Игра Сосулек

      Губы Минхо идеально подходили губам Джисона. Оба осознали это сразу, оба чувствовали тепло исходящее друг от друга, что достаточно иронично, ведь Джисон не знал, что такое тепло. До этого момента.       Минхо раньше говорили о том, что постель свела не одну пару вместе, потому что говорить часами — правда круто, но, когда от человека током шибёт и хочется выстанывать его имя часами напролёт, — тоже нехуйно, знаете ли.       Он не хотел уходить от Джисона. Он не хотел говорить о своей просьбе, которая в один миг стала казаться ему невероятно глупой. Но он знает, зачем пришёл, и отсос (но не просто отсос, а крышесносящий отсос!) — не его цель. К тому же, Джисон спросил, а значит нужно отвечать. В общем-то, он не казался таким уж плохим и злющим, так что, если он почувствовал хотя бы на 10 процентов того же, что и сам Минхо, есть шанс. Наматывая сопли на кулак и пытаясь не пялиться на идеальное лицо Джисона, Хо пытается произнести хоть что-то членораздельное: — Ну, в общем, я тут это… хотел сказать что… я хотел попросить тебя… да нет, глупость, — Минхо от себя в ахуе, ведь в голове у него была сформирована речь, но что-то пошло не так. Джисон же смеётся громко, мысленно отмечая, что этот парень чертовски странный, но ему нравится. — Мне кажется, ты чувствовал себя более уверенно с моим членом во рту, — Джисое продолжает смеяться, уткнувшись носом в плечо Минхо. Неловкость будто улетучивается, и Хо подхватывает заливистый смех ночного короля, пока они оба резко не замолкают. Момент получился слишком близким. Это неправильно. — На самом деле, — прокашлявшись, начинает Минхо, — я уже видел тебя. — Я снился тебе в эротических снах? — Джисон улыбается, и Минхо начинает сходить с ума. Ну почему он такой? Весь из себя дохуя король, сидит перед ним, как ебалай. Чертовски милый ебалай, хотя, когда Хо увидел его впервые, думал, что обделается от страха. — Нет, Джисон, — Минхо пытается продолжать серьезно, и он даже не заметил, что назвал Сона по имени, словно они знакомы сто лет. Джисон тоже не заметил. — Когда люди говорили о том, что близится война, я не верил, я вообще не верил ни в каких ходоков, жил в своём мире, пока не увидел тебя, парящим в ночном небе на своём чертовом драконе. Тогда… я осознал, что все слухи — правда. И звучит до жути глупо конечно, но я пришёл просить тебя о пощаде. Я просто… хочу жить, понимаешь? Никому не станет лучше, если ты начнёшь это, ты сам разве хочешь войны, Джисон? — Минхо слегка касается его руки, но Сон её отдергивает. В лице меняется, и Минхо понимает, что где-то налажал. — Отличная тактика — отсосать королю за спасение своей задницы. Браво, Минхо-я, ты умнее, чем кажешься на первый взгляд.       Минхо хочется уебаться об стену. Прямо сейчас. Он, мать его, серьезно подумал, что все, что было ночью, Минхо делал с одной мыслью в голове? Да он блять вообще забыл, зачем пришёл, такая химия была между ними. И вот сейчас ему, кажется, пиздец. Если выживет, возьмёт на заметку, что с вышестоящими лучше не трахаться. Или трахаться, но после рта не открывать. — Джисон, нет-нет-нет! Я… блять, все совсем не так… — он не успевает договорить. Включается та самая другая сторона Джисона, о которой он только недавно думал. Грозный король смотрит холодно, словно не он 5 минут назад утыкался Хо в плечо, заливаясь смехом. — Как ты смеешь обращаться ко мне по имени?! Думаю, в темнице у тебя будет масса времени подумать над своим поведением. Стража.       Два каких-то сосулькообразных амбала заходят в покои и хватают Минхо сразу после кивка головы Сона. — Вниз, там ему и место. — Ты совершаешь ошибку… — устало бормочет Минхо, вспоминая все клишированные фразы для таких моментов.       Джисон даже не отвечает, и Хо понимает, что это конец.       Но он не знает, каким разбитым и сбитым с толку чувствует себя Джисон, когда остаётся в покоях один. К счастью, одиночеством Хан упивался недолго — через пару минут личная стража сообщила о том, что к нему направляется один из главнокомандующих полка. Джисон даже улыбнулся, ведь, несмотря на не такую уж и насыщенную королевскую занятость, он давно не видел своего друга. Кстати о дружбе, хоть у подобных Джисону и не было сердца или типа того, чтобы что-то чувствовать, но замороженный мозг все же мог проявлять уважение и понимать ценность некоторых личностей. Так что да, в покои Джисона ворвался тот, кого он действительно ценил в своем окружении. Король весело улыбнулся и кивнул на массивное кресло рядом с собой, предлагая гостю присесть. Тот ответил такой же уверенной улыбкой. — Какие новости, Хан? — он откидывается на спинку и постукивает пальцами по своему колену. — Это ты мне ответь, Хван. — Джисон с вызовом смотрит прямо в ледяные глаза собеседника, — Я знаю, что ты подготовил поход. — Все ты уже знаешь, ах, — некий Хван театрально вздохнул, но продолжил, — точно, ты же король. Положено. Через пару часов наичинаю. — Только появился небольшой нюанс. — Хан кинул взгляд в сторону выхода, куда пару минут назад вынесли Минхо. — Теперь у тебя будет специальное задание. — Принести чью-то голову или задницу? Всегда рад. — существо вмиг выпрямилось, подвигаясь ближе. — Кто счастливчик? — Эй эй, притормози, Хёнджин. В этот раз мне нужен живой экземпляр. — Джисон думал, как бы так сформулировать. — Со всеми своими конечностями. Не полумертвым. Чтобы мог говорить. — Да уж, вот это пожелания. Зачем тебе хоть ходячая человеческая тушка? — Подарочек суженому. — Джисон поднялся и подозвал Хвана к себе, чтобы подробно объяснить, что за цель.       Поход обещает быть веселым.

