкий Кейдж. А это уже предупреждение. Хотя нет, напоминание на самом деле. После всех пройденных на острове перипетий Джон привык держать в кармане булавку, зажатую в кукиш. Этот старый смешной способ защиты от дурных напастей он выискал в трудах Распутина. Потом смеху ради опробовал на Миднайте в один из визитов в его логово... После долго хихикал в истерике, поняв, что метод-то совсем не фуфлыжный... "Эх, был бы сейчас тут старый Линтон, глянул бы на происходящее да упомянул Папу Лекбу..."       Джон поймал себя на мысли, что скучает по старому гаитянину. Проматерился в сердцах и закурил.       Тем временем вся честнáя компания вошла в помещение старого храма. И тут-то Джон оценил тонкость вкуса старой снежной ведьмы. До определённого момента (пока кукиш с булавкой покоились в кармане без попыток акупунктуры), Джон мог поклясться, что он с шизонутым пацанёнком просто гуляет по развалинам со старыми гнилыми полами. Которые уж слишком часто скрипят и потрескивают. А вот сеанс кровопускания показал затейливую раздвижную дверную панель аккурат напротив ветхой статуи лисы. Створки выглядели крайне скромно: на деревянных рамках крепился пергамент цвета подгорелого сахара. По центру располагалось прямоугольное бумажное полотно более светлого оттенка, на котором кто-то не постеснялся поупражняться в каллиграфии. Что там за надписи, Джон визуально запоминать не стал. Лишь понадеялся, что это простое приветствие, а не нечто в стиле Алигьери. Панель была приоткрыта, из-за неё время от времени высовывали уродливые клыкастые морды демоны и злые духи, учуявшие запах живой крови.       — Если хочешь потом выйти целым и невредимым, перестань изображать святую с месячными. Не сгущай атмосферу, хватит нечисть прикармливать.       И мелкий пакостник двинул вниз по лестнице, распахнув настежь створки каллиграфических дверей. Джон хмыкнул, сунул поколотую руку в перчатку, струсил пепел и направился следом.       Уже спускаясь вниз, оккультист заметил несколько нюансов. Первое: Айвен за ними не пошёл. Что не могло огорчить Константина в принципе. Хоть мага этот страж напрочь игнорировал, но самим своим присутствием жутко раздражал. Потому сей минус один в компании явно Джону настроение улучшил.       Второе: чем ниже спускалась парочка, тем вокруг становилось ярче. Источник такого ровного белого света в коридорах на манер "трудных и почти законченных новостроев" по-прежнему себя не выдавал. Но прямой спуск вниз по прямой лестнице без ответвлений или винтовых перил Джону чем-то напоминал прогулку в секретные лаборатории. По крайней мере именно так он себе это представлял.       И третье: его сигарета уже давно должна была потухнуть и стать выброшенным окурком. А вместо этого она продолжала дымить мерно тлеющим табаком. Джон специально удостоверился: огневой рубеж застыл в сантиметре от фильтра и двигаться упорно не хотел.       Значит, его заметили. Это точно проделка Ю. Такая себе манера поздороваться. Она-то не Айвен, уж к гостям точно привыкла. Тем более, по словам мелкого паразита, женщины к ней на поклон почти не являлись... Так что эта дама точно знала как достойно встретить джентльмена и создать о себе впечатление. Что ж, весьма интересно...       Спуск закончился так же, как и начался: раздвижной дверью с уроками каллиграфии на пергаменте цвета жжёного сахара. А за ней оказался ослепительно-белый зимний сад камней. Снег круговой рябью покрывал пространство между искусно выложенными валунами и низенькими ветвистыми стволами сакур. Голые тонкие ветки без цветов и листьев выглядели тоскливо. Джон огляделся по сторонам и нахохлился, подняв ворот плаща. Кроули прыснул.       — Слушай... Ты хоть плечи-то опусти, а. Со стороны, поверь, виднее, так что говорю: ты на замёрзшего ворона похож.       — Кар, блин! Шагай давай.       — Айвен, идиот! Я же просила впустить ко мне исключительно того единственного проклятого селекционера, который обеспечил себе в моём почтенном заведении треклятый питомник! Причём абсолютно беспардонно и бестактно! Хоть бы лично явился, попросил приютить свою шавку! И что в результате! Я тут теперь нянчусь со слюнявым выводком, а этот... У-у-ум-мху-у-у!       Мимо пролетела немалого размера сосулька, ударилась об ствол оказавшегося на пути дерева и со стеклянным треском рассыпалась на осколки.       — Скажи, она милашка? Такой темперамент у маленькой японки... — Заулыбался Кроули. Джону вдруг захотелось перекреститься, как делали некоторые его знакомые ранее. Но он вовремя подумал о последствиях.       — Тьфу на тебя, придурка кусок... Эм-м... Здравствуйте, леди! Не могли бы вы в следующий раз кидаться в нас... менее острыми вещами... Мы к вам с миром, а вы нас так... Нехорошо как-то оно выходит.       На деле, как бы оно ни выходило, Джон наконец узрел великую и ужасную Масаки Ю.       Действительно миниатюрная, с фигурой словно у хрупкой девочки-подростка, эта особа вышла к своим гостям, хоть таковых явно не ждала. Судя по тому, что Константин мельком прочёл о культуре Страны Восходящего Солнца, дама была одета в домашние одежды, что напоминали традиционные кимоно лишь скромной версией покроя. "Будто в неглиже к людям на банкете выйти", — скорее представил, нежели подумал оккультист. Однако в традиции Японии выглядело это куда более сдержанно: белое длинное одеяние с глубоким запáхом на манер халата перетягивалось широким поясом нежного персикового цвета. По спине струились чёрные волосы чуть выше колен с воздушными прядями прозрачной седины на висках. Их женщина подколола сзади красивой нефритовой шпилькой. В целом оккультист отметил, что был неправ: ведьма была кем угодно, но не "старой пронафталиненной кочерёжкой" и выделялась весьма утончённым вкусом.       Привлек внимание Джона не только внешний вид. Теперь он понял, почему Ю без препятствий наложила руку на лисий храм. У неё действительно была весьма эффектно выглядящая гетерохромия: левый глаз имел глубокий изумрудный оттенок, а правый цветом напоминал густой туман над утренними зимними фьордами. "Издалека похоже на бельмо. Спору нет, такой аргумент на право храмовой собственности вряд ли кто оспаривать посмеет. Ведьму это выдавало с головой. И даже молодое миловидное личико с телом юной девушки ситуацию с расположением не исправляли. Подтекст негативных ярлыков и маркеров на всех языках один и тот же. Живи сия дама в Европе во времена своей юности — точно бы познала все прелести Инквизиции".       — А ты, умник, думаешь, я не знаю? Думаешь, я кроме бамбука, суши и сакэ ни черта в своей жизни не видела? Видел моего стража? Так вот, он сын давно покойного английского посла. Старший его сын. Который из-за своего же страха сгубил три, черти б его драли, ТРИ ни в чём не повинные жизни. Свою же, своего брата и мою. Но вся эта слезливая история меркнет перед тем, что из себя представлял сопливый слюнтяй Кроули в качестве любовника. Ай-й, как же я намучилась!..       Джон почувствовал себя неуютно. Он мог припомнить лишь нескольких личностей (и тех не особо людской породы), способных с такой лёгкостью рыться в его голове. Особенно после всех магических упражнений и закалок. "Тушка, что ли, подводит? Или я чего упустил? Вот же вляпался... "       — Ауч! — Подал голос мальчуган. — Кажется, как раз на ЭТО ты не жаловалась. Никогда. Ещё и частенько добавки просила! А теперь зубоскалишь, лиса неблагодарная?!       — Будешь огрызаться, пухлик, я тебе ещё и нос откушу. Либо забирай свой вонючий выводок, либо я их потоплю. А твою суку скормлю своим демонам. Мне надоело расхлёбывать последствия принадлежности к твоей персоне. Пусть я от духа снежной невесты и пала до обычной ведьмы, но меня уважали. И я не позволю свою репутацию испоганить из-за тебя. Я не тряпка. Понял?       