***

      Сейчас примерно… четыре часа утра? Сынмин точно сказать не может, его внутренние часы, да и режим сна сбились с тех пор, как ушел Минхо. Сынмин не мог заставить себя спать, вечно то в окно пялился, то в поле выходил — все ждал хоть какого-то знака. Ни-че-го. Но…ходоков тоже видно не было. Может, это и хорошо?       Так вот, четыре утра, да. Последний месяц ночи все темнее и темнее, никому не хотелось видеть в этом плохое предзнаменование, но было как минимум некомфортно. Парень только-только заснул пару минут назад, но мозг будто не позволял окончательно провалиться в сон. Сынмин тяжело вздохнул и решил снова прогуляться. Надев на себя десять слоев шмоток, он осторожно открыл дверь, осматривая улицу — все же, было нехорошее предчувствие. Снаружи было все как всегда: где-то гавкали псы, сопел полумертвый бомж, в редких домах еще горели свечи. В контрасте с черным-черным небом случайный свет из окон очень резал глаза.       Сынмин подумал о том, что очень удобно быть нищим — денег хватает только на домик на окраине города, а значит и к полю близко. На самом деле, такая мысль его позабавила. Тем не менее, к растительной глади он добрался действительно быстро — светать еще даже не начало. Парень шагал сквозь высокую и не очень траву, смотря вверх — ему очень хотелось увидеть хоть слабый проблеск звезд. Сынмин хорошо знал карту звездного неба и успел очень соскучиться по некоторым созвездиям. Например, драконье крыло накрывало королевский замок, а небесного лесного кота всегда можно было обнаружить на северо-востоке, черты звездных ушей даже Минхо мог узнать. Кстати, о Минхо.       С того дня, как ушел брат, прошло всего четыре дня. Дорога к ледяному замку наверняка была длинной, но Сынмин уверен, что его братишка сто процентов спиздил у кого-то по дороге лошадь или вроде того, так что не было сомнений — он уже добрался. Со стороны Стены подул сильный ветер. Сынмин бросил взгляд в противоположную от города сторону, и на секунду ему показалось, что он увидел синие огни. Он проморгался, будто в глаза что-то попало, и через мгновение уже снова видел только ночную темноту. Холодок нервно пробежался по спине, Сынмин поежился.

***

      Хенджин наблюдал за спящим городом и улыбался. Не то чтобы он очень сильно ненавидел людей или любил их убивать, просто ему было скучно. Настолько, что новость о походе не могла не поднять настроение. У него за спиной — пятитысячная армия. Хван решил, что для такого дела много солдат не понадобиться, так что основная военная сила так и осталась дожидаться своего часа. Хенджин уже успел лично уничтожить парочку одиноких путников, что попались им по дороге к городу. Те даже кричать не успевали — застывали в немом крике, смотря прямо в синие глаза. Все еще скучно.       Хвану ну очень хотелось начать все красиво — с главных ворот, чтобы сразу все узнали об их присутствии. Но в таком случае есть риск случайно убить того самого мальчишку, которого король назначил особой целью. Что ж, оторваться не получится, а жаль. В общем-то, в город было попасть проще простого — процентов 40 домов стояли за стеной, так что Хенджин просто приказал окружить их, а снять стражу с боковых ворот проще простого. Чем ближе к воротам, тем богаче выглядели домики смертных. Вот только Хан упомянул, что их цель тот еще нищеброд, так что Хенджин успел лишь немного насладиться видом остывающих тел стражников и занялся поиском. Хотя, он уже знал, где найти мальчишку.       Сынмин сидел на крыше конюшни, в которой подрабатывал его брат. Она как раз находилась возле его дома. Холодные тени наполнили пригород так быстро, что он и не успел понять, когда все произошло. Эти чудовища (иного слова в голову не приходило) вели себя странно — не врывались в дома и не нападали сами, лишь с невероятной скоростью убивали тех, кто осмеливался выйти наружу. Парня пробила дрожь и он не смел двинуться. Через какое-то время он почувствовал, будто за ним наблюдают. В панике оглядываясь, Сынмин наткнулся на два горящих синих огня, что сверкали, будто топазы под солнцем. Вот только были они настолько холодными, что парень совсем потерялся в своих ощущениях. Не успел он моргнуть, как эти самые огни были прямо у него перед глазами. — Ну привет.