Кроули хотел выдать в ответ достойную тираду, но Джон магически сковал мальчонку и заткнул рот его же шапкой. После чего наклонился прямо к пухлому красному личику и процедил сквозь зубы:       — Мы сюда пришли за собакой. А скандалы будешь своей бабушке устраивать. Которая из рода Кейджей. Сначала дела, после — моя оплата, а потом чай с зефирками. Понял? Понял, я спрашиваю? — И спустя секунду поймал взглядом хрупкий силуэт и улыбнулся. — Хозяюшка, выводок, по ходу, в той чудной беседке, да?       — Это внутреннее святилище, милый. Хотела сделать там додзё для уроков игры на кото, но теперь...       Когда Кроули перестал дёргаться и мычать, шапку-кляп вынули и вернули в рюкзак с МакКвином. После чего он, злясь и ругаясь, направился наконец-то узреть причину, по которой ему с Константином пришлось пересечь полмира. Оккультист с ведьмой шли следом. Причём Джон, припоминая хоть какие-то манеры, предложил Ю локоть. Та не отказалась. Рука у неё была холодная как лёд, не спасало даже пальто. Джон, скрывая раздражение, закурил. И тут же понял, что сплоховал как джентльмен: неудобно как-то идти с леди под руку и обдувать её сизым дымом.       — Можешь не напрягаться насчёт таких мелочей. Я далеко не леди, хоть и могла ею стать. Некоторое время провела в Британии, в доме младшего брата Айвена. То были годы правления королевы Виктории, среди мужчин ходила мода курить сплошь и рядом. Те годы были лучшими в моей жизни. Мы с Мишелем были влюблены, он хотел на мне жениться. Хоть и знал кто я такая. Я же смирилась с тем, что он курил трубку как паровоз. А потом приехал Айвен, устроил охоту на ведьм... А запах табака сменила вонь опиума... Потом Айвен стал тем, кем стал. И даже та вонь улетучилась. Тогда я поняла, как скучаю за сизой дымкой , что витала в гостинной Мишелевого дома из-за плохо прочищенного дымохода. Горелые дрова в камине вперемешку с табачным дымом. Мне этого до сих пор не хватает. Пока не зашли вы...       — Поэтому вы не дали догореть моему окурку. А я думал, это просто способ поздороваться.       — И это тоже. Осторожно, порожек. — И Ю со скрипом открыла старую массивную дверь.       Луч света озарил небольшое пространство комнаты без окон. Восемь стен образовывали горизонтально расположенный продолговатый зал. В оригинале, как припоминал Константин, в одном отдалённом углу должен был располагаться алтарь божества, а напротив место для подношений. Но в этот раз вместо подношений на полу тряпкой валялось кимоно хозяйки. То самое, нежно-розового тона с белыми изысканными лилиями по подолу. Действительно красивое, не будь оно подрано в клочья и затаскано до жуткого состояния.       — Никогда не любила это кимоно. Хоть одна польза от этой тряпки. Подстилка в самый раз. — Константину показалось, что в тоне ведьмы он уловил нотки сладостной мести. Впрочем, реакция Кроули ожидаемо оказалась более бурной:       — Это же мой подарок! Я его целых два часа выбирал! А до этого как дурак полдня стоял в очереди среди баб, слушая их трёп! И всё ради подарка любимой на Новый, святой его дери, год! Я тогда ад кромешный пережил — а ты мой подарок — на тряпки???       — Ради твоей же суки расстаралась, между прочим. Цени широту моей души.       — А где же, собственно, Салли? Тряпочка-то пустая, — наблюдая краснеющую моську мальца, подытожил оккультист.       — А чего ты хотел от адской гончей, дорогуша? Чтобы она гуляла в нашем мире во всём своём великолепии? Думаешь, почему их видят лишь те, кто приговорён к Аду после смерти? Эти "терьеры" и так не шибко красотой отличаются, а породистые выводки Кроули и вовсе поражают внешностью.       — В смысле?       — Ну, насколько я поняла, Кроули эту прелесть получил, скрестив гончую с химерой. Поэтому... Ну, представь: обычная гончая... ростом примерно с обычного алабая. Салли же больше тибетского мастифа раза в два. И это я ещё про антураж молчу.       — А ты неплохо разбираешься в собачьих породах, как я посмотрю, — съязвил мальчуган.       — Твоими стараниями... — Разъярённой кошкой прошипела ведьма и вынула из рукава небольшую деревянную коробочку. — Всем прикрыть глаза.       Кроули поспешно покинул комнату, остановился у старой дощатой двери и только там послушно зажмурился. Константин просто сделал пару шагов и стал за спину Ю.       — Подсматриваете секреты заграничных коллег? Или просто интересуетесь что у ведьмы в мешочке? — мурлыкающим голосом спросила женщина. И следом открыла ларчик. В нём искрился переливающийся порошок, мелкий, перетёртый до состояния прозрачной перламутровой пыли.       — А мне точно стоит знать, что у ведьмы в мешочке? Не похоже на грозное оружие. Ни против демонов, ни против гостей. Особенно незваных, — спокойным голосом ответил Джон, одними глазами изучая искрящуюся субстанцию. Благо, рост позволял: миниатюрная Ю упиралась макушкой ему в межключичную ямку. — Лично мне проблемы ни к чему, я сюда приехал из-за того шалопая. Он так хотел собаку, что домочадцы настояли на ком-то взрослом в роли няньки во время поездки. Почему этот карапуз выбрал меня — ума не приложу. Я вообще сейчас хочу домой, к камину и чашке чая с бисквитами...       — Константин! Ах ты ж скотина! А ну ласты прочь от моей женщины!.. — Заорал вдруг мальчонка. Он уже намеревался с грозным видом топать к магу, как Ю поднесла коробочку на уровень губ и подула на её содержимое. Кругом буйным вихрем разлетелась перламутровая пыль, словно её на деле оказалось в разы больше, чем вмещала небольшая табакерка. Джон машинально закрыл глаза. И в этот же момент по ушам рубанул душераздирающий детский крик.       Когда же он их вновь открыл, то наблюдал следующую картину: Кроули валялся на полу храма, ругался, визжал и хватался за ногу. Весь пол под ним был в крови. А вот то, что Джон увидел в углу постройки, заставило уже его самого непроизвольно попятиться. Там в оборонительной стойке стояла псина.       Более отвратной твари он не видел. Мощное телосложение, сильные когтистые лапы, крупная голова, два ряда плотно посаженных бритвенно-острых клыков с его указательный палец длинной. Сама Салли в холке доходила ему до пояса. Вот только подойти и добродушно потрепать за ушком такую не хотелось. Ибо ушей не было. Совсем. Как и губ собаки: абсолютно все клыки торчали наружу. Часть из них теперь была окрашена красным. Нос с привычным чёрным треугольником тоже отсутствовал. Огни злых красных глаз горели прямо из пустых глазниц на черепе, обтянутом мускулами под неровными, тонкими, дырявыми и небольшими клаптиками пепельно-серой, будто обожженной шкуры. И такие клапти шли по всему мускулистому телу животного, лишь слегка прикрывая тёмную гнилостно-красную ткань мышц. По впечатлениям напоминало труп огромной собаки, переполненной чистой лютой злобой на всё человечество, что внезапно ожил после прерванной кислотной ванны.       "Езус Мария, Пресвятая Заступница... И за ЭТИМ мелкий припёрся с другого конца света? Вот тебе и персиковый хин... Хороший, #!ять, хин, мать его за ногу! И это при моих шести футах с хвостиком... Да, отдаю должное: неплохо же Кроули поработал с адским питомником... Жуткая тварь, хоть и достойная восхищения."       — Не туда смотришь, оккультист. Вон, позади неё...       А там на тряпочке лежало всего трое маленьких комочков. Маленьких, таких же безносых , как и мамаша. Но каждый из них мог поместиться у Джона на ладони. И именно их защищала адская гончая от новоприбывших гостей Ю.       "Просто инстинкт... Ничего сверхъестесственного. Мать просто хочет защитить своё потомство." Но сколько бы собака не рычала и не забрызгивала всё вокруг слюньми, дальше порога она ступить не могла.       — Эй, слышишь, сопровождающий, я к тебе обращаюсь. — Быстро затараторила женщина. — Забирай мальчика и быстро уезжайте отсюда. Салли его цапнула. Боюсь, он не жилец. Я пока сдержу собаку, чтобы она не напала на вас вновь. Но долго это не продлится. Дотащи мальчугана до клиники. Дальше я сама. Не переживай о последствиях. Не знаю, зачем тебя притащил сюда этот обормот, но, думаю, цели его не касались ни собаки, ни меня лично. — Она вдруг усмехнулась. — Это же Кроули, а он лишь в жизни портного был придурком. Но это было слишком давно. Так что... Беги, Джон, беги.